Решение № 2-177/2018 2-177/2018 (2-2377/2017;) ~ М-2400/2017 2-2377/2017 М-2400/2017 от 13 февраля 2018 г. по делу № 2-177/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 февраля 2018 года г.Тула

Пролетарский районный суд г.Тулы в составе:

председательствующего Большовой Е.В.,

при секретаре Светличной О.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело № 2-177/2018 по иску ФИО1 к ФИО3 о признании прекратившим право пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета, по встречному иску ФИО3 к ФИО1, ФИО8 об устранении препятствий в пользовании жилым помещением и обязании не чинить препятствия в пользовании жилым помещением и выдачи комплекта ключей от входной двери,

установил:

ФИО1 обратился в суд к ФИО3 с требованиями о признании прекратившим право пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета, мотивировав свои требования тем, что он зарегистрирован и проживает в 2-х комнатной квартире, расположенной по адресу: <адрес>. С ноября 2008 года его сын ответчик ФИО3 из указанной квартиры выбыл и в ней не проживает, а постоянно проживает по месту жительства своей матери ФИО11 по адресу: <адрес>. Сняться с регистрационного учета ответчик отказывается. Желания проживать в спорной квартире у ответчика не возникало и не возникает. Таким образом, он (истец) являясь владельцем жилого помещения, распоряжаться ею в полной мере не имеет возможности, что существенно ущемляет его права. Поскольку ответчик не проживает в указанном жилом помещении, в расходах по оплате за ЖКУ не принимает никакого участия, не является членом его семьи, просит суд в соответствии со ст.35 ЖК РФ признать ФИО3 прекратившим право пользования спорным жилым помещением и снятии с регистрационного учета.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ принято встречное исковое заявление ФИО3 об устранении препятствий в пользовании жилым помещением и обязании ФИО1, ФИО8 не чинить препятствия в пользовании жилым помещением и выдачи комплекта ключей от входной двери, мотивированное тем, что ФИО3 был вселен в спорную квартиру на основании предоставления спорной квартиры ему как инвалиду детства. В спорной квартире проживал до мая 2017 года до потери комплекта ключей от входной двери и временным переселением к матери ФИО11 ввиду более близкого расположения к месту учебы. На неоднократные просьбы к отцу (истцу ФИО3) о предоставлении дубликата ключей получал отказ.

В судебном заседании истец (ответчик по встречному исковому заявлению) ФИО1 заявленные исковые требования поддержал в полном объеме, по основаниям, указанным в исковом заявлении. Встречные исковые требования ФИО3 не признал, пояснил, что его сын (ответчик по делу) в квартире с 2008 года не проживает, за коммунальные услуги не платит, никто из родственников ему препятствий в пользовании не чинит, дубликат ключей отказался выдавать ввиду наличия только одного комплекта ключей.

Ответчик (истец по встречному исковому заявлению) ФИО3 в судебное заседание не явился, ранее пояснял суду, что исковые требования ФИО1 не признает, поддерживает свои встречные требования. Дополнил, что в спорной квартире он проживал с семьей до развода родителей. После развода родителей он также неоднократно проживал в квартире на <адрес>. На протяжении всего времени проживания в квартире отец и бабушка говорили ему, чтобы он переехал проживать к маме, отец начал выгонять его жить к матери, после того, как начались судебные споры между родителями, в связи с чем он был вынужден переехать к матери, частично забрав свои личные вещи. В спорной квартире до сих пор остаются его вещи, а именно тетради, учебники, доклады, майка, шорты. Изначально у него были ключи от спорной квартиры, которые он потерял. Обращался к отцу с просьбой выдать дубликат ключей, на что последний ответил отказом. Неоднократно приходил в спорную квартиру, но дверь ему никто не открыл. Имеет желание и намерение проживать в спорной квартире.

Представитель ответчика (истца по встречному исковому требованию) ФИО3 по доверенности ФИО9 в судебном заседании исковые требования ФИО1 не признал, встречные исковые требования своего доверителя поддержал в полном объеме. Дополнительно пояснил, что спорная квартира была выделена ФИО1 как законному представителю ребенка-инвалида детства несовершеннолетнего ФИО3 Подтвердил, что из-за нечинения препятствий со стороны ФИО1 и ФИО8 его доверитель с мая 2017 года не может проживать по месту регистрации в спорной квартире.

