Апелляционное постановление № 22-1808/2025 22-240/2026 от 1 февраля 2026 г.

Судья Панова А.Ю. Дело №


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

<адрес> 02 февраля 2026 года

Новосибирский областной суд в составе:

председательствующего Черных Т.М.,

при секретаре Носковой М.В.,

с участием государственного обвинителя Бабенко К.В.,

осужденного ФИО1,

адвокатов Бессонова А.А., Добрицкой Е.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционному представлению государственного обвинителя Хоменко С.С., апелляционным жалобам адвокатов Бессонова А.А., Добрицкой Е.О., осужденного ФИО1 на приговор Советского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым осужден ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, <данные изъяты>;

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 осужден по ч. 1 ст. 285 УК РФ, по которой ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 3 года;

На основании ст. 73 УК РФ наказание назначено условно с испытательным сроком 2 года, с возложением обязанностей: встать на учет в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденного по месту жительства, не менять постоянное место жительства без предварительного уведомления данного органа, периодически (не реже одного раза в месяц) являться на регистрацию в указанный орган; погасить причиненный ущерб в течение 12-ти (двенадцати) месяцев со дня вступления приговора в законную силу;

Удовлетворен гражданский иск представителя потерпевшего <данные изъяты>. Постановлено взыскать с ФИО1 в пользу <данные изъяты> 418 348 рублей 57 копеек.

Как следует из материалов дела, ФИО1 признан виновным и осужден за использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, совершенное из иной личной заинтересованности и повлекшее существенное нарушение прав и законных интересов организации.

Преступление совершено ФИО1 на территории <адрес> при обстоятельствах, установленных судом и приведенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступления не признал.

На приговор государственным обвинителем Хоменко С.С. принесено апелляционное представление.

По доводам апелляционного представления приговор является несправедливым вследствие чрезмерной мягкости назначенного наказания.

В обоснование доводов автор представления указывает, что назначенное ФИО1 наказание в виде условного лишения свободы не соответствует характеру и степени общественной опасности совершенного им преступления, относящегося к категории средней тяжести, обстоятельствам совершенного преступления, влиянию данного вида наказания на исправление осужденного. Инкриминируемое деяние совершено ФИО1 не только вопреки требованиям закона, но и после предписания контролирующего органа, в котором прямо было указано на нарушения <данные изъяты> законодательства о государственной тайне, связанные с <данные изъяты>., что свидетельствует о повышенной общественной опасности преступления, активной роли ФИО1 в совершении преступления. Подсудимый вину не признал, в содеянном не раскаялся, мер к возмещению материального ущерба в размере 418 348 руб. 57 коп., причиненного в результате преступления, не принял, что отрицательно характеризует его личность.

Полагает, что при таких обстоятельствах цели применения наказания, предусмотренные ст. 43 УК РФ, применительно к ФИО1 могут быть достигнуты только при назначении ему наказания в виде реального лишения свободы. Более мягкий вид наказания не будет соответствовать целям исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений. С учетом общественной опасности и характера содеянного, данных о личности виновного, считает справедливым наказание ФИО1 в виде лишения свободы сроком на 2 года 6 месяцев, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима с назначением дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с руководством в научных учреждениях.

На приговор адвокатом Бессоновым А.А. подана апелляционная жалоба, в которой он просит приговор отменить, ФИО1 оправдать.

По мнению адвоката, приговор является незаконным и необоснованным, поскольку в ходе предварительного и судебного следствия инкриминируемые ФИО1 деяния не нашли своего подтверждения. В процессе судебного следствия, исследовав доказательства, предоставленные стороной обвинения и стороной защиты, полагает, что в действиях ФИО1 отсутствует состав вмененного ему преступления, вина ФИО1 не доказана.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ согласно номенклатуре должностей <данные изъяты> была предусмотрена одна должность по 1 форме и фактически оформлен один сотрудник. Номенклатура должностей разрабатывается <данные изъяты> подразделением организации, согласовывается с <данные изъяты> и утверждается руководителем организации. Исходя из положений п. 22 Инструкции «<данные изъяты>», утвержденной Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ за №, согласование номенклатуры должностей с органами безопасности не носит уведомительный характер, так как для данной процедуры предоставляется значимый перечень сведений.

