Решение № 2-278/2023 2-278/2023~М-258/2023 М-258/2023 от 17 декабря 2023 г. по делу № 2-278/2023

УИД: 28RS0019-01-2023-000424-45

дело № 2-278/2023


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 декабря 2023 г. пгт. Серышево

Серышевский районный суд Амурской области в составе:

судьи Кузнецовой И.А.,

при секретаре Кузинкиной М.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела по иску администрации Серышевского муниципального округа Амурской области к ФИО1, ФИО6, ФИО4 о признании договора социального найма недействительным,

у с т а н о в и л:

Администрация Серышевского муниципального округа предъявила иск к ФИО1, ФИО6, ФИО4, в котором указала, что ДД.ММ.ГГГГ между администрацией Казанского сельсовета и ФИО5 был заключён договор социального найма жилого помещения №, по условиям которого администрация передала ФИО5 и членам его семьи в бессрочное владение и пользование жилое помещение, находящееся в муниципальной собственности Казанского сельсовета, площадью 64,1 кв.м. по адресу: <адрес> для проживания. Совместно с нанимателем в жилое помещение вселены сестра ФИО3, племянница ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ. ФИО5 с ДД.ММ.ГГГГ был зарегистрирован в жилом помещении, проживал в нём с 2001 года по май 2021 года. Вместе с тем, спорная квартира не являлась муниципальной собственностью, в связи с чем, администрация Казанского сельсовета не вправе была распоряжаться ей и предоставлять на условиях договора социального найма. Таким образом, администрацией Казанского сельсовета незаконно заключён договор социального найма с ФИО5 В нарушении требований ч. 1 ст. 49, ст. 52, ч. 1 ст. 61 ЖК РФ, ФИО7 и члены его семьи малоимущими и нуждающимися для предоставления жилого помещения на условиях договора социального найма не признавались, кроме того, ФИО2 и ФИО4 в жилое помещение фактически не вселялись и совместное хозяйство с нанимателем ФИО7 не вели. ФИО2 в жилое помещение не вселялась, в квартиру с 2009 года по 2022 года не возвращалась и бремя содержания имущества не несла, вещи вывезла, постоянно проживала и работала в <адрес>. Соответственно выезд ФИО2 носил постоянный и добровольный характер. В мае 2021 года ФИО5 выехал из спорного жилого помещения в <адрес>. В августе 2021 дом попал в зону ЧС, вызванной вследствие комплекса метеорологических и гидрологических явлений и разлива <адрес>. ФИО5 выплата не производилась в связи с тем, что он с заявлением не обращался, так как ранее получил сертификат на приобретение жилого помещения, как ветеран боевых действий и купил ДД.ММ.ГГГГ квартиру по адресу: <адрес>, <адрес>, <адрес>. Несмотря на то, что дом, в котором зарегистрирована ФИО2 находится в зоне, подвергнутой затоплению, право на получение выплаты она не имеет, поскольку фактически не проживала и с заявлением не обращалась. На момент чрезвычайной ситуации 2021 года в жилом помещении по адресу: <адрес> никто не проживал. Поскольку ФИО2 малоимущей и нуждающейся на территории Казанского сельсовета не признавалась, в администрацию Казанского сельсовета и Серышевского муниципального округа не обращалась, оснований для предоставления ей жилого помещения на условиях договора социального найма во внеочередном порядке не имеется. <адрес> установлено, что договор социального найма заключён незаконно, выявлено бездействие администрации Казанского сельсовета в части мониторинга жилого фонда на территории сельсовета. Руководствуясь положениями ст. ст. 49, 51, 52, 57 ЖК РФ, разъяснениями, содержащиеся в п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, ст.ст. 166, 168 ГК РФ, считает недействительным договор социального найма от ДД.ММ.ГГГГ №, поскольку заключение администрацией Казанского сельсовета с ФИО5 договора социального найма жилого помещения не соответствует требованиям жилищного законодательства, регламентирующего предоставление гражданам жилых помещений на условиях социального найма, установленные законом основания для заключения с ФИО5 договора социального найма и вселения членов семьи ФИО2 и ФИО4 в жилое помещение – <адрес> отсутствовали.