В судебное заседание третье лицо (ответчик по встречному исковому заявлению) ФИО8 не явилась, извещалась своевременно и надлежащим образом. Ранее пояснила суду, что исковые требования ФИО1 поддерживает в полном объеме. Желает, чтобы ее внука (ответчика) ФИО3 сняли с регистрационного учета так как у него есть мама, он проживает с ней. В спорную квартиру ответчик никогда не заселялся, вещей его в квартире нет. В случае вселения ответчика в спорную квартиру, намерена чинить ФИО3 препятствия в проживании и пользовании ею.

Третье лицо, ФИО10, действующая в своих интересах и интересах несовершеннолетних ФИО13 и ФИО14, в судебное заседание не явилась, извещалась своевременно и надлежащим образом, суду представлено заявление о рассмотрении данного дела в ее отсутствие.

Представитель третьего лица отдел по вопроса миграции УМВД России по г.Туле в судебное заседание не явился, о времени и месте проведения судебного разбирательства извещен, в представленном ходатайстве просил суд рассмотреть дело в его отсутствие.

На основании ст.167 ГПК РФ суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

Выслушав объяснения сторон, заслушав свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

Статьей 25 Всеобщей декларации прав человека в жизненный уровень человека, необходимый для поддержания здоровья и благосостояния его самого и его семьи, включается такой обязательный компонент как жилище.

Неотъемлемое право каждого человека на жилище закреплено и в других основополагающих международно-правовых актах о правах человека, включая Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах (статья 11). При этом, как следует из пункта 1 статьи 12 Международного пакта о гражданских и политических правах, право на жилище должно реализовываться при условии свободы выбора человеком места жительства. Необходимость уважения жилища человека констатирована и в статье 8 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.

При этом реальное обеспечение прав и свобод граждан правосудием (пункт 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, статьи 2, 18 Конституции Российской Федерации) предполагает безусловную обязанность суда исследовать и оценивать все возможные варианты их защиты, поскольку правосудие по самой своей сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости (статья 14 Международного пакта о гражданских и политических правах).

В соответствии с положениями статьи 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации.

Согласно статье 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

Конституционные цели социальной политики Российской Федерации, обусловленные признанием высшей ценностью человека, а также его прав и свобод, которыми определяется смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и которые обеспечиваются правосудием (статьи 2 и 18 Конституции Российской Федерации), предполагают такое правовое регулирование отношений по владению, пользованию и распоряжению объектами жилищного фонда, которое гарантировало бы каждому реализацию конституционного права на жилище.

По смыслу названных положений Конституции Российской Федерации необходимость ограничений федеральным законом прав владения, пользования и распоряжения жилым помещением предопределяется целями защиты конституционно значимых ценностей, в том числе прав и законных интересов других лиц, а сами возможные ограничения указанных прав должны отвечать требованиям справедливости, быть пропорциональными, соразмерными, не иметь обратной силы и не затрагивать существо данных прав, т.е. не искажать основное содержание норм статей 35 (часть 2) и 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации.

Это означает, что регулирование права на жилое помещение, как и прав и обязанностей сторон в договоре найма жилого помещения, в том числе при переходе права собственности на жилое помещение, должно осуществляться на основе баланса интересов всех участников соответствующих правоотношений.

Из искового заявления и пояснений ФИО1 усматривается, что истец основывает свои исковые требования на основании ст.ст. 304, 305 ГК РФ и 35 ЖК РФ, в связи с нарушением ФИО3 его прав как собственника спорного жилого помещения. Однако, из материалов дела усматривается, что спорная квартира является муниципальной собственностью и истцу ФИО1 на праве собственности не принадлежит, в связи с чем суд считает предъявленные требования основанными истцом на неправильном толковании норм действующего законодательства и из сути правоотношений считает необходимым руководствоваться иными нормами действующего законодательства.

С 1 марта 2005 года в соответствии с Федеральным законом РФ от 29.12.2004 № 198-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» вступил в действие Жилищный кодекс Российской Федерации, спорные правоотношения, возникшие до введения в действие ЖК РФ и носящие длящийся характер, подлежат рассмотрению в соответствии с ранее действовавшим ЖК РСФСР, так как в силу статьи 5 указанного Закона к жилищным отношениям, возникшим до введения в действие Жилищного кодекса РФ, Жилищный кодекс РФ применяется в части тех прав и обязанностей, которые возникнут после введения его в действие.

