Решение № 2-8265/2017 2-8265/2017~М-8015/2017 М-8015/2017 от 11 октября 2017 г. по делу № 2-8265/2017

Дело № 2-8265/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Вологда 12 октября 2017 года

Вологодский городской суд Вологодской области в составе судьи Юкиной Т.Л., с участием помощника прокурора города Вологды Нечаева М.Л., при секретаре Розовой А.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к индивидуальному предпринимателю ФИО5, ФИО6, Обществу с ограниченной ответственностью «Рента» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

Истец ФИО4 обратилась в суд с иском к ответчикам индивидуальному предпринимателю ФИО5 и ФИО6 о взыскании компенсации морального вреда, мотивируя требования следующими обстоятельствами. ФИО4 18 марта 2017 года она вышла из ТРЦ «Мармелад» с бокового входа после окончания сеанса в кинотеатре в тёмное время суток в 20 часов 10 минут, шла по тротуару, прилегающему к торгово-развлекательному центру, который не освещался, отсутствовали какие-либо знаки, предупреждения. В конце тротуара ФИО4 за что-то запнулась и упала полностью вперёд на правую руку и правое колено. Сразу самостоятельно встать не могла, поднимали дети, почувствовала резкую боль в правой кисти, обнаружила, что появился отёк с синевой. Решила, что получила в результате травмы перелом кости правой руки, в связи с этим пришлось обратиться в травматологический пункт БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника № 1». Место падения сын истца осветил мобильным, на месте падения находилась бетонная плита. Утром следующего дня сын истца поехал осмотреть и сфотографировать место падения. Поперёк тротуара, препятствуя проходу, размещалась большая плита, и в провалившемся асфальте (между тротуаром и плиткой) лежали доски. 20 марта 2017 года ФИО4 обратилась к травматологу в городскую больницу № 3, контрольные снимки подтвердили диагноз <данные изъяты> продолжила амбулаторное лечение, в результате травмы нуждалась в посторонней помощи. 22 марта 2017 года ФИО4 направила претензии арендатору первого этажа ТРЦ «Мармелад» индивидуальному предпринимателю ФИО5 и индивидуальному предпринимателю ФИО6 Со стороны ФИО5 ответа на претензию не последовало, ФИО6 в письменной форме отказал в возмещении причинённого ущерба. Просила взыскать с ответчиков солидарно компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

В процессе рассмотрения дела к участию в деле в качестве соответчика привлечено ООО «Рента».

В судебном заседании истец ФИО4 и её представители по доверенностям ФИО7 и ФИО8 исковые требования поддержали в полном объёме по основаниям, изложенным в иске.

Ответчик индивидуальный предприниматель ФИО5 в судебном заседании не присутствовал, о дне, времени и месте судебного разбирательства извещён надлежащим образом. Его представитель по доверенности ФИО9 в судебном заседании исковые требования не признал по основаниям, изложенным в отзыве и дополнении к нему, в которых указал, что в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства того, что прилегающая к ТРЦ «Мармелад» территория 18 марта 2017 года была освещена ненадлежащим образом. ФИО5 не является собственником здания ТРЦ «Мармелад», он один из арендаторов нежилых помещений в помещении ТРЦ «Мармелад», прилегающая к нему территория в аренду ФИО5 не передавалась. Договором аренды на данного ответчика не возложена обязанность по содержанию прилегающей к ТРЦ «Мармелад» территории, в связи с чем ФИО5 не отвечает за освещённость и содержание прилегающей территории, поэтому является ненадлежащим ответчиком по делу. Доказательства падения ФИО4 около ТРЦ «Мармелад» и получения в результате падения перелома руки 18 марта 2017 года отсутствуют. Скорая помощь и сотрудники правоохранительных органов к ТРЦ «Мармелад» не вызывались, травмы, полученные истцом, на месте происшествия не фиксировались. Перелом руки ФИО4 могла получить в иных месте и время. Кроме того, падение могло произойти по вине собственной невнимательности и грубой неосторожности ФИО4 Доказательств того, что прилегающая к ТРЦ «Мармелад» территория не была освещена надлежащим образом вечером 18 марта 2017 года, не имеется, напротив прилегающая к нему территория всегда надлежащим образом освещается. Бетонная конструкция, за которую якобы запнулась ФИО4, располагается в указанном месте 7 лет, не препятствует нормальному движению посетителей ТРЦ «Мармелад». Истцом не представлено доказательств, подтверждающих степень её нравственных или физических страданий, возникших в результате получения ею травмы. Размер заявленной истцом компенсации морального вреда является завышенным. Истец злоупотребляет правом на обращение в суд. В материалах дела отсутствуют доказательства падения ФИО4 около ТРЦ «Мармелад» 18 марта 2017 года. На видеозаписи отчётливо видно, что ФИО4 и следующие с нею люди беспрепятственно перешагнули через плиту, за которую, по словам истца, она запнулась. Данная запись с камеры видеонаблюдения является объективным доказательством того, что ФИО4 за плиту не запиналась, в указанном ею месте не падала. Следовательно, перелом руки был получен ФИО4 в другом месте. К показаниям свидетеля ФИО1 следует отнестись критически. Свидетель своими показаниями пыталась ввести суд и участников процесса в заблуждение относительно якобы имевшего место быть факта падения истца у ТРЦ «Мармелад». Когда свидетель посмотрела видеозапись и увидела, что на видео её нет, она изменила показания, указав, что была в компании людей, находящейся примерно в 20 метрах от бетонной плиты. Показать себя на видео в той компании людей она не смогла. Свидетель не смогла пояснить, в чём была одета истец (тёмная кожаная куртка либо серое пальто), с кем она шла в тот момент, когда свидетель её видела, перечислить спутников истца она смогла только с подсказки истца. Просил отказать ФИО4 в удовлетворении иска и взыскать с неё компенсацию за потерю времени на основании статьи 99 ГПК РФ в размере 150 000 рублей.

