Апелляционное определение № 33-3069/2026 от 25 марта 2026 г.

УИД 16RS0017-01-2025-000491-88

Дело № 2-608/2025 ~ М-390/2025

Судья Дмитриева Т.Е. 33-3069/2026

Учет № 212г


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

26 марта 2026 года город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе председательствующего Гиниатуллиной Ф.И.,

судей Новосельцева С.В., Сахиповой Г.А.,

с участием прокурора Махмутовой З.К.,

при ведении протокола помощником судьи Суфиевой А.Р.,

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Гиниатуллиной Ф.И. гражданское дело по апелляционной жалобе представителя акционерного общества «Казметстрой» – ФИО7 на решение Кукморского районного суда Республики Татарстан от 6 октября 2025 года, которым постановлено: исковые требования ФИО8, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО1, ФИО9 к акционерному обществу «Казметрострой» о компенсации морального вреда и возмещении вреда, причиненного смертью кормильца, удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Казметрострой» в пользу ФИО8 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

Взыскать с акционерного общества «Казметрострой» в пользу несовершеннолетнего ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

Взыскать с акционерного общества «Казметрострой» в пользу ФИО9 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

Взыскивать с акционерного общества «Казметрострой» в пользу ФИО1, <дата> года рождения, возмещение вреда в связи со смертью кормильца начиная с 2 июня 2025 года в размере 32 344 рублей 10 копеек ежемесячно с последующей индексацией в порядке, предусмотренном статьей 1091 Гражданского кодекса Российской Федерации, до достижения им совершеннолетия, а в случае его обучения в учебном заведении по очной форме обучения, до окончания учебы, но не более чем до 23 лет.

Взыскивать с акционерного общества «Казметрострой» в пользу ФИО8 в счет возмещения вреда в связи со смертью кормильца в размере 32 344 рублей 10 копеек ежемесячно начиная с 2 июня 2025 года с последующей индексацией в порядке, предусмотренном статьей 1091 Гражданского кодекса Российской Федерации, до достижения ФИО1, <дата> года рождения, 14 летнего возраста.

Взыскать с акционерного общества «Казметрострой» в пользу ФИО1 задолженность по ежемесячным платежам в счет возмещения вреда в связи со смертью кормильца за март, апрель, и май 2025 года в общем размере 97 032 рублей 30 копеек.

Взыскать с акционерного общества «Казметрострой» в пользу ФИО8 задолженность по ежемесячным платежам в счет возмещения вреда в связи со смертью кормильца за март, апрель, и май 2025 года в общем размере 97 032 рублей 30 копеек.

Взыскать с акционерного общества «Казметрострой» в пользу ФИО8 расходы на услуги представителя в размере 70 000 рублей.

Взыскать с акционерного общества «Казметрострой» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 9 822 рублей.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения представителя акционерного общества «Казметстрой» – ФИО7, поддержавшего доводы жалобы, представителя третьего лица Государственной инспекции труда в Республике Татарстан – ФИО10, возражавшего доводам жалобы, заключение прокурора, полагавшей решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО8, действуя в своих интересах, а также в интересах несовершеннолетнего сына ФИО1, и ФИО9 обратились в суд с иском к акционерному обществу «Казметрострой» (далее - АО «Казметрострой») о возмещении вреда, причиненного смертью кормильца. В обоснование иска указав, что ФИО4 являлся супругом ФИО8, отцом ФИО1 и сыном ФИО9 Приказом .... от <дата> ФИО4 был принят на работу в АО «Казметрострой» на должность проходчика на поверхностных работах 4 разряда ШП, а приказом .... от <дата> переведен на должность проходчика с полным рабочим днем под землей 4 разряда СП. 11 февраля 2025 года на строящейся станции метро по адресу: <адрес>, в правом перегонном тоннеле на глубине 16 метров при монтаже железобетонных блоков второго погонного метра тоннеля произошел несчастный случай на производстве, в результате которого ФИО4 погиб. Согласно акту .... о несчастном случае на производстве от <дата>, причинами происшествия явились нарушение проходчиком ФИО11 руководства по эксплуатации (отведение домкратов, удерживающих блок) и неудовлетворительная организация производства работ горным мастером ФИО12, выразившаяся в отсутствии контроля за производством работ. Гибель ФИО4 истцы расценивают как тягчайшую трагедию, причинившую им невосполнимые нравственные страдания. Для супруги и малолетнего ребенка смерть кормильца повлекла не только моральные страдания, но и оставила их без средств к существованию. По мнению истцов, ответчик как работодатель несет ответственность за вред, причиненный в результате ненадлежащего обеспечения безопасных условий труда. В связи с изложенным истцы просили взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере по 5 000 000 рублей в пользу каждого из трех истцов; в пользу ФИО1 ежемесячное возмещение вреда в связи со смертью кормильца в размере 29 896 рублей 48 копеек, начиная с июня 2025 года до достижения совершеннолетия (или до 23 лет при условии очного обучения); в пользу ФИО8 ежемесячное возмещение вреда в связи со смертью кормильца в том же размере с июня 2025 года до достижения ребенком ФИО1 14 лет (по <дата> года); а также возмещение вреда за март, апрель и май 2025 года по 89 689 рублей 44 копейки каждому из указанных истцов, и расходы на оплату услуг представителя в размере 90000 рублей.