В деле отсутствуют какие-либо сведения (документы) о прекращении <данные изъяты>. допуска по 1 форме. Согласно заключению специальной экспертизы ООО <данные изъяты>», в соответствии с которой был составлен акт № от ДД.ММ.ГГГГ в отношении <данные изъяты>., должна была быть проведена процедура переоформления его допуска к сведениям, составляющим государственную тайну. При этом в соответствии с п.п. 44,45,46 Инструкции «<данные изъяты>», утвержденной Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ за №, прекращение допуска не может производиться автоматически, а требует проведения определенных мероприятий со стороны, в том числе, органов безопасности. Указанные доводы подтверждаются показаниями свидетеля <данные изъяты>., согласно которым <данные изъяты>. получал надбавки при наличии допуска. Приказы о выплатах ежемесячной процентной надбавки к должностному окладу сотрудникам, допущенным к государственной тайне на постоянной основе, издаются раз в год. Если у сотрудников имеется форма допуска, то директор не имеет права не подписать приказ о выплатах ежемесячной процентной надбавки.

Утверждения, имеющиеся в обжалуемом приговоре о якобы возникновении у ФИО1 прямого преступного умысла, направленного на совершение злоупотребления должностными полномочиями, полностью опровергаются фактическими действиями последнего после получения заключения специальной экспертизы. После того, как была проведена экспертиза, было принято решение о переоформлении <данные изъяты>. формы допуска №, так как данная форма необходима ему для работы. При этом ФИО1 дал поручение (указание) начальнику 1 отдела <данные изъяты> переоформить допуск к государственной тайне для <данные изъяты>., что подтверждается допросом свидетеля <данные изъяты>. от ДД.ММ.ГГГГ. Однако до возбуждения уголовного дела процедура переоформления закончена не была по объективным причинам, которые не зависели от ФИО1

Утверждения, имеющиеся в обжалуемом приговоре о том, что ФИО1 якобы действовал, руководствуясь побуждениями карьеризма и покровительства по службе со стороны <данные изъяты>., который, имея большой авторитет среди сотрудников <данные изъяты>», способствовал его избранию на должность директора Института, является необоснованным и опровергается доказательствами, имеющимися в деле. Так, согласно <данные изъяты> директор Института избирается его коллективом из числа кандидатур, согласованных с <данные изъяты>, одобренных комиссией по кадровым вопросам <данные изъяты> по науке и образованию и утвержденных <данные изъяты>. Таким образом, <данные изъяты> не мог в силу установленного порядка избрания и назначения на должность директора <данные изъяты> оказать какую-либо помощь заинтересованному в данном назначении лицу. Кроме того, ФИО1 не изъявлял желания вновь избираться на должность директора, в данной должности он был не заинтересован, а значит, не нуждался и не искал какого-либо покровительства со стороны какого-либо лица.

Вывод суда, отвергающий доводы защиты об отсутствии возможности у <данные изъяты>. оказать какую-либо помощь заинтересованному в назначении на должность директора лицу, согласно которому «суд отвергает все доводы стороны защиты относительно указанных обстоятельств (в том числе, о невозможности пройти многоступенчатый отбор на должность), полагая, что система личных взаимоотношений «покровителя» <данные изъяты>. и «опекаемого» ФИО1 не предполагала достижения каких-то устных договоренностей между ними, а напротив - осуществление действий в интересах <данные изъяты>. со стороны ФИО1 в указанном случае презюмировалось и обсуждению не подлежало», сторона защиты считает основанным на предположениях, так как в материалах уголовного дела отсутствуют доказательства, подтверждающие совершение <данные изъяты><данные изъяты> конкретных действий, которые могут свидетельствовать о его способствовании избранию на должность директора <данные изъяты> ФИО1 Указанные доводы подтверждаются показаниями свидетеля <данные изъяты>., который пояснил, что перед выборами в ДД.ММ.ГГГГ он услышал от сотрудников <данные изъяты> (кто именно, он не помнит, но очень многие заходили и говорили ему об этом) о том, что ФИО1 не хочет избираться на второй срок на должность директора. Он от него получил подтверждение лично о том, что он не хочет избираться на должность директора. А также свидетель <данные изъяты>. пояснил, что ФИО1 перед выборами в ДД.ММ.ГГГГ не стремился быть директором, он давно решил уйти с этой должности.

