Решение № 2А-2218/2021 2А-2218/2021(2А-9533/2020;)~М-5608/2020 2А-9533/2020 М-5608/2020 от 15 марта 2021 г. по делу № 2А-2218/2021

Дело № 2а- 2218/2021 16 марта 2021 года


Р Е Ш Е Н И Е

И М Е Н Е М Р О С С И Й С К О Й Ф Е Д Е Р А Ц И И

Приморский районный суд г. С-Петербурга в составе

председательствующего судьи Карсаковой Н.Г.

при секретаре Юшковой Т.В.,

с участием административного истца ФИО1,

представителя административного ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному иску Алиева Эльбруса Акифовича к ФКУ ИК-5 УФСИН России по Архангельской области, УФСИН России по Архангельской области о признании незаконным действий, о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении,

УСТАНОВИЛ:

Административный истец ФИО1 осужден 12 мая 2017 года Приморским районным судом г. Санкт-Петербурга по части 3 статьи 30, пункту «г» части 4 статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации к 11 годам 6 месяцам лишения свободы, без штрафа, без лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, с отбыванием назначенного наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

28 декабря 2017 года ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, прибыл для отбывания наказания в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Архангельской области из ИЗ-47/3 г. Выборг (л.д. 118, 222 том 1).

07 февраля 2020 года ФИО1 убыл в СИЗО-5 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области на основании указания ФСИН России от 21 октября 2019 года № исх-03-79570, наряда УФСИН России по Архангельской области от 04 февраля 2020 года № 29/ТО/29-137н (л.д. 220 том 1).

ФИО1 23 июля 2020 года (направлено почтой 15 июля 2020 года) обратился в суд с административным исковым заявлением, в котором просит:

- признать незаконными действия и бездействия ФСИН России, ФКУ ИК-5 УФСИН России по Архангельской области и их должностных лиц;

- назначить компенсацию в размере 50 000 ЕВРО по курсу ЦБ на момент выплаты (из расчета по 10 000 ЕВРО за нарушения каждой из четырех статей Конвенции и 10 000 ЕВРО за нарушения положений УИК РФ и Конституции РФ). Денежные средства перечислить на указанный расчетный счет сестры административного истца ФИО4

В обоснование заявленных требований указывает, что для отбывания наказания административный истец был доставлен в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Архангельской области в бесчеловечные условия содержания под стражей. Указывает, что в общежитиях была жутка антисанитария; сломана сантехника; отсутствовала горячая вода; ощущался недостаток унитазов и раковин, осужденные были вынуждены стирать свои вещи в тех же раковинах, в которых пытались хоть как-то поддерживать личную гигиену; отсутствовала душевая кабина; вода из крана шла ржавая.

Административный истец испытывал острую нехватку личного пространства, так как общежития отрядов №№ 5, 2, 3, 7, 8, 9 были переполнены. Так секция № 4 отряда № 7 площадью 42 кв.м предназначалась на 22 человека, что менее 2 кв.м на одного человека, а в остальных отрядах менее чем 1,8 кв.м на одного человека. Из-за нехватки площади кровати в общежитиях были двухъярусными. Общая площадь общежития отряда № 7 составляет около 482 кв.м на 176 человек, что составляет менее 3 кв.м на человека. В остальных отрядах общая площадь так же была чрезвычайно мала.

Во всех общежитиях была плохая вентиляция, освещение было тусклым, а естественного освещения не хватало. Спальные места сломаны, температура в спальных помещениях зимой достигала 12-13 градусов. Отсутствовало помещение для стирки личных вещей, отсутствовала радиоточка.

Питание предоставлялось плохого качества, порции были ниже установленных норм, в порциях попадались камни, насекомые и гнилые овощи, в связи с этим, административный истец обламывал зубы, проблемы с пищеварением преследовали его постоянно. Помимо этого, по вероисповеданию административный истец мусульманин, а в рационе присутствовало мясо свинины, в связи с чем, административный истец был вынужден отказываться от пищи.

Лица, зараженные туберкулезом, ВИЧ-инфекцией и вирусными гепатитами «В» и «С», а также иными опасными заболеваниями, неоднократно помещались с административным истцом в одно помещение, их посуда в комнате для приема пищи находилась рядом с посудой административного истца. Данные факты вызывали у административного истца опасения за свое здоровье и жизнь. Общие санитарные условия были ненадлежащими: общежития кишели насекомыми (клопами, тараканами, мухами, комарами, клещами), каких-либо действий по их уничтожению не предпринималось. Поскольку под окнами общежитий находились грядки с картофелем, то каждую весну и осень прямо под окна вываливалось несколько грузовиков с навозом в качестве удобрений, административному истцу приходилось дышать испарениями от навоза круглые сутки.

В ФКУ ИК-5 над осужденными проводились психологические эксперименты. Всех осужденных заставляли брить голову против их воли. Принуждали хранить личные вещи в дорожных сумках, шкафов и мебели для личных вещей не было, грязную одежду приходилось до стирки держать в сумке вместе с чистыми вещами. В колонии отсутствовала комната отдыха и комната для работы с психологом. Не выдавались зимние штаны, зимнее одеяло, летняя обувь. Каждый день по 4 раза всех осужденных выгоняли на улицу на проверку и заставляли стоять часами в любую погоду, ввиду чего административный истец неоднократно заболевал ОРВИ и ГРИППом; хронические болезни (бронхит, артроз суставов ног) обострялись. Каждое утро под угрозами применения взысканий и физической силы административного истца заставляли делать зарядку. На режимные мероприятия приходилось ходить под пропагандистские песни со словами, оказывающими влияние на психику осужденных. На вывод на работу, а также съём с работы осужденные ходили под невнятно записанную речь с очень плохой дикцией правил внутреннего распорядка ИК УИС и технику безопасности на рабочем месте.

Административный истец был направлен отбывать наказание в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Архангельской области, данное учреждение находится за 1 240 км от места регистрации и места жительства административного истца. Для родных административного истца стало затруднительно и невыносимо навещать на свиданиях. Родные административного истца несли существенные финансовые затраты. Количество комнат длительных свиданий не могло обеспечить всем осужденным встречу с родственниками. При этом административному истцу полагалось 4 свидания в год.

