Решение № 2-307/2025 2-307/2025(2-4989/2024;)~М-1822/2024 2-4989/2024 М-1822/2024 от 25 февраля 2025 г. по делу № 2-307/2025

Дело № 2-307/2025, УИД241180046-01-2024-003933-37


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 февраля 2025 года г.Красноярск

Свердловский районный суд г.Красноярска в составе:

председательствующего судьи Елисеевой Н.М.

при секретаре Гришаниной А.С.

с участием истца ФИО3, ее представителя ФИО4

представителей ответчика Гула М.Т. – ФИО5 и ФИО7

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к Гула М.Т. о взыскании задолженности по договору оказания услуг за счет наследственного имущества умершего должника ФИО19,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с иском к Гула М.Т. (привлеченной к участию в деле в качестве ответчика как супруга принявшая наследство после смерти мужа определением суда от 30.09.2024 года (л.д. 87-88) о взыскании задолженности по договору оказания услуг за счет наследственного имущества умершего должника ФИО2

Требования мотивированы тем, что 20.08.2023 года между ФИО3 и ФИО2 был заключен договор на выполнение на земельном участке принадлежащем истцу следующих работ: изготовление тротуарного ограждения вдоль земельного участка, прилегающего к земельному участку с целью обеспечения сохранности зелёных насаждений, в соответствии с которым истец является заказчиком, а ответчик - исполнителем.

Согласно п. 4 договора истец предварительно внесла аванс в сумме 70 000 руб., а также дополнительно 07.09.2023 года - 50 000 руб., 11.10.2023 года - 21 000 руб., 18.10.2023 года - 20 000 руб., 10.11.2023 года - 15 000 руб., общая сумма внесенных платежей составила 176 000 руб.

По настоящее время работы ответчиком выполнены не были, на телефонные звонки с марта 2024 года ответчик не отвечал, в последствии истец узнала, что ФИО6 умер.

В заявлении об уточнении (л.д. 113-117), истец указала, что общая протяженность ограждения забора равна 83,08 метров, которую измерили совместно, а именно всего 39 пролетов шириной от 01,08 метра до 3,05 метров, высотой 0,97 метра, из которых ФИО2 изготовил и установил 12 штук по 2 метра каждый, то есть 24 метра, а также маленькую калитку в 1,08 метра. Всего 25,08 метра. В связи с резким понижением температуры на улице и обильным снегопадом, стороны согласовали, отложить установку на весну, при этом ФИО2 пояснил, что оставшиеся изготовленные 26 пролетов он будет хранить у себя на даче в гараже, где у него тепло до 3 градусов зимой и он может их подкрасить. Впоследствии узнав, что ФИО2 умер, истец для того, что закончить работы по возведению ограждения обратилась в иную организацию, с которой 11.07.2024 года заключила договор подряда, оплатив стоимость работ в размере 80 000 руб. и стоимость строительных материалов в размере 61 231 руб., а всего 141 231 руб., которые дополнительно просила взыскать с ответчика.

Также стороны при заключении договора согласовали, что стоимость работ ФИО6 по установлению забора составляет 40 000 руб., все квитанции по приобретению материалов ФИО6 предоставит по завершению работ, побочные работы будут оплачиваться истцом отдельно.

В заявлении об уточнении (л.д. 232-234), представитель истца указала, что из анализа договора сторон следует, что стороны согласовали изготовление забора протяжённостью 54,44 метра, как единую услугу по изготовлению и монтажу забора. ФИО2 выполнял принятые на себя обязательства по изготовлению и монтажу как единой услуги, но при выполнении принятых обязательств скоропостижно скончался, не завершив выполнение работ. Договор не предусматривает разделение работы (услуги) на этапы, о чем свидетельствует такие как изготовление, доставка и монтаж. В общую стоимость договора входит доставка и монтаж изделий (забора).

Среднерыночные цены на установку, резку металла, изготовление, покраску составляют 4 640 руб. за 1 метр. 100% аванс за забор с учетом изготовления, монтажа, установки и доставки составил 176 000 руб. (общая стоимость по договору). Всего забор состоит из 25 пролетов следовательно цена 1 пролета 7 040 руб. Изготовлено и смонтировано ФИО2 12 пролетов на общую сумму 84 480 руб. 176 000 руб. - 84 480 руб. = 91 520 руб.