Ссылка в обжалуемом приговоре на то, что ФИО1 состоял в дружеских отношениях с <данные изъяты>., не соответствует действительности и не подтверждается доказательствами, имеющимися в материалах уголовного дела.

На приговор адвокатом Добрицкой Е.О. подана апелляционная жалоба, в которой она просит приговор отменить, ФИО1 оправдать.

По мнению адвоката, все изложенные в приговоре доводы суда и перечисленные доказательства свидетельствуют исключительно о том, что:

-<данные изъяты>. в связи с ликвидацией <данные изъяты>» и переводом на должность научного руководителя <данные изъяты> не прошел процедуру переоформления допуска к государственной тайне;

-до руководства <данные изъяты> в лице ФИО1 было доведено о необходимости переоформления <данные изъяты>. допуска к государственной тайне;

-ФИО1, дав поручение <данные изъяты>. провести процедуру переоформления, должным образом исполнение поручения не проконтролировал;

-<данные изъяты>. в <данные изъяты> не мог получить допуск для работы с государственной тайной выше 2 формы;

-ФИО1 издал ежегодный приказ о выплате ежемесячной процентной надбавки <данные изъяты>. как лицу, допущенному к государственной тайне по 1 форме секретности.

При этом сведений о том, что допуск по 1 форме <данные изъяты> был прекращен, либо являлся недействительным, материалы уголовного дела не содержат. Прокурором данный довод защиты не опровергнут, и подтверждается следующими доказательствами.

Из показаний свидетелей <данные изъяты> следует, что согласно постановлению Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О предоставлении социальных гарантий гражданам, допущенным к государственной тайне на постоянной основе и сотрудников структурных подразделений по защите государственной тайны», директор не имеет права не подписать приказ о выплате ежемесячной процентной надбавки сотруднику предприятия, допущенному к государственной тайне.

Из показаний свидетелей <данные изъяты> следует, что у <данные изъяты>. на вмененный ФИО1 период имелся действующий допуск по 1 форме к сведениям, составляющим государственную тайну.

Показания свидетелей подтверждены также исследованными в судебном заседании письменными доказательствами:

-справками <данные изъяты> о допуске по первой форме, согласно которой <данные изъяты>. имеет допуск и распоряжением ему предоставлено право доступа к сведениям «особой важности»;

-заключением об осведомленности гражданина в сведениях особой важности и (или) совершенно секретных сведениях от ДД.ММ.ГГГГ;

- карточкой учета осведомленности в сведениях, составляющих государственную тайну научного руководителя <данные изъяты> форма допуска 1;

-заключением об осведомленности гражданина в сведениях особой важности и (или) совершенно секретных сведениях от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ФИО2 имеет первую форму допуска.

Данные показания свидетелей и исследованные письменные доказательства не получили должной оценки в приговоре. Вместе с тем, обстоятельства, на которые указывают данные свидетели, имеют большое значение для правильности квалификации действий осужденного и вывода о наличии или отсутствии в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ.

Кроме того, суд не проверил должным образом и доводы подсудимого о том, что он не имел права не выплачивать <данные изъяты>. надбавку, так как от работы с секретными сведениями особой важности последний не был отстранен, в период переоформления допуск у <данные изъяты> был действующий, сведений о том, что <данные изъяты>. уклоняется от переоформления у него не имелось, как и оснований, перечисленных в п. 15 Инструкции «О порядке допуска должностных лиц и граждан РФ к государственной тайне», утвержденной постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ № при наступлении которых руководитель организации может принять решение о прекращении или снижении формы допуска к государственной тайне. Указанные доводы ФИО1 не были проверены судом надлежащим образом и не получили должной оценки в приговоре.

Полагает, что допущенные по делу и изложенные выше нарушения являются существенными, не могли не повлиять на исход дела, привели к искажению события преступления, к неправильной оценке доказательств.

На приговор осужденным ФИО1 подана апелляционная жалоба, в которой он просит приговор отменить, а его оправдать.

