Решение № 2А-2664/2024 2А-65/2025 2А-65/2025(2А-2664/2024;)~М-2446/2024 М-2446/2024 от 2 февраля 2025 г. по делу № 2А-2664/2024

по делу №2а-65/2025

УИД: 73RS0003-01-2024-004546-28


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Ульяновск 03 февраля 2025 года

Железнодорожный районный суд города Ульяновска в составе

председательствующего судьи Резовского Р.С.,

при секретаре Андросовой А.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административно дело по административному исковому заявлению ФИО1 к Министерству внутренних дел Российской Федерации, Федеральной службе войск национальной гвардии Российской Федерации, Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Ульяновской области, Управлению Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Ульяновской области, начальнику Управления Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Ульяновской области, ФИО2 заместителю начальника Управления Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Ульяновской области, руководителю Управлению Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Ульяновской области ФИО3, начальнику Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Ульяновской области ФИО4,, начальнику Отдела организации деятельности участковых уполномоченных полиции и подразделений по делам несовершеннолетних Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Ульяновской области ФИО5, старшему участковому уполномоченному полиции Отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации по Засвияжскому району города Ульяновска ФИО6 о признании действий незаконными, обязании устранить нарушения, взыскании компенсации морального вреда

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Железнодорожный районный суд города Ульяновска с административным исковым заявлением к Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Ульяновской области (далее по тексту решения - УМВД России по Ульяновской области), Управлению Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Ульяновской области (далее по тексту решения – Управление Росгвардии по Ульяновской области), начальнику Управление Росгвардии по Ульяновской области, ФИО2, руководителю Управление Росгвардии по Ульяновской области ФИО3, начальнику УМВД России по Ульяновской области ФИО4, начальнику Отдела организации деятельности участковых уполномоченных полиции и подразделений по делам несовершеннолетних УМВД России по Ульяновской области ФИО5, старшему участковому уполномоченному полиции ОМВД по Засвияжскому району города Ульяновска ФИО6, о признании действий незаконными и возложении обязанности устранить нарушения.

В обоснование исковых требований ФИО1 указал, что является собственником огнестрельного оружия, а именно: огнестрельного оружия ограниченного поражения марки <данные изъяты>», калибром <данные изъяты> номер №; охотничьего огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия марки <данные изъяты>», калибром <данные изъяты>, номер №; охотничьего огнестрельного длинноствольного оружия с нарезным стволом марки «<данные изъяты>», калибром <данные изъяты>, №.

07 февраля 2019 года указанное оружие было у него изъято сотрудниками ОМВД по Засвияжскому району города Ульяновска УМВД России по Ульяновской области. При этом права на ношение и хранение указанного оружия он лишен не был, соответствующие разрешения у него изъяты не были. Условий хранения и ношения оружия (боеприпасов) им не нарушали, что было отражено в соответствующем акте об изъятии оружия от 07 февраля 2019 года. Считает действия сотрудников ОМВД по Засвияжскому району города Ульяновска по изъятию у него вышеуказанного оружия незаконным, поскольку оснований для изъятия оружия у них не имелось.

Кроме того, административный истец указывает, что 14 октября 2024 года он обратился в Управление Росгвардии по Ульяновской области с заявлением о восстановлении (продлении) выданных ему разрешений на право хранения и ношения указанного оружия и возвращении ему указанного оружия, однако 12 ноября 2024 года Управлением Росгвардии по Ульяновской области ему было отказано в рассмотрении данных вопросов и рекомендовано обратится с указанными заявлением по месту регистрации в Главное управление Росгвардии по Московской области.

Административный истец считает данные действия незаконными, поскольку в настоящее время он проживает в принадлежащему ему жилом помещении по адресу: <адрес> в котором имеет временную регистрацию.

На основании изложенного, ФИО1 в исковом заявлении просил суд признать незаконными действия Управления Росгвардии по Ульяновской области в невыдаче принадлежащего ему оружия и отказе в продлении ему разрешений на право ношения и хранения указанного оружия, обязав Управление Росгвардии по Ульяновской области устранить указанные нарушения. Кроме того просил суд признать незаконными действия УМВД России по Ульяновской области выразившиеся в незаконном изъятии у него 07 февраля 2024 года принадлежащего на праве собственности оружия, а также в не передачи указанного оружия в Управление Росгвардии по Ульяновской области, обязав устранить указанные нарушения. Взыскать с административных ответчиков уплаченную при подаче административного иска государственную пошлину в размере 3 000 рублей 00 копеек.

Определением Железнодорожного районного суда города Ульяновска от 16 января 2025 года к участию в деле в качестве заинтересованных лиц привлечены Отдел Министерства внутренних дел Российской Федерации по Засвияжскому району города Ульяновска (далее по тексту решения - ОМВД России по Засвияжскому району города Ульяновска) и федеральное казенной учреждение «Центр хозяйственного и сервисного обеспечения Управления Министерства Внутренних дел Российской Федерации по Ульяновской области» (далее по тексту решения ФКУ «ЦХиСО УМВД России по Ульяновской области»).

Определением Железнодорожного районного суда города Ульяновска от 27 января 2025 года к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечено Министерство Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Ульяновской области (далее по тексту решения Минфин России в лице УФК по Ульяновской области), а также в качестве административных соответчиков привлечены Министерство внутренних дел Российской Федерации и Федеральная служба войск национальной гвардии Российской Федерации.

