Решение № 2-60/2026 2-60/2026~М-47/2026 М-47/2026 от 11 мая 2026 г. по делу № 2-60/2026

. Дело № 2-60/2026


Решение

Именем Российской Федерации

29 апреля 2026 год с. Енотаевка.

Енотаевский районный суд Астраханской области в составе:

председательствующего судьи Шеиной Е.А.

при секретаре Даниловой Е.Е.

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ООО СК «Сбербанк страхование жизни» (представитель истца ФИО1) к ФИО3 о признании договора страхования недействительным, применении последствий недействительности сделки,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью ООО СК «Сбербанк страхование жизни» обратилось в суд с исковым заявлением к ФИО3 о признании недействительным договора страхования ЗМСРР104 201000097303 от 24.09.2025г., заключенного между страховщиком ООО СК «Сбербанк страхование жизни», с одной стороны и страхователем ФИО3, с другой стороны и применении последствий недействительности сделки.

Определением Енотаевского районного суда Астраханской области от 10 февраля 2026 года по настоящему гражданскому делу в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено ПАО Сбербанк, расположенное по адресу: <адрес>.

В обосновании исковых требований истец указал, что 24.09.2025г. между страхователем ФИО3 и Обществом с ограниченной ответственностью Страховая компания «Сбербанк страхование жизни» на основании Правил страхования в редакции, утвержденной приказом генерального директора, заключен договор страхования жизни №

Между сторонами согласованы все существенные условия договора, о чем свидетельствует подписанный договор страхования, в котором четко указан размер страховой премии, страховой суммы, а также согласованы иные обязательные условия, предусмотренные действующим законодательством.

Однако, в дальнейшем истцу стало известно, что при заключении договора страхования страхователь ФИО3 не сообщил все необходимые данные о состоянии своего здоровья, что является обязанностью страхователя в соответствии со статьёй 944 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При заключении договора страхования страхователь ФИО3 ознакомлен с заявлением на заключение договора страхования и согласился со всеми существенными условиями договора, в том числе с декларацией застрахованного лица, что подтверждается его подписью. В соответствии с декларацией застрахованного лица, ФИО3 подтвердил, что у него не имеется ограничений из установленного в декларации перечня.

Из поступивших в адрес истца медицинских документов, а именно выписки из амбулаторной карты от 13.01.2026г. из Государственного бюджетного учреждения здравоохранения <адрес> "<адрес> больница", следует, что до заключения договора страхования страхователь ФИО3 обращался за медицинской помощью с диагнозом: «острый инфаркт миокарда» 06.05.2022г.

Таким образом, на момент заключения договора страхования у застрахованного лица имелись ограничения, о которых не было известно истцу.

Согласно договору страхования, а также Правилам страхования, если будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные или недостоверные сведения об обстоятельствах, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и оценки страхового риска, страховщик вправе потребовать признания договора страхования недействительным.

В силу части 1, части 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установлений законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Согласно части 1, части 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридически последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Таким образом, предоставление истцу заведомо недостоверных сведений относительно состояния здоровья ответчика влечет за собой нарушение прав и законных интересов ответчика как субъекта страхового дела.

Недействительная сделка не влечет за собой каких-либо юридических последствий, кроме последствий признания её недействительной. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке ( статья 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В судебное заседание представитель истца- ООО СК «Сбербанк страхование жизни» ФИО1, действующая на основании доверенности, не явилась, о дне слушания дела извещена надлежащим образом, просит суд рассмотреть дело в её отсутствие, исковые требования удовлетворить.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования ООО СК «Сбербанк страхование жизни» о признании недействительным договора страхования № от 24.09.2025г., заключенного между ним и страховщиком ООО СК «Сбербанк страхование жизни» не признал, полагает их необоснованными, по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление, указанным его представителем Елисеевой С.В. в судебном заседании, просит суд в удовлетворении исковых требований отказать.

Представитель ответчика ФИО3- адвокат Адвокатской конторы Енотаевского района Астраханской областной коллегии адвокатов Елисеева С.В., представившая удостоверение № и ордер № от 28.04.2026г., в судебном заседании исковые требования ООО СК « Сбербанк страхование жизни» не признала, пояснила, что 24.09.2025г. между ООО «Сбербанк страхование жизни», с одной стороны и ФИО3, с другой стороны на основании Правил страхования, утвержденных приказом ООО «Сбербанк страхование жизни», заключен договор страхования жизни №.