По доводам осужденного, в инкриминируемый ему период времени, в ДД.ММ.ГГГГ научный руководитель <данные изъяты>. имел допуск к сведениям, составляющим государственную тайну, по первой форме. Это подтверждалось документами, а также показаниями свидетелей <данные изъяты>. и другими. Наличие первой формы допуска у научного руководителя <данные изъяты>, которым в <данные изъяты> являлся <данные изъяты>., находилось в определенном противоречии с тем фактом, что <данные изъяты> имеет лицензию <данные изъяты> на работу с документами уровня не выше «совершенно секретно», что соответствует второй форме допуска сотрудников организации. Необходимость для <данные изъяты> иметь первую форму допуска обосновывалась его работой в советах и комиссиях различного уровня. При очередной проверке соблюдения режима секретности в <данные изъяты> в ДД.ММ.ГГГГ было установлено, что требуется провести процедуру переоформления допуска <данные изъяты>., так как уже истек десятилетний срок его оформления и <данные изъяты>. поменял в ДД.ММ.ГГГГ место работы. Однако никаких утверждений о том, что действие допуска <данные изъяты> к государственной тайне прекращено по тем или иным обстоятельствам в материалах дела не содержится. Процедура переоформления допуска <данные изъяты>. была начата, но не доведена в ДД.ММ.ГГГГ до логического завершения по не зависящим от него обстоятельствам, поскольку выяснилось, что невозможно получить документального подтверждения необходимости для <данные изъяты> иметь допуск именно по первой форме. В то же время, ответы на запросы <данные изъяты> подтверждали необходимость для <данные изъяты> иметь форму допуска не ниже второй. В этих условиях, исходя из того, что <данные изъяты>. имеет действующую первую форму допуска, а процедура переоформления еще не завершена, он в начале ДД.ММ.ГГГГ подписал приказ о 75% ежемесячной надбавке к окладу научного руководителя за работу со сведениями, составляющими государственную тайну. Кроме того, в середине ДД.ММ.ГГГГ он подписал еще один приказ о 50% ежемесячной надбавке к окладу заведующего отделом лазерной физики в связи с тем, что <данные изъяты> был устроен на эту должность (по внутреннему совместительству), которой по номенклатуре должностей соответствовала вторая форма допуска.

В связи с вышеизложенным полагает, что содержащиеся в приговоре утверждения о том, что действие допуска <данные изъяты> к государственной тайне было прекращено по тем или иным обстоятельствам, не соответствует фактическим обстоятельствам дела. Единственным спорным моментом является выплата максимальной 75% ежемесячной надбавки <данные изъяты>., как научному руководителю <данные изъяты> (то есть по основному месту работы), так как не было документальных подтверждений его работы с документами «особой важности». Полный объем денежных средств, выплаченных <данные изъяты>. по этому приказу, в <данные изъяты> составляет 351 589 рублей 63 копейки. Однако возможный материальный ущерб никак не может превышать одной трети от этой суммы (75% - 50% = 25%), потому что <данные изъяты>. имел право и работал с документами уровня «<данные изъяты>». Таким образом, вменяемый ему материальный ущерб 418 348 рублей 57 копеек вычислен неправильно и должен составлять 117 196 рублей 55 копеек.

Считает, что допущенные по делу и изложенные выше нарушения являются существенными, не могли не повлиять на исход дела, привели к искажению события преступления, к неправильной оценке доказательств.

Выслушав мнения участников судебного заседания, обсудив доводы апелляционных жалоб и апелляционного представления, проверив материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и приговора виновность осужденного ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, подтверждается совокупностью доказательств, полученных по делу в установленном законом порядке, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре.

Всем представленным сторонами доказательствам и обстоятельствам, в том числе, на которые ссылаются авторы жалоб, судом дана надлежащая оценка.

Суд привел в приговоре убедительные мотивы, по которым принял одни доказательства и отверг другие.

Обстоятельства, подлежащие доказыванию в силу ст. 73 УПК РФ, судом по настоящему делу установлены правильно и подробно приведены в приговоре.

Представленные сторонами доказательства проверены судом в соответствии с положениями ст. 87 УПК РФ.

Правила оценки доказательств, установленные ст. 88 УПК РФ, судом соблюдены.

Вопреки доводам жалоб, выводы суда, изложенные в приговоре о виновности ФИО1, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным в судебном заседании и исследованным в нем доказательствам.

