Решение № 2-2043/2025 2-2043/2025~М-1017/2025 М-1017/2025 от 19 октября 2025 г. по делу № 2-2043/2025

УИД 54RS0002-01-2025-001914-29

Дело № 2-2043/2025


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

«04» сентября 2025 года г. Новосибирск

Железнодорожный районный суд г. Новосибирска в составе:

председательствующего судьи Козловой Е. А.,

при ведении протокола секретарём Абдулкеримовым В. Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО2 к ООО «ЭМ ВОСТОК» о защите прав потребителей,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2 обратились в суд с исковым заявлением к ООО «ЭМ ВОСТОК», в котором с учётом уточнений, просят взыскать с ответчика в свою пользу:

500 000 рублей в качестве компенсации морального вреда;

125 071 рублей в качестве возмещения убытков;

159 724,08 рублей в качестве неустойки по состоянию на 04.07.2025;

364 247,09 рублей в качестве штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя.

В обоснование искового заявления указано, что 16.03.2025 истцы, являющиеся супругами, обратились в дилерский центр ответчика, расположенный по адресу: <...>, за консультацией по условиям приобретения автомобиля Сhery Tiggo 7 Pro Max Active AWD, в том числе с учётом передачи истцами ответчику автомобиля Subaru Forester, 2017 года выпуска, с государственным регистрационным номером **, по системе Trade-In, которая позиционировалась ответчиком как возможность передать ему автомобиль в счёт покупки товара с условием доплаты разницы в цене и предоставлением соответствующей дополнительной скидки на товар. Ответчик предоставил условия приобретения товара по системе Trade-In и предложил истцам незамедлительно перейти к заключению сделки. Истцы сказали, что им необходимо время для принятия решения, на что ответчик предложил истцам подумать, но не забирать свой автомобиль из дилерского центра, а воспользоваться подменным автомобилем. В тот же день ФИО1 вернулся в дилерский центр за своим автомобилем, но ответчик настоял на том, чтобы автомобиль остался в дилерском центре до принятия истцами окончательного решения о заключении сделки и предложил использовать до указанного момента подменный автомобиль. 18.03.2025 истцы решились на заключение сделки и приехали в дилерский центр. ФИО1 оформил с ответчиком первую часть сделки по системе Trade-In, заключив договор купли-продажи ** и передав автомобиль по акту приёма-передачи (приложение **), а оформление второй части сделки по системе Trade-In между истцом ФИО2 и ответчиком не получило одобрение со стороны ПАО Сбербанк, где предполагалось оформить рассрочку и получить за это дополнительную скидку на товар от ответчика. Кроме того, изменились существенные условия второй части сделки по системе Trade-In, а именно существенно увеличилась ранее указываемая ответчиком стоимость добровольного страхования товара (КАСКО). Вместе с тем, КАСКО для истцов также не являлось добровольным страхованием, а выступало условием оплаты части стоимости товара в рассрочку. Таким образом, заключение сделки по системе Trade-In между истцами и ответчиком 18.03.2025 не состоялось. Истцы уехали из дилерского центра на подменном автомобиле. 19.03.2025 в 07:40 ФИО1 оповестил ответчика в лице менеджера ФИО3 о том, чтобы ответчик не предпринимал никаких действий с автомобилем, так как окончательное решение о заключении сделки истцами не принято. Не получив обратной связи, ФИО1 продублировал своё обращение в 18:21, данное обращение также было проигнорировано ответчиком. 19.03.2025 в 19:34 ФИО1 направил на официальную электронную почту ответчика обращение с просьбой не предпринимать никаких действий с автомобилем ввиду возможного отказа истцов от приобретения товара по системе Trade-In, о чём сообщили ответчику официально 20.03.2025 в 09:00. Негативными аспектами взаимодействия с ответчиком, повлиявшими на отказ истцов от заключения сделки по системе Trade-In, являлись: полученный 18.03.2025 отказ со стороны ПАО Сбербанк, увеличенная стоимость КАСКО, заниженная оценка автомобиля, предоставление ответчиком недостоверной информации о дисках, подлежащих установке на товар, при использовании которых дилерский центр мог бы не нести гарантийных обязательств на товар перед истцом. 20.03.2025 в 17:37 ответчик предпринял попытку договориться с истцом ФИО1 о заключении сделки по системе Trade-In и позвонил ему по телефону. По итогу телефонного разговора истец ФИО1 сообщил ответчику в лице менеджера ФИО4 о том, что готов заключить сделку по системе Trade-In при условии предоставления к товару дополнительных трёх дисков. Дополнительно истец сообщил ответчику, что приедет в дилерский центр 22.03.2025 к 10:00 либо на заключение сделки, либо за своим автомобилем. 22.03.2025 в 09:30 истец ФИО1 приехал в дилерский центр, решение ответчика по предоставлению к товару дополнительно трёх дисков ещё не было принято. истец взял дополнительную паузу и уехал по делам на подменном автомобиле. 22.03.2025 в 13:23 истец ФИО1 позвонил ответчику в лице менеджера ФИО4 с вопросом, о том, какое решение принял дилерский центр. Представитель ответчика сообщил истцу, что ответчик принял решение вернуть истцу денежные средства за автомобиль на основании договора купли-продажи. В последующем в переписке ФИО4 подтвердил указанное решение ответчика либо предложил довести сделку по системе Trade-In до логического завершения. Истцы испытали нервные переживания, узнав о решении ответчика не возвращать им автомобиль. 22.03.2025 истец ФИО1 обратился с заявлениями по факту отказа со стороны ответчика о возврате автомобиля в отдел полиции ** «Железнодорожный» Управления МВД России по г. Новосибирску, в прокуратуру Железнодорожного района г. Новосибирска, в Управление ГИБДД ГУ МВД России по Новосибирской области, в Управление Роспотребнадзора по Новосибирской области, а также направил претензию на имя генерального директора ответчика с дополнительным уведомлением о том, что АО «ЧЕРИ АВТОМОБИЛИ РУС», под брендом которого работает дилерский центр. 23.03.2025 истец ФИО2 обратилась к врачу, так как нервные переживания ввиду отказа ответчика вернуть автомобиль негативным образом отразились на её здоровье, а после этого истец ФИО1 вернул подменный автомобиль в дилерский центр и передал ответчику нарочно свою претензию от 22.03.2025. 24.03.2025 в 09:00 истец ФИО1 направил дополнительную претензию на имя генеральных директоров ответчика и АО «ЧЕРИ АВТОМОБИЛИ РУС», под брендом которого работает дилерский центр. В 10:00 истцу позвонила, а после вышла на связь по WhatsApp, ФИО5, представившаяся руководителем клиентской службы дилерского центра. Она сказала, что претензии истца находятся у неё в работе, но официальных ответов на претензии от 22.03.2025 и 24.03.2025, а также на заявления от 19.03.2025 и 20.03.2025 не последовало. 