В суде первой инстанции ФИО8, а также ее представитель исковые требования поддержали, просили удовлетворить.

Представитель АО «Казметострой» исковые требования не признал, просит отказать по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление.

Иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены.

Судом принято решение в приведённой выше формулировке.

В апелляционной жалобе представитель АО «Казметрострой» ФИО7 просит решение суда первой инстанции отменить, уменьшив размер взысканной компенсации морального вреда, возмещения вреда в связи со смертью кормильца, а также расходов на оплату услуг представителя. В обоснование жалобы заявитель указывает, что судом не был определен совокупный доход семьи Б-ных до несчастного случая на производстве, что, по его мнению, повлияло на правильность исчисления размера возмещения вреда в связи с потерей кормильца. Кроме того, заявитель считает, что истцами не приведены мотивы, по которым заявленная сумма компенсации морального вреда является надлежащей, в связи с чем взысканный судом размер компенсации полагает завышенным. При этом, по мнению ответчика, суд не в полной мере учел, что каждый из членов семьи ФИО4 имел с ним разную степень близости. Заявитель также выражает несогласие с определенным судом размером среднемесячного заработка ФИО4, использованного при расчете сумм возмещения вреда, и с порядком его распределения между членами семьи, полагая произведенные судом расчеты необоснованными. Кроме того, ответчик указывает на чрезмерность взысканных судом расходов на оплату услуг представителя, считая, что их размер не соответствует критерию разумности и не отвечает объему фактически оказанной юридической помощи по делу.

Представитель третьего лица Отдела опеки и попечительства Исполнительного комитета Кукморского муниципального района Республики Татарстан – ФИО13 в суд апелляционной инстанции не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена, до судебного заседания направила ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя.

ФИО8, действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО1, ФИО9, третьи лица ФИО11, ФИО14 в суд апелляционной инстанции не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, в том числе посредством размещения соответствующей информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в соответствии с частью 2.1 статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, о причинах неявки не сообщили.

Судебная коллегия на основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав объяснения представителей ответчика, третьего лица, заключение прокурора, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного решения по правилам части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в пункте 1 постановления от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно статье 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в постановлении от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27).

Согласно статье 1088 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае смерти потерпевшего (кормильца) право на возмещение вреда имеют нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшее ко дню смерти право на получение от него содержания; ребенок умершего, родившийся после его смерти; один из родителей, супруг либо другой член семьи независимо от его трудоспособности, который не работает и занят уходом за находившимися на иждивении умершего его детьми, внуками, братьями и сестрами, не достигшими четырнадцати лет либо хотя и достигшими указанного возраста, но по заключению медицинских органов нуждающимися по состоянию здоровья в постороннем уходе; лица, состоявшие на иждивении умершего и ставшие нетрудоспособными в течение пяти лет после его смерти, один из родителей, супруг либо другой член семьи, не работающий и занятый уходом за детьми, внуками, братьями и сестрами умершего и ставший нетрудоспособным в период осуществления ухода, сохраняет право на возмещение вреда после окончания ухода за этими лицами; вред возмещается несовершеннолетним - до достижении восемнадцати лет, учащимся старше восемнадцати лет - до окончания учебы в учебных учреждениях по очной форме обучения, но не более чем до двадцати трех лет; женщинам старше пятидесяти пяти лет и мужчинам старше шестидесяти лет - пожизненно; инвалидам - на срок инвалидности; одному из родителей, супругу либо другому члену семьи, занятому уходом за находившимися на иждивении умершего его детьми, внуками, братьями и сестрами, - до достижения ими четырнадцати лет либо изменения состояния здоровья.