Как правильно указал суд первой инстанции, виновность осужденного подтверждается показаниями представителя потерпевшего <данные изъяты>., свидетелей ФИО3 <данные изъяты>., а также письменными доказательствами, приведенными в приговоре, в том числе, приказом и Уставом, в соответствии с которыми <данные изъяты> осуществлял свою деятельность, определены полномочия директора и научного руководителя института; Положением «О научном руководителе», утверждённым директором <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ, постановлением Президиума <данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в должности директора <данные изъяты> утвержден ФИО2; трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому <данные изъяты> заключило трудовой договор с руководителем <данные изъяты> ФИО1; постановлением о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности следователю от ДД.ММ.ГГГГ, а также справкой, согласно которым установлен факт совершения и.о. директора <данные изъяты>» ФИО1 неправомерных выплат научному руководителю <данные изъяты>. надбавок за работу с государственной тайной; постановлением о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому рассекречены результаты оперативно-розыскных мероприятий в отношении ФИО1; документами, свидетельствующими о том, что <данные изъяты>. имел допуск к сведениям, составляющим государственную тайну, приказами директора <данные изъяты> ФИО1, согласно которым к должностному окладу <данные изъяты>. установлена выплата ежемесячной процентной надбавки в размере 75 %, а также справкой и документами об объеме выплаченных <данные изъяты>. денежных средств; протоколами осмотра указанных документов; ответом Регионального Аттестационного Центра от ДД.ММ.ГГГГ №, согласно которому в номенклатуре должностей <данные изъяты> предусмотрена одна должность по первой форме и фактически оформлен один сотрудник, не переоформлен допуск научному руководителю <данные изъяты><данные изъяты>. (переоформление допуска по первой форме производится через 10 лет), а также иными письменными доказательствами, которые подробно и правильно изложены в приговоре.

Вопреки доводам жалоб судом первой инстанции исследованы и должным образом проанализированы доказательства, приведенные в приговоре, в том числе, показания представителя потерпевшего, свидетелей об обстоятельствах совершения преступления, письменные материалы уголовного дела. Оснований не доверять показаниям представителя потерпевшего и свидетелей, чьи пояснения положены в основу обвинительного приговора, не имеется.

Факт получения <данные изъяты>., являющимся сотрудником <данные изъяты>, денежных средств в качестве надбавки за работу со сведениями, составляющими государственную тайну, в сумме 418 348 рублей 57 копеек в период с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года на основании приказа директора <данные изъяты> ФИО1, в апелляционных жалобах, представлении и в суде апелляционной инстанции не оспариваются.

Доводы стороны защиты о том, что <данные изъяты>. имел право на получение данных денежных средств, поскольку действовал его допуск по первой форме к сведениям, составляющим государственную тайну, являются субъективными суждениями защиты, не основанными на материалах дела и исследованных доказательствах, и обоснованно отвергнуты судом, как несостоятельные.

Согласно Инструкции о порядке допуска должностных лиц и граждан РФ к государственной тайне, утверждённой постановлением Правительства РФ № от ДД.ММ.ГГГГ, лица, имеющие допуск 1 степени, оформленные в другой организации, подлежат переоформлению через 10 лет, после оформления в данной организации.

Судом установлено, что <данные изъяты>. приказом руководителя <данные изъяты>» <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №/л в связи с его работой в указанной организации в должности генерального директора оформлен допуск к государственной тайне по первой форме, который подлежал переоформлению в соответствии с Инструкцией через 10 лет. Поскольку <данные изъяты>» ликвидировано ДД.ММ.ГГГГ, соответственно, трудовая деятельность в данной организации <данные изъяты>. прекращена, как и действие его допуска к сведениям, составляющим государственную тайну, по первой форме.

Выводы суда подтверждаются также показаниями представителя потерпевшего <данные изъяты>., согласно которым выплаты, произведенные <данные изъяты>. в размере 418 348 рублей 57 копеек в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, являлись незаконными, поскольку он не работал со сведениями, составляющими государственную тайну по первой форме допуска, и данный допуск не был оформлен на него в установленном законом порядке.