В ходе рассмотрения административного дела административным истцом были уточнены свои исковые требования (т.2 л.д. 171-172). Согласно уточенных исковых требований ФИО1 просит суд

- признать незаконным действия сотрудников УМВД России по Ульяновской области, выразившиеся в изъятии у ФИО1 принадлежащего ему оружия: огнестрельного оружия ограниченного поражения марки «<данные изъяты>», калибром <данные изъяты> номер №; охотничьего огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия марки «<данные изъяты>», калибром <данные изъяты>, номер №; охотничьего огнестрельного длинноствольного оружия с нарезным стволом марки «<данные изъяты>», калибром <данные изъяты>, №;

- признать незаконным действия сотрудников УМВД России по Ульяновской области, выразившиеся в незаконной утилизации принадлежащего ФИО1 охотничьего огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия марки «<данные изъяты>», калибром <данные изъяты>, номер №;

- обязать УМВД России по Ульяновской области восстановить нарушенные права ФИО1, путем возврата ему изъятого оружия и продления соответствующих разрешений;

- признать незаконным действия сотрудников Управления Росгвардии по Ульяновской области, выразившиеся в отказе удовлетворения заявления ФИО1 от 14 октября 2024 года о возврате принадлежащего ему оружия;

- признать незаконным действия сотрудников Управления Росгвардии по Ульяновской области, выразившиеся в отказе удовлетворения заявления ФИО1 от 14 октября 2024 года о продлении разрешений на право ношения и хранения принадлежащего ему оружия;

- обязать Управление Росгвардии по Ульяновской области устранить нарушение прав, свобод и законных интересов ФИО1

- выделить материалы из административного дела №2а-65/2025 по факту противоправного завладения неустановленными лицами принадлежащего административному истцу и незаконно изъятого у него оружия и направить их по подследственности, определенной статьёй 151 Уголовного кодекса Российской Федерации, для принятия процессуального решения в порядке статьи 146 Уголовного кодекса Российской Федерации;

- взыскать с административных ответчиков в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями, в размере 100 000 рублей 00 копеек;

- взыскать в солидарном порядке с административных ответчиков в пользу ФИО1 оплаченную при подаче искового заявления государственную пошлину в размере 3 000 рублей 00 копеек;

ФИО1 в судебном заседании уточнённые исковые требования полностью поддержал и просил суд иск удовлетворить. Поддержал доводы, изложенные в исковом заявлении и письменных пояснениях. Просил учесть, что в ходе рассмотрения дела было установлено, что законных оснований для изъятия у него оружия, не имелось. После незаконного изъятия, одна единица оружия была незаконно утилизирована. При этом полагает, что ему незаконно было отказано удовлетворении его заявления о продлении разрешений на ношении и хранение оружия и его возвращении, с указанием на необходимость обращаться с таким заявлением по месту постоянной регистрации.

Представитель УМВД России по Ульяновской области и МВД России - ФИО7 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований, считая их необоснованными. Поддержал доводы, изложенные в письменных возражениях. Также указал, что, несмотря на то, что напрямую законодательством не предусмотрено «Об оружии» это не предусмотрено, для изъятия у административного ответчика принадлежащего ему оружия имелись, поскольку в связи с совершением ФИО1 тяжкого преступления предусмотренным статьёй <данные изъяты> Уголовного кодекса Российской Федерации, он представлял опасность для общества и здоровья граждан. Поэтому и было принято такое решение. Также просил учесть, что сотрудники внутренних дел не наделены полномочиями по решению вопроса по уничтожению оружия. Обязанности по организации работы по определению судьбы находящихся на временном хранении в подразделениях орган внутренних дел предметов вооружения должны выполняться подразделениями Росгвардии. Также указал на пропуск ФИО1 предусмотренного законом срока для обращения в суд с настоящим исковым заявлением, поскольку об изъятии оружия ФИО1 стало известно 07 февраля 2019 года и у него не имелось препятствий реализовать своей право на судебную защиту в предусмотренный законом срок. Уважительности причин пропуска по обращению с иском в суд не представлено. Также просил учесть, что в настоящее время оснований для возврата ФИО1 изъятого у него оружия не имеется, ввиду привлечения ФИО1 к уголовной ответственности за совершение тяжкого преступления (абзац 5 пункт 1 части 1 статьи 27 федерального закона «Об оружии»). Также полагает, что правых оснований для взыскания компенсации морального вреда не имеется. В материалах дела отсутствуют доказательства того, что в результате изъятия оружия ФИО1 причинены физические или нравственные страдания, личные, неимущественные права, либо нематериальные блага административного истца не нарушены.

Представитель Росгвардии и Управления Росгвардии по Ульяновской области - ФИО8 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований, считая их необоснованными. Поддержал доводы, изложенные в письменных возражениях. Просил суд учесть, что административный истец состоит на учете в подразделении ЛРР Московской области управлении Росгвардии. Учетное дело в подразделениях ЛРР Управления Росгвардии по УО отсутствует. Административный истец обращался как по личному приему, так в письменном виде в адрес Управления Росгвардии по Ульяновской области, где ему были даны разъяснения, о необходимости обращается с указанными заявлениями по месту постоянной регистрации. Также указал, что принадлежащее административному истцу оружие было уничтожено по вине должностных лиц МВД.

Представитель ФКУ «ЦХиСО УМВД России по Ульяновской области - ФИО9 в судебном заседании поддержала позицию представителя МВД России, УМВД России по Ульяновской области.