ФИО3 с учетом неоднократного уточнения исковых требований (л.д. 113-117, 232-234) окончательно просит взыскать с Гула М.Т. за счет наследственного имущества ФИО2:

- сумму предварительной оплаты по договору подряда от 11.07.2024 года № 11/07 в размере 91 520 руб.,

- сумму оплаты в размере 80 000 руб. в части невыполненных работ по договору от 20.08.2023 года и стоимость строительных материалов в размере 61 231 руб., а всего 141 231 руб.

В судебном заседании истец ФИО3 иск с учетом уточнений поддержала, при этом от требований по оплате выполненных работ и стоимости материалов другим подрядчиком не отказалась.

Дополнительно на вопросы суда пояснила, что перед заключением договора расчет ФИО2 не предоставлялся, соглашение после проведения расчетов по фактическому объему между ними не производилось. Сроки выполнения работ по договору подряда она с ФИО6 не согласовывали, выполнение работ ФИО2 фактически производилось следующим образом: привез 2 металлических пролета, поставил их, потом установил (забетонировал), она (истец) их приняла, через время ФИО6 привез еще 4 металлических пролета – также поставил, забетонировал, она (истец) их приняла, и так далее через некоторое время еще 4 металлических проема, и последние 2 пролета. Принимала она (истец) выполненные работы этими этапами. Также ФИО6 привез калитку.

Денежные средства ей (истцом) передавались ФИО2 в разные даты (согласно графика 07.09.2023 года, 11.10.2023 года, 18.10.2023 года, 10.11.2023 года (л.д. 10) в виду того, что как появлялись у нее (истца) денежные средства, так и давала ФИО2 на забор.

После того, как она (истец) узнала от соседей по земельным участкам о том, что ФИО2 умер, писала дочери последнего, в том числе с вопросами о том как забрать заготовки, так как ФИО2 говорил, что у него изготовлены 26 металлических пролета, на что получала отказ. Кто-либо из родственников умершего к ней (истцу) с предложением о возврате изготовленных металлических конструкций не обращался.

При проведении экспертизы (по обращению в экспертную организацию ответчиком) по осмотру фактически изготовленных металлических конструкций присутствовала лично, все эксперту показывала, количество указанных в заключении конструкций, изготовленных ФИО2 соответствует действительности, при осмотре металлических конструкций в гараже не присутствовала (аудиопротокол от 26.02.2025 года).

Представитель истца ФИО3 - ФИО4 (доверенность по 02.05.2027 года (л.д. 4-5) в судебном заседании иск с учетом уточнений поддержала, указав также на то, что заключение специалиста составлено лицами, не предупрежденными об уголовной ответственности, поэтому достоверность сведений, отраженных в нем, вызывает сомнения, поскольку оценка производилась после того как ФИО3 доделала забор у третьего лица за счет своих сил, средств и материалов.

Также указала, что вывод эксперта является противоречивым, поскольку в случае если 12 пролетов стоят 167 100 (1 пролет 13 925 руб.), то 13 пролетов стоят 181 025 руб.

Итого общая сумма 348 125 руб., тогда как ФИО3 поясняла, что цемент, песок, подготовку территории она делала и покупала сама.

Ответчик Гула М.Т. в судебное заседание не явилась, извещена, доверила представление своих интересов представителям ФИО5 и ФИО7 (доверенность по 19.07.2029 года (л.д. 31), которые в судебном заседании иск не признали, не оспаривали факт заключения договора подряда, получение аванса и последующих платежей в общем размере 176 000 руб., которые предполагались для изготовления и установки металлического забора вдоль земельного участка истца. При этом из условий договора не следует, что заказчик дополнительно оплачивает приобретение материалов, необходимых для выполнения забора, что предполагает приобретение всех строительных материалов исполнителем за счет полученных от истца средств в качестве оплаты по договору.

В связи с тем, что ФИО2 умер, вступившая в наследство супруга Гула М.Т. не отрицала факта установки ее супругом истцу забора, в обстоятельства не вникала, на момент подачи иска в суд нашла квитанции о приобретении ФИО2 строительных материалов (их семье надобности в них не было, их характеристика позволяет отнести к металлическому забору) на сумму 46 200 руб. Кроме того, в гараже у умершего ФИО2 находятся 2 металлические конструкции, которые ответчик предлагала истцу забрать (л.д. 94-96).