25.03.2025 в 10:31 истцу ФИО1 позвонил директор дилерского центра ФИО6 и сообщил о решении вернуть автомобиль, встреча была назначена на 17:00 в дилерском центре. До запланированной встречи истец ФИО1 связался по WhatsApp с ФИО5 и попросил предоставить документы, которые предлагалось подписать для возврата автомобиля, на что получил отказ. 25.03.2025 ориентировочно в 17:00 истец пришёл в дилерский центр и в сопровождении ФИО6 прошёл в переговорную. где к разговору присоединился ещё один сотрудник дилерского центра по имени Сергей, который впоследствии передавал автомобиль истцу. В ходе разговора ФИО1 сообщил ФИО6 и Сергею, что намерен добиваться компенсации морального вреда, нанесённого истцам со стороны дилерского центра несостоявшейся сделкой по системе Trade-In. ФИО6 предоставил ФИО1 пакет документов для подписания и вышел из переговорной. Вместо директора вошла ФИО5 и сообщила, что пока документы со стороны ФИО1 не будут подписаны, ответчик не вернёт автомобиль истцам. После подписания документов, в том числе акта возврата автомобиля ФИО1 фактически пошёл принимать автомобиль. Выдавал автомобиль присутствующий в переговорной Сергей. При возврате автомобиля истцом ФИО1 было установлено, что в автомобиле произведена замена ветрового (лобового) стекла и рамок под государственными регистрационными номерами, присутствует загрязнение салона, дефект кузова, оторваны клипсы брызговика, отсутствовала оплётка руля и солнцезащитные очки. Замена оригинального ветрового (лобового) стекла расценивается истцами как существенный вред, нанесённый им со стороны ответчика. Даже бывшее в употреблении оригинальное ветровое (лобовое) стекло стоит дороже нового, установленного ответчиком на автомобиль. Самый главный недостаток заключается в том, что при аварии оригинальное стекло защитит водителя от осколков в отличие от нового, не оригинального, которое может только дополнительно травмировать водителя и пассажиров осколками. Кроме того, автомобиль с заменённым оригинальным ветровым (лобовым) стеклом вызовет дополнительные вопросы и недоверие со стороны потенциальных покупателей и снизит продажную стоимость автомобиля. 25.03.2025 в 22:23 истец ФИО1 направил ответчику претензию по факту недостатков, обнаруженных в автомобиле после его нахождения в дилерском центре, а также отозвал свои заявления из отдела полиции ** «Железнодорожный» Управления МВД России по г. Новосибирску, прокуратуры Железнодорожного района г. Новосибирска. 29.03.2025 истцом ФИО1 произведена комплексная диагностика автомобиля на СТО, в ходе которой не было выявлено каких-либо дополнительных недостатков автомобиля. Кроме того, в ходе диагностики был устранён недостаток автомобиля, связанный с ненадлежащим креплением брызговика на клипсы. Из ответа ответчика от 03.04.2025 ** на претензию истца ФИО1 от 25.03.2025 усматривалось, что возвращать ветровое (лобовое) стекло, рамки под государственные регистрационные знаки, оплётку руля и очки, а также производить чистку салона и ремонт дефекта кузова автомобиля ответчик не собирается. поэтому 03.04.2025 истец ФИО1 направил ответчику повторную претензию по факту обнаруженных недостатков автомобиля, а также по факту компенсации истцам морального вреда от несостоявшейся сделки по системе Trade-In. 09.04.2025 истец ФИО1 обратился к врачу, так как в результате стрессовой ситуации, связанной с необходимостью возврата автомобиля от ответчика, а также в связи с необходимостью ходить на длительные расстояния пешком с 23.03.2025 по 25.03.2025 ввиду нахождения автомобиля в дилерском центре у истца произошло ухудшение здоровья. Согласно ответу ответчика от 10.04.2025 ** в удовлетворении требований истца ФИО1 об устранении дефектов автомобиля или компенсации стоимости их устранения, а также в компенсации морального вреда истцам отказано. 14.04.2025 истец ФИО1 направил ответчику дополнительную досудебную претензию, а 22.04.2025 получил отрицательный ответ ответчика насчёт её удовлетворения По мнению истцов, ответчик намеренно вводил их в заблуждение относительно сделки по Trade-In, предусматривающей согласно рекламе взаимовыгодный обмен автомобиля на товар, а также предоставлял недостоверную информацию о товаре в части рекомендованных изготовителем типоразмеров дисков, при использовании которой истцом ответчик мог не нести перед ним гарантийных обязательств. Кроме того, ответчик не предоставил истцам достоверной информации об условиях приобретения товара по сделке по Trade-In, так как в момент оформления второй части сделки стоимость КАСКО существенно отличалась от изначально озвученной ответчиком в большую сторону. Экономически слабой стороной сделки по Trade-In являлись истцы, которые добросовестно относились к сделке по Trade-In и своим правам потребителей во взаимоотношениях с ответчиком. В момент, когда истцы засомневались заключать сделку по Trade-In, они приняли все возможные меры для того, чтобы сделка не доставила негативных ни одной из сторон, а когда истцы решили не заключать сделку по Trade-In, они незамедлительно сообщили об этом ответчику. В свою очередь, ответчик, не возвращая автомобиль истцам, понуждал их заключить сделку на крайне не выгодных для себя условиях. Ответчик оценил автомобиль в 1,85 млн. рублей, в то время, как истцы оценивали автомобиль в 2,5 млн. рублей, а рыночная стоимость автомобиля по оценке сайта drom.ru по состоянию на 09.04.2025 составляла 2,22 млн. рублей. Ответчик продавал товар за 2,29 млн. рублей без учёта необходимости дополнительных оплат со стороны истцов услуг банка-партнёра ответчика и КАСКО, в то время как конкуренты ответчика могут продать аналогичный товар за 2,25 млн. рублей без необходимости осуществлять какие-либо дополнительные оплаты со стороны истцов и невыгодного Trade-In. Истцы оценивают убытки, причинённые им в результате отказа ответчика устранять недостатки автомобиля, возникшие в нём после нахождения в дилерском центре в период с 16.03.2025 по 25.03.2025, в размере 221 839 рублей. Истцы оценивают неустойку ввиду отказа ответчика устранять недостатки автомобиля, возникшие в нём после нахождения в дилерском центре в период с 16.03.2025 по 25.03.2025. в размере 6 655, 17 рублей по состоянию на 25.04.2025. Моральный вред, причинённый истцам в результате отказа ответчика возвращать автомобиль из Trade-In в период с 22.03.2025 по 25.03.2025, в том числе связанный с прямым вредом для здоровья истцов, не говоря уже об обычных нервных переживаниях, не дававших истцам спокойно спать, истцы оценивают в 500 000 рублей. Кроме того, отказ ответчика возвращать автомобиль из Trade-In был им озвучен 22.03.2025, а 23.03.2025 истцу ФИО2 предстояло лететь в командировку в Москву, что дополнительно усугубило вред здоровью истца ФИО2 У неё аллергия, и она не могла находится в автомобиле, так как запах клея после несанкционированной замены ответчиком ветрового (лобового) стекла провоцировал кашель. У истца ФИО1 после инцидента с ответчиком с 26.03.2025 появилась тяжесть в ногах.

