Решение № 2-3/2019 2-3/2019(2-714/2018;)~М-658/2018 2-714/2018 М-658/2018 от 28 апреля 2019 г. по делу № 2-3/2019

2-3/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

29 апреля 2019 года г. Кяхта

Кяхтинский районный суд Республики Бурятия в составе председательствующего судьи Асташевой И.А., при секретаре Харченко И.В., с участием прокурора Черкасовой О.Ю., истца ФИО5, представителя истца ФИО6, представителя ответчика ФИО7, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к Жилищно-Эксплуатационному отделу №6 Филиала ФГБУ "Центральное Жилищно-Коммунальное Управление" Министерства обороны Российской Федерации по Военному восточному округу о признании характера травмы полученной в результате несчастного случая на производстве тяжкой, обязании совершить действия направленные на выплату единовременной социальной страховки от несчастных случаев на производстве и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 обратился в суд с названным иском, указывая, что ДД.ММ.ГГГГ при выполнении работ по демонтажу дымохода в котельной №, с ним произошел несчастный случай, (падение с высоты), в результате получен тяжкий вред здоровью.

По данному несчастному случаю было проведено расследование, по результатам которого составлен АКТ № формы Н-1 от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденный Начальником ЖЭ(К)0 №6 филиал ФГБУ «ЦЖКУ» МО РФ по ВВО ФИО1.

Согласно п. 9 АКТа № о несчастном случае на производстве, причинами несчастно случая явилась личная неосторожность пострадавшего, грубой неосторожности не усматривается, характер полученной травмы – легкая, с чем истец не согласен.

Истец обращает внимание, что ДД.ММ.ГГГГ Министерством экономики Республики Бурятия выдано заключение о фактических условиях труда сварщика ФГБУ «ЦЖКУ» МО РФ ФИО5, согласно выводам которого условия труда не соответствуют государственным нормативным требования труда а именно не обеспечена безопасность работника при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов, не проведено обязательное психиатрическое освидетельствование.

Также истец указывает, что по настоящее время ему не выплачена единовременная обязательная социальная страховка от несчастных случаев на производстве. В настоящее время проходит лечение и реабилитацию, потеря трудоспособности составляет <данные изъяты>%. По своей прежней специальности истец работать больше не сможет, в результате полученной травмы. В связи с этим истец был переведен работодателем на другую легкую работу, на должность слесаря и соответственно истец лишился заработка, на который мог рассчитывать ранее, до получения травмы. Никаких выплат ответчик в связи с причинением вреда здоровью не произвел, что нарушает его права, считает, что причиненный истцу вред должен быть компенсирован ответчиком.

На основании изложенного истец с учетом отказа в части исковых требований просит взыскать с Жилищно-Эксплуатационный (коммунальный) отдел № Филиала Федерального Государственного Бюджетного учреждения «Центральное Жилищно-Коммунальное Управление» Министерства Обороны Российской Федерации (по Восточному военному округу) компенсацию морального вреда в размере 300 000 (триста тысяч) рублей, признать характер травмы полученной истцом в результате несчастного случая на производстве тяжкой.

Определением суда в качестве соответчика привлечено ФГБУ "Центральное Жилищно-Коммунальное Управление" Министерства обороны Российской Федерации по Военному восточному округу.

Определением суда в качестве третьего лица привлечено ГУ «Хабаровский региональный отдел фонда социального страхования Российской Федерации».

В судебном заседании истец ФИО5 исковые требования поддержал, с учетом отказа от части исковых требований, поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Представитель истца ФИО6, действующий в порядке ч.6ст. 53 ГПК РФ, в судебном заседании исковые требования, с учетом отказа от их части поддержал, суду пояснил, что истец не согласен с актом № формы <данные изъяты> в части того, что вред здоровью был причинен <данные изъяты> В связи с тем, что произошел несчастный случай истец получил физические и нравственные страдания, ему была установлена <данные изъяты> группа инвалидности, истец утратил трудоспособность, в связи с чем размер компенсации морального вреда 300000 рублей является обоснованным. В Акте <данные изъяты> указано, что причиной несчастного случая явилась личная неосторожность ФИО5, однако истец не проходил <данные изъяты> освидетельствование, что могло повлиять на получение травмы. Считает, что факт несчастного случая подтвержден, размер морального вреда соизмерим.