Процедура признания права муниципальной собственности органом местного самоуправления соблюдена, ДД.ММ.ГГГГ квартира принята на учёт как бесхозный объект недвижимости, при этом правообладателем земельного участка по адресу: <адрес> является ФИО5 с ДД.ММ.ГГГГ. В соответствии с <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № «О преобразовании городского и сельских поселений <адрес> во вновь образованное муниципальное образование Серышевский муниципальный округ <адрес>», юридическое лицо администрация Казанского сельсовета ликвидировано. Администрация Серышевского муниципального округа является правопреемником администрации Казанского сельсовета. На основании ст.ст. 166, 167 ГК РФ, п. 71 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № истец просит суд: признать недействительным договор социального найма жилого помещения от ДД.ММ.ГГГГ №, заключённый между администрацией Казанского сельсовета и ФИО5; применить последствия недействительности сделки в виде выселения ФИО5 и членов его семьи и снятии их с регистрационного учёта.

Представитель истца администрации Серышевского муниципального округа ФИО8, действующая на основании доверенности, настаивала на заявленных исковых требованиях, так как оспариваемый договор является недействительным. Казанским сельсоветом был не соблюдён порядок и условия предоставления ФИО21 спорного жилого помещения по договору социального найма. Жилое помещение на балансе Казанского сельсовета не состояло, в реестре муниципальной собственности не значится. Никакого решения главой сельсовета о предоставлении жилого помещения ответчикам по договору социального найма не принималось, однако договор социального найма ДД.ММ.ГГГГ был заключён. При чём ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ года рождения вписана в договор без оформления дополнительного соглашения к договору. Считает, что срок исковой давности по настоящему делу необходимо исчислять с момента, когда администрация <адрес> узнала о нарушенном праве, то есть с ДД.ММ.ГГГГ, после ликвидации Казанского сельсовета и правопреемства администрацией <адрес>.

Также указала, что ФИО21 фактически проживал в квартире с 2001 года, то есть до заключения договора социального найма. Квартира была предоставлена семья ФИО21 в период, когда дом принадлежал совхозу им. Кирова, который позже был ликвидирован. Законность вселения семьи в квартиру истец не оспаривает. Почему орган местного самоуправления, который должен был принять на баланс жилое помещение после ликвидации совхоза, этого не сделал, неизвестно. Признала, что в случае выполнения Казанским сельсоветом обязательств по принятию жилого помещения, именно сельсовет уполномочен был заключить договор социального найма с проживающими в квартире лицами.

Ответчик ФИО5 в судебном заседании участия не принимал, ходатайствуя о рассмотрении дела без его участия, возражал против удовлетворения исковых требований, поскольку договор заключён с ним на законных основаниях.

Ответчик ФИО2, действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетней ФИО4, в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных исковых требований. Указала, что её родители вселились в <адрес> в 1985 году. Они оба работали в колхозе им. Кирова, поэтому она с детства была зарегистрирована в жилом помещении, училась в Казанской средней школе. В договор социального найма в 2010 году она и затем её дочь были вписаны с согласия нанимателя - её брата ФИО5, в её присутствии. Договор подписывала глава сельсовета ФИО10. На момент заключения договора в квартире были зарегистрированы: её мама, ФИО21 и она. Квартира являлась её постоянным местом жительства. Никаких претензий к ним по поводу договора социального найма у сельсовета никогда не было. Её выезд из жилого помещения носит временный и вынужденный характер. В доме хранятся её вещи.