Истцы в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. В судебном заседании 29.08.2025 ФИО1 уточнил исковые требования и просил взыскать с ответчика расходы на обратную замену ветрового (лобового) стекла автомобиля на оригинальное от официального дилера Subaru в г. Новосибирске в размере, указанном в ответе ООО «ФАСТАР».

Представитель ответчика в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещён надлежащим образом, представил письменные возражения на исковое заявление (л.д. 173-185), в которых исковые требования не признал, указав следующее. 18.03.2025 ФИО1 обратился в ООО «ЭМ ВОСТОК» по вопросу продажи принадлежащего ему автомобиля марки Subaru Forester, 2017 года выпуска, и приобретения нового автомобиля Chery. Изначально ФИО1 рассматривал вариант сдачи принадлежащего ему автомобиля в Trade-In в целях получения дополнительной скидки на новый автомобиль. Программа Trade-In представляет собой программу, в рамках которой клиент продаёт принадлежащий автомобиль дилеру, а дилер даёт скидку на новый автомобиль при заключении договора купли-продажи нового автомобиля. В рамках программы Trade-In заключаются два разных договора купли-продажи, никак не связанных между собой: один на продажу автомобиля клиента дилеру, другой - на продажу автомобиля дилером клиенту. С условиями программы Trade-In ФИО1 был ознакомлен заранее, что подтверждается скриншотами с интернет-страницы Cherynovosibirsk.ru. 18.03.2025 между ФИО1 и ООО «ЭМ ВОСТОК» был заключен договор купли-продажи автомобиля, бывшего в употреблении, **, по условиям которого ФИО1 принял на себя обязательства передать в собственность ООО «ЭМ ВОСТОК» автомобиль марки Subaru Forester, 2017 года выпуска, VIN: **, стоимостью 1 854 200 рублей. П. 4.1 договора купли-продажи автомобиля, бывшего в употреблении ** от 18.03.2025 для продавца ФИО1 установлены следующие обязанности: передать покупателю ООО «ЭМ ВОСТОК» автомобиль в помещении, находящемся по адресу: ***, в течение 1 дня с момента подписания сторонами договора. В силу п. 4.4 договора обязательства продавца по передаче автомобиля считаются выполненными с момента подписания сторонами акта приёма-передачи. Переход права собственности на автомобиль от продавца к покупателю, а также рисков, связанных с утратой, порчей, происходит в момент подписания акта приёма-передачи (п. 4.5 договора). 18.03.2025 автомобиль Subaru Forester был передан истцом ответчику по акту приёма-передачи транспортного средства к договору. Вместе с автомобилем ФИО1 передал ООО «ЭМ ВОСТОК» ключи от автомобиля, паспорт транспортного средства, номерные знаки. Таким образом, с 18.03.2025 к ООО «ЭМ ВОСТОК» перешло право собственности на автомобиль Subaru Forester. С указанной даты ответчик был вправе распоряжаться автомобилем в полном объёме. 18.03.2025 ФИО1 (установлен самозапрет на получение кредитов), ФИО2 были поданы заявки на получение кредита в целях приобретения нового автомобиля Chery через ООО "ЭМ ВОСТОК". Заявка ФИО2 была одобрена ПАО «Совкомбанк». 18.03.2025 подписание договора купли-продажи нового автомобиля не состоялось. Далее, истцы отказались от приобретения нового автомобиля Chery, мотивировав свой отказ от заключения договора тем, что радость от приобретения нового автомобиля по программе Trade-In должна превалировать над грустью от расставания со старым. Договор купли-продажи автомобиля, бывшего в употреблении, ** от 18.03.2025 не содержал каких-либо иных условий, в том числе связанных с возможностью отказа от договора купли-продажи автомобиля в случае дальнейшего отказа ФИО1 приобретать автомобиль Chery, кроме как условий о продаже автомобиля ФИО1 ООО "ЭМ ВОСТОК". Программа Trade-In предполагает предоставление клиенту, реализовавшему принадлежащий последнему автомобиль дилерскому центру, скидки на новый автомобиль. Отказ от заключения договора купли-продажи на приобретение нового автомобиля Chery не влечёт за собой отказ от договора купли-продажи автомобиля, ранее принадлежащего клиенту. ООО «ЭМ ВОСТОК» не нарушало договор купли-продажи, в том числе существенно. Инициатором расторжения договора выступил ФИО1 В исковом заявлении ФИО1 указал новые основания отказа от заключения договора купли-продажи нового автомобиля. В свою очередь, ФИО2 был одобрен кредит в АО «Совкомбанк», стоимость КАСКО не увеличилась. Цена продажи автомобиля Subaru Forester была определена продавцом автомобиля - ФИО1 самостоятельно. Каких-либо возражений относительно цены автомобиля при подписании договора купли-продажи автомобиля, равно как и при подписании акта приёма-передачи транспортного средства ФИО1 не заявлял, подписал договор купли-продажи, акт приёма-передачи транспортного средства без замечаний. Довод ФИО1, что истцы оценивали автомобиль Subaru Forester в 2 500 000 рублей, а рыночная стоимость автомобиля по оценке drom.ru по состоянию на 09.04.2025. является несостоятельным, так как цена товара в гражданском обороте определяется сторонами свободно. Достоверных доказательств того, что при заключении 18.03.2025 договора купли-продажи автомобиля, бывшего в употреблении **, стороны преследовали совсем иные цели, которые при этом должны подразумеваться, истцами не представлено. Довод истцов о том, что они отказались от заключения договора купли-продажи нового автомобиля Chery в связи с предоставлением ответчиком недостоверной информации о дисках, подлежащих установке на автомобиль Сhery Tiggo 7 Pro Max Active AWD, при использовании которых дилерский центр мог бы не нести гарантийных обязательств на автомобиль перед истцами, не соответствует действительности. ФИО1 решил дополнительно приобрести зимние шины с дисками. В связи с тем, что цена оригинальных дисков ФИО1 не устроила, ему было предложено приобрести схожие по параметрам диски, но дешевле. Сотрудник ответчика детально проконсультировал ФИО1 по типоразмеру дисков, довёл до него информацию о том, что использование типоразмера дисков, отличного от типоразмера, рекомендованного заводом-изготовителем, может повлиять на гарантийные обязательства завода-изготовителя. Таким образом, ответчик довёл до ФИО1 точную и достоверную информацию о планируемых к приобретению дисках. 