По условиям названного договора страхования страховыми случаями являются смерть и утрата трудоспособности.

ДД.ММ.ГГГГг. ФИО3 установлена <данные изъяты>, в связи с чем ДД.ММ.ГГГГг. ответчик обратился в ООО СК «Сбербанк страхование жизни» с заявлением о наступлении страхового случая и выплате страхового возмещения.

ООО СК «Сбербанк страхование жизни», по результатам рассмотрения заявления ФИО3 письмом от 19.01.2026г. сообщил ему об отказе в выплате страхового возмещения, в связи тем, что по мнению ООО СК «Сбербанк страхование жизни» ответчиком ФИО3 при заключении договора страхования были представлены заведомо ложные сведения о состоянии здоровья при заключении договора страхования.

Согласно позиции истца под заведомо ложными сведениями, которые повлекли предъявление иска в суд явилось не сообщение ответчиком информации о перенесенном 06.05.2022г. заболевании (более чем за 3 года до заключения договора) инфаркта миокарда.

По указанным основаниям ООО СК «Сбербанк страхование жизни» обратилось с настоящим иском в суд с требованиями о признании недействительным договора страхования на основании пункта 1 части 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 1 части 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации и применении последствий недействительности сделки.

В исковом заявлении ООО СК «Сбербанк страхование жизни» приводит 2 нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, по которым заключенный договор подлежит признанию недействительным, а именно статьи 166-167 Гражданского кодекса Российской Федерации, которые содержат общие основания о недействительности сделки и последствиях ее недействительности, при этом истец в нарушение принципа правовой определенности не приводит норму права, по которой такая сделка подлежит признанию недействительным, что указывает на неполные формирования основания иска.

Вместе с тем, из доводов ООО СК «Сбербанк страхование жизни» следует, что основанием для обращения с иском в суд является представление ответчиком заведомо ложных сведений о состоянии здоровья при заключении договора страхования из чего можно сделать вывод, что сделка оспаривается по основаниям части 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть как сделка, совершенная под влиянием обмана.

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Следовательно, обязательным условием для применения нормы о недействительности сделки является наличие умысла страхователя, направленного на сокрытие обстоятельств или предоставление ложных сведений, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.

Из анализа приведенных правовых положений следует, что страхователь должен сообщить лишь известные ему на момент заключения договора сведения, а страховщик может довериться сообщенным страхователем сведениям или проверить их на основании статьи 945 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно пункту 2 которой при заключении договора личного страхования страховщик вправе провести обследование подлежащего страхованию лица для оценки фактического состояния его здоровья.

Договор страхования может быть признан недействительным при доказанности прямого умысла в действиях страхователя, а также при доказанности того, что заведомо ложные сведения касаются обстоятельства, имеющего существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.

При этом сообщение заведомо ложных сведений- это не просто неправильная информация, в данном случае относительно состояния здоровья на момент заключения договора, а действия, совершаемые с целью обмана страховщика.

С учетом указанных норм права и вопреки исковому заявлению, ООО СК «Сбербанк страхование жизни» в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не представил в материалы дела доказательств того, что заболевание, от которого наступила инвалидность ФИО3, находится в причинно-следственной связи с имеющимися у него на момент заключения договора страхования иными заболеваниями, а материалами дела подтверждено, что инвалидность ФИО3 наступила от заболевания, которое никогда у него не было диагностировано, и наступление которого он никак не мог предвидеть.

Согласно справке ФКУ «ГБ МСЭ по Астраханской области» Минтруда России ( Бюро №) инвалидность ФИО3 установлена ДД.ММ.ГГГГ., при этом причина инвалидности: «Общее заболевание».

Из письма Государственного бюджетного учреждения Астраханской области «Енотаевская районная больница»» от 16.02.2026г. № следует, что <данные изъяты>

Договор страхования жизни заключался ФИО3 в целях покрытия рисков по имеющемуся ипотечному кредиту в ПАО «Сбербанк России» и именно ПАО «Сбербанк России» является выгодоприобретателем по такому договору страхования.

Указанное свидетельствует об отсутствии у ФИО3 умысла на заключения договора страхования в связи с перенесенным более 3-х лет назад заболеванием- инфаркта миокарда, что очевидно указывает на незаконность требований истца ООО СК «Сбербанк страхование жизни», а равно недоказанность обстоятельств, подлежащих доказыванию при предъявлении требования о недействительности договора страхования.

