Решение № 2-1608/2017 2-1608/2017~М-7402/2016 М-7402/2016 от 3 сентября 2017 г. по делу № 2-1608/2017

Дело №


Р Е Ш Е Н И Е

И М Е Н Е М Р О С С И Й С К О Й Ф Е Д Е Р А Ц И И

04 сентября 2017 года <адрес>

Октябрьский районный суд <адрес> в составе:

Председательствующего судьи Шевелевой Е.А.

При секретаре Виляйкиной О.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, действующей в интересах ФИО3, о включении имущества в наследственную массу, признании свидетельства о праве на наследство недействительным и признании права собственности и самостоятельным требованиям ФИО2 к ФИО1 и ФИО2, действующей в интересах ФИО3, о включении имущества в наследственную массу, признании свидетельства о праве на наследство недействительным и признании права собственности,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, действующей в интересах недееспособного ФИО3 о включении имущества в наследственную массу, признании свидетельства о праве на наследство недействительным и признании права собственности. С учетом уточнений, просила установить факт принятия наследства ФИО1 после смерти ФИО4, умершей /дата/; включить в наследственную массу после смерти ФИО4 ? доли в праве собственности на квартиру по адресу: <адрес>; признать свидетельство о праве на наследство по закону на имя ФИО3 недействительным в части включения в наследство ФИО5 ? доли на квартиру по адресу: <адрес>; признать за ФИО1 право собственности на 1/4 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.

В обоснование исковых требований указала, что с 1974 года по 1988 год ФИО4 проживала в однокомнатной квартире по адресу: <адрес>. Данная квартира была приобретена в ЖСК «Жемчуг» путем выплаты паевого взноса в размере 4555 рублей. ФИО5 являлась дочерью ФИО4. ФИО5 проживала совместно со своим сыном ФИО3 в двухкомнатной квартире, расположенной по адресу: <адрес>. Данная квартира принадлежала ФИО5 на основании выплаты паевого взноса в ЖСК «Солнечный» в размере 3940 рублей 59 копеек. В результате обмена ФИО4 передала свою квартиру, находящуюся в ЖСК «Жемчуг» по <адрес> ФИО5. ФИО5 в результате обмена передала ФИО4 долю в своей квартире, расположенной по адресу: <адрес>. /дата/ между ФИО5 и ФИО4 был оформлен обмен Бюро обмена при отделе учета и распределения жилой площади исполнительного комитета Новосибирского городского Совета народных депутатов и выданы обменные ордера № и № от /дата/ Ордер № от /дата/ выдан на двухкомнатную квартиру по адресу: <адрес> на имя ФИО5, в который включена член семьи нанимателя ФИО4 - мать. Ордер № от /дата/ выдан на однокомнатную квартиру по адресу <адрес> на имя ФИО3

После данного обмена мать истца стала проживать совместно с сестрой истца, ФИО5 по адресу <адрес>, а ФИО3 стал проживать в квартире по адресу <адрес>. В результате обмена ФИО4 приобрела право на ? доли пая в размере 1870,29 руб. на квартиру по адресу <адрес>. /дата/ умерла мать истца - ФИО4 После ее смерти открылось наследство, в том числе в виде ? доли на квартиру по адресу <адрес>. На основании статей 5 и 6 ФЗ «О введении в действие части 3 ГК РФ» наследственная масса, круг наследников, порядок принятия наследства определялись ГК РСФСР от /дата/. Согласно ст. 531 ГК РСФСР наследниками по закону первой очереди являлись её дочери: ФИО2, ФИО1. ФИО5 наследства после смерти матери не приняла. На основании ст. 546 ГК РСФСР в течение шести месяцев вышеуказанные наследники фактически приняли наследство. В том числе истец и ФИО2 взяли себе личные вещи мамы, несли бремя содержания спорной квартирой, делали ремонт. В результате после смерти матери истец приняла наследство на квартиру по <адрес><адрес> в виде доли в размере 1/2 доли в праве собственности на выше указанную квартиру. Данная доля образовалась из 1/2 доли ФИО4, поделенной между истцом и ФИО2 Однако, в течение установленного законом срока истец не обратилась к нотариусу для принятия наследства после смерти матери, но фактически его приняла и всегда считала, что в спорной квартире есть доля истца. /дата/ умерла сестра истца ФИО5. После её смерти открылось наследство в виде квартиры, расположенной по адресу: <адрес>26. После смерти сестры истец продолжала совместно с сестрой ФИО2 оплачивать коммунальные платежи, вести общее хозяйство с ответчиком. ФИО2 является опекуном ФИО3 Истец не обладала юридическими познаниями и не обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства после смерти мамы и сестры, но совершила все действия для фактического принятия наследства, сохранности наследственного имущества. После смерти ФИО5 ее сын - ФИО3 обратился к нотариусу ФИО6 (<адрес>) с заявлением о принятии наследства, в том числе на спорную квартиру. Ему было выдано свидетельство о праве на наследство. В октябре <данные изъяты>. истец узнала о том, что право собственности на квартиру по <адрес><данные изъяты> оформлено на ФИО3 Согласно ст. 12 ГК РФ, защита нарушенного права может быть осуществлена путем признания права.