17.03.2025 перед заключением договора купли-продажи автомобиля, бывшего в употреблении, **, ответчиком в адрес ФИО1 был направлен пакет документов для ознакомления, состоящий из договора купли-продажи нового автомобиля, договора купли-продажи автомобиля, бывшего в употреблении, и индивидуальные условия кредитования, с которыми ФИО1 был ознакомлен до заключения соответствующей сделки с ответчиком. Исходя из вышеизложенного, ответчик указывает, что основанием для расторжения договора купли-продажи автомобиля, бывшего в употреблении, № **, от 18.03.2025 явились не существенные нарушения договора ответчиком, а эмоциональное состояние истцов, которые не были готовы расстаться с автомобилем Subaru Forester, хотя ФИО1 подписал договор купли-продажи автомобиля и осуществил конклюдентные действия по передаче автомобиля по акту приёма-передачи транспортного средства. Следовательно, истцы при исполнении договора купли-продажи автомобиля, бывшего в употреблении, **, от 18.03.2025, действуя недобросовестно, пытаются получить выгоду из своего незаконного поведения, заявив к взысканию с ответчика компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей. В свою очередь, ответчик, действуя в рамках лояльности к клиенту, 25.03.2025 принял решение заключить с ФИО1 соглашение о порядке урегулирования требования, согласно которому ответчик принял на себя обязательство заключить с ФИО1 соглашение о расторжении договора купли-продажи автомобиля, бывшего ранее в употреблении **, заключенного 18.03.2025, между ФИО1 и ООО «ЭМ ВОСТОК» и вернуть автомобиль по акту приёма-передачи не позднее 28.03.2025. обязательства ответчика по расторжению данного договора и возврату автомобиля ФИО1 по акут приёма-передачи считается исполненным с момента подписания документов, указанных в п. 4.1 соглашения о порядке урегулирования требований. Согласно п. 5 соглашения о порядке урегулирования требований ФИО1 подтвердил, что отказывается от всех требований, как предъявленных к ответчику ранее, так и возможных к предъявлению в будущем, исходя из обстоятельств, изложенных в п. 1 соглашения, в том числе от требований, связанных с компенсацией возможных убытков и издержек ФИО1, включая судебные, а также от возможных требований о компенсации неустойки и морального вреда, предусмотренных действующим законодательством. 25.03.2025 автомобиль Subaru Forester был передан ответчиком ФИО1 по акту приёма-передачи. Согласно п. 2 акта приёма-передачи вместе с автомобилем ФИО1 были переданы следующие документы и принадлежности: ключи зажигания – 2 шт., государственный регистрационный знак – 2 шт., свидетельство о регистрации транспортного средства, паспорт транспортного средства. Ответчик в рамках договора купли-продажи автомобиля, бывшего в употреблении, ** от 18.03.2025 являлся покупателем, а ФИО1 продавцом, из чего следует, что положения законодательства о защите прав потребителей на правоотношения, сложившиеся между сторонами, не распространяются. В качестве доказательства характера физических и нравственных страданий истцами представлены справки. Однако причиной головной боли в затылочной области ФИО2 является наличие такого заболевания как дорсопатия шейного отдела позвоночника, которое, в свою очередь, связано с сидячим образом жизни и недостаточной физической активностью. Причиной опухания правого коленного сустава ФИО1 является либо хроническая микротравматизация, либо работа, требующая длительного стояния на коленях. Следовательно, истцами не представлены доказательства, подтверждающие право на компенсацию морального вреда, в частности отсутствуют доказательства того, что ответчик нарушил права истца, предоставленные последнему законом о защите прав потребителей, доказательства понесенных физических или нравственных страданий, причинённых действиями (бездействием) ответчика, нарушающими права истцов, а также доказательства наличия вины ответчика. Таким образом, требования истцов о взыскании компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей не основаны на законе и не подлежат удовлетворению. Также отсутствуют законные основания для удовлетворения требования истцов о взыскании с ответчика 221 839 рублей в качестве возмещения убытков. Автомобиль был передан ФИО1 с государственными регистрационными знаками, установленными на автомобиль. Ни акт приёма-передачи транспортного средства от18.03.2025, ни акт приёма-передачи автомобиля от 25.03.2025 не содержали информацию о том., что в момент передачи автомобиля последний находился в загрязненном состоянии, на руле имелась оплётка и в автомобиле находились солнцезащитные очки. Доказательств обратного материалы дела не содержат. При таких обстоятельствах не подлежат удовлетворению требования истцов о возмещении расходов на химчистку салона автомобиля в размере 20 000 рублей. На замену рамок под государственными номерами автомобиля в размере 1 500 рублей, на приобретение оплётки на руль в размере 1 500 рублей, на приобретение солнцезащитных очков в размере 3 839 рублей. Также не подлежат удовлетворению требования истцов о возмещении расходов на обратную замену ветрового (лобового) стекла автомобиля в размере 195 000 рублей. В период с 18.03.2025 по 25.03.2025 автомобиль находился в собственности ответчика. Таким образом, ответчик, являясь собственником автомобиля, произвёл замену лобового стекла на новое, что является существенным улучшением технического состояния автомобиля. Доводы ФИО1 о том, что бывшее в употреблении оригинальное ветровое (лобовое) стекло стоит дороже установленного ответчиком, а также что при аварии оригинальное лобовое стекло защитит водителя от осколков в отличие от нового неоригинального, являются голословными и материалами дела не подтверждены. Указанные доводы являются субъективной оценкой истцов сложившейся ситуации. Ответчик не нарушал права истцов, предоставленные последним действующим законодательством, действовал разумно и добросовестно, в отличие от самих истцов, которые совершив сделку, решили от неё отказаться при отсутствии законных на то оснований. Таким образом, истцами не доказана совокупность условий, позволяющих истцами требовать от ответчика возмещения убытков в размере 221 839 рублей. Также отсутствуют законные основания для удовлетворения требований истцов о взыскании с ответчика неустойки, штрафа за несоблюдение в добровольном порядке требований потребителя. .

Истцы просили привлечь к участию в деле для дачи заключения Управление Роспотребнадзора по Новосибирской области (л.д. 85).

Согласно ст. 47 ГПК РФ в случаях, предусмотренных федеральным законом, государственные органы, органы местного самоуправления до принятия решения судом первой инстанции вступают в дело по своей инициативе или по инициативе лиц, участвующих в деле, для дачи заключения по делу в целях осуществления возложенных на них обязанностей и защиты прав, свобод и законных интересов других лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований (п. 1).

В случаях, предусмотренных федеральным законом, и в иных необходимых случаях суд по своей инициативе может привлечь к участию в деле государственный орган или орган местного самоуправления для достижения целей, указанных в части первой настоящей статьи (п. 2).

В данном случае обязательное участие в деле Управления Роспотребнадзора по Новосибирской области федеральным законом не предусмотрено, обязанность по его привлечению у суда отсутствует, в связи с чем ходатайство истцов удовлетворению не подлежит.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что 16.03.2025 ФИО1 обратился в дилерский центр «EXPOCAR», расположенный по адресу: <...>, по вопросу приобретения автомобиля Сhery Tiggo 7 Pro Max Active AWD.

Истцу было предложено воспользоваться специальными условиями покупки автомобилей Сhery и получить скидку по программе Trade-In до 400 000 рублей, подразумевающей передачу автомобиля покупателя продавцу с зачётом его стоимости в счёт приобретаемого нового автомобиля (л.д. 25-26).

ФИО1 согласился на предложенные условия, и18.03.2025 заключил с ООО «ЭМ ВОСТОК» договор купли-продажи автомобиля, бывшего в употреблении ** (л.д. 63-64), согласно которому продавец обязался передать, а покупатель - принять и оплатить транспортное средство, бывшее в употреблении: автомобиль Subaru Forester, VIN: **, государственный регистрационный знак **, цвет: бежевый, ** года выпуска.

Согласно п. 2.1 договора цена автомобиля составляет 1 854 200 рублей.

Оплата автомобиля в сумме 1 854 200 рублей осуществляется путём выдачи наличными из кассы покупателя либо перечисления на расчётный счёт продавца, либо иным финансовым способом, не противоречащим законодательству Российской федерации, в течение трёх рабочих дней с момента подписания акта приёма-передачи (п. 3.1).

18.03.2025 автомобиль был передан продавцом покупателю по акту приёма-передачи, подписанному обеими сторонами.

В этот же день, 18.03.2025, должен был быть заключен договор купли-продажи нового автомобиля Сhery Tiggo 7 Pro Max Active AWD с истцом ФИО2, однако сделка не состоялась, поскольку ПАО Сбербанк не одобрило предоставление истцу рассрочки на необходимых условиях, а также увеличилась предполагаемая стоимость страховой премии по договору КАСКО.

19.03.2025 ФИО1 посредством переписки в мессенджере WhatsApp попросил менеджера дилерского центра ФИО3 не предпринимать никаких действий с автомобилем Subaru Forester, поскольку в случае неодобрения рассрочки банком договор купли-продажи нового автомобиля истцы заключать не будут (л.д. 104).

19.03.2025 ФИО1 обратился к ответчику по электронной почте с заявлением, в котором просил не предпринимать никаких действий с предоставленным им автомобилем по договору купли-продажи ** от 18.03.2025, поскольку данный договор может быть аннулирован в связи с отказом от приобретения нового автомобиля (л.д. 19-оборот, 102).

20.03.2025 ФИО1 обратился к ответчику по электронной почте с заявлением, в котором сообщил об отказе от заключения сделки по программе Trade-In, просил аннулировать договор купли-продажи автомобиля ** от 18.03.2025 и вернуть ему автомобиль 22.03.2025 (л.д. 19-оборот, 103).

Не получив ответов на заявления, 22.03.2025 ФИО1 обратился в отдел полиции № 2 «Железнодорожный» Управления МВД России по г. Новосибирску, Управление ГИБДД ГУ МВД России по Новосибирской области, Управление Роспотребнадзора по Новосибирской области по поводу действий ответчика (л.д. 14-15, 112-114).

22.03.2025 ФИО1 по электронной почте обратился в ООО «ЭМ ВОСТОК» и в АО «ЧЕРИ АВТОМОБИЛИ РУС» с претензией, в которой, в том числе просил аннулировать договор купли-продажи автомобиля ** от 18.03.2025, вернуть ему автомобиль в кратчайшие сроки, провести служебное расследование в отношении сотрудников дилерского центра, сохранить видеозаписи посещений дилерского центра истцом (л.д. 19-20).

23.03.2025 ФИО1 вручил аналогичную претензию в письменной форме старшему менеджеру по продажам ООО «ЭМ ВОСТОК» ФИО7 (л.д. 18).

24.03.2025 ФИО1 обратился в ООО «ЭМ ВОСТОК» и в АО «ЧЕРИ АВТОМОБИЛИ РУС» с заявлением, в котором просил провести служебное расследование в отношении сотрудников дилерского центра, причастных к заключению истцом договора купли-продажи автомобиля ** от 18.03.2025 (л.д. 21-22).

25.03.2025 между ФИО1 (продавец) и ООО «ЭМ ВОСТОК» (покупатель) заключено соглашение о порядке урегулирования требований, согласно которому покупатель принимает на себя обязательства заключить с продавцом соглашение о расторжении договора купли-продажи автомобиля, бывшего ранее в употреблении, **, заключённого 18.03.2025между продавцом и покупателем, и вернуть автомобиль продавцу по акту приёма-передачи не позднее 28.03.2025 (л.д. 191-194).

25.03.2025 между ФИО1 и ООО «ЭМ ВОСТОК» заключено соглашение о расторжении договора ** от 18.03.2025 купли-продажи автомобиля, бывшего в употреблении, согласно которому стороны пришли к соглашению расторгнуть договор с 25.03.2025 (л.д. 38, 195-196).

Также 25.03.2025 представитель ООО «ЭМ ВОСТОК» и ФИО1 подписали акт возврата транспортного средства к договору ** от 18.03.2025 купли-продажи автомобиля, бывшего в употреблении, согласно которому в соответствии с соглашением от 25.03.2025 о расторжении договора ** от 18.03.2025 купли-продажи автомобиля, бывшего в употреблении покупатель передал, а продавец принял автомобиль Subaru Forester, вместе с автомобилем переданы ПТС ** ** от 29.06.2017, свидетельство о регистрации транспортного средства, ключи от автомобиля 2 шт. (л.д. 38-оборот).

Кроме того, 25.03.2025 представитель ООО «ЭМ ВОСТОК» и ФИО1 подписали акт приёма-передачи автомобиля к соглашению от 25.03.2025 о расторжении договора купли-продажи автомобиля, бывшего в употреблении, ** от 18.03.2025 (л.д. 189-190), согласно которому во исполнение соглашения о расторжении договора купли-продажи автомобиля, бывшего в употреблении, ** от 18.03.2025, заключенного сторонами 25.03.2025, покупатель передал, а продавец принял автомобиль Subaru Forester, одновременно с автомобилем покупатель передал, а продавец принял следующие документы и принадлежности в отношении автомобиля:

ключи зажигания – 2 шт.;

государственный регистрационный знак № ** – 2 шт.;

свидетельство о регистрации транспортного средства **

паспорт транспортного средства: ** от 29.06.2017, выдан: ЦЕНТРАЛЬНАЯ АКЦИЗНАЯ ТАМОЖНЯ.

25.03.2025 ФИО1 обратился к ответчику с заявлением, в котором просил установить оригинальное лобовое стекло на автомобиль, устранить повреждение на кузове автомобиля около лобового стекла, произвести чистку салона автомобиля, закрепить брызговик правого переднего колеса автомобиля на клипсы, заменить таблички под государственными регистрационными номерами, вернуть оплётку руля, вернуть очки, оставленные истцом в новом автомобиле в соответствующем отделении около зеркала заднего вида, расположенного в салоне (л.д. 27-28).

В ответе от 03.04.2025 ответчик отказал истцу в удовлетворении указанных требований (л.д. 51-53).

03.04.2025 ФИО8 обратился к ответчику с заявлением, в котором повторно просил установить оригинальное лобовое стекло на автомобиль, устранить повреждение на кузове автомобиля около лобового стекла, произвести чистку салона автомобиля, закрепить брызговик правого переднего колеса автомобиля на клипсы, заменить таблички под государственными регистрационными номерами, вернуть оплётку руля, вернуть очки, оставленные истцом в новом автомобиле в соответствующем отделении около зеркала заднего вида, расположенного в салоне, или компенсировать ему сумму в размере 5 000 рублей на указанные цели, а также компенсировать истцам моральный вред в размере 500 000 рублей (л.д. 54-56).

В ответе от 10.04.2025 ответчик отказал истцу в удовлетворении указанных требований (л.д. 51-53).

09.04.2025 истец ФИО1 обратился к ответчику с досудебной претензией, в которой в том числе указал, что стоимость компенсации за химчистку салона и замену ветрового (лобового) стекла будет предъявлена в иске (л.д. 58).

В письме от 22.04.2025 ответчик сообщил истцу об оставлении претензии без удовлетворения (л.д. 66), в результате чего истцы обратились в суд с рассматриваемым исковым заявлением.

Истцы просят взыскать с ответчика убытки, причинённые в результате отказа ответчика устранять недостатки автомобиля, возникшие в нём после нахождения в дилерском центре в период с 16.03.2025 по 25.03.2025 в размере 125 071 рублей, состоящие из следующих расходов:

расходы на обратную замену ветрового (лобового) стекла автомобиля на оригинальное у официального дилера Subaru в городе Новосибирске в размере 98 232 рублей;

расходы на химчистку салона автомобиля в размере 20 000 рублей;

расходы на замену рамок под государственными регистрационными номерами автомобиля в размере 1 500 рублей;

расходы на приобретение оплётки на руль автомобиля в размере 1 500 рублей;

расходы на приобретение солнцезащитных очков в размере 3 8389 рублей.

На основании ст. 15 ГК РФ, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.03.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Как следует из материалов дела, 18.03.2025 автомобиль Subaru Forester, VIN: ** был передан продавцом ФИО1 покупателю ООО «ЭМ ВОСТОК» с треснутым лобовым стеклом, что подтверждается фотографией и истцами не оспаривается.

21.03.2025 ответчиком были произведены работы по замене треснутого лобового стекла на новое, что подтверждается актом об оказании услуг ** от 21.03.2025, согласно которому стоимость лобового стекла с заменой составила 9 000 рублей.

Исходя из ответа ООО «ФАСТАР», ориентировочная стоимость оригинального лобового стекла для автомобиля Subaru Forester, 2017 года выпуска, составляет 85 932 рублей, стоимость герметика для установки лобового стекла – 4 100 рублей, стоимость работ по установке лобового стекла составляет 8 200 рублей.

Ответчиком на автомобиль Subaru Forester, VIN: ** было установлено неоригинальное лобовое стекло, что никем из лиц, участвующих в деле, не оспаривается.