Из показаний свидетеля <данные изъяты> следует, что <данные изъяты>., являясь сотрудником <данные изъяты>, по первой форме допуска получал надбавку 75% от должностного оклада, однако ему необходимо было пройти процедуру переоформления допуска к сведениям, составляющим государственную тайну, о чем он сообщал ФИО1 в апреле ДД.ММ.ГГГГ, которую <данные изъяты>. в ДД.ММ.ГГГГ не прошел, уклонялся от ее проведения, ФИО1 процедуру переоформления допуска <данные изъяты> к государственной тайне не инициировал, повышенную надбавку к заработной плате не снизил.

Показания свидетеля <данные изъяты> согласуются с показаниями свидетеля <данные изъяты>., согласно которым порядок переоформления допуска к сведениям, составляющим государственную тайну, предусмотрен Инструкцией, <данные изъяты> должен был переоформить его в ДД.ММ.ГГГГ, с показаниями свидетеля <данные изъяты>., согласно которым до инкриминируемых событий до сведения руководителя <данные изъяты> ФИО1 доводилась информация о необходимости переоформления <данные изъяты>. допуска по первой форме, однако фактически <данные изъяты>. не могла быть оформлена 1-ая форма допуска, поскольку институт работал с документами не выше 2-ой формы допуска.

Доводы защиты опровергаются также показаниями экспертов <данные изъяты> согласно которым они подтвердили выводы, изложенные в экспертизе от ДД.ММ.ГГГГ, проведенной <данные изъяты>», о том, что <данные изъяты> не прошел процедуру переоформления допуска к государственной тайне в ДД.ММ.ГГГГ, поскольку из <данные изъяты>» он уволился, а переоформление допуска к государственной тайне по первой форме производится через 10 лет с даты окончания проведения проверочных мероприятий органами безопасности в случае перехода указанных граждан на другое место работы. Кроме того, согласно представленным документам за последние 5 лет со сведениями «особой важности» <данные изъяты> не знакомился.

Пояснения осужденного ФИО1 о том, что <данные изъяты>. фактически работал в ДД.ММ.ГГГГ со сведениями, составляющими государственную тайну по первой форме допуска, голословны и материалами дела не подтверждаются.

Ссылка стороны защиты на показания свидетелей <данные изъяты>., а также письменные материалы дела в подтверждение доводов о том, что <данные изъяты>. имел действующий допуск по первой форме к сведениям, составляющим государственную тайну, не имеет правового значения и не свидетельствуют о невиновности осужденного, поскольку в установленном законом порядке указанный допуск в отношении свидетеля не переоформлен, что подтверждается исследованными доказательствами, и данный факт установлен судом.

При таких обстоятельствах являются правильными выводы суда о том, что ФИО1 незаконно дал указания сотрудникам отдела кадров подготовить приказ о выплате ежемесячной процентной надбавки к должностному окладу сотруднику <данные изъяты>., в отношении которого не переоформлен в установленном законом порядке допуск к сведениям, составляющим государственную тайну.

Какие-либо объективные причины, препятствующие ФИО1 понизить ежемесячную процентную надбавку <данные изъяты>. либо прекратить его допуск к государственной тайне, а <данные изъяты>. переоформить документы в установленном законом порядке, отсутствовали.

Совершая противоправные действия, ФИО1, выполняя организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в Институте, использовал свои служебные полномочия вопреки интересам службы, при этом действовал из личной заинтересованности, обусловленной побуждениями карьеризма и покровительства по службе со стороны <данные изъяты>., что подтверждается исследованными доказательствами.

Суд правильно в обоснование этих выводов сослался на показания свидетелей <данные изъяты>., согласно которым <данные изъяты>. имел авторитет в <данные изъяты>, являлся его фактическим научным руководителем. Свидетели <данные изъяты> также пояснили, что <данные изъяты> осуществлял протекцию ФИО1 при избрании его на должность директора Института.

В связи с этим с учетом характера взаимоотношений, сложившихся между <данные изъяты>. и ФИО1, имеющимся у <данные изъяты>. авторитетом среди коллег в <данные изъяты>», способствующим назначению на должность директора Института ФИО1, являются верными выводы суда о том, что, совершая преступление, ФИО1 действовал из иной личной заинтересованности.

Суд дал надлежащую правовую оценку пояснениям свидетелей защиты о том, что ФИО1 не был заинтересован в назначении его на должность директором Института, поскольку они опровергаются не только вышеприведенными показаниями свидетелей, но и фактическими действиями осужденного, который участвовал в конкурсах на замещение вакантной должности директора Института и выигрывал их.

