Решение № 2-3828/2019 2-594/2020 2-594/2020(2-3828/2019;)~М-2956/2019 М-2956/2019 от 28 сентября 2020 г. по делу № 2-3828/2019

Дело №

26RS0№-37


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

29 сентября 2020 года <адрес>

Промышленный районный суд <адрес> края в составе:

председательствующего судьи Степановой Е.В.,

с участием:

истца ФИО1,

представителя истца ФИО1 – ФИО2 по ордеру,

ответчика ФИО3,

представителей ответчика ФИО3 – ФИО4, ФИО5 по доверенности,

старшего помощника прокурора <адрес> – Курбанова М.М.

при секретаре Шкрабо Д.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 о возмещении вреда, причиненного здоровью,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в Промышленный районный суд <адрес> с исковым заявлением, впоследствии уточненным к ФИО3 о возмещении вреда, причиненного здоровью.

В обоснование исковых требований указано, что дата на территории рынка «Тухачевский» <адрес> на левую ногу истца упал рекламный штендер, принадлежащий ИП ФИО3 Актом судебно-медицинского обследования установлено, что истцу причинен вред здоровью средней тяжести, что привело к утрате трудоспособности на 96 дней. Стоимость оказанных медицинских услуг и расходы на необходимое лечение составили 11 419 рублей 40 копеек. Расчет пособия по временной нетрудоспособности составил 51 459 рублей, Истцом понесены расходы в виде расчета пособия по временной нетрудоспособности в размере 500 рублей.

Размер причиненного морального вреда истцом оценивается 700 000 рублей.

Просит суд взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 63 378 рублей 40 копеек, компенсацию морального вреда в размере 700 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель по ордеру ФИО2, уточненные исковые требования поддержали в полном объеме, дали пояснения, аналогичные изложенным в иске, и просили суд их удовлетворить.

В судебном заседании ответчик ФИО3 и его представители ФИО4, ФИО5 по доверенности, возражали против удовлетворения исковых требований, поддержали письменные возражения, согласно которым исковые требования не подлежат удовлетворению, так как отсутствует причинно-следственная связь между причинением вреда здоровью и действиями ответчика, что исключает обязанность компенсировать причиненный вред.

Ранее ответчик ФИО3 пояснял суду, что у него был один штендер и другого никогда не было, видео материал подтверждает, то где стоял штендер, как он выглядел, иного штендера не было. Сейчас он штендер убрал, так как администратор рынка сказал убрать его, так как по этой дороге часто ездили грузчики, говоря: «посмотри что случилось из-за него», так как пошел слух о падении его на истца.

В день происшествия он находился в магазине, когда вышел, то увидел, что лежит штендер, немного дальше чем он его ставил, т.е. не около мусорного контейнера у первого павильона, а лежал он уже около прохода, он вышел, спросил, что случилось? Истец сказала: что щит ударил ее по ноге, ветра не было, он предложил помощь, соседи подходили, он не подтверждает, что его щит ударил истца, там стояли много рекламных штендеров, а лежал только его, может она его зацепила. Я не отказываюсь от того, что лежал именно его штендер.

В судебном заседании старший помощник прокурора <адрес> Курбанов М.М. дал заключение о невозможности удовлетворения заявленных требований в виду их недоказанности и отсутствия причинно-следственной связи между причинением вреда здоровью и действиями ответчика, что исключает обязанность компенсировать причиненный вред.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО6 пояснил, что работает в скорой медицинской помощи врачом выездной бригады. дата прибыл по вызову на рынок «Тухачевский». Со слов истца на ее ногу упал штендер в районе павильона «Богатырь». Она была осмотрена в машине, оказана медицинская помощь, а потом госпитализирована в травмпункт. Поставлен диагноз – ушиб левой голени.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО7 пояснила, что работает на рынке индивидуальным предпринимателем с 2006 года. Постоянно ходит мимо магазина «Богатырь», штендер ответчика запомнился, так как он больше остальных по размеру, высота его примерно 146 см. Труба штендера была шире остальных, примерно 6 см в диаметре, сделана из газовой трубы. Со слов истца ей известно, что из-за порыва ветра на ее левую ногу сзади упал штендер магазина «Богатырь». На представленных фотографиях и видеозаписи штендер один и тот же, но он не соответствует тому, который стоял около магазина «Богатырь».