Истцы полагают, что новое стекло уступает по характеристикам оригинальному, удешевляет рыночную стоимость автомобиля и расходы по обратной замене лобового стекла расценивают как убытки, причинённые им ответчиком.

Между тем, согласно п. 1 ст. 223 ГК РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

В силу ст. 224 ГК РФ передачей признается вручение вещи приобретателю, а равно сдача перевозчику для отправки приобретателю или сдача в организацию связи для пересылки приобретателю вещей, отчужденных без обязательства доставки.

Исходя из п. 4.5 договора купли-продажи автомобиля, бывшего в употреблении, ** от 18.03.2025, переход права собственности на автомобиль, а также рисков, связанных с утратой и порчей автомобиля, происходит в момент подписания акта приёма-передачи.

Таким образом, 18.03.2025 право собственности на автомобиль Subaru Forester, **, перешло к ООО «ЭМ ВОСТОК».

Согласно ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом (п. 1).

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (п. 2).

В силу ст. 210 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Таким образом, до заключения соглашения от 25.03.2025 о расторжении договора купли-продажи автомобиля, бывшего в употреблении, ** от 18.03.2025, ответчик был вправе производить с автомобилем любые действия.

Доводы истцов о том, что ответчик не имел права выполнять какие-либо работы с автомобилем Subaru Forester, поскольку новый автомобиль Chery приобретен ими не был, судом не принимаются.

Так, в соответствии со ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора (п. 1).

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422) (п. 4).

Согласно статье 431 указанного Кодекса при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора.

В силу ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В соответствии с п. 1 ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

В силу п. 2 ст. 450 ГК РФ по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только:

1) при существенном нарушении договора другой стороной;

2) в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

В соответствии с п. 1 ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В данном случае истец ФИО1 18.03.2025 заключил с ответчиком один договор – договор купли-продажи автомобиля Subaru Forester, VIN: **, по которому истец выступал продавцом.

Указанный договор не содержит каких-либо условий об обмене автомобилей, о зачёте стоимости автомобиля Subaru Forester в счёт приобретения нового автомобиля Chery, о переходе к ответчику права собственности на автомобиль Subaru Forester только после заключения сторонами договора купли-продажи нового автомобиля.

Таким образом, заключая договор купли-продажи автомобиля, бывшего в употреблении, ** от 18.03.2025, отдельно от заключения договора-купли продажи нового автомобиля Chery, ФИО1 должен был осознавать, что договор ** от 18.03.2025 носит характер самостоятельного договора купли-продажи.

Доказательств того, что у ФИО1 не было возможности отказаться от заключения данного договора, что согласование условий по приобретению нового автомобиля (подача заявки на получение рассрочки или кредита, расчёт стоимости КАСКО) были возможны только после заключения договора купли-продажи автомобиля, бывшего в употреблении, материалы дела не содержат.

Истцы указывают, что система Trade-In предполагает единовременный обмен автомобилей и договор купли-продажи автомобиля, бывшего в употреблении, ** от 18.03.2025 является первой частью единой сделки.

Между тем, от заключения второй части сделки истцы отказались самостоятельно, какого-либо нарушения ответчиком правил продажи товаров, условий публичной оферты, повлекших отказ истцов от приобретения нового автомобиля, из материалов дела не усматривается.

Содержание договора купли-продажи автомобиля, бывшего в употреблении, ** от 18.03.2025 позволяло ФИО1 оценить природу и последствия совершаемой сделки, он имел возможность не заключать договор купли-продажи автомобиля, если у него имелись сомнения относительно последующего зачёта стоимости транспортного средства в счёт приобретения нового.

Тот факт, что после подписании договора купли-продажи автомобиля истцы приняли решение отказаться от заключения договора купли-продажи нового автомобиля не влечёт недействительность либо незаключенность первого договора.

Передача автомобиля по договору купли-продажи повлекла со стороны ответчика обязательство по уплате истцу стоимости автомобиля. Ответчик от исполнения такого обязательства не отказывался, предложил истцу перечислить денежные средства.

В случае если бы денежные средства переданы не были, истец не лишался права требовать их в судебном порядке.

Не могут быть приняты во внимание и доводы истцов о приобретении ответчиком принадлежащего им автомобиля Subaru Forester по заниженной цене, так как стороны свободны в заключении договора, что предусмотрено п. 1 ст. 9, п. 2 ст. 1 ГК РФ, в силу которых граждане и юридические лица по своему усмотрению, своей волей и в своем интересе осуществляют принадлежащие им гражданские права, свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Таким образом, ответчик, 21.03.2025, до заключения с истцом соглашения о расторжении договора купли-продажи имел право производить с автомобилем любые действия как с своим собственным.

Кроме того, не подтверждены надлежащими доказательствами доводы истцов о том, что замена лобового стекла автомобиля Subaru Forester повлекла для них какие-либо убытки. Автомобиля являлся бывшим в употреблении, имел износ деталей, лобовое стекло было треснутым. Ответчиком было установлено новое стекло, что улучшило характеристики автомобиля.

Доводы истцов о том, что новое стекло имеет иные характеристики, чем предыдущее, что оно уменьшает стоимость автомобиля, какими-либо доказательствами не подтверждены.

Автомобиль не являлся новым, лобовое стекло имело дефекты, в связи с чем размер убытков истцов не может составлять стоимость нового стекла и его установки.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что с ответчика в пользу истцов не может быть взыскана в качестве убытков сумма в размере 98 232 рублей.

Также истцы просят взыскать с ответчика стоимость солнцезащитных очков в размере 3 839 рублей.

В обоснование данного требования истцами представлен кассовый чек от 13.04.2025 о приобретении мужских солнцезащитных очков стоимостью 3 839 рублей (л.д. 60) и указано, что они приобретены взамен оставленных в автомобиле Subaru Forester, VIN: ** ФИО1, которые не были ему возвращены ответчиком.

Между тем, в п. 2 акта приёма-передачи транспортного средства к договору ** от 18.03.2025 перечислено, что вместе с автомобилем продавец передал покупателю договор купли-продажи, ключи от автомобиля, 1 шт., паспорт транспортного средства, номерные знаки, 2 шт. Солнцезащитные очки в данном перечне отсутствуют.