Иные лица в судебное заседание не явились, о времени и месте его проведения были своевременно и надлежащим образом уведомлены, о причинах неявки суду ничего не сообщили.

В силу части 6 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд, не признавая явку сторон обязательной, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие сторон.

Выслушав явившиеся стороны, исследовав и оценив в совокупности в соответствии со статьей 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации представленные сторонами доказательства, приходит к выводу, что требования ФИО1 подлежат частичному удовлетворению, по следующим основаниям.

Конституция Российской Федерации каждому гарантирует судебную защиту его прав и свобод, а также право обжалования в суд решения и действия (или бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц (части 1 и 2 статьи 46).

Согласно части 2 статьи 1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суды в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом, рассматривают и разрешают подведомственные им административные дела о защите нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, прав и законных интересов организаций, возникающие из административных и иных публичных правоотношений.

В соответствии со статьей 4 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации каждому заинтересованному лицу гарантируется право на обращение в суд за защитой нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов, в том числе в случае, если, по мнению этого лица, созданы препятствия к осуществлению его прав, свобод и реализации законных интересов либо на него незаконно возложена какая-либо обязанность, а также право на обращение в суд в защиту прав других лиц или в защиту публичных интересов в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и другими федеральными законами.

Право обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, в том числе органа местного самоуправления, если лицо полагает, что нарушены его права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению прав, свобод и реализации законных интересов, установлено частью 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Согласно части 9 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет:

1) нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление;

2) соблюдены ли сроки обращения в суд;

3) соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих:

а) полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия);

б) порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен;

в) основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами;

4) соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

В соответствии с частью 9 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд, помимо прочего, выясняет, соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами, а также соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

В силу пункта 1 части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд удовлетворяет заявленные требования о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными полностью или в части, если признает их не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца, и возлагает на административного ответчика устранить нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца или препятствия к их осуществлению либо препятствия к осуществлению прав, свобод и реализации законных интересов лиц, в интересах которых было подано соответствующее административное исковое заявление.

Таким образом, законодатель предусмотрел, что удовлетворение требований, рассматриваемых в порядке главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, возможно лишь при наличии одновременно двух обстоятельств: незаконности действий (бездействия) уполномоченного органа (незаконности принятого им решения) и реального нарушения при этом прав заявителя.

Правоотношения, возникающие при обороте гражданского, служебного, а также боевого ручного стрелкового и холодного оружия на территории Российской Федерации регулируются Федерального закона от 13 декабря 1996 года N 150-ФЗ «Об оружии» (далее по тексту решения Федеральный закон «Об оружии»).

Указанный федеральный закон направлен на защиту жизни и здоровья граждан, собственности, обеспечение общественной безопасности, охрану природы и природных ресурсов, обеспечение развития связанных с использованием спортивного оружия видов спорта, укрепление международного сотрудничества в борьбе с преступностью и незаконным распространением оружия.

В соответствии с пунктом 8 статьи 10 Федерального закона «Об оружии», граждане Российской Федерации имеют право на приобретение оружия на территории Российской Федерации.

Согласно статье 13 Федерального закона «Об оружии» право на приобретение гражданского огнестрельного оружия ограниченного поражения имеют граждане Российской Федерации, достигшие возраста 21 года, граждане Российской Федерации, не достигшие возраста 21 года, прошедшие либо проходящие военную службу, а также граждане, проходящие службу в государственных военизированных организациях и имеющие воинские звания либо специальные звания или классные чины юстиции. Право на приобретение газового оружия, огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия самообороны, спортивного оружия, охотничьего оружия, сигнального оружия, холодного клинкового оружия, предназначенного для ношения с национальными костюмами народов Российской Федерации или казачьей формой, имеют граждане Российской Федерации, достигшие возраста 18 лет.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 является владельцем огнестрельного оружия ограниченного поражения марки «<данные изъяты>», калибром <данные изъяты>, номер № (разрешение серии <данные изъяты> № выдано ОЛРР по городскому округу Балашиха Главного управления Росгвардии по Московской области 22 августа 2017 года, сроком действия до 22 августа 2022 года), охотничьего огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия марки «<данные изъяты>», калибром <данные изъяты>, номер № (разрешение серии <данные изъяты> № выдано <данные изъяты> 27 ноября 2015 года, сроком действия до 22 августа 2020 года), а также охотничьего огнестрельного длинноствольного оружия с нарезным стволом марки «<данные изъяты>», калибром <данные изъяты>, № (разрешение серии <данные изъяты> № выдано <данные изъяты>, 06 декабря 2020 года, сроком действия до 06 декабря 2020 года) (т.1 л.д.16-17, 173).

В судебном заседании установлено, что 07 февраля 2019 года в ОМВД по Засвияжскому району города Ульяновска поступило заявление заместителя начальника отдела судебных приставов № по <данные изъяты> УФССП России по Ульяновской области о принятии мер к лишению ФИО1 права на хранение, приобретение и ношение всех видов лицензированного оружия и изъять в ФИО1 имеющееся оружие, во избежание противоправных действий со стороны ФИО1 (т.1 л.д.96-97).

Указанное заявление было зарегистрировано в книге учета сообщений о преступлениях под номером 5042 и на основании резолюции начальника ОМВД по Засвияжскому району города Ульяновска начала проверка в порядке статей 144, 145 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (т.1 л.д.94-95).