ФИО2 обратилась в суд с самостоятельными требованиями к ФИО1 и ФИО2 в интересах ФИО3, просила включить в наследство ФИО4, умершей /дата/ ? доли в праве долевой собственности на <адрес> в <адрес>; установить юридический факт принятия ФИО2 наследства ФИО4, умершей /дата/; признать за ФИО2 право собственности на ? доли в праве общей долевой собственности на ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру; признать свидетельство о праве на наследство по закону на имя ФИО3 недействительным в части включения в наследство ФИО5; признать отсутствующим право собственности ФИО3 на ? доли в праве собственности на спорную квартиру.

В обоснование исковых требований ФИО2 также указала, что с февраля <данные изъяты> года по /дата/ ФИО4, проживала на условиях найма в однокомнатной квартире по адресу <адрес>, являлась членом ЖСК «Жемчуг» и в период до /дата/ ею был выплачен паевой взнос за эту однокомнатную квартиру в размере 4 555 руб. У ФИО4 была дочь ФИО5, проживавшая в 2-х комнатной <адрес>. 35 по <адрес> с членом семьи сыном ФИО3 ФИО5 являлась членом ЖСК «Солнечный» и /дата/ уплатила за квартиру паевой взнос в размере 3 940,59 руб. /дата/ был оформлен родственный обмен, который заключался в том, что ФИО4, состав семьи 1 чел., обменяла 1-комнатную квартиру по адресу <адрес> кв., занимаемую на праве найма, на 2-комнатную квартиру по адресу <адрес>, занимаемую на праве найма ФИО5 По обменному ордеру №, выданному на нанимателя ФИО5, ФИО4 подлежала вселению в <адрес>. 35 по <адрес>, а по обменному ордеру № ФИО3 подлежал вселению в <адрес>. <данные изъяты> по <адрес> основании обменного ордера /дата/ ФИО7 была зарегистрирована проживающей в <адрес>. 35 по <адрес> договора мены подтверждается сообщением МКУ «Городское жилищное агентство» <адрес> от /дата/ №. В результате указанного обмена с /дата/ ФИО4 приобрела право собственности на 1/2 доли пая в размере 1 870,29 руб. в отношении <адрес>. 35 по <адрес>, и с января 1991 года ФИО4 приобрела право собственности на 1/2 доли <адрес> по <адрес>. После смерти /дата/ ФИО4 открылось наследство в виде 1/2 доли в праве общей долевой собственности на <адрес>. <адрес> по <адрес>. Наследниками ФИО4, принявшими ее наследство, являются дочери ФИО2 и ФИО1, которые приняли наследство фактически, приняв вещи наследодателя. с /дата/ являются собственниками <адрес>. 35 по <адрес> в равных долях, т.е. по 1/4 доли каждая. В октябре <данные изъяты> года истец ФИО2, а также ФИО8, узнали о том, что право собственности на <адрес>. <данные изъяты> по <адрес> оформлено на имя ФИО3 на основании свидетельства о праве на наследство по закону после смерти ФИО5, в связи с тем, что ЖСК «Солнечный» выдал справку о выплате пая за квартиру ФИО5 в размере 3940,59 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель исковые требования с учетом уточнений поддержали в полном объеме, истец признала самостоятельные исковые требования ФИО2

Третье лицо с самостоятельными требованиями ФИО2 в судебном заседании свои требования поддержала в полном объеме, в качестве ответчика, действуя в своих интересах и интересах недееспособного ФИО3 признала исковые требования ФИО1

Третье лицо ФИО17 в судебном заседании возражал против заявленных требований ФИО2 и ФИО1, пояснил, что во время его нахождения в командировке ФИО2 вывезла мать в свое место жительства, забрав вещи, которые он покупал для матери. После его вмешательства мать вернулась в квартиру, но вещи ФИО2 не вернула. Сам он наследства после матери не принимал.