Медицина в колонии ужасная, нужных медикаментов нет либо катастрофически не хватает; врачей-специалистов нет. Административному истцу срочно требовались врачи: стоматолог, дерматолог, офтальмолог, ортопед, хирург. В областную больницу административного истца не вывезли ни разу не смотря на заявки административного истца.

Рядом с колонией находится вредное производство – целлюлозно-бумажный комбинат. Облака с химикатами довольно часто накрывали колонию целиком, что весьма плачевно сказывалось на здоровье административного истца, так как последний имеет ряд хронических заболеваний дыхательной системы.

В связи с бездействием и действиями органа государственной власти ФСИН России, учреждения ФКУ ИК-5 УФСИН России по Архангельской области, а также их должностных лиц в отношении административного истца были нарушены условия содержания под стажей и содержания в исправительном учреждении, а также законодательство Российской Федерации и международные договоры Российской Федерации. В указанный период времени с 28 декабря 2017 года по 07 февраля 2020 года Российской Федерацией и органом государственной власти ФСИН России, а также должностными лицами ФСИН систематически нарушались статьи 3, 8, 13, 14 Международной Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также статьи 8. 10, 12 УИК РФ и части 1, 2 статьи 21 Конституции РФ.

Указанный период содержания под стражей является длящейся ситуацией, в течение указанного периода административный истец подвергался пытке, дискриминации, бесчеловечному, унижающему достоинство наказанию, помимо этого был отрезан от семьи и родного дома, не имея при этом эффективных средств правовой защиты, поскольку все осужденные, которые выражали свое несогласие с действиями администрации переводились в отряды с усиленным контролем или в штрафной изолятор.

В ходе рассмотрения дела от административного истца 01 декабря 2020 года (направлено почтой 26 ноября 2020 года) поступило уточненное административное исковое заявление, в котором административный истец в соответствии с частью 1 статьи 46 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации дополнил основания административного искового заявления:

Сотрудники ФКУ ИК-5 УФСИН России по Архангельской области проводили карательные акции – из-за якобы обнаруженных запрещенных предметов, всех осужденных выгоняли на улицу, устраивался внеплановый обыск, а затем приезжала пожарная машина и распыляли из порошковых огнетушителей химикаты по всему общежитию и заливали водой из пожарной машины. За период отбывания административным истцом наказания подобных мероприятий было проведено дважды в общежитии отряда № 9. С учетом имеющихся у административного истца хронических заболеваний дыхательных органов, последний не мог находиться в отряде, задыхался, сильно болела голова, першило в горле, кашель мучил более месяца. Данный факт противоречит части 2 статьи 21 Конституции РФ и части 3 Конвенции, а также статье 8, части 1 статьи 10, части 2 статьи 12 УИК РФ.

Административный истец был подвергнут психологическим опытам – при посещении режимных мероприятий вместе с другими осужденными строем под песни, посвященные уголовно-исполнительной системе, что является провокацией и давлением на психику, а также эксперименту психологов, которые вещали через громкую связь ежедневник клуба анонимных наркоманов. Также считает опытом эксперимент по разделению колонии на сектора усиленного, обычного и умеренного контроля, на которые подразделялись объекты жилой зоны вместе с общежитиями колонии. В итоге осужденный, содержащийся на облегченных условиях, мог жить в одном помещении вместе с осужденными только что переведенными из барака усиленного режима, штрафного изолятора или отряда строгих условий отбывания наказания с явно криминальными нормами поведения. Данный факт противоречит статье 8 УИК РФ.

Невозможность встреч с защитником из-за удаленности колонии противоречит ст. 13 Конвенции и части 8 статьи 12 УИК РФ.

Таксофоны «Зона Телеком» в ИК-5 стояли во всех отрядах, в связи с чем, в ИК-5 имеются технические возможности для телефонных переговоров осужденных. При этом в ФКУ ИК-5 система «Зона Телеком» постоянно выключалась и работала по примерному графику: с 9-00 до 12-00, с 14-00 до 16-00, с 20-00 до 21-00. Данное обстоятельство выходило за рамки компетенции ФКУ ИК-5 и не предусматривало индивидуализацию в отношении осужденных относительно возможности телефонных переговоров с родственниками и иными лицами. Действия администрации ФКУ ИК-5 являются незаконными в части ограничения количества звонков и установления графика работы таксофонов (л.д. 44-48 том 2).

Административный истец ФИО1, участвующий в судебном заседании посредством видеоконференц-связи, поддержал заявленные требования по изложенным в административном иске и уточненном административном иске, замечаниях на возражения (л.д. 3-12 том 2) основаниям.

Представитель административных ответчиков УФСИН России по Архангельской области и ФКУ ИК № 5 УФСИН России по Архангельской области по доверенности ФИО2, участвующая в судебном заседании посредством видеоконференц-связи, возражала против удовлетворения заявленных требований, поддержала ранее представленные возражения на административное исковое заявление (л.д. 53-80 том 1, 93-95 том 2), дополнения к возражению (л.д. 98-99 том 2).

Выслушав административного истца, представителя административных ответчиков, изучив материалы дела, суд находит заявленные требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Основания и порядок оспаривания решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих урегулированы главой 22 Кодекса административного судопроизводства Российской федерации.

Согласно статье 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен подвергаться пыткам и бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Как разъяснено в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 октября 2003 года N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации", к "бесчеловечному обращению" относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания; унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности; при этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания; оценка уровня страданий осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности, от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения; в некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.

Согласно позиции Европейского Суда по правам человека, высказанной им в ряде постановлений, меры, связанные с лишением свободы, зачастую включают в себя элемент неизбежного страдания или унижения; тем не менее, государство должно обеспечить содержание лица в условиях, совместимых с уважением его человеческого достоинства. Способ и метод исполнения этой меры наказания не должны подвергать его душевным страданиям и трудностям в той степени, которая превышает неизбежный уровень страданий, свойственных лицу, содержащемуся под стражей, чтобы с учетом практических требований лишения свободы его здоровье и благополучие не подвергались угрозе.

Согласно частям 1, 2 статьи 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение. Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

Статьей 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации установлено, что Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний. При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. Права и обязанности осужденных определяются Уголовно-исполнительным кодексом Российской Федерации исходя из порядка и условий отбывания конкретного вида наказания.

В соответствии со статьей 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации минимальные нормы материально-бытового обеспечения осужденных к лишению свободы устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Статьей 9 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года N 5473-I "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" предусмотрено, что финансовое обеспечение функционирования уголовно-исполнительной системы является расходным обязательством Российской Федерации.