07 февраля 2019 года по месту жительства ФИО1 по адресу: <адрес>, сотрудниками ОМВД по Засвияжскому району города Ульяновска было проведено обследование условий хранения оружия и патронов, о чем был составлен соответствующий акт (т.1 л.д.106,107)

Из указанного акта следует, что на момент проверки в пользовании ФИО1 находилось три единицы оружия, на которое представлены соответствующие разрешения. Указано, что представленное гражданское оружие соответствует указанному в разрешениях на его хранение и ношение. По результатам проверки нарушений требований к обороту оружия, боеприпасов, патронов к оружию, выявлено не было.

Вместе с тем, указанное оружие было у ФИО1 изъято, что подтверждается актом об изъятии от 07 февраля 2019 года (т.1 л.д.102).

При этом, ни в акте обследование условий хранения оружия и патронов, ни в акте об изъятии оружия не указаны основания, послужившие изъятию оружия.

Постановлением УП ОУУП и ПДН ОМВД России по Засвияжскому району города Ульяновска УМВД России по городу Ульяновску ФИО6 от 06 марта 2019 года, на основании пункта 1 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, было отказано в возбуждении уголовного дела по заявлению заместителя начальника отдела судебных приставов №2 по Засвияжскому району города Ульяновска УФССП России по Ульяновской области от 07 февраля 2019 года (т.1 л.д.111).

В судебном заседании представитель МВД России и УМВД России по Ульяновской области указал, что оружие у ФИО1 было изъято в целях предотвращения возможности его применения, поскольку при рассмотрении в Засвияжском районном суде города Ульяновска уголовного дела в отношении ФИО1, он приводил пример, который произошел в каком-то городе, когда недовольный правосудием гражданин взял в руки оружие, и расстрелял судью и еще каких-то представителей власти. Решение об изъятии оружия было принято участковым на свое усмотрение, поскольку он опасался, что если бы произошло преступление, то тогда виноват был бы он, что не изъял оружие.

Согласно 27 Федерального закона «Об оружии» в редакции, действовавшей на момент изъятия у ФИО1 оружия (07 февраля 2019 года), основаниями для изъятия оружия и патронов к нему являлись:

- грубое нарушение юридическими лицами лицензионных требований и условий производства, продажи, хранения или учета оружия и патронов к нему, а также незаконные изготовление, приобретение, продажа, передача, хранение или перевозка огнестрельного оружия до принятия окончательного решения в порядке, установленном законодательством Российской Федерации;

- ношение оружия гражданами, находящимися в состоянии опьянения, нарушение гражданами правил хранения, изготовления, продажи, передачи или использования оружия и патронов к нему, а также пересылки оружия до принятия окончательного решения в порядке, установленном законодательством Российской Федерации;

- аннулирование в установленном порядке указанных в настоящем Федеральном законе лицензии и (или) разрешения;

- смерти собственника гражданского оружия или смерти гражданина, имевшего на законном основании боевое или служебное оружие;

- ликвидации юридического лица, являющегося собственником оружия;

- в случае пресечения нарушений законодательства Российской Федерации об охране окружающей среды;

- в случаях, предусмотренных таможенным законодательством Таможенного союза в рамках ЕврАзЭС и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле

- в других случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации

Вместе с тем, в судебном заседании установлено, что на момент изъятия у ФИО1 оружия, у должностного лица ОМВД России по Засвияжскому району города Ульяновска отсутствовали предусмотренные статьёй 27 Федерального закона «Об оружии» основания для производства указанных действий. Доказательств обратного суду не представлено.

Кроме того, Приказом МВД России от 29 июня 2012 года N 646 (утратил силу с 05 июля 2020 года) был утвержден Административный регламент исполнения Министерством внутренних дел Российской Федерации государственной функции по контролю за оборотом гражданского, служебного и наградного оружия, боеприпасов, патронов к оружию, сохранностью и техническим состоянием боевого ручного стрелкового и служебного оружия, находящегося во временном пользовании у граждан и организаций, а также за соблюдением гражданами и организациями законодательства Российской Федерации в области оборота оружия.

Согласно пункта 143-144 указанного Административного регламента, основания для начала процедуры изъятия оружия и патронов предусмотрены статьей 27 Закона «Об оружии». Об изъятии оружия, боеприпасов и патронов к оружию составляется протокол изъятия оружия, боеприпасов и патронов к оружию (приложение N 19 к Административному регламенту), в котором соответствующая графа – основание изъятия, в которой указывается состав нарушения оборота оружия.

Однако в ходе рассмотрения дела установлено, что при изъятии у ФИО1 принадлежащего ему оружия, протокол изъятия оружия, боеприпасов и патронов к оружию должностным лицом ОМВД России по Засвияжскому району города Ульяновска не составлялся. При этом, как уже было отмечено ранее, ни в акте обследование условий хранения оружия и патронов, ни в акте об изъятии оружия, основания, послужившие изъятию оружия, не указаны.

Таким образом, суд приходит к выводу, что об обоснованности исковых требований ФИО1 о признании незаконными действия УМВД России по Ульяновской области, выразившиеся в изъятии 07 февраля 2019 гола у ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, огнестрельного оружия ограниченного поражения марки «<данные изъяты>», калибром <данные изъяты> номер №, охотничьего огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия марки «<данные изъяты>», калибром <данные изъяты> номер №, охотничьего огнестрельного длинноствольного оружия с нарезным стволом марки «<данные изъяты>», калибром <данные изъяты>, №.

Вместе с тем, требования ФИО1 о восстановлении его прав путем возложения на УМВД России по Ульяновской области обязанности продлить соответствующие разрешение к ним, удовлетворению не подлежат, поскольку вопросы выдачи и продления разрешений на хранение и ношение оружия относится к компетенции федерального органа исполнительной власти, уполномоченного в сфере оборота оружия. На территории Ульяновской области указанные полномочия осуществляет Управление Росгвардии по Ульяновской области.

Требования о возложении на УМВД России по Ульяновской области обязанности возвратить ему изъятое огнестрельное оружие, также удовлетворению не подлежат, поскольку в настоящее время у административного истца отсутствует право на хранение и ношение указанного огнестрельного оружия.

Рассматривая административные исковые требования ФИО1 к Управлению Росгвардии по Ульяновской области суд приходит к следующему.

Согласно сведениям из Книги учета изъятого, добровольно сданного, найденного огнестрельного (холодного) оружия и боеприпасов поступивших в <данные изъяты>, изъятое у ФИО1 огнестрельное оружие (три единицы) 12 апреля 2019 года было передано на временное хранение на объединенный склад вооружения и материально-технического имущества ФКУ «ЦХ и СО УМВД России по Ульяновской области» (т.1 л.д.113-119).

25 сентября из Управления Росгвардии по Ульяновской области в адрес начальника ОМВД России по Засвияжскому району города Ульяновска поступило письмо о необходимости подготовить к утилизации, находящему на хранении на ФКУ «ЦХ и СО УМВД России по Ульяновской области» оружия, в том числе, принадлежащего административному истцу охотничьего огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия марки «<данные изъяты>», калибром <данные изъяты>, номер № (т.1 л.д.222).

В последующем принадлежащее административному истцу охотничьего огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия марки «<данные изъяты>», калибром <данные изъяты> номер № было передано со склада ФКУ «ЦХ и СО УМВД России по Ульяновской области» техническую часть по службе артиллерийского вооружения войсковой части №, где 25 апреля 2024 года было уничтожено (т.1 л.д.225-228).

Изъятое у истца огнестрельное оружие ограниченного поражения марки «<данные изъяты>», калибром <данные изъяты>, номер № и охотничье огнестрельное длинноствольное оружие с нарезным стволом марки «<данные изъяты>», калибром <данные изъяты>, № 07 ноября 2024 года было передано со склада ФКУ «ЦХ и СО УМВД России по Ульяновской области» на склад артиллерийского вооружения и боеприпасов группы технического обеспечения Управления Росгвардии по Ульяновской области, где находится до настоящего времени (т.1 л.д.180, 229).

Таким образом, суд приходит к выводу, что именно Управление Росгвардии по Ульяновской области сформировало перечень подлежащего утилизации огнестрельного оружия, в который вместе с письмом № от 21 сентября 2023 года был направлен в ОМВД России по Засвияжскому району города Ульяновска, в который ошибочно было включено принадлежащее административному истцу охотничье огнестрельное гладкоствольное длинноствольное оружие марки «<данные изъяты>», калибром <данные изъяты> номер №, и в последующем ошибочно уничтожено.

Доводы представителя Управление Росгвардии по Ульяновской области о том, что перечень подлежащего утилизации огнестрельного оружия был сформирован УМВД России по Ульяновской области либо ОМВД России по Засвияжскому району города Ульяновска в ходе рассмотрения дела своего подтверждения не нашли.

Таким образом, суд находит обоснованными и подлежащими удовлетворению исковые требования ФИО1 о признании незаконными действия Управление Росгвардии по Ульяновской области, выразившихся в передаче на утилизацию принадлежащего ему на праве собственности охотничьего огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия марки «<данные изъяты>», калибром <данные изъяты>, номер №.

Как следует из материалов дела, 14 октября 2024 года ФИО1 обратился в Управление Росгвардии по Ульяновской области с заявлением, в котором просил возвратить принадлежащее ему оружие и восстановить ему лицензию на право хранения и ношения по месту его временного пребывания (т.1 л.д.20, 179).

12 ноября 2024 года ответом Врио начальника Управления Росгвардии по Ульяновской области №, ФИО1 было указано, что Управление Росгвардии по Ульяновской области не может выдать ему разрешение на хранение и ношение на принадлежащее ему оружие, а также возвратить ему оружие, поскольку в ходе проверки сведений о регистрации ФИО1 на территории Ульяновской области получено не было. При этом административному истцу было разъяснено право обратиться в ОЛЛР по городскому округу Балашиха Главного управления Росгвардии по Московской области, то есть по месту своей регистрации.

Сроки и последовательность административных процедур (действий) должностных лиц Росгвардии и ее территориальных органов по предоставлению государственной услуги по выдаче гражданину Российской Федерации разрешения на хранение и ношение охотничьего огнестрельного длинноствольного оружия, спортивного огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия, охотничьего пневматического оружия или огнестрельного оружия ограниченного поражения и патронов к нему определены Административным регламентом Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по предоставлению государственной услуги по выдаче гражданину Российской Федерации разрешения на хранение и ношение охотничьего огнестрельного длинноствольного оружия, спортивного огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия, охотничьего пневматического оружия или огнестрельного оружия ограниченного поражения и патронов к нему, утвержденным приказом Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации от 26 июня 2018 года N 221.