Представитель истца ФИО8, действующая в порядке ч.6 ст. 53 ГПК РФ, в судебном заседании исковые требования поддержала, при участии в судебном заседании пояснила, что истец при исполнении своих должностных обязанностей упал с высоты, получил <данные изъяты> травму, в связи с чем, испытывал моральные и нравственные страдания.

Представитель ответчика ФИО7, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признал, суду пояснил, что травма ФИО9 была получена в результате падения с высоты при осуществлении работ по установке нового котла и не явилась результатом непосредственного действия оборудования котельной №. Также необходимо учитывать обстоятельства, при которых ФИО9 была получена травма. Согласно заключения государственного инспектора труда причиной, вызвавшей несчастный случай явилась личная неосторожность пострадавшего. В несчастном случае должностных лиц, допустивших нарушения требований законодательных, иных нормативных правовых и локальных нормативных актов нет. Учитывая, что причиной, вызвавшей несчастный случай явилась личная неосторожность пострадавшего ФИО9, вина работодателя ЖЭ(К)О № 6 филиала ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России по ВВО в полученной ФИО9 травме отсутствует. Определяя размер компенсации морального вреда, необходимо учитывать обстоятельства, при которых был причинен моральный вред и индивидуальные особенности потерпевшего. В заключение государственного инспектора труда при опросе ФИО4 говорится, что ФИО5 попросил ФИО4 приставить лестницу к дымоходу, ФИО4 приставив лестницу направился в бытовое помещение предварительно сказав ФИО5 не начинать работы и дождаться остальных работников с обеденного перерыва, так как задания на дальнейшие работы Верницкий не давал. Таким образом, ФИО9 по собственному желанию и инициативе, в отсутствие доведенного начальником котельной задания, в обеденное время приступил (продолжил) работы по демонтажу дымохода, в результате которых упал с высоты и получил травмы.

Выслушав объяснения участников процесса, заслушав показания свидетелей, заключение прокурора Черкасовой О.Ю. полагавшей иск подлежащим удовлетворению частично, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии со ст.56 ч.1 ГПК РФ, каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В статье 150 ГК РФ приведен неполный перечень неимущественных прав и нематериальных благ, нарушение которых свидетельствует о причинении нравственного вреда.

В соответствии с ч.1 ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Согласно ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" под несчастным случаем на производстве понимается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В соответствии с ч.1 ст. 230 Трудового кодекса РФ по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой, на русском языке либо на русском языке и государственном языке республики, входящей в состав Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что суд в силу ст. 21 (абз. 14 ч. 1) и ст. 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя. При этом размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Согласно материалам дела истец ФИО5 являясь электрогазосварщиком ЖЭ(К)О № филиал ФГБУ «ЦЖКУ» МО РФ ДД.ММ.ГГГГ при выполнении работ по демонтажу дымохода в котельной № упал с высоты, в связи с чем получил телесные повреждения.

По данному факту работодателем проведено расследование, результаты которого оформлены актом № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому причиной несчастно случая явилась личная неосторожность пострадавшего, в данном несчастном случае должностных лиц, допустивших нарушения требований законодательных, иных нормативных правовых и локальных нормативных актов нет, в действиях ФИО5 факта грубой не осторожности не усмотрено. Характер полученной травмы: травма относится к категории легкая.

Данный акт о несчастном случае на производстве сторонами не оспаривался.

Согласно выводам заключения государственного инспектора труда по несчастному случаю с легким исходом от ДД.ММ.ГГГГ, несчастный случай произошедший с ФИО5 подлежит квалификации как связанный с производством. Причинами, вызвавшими несчастный случай, является личная неосторожность пострадавшего. В данном несчастном случае должностных лиц, допустивших нарушения требований законодательных, иных нормативных правовых и локальных нормативных актов нет, в действиях ФИО5 факта грубой не осторожности не усмотрено. Согласно заключению № учетной формы №/у от ДД.ММ.ГГГГ травма полученная ФИО5 относится к категории легкая.