При разрешении возникшего спора суд считает целесообразным применить наряду с положениями ЖК РСФСР положения действующих ЖК РФ, регулирующих спорные правоотношения.

В силу статьи 53 ЖК РСФСР к членам семьи нанимателя относились супруг нанимателя, их дети и родители. Аналогичные нормы права содержатся в статьях 69, 70 ЖК РФ.

В соответствии со статьей 54 ЖК РСФСР наниматель вправе был в установленном порядке вселить в занимаемое им жилое помещение своих детей, получив на это письменное согласие всех совершеннолетних членов своей семьи. Граждане, вселенные нанимателем в соответствии с правилами данной статьи, приобретают равное с нанимателем и остальными членами его семьи право пользования жилым помещением, если эти граждане являются или признаются членами его семьи (ст.53 ЖК РСФСР) и если при вселении между этими гражданами, нанимателем и проживающими с ним членами семьи не было иного соглашения о порядке пользования жилым помещением.

Норма аналогичного содержания предусмотрена статьями 67, 70 ЖК РФ.

В силу части 1 статьи 61 ЖК РФ пользование жилым помещением по договору социального найма осуществляется в соответствии с настоящим Кодексом, договором социального найма данного жилого помещения.

В соответствии со статьей 63 ЖК РФ договор найма жилого помещения заключается в письменной форме.

Частями 1 и 3 статьи 83 ЖК РФ предусмотрено, что договор социального найма жилого помещения может быть расторгнут в любое время по соглашению сторон. В случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда.

Из материалов дела установлены следующие обстоятельства.

Согласно акта проверки жилищных условий заявителя ФИО1 по адресу: <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что семья в составе: ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, проживают в трех комнатах общей площадью 27,8 кв.м. в ветхом доме барачного типа.

Из постановления Главы администрации территории Скуратовского поселка № от ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что ФИО1, проживая с семьей на недостаточной жилой площади 8 человек на 27,8 кв.м., учитывая, что сын ФИО3 является ..., принят на учет для улучшения жилищных условий составом семьи 2 человека (сын ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения) с правом первоочередного получения жилой площади.

Постановлением главы администрации поселков Менделевский и Скуратово № от ДД.ММ.ГГГГ на основании заявления ФИО2, последний переведен на льготную очередь с правом первоочередного предоставления жилья составом семьи 6 человек (ФИО8, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7).

Законом Тульской области от 05.11.2002 №341-ЗТО «Об Областной целевой программе «Переселение граждан из ветхого и аварийного жилищного фонда в Тульской области на 2002-2010 годы», принятого Постановлением Тульской областной Думы от 17.10.2002 № 32/839, утверждена областная целевая программа «Переселение граждан из ветхого и аварийного жилищного фонда в Тульской области на 2002-2010 годы». Цель и задача программы предполагали собой переселение граждан, проживающих на 01.01.2002 в ветхом и аварийном жилищном фонде, в благоустроенные жилые помещения до 2010 года; ликвидация ветхого и аварийного жилищного фонда, признанного таковым на 01.01.2002, с целью выполнения обязательств государства перед гражданами, проживающими в непригодных для постоянного проживания условиях, а также улучшение состояния здоровья населения.

В ходе рассмотрения данного дела ФИО1 были представлены копии выписки из Постановления главы администрации города Тулы от ДД.ММ.ГГГГ № «О предоставлении гражданам жилых помещений в доме <адрес>» о предоставлении жилых помещений-квартир в указанном доме, однако в силу ст.71 ГПК РФ суд не принимает их в качестве письменных доказательств ввиду отсутствие подлинника или надлежащим образом заверенной копии.

Согласно ст.61 ГПК РФ обстоятельства, признанные судом общеизвестными, не нуждаются в доказывании. Кроме того, ст. 68 ГПК РФ говорит о том, что признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает последнюю от необходимости дальнейшего доказывания этих обстоятельств.

В рамках рассмотрения данного дела, стороны подтвердили обстоятельства переселения в рамках реализации Закона Тульской области в <адрес> семьи Г-вых в составе четырех человек (ФИО8, ФИО2, ФИО1, ФИО3) в квартиру под №, остальных членов семьи (ФИО4, ФИО6, ФИО5, ФИО7) в квартиру №.