Ответчик ФИО6 в судебном заседании не присутствовал, о дне, времени и месте судебного разбирательства извещён надлежащим образом. Представитель ответчиков ФИО6 и ООО «Рента» по доверенностям ФИО10 в судебном заседании исковые требования не признала по основаниям, изложенным в отзывах и дополнении к отзыву, в которых указано, что истцом не представлены доказательства факта падения на территории, прилегающей к ТРЦ «Мармелад». В документах, приложенных к иску, отсутствуют справка скорой медицинской помощи, которая подтверждала бы место и время получения травмы, характер самой травмы, причину и диагноз, фотосхема и фотографии места происшествия, акт о состоянии покрытия тротуара, видеозапись с камер наблюдения. Истец могла получить травму в другом месте, а не на территории ТРЦ «Мармелад». Прилегающая территория, на которой по версии истца, была получена травма, соответствует требованиям по строительству и содержанию, что подтверждается отсутствием травм на данной территории на протяжении всего существования ТРЦ «Мармелад». Территория ТРЦ в тёмное время хорошо освещается, собственник следит за надлежащим состоянием здания. Дефекты бетонного покрытия на указанном истцом месте отсутствуют, бетонная плита существует на протяжении всего существования ТРЦ «Мармелад». Истец получила травмы по своей неосторожности и невнимательности, а не по вине ответчиков. Бетонная плита, запнувшись о которую истец получила травму, принадлежит и установлена индивидуальным предпринимателем ФИО5 на арендуемой им территории. По условиям договора аренды арендатор обязан содержать арендуемые помещения в полной исправности и состоянии. Сумма морального вреда, заявленная истцом, несоразмерна характеру причинённых страданий, сам факт страданий истца не доказан. Доказательства того, что ответчик является причинителем вреда, что травма получена на прилегающей территории ТРЦ «Мармелад», а также вина индивидуального предпринимателя ФИО6 отсутствуют. Территория ТРЦ «Мармелад» содержится в исправном и безопасном состоянии, спроектирована и построена в соответствии со всеми нормами, дефекты отсутствуют, освещается, факт страданий истца не доказан. На видеозаписи видно, что в 20 часов 24 минуты истец беспрепятственно прошла по плите, запнувшись о которую она якобы получила травму, видно, что территория около ТРЦ «Мармелад» имеет хорошее освещение. Плита не является конструктивным элементом здания, находится на земельном участке, в границах кадастрового квартала №, находящимся в государственной собственности. Просила в удовлетворении иска отказать.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, Администрация города Вологды, будучи надлежащим образом извещённым о дне, времени и месте судебного разбирательства, явку представителя в судебное заседание не обеспечило.

Выслушав объяснения истца, её представителей и представителей ответчиков, заключение помощника прокурора города Вологды Нечаева М.Л. об удовлетворении исковых требований, размер компенсации морального вреда оставившего на усмотрение суда, изучив материалы дела и оценив собранные по нему доказательства, суд пришёл к следующему.