Представитель Органа опеки и попечительства <адрес> указала, что права недееспособного не могут быть нарушены, оставила разрешение заявленных требований на усмотрение суда.

Представитель органа опеки и попечительства <адрес> в судебное заседание не явился, направил возражения на исковое заявление, где возражал против удовлетворения требований ФИО1, так как они нарушают охраняемые законом права недееспособного ФИО3 (л.д. 138-139).

Третьи лица нотариусы ФИО9, ФИО10 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

Третьи лица ФИО11, ФИО12, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, направили заявления о рассмотрении дела в их отсутствии, указали, что согласны с исковыми требованиями ФИО2

Третье лицо ФИО13 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом.

Выслушав пояснения истца, третьего лица с самостоятельными требованиями и их представителя, третьего лица без самостоятельных требований, представителя органа опеки и попечительства, допросив свидетелей, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

ФИО4 умерла /дата/ (л.д. 7).

Судом установлено, что истец ФИО1 и третье лицо с самостоятельными требованиями ФИО2 являются дочерьми ФИО4 (л.д. 5, 10, 49).

Из пояснений сторон следует, что ФИО4 также является матерью ФИО5, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО1, ФИО17.

Родственные отношения между ФИО4 и ФИО5, ФИО17 подтверждаются свидетельствами о рождении, справкой о браке (л.д. 6, 9, 143).

ФИО5 умерла /дата/ (л.д. 8).

ФИО16 умер /дата/ (л.д. 166).

ФИО14 умер /дата/ (л.д. 167, 178).

Из ответа нотариуса ФИО10 следует, что после смерти ФИО4 открыто наследственное дело №, согласно которому ФИО5 (дочь наследодателя) фактически приняла наследство, ей было выдано свидетельство о праве на наследство по закону на денежные средства, хранящиеся в Кировском отделении Сибирского Банка СБ РФ. Дочери наследодателя ФИО15 и ФИО2 подали заявления, где указали, что фактически не принимали наследство после смерти матери и принимать отказываются (л.д. 87-90). Иные лица к нотариусу не обращались.

По утверждению истца и третьего лица с самостоятельными требованиями они фактически приняли наследство после смерти матери ФИО4, которой на момент смерти принадлежала ? доля в праве общей долевой собственности на <адрес>. Другие наследники наследство не принимали.

Однако, указанные доводы ФИО1 и ФИО2 в ходе судебного разбирательства не нашли своего подтверждения.

Так, по сведениям, содержащимся в ЕГРН, собственником квартиры по адресу <адрес> является ФИО3, /дата/ г.р., на основании свидетельства о праве на наследство по закону от /дата/ (л.д. 17, 18).

В соответствии со свидетельством о праве на наследство по закону, выданным нотариусом ФИО6 /дата/ ФИО3, последний является наследником имущества матери ФИО5, а именно, квартиры по адресу <адрес>, принадлежащей наследодателю на праве собственности на основании справки ЖСК «Солнечный» от /дата/, на основании которой Городским бюро технической инвентаризации <адрес> выдано Регистрационное удостоверение № от /дата/ Свидетельство зарегистрировано в реестре за № (л.д. 114).

В материалах наследственного дела после смерти ФИО5, представленном нотариусом ФИО6, содержатся заявления ФИО3 о принятии наследства и выдаче свидетельства о праве на наследство, а также документы, подтверждающие принадлежность указанной квартиры наследодателю ФИО5 – регистрационное удостоверение, заключение о правовом режиме объекта недвижимости, выданное ФГУП «Ростехинвентаризация – Федеральное БТИ», уведомление об отсутствии зарегистрированных прав (л.д. 101, 100, 102).

Так, в соответствии с регистрационным удостоверением № от /дата/ ФИО5 являлась собственником <адрес> на основании справки ЖСК «Солнечный» от /дата/

Согласно справке ТСЖ «Солнечный» ФИО5 являлась членом ЖСК «Солнечный», полностью внесла паевой взнос в размере 3 940, 59 рублей за квартиру по <адрес>26 в <адрес> /дата/ (л.д. 58), что сторонами не оспаривалось.

В силу п. 4 ст. 218 ГК РФ член жилищного, жилищно-строительного, дачного, гаражного или иного потребительского кооператива, другие лица, имеющие право на паенакопления, полностью внесшие свой паевой взнос за квартиру, дачу, гараж, иное помещение, предоставленное этим лицам кооперативом, приобретают право собственности на указанное имущество.

Таким образом, после выплаты паевого взноса ФИО5 приобрела право собственности на <адрес>.

По утверждению истца и третьего лица, право собственности ФИО4 на ? долю в праве общей долевой собственности на указанную квартиру возникло в результате родственного обмена жилыми помещениями, произведенного в 1988 г.

Так, по сведениям МКУ <адрес> «Городское жилищное агентство» по имеющимся архивным данным /дата/ оформлен родственный (внутрисемейный) обмен с участием ФИО4, в результате которого ордер № от /дата/ выдан на 2х-комнатную квартиру по адресу: <адрес> на имя ФИО5, в который включена член семьи нанимателя ФИО4 - мать. ФИО4, состав семьи 1 чел., обменяла 1-комнатную квартиру по адресу <адрес>, занимаемую на праве найма, на 2-комнатную квартиру по адресу: <адрес>, занимаемую на праве найма ФИО5 В результате обмена ФИО5, наниматель 2-комнатной квартиры по адресу: <адрес>, объединившись с ФИО4, сохранила права и обязанности нанимателя, вытекающие из договора найма жилого помещения (л.д. 15).

В материалы дела представлены корешки обменных ордеров. Представлен корешок ордера № на имя ФИО5, проживавшей по адресу <адрес> (двухкомнатная квартира площадью 30,4 кв.м.), ФИО5 в результате обмена остается на месте - квартиросъемщик, к ней в качестве члена семьи въезжает ФИО4 – мать, которая имела однокомнатную квартиру площадью 17,7 кв.м. по <адрес> (л.д. 74). Также представлен корешок ордера № на имя ФИО3, проживавшего по адресу <адрес> (двухкомнатная квартира площадью 30,4 кв.м.), который в результате обмена въезжает в квартиру по <адрес> для проживания без членов семьи, в порядке обмена с ФИО18 (л.д. 73).

Договорные отношения по обмену жилых помещений регулировались нормами Жилищного кодекса РСФСР (ст. ст. 67 - 74, 119).

В соответствии со ст. 119 ЖК РСФСР, член жилищно-строительного кооператива вправе с согласия проживающих совместно с ним членов семьи и с разрешения исполнительного комитета местного Совета народных депутатов произвести обмен занимаемого жилого помещения с другим членом кооператива или нанимателем жилого помещения в доме государственного или общественного жилищного фонда, в том числе с проживающими в другом населенном пункте, при условии приема в члены кооператива лица, обменивающего жилое помещение. При обмене должны быть соблюдены правила, установленные настоящим Кодексом и уставом жилищно-строительного кооператива.

Инструкцией о порядке обмена жилых помещений, утвержденной Приказом Министра коммунального хозяйства РСФСР от /дата/ N 12, предусмотрено, что член жилищно-строительного кооператива имеет право произвести с разрешения исполкома местного Совета депутатов трудящихся обмен занимаемого им жилого помещения на другое жилое помещение как с членом кооператива в домах жилищно-строительных кооперативов, так и с нанимателями жилых помещений в домах местных Советов, государственных, кооперативных, общественных организаций и в домах, принадлежащих гражданам на праве личной собственности.

Обмен жилых помещений (независимо от их ведомственной принадлежности) оформляется обменным ордером исполкома местного Совета депутатов трудящихся, выдаваемым по его поручению соответственно управлением (отделом) учета и распределения жилой площади, управлением жилищного хозяйства, отделом: коммунального хозяйства, бюро по обмену (Приложение N 2), замена которого на другой ордер не допускается.

Ордера на обмен жилыми помещениями выдаются обменивающимся сторонам жилищным органом исполкома местного Совета, в районе которого находится одно из обмениваемых помещений, по выбору нанимателей.

В соответствии с положениями статьи 71 Жилищного кодекса РСФСР соглашение об обмене жилыми помещениями вступало в силу с момента получения ордеров, выдаваемых исполнительным комитетом Совета народных депутатов.

Таким образом, в соответствии с ранее действовавшим законодательством допускался обмен кооперативной квартиры как до оплаты пая, так и после его выплаты. Причем такая квартира могла быть обменена на кооперативную, принадлежащую на праве собственности или занимаемую на условиях социального найма квартиру.

В результате указанного родственного обмена между ФИО5, ФИО3 и ФИО4 в пользование ФИО3 передана квартира по <адрес>, а в пользование ФИО5 и ФИО4 – квартира по <адрес>

На момент совершения обмена ФИО5 была произведена выплата пая за квартиру по <адрес>26, а ФИО3 проживал в квартире по <адрес> в качестве члена семьи нанимателя ФИО5 При участии ФИО5 между ФИО3 и ФИО4 произведен обмен занимаемых ими помещений. ФИО4 вселена в квартиру по <адрес> в качестве члена семьи ФИО5

Определяя объем прав ФИО4 в отношении квартиры по <адрес> после произведенного в 1988 году обмена, суд принимает во внимание следующее.

Согласно статье 118 Жилищного кодекса РСФСР, действовавшего на момент обмена жилыми помещениями, лицу, принятому в члены жилищно-строительного кооператива, по решению общего собрания членов кооператива, утвержденному исполнительным комитетом районного, городского, районного в городе Совета народных депутатов, предоставлялась отдельная квартира, состоящая из нескольких комнат, в соответствии с количеством членов семьи, суммой его паевого взноса и предельным размером жилой площади, предусматриваемым Примерным уставом жилищно-строительного кооператива. Заселение квартир в доме жилищно-строительного кооператива производилось по ордерам, выдаваемым исполнительным комитетом районного, городского, районного в городе Совета народных депутатов.

Основания и порядок признания ордера на жилое помещение недействительным устанавливались статьей 48 Жилищного кодекса РСФСР, согласно которой требование о признании ордера недействительным могло быть заявлено в течение трех лет со дня его выдачи (часть 2).

Таким образом, из содержания указанных норм следовало, что члены семьи лица, принятого в члены жилищно-строительного кооператива, приобретали самостоятельное право на предоставленное члену жилищно-строительного кооператива по ордеру жилое помещение, основанное на решении общего собрания членов кооператива, утвержденном исполнительным комитетом районного, городского, районного в городе Совета народных депутатов, и сохраняли право пользования жилым помещением в дальнейшем, если после их вселения выданный ордер не был признан недействительным по основаниям, предусмотренным законом.

Как следует из материалов дела, требование о признании обменного ордера на спорную квартиру, выданного ФИО5 на семью из двух человек, включая ФИО4, недействительным заявлено не было. Выданный ордер в установленном законом порядке оспорен не был и недействительным не признан.

Таким образом, ФИО4 приобрела по ранее действовавшему законодательству самостоятельное право пользования квартирой по <адрес> как член семьи лица, которому жилое помещение предоставлено по ордеру. В результате обмена жилыми помещениями права ФИО4 нарушены не были, так как она обменяла ранее занимаемую квартиру на другое жилое помещение, в отношении которого у нее возникло право пользования, не зависящее от прав ФИО5 на данное жилое помещение. С момента обмена жилых помещений до момента смерти ФИО4 прошло более 7 лет, и ФИО4 обмен и выданные в результате него ордера в установленном порядке не оспорила, о праве собственности на квартиру не заявила. Нарушения прав ФИО4 на пользование жилым помещением по <адрес> судом не установлено. При осуществлении такого обмена его участники исходили из их семейных интересов. Оснований полагать состоявшийся обмен жилыми помещениями незаконным не имеется.

С учетом изложенного, доводы ФИО19 и ФИО20 о выплате ФИО4 паевого взноса за квартиру по <адрес> правового значения не имеют. Вместе с тем, истцом и третьим лицом с самостоятельными требованиями не представлено таких доказательств. Указанные доводы противоречат материалам дела.

Так, согласно заключению о возникновении и переходе прав на объект недвижимости, выданному ФУП «Ростеинветаризация – Федеральное БТИ» от /дата/ /дата/ зарегистрировано право собственности ФИО3 на квартиру по <адрес> в <адрес> на основании регистрационного удостоверения № от /дата/, выданного на основании справки ЖСК «Жемчуг» от /дата/ о полной выплате паевого взноса в сумме 4555 рублей на июнь 1993 года (л.д. 57).

Запрошенная судом информация в ФГУП «Ростехинвентаризация – Федеральное БТИ», ОГУП «Техцентр <данные изъяты>», Городском архиве, МКУ <адрес> «ГЖА», ТСЖ «Жемчуг» информация о выплате ФИО4 паевого взноса отсутствует (л.д. 132, 134, 135137, 169).

Изложенные в выписке из домовой книги ТСЖ «Жемчуг» по <адрес> от /дата/ (л.д. 179) сведения о том, что ФИО4 являлась собственником квартиры, а ФИО3 – членом ее семьи противоречат обстоятельствам дела, так как внесение ТСЖ таких данных не обосновано, из ответов ТСЖ на запрос истца и суда следует, что сведений о выплате пая ФИО4 не имеется. Исходя из даты регистрации ФИО4 и ФИО3 в данной квартире и пояснений сторон следует, что ФИО4 с ФИО3 совместно не проживали, ФИО3 занял данное жилое помещение, когда ФИО4 его освободила вследствие обмена.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что ФИО4 не приобрела право собственности на квартиру по <адрес>, имела иное право – самостоятельное постоянное право пользования жилым помещением, которое было прекращено ее смертью и не может быть включено в наследственную массу.

В подтверждение фактического принятия наследства истец и третье лицо с самостоятельными требованиями ссылались на показания свидетелей, которые были допрошены в ходе судебного разбирательства.

Так, свидетель ФИО21 суду показал, что в квартире ФИО2 находилась ФИО4, которой он оказывал медицинскую помощь. В этой квартире было много вещей, принадлежность которых ему не известна. О принятии наследства информацией не располагает.

Свидетель ФИО22 суду показала, что ФИО2 забрала к себе маму с вещами. После смерти ФИО2 распорядилась вещами, часть вещей (диван, сервиз, крупные вещи) отдала ФИО1

ФИО1 и ФИО2 пояснили, что ФИО2 забрала вещи матери, часть которых отдала ФИО1

Между тем, из материалов дела следует, что ФИО2 нотариально засвидетельствовала свой отказ от наследства после смерти ФИО4 и тот факт, что не совершала действий по фактическому принятию наследства, что подтверждается ее заявлением от /дата/ (л.д. 88).

При таких обстоятельствах, доводы ФИО2 о принятии ею наследства и показания свидетелей в этой части суд не принимает. Кроме того, само по себе нахождение у ФИО2 принадлежащих ФИО4 вещей, которые при жизни наследодателя попали во владение ФИО2, не свидетельствует о принятии наследства. При этом, суд учитывает, что ФИО2 при обращении к нотариусу подтвердила, что действия по фактическому принятию наследства не совершала.

Из пояснений ФИО2 и ФИО1 следует, что ФИО2 передала ФИО1 имеющиеся у нее вещи матери, чем ФИО1 приняла наследство. Вместе с тем, принятие ФИО1 вещей от ФИО2, находящихся у нее при жизни наследодателя, не свидетельствует об осознанном совершении ФИО1 действий по принятию наследства после смерти ФИО4

ФИО2 и ФИО1 заинтересованы в исходе дела, а потому их пояснения не могут быть приняты в качестве достаточного доказательства факту принятия наследства, поскольку их пояснениями не подтверждены другим достоверными доказательствами. Так, свидетель ФИО21 не смог указать принадлежность имущества, которое он видел в квартире ФИО2, кроме того, описывал события при жизни наследодателя. Свидетель ФИО22 достоверными сведениями о принадлежности имущества, находящегося в квартире ФИО2 также не обладает и обстоятельства передачи имущества ФИО1 знает с их слов. Доказательств принадлежности наследодателю имущества, на которое указывали свидетели, ФИО2 и ФИО1 не представлено.

Таким образом, истцом и третьим лицом с самостоятельными требованиями в нарушение ст. 56 ГПК РФ не доказано принятие наследства после смерти ФИО4

Взаимное признание ФИО2 и ФИО1 заявленных требований в соответствии со ст. 173 ГПК РФ суд не принимает, так как это противоречит интересам недееспособного ФИО3, опекуном которого является ФИО2 (л.д. 19).

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в <данные изъяты> областной суд в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд <адрес>.

Председательствующий

Мотивированное решение изготовлено /дата/

Судья