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО8 пояснила, что работает на рынке 20 лет. Штендер магазина «Богатырь» больше остальных по размеру, высота его примерно 130 см, был сварен из трубы примерно 5-6 см в диаметре. Со слов истца, ей известно, что из-за порыва ветра на ее левую ногу сзади упал штендер магазина «Богатырь». После случившегося, штендера больше не было. На представленных фотографиях и видеозаписи штендер один и тот же, но он не соответствует тому, который стоял около магазина «Богатырь».

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО9 пояснила, что со слов истца ей известно, что на ее левую ногу сзади упал штендер. истцу в травмпункте было назначено лечение, наблюдалась у травматолога. После истец обратилась в отделение гнойное хирургии. На работу вышла в марте, но выходила не постоянно.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО10 пояснил, что работает на рынке индивидуальным предпринимателем. Известно, что у ответчика один штендер, по высоте примерно один метр, других у него нет. На представленных фотографиях и видеозаписи штендер один и тот же. После происшествия больших штендеров не видел.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО11 пояснила, работает на рынке индивидуальным предпринимателем. У ответчика один штендер, сделан из трубы, высота его примерно один метр, который выставлял каждое утро. О травме истца ей ничего неизвестно. На представленных фотографиях и видеозаписи представлен штендер ответчика.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО12 пояснила, что работает на рынке индивидуальным предпринимателем с 2001 года. Ее магазин находится напротив магазина ответчика. У ответчика есть один штендер обычного размера, высотой 120 см, весом 10-12 кг. Штендер ответчик не менял, не обновлял уже 3 года. По форме штендер полукруглый, случаев падения штендера не было. От ветра они не падали, довольно устойчивые. На представленных фотографиях штендер магазина «Богатырь».

Суд, выслушав пояснения сторон, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему.

Согласно статье 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным. Суд обосновывает решение лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

В силу статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по внутреннему убеждению, основанному на беспристрастном, всестороннем и полном рассмотрении имеющихся доказательств в их совокупности.

Судом установлено, что согласно карте вызова скорой медицинской помощи, дата поступил вызов по адресу: <адрес>, рынок «Тухачевский», откуда истец, ввиду падения на ее левую ногу рекламного штендера была доставлена в ГБУЗ СК «ГП №». В результате указанных событий истцу причинен вред здоровью средней тяжести, что также подтверждается актом судебно-медицинского обследования № от дата.

На основании статьи 210 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Упавший рекламный штендер с рекламой магазина «Богатырь» (выносная складная рекламная конструкция) принадлежит ответчику ФИО3, который в судебном заседании исковые требования не признал, ввиду того, что истцом не представлено надлежащих доказательств причинно-следственной связи между наступившими последствиями (причиненный вред здоровью) и противоправными действиями ответчика.

Однако, дал пояснения, что в день и в месте описанных истцом событий действительно стоял принадлежащий ему штендер, факт падения штендера ответчик не видел, он услышал вскрик истца и прибежал на помощь, в этот момент он увидел что его рекламный штендер лежит на земле, а истица жалуется на падение на ее ногу указанного штендера.

В соответствии со ст.1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Поскольку в материалах дела имеется два противоречащих друг другу акта СМЭ: акт судебно-медицинского обследования № от дата и акт исследования № от дата по ходатайству стороны истца с целью установления сведений о факте причинения вреда здоровью в результате падения рекламного штендера и степени тяжести вреда, определением Промышленного районного суда <адрес> от дата была назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза.

Согласно заключению экспертов № от дата на основании представленных материалов гражданского дела, медицинских документов, и в соответствии с поставленными на разрешение вопросами, комиссионная судебно-медицинская экспертиза приходит к следующим выводам.

Истец получила закрытый ушиб мягких тканей и обширный кровоподтек задне-внутренней поверхности левой голени, сопровождавшийся и массивной надфасциальной гемотомой. Указанные повреждения могли образоваться дата около 14 часов 00 минут в результате падения рекламного штендера из металла, со значительной силой на задне-внутреннюю поверхность левой голени ФИО1 при обстоятельствах, указанных в объяснении дата материала проверки № г. (КУСП 39667 от дата и в судебном заседании дата.

Учитывая локализацию полученной травмы и ее последствия, маловероятно, что ФИО1 сама уронила рекламный штендер себе на ногу.

В период времени с дата по дата и с дата по дата ФИО1 находилась на амбулаторном лечении и в этот период времени имелась утрата общей трудоспособности (100%).