ООО СК «Сбербанк страхование жизни» в силу статьи 945 Гражданского кодекса Российской Федерации, проявляя должную заботу и осмотрительность, как профессионал на рынке страховых услуг, имело право проверить состояние здоровья застрахованного лица и должно было само выяснить обстоятельства, влияющие на степень риска, однако, предоставленным ему правом не воспользовалось, что указывает на не проявленную самим истцом должную осмотрительность при заключении договора страхования.

Ответчик ФИО3 заключал договор страхования посредством акцепта страхователя на основании статей 435, 438, 940 Гражданского кодекса Российской Федерации на основании устного заявления страхователя, путем присоединения к публичной оферте на сайте Домклик.

При заключении договора путем присоединения к публичной оферте, все сведения уже внесены страховщиком по умолчанию и фактического диалога между страховщиком и страхователем не было, в связи, с чем ответчику ФИО3, как потребителю услуг со стороны страховщика не были заданы прямые вопросы о наличии/отсутствия в прошлом перенесенных заболеваний. Заключение договора производится путем проставления «галочек» в приложении (интернет ресурсе), после которых производится расчет страховой премии, напрямую связанный с размером покрываемого риска по кредитному продукту, который страхуется в рамках выданного страхового полиса.

Указанное подтверждается непосредственно преамбулой страхового полиса, в котором следует, что договор страхования заключается на основании устного заявления и присоединения к публичной оферте. Указанный страховой полис вместе с правилами страхования, размещенными в интернет ресурсе имеет объемное содержание, в связи с чем проявленная ФИО3 невнимательность в части обязанности сообщить о перенесенном заболевании (тем более когда такое заболевание было перенесено более чем за 3 календарных года до даты заключения спорного договора) не может расцениваться как предоставление заведомо ложных сведения о состоянии здоровья, способствующее признанию договора недействительным на основании части 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Отсутствует факт сообщения ФИО3 страховщику ложных сведений, поскольку ООО СК « Сбербанк страхование жизни» не доказано наличие в действиях ФИО3 прямого умысла по сообщению ложных сведений относительно состояния его здоровья.

Под сообщением заведомо ложных сведений понимается не просто неправильная информация, а действия, совершаемые с целью обмана страховщика. При этом бремя доказывания наличия прямого умысла страхователя при сообщении страховщику заведомо ложных сведений об обстоятельствах, изложенных в пункте 1 статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации, возложено на страховщика.

Страховщик не воспользовался своим правам на проведение медицинского обследования страхователя, не предоставил застрахованному лицу возможность указать имеющиеся у него на дату заключения соответствующего договора заболевания, принял от страхователя страховую премию независимо от установления обстоятельств наличия либо отсутствия у застрахованного заболеваний.

Страховщик, являясь лицом, осуществляющим профессиональную деятельность на рынке страховых услуг и вследствие этого более сведущим в определении факторов риска, при заключении договора должен быть максимально заинтересован в выявлении обстоятельств, влияющих на степень риска.

Важным является то обстоятельство, что анкета, содержащая сведения о состоянии здоровья ФИО3 заполнялась им не собственноручно. Он подписала уже составленные и заполненные документы, лично информацию о состоянии своего здоровья он не сообщал и вопросы о состоянии здоровья при заключении договора ему не задавались.

В данном гражданском деле ООО СК « Сбербанк страхование жизни» обстоятельства подлежащие доказыванию по предъявленному иску в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не обосновало, письменные доказательства таких фактов не представило, в связи с чем требования о признании недействительным договора страхования и применении последствий недействительности сделки являются не обоснованными, а действия ООО СК «Сбербанк страхование жизни», она полагает напрямую связаны с уклонением от своей обязанности по выплате страхового возмещения ФИО3, что является прямым нарушение статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации и очевидностью нежелания исполнять заключенный договора страхования.

Просит суд в удовлетворении исковых требований ООО СК «Сбербанк страхование жизни» отказать полностью.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ПАО Сбербанк в лице Астраханского отделения № 8625 ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебное заседание не явилась, о дне слушания дела извещена надлежащим образом, просит суд рассмотреть дело в её отсутствие, решение по делу оставляет на усмотрении е суда.