В результате полученной травмы истец находился на лечении в ГБУЗ «Кяхтинская ЦРБ» на стационарном лечении - с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на амбулаторном лечении, ДД.ММ.ГГГГ освидетельствован в Бюсо СМЭ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на амбулаторном лечении.

Согласно справке Бюро СМЭ N <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 в результате несчастного случая на производстве установлена <данные изъяты>% утрата трудоспособности на срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно справке Бюро СМЭ N <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 в результате несчастного случая на производстве установлена <данные изъяты>% утрата трудоспособности на срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно справке Бюро СМЭ№ от ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 установлена <данные изъяты> группа инвалидности по трудовому увечью, дата очередного освидетельствования ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно справке Бюро СМЭ№ от ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 установлена <данные изъяты> группа инвалидности по трудовому увечью, дата очередного освидетельствования ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно медицинскому заключению от ДД.ММ.ГГГГ, выданному ГБУЗ «Кяхтинская ЦРБ», ФИО5 установлен диагноз по МКД-10 ЗЧМТ. <данные изъяты>. <данные изъяты>. <данные изъяты> области. <данные изъяты>. <данные изъяты>

Из справки о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве, выданной ГБУЗ «Кяхтинская ЦРБ» следует, что ФИО5 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ проходил лечение по поводу <данные изъяты>. Последствия несчастного случая на производстве: выздоровление.

На основании определения суда была назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой было поручено ГБУЗ «Республиканского Бюро СМЭ».

Согласно заключению № от ДД.ММ.ГГГГ ГБУЗ «Республиканского Бюро СМЭ» у ФИО5 имели место следующие повреждения: <данные изъяты>

-<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Комплекс данных повреждений причинен в результате падения с высоты и удара о твердый <данные изъяты>), что подтверждается локализацией и характером повреждений (<данные изъяты>). Данные повреждения имеют единый механизм образования, поэтому расцениваются в совокупности, как причинившие <данные изъяты> вред здоровью по признаку опасности для жизни, согласно <данные изъяты> Методических критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24.04.2008 года № 194н. По своей давности, с учетом сроков консолидации <данные изъяты> могут соответствовать сроку указанному в определении, т.е. ДД.ММ.ГГГГ.

Вышеуказанные повреждения повлекли за собой наступление временной нетрудоспособности у ФИО5 на срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в размере <данные изъяты>%. Между временной нетрудоспособности в указанный период и полученными телесными повреждениями имеется прямая причинная связь.

Согласно справки Бюро СМЭ № (серия МСЭ-2006 №) в связи с последствиями повреждений, указанных а п. 1 выводов, ФИО10 на основании акта №.12.3/2018 освидетельствования в ФГУ СМЭ установлена стойкая утрата профессиональной трудоспособности в размере 50 % на срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Между стойкая утрата профессиональной трудоспособности в указанный период и полученными телесными повреждениями имеется прямая причинная связь.

Таким образом, в судебном заседании установлено и материалами дела подтверждается, что ДД.ММ.ГГГГ с электрогазосварщиком ЖЭ(К)О № филиал ФГБУ «ЦЖКУ» МО РФ ФИО5 в ходе выполнения работ по демонтажу дымохода в котельной № произошел несчастный случай (падение с высоты), в связи с чем последний получил <данные изъяты> вред здоровью и утрату трудоспособности. Несчастный случай, произошедший с ФИО5 связан с производством.

Согласно ст. 220 Трудового кодекса РФ, в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

В соответствии со ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии со ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ.

Абзацем 2 п. 2 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" предусмотрено, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей истца.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Как следует из материалов дела на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ ЖЭ(К)О № филиала ФГБУ «ЦЖКУ» МО РФ по ВВО ФИО5 был принят на работу электрогазосварщиком, на основании трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ №. Наличие трудовых отношений истца с ЖЭ(К)О № филиала ФГБУ «ЦЖКУ» МО РФ по ВВО также подтверждается записью в трудовой книжке.

