Решение № 2-2119/2018 2-2119/2018 ~ М-1325/2018 М-1325/2018 от 28 мая 2018 г. по делу № 2-2119/2018

Дело № 2-2119/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Челябинск 29 мая 2018 года

Калининский районный суд г. Челябинска в составе:

председательствующего Плотниковой Л.В.

с участием прокурора Шатунова И.С.

при секретаре Белковой Д.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Челябинский электрометаллургический комбинат» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к АО «Челябинский электрометаллургический комбинат» (далее - АО «ЧЭМК») о взыскании компенсации морального вреда в размере 250 000 руб. в связи с профессиональным заболеванием.

В обоснование иска указала, что с 22 октября 1971 г. по 15 мая 2012 г., с 02 ноября 2012 г. по 12 мая 2016 г. работала у ответчика. 02 февраля 2015 г. ей был установлен диагноз профессионального заболевания «токсический бронхит хронический», актом расследования профессионального заболевания от 13.02.2015 г. установлено, что причиной данного заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов в результате работы у ответчика, вины истца в профессиональном заболевании не установлено. В результате полученного заболевания ей причинен моральный вред. Физические страдания выражаются в постоянных загрудинных болях, кашле, повышенной потливости, быстрой утомляемости. Нравственные страдания выражаются в страхе за свою жизнь и здоровье, переживаниях из-за невозможности вести прежний образ жизни.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержала исковые требования по основаниям, изложенным в иске. Суду пояснила, что изначально ей было установлено 20% потери профессиональной трудоспособности, ее мучает постоянная отдышка, она не может трудиться физически, постоянно вынуждена наблюдаться в больнице и пользоваться ингалятором (3-4 раза в день и 1 раз ночью), каждый месяц сдавать анализы. Во время сна просыпается каждые четыре часа и больше не может заснуть, отчего ее мучают сильные головные боли. Да марта 2018 г. она проживала одна, но после ухудшения состояния здоровья она опасается за свою жизнь, поэтому с ней стала проживать дочь. Устала от постоянного использования ингалятора и боязни забыть его или потерять, угнетает постоянное приготовление отваров.

Представитель истца по устному ходатайству ФИО2 поддержал исковые требования в полном объеме.

Представитель ответчика АО «ЧЭМК» по доверенности ФИО3 возражала против удовлетворения исковых требований, ссылаясь на несовершенство технологии, которая не развита, на халатное отношение истца к своему здоровью, поскольку сознательно продолжал работать во вредных условиях труда после назначения досрочной пенсии и установления профессионального заболевания; с учетом требований разумности и справедливости полагала необходимым снизить размер компенсации.

Заслушав объяснения истца, представителей сторон, заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим частичному удовлетворению, исследовав материалы дела, суд считает иск ФИО1 подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Согласно ч. 1, 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В силу ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с ч. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Согласно ст.151 ГК РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В судебном заседании установлено и подтверждается копиями акта № 21/07 о случае профессионального заболевания от 13.02.2015 г., справки № 399/2 ГБУЗ «Областная клиническая больница №» Областной центр профессиональной патологии, трудовой книжки от 10.08.1966 г.,

что ФИО1 работала в АО «ЧЭМК» - контролером, старшим контролером по цеху графитации с 22.10.1971 г. по 24.07.1978 г., в энергетическом цехе кочегаром производственных котельных, оператором котельной с 24.07.1978 г. по 12.09.1995 г., в этом же цехе машинист котлов, занятый обслуживанием котлов-утилизаторов в металлургическом производстве с 12.09.1995 г. по 01.10.2001 г., машинистом котлов на теплосиловом участке в энергетическом цехе с 01.10.2001 г. по 15.05.2012 г., в энергетическом цехе на участке насосных станций и гидросооружений электромонтером по обслуживанию электрооборудования – машинист насосной станции, машинистом котлов с 02.11.2015 г. по 11.05.2016 г.