Также в ходе судебного разбирательства для установления фактической стоимости выполненных ФИО2 работ провели осмотр установленных металлических конструкций на земельном участке истца (в присутствии сторон), заключением эксперта установлено, что стоимость выполненных работ составляет 167 100 руб., а поэтому полагали, что какой-либо задолженности перед истцом ответчик не имеет.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований на предмет спора Гула Л.В. в судебное заседание не явилась, извещена.

При указанных обстоятельствах, учитывая также положения ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело по существу в отсутствии неявившихся лиц.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Пунктом 1 ст. 702 ГК РФ установлено, что по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

В соответствии со ст. 703 ГК РФ договор подряда заключается на изготовление или переработку (обработку) вещи либо на выполнение другой работы с передачей ее результата заказчику.

По договору подряда, заключенному на изготовление вещи, подрядчик передает права на нее заказчику. Если иное не предусмотрено договором, подрядчик самостоятельно определяет способы выполнения задания заказчика.

Согласно ст. 709 ГК РФ в договоре подряда указываются цена подлежащей выполнению работы или способы ее определения. Цена в договоре подряда включает компенсацию издержек подрядчика и причитающееся ему вознаграждение. Цена работы может быть определена путем составления сметы. В случае, когда работа выполняется в соответствии со сметой, составленной подрядчиком, смета приобретает силу и становится частью договора подряда с момента подтверждения ее заказчиком. Цена работы (смета) может быть приблизительной или твердой. При отсутствии других указаний в договоре подряда цена работы считается твердой.

В соответствии со ст. 720 ГК РФ заказчик обязан в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат), а при обнаружении отступлений от договора, ухудшающих результат работы, или иных недостатков в работе немедленно заявить об этом подрядчику.

Согласно положениям ст. 431 ГК РФ, согласно которой при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой данной статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 года № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» разъяснено, что условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса РФ, другими положениями данного кодекса, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права.

При толковании условий договора в силу абз. 1 ст. 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (п. 5 ст. 10, п. 3 ст. 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

В силу статьи 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Не входят в состав наследства права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя, в частности право на алименты, право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также права и обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается названным кодексом или другими законами. Не входят в состав наследства личные неимущественные права и другие нематериальные блага.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» разъяснено, что имущественные права и обязанности не входят в состав наследства, если они неразрывно связаны с личностью наследодателя, а также, если их переход в порядке наследования не допускается ГК РФ или другими федеральными законами (ст. 418, ч. 2 ст. 1112 ГК РФ). В частности, в состав наследства не входят: право на алименты и алиментные обязательства (раздел V Семейного кодекса Российской Федерации), права и обязанности, возникшие из договоров безвозмездного пользования (ст. 701 ГК РФ), поручения (п. 1 ст. 977 ГК РФ), комиссии (ч. 1 ст. 1002 ГК РФ), агентского договора (ст. 1010 ГК РФ).

Согласно ст. 418 ГК РФ обязательство прекращается смертью должника, если исполнение не может быть произведено без личного участия должника либо обязательство иным образом неразрывно связано с личностью должника.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Из материалов дела следует, что ФИО3 на праве личной собственности принадлежит земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, участок №, с кадастровым номером № (л.д. 11).

Из объяснений истца ФИО3 данных в ходе судебного разбирательства следует, что последняя с целью обеспечения сохранности зеленных насаждений, а также создания благоприятного вида на всем протяжении прилегающего земельного участка, обратилась с просьбой к знакомому ФИО2 изготовить и установить на своем земельном участке металлический забор.

В подтверждение истцом в материалы дела представлен договор от 20.08.2023 года на изготовление тротуарного ограждения вдоль земельного участка, прилегающего к земельному участку с целью обеспечения сохранности зеленых насаждений, заключенный между ФИО3 (заказчик) и ФИО2 (исполнитель), из которого следует, что стороны заключили договор об установке ограждения высотой не более 1 метра из металлических конструкций, а именно заказчик поручает выполнение указанных работ исполнителю и оплачивает все работы по дополнительному соглашению после проведения расчетов по фактическому объему. Заказчик оплачивает аванс по соглашению сторон (п. 1 договора). Исполнитель предоставляет расчет предстоящих работ. По соглашению сторон приступает к выполнению работ и гарантирует качество (п. 2 договора). Аванс в сумме 70 000 руб. (п. 4 договора) (л.д. 3-4).