Согласно пункту 1 статьи 1089 Гражданского кодекса Российской Федерации лицам, имеющим право на возмещение вреда в связи со смертью кормильца, вред возмещается в размере той доли заработка (дохода) умершего, определенного по правилам статьи 1086 настоящего Кодекса, которую они получали или имели право получать на свое содержание при его жизни. При определении возмещения вреда этим лицам в состав доходов умершего наряду с заработком (доходом) включаются получаемые им при жизни пенсия, пожизненное содержание и другие подобные выплаты.

Статьей 1091 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что суммы выплачиваемого гражданам возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью потерпевшего, подлежат изменению пропорционально росту установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума на душу населения в соответствующем субъекте Российской Федерации по месту жительства потерпевшего, а при отсутствии в соответствующем субъекте Российской Федерации указанной величины данные суммы должны быть не менее установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума на душу населения в целом по Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 1092 Гражданского кодекса Российской Федерации возмещение вреда, вызванного уменьшением трудоспособности или смертью потерпевшего, производится ежемесячными платежами.

Как разъяснено в пункте 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» нетрудоспособными в отношении права на получение возмещения вреда в случае смерти кормильца признаются; а) несовершеннолетние, в том числе ребенок умершего, рожденный после его смерти, до достижения ими 18 лет (независимо от того, работают ли они, учатся или ничем не заняты); правом на возмещение вреда, причиненного в связи со смертью кормильца, пользуются также совершеннолетние дети умершего, состоявшие на его иждивении до достижения ими 23 лет, если они обучаются в образовательных учреждениях по очной форме; б) женщины старше 55 лет и мужчины старше 60 лет; достижение общеустановленного пенсионного возраста (пункт 1 статьи 7 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации») является безусловным основанием для признания такого лица нетрудоспособным независимо от фактического состояния его трудоспособности; в) инвалиды независимо от того, какая группа инвалидности им установлена, - 1, II или III. является безусловным основанием для признания такого лица нетрудоспособным независимо от фактического состояния его трудоспособности.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 34 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» согласно пункту 1 статьи 1089 Гражданского кодекса Российской Федерации размер возмещения вреда, причиненного смертью кормильца, вышеуказанным лицам исчисляется из той доли заработка (дохода) умершего, которую они получали или имели право получать на свое содержание при его жизни. Наряду с заработком умершего, определяемым по правилам статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации, в состав его доходов включаются также получаемые им при жизни пенсии, пожизненное содержание, пособия и другие подобные выплаты (например, авторский гонорар). При этом в размер возмещения вреда не засчитываются выплачиваемые лицам в связи со смертью кормильца пенсии, заработок (доход), стипендия как до, так и после смерти кормильца.

Судом установлено, что ФИО4, <дата> года рождения, состоял в браке с ФИО8, являлся отцом ФИО1, <дата> года рождения, и сыном ФИО9

Приказом .... от <дата> ФИО4 был принят на работу в акционерное общество «Казметрострой» на должность проходчика на поверхностных работах 4 разряда ШП.

Приказом .... от <дата> он был переведен на должность проходчика с полным рабочим днем под землей 4 разряда СП.

11 февраля 2025 года ФИО4 прибыл на работу в 7 часов 30 минут на строящуюся станцию метро «<данные изъяты>», расположенную по адресу: <адрес>, где получил наряд от начальника участка .... ФИО2. на проходку правого перегонного тоннеля «<данные изъяты>» – «<данные изъяты>» проходческим комплексом «<данные изъяты>». В 8 часов 10 минут он приступил к работе.