Вопреки доводам апелляционной жалобы размер ущерба, причиненный в результате преступных действий ФИО1, установлен правильно - 418 348 рублей 57 копеек, поскольку именно данную сумму незаконно получил <данные изъяты>., как надбавку к заработной плате, право на которую он не имел.

Указанные действия ФИО1 повлекли существенное нарушение прав и законных интересов организации, руководителем которой он являлся, в лице Министерства науки и высшего образования РФ в виде причинения материального ущерба Министерству науки и высшего образования РФ в размере 418 348 рублей 57 копеек.

Таким образом, доводы стороны защиты о невиновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, как следует из материалов дела и содержания приговора были проверены судом и обоснованно отвергнуты, со ссылкой на конкретные доказательства и фактические обстоятельства дела, установленные в судебном заседании.

Исследованные и положенные в основу обвинительного приговора доказательства являются допустимыми, поскольку получены в соответствии с требованиями закона, в установленном УПК РФ порядке.

Несмотря на полученную оценку всем доводам, сторона защиты вновь ссылаются на них в апелляционных жалобах.

Вместе с тем, оснований сомневаться в правильности выводов суда, изложенных в приговоре, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Дело рассмотрено полно, всесторонне и объективно с соблюдением принципов уголовного судопроизводства.

Выводы суда, изложенные в приговоре о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным в судебном заседании и рассмотренным в нем доказательствам, поэтому правильность этих выводов сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает.

Тщательно исследовав обстоятельства дела, оценив доказательства в совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности виновности осужденного ФИО1 за использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, совершенное из иной личной заинтересованности и повлекшее существенное нарушение прав и законных интересов организации, и правильно квалифицировал его действия по ч. 1 ст. 285 УК РФ, по указанным в приговоре признакам.

Наказание осужденному ФИО1 назначено в соответствии с требованиями закона, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, соразмерно содеянному, с учетом данных о его личности, влияния назначенного наказания на исправление осужденного, на условия жизни его семьи, наличия смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

Суд обоснованно признал смягчающими наказание обстоятельствами состояние здоровья ФИО1, бесспорный вклад в развитие науки и высокие достижения в указанной области, за что ФИО1 неоднократно награждался и поощрялся благодарностями, благодарственными письмами, медалью «<данные изъяты>».

Суд пришел к правильному выводу о назначении виновному ФИО1 наказания в виде лишения свободы, без применения ст. 64 УК РФ.

Также суд пришел к обоснованному выводу, что исправление ФИО1 возможно без изоляции от общества, и правильно применил ст. 73 УК РФ, то есть назначил наказание условно, а также не назначил дополнительное наказание, которое не является обязательным по данному составу преступления.

Выводы суда о наказании, изложенные в приговоре, подробно описаны и убедительно мотивированы, суд в полной мере учел положения ч. 2 ст. 43 УК РФ.

При таких данных несправедливости при определении вида и срока наказания осужденному ФИО1 судом не допущено. Все обстоятельства, указанные автором апелляционного представления, судом надлежащим образом учтены.

Оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ судом первой инстанции правильно не установлено, не находит таких оснований и суд апелляционной инстанции.

Ссылка в апелляционном представление на непризнание осужденным вины, невозмещение материального ущерба, причиненного в результате преступления, не являются безусловным снованием для усиления назначенного наказания, которое является соразмерным содеянному, отвечающим принципам и целям наказания, предусмотренным ст. 43 УК РФ.

Нарушений закона, влекущих отмену приговора или внесение в него изменений, по доводам представления государственного обвинителя, жалобам адвокатов, осужденного, из материалов дела не усматривается.

Приговор соответствует требованиям ст. 297 УПК РФ.

При таких данных, оснований для удовлетворения апелляционного представления государственного обвинителя Хоменко С.С., апелляционных жалоб адвокатов Бессонова А.А., Добрицкой Е.О., осужденного ФИО1 не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 389.20 УПК РФ,

П О С Т А Н О В И Л:

приговор Советского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционное представление государственного обвинителя Хоменко С.С., апелляционные жалобы адвокатов Бессонова А.А., Добрицкой Е.О., осужденного ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, через суд первой инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.7, 401.8 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья Т.М. Черных