Решение № 2-337/2021 2-337/2021~М-286/2021 М-286/2021 от 3 июня 2021 г. по делу № 2-337/2021

Гр. дело № 2-337/2021 Мотивированное
решение изготовлено 04 июня 2021 года

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

28 мая 2021 года г. Кировск

Кировский городской суд Мурманской области в составе

председательствующего судьи Лихачева В.И.

при секретаре Сергеевой Е.И.

с участием истца ФИО1,

представителя истца Чикусовой Е.С.,

помощника прокурора г. Кировска Поповой Д.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Апатит» о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного несчастным случаем на производстве,

У С Т А Н О В И Л :

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к Акционерному обществу «Апатит» (далее – АО «Апатит») о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного несчастным случаем на производстве, указав в обоснование заявленных требований, что он осуществлял трудовую деятельность в АО «Апатит», 29 мая 1995 года с ним произошел несчастный случай на работе, в результате чего он получил травму на производстве, в виде политравма, множественные переломы ребер слева, ушиб левого легкого, плевро-пульмональный шок, закрытый перелом левого плеча, сдавление левой кисти. В связи с произошедшим несчастным случаем на производстве, он находился на длительном лечении. Вследствие полученных травм, ему была установлена 3 группа инвалидности и 40% степени утраты трудоспособности на срок до 22 января 2000 года. В результате несчастного случая ему причинен моральный вред, который выражается в вынужденных многочисленных обращений к врачам, длительное нахождение на лечении, подвергался оперативному вмешательству, затруднено и ограничено движение из-за сильных болей. Кроме того, он вынужден нести расходы на лечение, а именно приобретение лекарственных средств, прохождение реабилитационных мероприятий. Просит взыскать с ответчика денежную компенсацию морального вреда, причиненного несчастным случаем на производстве, в размере 500 000 рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержал исковые требование о взыскании компенсации морального вреда. В дополнение пояснил, что в результате несчастного случая, он не может жить прежней жизнью, поскольку его движения ограничены из-за боли.

Представитель истца ФИО1 - адвокат Чикусова Е.С. в судебном заседании поддержала исковое требование ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда.

Представитель ответчика о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, в судебное заседание не явился, просил дело рассмотреть в его отсутствие, представил возражения, из которых следует, что с исковыми требованиями не согласен, поскольку в действиях работника ФИО1 имеются нарушения ст. 214 Трудового кодекса Российской Федерации, п.п. 1.51 Инструкции №50 по ОТ и ТБ, п. 4.1.3. «Инструкции по ОТ и ТБ для работающих на машинах ПТ-4, которые привели к несчастному случаю. Считает, что причиной несчастного случая послужило несоблюдение ФИО1 техники безопасности, что говорит о его халатном отношении к исполнению своих должностных обязанностей. Полагает, что вины работодателя в произошедшем несчастном случае не имеется. В свою очередь, со стороны работодателя надлежащим образом выполнялась обязанность по обеспечению безопасных условий труда: проведение инструктажей по охране труда, стажировки на рабочем месте и проверки знаний требований охраны труда. Также полагает, что истцом завышена компенсация морального вреда. Просит в удовлетворении требований ФИО1 о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья, в заявленном размере отказать.

В соответствии с частью 5 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствии представителя ответчика.

Выслушав пояснения истца и его представителя, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования о взыскании компенсации морального вреда подлежащими удовлетворению, суд приходит к выводу о том, что исковые требования истца подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Охрана труда регулируется Конституцией Российской Федерации, Всеобщей декларацией прав человека от 10 декабря 1948 года, Международным пактом «Об экономических, социальных и культурных правах» 1966 года, конвенциями Международной организации труда (МОТ), Трудовым кодексом Российской Федерации другими законами и подзаконными нормативными актами.

Так, Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого человека на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, не угрожающих жизни и здоровью (ст.ст. 7, 37).

Пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10 от 20 декабря 1994 года «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» определено, что рассматривая требования потерпевшего о компенсации перенесенных им нравственных или физических страданий, следует иметь в виду, что вопросы возмещения морального вреда, в частности, регулировались: статьями 25, 30 «Правил возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением ими трудовых обязанностей», принятых 24 декабря 1992 г., введенных в действие с 1 декабря 1992 г. и действовавших до 6 января 2000 г..

Однако отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда. Например, в соответствии с пунктом 3 статьи 1 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик к трудовым отношениям, возникшим после 3 августа 1992 г., может быть применена статья 131 названных Основ, регулирующая ответственность за нанесение морального вреда по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда, поскольку отношения, связанные с компенсацией морального вреда, не урегулированы трудовым законодательством.

Указанное положение применимо и к трудовым отношениям, возникшим после 1 января 1995 г., так как названными выше незаконными действиями работодателя нарушаются личные неимущественные права работника и другие нематериальные блага (статья 151 первой части Гражданского кодекса Российской Федерации).

На момент получения истцом травмы (29 мая 1995 года) действовали Правила возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанными с исполнением ими трудовых обязанностей, утвержденные постановлением ВС РФ от 24.12.1992 № 4214-1, в которых было предусмотрено, что отношения по возмещению вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанными с исполнением ими трудовых обязанностей, регулируются Гражданским кодексом РСФСР и настоящими Правилами (статья 1).

Согласно статье 2 указанных Правил работодатель несет материальную ответственность за вред, причиненный здоровью рабочих, служащих, членов колхозов и других кооперативов, гражданам, работающим по гражданско-правовым договорам подряда и поручения, трудовым увечьем, происшедшим как на территории работодателя, так и за ее пределами, а также во время следования к месту работы или с работы на транспорте, предоставленном работодателем (статья 3 Правил).

В соответствии со ст. 25 вышеуказанных Правил работодатель обязан возместить потерпевшему, получившему трудовое увечье, моральный вред (физические и нравственные страдания). Моральный вред возмещается в денежной или иной материальной форме независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Согласно ст. 2 Кодекс законов о труде Российской Федерации каждый работник имеет право: на условия труда, отвечающие требованиям безопасности и гигиены; на возмещение ущерба, причиненного повреждением здоровья в связи с работой.

Пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10 от 20 декабря 1994 года «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» определено, что под моральным вредом... понимаются нравственные или физичес

В судебном заседании установлено, что ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ответчиком в период с 18 января 1995 года по 5 декабря 2016 года, работая в должности проходчика, машиниста электровоза; уволен в связи с переводом работника с его согласия в ООО «Механик» пункт 5 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Данные обстоятельства подтверждаются материалами дела, в том числе, копией приказа о переводе и увольнении с работы, трудовой книжки истца.

Как установлено судом, 23 мая 1995 года с истцом учеником проходчика ФИО1 на рабочем месте на Кировском руднике АО «Апатит» (ранее АООТ «Апатит») произошел несчастный случай (удар ковшом погрузочно-транспортной машины ПТ-4, в результате которого истец получил телесные повреждения - ...

В ходе расследования несчастного случая комиссия установила, что ученик проходчика ФИО1 Лю. при недостаточном опыте работы стал выполнять работы на ПТ-4 непредусмотренные нарядом, при наматывании цепи на барабан, ФИО1 находился в опасной зоне движения ковша.

В соответствии с Актом о несчастном случае на производстве № 16 от 29 мая 1995 года причиной несчастного случая послужило нахождение пострадавшего в опасной зоне движения ковша машины ПТ-4 (нарушение: п. 1.51 Инструкции №50 по ОТ и ТБ, п. 4.1.3 Инструкции по ОТ и ТБ для работающих на машинах ПТ-4.

Комиссией по расследованию несчастного случая было установлено, что лицами, допустившими нарушение правил охраны труда, является ФИО1.

Факт грубой неосторожности истца ФИО1 не установлен.

Обстоятельства несчастного случая на производстве представителем ответчика не оспорены.

Данный акт не оспорен, не признан недействительным. В нем содержатся подписи лиц, проводивших расследование несчастного случая, воздержавшихся от его подписи и имеющих особое мнение не имеется.