Из содержания подпункта 6 пункта 3 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 года N 1314, следует, что задачей ФСИН России является создание осужденным и лицам, содержащимся под стражей, условий содержания, соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров Российской Федерации и Федеральных законов.

В соответствии с частью 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Согласно части 5 указанной статьи при рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 3 постановления от 25 декабря 2018 года N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года N 47), принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах, их перемещение в транспортных средствах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека (далее - запрещенные виды обращения). Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц.

Согласно пункту 4 данного постановления нарушение условий содержания является основанием для обращения лишенных свободы лиц за судебной защитой, если они полагают, что действиями (бездействием), решениями или иными актами органов государственной власти, их территориальных органов или учреждений, должностных лиц и государственных служащих нарушаются или могут быть нарушены их права, свободы и законные интересы (статья 46 Конституции Российской Федерации).

В силу части 2 статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации обязанность доказывания законности оспариваемых нормативных правовых актов, актов, содержащих разъяснения законодательства и обладающих нормативными свойствами, решений, действий (бездействия) органов, организаций и должностных лиц, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, возлагается на соответствующие орган, организацию и должностное лицо. Указанные органы, организации и должностные лица обязаны также подтверждать факты, на которые они ссылаются как на основания своих возражений.

Из содержания указанной нормы следует, что обязанность доказывания соблюдения надлежащих условий содержания лишенных свободы лиц возлагается на административного ответчика - соответствующие орган или учреждение, должностное лицо, которым следует подтверждать факты, обосновывающие их возражения.

В пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года N 47 разъяснено, что административному истцу, прокурору, а также иным лицам, обратившимся в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц или неопределенного круга лиц, надлежит в административном исковом заявлении, а также при рассмотрении дела представлять (сообщать) суду сведения о том, какие права, свободы и законные интересы лица, обратившегося в суд, или лица, в интересах которого подано административное исковое заявление, нарушены, либо о причинах, которые могут повлечь их нарушение, излагать доводы, обосновывающие заявленные требования, прилагать имеющиеся соответствующие документы (в частности, описания условий содержания, медицинские заключения, обращения в органы государственной власти и учреждения, ответы на такие обращения, документы, содержащие сведения о лицах, осуществлявших общественный контроль, а также о лишенных свободы лицах, которые могут быть допрошены в качестве свидетелей, если таковые имеются).

Материалами административного дела и представленными доказательствами подтверждается, что условия содержания ФИО1 в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Архангельской области соответствовали требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания.

Как следует из материалов дела, осужденный ФИО1 в период содержания для отбывания наказания в ФКУ ИК-5, был распределен и размещен в отряде № 2 с 10 января 2018 года по 18 января 2018 года, в отряде № 5 с 19 января 2018 года по 21 января 2018 года, в отряде № 7 с 22 января 2018 года по 14 февраля 2018 года, в отряде № 8 с 15 февраля 2018 по 26 февраля 2018 года, в отряде № 9 с 27 февраля 2018 года по 18 марта 2019 года, в отряде № 3 с 19 марта 2019 года по 20 июня 2019 года, в отряде № 9 с 21 июня 2019 года по 07 февраля 2020 года (л.д. 221 том 1).

В соответствии с частью 3 статьи 101 Уголовно-исполнительного кодекса РФ администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных.

Согласно статьям 1, 8 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» граждане имеют право на благоприятную среду обитания, факторы которой не оказывают вредного воздействия на человека.

В силу статьи 11 указанного Федерального закона индивидуальные предприниматели и юридические лица в соответствии с осуществляемой ими деятельностью обязаны выполнять требования санитарного законодательства, а также постановлений, предписаний и санитарно-эпидемиологических заключений, осуществляющих государственный санитарно-эпидемиологический надзор должностных лиц.

Постановлением Главного государственного санитарного врача от 10.06.2010 № 64 введены в действие с 15.08.2010 санитарно-эпидемиологические правила и нормативы СанПиН 2.1.2.2645-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях».

В соответствии с пунктом 9.2 СанПиН 2.1.2.2645-10 при эксплуатации жилых помещений требуется своевременно принимать меры по устранению неисправностей инженерного и другого оборудования, расположенного в жилом помещении (систем водопровода, канализации, вентиляции, отопления, мусороудаления, лифтового хозяйства и других), нарушающих санитарно-гигиенические условия проживания.

В соответствии с нормами, предусмотренными приказом ФСИН России от 27.07.2006 года № 512 «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы» должно быть установлено умывальников 1 (один) умывальник на 10 (десять) человек.

Согласно справке Врио заместителя начальника ФКУ ИК-5 УФСИН России по Архангельской области, в отрядах № 2, 3, 5, 7, 8,9 ФКУ ИК-5 УФСИН России по Архангельской области уборка помещений и проветривание осуществляется регулярно, согласно распорядку дня и графика проведения уборок. Еженедельно осуществляется комиссионное обследование санитарного состояния всех объектов учреждения с составлением актов. Косметические ремонты в общежитиях отрядов производятся ежегодно. Плесень и влажность на потолках и стенах отсутствует.

Ремонт сантехнического оборудования отрядов осуществляется по мере выхода из строя, слесарем из числа осужденных.

В санитарной комнате отрядов:

- отряд № 2 размещено 10 умывальников и 6 унитазов, 2 чаши «Генуя», 3 писсуара, при среднесписочной численности 88 человек;

- отряд № 3 размещено 10 умывальников и 8 унитазов, 2 писсуара, при среднесписочной численности 91 человек;

- отряд № 5 размещено 8 умывальников и 2 унитаза, 6 чаш «Генуя», 4 писсуара, при среднесписочной численности 58 человек;

- отряд № 7 размещено 16 умывальников 5 унитазов и 5 чаш «Генуя», при средней численности 148 человек;

- отряд № 8 размещено 10 умывальников и 7 унитазов, при среднесписочной численности 51 человек;

- отряд № 9 размещено 10 умывальников и 2 чаши «Генуя», 7 унитазов, 3 писсуара, при среднесписочной численности 71 человек.

В отряде № 7 в санитарной комнате установлена душевая кабина с горячей водой (установлен водонагреватель).