Около 11 часов 45 минут того же дня завершилась проходка второго метра смены, после чего машинист ФИО5 перевел проходческий комплекс в режим монтажа. Горный мастер АО «Казметрострой» ФИО14 провел инструктаж по технике безопасности при монтаже кольца, после чего монтажники приступили к работам. Был смонтирован первый блок, затем второй блок. После того как ФИО14 отлучился, бригада проходчиков приступила к монтажу третьего блока кольца.

В ходе монтажа произошло падение железобетонного блока на ФИО4 Члены бригады извлекли пострадавшего из-под блока, оказали ему первую помощь и вывезли на поверхность, где передали сотрудникам скорой медицинской помощи. В результате полученных повреждений ФИО4 скончался.

В период с 13 февраля 2025 года по 25 апреля 2025 года комиссией АО «Казметрострой» проведено расследование несчастного случая со смертельным исходом, по результатам которого составлен акт. В ходе расследования установлены причины несчастного случая: 1) проходчик ФИО11 допустил отведение домкратов, удерживающих блок. При монтаже блока кольца тоннельной обделки, для установки его в проектное положение проходчик управляющий щитовыми домкратами, на пульте управления для прижатия блока должен был включить домкраты, прижать блок, а затем отключить эти домкраты. Отключение домкратов не было произведено, что в дальнейшем привело при последующей операции к отведению домкратов, удерживающих блок и падение блока. В нарушении руководства по эксплуатации «Проходческий механизированный щит с грунтовым пригрузом диаметром 5.86 м «<данные изъяты>» стр.80. для втягивания или выдвижения выбранного домкрата необходимо нажать на соответствующую кнопку номера домкрата (световой индикатор загорится), произвести работу, после отключить эти домкраты повторным нажатием на кнопку номера домкрата (световой индикатор погаснет) (Код 2.05.3);

2) неудовлетворительная организация работ, в том числе необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины, выразившая в отсутствии контроля за производством работ при монтаже железобетонных блоков кольца тоннельной обделки, в нарушении п.8 должностной инструкции горного мастера при производстве работ на строительстве метрополитенов, утвержденной Генеральным директором АО «Казметрострой» ФИО6. ст.22, 214 ТК РФ. (Код 2.08.1).

Ответчик АО «Казметрострой» факт наступления смерти работника вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда не оспаривал.

На момент смерти ФИО4 работал проходчиком с полным рабочим днем под землей 4 разряда. Его доход за 12 месяцев, предшествовавших гибели (с февраля 2024 года по январь 2025 года включительно), согласно справкам 2-НДФЛ составил 1 164 387 рублей 36 копеек. Средний месячный заработок ФИО4 определен в размере 97 032 рубля 28 копеек.

К моменту смерти кормильца в составе его семьи проживали супруга ФИО8, не работавшая и осуществлявшая уход за малолетним ребенком ФИО1, не достигшим возраста четырнадцати лет.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 151, 1088, 1089, 1092, 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в постановлении от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина».

Удовлетворяя требования о компенсации морального вреда, суд исходил из того, что смерть ФИО4 наступила в результате несчастного случая на производстве при исполнении им трудовых обязанностей, что свидетельствует о необеспечении ответчиком безопасных условий труда. Принимая во внимание, что ответчик как работодатель несет ответственность за вред, причиненный жизни и здоровью работника, суд пришел к выводу о наличии правовых оснований для взыскания с АО «Казметрострой» в пользу истцов компенсации морального вреда в связи с утратой близкого человека.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учел, что смерть ФИО4 явилась для его супруги ФИО8, малолетнего сына ФИО1 и матери ФИО9 невосполнимой утратой, причинила им значительные физические и нравственные страдания, обусловленные безвременной гибелью супруга, отца и сына, с которыми у истцов существовали крепкие родственные связи и близкие, доверительные отношения. С учетом характера и степени нравственных страданий истцов, обстоятельств причинения вреда, требований разумности и справедливости, суд счел возможным взыскать компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 рублей, по 1 000 000 рублей в пользу каждого из трех истцов.

Разрешая требования о возмещении вреда в связи со смертью кормильца, суд установил, что к моменту смерти ФИО4 работал проходчиком с полным рабочим днем под землей 4 разряда. На основании справок 2-НДФЛ о доходах умершего за 12 месяцев, предшествовавших гибели (с февраля 2024 года по январь 2025 года), суд определил средний месячный заработок кормильца в размере 97 032 рубля 28 копеек.

Принимая во внимание, что на иждивении ФИО4 находились супруга, не работавшая в связи с уходом за малолетним ребенком, и несовершеннолетний сын, суд пришел к выводу, что ФИО8 и ФИО1 относятся к числу лиц, имеющих право на возмещение вреда в связи со смертью кормильца в соответствии со статьей 1088 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определяя размер ежемесячных платежей, суд разделил среднемесячный заработок кормильца на трех членов семьи, приходящихся на его иждивении, и установил сумму, причитающуюся каждому из истцов, в размере 32 344 рубля 10 копеек ежемесячно.

Судом определены периоды выплат: в пользу ФИО1 – до достижения им совершеннолетия (либо до 23 лет при условии очного обучения), в пользу ФИО8 – до достижения ребенком ФИО1 четырнадцатилетнего возраста.

Кроме того, суд взыскал в пользу ФИО1 и ФИО8 задолженность по возмещению вреда за март, апрель и май 2025 года в размере по 97 032 рубля 28 копеек каждому, рассчитав указанную сумму как произведение ежемесячного платежа (32 344 рубля 10 копеек) на три месяца.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, признавая их законными и обоснованными.

Довод апелляционной жалобы о том, что судом не был определен совокупный доход семьи Б-ных до несчастного случая на производстве, отклоняется как основанный на неверном толковании норм материального права.

Порядок исчисления утраченного заработка (дохода) кормильца и определения размера возмещения вреда в связи со смертью кормильца прямо урегулирован статьями 1086 и 1089 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу приведенных норм размер возмещения исчисляется исходя из среднемесячного заработка (дохода) умершего кормильца, а не из совокупного дохода всех членов семьи.

Необоснованным является и довод жалобы о том, что истцами не приведены мотивы, по которым заявленная сумма компенсации морального вреда является надлежащей.

Разрешая требование о компенсации морального вреда, суд первой инстанции действовал в пределах, предоставленных ему законом полномочий (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Определяя размер компенсации, суд принял во внимание фактические обстоятельства причинения вреда, индивидуальные особенности истцов, характер и степень причиненных им нравственных страданий, связанных с невосполнимой утратой близкого человека, а также руководствовался принципами разумности и справедливости. Взысканная судом сумма компенсации морального вреда в размере 1000 000 рублей в пользу каждого из трех истцов соразмерна последствиям причиненного вреда и не может быть признана завышенной.

Ссылка ответчика на различную степень близости каждого из членов семьи с ФИО4 не опровергает выводов суда первой инстанции о наличии оснований для компенсации морального вреда каждому из истцов.

Данные обстоятельства были учтены судом при определении размера компенсации, однако сами по себе не являются основанием для ее существенного снижения, поскольку смерть супруга, отца и сына в любом случае причиняет близким родственникам глубокие нравственные страдания.

Доводы апелляционной жалобы о несогласии с определенным судом размером среднемесячного заработка ФИО4 и его распределением между членами семьи также не нашли подтверждения.

Как следует из материалов дела, среднемесячный заработок умершего исчислен судом на основании справок 2-НДФЛ, представленных самим ответчиком, и составил 97 032 рубля 28 копеек.

Судом первой инстанции расчет данной суммы произведен с учетом количества членов семьи, то есть 1/3 доли, что соответствует указанным требованиям закона.

В связи с этим суд первой инстанции правомерно разделил среднемесячный заработок кормильца на три равные доли и определил размер ежемесячного возмещения, причитающегося каждому иждивенцу, в сумме 32 344 рубля 10 копеек, что полностью соответствует положениям статьи 1089 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В суд апелляционной инстанции ответчиком представлена справка о среднемесячной заработной плате ФИО4 за период с февраля 2024 года по февраль 2025 года, согласно которой ее размер составил 101 934 рубля 84 копейки, что превышает доход, установленный судом первой инстанции.

Вместе с тем, поскольку решение суда истцами не обжалуется, судебная коллегия не усматривает оснований для выхода за пределы доводов апелляционной жалобы ответчика в соответствии с частью 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу, что решение суда первой инстанции в части взыскания компенсации морального вреда и возмещения вреда в связи со смертью кормильца является законным и обоснованным.

Доводы апелляционной жалобы в указанной части направлены на переоценку исследованных судом доказательств и сделанных на их основе выводов, что не входит в полномочия суда апелляционной инстанции.

Разрешая вопрос о судебных расходах, суд первой инстанции, руководствуясь статьями 88, 94, 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принял во внимание сложность дела, объем и качество оказанных представителем истца услуг (составление искового заявления, устные консультации, составление заявления о возмещении судебных расходов), количество судебных заседаний с участием представителя, продолжительность рассмотрения дела, результат рассмотрения спора, а также заявление ответчика о чрезмерности заявленных расходов. С учетом критерия разумности и соблюдения баланса процессуальных прав сторон, суд определил размер подлежащих взысканию расходов на оплату услуг представителя в сумме 70 000 рублей.

Вместе с тем судебная коллегия находит заслуживающим внимания довод апелляционной жалобы о чрезмерности взысканных судом первой инстанции расходов на оплату услуг представителя.

Разрешая данный вопрос, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Согласно статье 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации расходы на оплату услуг представителя взыскиваются в разумных пределах.

Как разъяснено в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Исследовав материалы дела, судебная коллегия установила, что представителем истца ФИО3 были подготовлены и поданы исковое заявление, возражения на отзыв ответчика, а также осуществлено участие в четырех судебных заседаниях.

В подтверждение оплаты услуг представителя в размере 90 000 рублей ФИО8 представлена расписка от <дата>.

Из материалов дела усматривается, что ФИО3 в интересах ФИО8 на основании доверенности .... от <дата> подготовил и подал исковое заявление (л.д.3-21), возражения на отзыв ответчика (л.д.140-149), участвовал в 4 судебных заседаниях: 25 июня 2025 года (продолжительностью 49 минут), 9 сентября 2025 года (продолжительностью 19 минут), 29 сентября 2025 года (продолжительностью 38 минут), 6 октября 2025 года (продолжительностью 7 минут).

Согласно сведениям, размещенным в открытом доступе в сети Интернет <данные изъяты> средняя стоимость представительства по гражданским делам в Республике Татарстан составляет 31 000 рублей, средняя стоимость составления документов (в том числе экспертных заключений) 4 000 рублей.

Принимая во внимание категорию и сложность дела, объем выполненной представителем работы, количество судебных заседаний, стоимость аналогичных услуг в регионе (средняя стоимость представительства по гражданским делам в Республике Татарстан составляет 31 000 рублей, средняя стоимость составления документов – 4 000 рублей), а также принцип разумности и необходимость соблюдения баланса между правами сторон, судебная коллегия полагает, что расходы на оплату услуг представителя подлежат взысканию в размере 45 000 рублей.

В остальной части решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, оснований для его отмены или изменения по доводам апелляционной жалобы не имеется.

На основании части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации суд взыскал с ответчика в доход местного бюджета государственную пошлину, от уплаты которой истцы освобождены, в размере 9 822 рублей, исходя из удовлетворенных требований имущественного и неимущественного характера.

Руководствуясь статьями 328, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Кукморского районного суда Республики Татарстан от 6 октября 2025 года по данному делу в части взыскания расходов по оплате услуг представителя изменить, принять в данной части новое решение.

Взыскать с акционерного общества «Казметрострой» (ИНН: <***>) в пользу ФИО8 расходы по оплате услуг представителя в размере 45 000 рублей.

В остальной части решение суда оставить без изменения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок не превышающий трех месяцев в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (город Самара) через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 31 марта 2026 года.

Председательствующий

Судьи