Факт выполнения своих трудовых обязанностей ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ, в день когда произошел несчастный случай, сторонами не оспаривается.

На выполнение работ был оформлен наряд допуск, согласно которому выполнение работ производить в присутствии руководителя ФИО3, который провел инструктаж о мерах безопасности на рабочем месте. В данной наряде имеется подпись истца.

Согласно копии выписки из журнала вводного инструктажа ФИО5 прошел инструктаж и стажировку на рабочем месте.

Протоколом осмотра места несчастного случая, произошедшего с электрогазосварщиком ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что произошло падение с дымохода котла КВр об бетонный пол.

Так, в судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в период времени с <данные изъяты> часов <данные изъяты> минут до <данные изъяты> часов <данные изъяты> минут в здании котельной № работники ЖЭ(К)О № филиала ФГБУ «ЦЖКУ» МО РФ по ВВО, в том числе ФИО5 выполняли работы по установке нового котла, а именно ФИО5 выполнял работы по демонтажу дымохода. ФИО5 при производстве сварочных работ находился на дымоходе, и в процессе работы дымоход накренился, вследствие чего ФИО5 упал с высоты 2-3 метров на бетонный пол, в связи с чем получил телесные повреждения, причинившие <данные изъяты> вред здоровью по признаку опасности для жизни, после чего ФИО5 был госпитализирован в ГБУЗ «Кяхтинская ЦРБ».

Данные обстоятельства не оспариваются ответчиком и подтверждаются копией акта № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденного начальником ЖЭ(К)О № филиала ФГБУ «ЦЖКУ» МО РФ по ВВО ФИО1

Согласно п. 8.2 Акта ФИО5 были получены следующие телесные повреждения: <данные изъяты>

При этом, как следует из Акта №, факта грубой неосторожности со стороны пострадавшего ФИО5 не усмотрено.

В силу ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; создание и функционирование системы управления охраной труда; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; обучение безопасным методам и приемам выполнения работ и оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, проведение инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте и проверки знания требований охраны труда; недопущение к работе лиц, не прошедших в установленном порядке обучение и инструктаж по охране труда, стажировку и проверку знаний требований охраны труда; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты; недопущение работников к исполнению ими трудовых обязанностей без прохождения обязательных медицинских осмотров, обязательных психиатрических освидетельствований, а также в случае медицинских противопоказаний; ознакомление работников с требованиями охраны труда;

Согласно п. 7.2 трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ заключенного между ФГБУ «ЦЖКУ» МО РФ в лице начальника ЖЭ(К)О № филиала ФГБУ «ЦЖКУ» МО РФ по ВВО и ФИО5, работодатель несет ответственность в соответствии с законодательством РФ: за причинение вреда здоровью работника, в том числе увечья профзаболевания, в других случаях, предусмотренных нормативными правовыми актами, действующими у работодателя.

Из абз.1 ст. 232 ТК РФ следует, что сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Свидетель ФИО2 в судебном заседании пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ проводились работы по установке нового котла в котельной. ФИО5 заступил на работу с утра, выполнял работы по резке металла, сварные работы. Остальные работники, в случае необходимости подстраховывали ФИО5, подставляли ему лестницу. В обеденный перерыв, к 13 часам, все работники уехали на поминки к коллеге. По возвращении в 13 часов 40 минут он зашел в комнату сторожа и услышал грохот, после чего в комнату <данные изъяты> ФИО5 с <данные изъяты> повреждениями. Непосредственным очевидцем получения ФИО5 травмы он не являлся.