Согласно поступившему письменному отзыву на иск, считает, что истец пропустил срок исковой давности по заявленному исковому требованию. Истец является правопреемником Казанского сельсовета, а перемена лиц в обязательстве не влечет изменение срока исковой давности и порядка его исчисления. Правопредшественник истца, а значит, и истец узнал о наличии оспариваемого договора социального найма ДД.ММ.ГГГГ. Срок исковой давности пропущен истцом, какие бы требования истец не заявлял. Ответчик и её несовершеннолетняя дочь зарегистрированы в <адрес>. В настоящее время ответчик и её дочь временно отсутствуют в указанном жилом помещении в связи с его непригодностью для постоянного проживания. Несмотря на то, что указанное жилое помещение находилось ранее на балансе колхоза, после его ликвидации указанное жилое помещение не было передано на баланс органа местного самоуправления - администрации Казанского сельсовета, вследствие чего фактически орган местного самоуправления самоустранился от исполнения обязанностей наймодателя указанного жилого помещения. Между тем, впоследствии правопредшественник истца заключил в отношении указанного жилого помещения договор социального найма, что фактически означает признание того факта, что обязанность органа местного самоуправления принять указанное жилое помещение имеется, фактически она была исполнена. Поведение истца считает недобросовестным, поскольку первоначально он заключил договор социального найма с ответчиками, а в настоящее время фактически пытается отказаться от исполнения указанного договора. Оспаривание заключенного договора социального найма никогда заявлялось со стороны органа местного самоуправления, более того, настоящий иск был заявлен только в связи с тем, что ответчик заявила иск о предоставлении ей другого жилого помещения, пригодного для постоянного проживания. Ответчик полагает, что у суда есть все основания для применения положения ч. 5 ст. 166 ГК РФ. ФИО2 была вынуждена не проживать в указанном жилом помещении по причине что с нанимателем жилого помещения ФИО21 у неё сложились неприязненные отношения, ответчик ключей от жилого помещения не имеет. Поэтому непроживание ответчика в настоящее время носит вынужденный характер. Ответчик являлась членом семьи нанимателя на протяжении всего времени эксплуатации дома, в указанном жилом помещении проживала ещё со своими родителями, сохраняет регистрацию в указанном жилом помещении, вследствие чего ответчик имеет право на указанное помещение.

Администрация Казанского сельсовета была обязана включить указанное жилое помещение в реестр муниципальной собственности (принять на баланс ОМС) в соответствии Законом РФ «Об основах федеральной жилищной политики» № от ДД.ММ.ГГГГ, действовавшего на момент ликвидации колхоза «Казанский». В соответствии с требованиями ст. 9 того же закона, при ликвидации колхоза жилищный фонд подлежал передаче в ведение органа местного самоуправления. Неисполнение обязанности по включению жилого дома в реестр муниципальной ценности не может влиять на правовой статус ответчика как члена семьи нанимателя. К тому же при смене собственника жилого фонда все жилищные права ответчика сохраняются. Ещё в период заселения указанного жилого помещения родителями ответчика они всей семьёй были заселены в установленном законом порядке, никогда не ставился вопрос о том, что они были вселены с нарушением порядка предоставления указанного жилого помещения, вследствие чего они приобрели право на указанное жилое помещение. Все права на жилое помещение сохранились за ФИО2 и её дочерью и после передачи указанного жилого помещения на баланс органа местного самоуправления. Считает, что истец не вправе ставить вопрос о неправомерности вселения ответчика в указанное жилое помещение, оснований для оспаривания вселения в жилое помещение нет.

Представитель ответчика ФИО2 – ФИО9 действующий по устному заявлению, просил отказать в удовлетворении исковых требований по основаниям, указанным в письменном отзыве на иск. Указал, что <адрес> не распределялась органами местного самоуправления, так как являлась ведомственным жильём, принадлежащим колхозу им. Кирова. Родители ответчиков были вселены в квартиру вместе с несовершеннолетними детьми. ФИО2 и ФИО5 проживали в доме с детства. Поэтому нет оснований полагать, что администрацией Казанского сельсовета был не соблюдён порядок предоставления жилья в порядке очередности. Жилое помещение при переходе права собственности уже было заселённым, смена собственника не является основанием для расторжения действующего договора социального найма. Когда из ведомственного жилья квартира стала муниципальной, она должна была быть включена в муниципальный жилищный фонд, в этот момент уже действовал договор социального найма, хотя он не был выражен в письменном виде. Комплекс правоотношений сложившихся между жильцами и Казанским сельсоветом, следует характеризовать как договор социального найма, а сам договор от ДД.ММ.ГГГГ, выразил эти отношения, закрепил их. Не постановка на баланс, не включение в муниципальный жилищный фонд квартиры, не может служить основанием для признания недействительным договора социального найма. Несмотря на то, что проживание либо выбытие ФИО2 из жилого помещения не относится к спору о недействительности договора, указал, что в жилом помещении остались вещи ответчика, выбытие носит вынужденный характер и связи с аварийностью жилья и конфликтными отношениями с нанимателем ФИО21. Оснований ни для расторжения договора социального найма, ни для признания его недействительным нет. Настаивал на применение судом срока исковой давности.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований, ФИО17, будучи своевременно надлежащим образом извещённым, в судебное заседание не явился. Согласно заявлению, поступившему от его представителя ФИО19, действующей на основании доверенности, просила о рассмотрении дела без их участия, поскольку поданный иск не затрагивает права ФИО17