Учитывая надлежащее извещение лиц, участвующих в деле, в том числе путем размещения информации на сайте Енотаевского районного суда Астраханской области, в соответствии с положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть настоящее гражданское дело в отсутствие представителя истца ООО СК «Сбербанк страхование жизни» ФИО1, представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора ПАО Сбербанк в лице Астраханского отделения № 8625 ФИО4

Выслушав в судебном заседании ответчика ФИО3, представителя ответчика- адвоката Елисееву С.В., изучив материалы гражданского дела, суд приходит к выводу об отказе ООО СК « Сбербанк страхование жизни» в удовлетворении заявленных исковых требований по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 934 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая).

Согласно статье 942 Гражданского кодекса Российской Федерации существенным условием договора страхования является соглашение о характере события, на случай наступления которого осуществляется страхование (страхового случая).

Согласно статье 943 Гражданского кодекса Российской Федерации условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования).

В соответствии со статьей 944 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику.

Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

Из этого следует, что согласно названной норме закона страховщик имеет возможность самостоятельно определить дополнительный по отношению к установленным в пункте 1 статьи 942 Гражданского кодекса Российской Федерации перечень существенных условий договора в зависимости от степени их значимости для вероятности наступления страхового случая.

Страховщик, являясь коммерческой организацией (пункт 2 статьи 50, пункт 1 статьи 96 Гражданского кодекса Российской Федерации), и действуя в рамках своей предпринимательской деятельности, должен проявлять осмотрительность и разумность при заключении сделок. В противном случае риски последствий неосмотрительного и неразумного поведения возлагаются на субъекта такого поведения.

Согласно пункту 4 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с добровольным страхованием имущества граждан, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27 декабря 2017 года, в случае сомнений относительно толкования условий договора добровольного страхования, изложенных в полисе и правилах страхования, и невозможности установить действительную общую волю сторон с учетом цели договора должно применяться толкование, наиболее благоприятное для потребителя (contra proferentem).

Если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в пункте 1 статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, как на то указано в пункте 3 статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце 3 пункта 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Из анализа указанных выше положений законодательства следует, что договор страхования может быть признан недействительным при доказанности прямого умысла в действиях страхователя, направленного на введение в заблуждение страховщика, а также того, что заведомо ложные сведения касаются обстоятельств, которые впоследствии явились непосредственной причиной наступления страхового случая.

Таким образом, обязательным условием применения нормы о недействительности сделки является наличие умысла страхователя, направленного на сокрытие обстоятельств или предоставление ложных сведений, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.

При этом обязанность доказывания наличия умысла страхователя при сообщении страховщику заведомо ложных сведений лежит на страховщике, обратившемся в суд с иском о признании сделки недействительной.

Юридически значимым обстоятельством для установления оснований недействительности договора является наступление страхового случая по договору именно в результате конкретного заболевания, которое явилось непосредственной причиной наступления инвалидности или смерти как страхового случая, и о котором страхователь при заключении договора умолчал или представил страховщику ложные сведения.

Наступление страхового случая в результате иных обстоятельств, о которых страхователь не знал, не мог знать, и не представлял относительно них заведомо ложные сведения страховщику, не может являться основанием для признания договора страхования недействительным.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ПАО « Сбербанк России » заключен кредитный договор №.

24.09.2025г. между ООО СК «Сбербанк страхование жизни», с одной стороны и ответчиком ФИО3, с другой стороны на основании Правил страхования, утвержденных приказом генерального директора ООО СК «Сбербанк страхование жизни», заключен договор страхования жизни №

По условиям названного договора страхования страховыми случаями являются смерть и утрата трудоспособности.

ДД.ММ.ГГГГг. ФИО3 установлена <данные изъяты>, в связи с чем ДД.ММ.ГГГГг. ответчик ФИО3 обратился в ООО СК «Сбербанк страхование жизни» с заявлением о наступлении страхового случая и выплате страхового возмещения.

ООО СК «Сбербанк страхование жизни», по результатам рассмотрения заявления ФИО3 письмом от 19.01.2026г. сообщил ему об отказе в выплате страхового возмещения, в связи чем тем, что по мнению ООО СК «Сбербанк страхование жизни» ответчиком ФИО3 при заключении договора страхования были представлены заведомо ложные сведения о состоянии здоровья при заключении договора страхования.

Согласно позиции истца ООО СК « Сбербанк страховании е жизни» под заведомо ложными сведениями, которые повлекли предъявление иска в суд явилось не сообщение ответчиком информации о перенесенном 06.05.2022г. заболевании (более чем за 3 года до заключения договора)- инфаркта миокарда.