Оплата ФИО3 аванса в размере 70 000 руб. ФИО2 подтверждена надписями и подписями сторон в договоре: оплатила ФИО3, получил 20.08.2023 года ФИО2

Также истцом представлен график платежей по договору от 20.08.2023 года за установку ограждения, согласно которого истцом оплачено исполнителю:

07.09.2023 года – 50 000 руб.,

11.10.2023 года - 21 000 руб.,

18.10.2023 года 20 000 руб.,

10.11.2023 года -15 000 руб. (л.д. 10). Стоят подписи сторон оплатил и получил.

Также из письменных пояснений истца следует, что при заключении договора стороны согласовали, что стоимость работ ФИО6 по установлению забора составляет 40 000 руб., все квитанции по приобретению материалов ФИО6 предоставит по завершению работ, побочные работы будут оплачиваться истцом отдельно (л.д. 113-117).

В судебном заседании 26.02.2025 года истец пояснила, что стороны не согласовывали сроки выполнения работ по договору подряда, ФИО2 производил работы поэтапно:

- сначала привез 2 металлических пролета, поставил их, потом установил (забетонировал), она (истец) их приняла,

- через время ФИО6 привез еще 4 металлических пролета – также поставил, забетонировал, она (истец) их приняла,

- и так далее через некоторое время еще 4 металлических проема, и последние 2 пролета. Принимала она (истец) выполненные работы этими этапами. Также ФИО6 изготовил и привез калитку.

Всего ФИО2 изготовил и установил 12 металлических пролетов, калитку.

Относительно качества данных выполненных работ, ФИО3 претензий к ФИО2 не имела, работы приняла.

В связи с резким понижением температуры на улице и обильным снегопадом, стороны согласовали, отложить установку на весну 2024 года.

Также из объяснений истца ФИО3 данных в ходе судебного разбирательства следует, что соглашения (указанного в п. 1 договора) после проведения расчетов по фактическому объему сторонами не заключалось, а в графике платежей указанные суммы передавались ФИО2 за материал и за его работу (аудиопротокол судебного заседания от 26.02.2025 года).

Таким образом, судом установлено и подтверждается материалами дела, что договор от 20.08.2023 года составляла истец, перед его заключением расчет предстоящих работ ФИО2 – ФИО3 не предоставлялся, соглашение после проведения расчетов по фактическому объему между ними не производилось. Окончательная сумма договора за весь забор, калитки не согласовывалась. В рамках данного договора ФИО3 было передано ФИО8 итого: 176 000 руб. на приобретение необходимых строительных материалов, изготовление и установку забора.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 умер (л.д. 34), наследником имущества оставшегося после его смерти является Гула М.Т. супруга наследодателя, дочь наследодателя Гула Л.В. от наследства отказалась в пользу матери Гула М.Т. (л.д. 34-35, 59, 84).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 выданы свидетельства о праве на наследство по закону, оставшееся после смерти супруга ФИО2 в виде прав на денежные средства, находящиеся на едином налоговом счете, составляющие положительное сальдо единого налогового счета, денежные средства хранящиеся на счетах, право на компенсацию по закрытому счету, прав на компенсацию ритуальных услуг (л.д. 83).

Согласно имеющимся в материалах наследственного дела банковских выписок по остаткам наследодателя по открытым на его имя счетам на день смерти, общая сумма, размещенная на счетах превышает стоимость настоящего иска (л.д. 78-79).

Сторона ответчика не оспаривала факт заключения договора подряда, получение ФИО2 аванса и последующих платежей в общем размере 176 000 руб., которые предполагались для изготовления и установки металлического забора вдоль земельного участка истца.

Однако, представителям ФИО1 супруга умершего ФИО2 рассказывала, что возражает против заявленной к взысканию суммы, с учетом смерти своего супруга ФИО2, не отрицает факта установки ее супругом истцу забора, но в обстоятельства их договоренностей она (ФИО1) не вникала, и условий представленного ФИО3 договора, ранее которого не видела, и из которого не следует, что заказчик дополнительно оплачивает приобретение материалов, необходимых для выполнения забора, что предполагает приобретение всех строительных материалов исполнителем за счет полученных от истца средств в качестве оплаты по договору, а также найденных дома квитанций на покупку строительного материала именно для истца, их семье таковой надобности не было.