02 февраля 2015 года ФИО1 впервые установлен диагноз профессионального заболевания – токсический бронхит хронический.

В ходе проведения расследования случая профессионального заболевания установлено, что стаж работы ФИО1 в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов – 43 года 3 месяца, общий стаж работы – 45 лет 10 месяцев.

По заключению комиссии заболевание является профессиональным и возникло в результате несовершенства технологии и неэффективной вентиляции. Непосредственной причиной заболевания послужило производственные аэрозоли, обладающие токсическим воздействием. Вины работника не установлено.

Поскольку производство в цехе графитации и в энергетическом цехе АО «ЧЭМК» связано с повышенной опасностью для окружающих и является источником повышенной опасности; исходя из выводов, изложенных в акте расследования случая профессионального заболевания, возникновение вреда не связано с непреодолимой силой или умыслом потерпевшего, соответственно, обязанность возместить вред, причиненный истцу, возникает у ответчика независимо от наличия либо отсутствия вины последнего.

Совокупностью исследованных доказательств подтверждается, что профессиональное заболевание ФИО1 получено в период ее работы в АО «ЧЭМК», в связи с чем имеются основания для взыскания в пользу истца с ответчика компенсации морального вреда.

Из справки Бюро МСЭ «ГБ МСЭ по Челябинской области» серии МСЭ-2011 №, ответа ФКУ «Главное бюро МСЭ по Челябинской области» от 14.05.2018 г. на судебный запрос, программ реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания следует,

что в период с 26.03.2015 г. до 07.03.2018 г. ФИО1 было установлено 20 % утраты профессиональной трудоспособности; с 03.07.2017 г. было установлено 20% утраты профессиональной трудоспособности и установлена третья группа инвалидности от общего заболевания бессрочно.

Доводы представителя ответчика АО «ЧЭМК» о том, что истец была осведомлена о вредных условиях труда, но продолжала работать, пренебрегая последствиями, которые могут отразиться на состоянии ее здоровья, суд находит несостоятельными, поскольку, истец реализовывала конституционное право на труд, при этом законодательством – ранее действующим КЗоТ РСФСР (ст. 139) и ныне действующим ТК РФ (ст. 212) - обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда в организации возлагаются на работодателя, вины работника в возникновении профессионального заболевания не имеется. Доказательств принятия ответчиком АО «ЧЭМК» исчерпывающих мер по обеспечению истцу условий труда, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, в суд не представлено.

Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Объяснениями истца, представителя истца, материалами дела подтверждается, что в результате полученного профессионального заболевания она вынуждена постоянно принимать лекарственные препараты, пользоваться ингалятором, испытывает болевые ощущения в груди и горле, затрудненность дыхания, трудности при выполнении домашней работы, чувство страха оказаться без ингалятора.

Таким образом, суд приходит к выводу о доказанности в судебном заседании причинения ФИО1 в результате воздействия вредных производственных факторов нравственных и физических страданий, связанных с развитием у нее профессионального заболевания, которое нарушает личные неимущественные права истца.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает следующие обстоятельства: наличие профессионального заболевания, характер и степень причиненных истцу физических и нравственных страданий; продолжительность периода, отработанного в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных факторов в АО «ЧЭМК», периода, истекшего с момента установления профессионального заболевания, степень вины ответчика, возраст истца и степень утраты ей профессиональной трудоспособности – 20% бессрочно, наличие третьей группы инвалидности от общего заболевания, невозможность полного устранения последствий воздействия неблагоприятных факторов на здоровье истца, а также требования разумности и справедливости, и считает возможным взыскать в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 90 000 рублей, в удовлетворении иска в остальной части отказать.

В силу ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взыскать в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 руб.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с АО «Челябинский электрометаллургический комбинат» в пользу ФИО1 денежную компенсацию в возмещение морального вреда в размере 90 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 в остальной части отказать.

Взыскать с АО Челябинский электрометаллургический комбинат» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд через Калининский районный суд г. Челябинска в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.

Председательствующий Л.В. Плотникова