Из анализа приведенных выше правовых положений следует, что страхователь должен сообщить лишь известные ему на момент заключения договора сведения, а страховщик может довериться сообщенным страхователем сведениям или проверить их на основании статьи 945 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно пункту 2 которой при заключении договора личного страхования страховщик вправе провести обследование подлежащего страхованию лица для оценки фактического состояния его здоровья.

Договор страхования может быть признан недействительным при доказанности прямого умысла в действиях страхователя, а также при доказанности того, что заведомо ложные сведения касаются обстоятельства, имеющего существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.

При этом сообщение заведомо ложных сведений- это не просто неправильная информация, в данном случае относительно состояния здоровья ФИО3 на момент заключения договора, а действия, совершаемые с целью обмана страховщика.

С учетом указанных норм права и вопреки исковому заявлению, ООО СК «Сбербанк страхование жизни» в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не представило доказательства того, что заболевание, от которого наступила инвалидность ответчика ФИО3, находится в причинно-следственной связи с имеющимися у него на момент заключения договора страхования иными заболеваниями, а материалами дела подтверждено, что инвалидность ФИО2 наступила от заболевания, которое никогда у него не было диагностировано, и наступление которого он никак не мог предвидеть.

Согласно справке ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес>» Минтруда России (Бюро №) инвалидность ответчику ФИО3 установлена ДД.ММ.ГГГГ, при этом причина инвалидности: «Общее заболевание».

Из письма Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Енотаевская районная больница» от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что заболевание, <данные изъяты>

Таким образом, причинной связи между заболеванием, повлекшим утрату трудоспособности ответчика ФИО3 и установление <данные изъяты> и перенесенным за более 3 лет назад до заключения договора заболевания- <данные изъяты> в материалах дела не имеется, ООО СК «Сбербанк страхование жизни» указанные обстоятельства не доказало.

В абзаце третьем пункта 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 25 от 23.06.2015 года «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом, подлежит установлению умысел лица, совершившею обман.

Между тем, из материалов дела и страхового полиса следует, что договор страхования жизни ФИО3 заключался в целях покрытия рисков по имеющемуся ипотечному кредиту в ПАО «Сбербанк России» и именно ПАО «Сбербанк России» является выгодоприобретателем по такому договору страхования.

Указанное свидетельствует об отсутствии у ответчика ФИО3 умысла на заключения договора страхования в связи с перенесенным более 3-х лет назад заболеванием- инфаркт миокарда, что суд полагает, указывает на незаконность требований истца ООО «Сбербанк страхование жизни», а равно на недоказанность обстоятельств, подлежащих доказыванию при предъявлении требования о недействительности договора страхования.

В пункте 10 «Обзора практики рассмотрения судами споров, возникающих из отношений по добровольному личному страхованию, связанному с предоставлением потребительского кредита», утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 5 июня 2019г. указано, что в качестве юридически значимых обстоятельств в указанном пункте Обзора определены не только сообщение заведомо недостоверных сведений о состоянии здоровья застрахованного при заключении договора добровольного личного страхования, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового события, но и наступление страхового случая вследствие не заявленного страхователем заболевания.

В соответствии с пунктом 1 статьи 934 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая).

Статья 942 Гражданского кодекса Российской Федерации к числу существенных условий договора страхования относит условия о характере события, на случай наступления которого осуществляется страхование (страхового случая).

Пунктом 2 статьи 9 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 г. № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» определено, что страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

В силу пункта 1 указанной статьи событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления.

ООО СК «Сбербанк страхование жизни» в силу статьи 945 Гражданского кодекса Российской Федерации, проявляя должную заботу и осмотрительность, как профессионал на рынке страховых услуг, имело право проверить состояние здоровья застрахованного лица-ответчика ФИО3 и должно было само выяснить обстоятельства, влияющие на степень риска, однако, предоставленным ему правом не воспользовалось, что указывает на не проявленную самим истцом должную осмотрительность при заключении договора страхования.

В то же время, ответчик ФИО3 заключал договор страхования посредством акцепта страхователя на основании статей 435, 438, 940 Гражданского кодекса Российской Федерации на основании устного заявления страхователя, путем присоединения к публичной оферте на сайте Домклик.