Так, согласно представленным в материалы дела стороной ответчика документам ФИО2 28.08.2023 года (после заключения договора – 20.08.2023 года) приобретены следующие строительные материалы: швеллер г/к №10П(12м), количество: 0,054, 60x40x2,0 НМЗ 6м., количество: 0,08, труба 30x30x2,0 6м. количество: 0,066, 20x20x1,5 НМЗ 6м., количество: 0,054. Всего на сумму: 20 000 руб., что подтверждается копией чека №0000001684 от 28.08.2023 года (л.д. 97).

Также приобретены строительные материалы: труба 30x30x1,5 6,0 м., количество: 0,198, труба 20x20x1,5 6 м., количество: 0,12, на сумму: 26 200,01 руб., что подтверждается копией чека №0000002175 от 13.10.2023 года (л.д. 98).

Всего ФИО2 было приобретено материалов на сумму: 46 200 руб.

Также стороной ответчика представлены доказательства о том, что ФИО2 дополнительно изготовлены две металлические конструкции, которые должны были быть использованы для устройства забора, и в настоящее время находятся на земельном участке по адресу: <адрес>, <адрес>.

С учетом вышеуказанных пояснений сторон, а также того, что обязательство по выполнению работ по изготовлению и установке забора неразрывно связано с личностью ФИО2 и следовательно прекращено его смертью, суд в ходе судебного разбирательства для правильного и всестороннего рассмотрения дела распределил бремя доказывания между сторонами и возложил на стороны обязанность представить заключение эксперта о рыночной стоимости фактически выполненных ФИО2 работ.

Так, сторона ответчика для установления фактической стоимости выполненных ФИО2 работ, обратилась к независимому эксперту, который провел осмотр установленных металлических конструкций на земельном участке истца (в присутствии сторон), что ФИО3 подтвердила, пояснив, что лично показывала выполненные ФИО2 работы.

Согласно заключения специалиста № 1072/25 об определении рыночной стоимости работ и материалов необходимых для изготовления и монтажа металлического забора с калиткой на дату – 20.08.2023 года (заключения договора подряда) рыночная стоимость работ и материалов необходимых для изготовления и монтажа металлического забора с калиткой по адресу: <адрес> (с учетом того, что заполнение для двух пролетов забора изготовлено, не окрашено и не установлено, калитка изготовлена, окрашена и не установлена) на дату составляет 167 100 руб.

Из данного заключения следует, что при визуальном осмотре установлено: по адресу: Россия, <адрес>, смонтирован металлический забор из профильной трубы, установлена калитка из того же материала. Установлено и окрашено 14 металлических столбов сечением 40х60 с интервалом 2,07 м. по внешним краям столбов, пространство между столбами заполнено металлической конструкцией из профильной трубы сечением 30х30 (горизонтальные элементы диной 2,01 м., 2 шт. на пролет) и 20х20 (вертикальные элементы длиной 1,0 м., 16 шт. на пролет). Всего смонтировано и окрашено 12 пролетов. Металлическая калитка на дату оценки, со слов заказчика, была изготовлена, окрашена, но не установлена. Также на дату оценки изготовлено, не окрашено и не установлено заполнение двух пролетов забора. Неустановленные элементы забора находятся по адресу: <адрес>, <адрес>.

Определение рыночной стоимости работ и материалов необходимых для изготовления и монтажа металлического забора с калиткой выполнено с применением метода сметного расчета с переводом базовых цен в уровень цен на дату оценки 20.08.2023 года (л.д. 173-209).

Кроме того, стороной ответчика представлен локальный сметный расчет (смета) о рыночной стоимости изготовленных ФИО2, не окрашенных и не установленных двух пролетов металлического забора (находящихся в гараже у ответчика) стоимость которых составляет 5 919,56 руб. (л.д. 210-222).

В ходе судебного разбирательства истец поясняла, что после того, как она узнала о смерти ФИО2 то обратилась к дочери последнего, в том числе с вопросами о том как забрать заготовки, на что получала отказ. Кто-либо из родственников умершего к ней (истцу) с предложением о возврате изготовленных металлических конструкций не обращался.