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований, ФИО18, будучи надлежащим образом извещённым, в судебное заседание не явился, заявлений и ходатайств от него не поступало.

С учетом положений ст. 167 ГПК РФ, суд определил возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Помощник прокурора Серышевского района Гринёва М.В. в своём заключении согласилась с позицией ответчика о пропуске срока исковой давности, который является самостоятельным основанием для отказа в иске и не требует дальнейшего разбирательства о правомерности заключения договора социального найма.

Представитель органа опеки и попечительства Управления образования администрации Серышевского муниципального округа ФИО16 в своём заключении указала, что несовершеннолетняя ФИО4 зарегистрирована по месту жительства в соответствии с действующим законодательством, имеет право пользоваться как член семьи нанимателя данным жилым помещением. У мамы, которая является единственным родителем, нет возможности обеспечить ребёнка другим жилым помещением и перерегистрировать её, а регистрации ребёнка влияет на реализацию основных гражданских и жилищных прав несовершеннолетней. Просила отказать в удовлетворении заявленных требований в части касающейся несовершеннолетней ФИО4

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, оценив доказательства в их совокупности, суд пришёл к следующим выводам.

Администрация Серышевского муниципального округа обратилась в суд, оспаривая право ФИО5 и членов его семьи на получение им по договору социального найма № от ДД.ММ.ГГГГ, заключённого Казанским сельсоветом <адрес>, во владение и в пользование для проживания <адрес> в <адрес>.

На основании Положения о правопреемстве органов местного самоуправления поселений <адрес>, входящих в состав муниципального образования Серышевский муниципальный район <адрес>, органами местного самоуправления вновь образованного муниципального образования Серышевский муниципальный округ, утверждённого решением Советом народных депутатов Серышевского муниципального округа от ДД.ММ.ГГГГ № администрация Серышевского муниципального округа вновь образованного муниципального образования Серышевский муниципальный округу является правопреемником администрации Казанского сельсовета.

Согласно техническому паспорту на жилое помещение от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что <адрес> 1985 года постройки, имеет общую площадью 62,5 кв.м., в том числе жилой – 48,6 кв.м, имеет инвентарный №.

Из материалов дела следует, что <адрес>, расположенная в <адрес> была принята на учёт как бесхозяйный объект недвижимости ДД.ММ.ГГГГ, правообладателем указано муниципальное образование <адрес>.

При этом земельный участок, на котором расположено указанное жилое помещение, находится в собственности у ФИО5, право зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ.

Ответчики ФИО5 и ФИО2 являются близкими родственниками (брат и сестра), что сторонами не оспаривается.

Ответчик ФИО2, до изменения имени и отчества ДД.ММ.ГГГГ имела данные ФИО3, является матерью ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, а также сестрой ответчика ФИО5

Из похозяйственной книги № за период с 2002 по 2006 год, следует, что главой хозяйства является ФИО11 и его супруга ФИО12 (мать ответчиков ФИО5 и ФИО2), в качестве членов семьи указаны их дети. С 2009 года главой семьи указана ФИО12, членами семьи значатся: ФИО5 (ответчик), ФИО13 (третье лицо), ФИО18 (третье лицо), ФИО14

ФИО5 зарегистрирован по адресу: <адрес> ДД.ММ.ГГГГ, а ФИО2 и несовершеннолетняя ФИО4 имеют регистрацию с ДД.ММ.ГГГГ, что следует из копий свидетельства о регистрации №, паспорта гражданина РФ, адресных справок. Указанные сведения о дате регистрации ответчиков не отрицают фактического проживания ответчиков по адресу: <адрес> более ранний период, так как вселены они были в квартиру своими родителями в детском возрасте.