Хроническое заболевание ФИО1 в причинной связи с травмой, полученной дата, не находится.

При этом суд отмечает, что вывод экспертов о том, что рекламный штендер не мог при падении причинить имевшиеся у ФИО1 повреждения, так как имеет небольшую массу, судом не может быть принят и положен в основу при вынесении решения суда, поскольку рекламный штендер не был представлен экспертам на исследование. Судом не ставился вопрос перед экспертами об определении массы конструкции, соотнесении массы конструкции (рекламного штендера) и массы тела истца и возможных травм при падении с учетом массы (степени тяжести) конструкции и массы тела истца.

Выводы экспертов основаны на представленных в материалы дела доказательствах, иных доказательств при проведении экспертизы истребовано не было.

Более того, материалами дела установлено, а также заключением судебной экспертизы, что у истца на момент падения на ее левую ногу имелось хроническое заболевание – варикозная болезнь вен нижних конечностей, в связи с чем была выполнена операция – флебэктомия слева.

Выводы экспертов указывают что вышеуказанное повреждение могло образоваться в результате падения рекламного штендера из металла со значительной силой на задне- внутреннюю поверхность левой голени ФИО1 при обстоятельствах, указанных в объяснении дата материала проверки № г. (КУСП 39667 от дата и в судебном заседании дата.

В соответствии со ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 настоящего Кодекса.

Заключение экспертов № ГБУЗ СК Краевое БСМЭ от дата, выполненное на основании определения суда оценено судом в соответствии со ст. 67 ГПК РФ в совокупности с иными имеющимися в материалах дела доказательствами. Суд считает, что эксперты не заинтересованы в исходе дела, были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Оснований не доверять заключению экспертов у суда не имеется.

Исходя из изложенного, суд находит заключение судебной экспертизы достоверным, полным и достаточным, а потому надлежащим доказательством по делу, которое может быть положено в основу решения суда при принятии решения по спору.

Таким образом, из заключения комиссии экспертов, следует, что травмы, полученные ФИО1, могли образоваться дата при падении рекламного штендера, принадлежащего ответчику ФИО3 В период времени нахождения истца на амбулаторном лечении имелась утрата общей трудоспособности – 100%.

Таким образом суд считает, что факт увечья истца установлен.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

То есть, положения указанной нормы предусматривают возможность освобождения лица от возмещения вреда, если оно докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно пункту 1 статьи 19 ФЗ РФ от дата № 38-ФЗ «О рекламе» владелец рекламной конструкции (физические или юридические лицо) – собственник рекламной конструкции либо иное лицо, обладающее вещным правом на рекламную конструкцию или правом владения и пользования рекламной конструкцией на основании договора с ее собственником.

В силу пункта 4 указанной нормы, рекламная конструкция и ее территориальное размещение должны соответствовать требованиям технического регламента. Таким образом, обязанность надлежащего содержания рекламной продукции, в том числе рекламных штендеров, законом возложена на ее владельца (собственника).

Ответчиком, не оспаривающим принадлежность ему упавшей рекламной конструкции, не представлено допустимых и относимых доказательств отсутствия его вины в причинении вреда здоровью истцу, также не представлено доказательств того, что вред здоровью истца причинен третьими лицами, о необходимости истребования каких-либо доказательств по делу не заявлено, а напротив материалами дела установлено, что истцу причинен вред здоровью в результате падения рекламного штендара, который принадлежит ответчику ФИО3

Поскольку обязанность по содержанию имущества согласно ст.210 ГК РФ лежит на собственнике имущества, то вред, причиненный здоровью истца, в результате самостоятельного падения штендера должен быть возмещен ответчиком.

Таким образом исследуя всю совокупность представленных в материалы дела доказательств, заключение экспертов, показания истца, ответчика, свидетелей судом установлен факт причинения вреда имуществом ответчика, а соответственно установление его вины как собственника указанной конструкции.