Сторона ответчика же указывала на то, что ФИО1 как наследник ФИО2 предлагала ФИО3 забрать указанные конструкции без дополнительной оплаты. В ответ на данное предложение, ФИО3 отказалась забирать указанные металлические конструкции и потребовала возврата денежных средств, оплаченных ею по договору от ДД.ММ.ГГГГ, в полном объеме.

В подтверждение своих доводов ФИО3 представила сведения о переписке (л.д. 129-130), аналогичная переписка представлена в судебном заседании представителями ответчика (л.д. 228-231), из которой усматривается, что ФИО3 обращалась к дочери ФИО2 с вопросом о возможности забрать изготовленные умершим металл и заготовки, на что ей было отказано.

Представитель истца в судебном заседании также поясняла, что в телефонном режиме связывалась с юристом ФИО1 относительно металла и заготовок, конструктивного разговора не получилось, что также подтверждается перепиской представленной стороной ответчика (л.д. 229).

Из представленных стороной истца дополнительных документов следует, что 10.05.2024 года ФИО3 заключила предварительное соглашение с представителем компании «<данные изъяты>» ФИО11, на изготовление и установку ограждения из профильной трубы на земельном участке с кадастровым номером 24:50:0400399:583, и оплатила аванс в размере 33 000 руб. (л.д. 120).

ДД.ММ.ГГГГ истец заключила договор подряда № с ФИО9, по которому последний обязался выполнить работы по изготовлению и установке ограждения высотой - один метр и протяженностью 58 метров и две (2) калитки на объекте заказчика, расположенного по адресу: <адрес>. 3аказчик поручает, а подрядчик принимает на себя обязательства качественно и в срок выполнить работы в соответствии с условиями настоящего договора. Стоимость работ составила 80 000 руб., в которую не входит стоимость материалов, которую заказчик оплачивает отдельно (л.д. 121-122). Стоимость договора истец оплатила в полном объеме (л.д. 124).

ДД.ММ.ГГГГ истец подписала акт выполненных ФИО9 работ (л.д. 123).

Также ФИО3 представлены платежные документы, подтверждающие приобретение строительных материалов на общую сумму 61 231 руб. (л.д. 131-136), фото таблица ограждения изготовленного и установленного ФИО2 (л.д. 142-145).

Разрешая спор, суд исходит из того, что в ходе судебного разбирательства достоверно установлено, что ФИО3 обратилась к знакомому ФИО2 за выполнением работ по изготовлению и установке металлического забора по периметру ее земельного участка, сторонами был согласован размер предоплаты – 70 000 руб., сроки выполнения работ не согласовывались, после чего истец составила текст договора подряда от 20.08.2023 года, который подписан сторонами, при этом суд полагает, что выполнение и принятие работ предусматривалось по частям, о чем свидетельствуют: пояснения истца и сам факт изготовления и установки металлических конструкций ФИО2, который привез 2 металлических пролета, поставил их, потом установил (забетонировал), она (истец) их приняла, через время ФИО6 привез еще 4 металлических пролета – также поставил, забетонировал, она (истец) их приняла, и так далее через некоторое время еще 4 металлических проема, и последние 2 пролета, калитку; а также передача ФИО3 денежных средств ФИО2 в разные даты (согласно графика 07.09.2023 года, 11.10.2023 года, 18.10.2023 года, 10.11.2023 года по этапам выполненных работ, их оплате.

Также суд исходит из буквального толкования договора от 20.08.2023 года, из которого следует, что исполнитель предоставляет расчет предстоящих работ, заказчик поручает выполнение указанных работ исполнителю и оплачивает все работы по дополнительному соглашению после проведения расчетов по фактическому объему. Вместе с тем, перед заключением договора расчет предстоящих работ ФИО2 в письменном виде ФИО3 не предоставлялся, соглашение после проведения расчетов по фактическому объему между ними не производилось.

Доказательств приобретения строительных материалов, из которых изготовлено и установлено ограждение умершим ФИО2, истцом не представлено, в тексте договора отсутствуют сведения регламентирующие кем приобретаются строительные материалы, сама ФИО3 в судебном заседании не оспаривала факт приобретения ФИО2 материалов, на что передавала аванс в размере 70 000 руб., и денежные средства на общую сумму 106 000 руб., в которые включены стоимость материалов и стоимость работ, сама стоимость работ со слов истца была оценена ей в размере 40 000 руб., кроме того, приобретение ФИО2 материалов подтверждается представленными стороной ответчика документами, датированными сразу после заключения договора – 28.08.2023 года (дата договора 20.08.2023 года), в которых наименование материалов соответствует размерам и описанию металлического забора.