Свидетель ФИО3 суду пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ производились работы по установке нового котла, руководителем работ являлся он. Для производства демонтажа дымохода был вызван сварщик ФИО5 из аварийной бригады, который до обеда осуществлял резку дымохода от другого котла. Поскольку произвести демонтаж дымохода не получилось по причине невозможности страховать сварщика ФИО10 на высоте, после обеда был запланирован кран для того чтобы зафиксировать дымоход. К <данные изъяты> часам все работники, в том числе и он, уехали на поминки к коллеге, при этом о планах и работе, которую необходимо будет произвести после обеда, он никому из работников не говорил. Вернувшись к котельной к 14 часам, ФИО10 уже был с телесным повреждениями. Обеденный перерыв составляет один час, с 13 до 14 часов, у ФИО10 другой график работы. Перед выполнением работ им проводился инструктаж, выдавался наряд на работу. Информация о том, что после обеда будет задействован кран, до ФИО10 не доводилась, поскольку тот ушел на обед в 12 часов. ФИО10 по своей инициативе стал производить работы по демонтажу дымохода, что запрещается, поскольку проводить работы одному нельзя.

Согласно заключению о фактическим условиях труда сварщика ФИО5 государственной экспертизы труда, условия труда ФИО5 не соответствуют государственным нормативным требованиям охраны труда, а именно ст. 212 ТК РФ (не обеспечена безопасность работника при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществления технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов), ст. 213 ТК РФ (не проведено обязательное психиатрическое освидетельствование ФИО5).

Сведений о том, что данное заключение было оспорено одной из сторон суду не представлено.

На основании изложенного, суд считает установленным, что причиной несчастного случая с ФИО5 явилась неудовлетворительная организация производства работ, а именно не обеспечена безопасность работника при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществления технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов. Установлено наличие причинно-следственной связи произошедшего несчастного случая на производстве и получения ФИО5 телесных повреждений, как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Указанные обстоятельства в совокупности позволяют сделать вывод об обоснованности заявленных истцом требований, о наличии оснований к возмещению компенсации морального вреда.

Доказательств того, что со стороны ФИО5 имелась грубая неосторожность суду не представлено, кроме того данное обстоятельство также не установлено в ходе проведения расследования несчастного случая на производстве. Оснований полагать, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего у суда не имеется, стороной ответчика доказательств в указанной части не представлено.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание конкретные обстоятельства получения истцом травмы на производстве, учитывает степень тяжести причиненного вреда здоровью, степень и продолжительность физических и нравственных страданий потерпевшего, что в результате полученной травмы ФИО5 временно не мог вести прежний образ жизни и временно был лишен возможности трудиться, в результате полученных травм получил утрату трудоспособности, степень которой составляет <данные изъяты> %, в связи с чем лишен возможности продолжать работу по специальности, в результате трудового увечья ему была установлена <данные изъяты> группа инвалидности, также суд учитывает индивидуальные особенности истца, прохождение длительного лечения и обследований, в связи с чем считает достаточным определить размер денежной компенсации морального вреда подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца в размере 50 000 руб.

Заявленный истцом размер компенсации морального вреда суд считает завышенным, не отвечающий требованиям разумности и справедливости.

Обязанность по возмещению вреда возлагается на филиал ФГБУ "Центральное Жилищно-Коммунальное Управление" Министерства обороны Российской Федерации по Военному восточному округу как работодателя истца.

При этом суд не находит оснований для удовлетворения требований истца о признании характера травмы полученной им в результате несчастного случая <данные изъяты>, поскольку истцом не заявлялись требования о признании Акта формы Н-1 о несчастном случае на производстве или каких-то его пунктов незаконными. Характер травмы при оформлении Акта № был определен на основании медицинского заключения ГБУЗ «Кяхтинская ЦРБ», из которого следует, что травма полученная ФИО5 <данные изъяты>, при этом <данные изъяты> вред здоровью установлен заключением судебно-медицинской экспертизы, которое ответчиком в судебном заседании не оспаривалось.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО5 - удовлетворить частично.

Взыскать с Филиала ФГБУ "Центральное Жилищно-Коммунальное Управление" Министерства обороны Российской Федерации по Военному восточному округу в пользу ФИО5 в счет компенсации морального вреда 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Бурятия через Кяхтинский районный суд в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме.

Судья Асташева И.А.