Стирка, сушка, прожарка и глажка постельного и нательного белья осужденных осуществляется в здании БПК (банно-прачечный комбинат), сдача вещевого имущества осужденными отрядов № 2, 3, 5, 7, 8, 9 осуществляется в соответствие с графиком (еженедельно по средам). Помывка осужденных осуществляется 2 раза в неделю в здании БПК, согласно утвержденного графика посещений, в соответствии с требованиями пункта 21 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Министерства юстиции РФ от 16 декабря 2016 года № 295 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений». (л.д. 224, оборот том 1).

В подтверждение изложенных в справке фактов, административными ответчиками в материалы дела представлены:

- государственные контракты на оказание услуг для государственных нужд – выполнения услуг по дератизации, дезинфекции, дезинсекции помещений, от 18 июня 2018 года (сроком до 31 декабря 2018 года); от 01 апреля 2019 года (сроком до 31 декабря 2019 года); от 05 апреля 2019 года (сроком до 31 декабря 2019 года) (л.д. 82-99 том 1);

- счета на оплату и акты сдачи-приемки работ по дератизации, дезинфекции, дезинсекции (л.д. 206-215 том 1);

- акты проверки санитарно-бытового состояния жилых и коммунальных объектов ИК-5 с января 2018 года по февраль 2020 года, согласно которым санитарно-бытовое состояние жилых и коммунальных объектов ИК-5 удовлетворительное (л.д. 106-132 том 2).

В соответствии со статьей 99 Уголовно-исполнительного кодекса РФ норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров, в тюрьмах - двух с половиной квадратных метров, в колониях, предназначенных для отбывания наказания осужденными женщинами, - трех квадратных метров, в воспитательных колониях - трех с половиной квадратных метров, в лечебных исправительных учреждениях - трех квадратных метров, в лечебно-профилактических учреждениях уголовно-исполнительной системы - пяти квадратных метров.

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания" разъяснено, что условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

Так, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации.

В то же время при разрешении административных дел суды могут принимать во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свобод лиц (например, незначительное отклонение от установленной законом площади помещения в расчете на одного человека может быть восполнено созданием условий для полезной деятельности вне помещений, в частности, для образования, спорта и досуга, труда, профессиональной деятельности).

Указанный вывод подтверждается и правовой позицией Европейского суда (решение от 16 июня 2004 года по делу «Нурмагомедов против Российской Федерации», жалоба № 30138/02), в соответствии с которым сам по себе факт переполненности колонии не может свидетельствовать о нарушении прав осужденных. Личное пространство в спальнях должно рассматриваться в контексте широкой свободы передвижения, которое заключенные в колонии пользуются в дневное время, что предполагает неограниченный доступ не только в спальных помещениях, но и иным бытовым помещениям, к естественному воздуху и свету, компенсируя недостаточные размеры жилых комнат-спален.

Как следует из материалов дела, отряды № 2, 3, 5, 7, 8, 9 кроме спальных помещений имеет ряд других вспомогательных помещений, которыми осужденные имеют право свободно пользоваться в установленном порядке (комната воспитательной работы, групповой психологической работы с осужденными, комната хранения продуктов питания с местом приема пищи, помещение для хранения личных вещей повседневного пользования, помещения для сушки одежды и обуви, комната быта, помещение для хранения уборочного инвентаря, умывальник, уборная).

В административном исковом заявлении административный истец акцентирует внимание на несоблюдение норм личного пространства в общежитии отряда № 7.

В материалы дела представлена экспликация к поэтажному плану здания (строения) – здание школы – ПТУ, в котором располагается отряд № 7 (л.д. 151-153 том1).

Общая площадь 1 этажа здания составляет 668,1 кв.м, из которых основная площадь 400,9 кв.м, вспомогательная площадь 267,2 кв.м.

Размещение осужденных отряда № 7 осуществляется в жилых комнатах: № 3 – 41,6 кв.м; ; 4 – 41,0 кв.м; № 5 – 41,0 кв.; № 6- 40,9 кв.м; № 7 – 41,0 кв.м; № 8- 40,6 кв.м; № 9-43,8 кв.м; № 26 – 28,6 кв.м. Итого общая площадь жилых комнат составляет 318,5 кв.м.

Согласно справке начальника ОВРО ФКУ ИК-5 УФСИН России по Архангельской области, в период отбывания наказания административным истцом в отряде № 2 с 10.01.2018 года по 18.01.2018 года, средняя численность составила 88 человек; в отряде № 5 с 19.01.2018 года по 21.01.2018 года, средняя численность составляла 58 человек; в отряде № 7 с 22.01.2018 года по 14.02.2018 года, средняя численность составляла 148 человек; в отряде № 8 с 15.02.2018 года по 26.02.2018 года, средняя численность составляла 51 человек; в отряде № 9 с 27.02.2018 года по 18.03.2019 года, средняя численность составляла 94 человека; в отряде № 3 с 19.03.2019 года по 20.06.2019 года, средняя численность составляла 91 человек; в отряде № 9 с 21.06.2019 года по 07.02.2020 года, средняя численность составляла 71 человек (л.д. 221 том 1).

Таким образом, средняя численность осужденных отряда № 7 не превышала 150 человек, что соответствует установленной жилой норме площади в расчете на одного осужденного, то есть не менее 2 кв.м.

При этом судом учитывается наличие в отрядах иных вспомогательных помещений, улучшающих положение лишенных свободы лиц.

Данное обстоятельство также подтверждается представленными в материалы дела фотографиями отряда № 7 (л.д. 136-143 том 2).

Кроме того, материалами дела подтверждается и не оспаривалось административным истцом, что административный истец в период отбывания наказания принимал активное участие в общественной жизни колонии, спортивных и культурно-массовых мероприятиях, за что неоднократно имел поощрения за добросовестное отношение к учебе, труду, за помощь в проведении культурных мероприятий (л.д. 106, 216 том 1), в связи с чем он имел возможность не находиться постоянно в помещениях отрядов, где якобы было отклонение от установленной законом площади помещения в расчете на одного человека, что можно считать восполнением предполагаемого административным истцом недостатка жилой площади на 1 человека, улучшающим его положение.

Как следует из материалов дела, отопление помещений отрядов № 2, 3, 5, 7, 8, 9 осуществляется от здания котельной, расположенной на территории исправительного учреждения, температурный режим помещений отрядов соответствует нормам СанПиН в зависимости от сезона и находится в пределах +18-22 ?.