Учитывая, что в данном случае обязательство по изготовлению и установке металлического забора по договору подряда неразрывно связано с личностью ФИО2 и в наследственные обязательства не входит, суд приходит к выводу, что обязанность ФИО2 по выполнению работ в рамках договора от ДД.ММ.ГГГГ года прекратилось его смертью, наследник – пережившая супруга ФИО10 принявшая наследство не может сделать это за него, следовательно, необходимо определить объем выполненных ФИО2 работ, которые ФИО3 приняла, что ей не оспаривалось.

Принимая во внимание, что рыночная стоимость работ и материалов необходимых для изготовления и монтажа металлического забора с калиткой по адресу: <адрес> (с учетом того, что заполнение для двух пролетов забора изготовлено, не окрашено и не установлено, калитка изготовлена, окрашена и не установлена) на дату ДД.ММ.ГГГГ составляет 167 100 руб., вместе с тем, рыночная стоимость изготовленных ФИО2, не окрашенных и не установленных двух пролетов металлического забора (находящихся в гараже у ответчика) составляет 5 919,56 руб., суд приходит к выводу, что к ФИО1 как к наследнику перешла обязанность по возврату ФИО3 стоимости неоконченных работ в размере 5 919,56 руб., которые надлежит взыскать с Гула М.Т. в пользу ФИО3

При этом суд учитывает, установленным в ходе судебного разбирательства тот факт, что ФИО3 предпринимала попытки и обращалась к родственникам умершего ФИО2 относительно возможности забрать заготовки и металл, на что получала отказ, о чем свидетельствуют договоренность сторон о переносе работ на весну 2024 года, пояснения истца, ее представителя, а также смс-переписка сторон.

Разрешая требования ФИО3 в части взыскания денежных средств по договору подряда от 11.07.2024 года № 11/07 в размере 80 000 руб., по таблице на приобретение материалов (л.д. 125) в размере 61 231 руб., суд несмотря на то, что истец и ее представитель в судебном заседании 26.02.2025 года данные требования не поддержали, уточнив к взысканию окончательную сумму 91 520 руб., однако, отказа от иска в данной части суду не поступало, в связи с чем, суд полагает в их удовлетворении отказать, учитывая вышеизложенные обстоятельства дела и принимая во внимание то, что указанные суммы, оплаченные ФИО3 третьему лицу за выполнение работ и материал, не могут быть возложены на наследников умершего ФИО2, при этом доказательства несения расходов на материалы не представлены суду на момент вынесения решения, а таблица заполненная лично ФИО3 таковой не является (л.д.125).

Доводы представителя истца о том, что заключение специалиста составлено лицами, не предупрежденными об уголовной ответственности, поэтому достоверность сведений, отраженных в нем, вызывает сомнения, поскольку оценка производилась после того как ФИО3 доделала забор у третьего лица за счет своих сил, средств и материалов, отклоняется судом, поскольку оснований не доверять выводам эксперта у суда не имеется, стороны лично присутствовали при осмотре экспертом металлических конструкций, ФИО3 показывала изготовленные именно ФИО2 конструкции, эксперты проводившие экспертизу имеют соответствующее образование, опыт работы, обращение к ним стороной ответчика было в целях исполнения бремени распределения судом. К экспертному заключению приложены фотографии забора, которые подтверждают именно забор, установленный на земельном участке истца, согласуются с представленными истцом фотографиями забора, и видео на флэш-носители данного забора.

Ссылка представителя истца о том, что вывод эксперта является противоречивым, поскольку в случае если 12 пролетов стоят 167 100 (1 пролет 13 925 руб.), то 13 пролетов стоят 181 025 руб., итого общая сумма 348 125 руб., тогда как ФИО3 цемент, песок, подготовку территории делала и оплачивала сама, отклоняется судом и не опровергает выводы эксперта, поскольку доказательств тому как указывалось выше истцом в материалы дела не представлено. Достаточно исходить из того, что протяженность забора равна 83,08 метров, ФИО2 изготовил и установил вместе с калиткой 25,08 метра (это 167 100 руб. - 5 919,56 руб. = 161 180,44 руб.). Истец за оставшиеся 58 метров (26 пролетов) оплатила 141 231 руб. (материалы и работы), в связи с чем, стоимость всего забора и получается 302 411,44 руб. При этом ФИО11 за работы за оставшиеся 26 метров истец уплатила 80 000 руб., что уже превышает 40 000 руб., которые истец указывает как за работу ФИО2 за весь забор – 38 пролетов и калитку. Приобретение материалов на 61 231 и вовсе не подтверждено соответствующими чеками. Истец указывает при этом, что в рамках договора с иным лицом сверх 141 231 руб. оплачивала стоимость доставки.

Доводы представителя истца о том, что среднерыночные цены на установку, резку металла, изготовление, покраску составляют 4 640 руб. за 1 метр. 100% аванс за забор с учетом изготовления, монтажа, установки и доставки составил 176 000 руб. (общая стоимость по договору). Всего забор состоит из 25 пролетов следовательно цена 1 пролета 7 040 руб. Изготовлено и смонтировано ФИО2 12 пролетов на общую сумму 84 480 руб. 176 000 руб. - 84 480 руб. = 91 520 руб., отклоняется судом, учитывая заключение эксперта, а также то, что данная сумма 4 640 руб. не подтверждена, представленные распечатки с интернета касаются евроштакетника (л.д. 235-236). Кроме того, сам расчет представителя истца является не верным, поскольку пролетов 38 (со слов истца).

Довод стороны истца о том, что вся стоимость договора составляет 176 000 руб., не может быть принята во внимание, поскольку даже учитывая стоимость 26 пролетов – 5 431,96 руб. (141 231 руб. : 26) + 12 пролетов (изготовленных ФИО2) = 65 183,53 руб., тогда весь забор 206 414,54 руб. При этом суд полагает, что первоначально истец передав ФИО2 аванс 70 000 руб. (ДД.ММ.ГГГГ) оплатила первоначальную закупку материалов, которые ФИО2 приобрел на сумму 46 200 руб. (ДД.ММ.ГГГГ) и оплатила за это часть его работ, после чего, ФИО2 выполнил работы по изготовлению и установке 4 металлических пролетов, истец работы приняла, далее истец оплатила ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ – 50 000 руб., ФИО2 еще изготовил и установил 2 пролета, истец их приняла, и так далее деньги передавались за этапы выполненных работ в октябре и ноябре 2023 года, оставшийся материал остался у ФИО2 в гараже в виде двух изготовленных металлических пролета, но не покрашенных.

Ссылка истца о том, что ФИО2 говорил о наличии у него 26 пролетов, не может быть принята судом во внимание, поскольку доказательств бесспорно и достоверно это подтверждающих не имеется. В судебном заседании установлено, что ФИО2 этапами изготавливая сразу устанавливал металлические пролеты по 4, по 2, по 4 по 2 штуки, более 4-х пролетов никогда не было, в связи с чем, на ноябрь 2023 года в наличии у него не могло быть изготовленных металлических пролетов, о которых как о готовых он говорил истцу.

Доводы ответчика о том, что истцу предлагалось забрать оставшиеся металлические конструкции, отклоняются судом, поскольку как указывалось выше судом установлено, что при обращении истца за их возвращением ей было отказано.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Заявленные исковые требования ФИО3 к Гула М.Т. о взыскании задолженности по договору оказания услуг за счет наследственного имущества умершего должника ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать в пользу ФИО3 с Гула М.Т. в рамках договора от 20.08.2023 года, заключенного между ФИО3 и ФИО2 стоимость не возвращенных, но выполненных двух ограждающих конструкций в размере 5 919,56 руб.

В удовлетворении требований ФИО3 к Гула М.Т. о взыскании задолженности по договору оказания услуг за счет наследственного имущества умершего должника ФИО2 в части взыскания денежных средств по договору подряда от 11.07.2024 года № 11/07 в размере 80 000 руб., по таблице на приобретение материалов (л.д. 125) в размере 61 231 руб. отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда с подачей жалобы через Свердловский районный суд г.Красноярска в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Судья Н.М. Елисеева

Решение в окончательной форме постановлено 12.03.2025 года.

Судья Н.М. Елисеева