При заключении договора путем присоединения к публичной оферте, все сведения уже внесены страховщиком по умолчанию и фактического диалога между страховщиком и страхователем не было, в связи с чем ответчику ФИО3, как потребителю услуг со стороны страховщика не были заданы прямые вопросы о наличии/отсутствия в прошлом перенесенных заболеваний. Заключение договора производится путем проставления «галочек» в приложении (интернет ресурсе), после которых производится расчет страховой премии, напрямую связанный с размером покрываемого риска по кредитному продукту, который страхуется в рамках выданного страхового полиса.

Указанное подтверждается непосредственно преамбулой страхового полиса, из которого следует, что договор страхования заключается на основании устного заявления и присоединения к публичной оферте. Указанный страховой полис вместе с правилами страхования, размещенными в интернет ресурсе, имеет объемное содержание, в связи с чем проявленная ответчиком ФИО3 невнимательность в части обязанности сообщить о перенесенном заболевании (тем более когда такое заболевание было перенесено более чем за 3 календарных года до даты заключения спорного договора) не может расцениваться как предоставление заведомо ложных сведения о состоянии здоровья, способствующее признанию договора недействительным на основании части 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации ( Определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.04.2018 N 64-КГ18-1).

Как следует из пункта 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежат установлению умысел лица, совершившею обман (пункт 99 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 ”О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

При вышеуказанных обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии факта сообщения ответчиком ФИО3 страховщику ООО СК « Сбербанк страхование жизни» ложных сведений, поскольку истцом не доказано наличие в действиях ответчика прямого умысла по сообщению ложных сведений относительно состояния его здоровья. Под сообщением заведомо ложных сведений понимается не просто неправильная информация, а действия, совершаемые с целью обмана страховщика. При этом бремя доказывания наличия прямого умысла страхователя при сообщении страховщику заведомо ложных сведений об обстоятельствах, изложенных в пункте 1 статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации, возложено на страховщика.

Страховщик-истец ООО СК « Сбербанк страхование жизни» не воспользовался своим правам на проведение медицинского обследования страхователя-ответчика ФИО3, не предоставило застрахованному лицу возможность указать имеющиеся у него на дату заключения соответствующего договора заболеваний, принял от страхователя страховую премию независимо от установления обстоятельств наличия либо отсутствия у застрахованного заболеваний.

Страховщик, являясь лицом, осуществляющим профессиональную деятельность на рынке страховых услуг и вследствие этого более сведущим в определении факторов риска, при заключении договора должен быть максимально заинтересован в выявлении обстоятельств, влияющих на степень риска.

Тот факт, что при заключении договора личного страхования страхователь-ответчик ФИО3 не сообщил страховщику ООО СК « Сбербанк страхование жизни» все известные обстоятельства о наличии заболеваний, не влечет утрату признака случайности и вероятности наступления страхового случая. Этот факт не имеет существенного значения для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления, поскольку отсутствует причинная связь между ранее диагностированными заболеваниями и страховым случаем.

Важным является то обстоятельство, что анкета, содержащая сведения о состоянии здоровья ответчика ФИО3, заполнялась им не собственноручно. Он подписал уже составленные и заполненные документы, лично информацию о состоянии своего здоровья он не сообщал и вопросы о состоянии здоровья при заключении договора ему не задавались.

Страховщик должен доказать тот факт, что страхователь сообщил ложные сведения об отсутствии у него заболевания, ставшего впоследствии причиной наступления страхового случая, а также то, что он имел умысел на совершение обмана.

Суд полагает, что при рассмотрении настоящего гражданского дела истец обстоятельства подлежащие доказыванию, но предъявленному иску в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не обосновал, письменные доказательства таких фактов не представил, в связи с чем суд приходит к выводу о том, что требования ООО СК « Сбербанк страховании е жизни» о признании недействительным договора страхования и применении последствий недействительности сделки являются необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ООО СК «Сбербанк страхование жизни» (представитель истца ФИО1) к ФИО3 о признании договора страхования жизни ЗМСРР104 20100007303 от 24.09.2025г., заключенного между ООО СК «Сбербанк страхование жизни» с одной стороны, ФИО3, с другой стороны недействительным, применении последствий недействительности сделки- оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Астраханский областной суд в течение 1 месяца со дня вынесения решения суда в окончательной форме через Енотаевский районный суд Астраханской области.

Мотивированное решение изготовлено 12 мая 2026 года.

Судья Е.А.Шеина.