Данное обстоятельство (температурный режим) также подтверждается актами проверки санитарно-бытового состояния жилых и коммунальных объектов ИК-5 с января 2018 года по февраль 2020 года (л.д. 106-132 том 2).

Согласно приложению № 2 к Приказу ФСИН России от 27.07.2006 № 512 «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы», спальные помещения отрядов оборудованы: спальными местами в виде металлических панцирных кроватей, расположенных в два яруса.

В помещениях имеется приточная естественная вентиляция вытяжная, сушильное помещение, санитарная комната, комната приема пищи оборудованы вытяжной механической вентиляцией.

В помещениях установлены светильники дневного освещения (светильники люминесцентные, светодиодные), норма освещенности помещений соответствует требованиям СанПиН 2.2.1/22.1.1.1278-03. Кроме того, в отрядах имеется естественное освещение, которое осуществляется через оконные проемы.

Помещения отрядов оборудованы в соответствии с приказом Минюста России от 27 июля 2006 № 512, металлические двухъярусные кровати и мебель находятся в удовлетворительном состоянии, что подтверждается актами проверки санитарно-бытового состояния жилых и коммунальных объектов ИК-5 с января 2018 года по февраль 2020 года (л.д. 106-132 том 2).

В соответствии с требованиями части 3 статьи 94 Уголовно-исполнительного кодекса РФ, осужденные и группы осужденных могут приобретать телевизионные приемники и радиоприемники за счет собственных средств через торговую сеть либо получать их от родственников и иных лиц.

Частью 4 статьи 94 Уголовно-исполнительного кодекса РФ предусмотрено, что осужденным разрешается прослушивание радиопередач в свободные от работы часы, кроме времени, отведенного распорядком дня для ночного отдыха. Жилые помещения, комнаты воспитательной работы, комнаты отдыха, рабочие помещения, камеры штрафных и дисциплинарных изоляторов, помещения камерного типа, единые помещения камерного типа, одиночные камеры оборудуются радиоточками за счет средств исправительного учреждения.

Как следует из материалов дела, комната воспитательной работы с осужденными отрядов № 2, 3, 5, 7, 8, 9 оборудована телевизором для просмотра телепередач, в телевизоре предусмотрена функция радиопередач (л.д. 224, оборот том 1).

Согласно части 3 статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса РФ Минимальные нормы питания и материально-бытового обеспечения осужденных устанавливаются Правительством Российской Федерации. За счет средств предприятий, привлекающих к труду осужденных, им может быть организовано дополнительное питание сверх установленных норм. Нормы вещевого довольствия осужденных утверждаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний. Осужденные, не работающие по не зависящим от них причинам, осужденные, не получающие пенсии, обеспечиваются питанием и предметами первой необходимости за счет государства.

Как следует из справки старшего инспектора ОКБ, ИиХО ФКУ ИК-5 УФСИН России по Архангельской области и не оспаривалось административным истцом, осужденный ФИО5 состоял на довольствии по минимальной норме питания, установленной постановлением Правительства Российской Федерации от 11.04.2005 № 205.

В силу подпункта 4 пункта 11 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13.10.2004 № 1314, директор ФСИН России утверждает, в том числе порядок организации питания осужденных и лиц, содержащихся под стражей, в учреждениях, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторах.

Порядок организации питания осужденных, подозреваемых и обвиняемых, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы, утвержден приказом ФСИН России от 02.09.2016 № 696. Настоящий Порядок устанавливает, в том числе, основные принципы организации питания в учреждениях уголовно-исполнительной системы в соответствии с утвержденными в установленном порядке нормами питания.

Как следует из представленных копий книг учета контроля за качеством приготовления пищи ФКУ ИК-5 УФСИН России по Архангельской области, в период отбывания наказания административным истцом было организовано трехразовое горячее питание осужденных в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 11 апреля 2005 года N 205 "О минимальных нормах питания и материально-бытового обеспечения осужденных к лишению свободы, а также о нормах питания и материально-бытового обеспечения подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в следственных изоляторах Федеральной службы исполнения наказаний, в изоляторах временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел Российской Федерации и пограничных органов федеральной службы безопасности, лиц, подвергнутых административному аресту, задержанных лиц в территориальных органах Министерства внутренних дел Российской Федерации на мирное время", приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 17 сентября 2018 года N 189 "Об установлении повышенных норм питания, рационов питания и норм замены одних продуктов питания другими, применяемых при организации питания осужденных, а также подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в учреждениях Федеральной службы исполнения наказаний, на мирное время" и Порядком организации питания осужденных, подозреваемых и обвиняемых, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы, утвержденного приказом ФСИН России от 02.09.2016 № 696 «Об утверждении Порядка организации питания осужденных, подозреваемых и обвиняемых, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы» (л.д. 107 – 118 том 1, л.д. 144-147 том 2).

Из книг учета контроля за качеством приготовления пищи, представленных в материалы дела, в период отбывания ФИО1 наказания в ИК-5 оценка качества пищи – «Доброкачественная», санитарного состояния – «Удовлетворительное».

Кроме того, как следует из материалов дела, в целях контроля качества приготавливаемой пищи ИК-5 в рамках программы производственного контроля осуществляется лабораторный анализ готовой пищи, что подтверждается представленным в материалы дела государственным контрактом на оказание услуг для государственных нужд от 07 мая 2018 года по проведению лабораторных исследований готовой продукции, воды водопроводной, продуктов питания и смывов (л.д. 100-105 том 1); протоколами лабораторных испытаний (л.д. 173-204 том 1).

По результатам проведенных в 2018-2020 годах лабораторных исследований представленные пробы готовых блюд соответствуют предъявленным требованиям Технического регламента Таможенного союза 021/2011 «О безопасности пищевой продукции».

Также в целях осуществления контроля за правильным планированием питания спецконтингента, рациональным использованием норм питания, обязательным выполнением кулинарных правил обработки продуктов и приготовления полноценной, доброкачественной и разнообразной пищи по установленным нормам питания, совершенствования практических навыков поваров в организованной, быстрой, равномерной раздаче пищи, привития поварам практических навыков в образцовом содержании рабочих мест, выполнении правил личной гигиены, правил эксплуатации холодильного и технологического оборудования в ИК-5 ежемесячно проводится контрольно-показательная варка пищи, что подтверждается представленными в материалы дела актами (л.д. 119-149 том 1).

Как следует из представленных в материалы дела протоколов лабораторных испытаний от 06 сентября 2018 года и 29 апреля 2019 года, вода водопроводная соответствует нормативным требованиям СанПиН 2.1.4.1074-01(л.д. 133-134 том 2).

Судом отклоняется довод административного истца о том, что администрацией колонии при организации питания осужденных не учитывалось, что административный истец является по вероисповеданию мусульманином, поскольку доказательств обращения административного истца к администрации исправительного учреждения по данному вопросу, в материалы дела не представлено.

Как следует из справки начальника ОВРО ФКУ ИК-5 УФСИН России по Архангельской области, осужденный ФИО1 с жалобами на условия содержания в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Архангельской области не обращался (л.д. 219 том 1).

Согласно статье 5 Федерального закона от 30.03.1995 № 38-ФЗ «О предупреждении распространения в Российской Федерации заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ-инфекции)», ВИЧ-инфицированные граждане Российской Федерации обладают на ее территории всеми правами и свободами и несут обязанности в соответствии с Конституцией Российской Федерации, законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации.

В соответствии с частью 2 статьи 101 Уголовно-исполнительного кодекса РФ была предусмотрена организация в уголовно-исполнительной системе специализированных лечебно-исправительных учреждений для медицинского обслуживания и отбывания наказания ВИЧ-инфицированных осужденных.

Федеральным законом от 09.03.2001 № 25-ФЗ из части 2 статьи 101 Уголовно-исполнительного кодекса РФ данная норма исключена. В связи с чем в настоящее время ВИЧ-инфицированные осужденные отбывают наказание в тех же исправительных учреждениях, где и здоровые осужденные.

Согласно части 2 статьи 102 Уголовно-исполнительного кодекса РФ осужденные с ВИЧ, парантеральным гепатитом, согласно требованиям части 2 статьи 101 Уголовно-исполнительного кодекса РФ содержатся на общих основаниях с другими осужденными. Угрозы для жизни и здоровья содержащихся осужденных вместе с ВИЧ-инфицированными не имеется.

Таким образом, законодательство Российской Федерации в настоящее время и во время отбывания наказания ФИО1 в ИК-5, не предусматривает содержания ВИЧ-инфицированных осужденных в исправительных учреждениях с изоляцией от основной массы заключенных.

Согласно медицинской справки начальника филиала МЧ-3 ФКУЗ МСЧ-29 ФСИН России от 20 октября 2020 года в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Архангельской области, осужденные больные туберкулезом ГДУ 1, ГДУ2 – не содержатся (л.д. 150 том 1).

Доказательств, подтверждающих выгрузку удобрений (навоза) в месте расположения отрядов, в материалы дела не представлено.

Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 16.12.2016 № 295 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений» (далее - ПВР) предусмотрено, что осужденные обязаны выполнять требования законов и настоящих Правил, соблюдать правила личной гигиены, распорядок дня, установленный исправительным учреждением.

Пунктом 16 ПВР длина волос на голове (для мужчин) определяется с учетом стрижки машинкой с использованием насадок, обеспечивающих длину волос до 20 мм.

Пунктом 126 ПВР, в исправительных учреждениях обеспечивается выполнение санитарно-гигиенических и противоэпидемических норм и требований. Все осужденные, прибывшие в исправительное учреждение, проходят первичный медицинский осмотр и комплексную санитарную обработку, короткую стрижку волос, короткую правку бороды и усов при их наличии (для мужчин). В соответствии с медицинскими показаниями может быть произведена полная стрижка волосяного покрова.

Пунктом 23 ПВР, не менее двух раз в месяц в нерабочее время организуются проверки-смотры всех осужденных, во время которых проверяется их внешний вид, в том числе состояние одежды, обуви и стрижки.

Согласно ПВР, распорядок дня включает в себя время подъема, туалета, физической зарядки, приема пищи, развода на работу, нахождения на производстве, учебе, воспитательных, культурно-массовых и спортивно-массовых мероприятиях, отбоя.

Предусматривается непрерывный восьмичасовой сон осужденных и предоставление им личного времени.

Согласно распорядку дня для осужденных, не задействованных на производстве, утвержденного приказом ИК-5, входит четыре контрольные проверки, физическая зарядка и время для сна (л.д. 158-172 том 1).

Представленный в материалы дела распорядок для, утвержденный приказом начальника ФКУ ИК-5 России по Архангельской области, соответствует требованиям ПВР.

Наличие каких-либо противопоказаний у ФИО1 относительно утренней зарядки, материалы представленной медицинской карты не содержат.

Согласно Приказа Министерства юстиции Российской Федерации от 16.12.2016 года № 295 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений» личные вещи, оставляемые осужденному, хранятся в прикроватных тумбочках и вещевой сумке в помещении отряда.

Таким образом, хранение вещей в вещевой сумке в помещении отряда предусмотрено ПВР.

Согласно справке от 19 октября 2020 года, ФИО1 был обеспечен вещевым имуществом в соответствии с приказом Минюста России от 03.12.2013 № 216 «Об утверждении норм вещевого довольствия осужденных к лишению свободы и лиц, содержащихся в следственных изоляторах». С заявлением о выдаче утепленных брюк, предназначенных для носки в местностях с особо холодным и холодным климатом, осужденный ФИО1 не обращался (л.д. 225 том 1).

Согласно представленной в материалы дела по запросу суда копии медицинской карты, ФИО1 в период отбывания наказания неоднократно обращался за медицинской помощью, ему была оказана необходимая медицинская помощь и назначено соответствующее лечение, выданы необходимые лекарственные препараты (л.д. 153 – 222 том 2).

Кроме того, во исполнение решения директора ФСИН России от 01 апреля 2013 года, указания ФСИН России от 04 апреля 2013 года № 02-9665 и приказа УФСИН России по Архангельской области от 12 апреля 2013 года № 226 «Об организационно-штатных вопросах» в учреждениях уголовно-исполнительной системы Архангельской области произведена реорганизация, выразившаяся в формировании с 01 июля 2013 года организационной структуры медико-санитарных частей ФСИН России с возложением на нее обязанностей по оказанию медицинской помощи осужденным, подозреваемым, содержащимся под стражей.

Поскольку ФКУ ИК-5 не имеет лицензии на осуществление медицинской деятельности, у сотрудников ИК-5 отсутствует обязанность по оказанию медицинской помощи осужденным, подозреваемым, обвиняемым, содержащимся под стражей.

Административных исковых требований к МЧ-3 ФКУЗ МСЧ-29 ФСИН России, оказывающей медицинскую помощь осужденному ФИО1, административным истцом не заявлено.

Согласно представленных в дело медицинских справок, в филиале «Медицинская часть № 3» ФКУЗ МСЧ-29 ФСИН России нет стационарного отделения, проводится только амбулаторное лечение. Больные, которым необходимо стационарное лечение, направляются в филиал «Больница» ФКУЗ МСЧ-29 ФСИН России. Для изоляции инфекционных больных в МЧ № 3 оборудован медицинский изолятор. С 28 декабря 2017 года по 07 февраля 2020 года больных с диагнозом: чесотка, зарегистрировано не было (л.д. 149 том 2).

Медицинская помощь осужденному ФИО1 оказывалась в соответствии стандартов оказания медицинской помощи (л.д. 150 том 2).

По общему правилу, установленному Уголовно-исполнительным кодексом Российской Федерации, осужденные к лишению свободы отбывают весь срок наказания в одном исправительном учреждении в пределах территории субъекта Российской Федерации, в котором они проживали или были осуждены (ч. 1 ст. 73 и ч. 1 ст. 81).

В соответствии с частью 1 статьи 73 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные к лишению свободы, кроме указанных в части четвертой настоящей статьи, отбывают наказание в исправительных учреждениях в пределах территории субъекта Российской Федерации, в котором они проживали или были осуждены. В исключительных случаях по состоянию здоровья осужденных или для обеспечения их личной безопасности либо с их согласия осужденные могут быть направлены для отбывания наказания в соответствующее исправительное учреждение, расположенное на территории другого субъекта Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 75 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации порядок направления осужденных в исправительное учреждение определяется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний.

Гарантируя каждому право на уважение его частной и семейной жизни, статья 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод вместе с тем допускает вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права в случаях, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности либо защиты прав и свобод других лиц.

В своей практике применения данной статьи Европейский Суд по правам человека исходит из того, что содержание под стражей, как любая другая мера лишения свободы, влечет естественные ограничения частной и семейной жизни, однако существенной составляющей права заключенного на уважение семейной жизни является разрешение или, при необходимости, содействие со стороны властей в поддержании контакта с близкими родственниками; соответственно, регулирование вопросов предоставления свиданий осужденным к лишению свободы, в том числе на длительные или пожизненные сроки, не должно приводить к установлению негибких, шаблонных ограничений, а потому от государств - участников Конвенции ожидается развитие техники оценки соразмерности, позволяющей уравновешивать конкурирующие индивидуальные и публичные интересы и принимать во внимание особенности каждого конкретного дела (Постановления от 23 февраля 2012 по делу "Тросин против Украины", от 30 июня 2015 года по делу "Хорошенко против России").

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, содержащейся в Постановлении от 15 ноября 2016 года N 24-П, правовое регулирование порядка предоставления свиданий осужденным к лишению свободы с членами их семей должно, не препятствуя процессу исполнения наказания и не создавая угрозы для общественной и личной безопасности, учитывать признаваемые государством непротивоправные интересы этих лиц, обеспечивать как исправление осужденного, так и сохранение, поддержку социально полезных семейных отношений, не допуская чрезмерного (по длительности или по объему) вмешательства в частную жизнь, необоснованных или недифференцированных ограничений, не зависящих от характера поведения осужденного или его близких, что требует нахождения баланса соответствующих публичных и частных интересов.

В том числе для сохранения социально полезных семейных связей частью 2 статьи 73 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации определено, что осужденные могут направляться в исправительные учреждения, расположенные на территории другого субъекта Российской Федерации, только в случае отсутствия в субъекте Российской Федерации по месту жительства или по месту осуждения исправительного учреждения соответствующего вида или невозможности размещения осужденных в имеющихся исправительных учреждениях.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания", при рассмотрении административных исковых заявлений осужденных к лишению свободы, оспаривающих их направление в исправительные учреждения, находящиеся за пределами территории субъекта Российской Федерации, в котором они проживали или были осуждены, судам следует устанавливать наличие возможности (невозможности) на момент направления таких лиц их размещения в имеющихся на территории соответствующего субъекта Российской Федерации исправительных учреждениях необходимого вида.

Материалами дела установлено, что осужденный ФИО1, зарегистрированный в г. Санкт-Петербурге, был направлен для отбывания наказания в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Архангельской области.

При этом суд не усматривает в данном конкретном деле каких-либо обстоятельств, достоверно свидетельствующих об их исключительности, поскольку сведений о наличии непреодолимых препятствий иметь свидания с близкими и родственниками, получать почтовые отправления, вести телефонные переговоры ФИО1 суду не представил, при этом данные права осужденного регламентированы нормами Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации и не зависят от места нахождения исправительного учреждения.

Доводы административного истца, касающиеся удаленности исправительного учреждения от места проживания его близких родственников, не свидетельствуют о невозможности поддержания контактов с членами семьи и сохранения социально-полезных связей, поэтому не могут служить основанием для удовлетворения заявленных требований.

Кроме с 07 февраля 2020 года административный истец переведен в ФКУ ИК-6 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области.

Согласно представленной в материалы дела справки инспектора ОБ ФКУ ИК-5 УФСИН России по Архангельской области и не оспаривалось административным истцом, ФИО1 в период содержания для отбывания наказания в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Архангельской области предоставлялись 3 (три) длительных свидания. На краткосрочных свиданиях не был (л.д. 217 том 1).

Сведений об обращении ФИО1 о предоставлении длительных либо краткосрочных свиданий в большем объеме, материалы дела не содержат.

Кроме того, в административном исковом заявлении административный истец указывает на затратный характер свиданий для родственников административного истца.

Таким образом, суд приходит к выводу, что за предоставлением длительных либо краткосрочных свиданий в большем количестве, чем они были предоставлены, административный истец не обращался.

Как следует из возражений административных ответчиков, ИК-5 обеспечено наличием 7 (семи) комнат длительного свидания осужденных, а также помещениями для проведения краткосрочных свиданий. Здание, где расположены комнаты длительных свиданий 1983 года постройки. При его проектировании и строительстве применялись действовавшие на тот момент «Указания по проектированию и строительству ИГУ и военных городков войсковых частей МВД СССР» (ВСН 10-73/МВД СССР).

В связи с этим, установленные Инструкцией по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации (СП-17-02 Минюста России), утвержденной Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 02 июня 2003 года № 130-ДСП, не могут применяться к ФКУ ИК-5 УФСИН России по Архангельской области, так как из ее содержания не следует, что приведенные в ней нормативные требования должны применяться к тем зданиям и помещениям, которые были спроектированы и построены до издания вышеуказанного приказа, а положения Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации не содержат указаний на расчетное количество комнат, предназначенных для длительных свиданий (Определение ВС от 19 февраля 2019 года № 91-КГ18-9).

За период отбывания наказания в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Архангельской области ФИО1 характеризовался положительно, трудоустроен не был, принимал активное участие в общественной жизни колонии, спортивных и культурно-массовых мероприятиях. За период отбывания наказания допускал нарушения установленного порядка отбывания наказания, налагались взыскания, которые сняты в порядке поощрения и погашены (л.д. 106 том 1).

Исходя из вышеизложенного суд приходит к выводу, что в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Архангельской области условия содержания ФИО1, его вещевое обеспечение, питание, оказание медицинской помощи, условия труда соответствовали требованиям действующего законодательства, указанных административным истцом нарушений не установлено.

Исходя из положений части 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, обязанность по доказыванию законности оспариваемых решений, действий (бездействия) возлагается на органы и лиц, которые их приняли или совершили, а обязанность по доказыванию того, какие права и свободы нарушены этими решениями, действиями (бездействием), соответственно возлагается на лицо, которое их оспаривает.

В соответствии с пунктом 1 части 2 статьи 227 названного Кодекса решение об удовлетворении требования о признании оспариваемого решения, действия (бездействия) незаконным принимается при установлении двух условий одновременно: решение, действие (бездействие) не соответствует нормативным правовым актам и нарушает права, свободы и законные интересы административного истца.

Следовательно, признание незаконными действий (бездействия) и решений органов и должностных лиц возможно только при несоответствии их нормам действующего законодательства одновременно с нарушением прав и законных интересов гражданина. При отсутствии хотя бы одного из названных условий решения, действия (бездействие) не могут быть признаны незаконными.

В связи с тем, что по настоящему административному делу совокупности таких правовых условий, позволяющих принять решение об удовлетворении заявленных требований, не установлено, суд приходит к выводу, что ФКУ ИК-5 УФСИН России по Архангельской области не нарушены условия содержания ФИО1 и оснований для присуждения административному истцу компенсации не имеется.

Кроме того, в соответствии с положениями части 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

Пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска (часть 8 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, рассмотренных по существу, судом учитываются положения постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года N 47, который в пункте 12 разъяснил, что, проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 КАС РФ трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

При этом суд приходит к выводу, что в рассматриваемом случае оспариваемые действия не имеют длящегося характера, исходя из того, что ФИО1 убыл из ФКУ ИК-5 УФСИН России по Архангельской области 07 февраля 2020 года в ФКУ СИЗО-5 Санкт-Петербурга ГУФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, с настоящим административным исковым заявлением обратился в суд лишь 15 июля 2020 года, то есть за пределами предусмотренного законом трехмесячного срока.

Административным истцом заявлено ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока, в обоснование которого указано, что прибыв на новое место в ФКУ ИК-6 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области для дальнейшего отбытия наказания 19 февраля 2020 года административный истец не успел вовремя встретиться со своим адвокатом для получения полноценной юридической помощи, так как колония с начала апреля месяца 2020 года закрылась для посещений из-за пандемии и угрозы распространения короновируса (л.д. 13 том 1).

Вместе с тем, в предварительном судебном заседании административный истец указал, что встреча с адвокатом не состоялась, с адвокатом административный истец постоянно общался посредством телефонной связи (л.д. 230-231 том 1).

Сам по себе факт нахождения ФИО1 в ФКУ ИК-6 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, исходя из обстоятельств рассматриваемого дела, не принимается судом во внимание как уважительная причина, подтверждающая наличие у истца препятствий для своевременного обращения в суд с заявлением об оспаривании действий административного ответчика, присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении.

Также ошибочен довод административного истца о приостановлении процессуальных сроков в связи угрозой распространения короновирусной инфекции, поскольку указанным административным истцом Постановлением Президиума Верховного Суда РФ, Президиума Совета судей РФ от 18.03.2020 N 808 был приостановлен личный прием граждан в судах и рекомендовано подавать документы только через электронные интернет-приемные судов или по почте России. Пунктом 5 указанного постановления ограничен доступ в суды лиц, не являющихся участниками судебных процессов.

Учитывая, что уважительных причин пропуска срока на обращение в суд не установлено, срок на обращение пропущен значительно, суд приходит к выводу об отказе административному истцу в удовлетворении заявленных требований в связи с пропуском срока обращения в суд.

По аналогичному основанию – пропуск административным истцом срока для подачи административного искового заявления в суд, судом отказывается в удовлетворении заявленных требований по основаниям, изложенным в уточненном административном исковом заявлении (л.д. 44-48 том 2), исходя из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 46 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, административный истец вправе до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение административного дела по существу в суде первой инстанции, изменить основание или предмет административного иска.

Согласно части 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации обязанность доказывания соблюдения срока обращения в суд возлагается на лицо, обратившееся в суд.

В соответствии с частью 3 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства РФ и с учетом измененных 26 октября 2020 года (протокол предварительного судебного заседания от 26 октября 2020 года л.д. 230 том 1) оснований заявленных требований, принятых к производству суда 03 декабря 2020 года (л.д. 68 том 2), суд приходит к выводу о пропуске административным истцом срока на подачу уточненного административного иска по новым основаниям.

При таких обстоятельствах административный иск не подлежит удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 177-180, 227.1, 219 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении административных исковых требований Алиева Эльбруса Акифовича к ФКУ ИК-5 УФСИН России по Архангельской области, УФСИН России по Архангельской области о признании незаконным действий, о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении, отказать.

Решение может быть обжаловано в С-Петербургский городской суд путем подачи апелляционной жалобы через районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья:

Мотивированное решение изготовлено 16.04.2021 г.