Таким образом, доводы ответчика ФИО2 о том, что жилое помещение было предоставлено их с ФИО5 родителям задолго до заключения оспариваемого договора найма, нашли своё подтверждение.

В судебном заседании ответчик ФИО2 настаивала на том, что <адрес> была предоставлена её родителям колхозом им. Кирова, в связи с трудовой деятельностью. Ответчики, будучи несовершеннолетними на тот момент, были вселены в квартиру родителями в качестве членов семьи.

Данные факту судом признаются установленными, так как они признаются всеми сторонами.

Согласно сведениям, предоставленным главой района, колхоз им. <адрес> реорганизован в ТОО «Кировское» на основании решения № от ДД.ММ.ГГГГ Малого совета <адрес> Совета народных депутатов. На основании постановления № от ДД.ММ.ГГГГ главы администрации района ТОО «Кировское» преобразован в СПК «Кировский». В перечне основных средств, отнесённых к неделимому фонду СПК на ДД.ММ.ГГГГ в строке «жилой сектор» значится балансовая стоимость, количество не указано. На основании свидетельства от ДД.ММ.ГГГГ внесена запись в ЕГР о ликвидации СПК «Кировский».

Согласно предоставленной копии решения сессии Казанского сельсовета № от ДД.ММ.ГГГГ, Казанский сельский Совет народных депутатов решил принять в муниципальную собственность Казанского муниципального образования с последующей передачей на обслуживание эксплуатационных организаций жилой фонд ТОО «Кировское» в объёме 49 домов (перечень домов отсутствует).

Из договора социального найма жилого помещения № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что администрацией Казанского сельсовета, являющейся собственником жилого фонда, в бессрочное владение и пользование ФИО5 предоставлено изолированное жилое помещение, находящееся по адресу: <адрес>, площадью 35 кв.м. Совместно с нанимателем вселены: сестра ФИО3 и племянница ФИО4. Договор подписан сторонами, в том числе главой администрации Казанского сельсовета, имеет все необходимые реквизиты. При этом в качестве основания заключения социального найма, в договоре указано решение сессии Казанского сельсовета № от ДД.ММ.ГГГГ.

Несмотря на то, что ответчики не состояли на учёте в качестве нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договору социального найма, не признавались малоимущими и не обращались с соответствующими заявлениями, установленные обстоятельства законности вселения семьи ФИО21 в 1985 году, опровергают позицию истца о нарушении администрацией Казанского сельсовета порядка предоставления жилого помещения по договору социального найма, предусмотренного положениями п. 2 ч. 3 ст. 11 ЖК РФ, ч. 4 ст. 57 ЖК РФ.

Доводы истца о том, что ФИО2 и ФИО4 в жилое помещение фактически не вселялись и совместное хозяйство с нанимателем ФИО7 не вели, являются надуманными. Они опровергаются не только пояснениями ФИО2, которая была вселена в жилое помещение в возрасте 7 лет, но пояснениями свидетеля ФИО15, являющейся супругой ответчика ФИО5

Из показаний свидетеля ФИО15 следует, что с 2018 года она проживает с ФИО5 Ей известно, что <адрес> была предоставлена родителям её супруга в 1985 году как переселенцам. ФИО20 выписывалась из этого дома, но позже ФИО2 и её дочь были зарегистрированы в <адрес> были по предложению самого ФИО5 Указала, что та не проживала постоянно с ними, но приезжала в 2020 году с дочерью, ночевала в <адрес>. Проживать в доме невозможно из-за его аварийности. В квартире имеются вещи, принадлежащие ФИО2 С сестрой супруга ФИО2 у неё и ФИО5 конфликтные отношения, ключи от дома она не имеет.

В соответствии со ст. 9 Закона РФ от 24.12.1992 № 4218-1 (действующего на момент ликвидации СПК «Кировский») «Об основах федеральной жилищной политики» при ликвидации государственных или муниципальных предприятий, учреждений их жилищный фонд, находящийся в полном хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений (ведомственный фонд), должен быть передан в полное хозяйственное ведение или оперативное управление правопреемников этих предприятий, учреждений (если они определены), иных юридических лиц либо в ведение органов местного самоуправления в установленном порядке с сохранением всех жилищных прав граждан, в том числе права на приватизацию жилья.