Каких-либо доказательств того, что очки находились в салоне автомобиля в момент его передачи ООО «ЭМ ВОСТОК» и впоследствии не были возвращены истцам, материалы дела не содержат.

Кроме того, истцы просят взыскать с ответчика стоимость оплётки на руль в размере 1 500 рублей.

Между тем, в акте приёма-передачи транспортного средства к договору ** от 18.03.2025 не указано, что с автомобилем ответчику передана оплётка на руль.

В акте возврата транспортного средства от 25.03.2025 указано, что проверка комплектности автомобиля ФИО1 осуществлена, автомобиль принят в исправном состоянии, продавец никаких претензий не имеет, отсутствие оплётки на руле не зафиксировано.

Также истцами заявлено требование о взыскании с ответчика расходов на замену рамок под государственными регистрационными номерами автомобиля в размере 1 500 рублей.

Обоснованность данного требования какими-либо доказательствами не подтверждена, автомобиль был возвращен истцам с рамками для государственных регистрационных знаков. Подтверждений того, что их характеристики и качество ниже, чем те, которые были переданы ответчику, материалы дела не содержат.

Также истцы просят взыскать с ответчика стоимость химической чистки салона автомобиля.

В обоснование требований истцами представлен кассовый чек об оплате химической чистки салона автомобиля на сумму 20 000 рублей от 25.04.2025 (л.д. 84).

Однако каких-либо доказательств того, что загрязнение салона автомобиля, требующее химической чистки, произошло по вине ответчика, в материалах дела не содержится.

В акте возврата транспортного средства от 25.03.2025 указано, что ФИО1 никаких претензий не имеет, сведения о загрязнении салона не зафиксированы.

При таких обстоятельствах суд полагает, что истцами не доказано, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого у них возник ущерб, а также не доказаны факты нарушения ответчиком обязательств перед истцами или причинения им вреда, как и наличие каких-либо убытков в целом.

Истцы просят взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.

В силу п. 1 ст. 150 ГК РФ достоинство личности, честь и доброе имя, деловая репутация являются неотчуждаемыми личными неимущественными правами гражданина.

Как следует из разъяснений, содержащихся в абзаце шестом пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», на ответчика, допустившего высказывание в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (статьи 150, 151 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (ст. 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу положений ст. 1064 ГК РФ вред, причинённый личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

В обоснование факта причинения ответчиком морального вреда ФИО2 представлены сведения о посещении 23.03.2025 терапевта в ООО «Клиника Санитас на Восходе», исходя из которых у истца имелись жалобы на головную боль в затылочной области, чувство нехватки воздуха, тяжесть в грудной клетке, больше слева, без ирридации постоянного характера после стрессовой ситуации с 22.03.2025, истцу постановлен диагноз «Межреберная невралгия слева» (л.д. 17).

ФИО1 представлены сведения о посещении 09.04.2025 хирурга в ЧУЗ «КБ «РЖД-Медицина» г. Новосибирск», согласно которым у истца имелись жалобы на опухание правого коленного сустава с 26.03.2025 после длительной прогулки, истцу постановлен диагноз «Препателлярный бурсит правого коленного сустава» (л.д. 57).

Между тем, данные медицинские документы не свидетельствуют о том, что ответчик каким-либо образом нарушил личные неимущественные права либо осуществил посягательства на принадлежащие истцам нематериальные блага и то, что ответчик является лицом, действия которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред, поскольку диагнозы истцов не связаны непосредственно с действиями ответчика.

Так, межреберная невралгия слева могла развиться у ФИО2 по различным причинам, точное её происхождение в медицинских документах не зафиксировано. Также как и препателлярный бурсит правого коленного сустава на фоне длительной прогулки у ФИО1 не имеет прямой причинно-следственной связи с неправомерным поведением ответчика.

В силу ст. 15 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее – Закон о защите прав потребителей) моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.

Согласно п. 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при разрешении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Между тем, каких-либо фактов нарушения ответчиков прав истцов как потребителей из материалов дела не усматривается.

Производство работ по предпродажной подготовке автомобиля истцов не может расцениваться как нарушение их прав потребителей, поскольку данные действия обусловлены заключением сторонами договора купли-продажи автомобиля, бывшего в употреблении, ** от 18.03.2025.

Также истцы просят взыскать с ответчика 159 724,08 рублей в качестве неустойки по состоянию на 04.07.2025.

Истцы обосновывают требование ссылкой на п. 1 ст. 23 Закона о защите прав потребителей, предусматривающей, что за нарушение предусмотренных статьями 20, 21 и 22 настоящего Закона сроков, а также за невыполнение (задержку выполнения) требования потребителя о предоставлении ему на период ремонта (замены) аналогичного товара продавец (изготовитель, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер), допустивший такие нарушения, уплачивает потребителю за каждый день просрочки неустойку (пеню) в размере одного процента цены товара.

Согласно ст. 22 Закона о защите прав потребителей требования потребителя о соразмерном уменьшении покупной цены товара, возмещении расходов на исправление недостатков товара потребителем или третьим лицом, возврате уплаченной за товар денежной суммы, а также требование о возмещении убытков, причиненных потребителю вследствие продажи товара ненадлежащего качества либо предоставления ненадлежащей информации о товаре, подлежит удовлетворению продавцом (изготовителем, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) в течение десяти дней со дня предъявления соответствующего требования.

Между тем, требование, предъявленное истцами к ответчику, о взыскании убытков не является требованием о возмещении убытков, причиненных потребителю вследствие продажи товара ненадлежащего качества либо предоставления ненадлежащей информации о товаре.

Убытки, на которые ссылаются истцы, связаны не с товаром, приобретенным у ответчика, и не с информацией о товаре, а с договором купли-продажи автомобиля, бывшего в употреблении, № 9295/П/НВ от 18.03.2025, у данных убытков иная природа, нежели у предусмотренных ст. 22 Закона о защите прав потребителей.

Учитывая изложенное, а также то, что настоящим решением во взыскании с ответчика убытков в пользу истцов отказано, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании неустойки.

При таких обстоятельствах штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителей также взысканию с ответчика в пользу истцов не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд через Железнодорожный районный суд г. Новосибирска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья

/подпись/

Решение в окончательной форме изготовлено 20 октября 2025 года