Поскольку обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда положениями, действующего на дату несчастного случая, трудового законодательства возложена на работодателя, своевременность проведенных с истцом инструктажей, проверке знаний правил техники безопасности не свидетельствует об отсутствии вины работодателя в произошедшем с истцом несчастном случае, в связи с чем, имеются основания для возложения обязанности по возмещению истцу морального вреда, причиненного повреждением здоровья, за время работы у ответчика АО «Апатит».

Факт получения производственной травмы, в результате которой истец вынужден был проходить лечение длительное время, ответчиком не оспаривается и подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами.

Согласно медицинской карты ФИО1 №..., ФИО1 находился в травматологическом отделении с 23 мая 1995 года по 29 июня 1995 года с диагнозами: ...

Согласно представленных в материалы дела справок МСЭ, выданных Кировским бюро МСЭ в период с 1997 года по 2000 год в связи с трудовым увечьем, ФИО1 установлена инвалидность 3 группы и 40% утрата трудоспособности.

То обстоятельство, что истец проходил лечение в связи с диагнозом, установленным лечебным учреждением в результате производственной травмы, имевшей место 23 мая 1995 года, представителем ответчика не оспаривалось.

С учетом изложенных обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что между несчастным случаем на производстве, произошедшим 23 мая 1995 года, и получением истцом травмы имеется прямая причинно-следственная связь, что не оспаривалось стороной ответчика, в связи с чем, ФИО1 имеет право на возмещение морального вреда, ответственным за причинение которого является работодатель – АО «Апатит».

постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» следует, что при рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что по правоотношениям, возникшим после 3 августа 1992 г., компенсация определяется судом в денежной или иной материальной форме, а по правоотношениям, возникшим после 1 января 1995 г., - только в денежной форме, независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда. Исходя из этого, размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Реализация права на компенсацию морального вреда носит заявительный характер, поэтому встречная обязанность у работодателя по соответствующей выплате возникает с момента обращения работника.

Судом установлено, что 23 февраля 2021 года ФИО1 обратился к ответчику АО «Апатит» с заявлением о компенсации морального вреда, причиненного несчастным случаем на производстве, в котором просил выплатить ему денежную компенсацию морального вреда.

Данное требование ответчиком оставлено без удовлетворения.

Определяя размер компенсации морального вреда, руководствуясь приведенными выше нормами законодательства, учитывая, что, в результате несчастного случая истец испытывает физические страдания, связанные с причинением вреда здоровью, нравственные страдания в связи с причиненной травмой, наступлением неблагоприятных последствий, ограничением обычной жизнедеятельности, а также учитывая, что травма привела к инвалидности и лишила его возможности трудиться длительное время, суд считает возможным определить денежную компенсацию морального вреда, подлежащую взысканию с ответчика, в размере 200 000 рублей. Указанная сумма, по мнению суда, соразмерна понесенным истцом физическим и нравственным страданиям и отвечает требованиям разумности и справедливости.

При этом судом учтено, что работодатель не обеспечил в соответствии с требованиями законодательства безопасные условия труда, а также, что до несчастного случая, ФИО1 отработал учеником проходчика менее месяца.

В остальной части, требования о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного несчастным случаем на производстве, удовлетворению не подлежат.

Вопреки доводам ответчика, факт того, что вины работодателя не установлено, а также, что работодателем надлежащим образом выполнялась обязанность по обеспечению безопасных условий труда: проводились обучения, инструктажи и проверка знаний требований охраны труда, не является доказательством отсутствия вины ответчика в причинении вреда здоровью, поскольку данные обязательства на работодателя возложена Трудовым законодательством.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 к Акционерному обществу «Апатит» о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного несчастным случаем на производстве – удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества «Апатит» в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда, причиненного несчастным случаем на производстве в сумме 200 000 (двести тысяч) рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальных исковых требований ФИО1 к Акционерному обществу «Апатит» о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного несчастным случаем на производстве – отказать.

Взыскать с Акционерного общества «Апатит» государственную пошлину в доход местного бюджета в сумме 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Кировский городской суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья: В.И. Лихачев