Согласно договора социального найма жилого помещения № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между МКУ «...» и ФИО8, установлено, что совместно с нанимателем в помещении вселены члены его семьи: ФИО1, ФИО16, ФИО3, ФИО13

Из справки о составе семьи № от ДД.ММ.ГГГГ видно, что в спорной квартире зарегистрированы ФИО8, ФИО1, ФИО10, ФИО3, ФИО13, ФИО14

Из материалов дела и пояснений сторон установлено, что ФИО3, с момента рождения ДД.ММ.ГГГГ года, на основании постановки в 2001 году на первоочередное получение жилой площади, в период переселения в 2008 году из ветхого жилья в спорную квартиру, по соглашению родителей определения его места жительства, оставлял свою регистрацию в спорной квартире совместно с отцом ФИО1

Согласно ч. 3 ст. 83 ЖК РФ в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда.

Временное отсутствие нанимателя жилого помещения по договору социального найма, кого-либо из проживающих совместно с ним членов его семьи или всех этих граждан не влечет за собой изменение их прав и обязанностей по договору социального найма (ст. 71 ЖК РФ).

Указанные положения закона подлежат применению с учетом разъяснений, содержащихся в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», согласно которым, разрешая споры о признании нанимателя, члена семьи нанимателя или бывшего члена семьи нанимателя жилого помещения утратившими право пользования жилым помещением по договору социального найма вследствие их постоянного отсутствия в жилом помещении по причине выезда из него, судам надлежит выяснять: по какой причине и как долго ответчик отсутствует в жилом помещении, носит ли его выезд из жилого помещения вынужденный характер (конфликтные отношения в семье, расторжение брака) или добровольный, временный (работа, обучение, лечение и т.п.) или постоянный (вывез свои вещи, переехал в другой населенный пункт, вступил в новый брак и проживает с новой семьей в другом жилом помещении и т.п.), не чинились ли ему препятствия в пользовании жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нем, приобрел ли ответчик право пользования другим жилым помещением в новом месте жительства, исполняет ли он обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг и др.

При установлении судом обстоятельств, свидетельствующих о добровольном выезде ответчика из жилого помещения в другое место жительства и об отсутствии препятствий в пользовании жилым помещением, а также о его отказе в одностороннем порядке от прав и обязанностей по договору социального найма, иск о признании его утратившим право на жилое помещение подлежит удовлетворению на основании ч. 3 ст. 83 ЖК РФ в связи с расторжением ответчиком в отношении себя договора социального найма.

Между тем приведенных обстоятельств, свидетельствующих об отказе ответчика в одностороннем порядке от прав и обязанностей по договору социального найма, судом первой инстанции установлено не было.

В силу п. 2 ст. 20 ГК РФ местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, или граждан, находящихся под опекой, признается место жительства их законных представителей - родителей, усыновителей или опекунов.

В соответствии с положениями ст. 69 ЖК РФ члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности (ч. 2). Члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма должны быть указаны в договоре социального найма жилого помещения (ч. 3).

По смыслу указанных норм права, несовершеннолетние дети приобретают право на жилую площадь, определяемую им в качестве места жительства соглашением родителей, форма которого законом не установлена. Заключение такого соглашения, одним из доказательств которого является регистрация ребенка в жилом помещении, выступает предпосылкой приобретения ребенком права пользования конкретным жилым помещением, возникающего независимо от факта вселения ребенка в такое жилое помещение, в силу того, что несовершеннолетние дети не имеют возможности самостоятельно реализовать право на вселение.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что ФИО3 в несовершеннолетнем возрасте был зарегистрирован в жилом доме по месту жительства своим отцом, вместе с родителями был пересел в спорное жилое помещение, проживал в нем, после расторжения брачных отношений родителей совместно с матерью выехал из спорной квартиры в период, когда ФИО3 был несовершеннолетним и не имел возможности самостоятельно осуществлять свои права по пользованию жилым помещением.

Само по себе проживание ФИО3 совместно с матерью в ином жилом помещении, не являющемся местом жительства, которое было определено ребенку соглашением родителей, не может служить основанием для признания ФИО3 прекратившим право пользования спорным жилым помещением.