Вопросы вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, урегулированы параграфом вторым главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Объем и характер возмещения вреда, причиненного повреждением здоровья, определены в статье 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежат утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

При определении утраченного заработка (дохода) пенсия по инвалидности, назначенная потерпевшему в связи с увечьем или иным повреждением здоровья, а равно другие пенсии, пособия и иные подобные выплаты, назначенные как до, так и после причинения вреда здоровью, не принимаются во внимание и не влекут уменьшения размера возмещения вреда (не засчитываются в счет возмещения вреда). В счет возмещения вреда не засчитывается также заработок (доход), получаемый потерпевшим после повреждения здоровья (пункт 2 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В подпункте «а» пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что под утраченным потерпевшим заработком (доходом) следует понимать средства, получаемые потерпевшим по трудовым и (или) гражданско-правовым договорам, а также от предпринимательской и иной деятельности (например, интеллектуальной) до причинения увечья или иного повреждения здоровья. При этом надлежит учитывать, что в счет возмещения вреда не засчитываются пенсии, пособия и иные социальные выплаты, назначенные потерпевшему как до, так и после причинения вреда, а также заработок (доход), получаемый потерпевшим после повреждения здоровья.

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что лицо, причинившее вред здоровью гражданина (увечье или иное повреждение здоровья), обязано возместить потерпевшему утраченный заработок, то есть заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь. Поскольку в результате причинения вреда здоровью потерпевшего он лишается возможности трудиться как прежде, а именно осуществлять прежнюю трудовую деятельность или заниматься иными видами деятельности, между утратой потерпевшим заработка (дохода) и повреждением здоровья должна быть причинно-следственная связь. Под заработком (доходом), который потерпевший имел, следует понимать тот заработок (доход), который был у потерпевшего на момент причинения вреда и который он утратил в результате причинения вреда его здоровью. Под заработком, который потерпевший определенно мог иметь, следует понимать те доходы потерпевшего, которые при прочих обстоятельствах совершенно точно могли бы быть им получены, но не были получены в результате причинения вреда его здоровью. При этом доказательства, подтверждающие размер причиненного вреда, в данном случае доказательства утраты заработка (дохода), должен представить потерпевший.

Статьей 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен порядок исчисления заработка (дохода), утраченного в результате повреждения здоровья.

Размер подлежащего возмещению утраченного потерпевшим заработка (дохода) определяется в процентах к его среднему месячному заработку (доходу) до увечья или иного повреждения здоровья либо до утраты им трудоспособности, соответствующих степени утраты потерпевшим профессиональной трудоспособности, а при отсутствии профессиональной трудоспособности - степени утраты общей трудоспособности (пункт 1 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В состав утраченного заработка (дохода) потерпевшего включаются все виды оплаты его труда по трудовым и гражданско-правовым договорам, как по месту основной работы, так и по совместительству, облагаемые подоходным налогом. Не учитываются выплаты единовременного характера, в частности компенсация за неиспользованный отпуск и выходное пособие при увольнении. За период временной нетрудоспособности или отпуска по беременности и родам учитывается выплаченное пособие. Доходы от предпринимательской деятельности, а также авторский гонорар включаются в состав утраченного заработка, при этом доходы от предпринимательской деятельности включаются на основании данных налоговой инспекции. Все виды заработка (дохода) учитываются в суммах, начисленных до удержания налогов (пункт 2 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 4 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда потерпевший на момент причинения вреда не работал, учитывается по его желанию заработок до увольнения либо обычный размер вознаграждения работника его квалификации в данной местности, но не менее установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации.

Истцом суду представлен расчет утраченного ею заработка, который был рассчитан исходя из получаемых ею доходов от предпринимательской деятельности. Из возражений на исковое заявление следует, что ответчик не согласен с заявленным требованием о взыскании в пользу истца 51 459 рублей в качестве утраченного заработка, поскольку истец предъявляет требования по больничным листам.

Однако, суд относится критически к указанному доводу, ввиду того, что истцом фактически заявлено требование о взыскании утраченного ею заработка. Суд полагает, что некорректно сформулированное требование в исковом заявлении, не может служить основанием для признания заявленного искового требования незаконным и необоснованным. Кроме того, в материалы представлен расчет возмещения утраченного заработка, который ответчиком не оспорен.

С учетом указанного, не полученная истцом за период временной нетрудоспособности (96 дней), возникшей вследствие причинения вреда ее здоровью, заработная плата, является утраченным заработком, которое подлежит возмещению.

Кроме того, согласно выводам экспертов, в период времени с дата по дата и с дата по дата ФИО1 находилась на амбулаторном лечении и в этот период времени имелась утрата общей трудоспособности равной 100%.

Таким образом, требование о взыскании суммы в размере 51 459 рублей в счет возмещения утраченного заработка подлежат удовлетворению.