В соответствии с Федеральным законом РФ от 21.12.2001 № 178-ФЗ «О приватизации государственного и муниципального имущества», а также положениями постановления Верховного Совета РФ от 27.12.1991 № 3020-1 «О разграничении государственной собственности в Российской Федерации на федеральную собственность, государственную собственность республик в составе РФ, краев, областей, автономной области, автономных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга и муниципальную собственность», жилищный фонд колхоза им. Кирова и его правопреемников подлежал передаче в состав муниципальной собственности.

В соответствии с ч. 5 ст. 132 Федерального закона РФ 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» жилищный фонд социального использования, а также социально значимые объекты, не проданные в порядке, установленном п.п. 4 и 4.1 ст. 132, подлежат передаче в муниципальную собственность соответствующего муниципального образования в лице органов местного самоуправления.

При этом, на основании Постановления Верховного Совета РФ от 27.12.1991 № 3020-1 «О разграничении государственной собственности в Российской Федерации на федеральную собственность, государственную собственность республик в составе Российской Федерации, краев, областей, автономной области, автономных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга и муниципальную собственность» и в соответствии с Приложением № 3 к указанному Постановлению, жилищный фонд городов и районов независимо от того, на чьём балансе они находятся, отнесены к муниципальной собственности.

В том случае, если жилой фонд не передан должным образом в государственную (муниципальную) собственность, либо собственник его не определён, граждане не могут воспользоваться своим правом на приобретение в собственность принадлежащего им по договору социального найма жилого помещения, что не может быть признано соответствующим закону. Если государство устанавливает в законе право граждан на получение жилья в собственность, то оно обязано обеспечить и возможность реализации этого права.

По смыслу указанных положений закона, несмотря на то, что администрация Казанского сельсовета не исполнила решение сессии Казанского сельсовета № от ДД.ММ.ГГГГ, не приняв на себя обязательства по оформлению права собственности на жилой <адрес>, что следует из справки главы Казанского сельсовета от ДД.ММ.ГГГГ о том, что данное жилое помещение в реестре муниципальной собственности не значится, жилой фонд ликвидированного колхоза им. Кирова (затем его правопреемников) независимо от того, на чьём балансе оно находилось, относится к муниципальной собственности.

В соответствии с абз. 1 п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.08.1993 года № 8 «О некоторых вопросах применения судами Закона РФ «О приватизации жилищного фонда» переход государственных и муниципальных предприятий в иную форму собственности либо их ликвидация не влияют на жилищные права граждан, проживающих в домах таких предприятий и учреждений, в том числе и на право бесплатной приватизации жилья.

Таким образом, наличие права на приватизацию у граждан, проживающих в таких домах, предполагает их проживание в жилых помещениях на условиях договора социального найма.

Следовательно, после передачи колхозом жилого фонда в Казанский сельсовет на основании решения сессии Казанского сельсовета № от ДД.ММ.ГГГГ, а также после ликвидации СПК «Кировское» в 2004 году, до заключения договора социального найма от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО5, ФИО2 проживали в жилом помещении фактически на условиях социального найма. При этом отсутствие само по себе в указанный период времени договора на занятие жилой площади при фактическом вселении в предоставленное жилое помещение, проживании в нём и исполнении обязанностей нанимателя не является препятствием к возникновению права пользования данным жилым помещением, а возможное нарушение должностными лицами установленного порядка оформления документов при предоставлении жилого помещения не является основанием для умаления прав гражданина, добросовестно выполнявшего обязанности нанимателя квартиры.

На основании приведённых доказательств и положений закона, суд считает, что глава Казанского сельсовета <адрес> имел законное право на заключение договора социального найма с гражданами, проживающими в <адрес>.

Суд считает необходимым отметить, что доводы сторон и их пояснения о предоставлении ФИО5 жилого помещения, как ветерану боевых действий, о затопления <адрес>, признании её аварийной, причинах непроживания ФИО2 и её дочери в жилом помещении, указание в договоре социального найма от ДД.ММ.ГГГГ в качестве члена семьи ФИО4 без составления дополнительного соглашения к договору, не признаются в качестве доказательств, обосновывающих либо опровергающих заявленные истцом требования, поскольку они не содержат сведений, на основании которых могут быть установлены юридические значимые обстоятельства для рассмотрения дела с учётом предмета и оснований заявленных требований.

Предоставленные в судебное разбирательство документы о признании жилого помещения аварийным в 2021 году, о приобретении в 2021 году жилого помещения ФИО5, обращения ФИО2 на имя Генерального прокурора РФ, прокурора <адрес>, прокурора <адрес>, Главы администрации <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ о нарушенных жилищных правах и вынужденности выезда из жилого помещения, содержат сведения об обстоятельствах возникших после даты заключения оспариваемого договора, а следовательно не влияют на выводы суда о законности вселения ответчиков в <адрес> и заключения с ФИО5 и членами его семьи договора социального найма жилого помещения от ДД.ММ.ГГГГ.

Статья 11 ГК РФ предусматривает, что в судебном порядке осуществляется защита нарушенных или оспоренных гражданских прав. Одним из способов защиты права является восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки (ст. 12 ГК РФ).

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.07.2009 № «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» разъяснено, что требования о признании недействительными решения о предоставлении гражданину жилого помещения по договору социального найма и заключенного на его основании договора социального найма подлежат разрешению исходя из аналогии закона применительно к правилам, установленным ст. 168 ГК РФ, о недействительности сделки, не соответствующей закону или иным правовым актам, а также п. 1 ст. 181 ГК РФ, предусматривающим трехгодичный срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки, течение которого начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Согласно ст. 166 ГК РФ (в редакции, действующей на момент заключения договора социального найма) сделка недействительна по основаниям, установленным ГК РФ, в силу признания её таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная).

Согласно требованиям ст. 168 ГК РФ (в редакции, действующей на момент заключения договора социального найма), сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В силу ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 ГК РФ (если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.).

Статьёй 181 ГК РФ установлены следующие сроки исковой давности по недействительным сделкам: 1. Срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки. 2. Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Суд не принимает довод представителя администрации Серышевского муниципального округа об исчислении срока исковой давности для данного лица со дня принятия им соответствующих полномочий администрации Казанского сельсовета, так как в силу ст. 201 ГК РФ - перемена лиц в обязательстве не влечёт изменения срока исковой давности и порядка его исчисления.

Суд полагает, что администрация Серышевского муниципального округа в данном случае выступает в качестве правопреемника администрации Казанского сельсовета.

При таких обстоятельствах, руководствуясь разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ, содержащимися в п. 23 Постановления от 02.07.2009 № 14, суд приходит к выводу, что рассматриваемые по настоящему делу требования следует рассматривать как указанные в названном пункте Постановления, а потому к ним подлежат применению правила о сроке исковой давности, а равно о том, что по данным требованиям его течение начинается со дня, когда началось исполнение сделки.

Разрешая исковые требования администрации <адрес> к ФИО5, ФИО2, ФИО4 о признании недействительным договора социального найма жилого помещения № от ДД.ММ.ГГГГ, суд, руководствуясь положениями статей 168, 181, 196, 200, 201 ГК РФ, учитывая заявление ответчика ФИО2 и её представителя ФИО9 о применении исковой давности по иску, исходя из того, что оспариваемый договор социального найма заключён ДД.ММ.ГГГГ, с этой же даты началось его исполнение которое составило более 13 лет, обращение в суд с иском о его расторжении последовало ДД.ММ.ГГГГ, пришёл к выводу о том, что истцом пропущен срок исковой давности по требованиям о признании недействительным договора социального найма жилого помещения №, заключённого ДД.ММ.ГГГГ между Казанским сельсоветом и ФИО5 на жилое помещение, расположенное по адресу: Серышевский муниципальный округ, <адрес>,

На основании изложенного, суд пришёл к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований администрации Серышевского муниципального округа в полном объёме.

Руководствуясь ст.ст. 194 - 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований администрации Серышевского муниципального округа Амурской области к ФИО1, ФИО6, ФИО4 о признании договора социального найма жилого помещения недействительным, - отказать

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Серышевский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято 21 декабря 2023 года.

Судья И.А. Кузнецова