Соответственно, заключенный договор социального найма распространяется и на ответчика ФИО3, его регистрация по вышеуказанному адресу является законной, не противоречит нормам гражданского и жилищного законодательства Российской Федерации, в связи с чем последний приобрел равное с нанимателем ФИО8 и членами ее семьи, а именно истцом ФИО1, право пользования вышеуказанным жилым помещением; иное соглашение о порядке пользования жилым помещением, о котором возник спор, отсутствует.

Вышеизложенные обстоятельства исключают оценку действий ФИО3 как его добровольный отказ от жилищных прав в отношении спорной комнаты в порядке части 3 статьи 83 Жилищного кодекса РФ.

Согласно встречного искового заявления и пояснениям ФИО3 усматривается, что с мая 2017 года им предпринимались неоднократные попытки заселиться в жилое помещение по адресу: <адрес>, но открыть входную дверь квартиры и передать ключи его отец ФИО1 отказался. Данное обстоятельство подтверждено пояснениями ФИО1, который указал, что от входной двери имеется только один комплект ключей и в судебном заседании отказался передать дубликат ключей. В судебном заседании ФИО1 отрицал предпринимавшиеся ФИО3 попытки вселения в спорную квартиру и факт чинения сыну препятствий в пользовании квартиры. Третье лицо (ответчик по встречному исковому заявлению) ФИО8 пояснила суду, что в случае вселении ее внука ФИО3 в спорную квартиру она намерена чинить ему препятствия в проживании. Также в судебном заседании из показаний ФИО1 установлено, что до августа 2017 года он со своим сыном ответчиком по делу ФИО3 находился в хороших дружеских отношениях, последний общался с другими его детьми несовершеннолетними ФИО13 и ФИО14, но после судебных тяжб с бывшей супругой ФИО12 матерью ответчика по вопросу выплат средств на содержание ФИО3 он прекратил все общение со старшим сыном и запретил ему общаться с другими своими детьми. Данные обстоятельства говорят о наличии конфликтных отношений между истцом ФИО1, ответчиком ФИО3 и третьим лицом ФИО8

По смыслу ч. 1, 4 ст. 31 ЖК РФ бывшими членами семьи собственника жилого помещения могут быть признаны лица независимо от степени их родства с собственником при условии прекращения между ними семейных отношений. Семейные отношения характеризуются, в частности, взаимным уважением и взаимной заботой членов семьи, их личными неимущественными и имущественными правами и обязанностями, общими интересами, ответственностью друг перед другом, ведением общего хозяйства.

Таким образом, довод ФИО1 о том, что его сын ФИО3 перестал быть членом его семьи, суд относит к возникшим неприязненным отношениям в период с августа 2017 года, судебных тяжб по вопросу материального обеспечения ФИО3 в период его несовершеннолетия с ФИО11, и опровергается обозренными в судебном заседании фотографиями.

Оценивая доводы ФИО1 и ФИО8 о непользовании ФИО3 спорным жилым помещением в виду проживания по адресу жительства матери ФИО11 и его нежелании проживания в спорной квартире, суд приходит к выводу, что выезд ФИО3 в несовершеннолетнем возрасте из спорной квартиры определен соглашением его родителей, в связи с чем его выезд из жилого помещения не может быть признан добровольным, так как в силу возраста он был лишен возможности самостоятельно реализовать свое право на проживание в нем, а после достижения ответчиком совершеннолетия (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) прошел объективно короткий промежуток времени, и ввиду неоспаривания сторонами факта отсутствия у ФИО3 ключей от входной двери после мая 2017 года, что не говорит об однозначном, бесспорном и окончательном выводе о том, что ответчик ФИО3 добровольно, в одностороннем порядке, отказался от проживания в жилом помещении по адресу: <адрес>, и этот отказ носит постоянный и свободный характер.

Стороной истца по первоначальному требованию суду представлен акт о непроживании ФИО3 с ноября 2008 года в квартире №, подписанный жителями дома <адрес>, который в силу ст. 67 ГПК РФ в соотношении с другими доказательствами опровергается показаниями свидетеля ФИО15, подтвердившей выход в спорную квартиру ДД.ММ.ГГГГ, зафиксировавшей непроживание ФИО3 в спорной квартире на момент осмотра, пояснившей о нетщательном осмотре всего жилого помещения. Явка иных свидетелей, подписавших данный акт, в нарушение ст.56 ГПК РФ истцом ФИО1 не обеспечена.