Административным регламентом предусмотрено, что государственная услуга по выдаче гражданину Российской Федерации разрешения на хранение и ношение охотничьего огнестрельного длинноствольного оружия, спортивного огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия, охотничьего пневматического оружия или огнестрельного оружия ограниченного поражения и патронов к нему предоставляется Росгвардией и ее территориальными органами (пункты 4, 5).

Результатом предоставления государственной услуги является: выдача/отказ в выдаче разрешения; переоформление/отказ в переоформлении разрешения; продление срока действия/отказ в продлении срока действия разрешения (пункт 6).

Из материалов административного дела следует, что ФИО1 с 12 июля 2005 года зарегистрирован по адресу: <адрес> (т.1 л.д.132)

Кроме того, на срок с 24 мая 2021 года по 20 мая 2031 года ФИО1 зарегистрирован по адресу: <адрес> (т.1 л.д.133).

В судебном заседании установлено и сторонами не оспаривалось, что жилое помещение по адресу: <адрес> принадлежит ФИО1 на праве собственности.

Отказывая в рассмотрении заявления ФИО1 по существу, должностным лицом Управления Росгвардии по Ульяновской области сделан вывод о необходимости обращения по указанным в заявлении вопросам в ОЛЛР по городскому округу Балашиха Главного управления Росгвардии по Московской области по месту жительства, а не по месту пребывания в городе Ульяновске.

Вместе с тем в силу статьи 20 Гражданского кодекса Российской Федерации местом жительства признается место, где гражданин постоянно или преимущественно проживает.

Нормы Федерального закона «Об оружии» не устанавливают определения понятия «место жительства». Вместе с тем из статьи 2 Закона Российской Федерации от 25 июня 1993 года N 5242-I «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации», направленного на конкретизацию установленного статьей 27 (часть 1) Конституции Российской Федерации права граждан на свободу перемещения и выбора места пребывания и жительства, следует, что под «местом пребывания» и «местом жительства» подразумевается определенное юридическое состояние, возникающее при регистрационном учете граждан Российской Федерации по месту пребывания и месту жительства. При этом «место жительства» может означать как «постоянное проживание», так и «преимущественное проживание» и, согласно названному Закону Российской Федерации, не всегда совпадает с фактическим проживанием гражданина в жилых помещениях, определяемых как постоянное или преимущественное место жительства (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 24 ноября 1995 года N 14-П).

Согласно части 1 статьи 1 Закона Российской Федерации от 25 июня 1993 года N 5242-I «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации» в соответствии с Конституцией Российской Федерации и международными актами о правах человека каждый гражданин Российской Федерации имеет право на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации.

Ограничение права граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации допускается только на основании закона (часть 2 статьи 1 Закона Российской Федерации от 25 июня 1993 года N 5242-I).

В соответствии с частью 2 статьи 3 Закона Российской Федерации от 25 июня 1993 года N 5242-I граждане Российской Федерации обязаны регистрироваться по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации. Регистрация или отсутствие таковой не может служить основанием ограничения или условием реализации прав и свобод граждан, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, федеральными законами, конституциями (уставами) и законами субъектов Российской Федерации.

Абзацем вторым статьи 2 Закона Российской Федерации от 25 июня 1993 года N 5242-I определено, что регистрационный учет граждан Российской Федерации по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации - государственная деятельность по фиксации и обобщению предусмотренных данным законом сведений о регистрации граждан Российской Федерации по месту пребывания, регистрации граждан Российской Федерации по месту жительства, снятии граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и снятии граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту жительства в пределах Российской Федерации.

Регистрация гражданина Российской Федерации по месту пребывания - постановка гражданина Российской Федерации на регистрационный учет по месту пребывания, то есть фиксация в установленном порядке органом регистрационного учета сведений о месте пребывания гражданина Российской Федерации и о его нахождении в данном месте пребывания (абзац третий статьи 2 Закона Российской Федерации от 25 июня 1993 года N 5242-I).

Регистрация гражданина Российской Федерации по месту жительства - постановка гражданина Российской Федерации на регистрационный учет по месту жительства, то есть фиксация в установленном порядке органом регистрационного учета сведений о месте жительства гражданина Российской Федерации и о его нахождении в данном месте жительства (абзац четвертый статьи 2 Закона Российской Федерации от 25 июня 1993 года N 5242-I).

Абзацем восьмым статьи 2 Закона Российской Федерации от 25 июня 1993 года N 5242-1 определено, что местом жительства является жилой дом, квартира, комната, жилое помещение специализированного жилищного фонда либо иное жилое помещение, в которых гражданин постоянно или преимущественно проживает в качестве собственника, по договору найма (поднайма), договору найма специализированного жилого помещения либо на иных основаниях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, и в которых он зарегистрирован по месту жительства.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 02 февраля 1998 года N 4-П указал на то, что сам по себе факт регистрации или отсутствие таковой не порождает для гражданина каких-либо прав и обязанностей и, согласно части 2 статьи 3 Закона Российской Федерации «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места жительства в пределах Российской Федерации», не может служить основанием ограничения или условием реализации прав и свобод граждан, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, федеральными законами и законодательными актами субъектов Российской Федерации.

Из содержания статьи 20 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 2 и 3 Закона Российской Федерации от 25 июня 1993 года N 5242-I «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и места жительства в пределах Российской Федерации» следует, что регистрация не совпадает с понятием «место жительства» и сама по себе не может служить условием реализации прав и свобод граждан, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, законами Российской Федерации, конституциями и законами республик в составе Российской Федерации (пункт 12 раздела IV Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, N 4 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20 декабря 2016 года).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, регистрация граждан по месту пребывания и по месту жительства является предусмотренным федеральным законом способом их учета в пределах территории Российской Федерации, носящим уведомительный характер и отражающим факт нахождения гражданина по месту пребывания или жительства (постановления от 24 ноября 1995 года N 14-П, от 4 апреля 1996 года N 9-П, от 15 января 1998 года N 2-П, от 2 февраля 1998 года N 4-П, от 2 июня 2011 года N 11-П и от 30 июня 2011 года N 13-П; определения от 13 июля 2000 года N 185-О, от 6 октября 2008 года N 619-О-П, от 13 октября 2009 года N 1309-О-О и др.).

Согласно части второй статьи 3 Закона Российской Федерации "О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации" регистрация гражданина по месту жительства и по месту пребывания в пределах Российской Федерации является его обязанностью, установленной федеральным законом; производится в соответствии с Правилами регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации (утверждены постановлением Правительства Российской Федерации от 17 июля 1995 года N 713) на основании его волеизъявления и представляемых им документов, подтверждающих временный или постоянный характер пользования жилым помещением, с которым он связывает реализацию своего права на свободу выбора места пребывания и жительства.

Из содержания оспариваемого письма усматривается, что мотивами отказа в рассмотрении поданного административным истцом заявления послужило именно наличие у ФИО1 регистрации по месту жительства в городе Реутове Московской области, регистрации в городе Ульяновске по месту пребывания.

Оспаривая такой отказ ФИО1 утверждает, что местом его проживания он избрал принадлежащий ему жилой дом в городе Ульяновске, чем обусловлена регистрация по месту пребывания на срок с 24 мая 2021 года по 20 мая 2031 года.

Исходя из положений частей 9, 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, на административного истца возложена обязанность по доказыванию нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца; на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшими оспариваемые решения либо совершившими оспариваемые действия (бездействие), - обязанность доказать соответствие содержания оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

Вместе с тем Управлением Росгвардии по Ульяновской области в соответствии с распределением бремени доказывания не представлено достоверных и допустимых доказательств тому, что ФИО1 не проживает постоянно или преимущественно по адресу регистрации по месту пребывания.

Таким образом, сам лишь факт отсутствия у административного истца постоянной регистрации по избранному им месту жительства, не мог быть основанием для возврата документов без рассмотрения.

Суд приходит к выводу о том, что в нарушение требований статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, Управлением Росгвардии по Ульяновской области не представлено доказательств законности, вынесенного решения.

Принимая во внимание установленный статьей 10 Конституции Российской Федерации принцип разделения властей, а также в целях соблюдения права соответствующих органов на самостоятельное решение вопросов в пределах предоставленных законодательством полномочий, суд полагает, что устранение допущенного Управлением Росгвардии по Ульяновской области нарушения прав и законных интересов административного истца, возможно и достаточно путем возложения на Управление Росгвардии по Ульяновской области обязанности в течение тридцати дней со дня вступления решения суда в законную силу, рассмотреть по существу заявление ФИО1 от 14 октября 2024 года о возврате принадлежащего ему оружия и восстановлении разрешительных документов на оружие.

Рассматривая требования административного истца о взыскании с ответчиков в его пользу компенсации морального вреда суд приходит к следующему.

Согласно статье 53 Конституции Российской Федерации, статье 16 Гражданского кодекса Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) государственных и муниципальных органов или их должностных лиц.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 данного кодекса (статья 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено возмещение вреда в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста независимо от вины должностных лиц.

Вместе с тем согласно пункту 2 этой же статьи за иные незаконные действия должностных лиц возмещение вреда возможно по правилам ответственности за виновные действия, закрепленным в статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу которой вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага. Так, например, судом может быть взыскана компенсация морального вреда, причиненного гражданину, в отношении которого осуществлялось административное преследование, но дело было прекращено в связи с отсутствием события или состава административного правонарушения либо ввиду недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены соответствующие постановление, решение (пункты 1, 2 части 1 статьи 24.5, пункт 4 части 2 статьи 30.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

В силу пункта 41 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации при рассмотрении дел о компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, лицу, в отношении которого дело об административном правонарушении прекращено в связи с отсутствием события (состава) административного правонарушения или ввиду недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены соответствующие постановление, решение (пункты 1 и 2 части 1 статьи 24.5, пункт 4 части 2 статьи 30.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях), применяются правила, установленные в статьях 1069, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации. Требование о компенсации морального вреда, предъявленное лицом, в отношении которого дело об административном правонарушении прекращено по указанным основаниям, может быть удовлетворено судом при наличии общих условий наступления ответственности за вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов (за исключением случаев, когда компенсация морального вреда может иметь место независимо от вины причинивших его должностных лиц).

Необходимо учитывать, что требование о компенсации морального вреда может быть удовлетворено при наличии общих условий наступления ответственности за вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) должностных лиц органа внутренних дел, однако доказательств нарушения действиями сотрудника органа внутренних дел, составившего протокол об административном правонарушении в отношении истца, ее неимущественных прав и нематериальных благ, причинения ей физических и нравственных страданий, не представлено, прекращение производства по делу об административном правонарушении в отношении истца в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности, само по себе не может являться основанием для вывода о виновности сотрудника органа внутренних дел в причинении истцу морального вреда.

Учитывая все обстоятельства по делу, суд приходит к выводу, что требования истца о взыскании компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат, поскольку не доказана совокупность условий, необходимых для взыскания компенсации морального вреда, и не установлено каких-либо нарушений личных неимущественных прав истца и посягательств на другие принадлежащие ему нематериальные блага, наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) должностных лиц и наступившими последствиями в виде нравственных страданий истца. Кроме того, само по себе признание незаконными действий (бездействий) должностных лиц и органов, не влечет за собой безусловного взыскания компенсации морального вреда.

По своей сути спор обусловлен имущественным интересом истца, связанным с изъятием у него имущества (оружия). Сам по себе факт изъятия и уничтожения принадлежащего ему оружия, а также не рассмотрение по существу заявления не свидетельствует о причинении истцу нравственных страданий в связи с нарушением его личных неимущественных прав.

Административный истец также просит суд выделить материалы из административного дела №а-65/2025 по факту противоправного завладения неустановленными лицами принадлежащего административному истцу и незаконно изъятого у него оружия и направить их по подследственности, определенной статьёй 151 Уголовного кодекса Российской Федерации, для принятия процессуального решения в порядке статьи 146 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 4 статьи 200 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, в случае, если при рассмотрении административного дела суд обнаружит в действиях лиц, участвующих в деле, иных участников судебного разбирательства, должностных лиц или иных лиц признаки преступления, суд сообщает об этом в органы дознания или предварительного следствия.

Вместе с тем, в ходе рассмотрение настоящего дела таких оснований судом не установлено.

Согласно части 1 статьи 111 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, присуждаются стороне, в пользу которой состоялось решение суда.

Общим принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу, что следует из содержания главы 10 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации и разъясняется в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года N 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела».

Главный распорядитель средств федерального бюджета (государственного внебюджетного фонда Российской Федерации), бюджета субъекта Российской Федерации (территориального государственного внебюджетного фонда), бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.

В соответствии с пунктом 90 Положения о Федеральной службе войск национальной гвардии Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 30 сентября 2016 года N 510, Росгвардия осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета, а также бюджетные полномочия главного администратора доходов федерального бюджета, администратора источников финансирования дефицита федерального бюджета.

В соответствии с подпунктом 100 пункта 11 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 21 декабря 2016 N 699 «Об утверждении Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации и Типового положения о территориальном органе Министерства внутренних дел Российской Федерации по субъекту Российской Федерации», МВД России осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета, а также бюджетные полномочия главного администратора (администратора) доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, администратора источников финансирования дефицита федерального бюджета.

Таким образом, понесенные административным истцом расходы на оплату государственной пошлины в размере 3 000 рублей 00 копеек подлежат взысканию с МВД России и Росгвардии в равных долях.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 177-180 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Административные исковые требования ФИО1 к Министерству внутренних дел Российской Федерации, Федеральной службе войск национальной гвардии Российской Федерации, Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Ульяновской области, Управлению Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Ульяновской области, начальнику Управления Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Ульяновской области, ФИО2, заместителю начальника Управления Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Ульяновской области, руководителю Управлению Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Ульяновской области ФИО3 начальнику Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Ульяновской области ФИО4 М,Ю., начальнику Отдела организации деятельности участковых уполномоченных полиции и подразделений по делам несовершеннолетних Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Ульяновской области ФИО5, старшему участковому уполномоченному полиции Отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации по Засвияжскому району города Ульяновска ФИО6 о признании действий незаконными, обязании устранить нарушения, взыскании компенсации морального вреда - удовлетворить частично.

Признать незаконными действия Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Ульяновской области, выразившиеся в изъятии 07 февраля 2019 гола у ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, огнестрельного оружия ограниченного поражения марки «<данные изъяты>», калибром <данные изъяты>, номер №, охотничьего огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия марки «<данные изъяты>», калибром <данные изъяты>, номер №, охотничьего огнестрельного длинноствольного оружия с нарезным стволом марки «<данные изъяты>», калибром <данные изъяты>, №.

Признать незаконными действия Управления Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Ульяновской области, выразившиеся в передаче на утилизацию принадлежащего на праве собственности ФИО1 охотничьего огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия марки «<данные изъяты>», калибром <данные изъяты>, номер №.

Признать незаконными действия Управления Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Ульяновской области, выразившиеся в не рассмотрении по существу заявления ФИО1 от 14 октября 2024 года о возврате принадлежащего ему оружия и восстановлении разрешительных документов на оружие (письмо Управления Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Ульяновской области от 12 ноября 2024 года №

Обязать Управление Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Ульяновской области в течение тридцати дней со дня вступления решения суда в законную силу, рассмотреть по существу заявление ФИО1 от 14 октября 2024 года о возврате принадлежащего ему оружия и восстановлении разрешительных документов на оружие.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1, уплаченную при подаче искового заявления государственную пошлину в размере 1 500 (одна тысяча пятьсот) рублей 00 копеек.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1, уплаченную при подаче искового заявления государственную пошлину в размере 1 500 (одна тысяча пятьсот) рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальных исковых требований ФИО1 - отказать.

Решение может быть обжаловано в Ульяновский областной суд через Железнодорожный районный суд города Ульяновска, в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Резовский Р.С.

Мотивированное решение суда составлено 17 февраля 2025 года.