В статье 11 Федерального закона от 30 декабря 2009 года № 384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» указано, что здание или сооружение должно быть спроектировано и построено, а территория, необходимая для использования здания или сооружения, должна быть благоустроена таким образом, чтобы в процессе эксплуатации здания или сооружения не возникало угрозы наступления несчастных случаев и нанесения травм людям - пользователям зданиями и сооружениями в результате скольжения, падения, столкновения, ожога, поражения электрическим током, а также вследствие взрыва.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Основанием гражданско-правовой ответственности, установленной статьёй 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, является правонарушение - противоправное, виновное действие (бездействие), нарушающее субъективные права других участников гражданских правоотношений.

При этом необходима совокупность следующих условий: наличие ущерба, виновное и противоправное поведение причинителя вреда и причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и ущербом.

По смыслу данной нормы вред рассматривается как всякое умаление охраняемого законом материального или нематериального блага, любые неблагоприятные изменения в охраняемом законом благе, которое может быть как имущественным, так и неимущественным (нематериальным).

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», установленная статьёй 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причинённого вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Пунктами 1 и 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать своё имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

На основании статьи 210 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник несёт бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 322 Гражданского кодекса Российской Федерации солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства. Обязанности нескольких должников по обязательству, связанному с предпринимательской деятельностью, равно как и требования нескольких кредиторов в таком обязательстве, являются солидарными, если законом, иными правовыми актами или условиями обязательства не предусмотрено иное.

На основании статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

При солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга (пункт 1 статьи 323 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьёй 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда (пункт 3 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» указано, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причинённые действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причинённым увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесённым в результате нравственных страданий и др.

В силу правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 32 Постановления Пленума ВС РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровья гражданина», поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается; установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда, при определении которого суду с учётом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинён вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Копиями кинобилетов на сеанс в ФИО11 ТРЦ «Мармелад» на 18 марта 2017 года в 18 часов 05 минут и представленной ответчиком ФИО6 видеозаписью подтверждается то обстоятельство, что в указанное истцом время она двигалась по прилегающей к ТРЦ «Мармелад» территории.

Из имеющихся в материалах дела фотографий и видеозаписи следует, что участок прилегающей к ТРЦ «Мармелад» территории, по которому передвигалась ФИО4, является неровным – имеет выступ.

Согласно копии справки БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника № 1» от 18 марта 2017 года ФИО4 обращалась в травмпункт 18 марта 2017 года, ей поставлен диагноз – <данные изъяты>.

Из содержания копии медицинской карты ФИО4 и копий листков нетрудоспособности следует, что истец находилась на лечении в БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника № 3» в связи с указанной травмой с 20 марта 2017 года по 10 апреля 2017 года.

Представленная ФИО6 видеозапись не содержит сведений о факте падения истца и о том, что явилось его причиной. В то же время данная видеозапись не содержит достаточных сведений для вывода о том, что истец беспрепятственно прошла по плите, а прилегающая к ТРЦ «Мармелад» территория 18 марта 2017 года была освещена надлежащим образом. Не представлена суду и видеозапись дальнейших событий, после того, как ФИО4 прошла под камерой наблюдения, в частности, зафиксирован ли факт того, что к ФИО4 не приближались ФИО1 и ФИО2

В пункте 1 ответа от 03 апреля 2017 года № на претензию истца индивидуальный предприниматель ФИО6 указал о том, что бетонная плита, запнувшись о которую ФИО4 получила травму, принадлежит и установлена индивидуальным предпринимателем ФИО5 на арендуемой им территории.

Таким образом, из содержания указанного ответа следует, что индивидуальный предприниматель ФИО6 не оспаривал факт того, что ФИО4 упала, запнувшись о бетонную плиту. О том, что факта падения не было, либо падение произошло по вине ФИО4, ФИО6 не указывал, несмотря на то обстоятельство, что имел возможность просмотреть записи с камер наблюдения и установить фактические обстоятельства падения истца.

Совокупность исследованных судом доказательств, оснований не доверять которым у суда не имеется, - объяснений истца и показаний допрошенных судом в качестве свидетелей ФИО1 и ФИО2, претензии истца к индивидуальным предпринимателям ФИО6 и ФИО5 от 22 марта 2017 года и 18 апреля 2017 года, ответ ФИО6 от 03 апреля 2017 года № на претензию истца в их взаимной связи достаточны для вывода о том, что падение произошло в пределах прилегающей к зданию ТРЦ «Мармелад» территории по причине того, что ФИО4 запнулась о бетонную плиту, которая не была освещена надлежащим образом.