Оценив показания свидетеля ФИО15 в части постоянного отсутствия ФИО3 в спорной квартиры по правилам ст.ст. 59, 60, 67 ГПК РФ, суд считает данные доказательства неполными ввиду периодического отсутствия по месту своего жительства для похода в магазины и поездок к родственникам, которые кроме того опровергаются показаниями ФИО8, пояснившей о том, что в мае 2017 года последний присутствовал на семейном празднике в спорной квартире.

Показания свидетеля ФИО11 по правилам ст.ст. 59, 60, 67 ГПК РФ, суд считает основанными на неприязненных отношениях к ФИО1 ввиду многочисленных судебных тяжб.

Утверждение ФИО8 о том, что проживание ФИО3 в спорной квартире будет нарушать ее права, не опровергает данный вывод суда, поскольку, как указано выше, ФИО3 имеет равное с нанимателем квартиры и членами ее семьи право пользования спорной жилой площадью.

Вместе с тем, ФИО1 и ФИО8 не лишены права предъявления иска к ответчику ФИО3 о взыскании с него платы за жилое помещение и коммунальные услуги в силу части 2 статьи 69 ЖК РФ, предусматривающей солидарную с нанимателем ответственность дееспособных членов его семьи по обязательствам, вытекающим из договора социального найма.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что правовые основания для удовлетворения требований истца ФИО1, отсутствуют, в связи с чем исковое заявление к ФИО3 о признании прекратившим право пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета не подлежит удовлетворению.

Разрешая встречные исковые требования ФИО3 об устранении препятствий в пользовании жилым помещением и обязании не чинить препятствия в пользовании жилым помещением и выдаче комплекта ключей от входной двери, суд исходит из того, что ФИО3, будучи вселенной в качестве члена семьи нанимателя приобрел равные с ФИО1 и ФИО8 права пользования спорной комнатой, однако ввиду отсутствия ключей у истца по встречному исковому требованию и отказом ФИО1 их передать, а в настоящее время намерением ФИО8 чинить препятствия ФИО3 в пользовании спорной квартирой, препятствует осуществлению ФИО3 прав пользователя жилым помещением, которые должны быть восстановлены.

Кроме того, как было указано выше, выезд ФИО3 в несовершеннолетнем возрасте из спорного жилого помещения осуществлен по соглашению его родителей, а с августа 2017 года возникли конфликтные отношения с отцом ФИО1

При таких обстоятельствах, когда ФИО1 приобрел право пользования спорным жилым помещением в соответствии с условиями договора социального найма, а, следовательно, имеет право на проживание в квартире, о которой возник спор, и ограничение доступа в нее путем непередачи ключей ведет к нарушению его прав, предусмотренных статьей 67 Жилищного кодекса РФ, суд полагает возможным обязать ФИО1 и ФИО8 не чинить ФИО3 препятствия в пользовании жилым помещением квартирой, расположенной по адресу: <адрес>, и передать ФИО3 комплект ключей от входной двери в указанную квартиру.

Одновременно суд обращает внимание на то, что жилищные права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных Жилищным кодексом Российскоф Федерации, федеральными законами и иными правовыми актами, а также из действий участников жилищных отношений, в связи с чем жилищные отношения носят длящийся характер, следовательно, истец по первоначальному иску ФИО1 не лишен в будущем возможности повторно обратиться в суд с аналогичными требованиями, если непроживание ответчика ФИО3 будет вызвано выездом на другое постоянное место жительства.

На основании изложенного, рассмотрев дело в пределах заявленных и поддержанных в судебном заседании первоначальных и встречных исковых требований, руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о признании прекратившим право пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета отказать.

Встречные исковые требования ФИО3 к ФИО1, ФИО8 об устранении препятствий в пользовании жилым помещением и обязании не чинить препятствия в пользовании жилым помещением и выдачи комплекта ключей от входной двери удовлетворить.

Обязать ФИО1, ФИО8 выдать комплект ключей от входной двери и не чинить ФИО3 препятствий в пользовании квартирой, расположенной по адресу: <адрес>.

Решение может быть обжаловано в Тульский областной суд путем подачи апелляционной жалобы в Пролетарский районный суд г. Тулы в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий