Постановление № 44Г-88/2019 4Г-1439/2019 4Г-1439/201944Г-88/2019 от 23 июля 2019 г. по делу № 2-2026/2018

Судья 1-й инстанции: Кулишов А.С.,Судьи 2-й инстанции:Судья-председательствующий:Матвиенко Н.О.,Судья-докладчик: Егорова Е.С.,Судьи: Брянцева Н.В., Егорова Е.С.

Дело № 4Г-1439/201944Г-88/2019


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

п р е з и д и у м а В е р х о в н о г о С у д а Р е с п у б л и к и К р ы м

24 июля 2019 года

гор. Симферополь

Президиум Верховного Суда Республики Крым в составе:

председательствующего -членов президиума -

Склярова В.Н.,ФИО1,ФИО2,ФИО3,

при секретаре –

ФИО4,

с участием:истцапредставителя истца ФИО5 по устному ходатайствуответчика

ФИО5,ФИО6,ФИО7,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО5 на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым от 14 марта 2019 года, принятое в гражданском деле по исковому заявлению ФИО7 к ФИО8 и ФИО9 о признании недействительным договора купли-продажи, отмене регистрационной записи, по иску ФИО5 к ФИО8, ФИО9 и ФИО7 о признании недействительным договора купли-продажи, признании права отсутствующим и аннулировании регистрационной записи,

заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Крым Курской А.Г., пояснения лиц, явившихся в судебное заседание,

УСТАНОВИЛ:

в июне 2018 г. ФИО5 обратилась в суд с иском к ФИО8, ФИО9, ФИО7, в котором просила: признать недействительным договор купли-продажи жилого дома по адресу: <адрес>, заключенный 13 августа 2015 года между ФИО9 и ФИО7, ФИО10 (от имени которых действовал представитель ФИО8); признать отсутствующим право ФИО9 на указанный жилой дом; аннулировать регистрационную запись № от 21.08.2015 о её праве собственности.

В августе 2018 года ФИО7 обратилась в Симферопольский районный суд Республики Крым с иском к ФИО8, ФИО9, в котором также просила признать недействительным договор купли-продажи указанного жилого дома, заключенный 13 августа 2015 года ФИО8, как представителем ФИО7 и ФИО10, с одной стороны и ФИО9, с другой стороны; отменить регистрационную запись о праве собственности ФИО9 и восстановить запись о праве собственности продавцов на указанный жилой дом.

Определением Симферопольского районного суда Республики Крым от 25 сентября 2018 года указанные иски объединены в одно производство.

Решением Симферопольского районного суда Республики Крым от 27 ноября 2018 года иски ФИО5 и ФИО7 удовлетворены частично -признан недействительным договор купли-продажи жилого дома по адресу: <адрес>, кадастровый №, заключенный 13 августа 2015 года между ФИО8, действовавшим от имени ФИО7, ФИО10, с одной стороны и ФИО9, с другой стороны.

В удовлетворении иных требований отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым от 14 марта 2019 года решение Симферопольского районного суда Республики Крым от 25 сентября 2018 года в части удовлетворения исковых требований ФИО7 и ФИО5 о признании недействительным договора купли-продажи от 13 августа 2015 года отменено и принято новое решение, которым в удовлетворении требований о признании недействительным договора купли-продажи от 13.08.2015 года отказано.

27 мая 2019 года в Верховный Суд Республики Крым поступила кассационная жалоба, в которой ФИО5 ставит вопрос об отмене апелляционного определения, считая его незаконным и необоснованным.

Доводы кассационной жалобы сводятся к тому, что судом апелляционной инстанции неверно применены нормы материального права, поскольку судом не дана должная правовая оценка злоупотреблению ФИО8 правами при продаже жилого дома супруге, что указывает на совершение сделки, в том числе и в отношении себя лично, а также факту передачи ей во владение жилого дома.

13.06.2019 года гражданское дело истребовано в суд кассационной инстанции для изучения по доводам жалобы; дело поступило 19.06.2019 г.

Определением судьи Верховного Суда Республики Крым от 26 июня 2019 года кассационная жалоба вместе с делом передана для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе, президиум считает, что имеются основания для отмены обжалуемого апелляционного определения.

В соответствии со статьёй 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, которые повлияли на исход дела, и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такие нарушения были допущены судом апелляционной инстанции при разрешении данного спора.

Согласно ст. 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 г. № «О судебном решении» разъяснено, что решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 1 ст. 1, ч. 3 ст. 11 ГПК РФ).

Вышеприведенным требованиям апелляционное определение не отвечает.

Судом установлено, а материалами дела подтверждено, что жилой <адрес> в <адрес> Республики Крым был унаследован в 2010 году ФИО7 и ФИО10 в равных долях.

Для реализации указанного дома ими 09.11.2010 года были выданы доверенности ФИО8 и ФИО11 сроком действия на пять лет.

16.03.2012 года ФИО8 договорился с ФИО5 о продаже ей этого дома, в связи с чем было заключено письменное соглашение о задатке, по условиям которого ФИО5 передала ФИО8 задаток в размере 52000,00 украинских гривен в счет будущей продажи вышеуказанного дома, а ФИО8 обязался в срок до 16 марта 2013 года оформить необходимые для совершения сделки документы (л.д.10 т.2).

ФИО7 и ФИО10, 17 марта 2012 года подтвердили передачу ФИО5 их представителю ФИО8 задатка в 52000,00 украинских гривен в счет покупаемого жилого <адрес> в <адрес>, определив в договоре общую стоимость продаваемого объекта недвижимости в 160000,00 гривен, и согласовав проживание ФИО5 в указанном доме и проведение ремонтных работ (л.д. 12, т.2).

28.03.2013 года ФИО7 и ФИО10 выдали ФИО8 доверенности на распоряжение указанным домом по своему усмотрению (л.д. 113-116, т.2) и расписки о проведении им полного расчета за проданный дом, после чего ФИО8 13августа 2015 года продал указанный дом ФИО9, с которой с 10 мая 2008 года состоял в браке.

День выдачи указанных доверенностей ФИО8 (28.03.2015 года) совпадает с днем получения им от ФИО12 92000,00 украинских гривен в виде задатка за вышеуказанный жилой дом.

В день заключения ФИО8 от имени ФИО7 и ФИО10 договора купли-продажи дома (13.08.2015 года) совпадает с днем смерти ФИО10

Проанализировав совокупность собранных по делу доказательств, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии правовых оснований для признания сделки недействительной на основании п.3 ст. 182 ГК РФ, содержащей норму о запрете представителю совершать сделки в отношении себя лично или в отношении лица, представителем которого он одновременно является, и возможность признания такой сделки недействительной по иску представляемого, а также на основании ст. ст. 10, 168 ГК РФ, указав на недобросовестное поведение ФИО8, который заведомо зная о согласовании собственником ФИО7 заключения сделки по продаже дома ФИО12, получив от последней денежные средства за покупку дома, фактически совершил сделку в ущерб интересов представляемой.

С такими выводами суда первой инстанции не согласилась судебная коллегия, указав, что договор, заключенный 17 марта 2012 года между ФИО7 и ФИО10, с одной стороны, и ФИО5, с другой стороны, как и соглашение о задатке от 16.03.2012 года, не могут рассматриваться как предварительный договор купли-продажи жилого дома, поскольку после заключения указанного договора ФИО5 не предпринимала юридически значимых действий, направленных на оформление дома в свою собственность; доверенности, выданные ФИО7 и ФИО10 ответчику ФИО8, не содержали каких-либо ограничений по распоряжению их имуществом; из выданных ими 28.03.2013г. расписок следует, что ФИО7 и ФИО10 продали принадлежащие им доли дома ФИО8, денежные средства за продаваемые доли получили от него в полном объеме до заключения оспариваемой сделки.

Придя к выводу о том, что собственники дома произвели отчуждение принадлежащего им имущества, именно ФИО8, судебная коллегия пришла к выводу о том, что оспариваемой сделкой права ФИО5 не нарушены, а ФИО7 необоснованно, в защиту каких своих имущественных прав она в данном случае выступает и к какому правовому результату стремится, так как требований о возврате жилого дома в собственность не заявила.

Президиум считает, что с выводами суда апелляционной инстанций согласиться нельзя по следующим основаниям.

Согласно п. 3 ст. 182 ГК РФ представитель не может совершать сделки от имени представляемого в отношении себя лично, а также в отношении другого лица, представителем которого он одновременно является, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Сделка, которая совершена с нарушением правил, установленных в абзаце первом настоящего пункта, и на которую представляемый не дал согласия, может быть признана судом недействительной по иску представляемого, если она нарушает его интересы. Нарушение интересов представляемого предполагается, если не доказано иное.

Таким образом, оспоримый характер сделки представителя от имени представляемого в отношении себя лично и возможность признания такой сделки недействительной по иску представляемого прямо закреплен в законе.

Обязанность по доказыванию отсутствия нарушения интересов представляемого в случае оспаривания сделки представляемым (его правопреемниками) по основанию, предусмотренному абзацем 2 пункта 3 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации, возложена на ответчика, поскольку законодателем указано на презумпцию нарушения интересов представляемого, если не доказано иное.

Принимая во внимание, что в соответствии с пп. 1, 2 ст. 34 СК РФ любое нажитое супругами в период брака движимое и недвижимое имущество является их совместной собственностью, суд первой инстанции, разрешая спор, установив, что ФИО8, действуя от имени ФИО7 и ФИО10, заключил сделку с состоявшей с ним в браке ФИО9, правильно исходил из того, что оспариваемая сделка купли-продажи была совершена ФИО8 с нарушением законодательного запрета, установленного п.3 ст. 182 ГК РФ.

Переоценивая собранные по делу доказательства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что жилой <адрес> в <адрес>, Республики Крым ФИО7 и ФИО10 был продан ФИО8, о чем свидетельствуют расписки (л.д.2,3, том 3).

Между тем, вопрос о том, чьи деньги и в какой сумме были переданы ФИО8 собственникам дома, судебной коллегией не исследовался, так же, как и без внимания и оценки были оставлены пояснения ФИО7 о том, что о заключении сделки с иным лицом (кроме ФИО5) ей ничего известно не было. Без внимания суда осталось и содержание расписки ФИО10, из которой следует, что претензий по поводу продажи дома он не имеет к ФИО13, а не ФИО8

Таким образом президиум считает, что вывод судебной коллегии об отсутствии доказательств нарушения прав ФИО7 противоречит выводу суда первой инстанции, установившему недобросовестность поведения ФИО8, вследствие чего у ФИО7 возникают обязательства по возврату ФИО5 денежных средств и компенсации затрат на произведенный ремонт.

Однако доказательств в обоснование такого вывода судебной коллегии обжалуемое постановление не содержит.

Исходя из анализа правовых положений статей 67, 71, 195 - 198, 329 ГПК РФ выводы суда о фактах, имеющих юридическое значение для дела, не должны быть общими и абстрактными, они должны быть указаны в судебном постановлении убедительным образом со ссылками на нормативные правовые акты и доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости (статьи 59, 60 ГПК РФ). В противном случае нарушаются задачи и смысл гражданского судопроизводства, установленные статьей 2 названного кодекса.

Оценка доказательств и отражение ее результатов в судебном решении являются проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом,

В связи с изложенным президиум Верховного Суда Республики Крым приходит к выводу, что при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции допущены нарушения норм процессуального права, которые являются существенными и непреодолимыми и не могут быть устранены без отмены апелляционного определения и нового рассмотрения дела.

Учитывая, что повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалобы, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 года № «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции»), а также принимая во внимание необходимость соблюдения разумных сроков судопроизводства (статья 61), президиум считает необходимым направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

руководствуясь статьёй 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум

ПОСТАНОВИЛ:

Отменить апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым от 14 марта 2019 года и направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Председательствующий В.Н. Скляров