Так, свидетель ФИО1 показала, что являлась очевидцем факта падения истца на прилегающей к ТРЦ «Мармелад» территории. Непосредственно причину падения ФИО4 (обо что она запнулась), ФИО1 не видела, выступ нельзя было увидеть, так как было темно.

Свидетель ФИО2 показала, что истец упала из тёмного участка на светлый, поверхность, по которой двигалась истец, была разного уровня, видела факт падения истца, причину падения не видела.

То обстоятельство, что ФИО1 знакома с ФИО4, а также, что ФИО1 не помнит, во что была одета ФИО4, не свидетельствует о том, что она даёт ложные показания.

В протоколе судебного заседания 07 сентября 2017 года содержатся сведения о том, что истец подсказывала свидетелю о том, что она шла с дочерью, однако это не свидетельствует о ложности показаний ФИО1 в отношении факта падения истца и отсутствии надлежащего освещения.

Учитывая характер полученной истцом травмы, суд полагает, что оснований полагать, что она была получена в иной день, чем 18 марта 2017 года (день обращения в травмпункт), не имеется.

Каких-либо доказательств, с достоверностью опровергающих указанные обстоятельства, того, что прилегающая к ТРЦ «Мармелад» территория соответствовала требованиям СНиП на предмет её безопасности для посетителей, а также отсутствия вины в причинении вреда, ответчиками не представлено.

Выписками из Единого государственного реестра недвижимости от 29 и 30 августа 2017 года подтверждается, что собственниками помещения с кадастровым номером №, находящегося по адресу: <...>, на праве общей долевой собственности являются ООО «Рента» (1/4 доля) и ФИО6 (3/4 доли). Собственниками земельного участка с кадастровым номером №, по указанному адресу на праве общей долевой собственности являются ООО «Рента» (1721/10000 доля) и ФИО6 (7399/10000 и 880/10000 доли).

Согласно выписке из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей от 15 августа 2017 года ФИО6 является индивидуальным предпринимателем.

25 марта 2010 года между индивидуальным предпринимателем ФИО6 (арендодатель) и индивидуальным предпринимателем ФИО5 (арендатор) заключён договор аренды, в соответствии с условиями которого арендодатель передал арендатору во временное владение и пользование (аренду) нежилые помещения № № 1, 5, 6, 61-112, 114 общей площадью 6248,6 квадратных метра, расположенные на втором этаже торгово-развлекательного комплекса с помещениями предприятий общественного питания, расположенного по адресу: <...>. По условиям договора арендодатель предоставил арендатору право использования прилегающего к зданию земельного участка для размещения пристроек, построек, относящихся к временным сооружениям, оборудования: земельный участок с кадастровым номером № общей площадью 14 604 кв.м. из земель населённых пунктов, вид разрешённого использования – для строительства здания торгово-развлекательного комплекса с помещениями предприятий общественного питания, расположенный по адресу: <...>, и земельный участок с кадастровым номером № общей площадью 1276 кв.м. из земель населённых пунктов, вид разрешённого использования – для строительства здания торгово-развлекательного комплекса с помещениями предприятий общественного питания, расположенный примерно в 46 м по направлению на северо-восток от ориентира - нежилого здания, расположенного за пределами участка по адресу: <...>.

При определении надлежащего ответчика суд учитывает, что на собственников помещений ТРЦ «Мармелад» по адресу: <...> ФИО6 (3/4 доли) и ООО «Рента» (1/4 доли) в силу закона возложена обязанность по благоустройству прилегающей к указанному зданию территории таким образом, чтобы в процессе эксплуатации здания не возникало угрозы наступления несчастных случаев и нанесения травм пользователям здания в результате падения. Доказательств, что данная обязанность возложена на арендаторов, суду не представлено, в связи с чем индивидуальный предприниматель ФИО5 является ненадлежащим ответчиком по делу, поэтому в удовлетворении иска к нему следует отказать.

Таким образом, причиной получения травмы ФИО4 явилось ненадлежащее исполнение ФИО6 и ООО «Рента» обязанности по содержанию и благоустройству прилегающей к ТРЦ «Мармелад» территории.