Из предоставленного перечня расходов истцом на оказание медицинских услуг, а также приобретение лекарств следует, что ею были затрачены денежные средства в размере 11 419 рублей 40 копеек.

Факт несения указанных расходов подтвержден квитанциями и чеками, имеющимися в материалах дела, необходимость в их приобретении обоснована представленными в дело медицинскими заключениями согласно, установленного врачебного диагноза, с учетом состояния истца.

Из возражений ответчика следует, что в представленных медицинских заключениях имеется не соответствие назначенным и приобретенным лекарствам, однако исследовав указанный довод истец подтвердила что самостоятельно производила замену назначенных дорогостоящих лекарств на их аналоги с меньшей стоимостью (например замена повязок с мазью «Левомеколь» на порошок ФИО13 и бриллиантовую зелень)

Судом в судебном заседании указанные назначения, соответствие приобретенных лекарств- исследованы и проверены, а так же установлено соответствие чеков на приобретение лекарств назначенным препаратам.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (далее также - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата N 10) разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата N 10 разъяснено, что суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора (абзац второй пункта 1 названного постановления).

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата N 10).

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.

Статья 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

В соответствии с частью 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с частью 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера, причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию, суд принимает во внимание, что к числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной. Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции РФ.

Исследовав представленные доказательства, судом установлено, что в результате падения рекламного штендера истцу причинен вред здоровью, следовательно, обязанность по компенсации морального вреда возлагается на ответчика.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № от дата «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения, по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

При указанных обстоятельствах заявленные требования о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению.

Исходя из конкретных обстоятельств дела, степени и характера причиненных физических и нравственных страданий, суд считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей, в удовлетворении оставшейся части отказать.

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 ГПК РФ.

Из материалов дела следует, что с целью установления суммы возмещения утраченного заработка, истец обратилась в ООО «Анталия». За оказанные услуги ею оплачено 500 рублей, что подтверждается товарным чеком, которые подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

В судебном заседании истцом заявлено о взыскании с ответчика расходов на оплату услуг экспертов в размере 33 088 рублей, а также услуг представителя в размере 50 000 рублей.

На основании ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

За производство комиссионной судебно-медицинской экспертизы истцом было уплачено 33 088 рублей за выполнение экспертного заключения № от дата, что подтверждается договором от дата и кассовым чеком от дата.

Следовательно, суд признает указанные расходы необходимыми и подлежащими взысканию с ответчика в пользу истца расходы за выполнение экспертного заключения в размере 33 088 рублей.

Согласно части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В судебном заседании интересы истца ФИО1 представлял ФИО2, действующий на основании ордера № С155031 от дата. Согласно представленному соглашению от дата, за оказание юридических услуг истцом уплачено 50 000 рублей, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру СГ-19-26 от дата.

Таким образом, суд, учитывая продолжительность рассмотрения настоящего дела, объем и сложность работы, принимая во внимание время, которое было затрачено на подготовку материалов по настоящему делу, приходит к выводу о необходимости взыскания с ответчика в пользу истца расходов за услуги представителя в размере 30 000 рублей, а в удовлетворении оставшейся части искового требования отказать.

При таких обстоятельствах, оценив доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что истцом ФИО1 представлены суду доказательства, свидетельствующие о причинно-следственной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения ответчика.

Таким образом, оценивая обстоятельства, установленные в ходе судебного разбирательства в совокупности с заключением эксперта, суд приходит к выводу об обоснованности заявленных исковых требований.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО3 о возмещении вреда, причиненного здоровью – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 51 459 рублей в счет возмещения утраченного заработка.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 понесенные расходы за оказание медицинских услуг, приобретение лекарств в размере 11 419 рублей 40 копеек.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей.

В удовлетворении оставшейся части искового требования о компенсацию морального вреда в размере 670 000 рублей истцу ФИО1 – отказать.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000 рублей.

В удовлетворении оставшейся части искового требования о взыскании расходов на оплату услуг представителя в размере 20 000 рублей истцу ФИО1 – отказать.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 расходы на оплату услуг экспертов в размере 33 088 рублей.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 расходы за расчет суммы возмещения в размере 500 рублей.

Решение может быть обжаловано в <адрес>вой суд через Промышленный районный суд <адрес> путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца с момента его оглашения.

Судья Е.В. Степанова