В ходе судебного разбирательства достоверно установлена причинно-следственная связь между действиями (бездействием) ответчиков ФИО6 и ООО «Рента», не создавшими безопасные условия для прохода по прилегающей территории, и полученными ФИО4 телесными повреждениями. В результате падения на прилегающей к ТРЦ «Мармелад» территории с высоты роста истец получила травму, в связи с чем пережила физическую боль, вследствие чего последняя испытывала физические и нравственные страдания и имеет право на компенсацию морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание обстоятельства падения, степень вины ответчиков, характер повреждения здоровья ФИО4, период лечения и наступившие последствия, причинно-следственную связь произошедшего падения с действиями (бездействием) ФИО6 и ООО «Рента», степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинён вред.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит. Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Исходя из общих принципов гражданского права под грубой неосторожностью понимается такое поведение потерпевшего, когда он предвидел наступление вредных последствий, но легкомысленно рассчитывал избежать их наступления, хотя мог и должен был предвидеть неизбежность наступления вреда.

Из содержания видеозаписи следует, что передвигаясь по прилегающей к ТРЦ «Мармелад» территории, ФИО4 не смотрела под ноги, смотрела в сторону спутников, поэтому падение явилось также и следствием её собственной неосмотрительности и невнимательности, в связи с чем суд полагает, что имеются основания для применения положений статьи 1083 ГК РФ, в связи с чем размер компенсации морального вреда подлежит снижению на 50 %.

С учётом установленных фактических обстоятельств по делу, объёма и характера, причинённых нравственных или физических страданий, исходя из требований разумности и справедливости, с учётом грубой неосторожности истца, суд определяет размер компенсации морального вреда, подлежащей возмещению ФИО4, в сумме 11 500 рублей.

Указанный размер компенсации морального вреда соответствует требованию справедливости и разумности, что позволит обеспечить соблюдение балансов интересов обеих сторон.

Травма получена ФИО4 на прилегающей к ТРЦ «Мармелад» территории, в связи с чем суд полагает возможным возложить солидарную ответственность причинение вреда здоровью истцу на индивидуального предпринимателя ФИО6 и ООО «Рента» как лиц, ответственных за содержание этого здания и прилегающей к нему территории в таком состоянии, которое исключает возможность создания нарушения прав и охраняемых законом интересов других лиц, в том числе причинения им вреда.

То обстоятельство, что должностными лицами Управления землепользования Департамента имущественных отношений Администрации города Вологды индивидуальным предпринимателям ФИО3 и ФИО6 выданы предписания от 18 июля 2012 года № и от 25 июля 2012 года № соответственно об устранении выявленных нарушений, выразившихся в использовании земельных участков в границах кадастрового квартала №, площадью 10 кв.м. и 167 кв.м., ограждённых забором из профилированных листов без оформленных в установленном порядке правоустанавливающих документов на землю, не свидетельствует о том, что ответственность за возмещение причинённого истцу вреда должна быть возложена на органы местного самоуправления, и не является основанием для освобождения ответчиков ФИО6 и ООО «Рента» от ответственности за причинённый ФИО4 вред.

На основании статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ) с ответчиков ФИО6 и ООО «Рента» солидарно в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

В соответствии со статьёй 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относится компенсация за фактическую потерю времени в соответствии со статьёй 99 настоящего Кодекса.

Статьёй 99 ГПК РФ предусмотрено, что со стороны, недобросовестно заявившей неосновательный иск или спор относительно иска либо систематически противодействовавшей правильному и своевременному рассмотрению и разрешению дела, суд может взыскать в пользу другой стороны компенсацию за фактическую потерю времени. Размер компенсации определяется судом в разумных пределах и с учётом конкретных обстоятельств.

По смыслу указанной нормы, положения статьи 99 ГПК РФ подлежат применению лишь в тех случаях, когда в судебном заседании будет доказано, что сторона недобросовестно заявила неосновательный иск, либо систематически злоупотребляла процессуальными правами, противодействовала правильному и быстрому рассмотрению и разрешению спора. При этом добросовестное заблуждение истца относительно наличия оснований для удовлетворения иска не может быть основанием для взыскания компенсации. Кроме того, сторона, обратившаяся с заявлением о взыскании компенсации за фактическую потерю времени, должна доказать, что в результате виновных указанных действий противоположной стороны, она теряет доходы, заработную плату, или понесла иные убытки. Материалы гражданского дела таких доказательств не содержат.

При указанных обстоятельствах суд не находит оснований для взыскания с ФИО4 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО5 компенсации за потерею времени.

Руководствуясь ст.ст. 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требований ФИО4 удовлетворить частично.

Взыскать солидарно с общества с ограниченной ответственностью «Рента» и индивидуального предпринимателя ФИО6 в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 11 500 рублей и расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

В удовлетворении исковых требований к индивидуальному предпринимателю ФИО5 отказать в полном объеме.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Вологодский областной суд через Вологодский городской суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья Т.Л. Юкина

Мотивированное решение изготовлено 13 октября 2017 года.