Решение № 2-456/2019 2-456/2019~М-113/2019 М-113/2019 от 23 мая 2019 г. по делу № 2-456/2019

№ 2-456/19

№ УНД 74RS0030-01-2019-000161-07


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 мая 2019 года г. Магнитогорск

Правобережный районный суд г. Магнитогорска Челябинской области в составе:

Председательствующего: Челюк Д.Ю.,

С участием прокурора: Плотниковой Н.И.

при секретаре: Гороховой Н.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5» г. Магнитогорска о взыскании компенсации морального вреда,

У с т а н о в и л:

ФИО1 с учетом окончательных исковых требований в порядке ст. 39 ГПК РФ обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО3, ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5» г. Магнитогорска, просила взыскать с ответчиков компенсацию морального вреда по 200 000 руб. с каждого, а также судебные расходы.

В обоснование исковых требований указала, что в период времени с 06.06.2008 г. по 14.08.2008 г., в несовершеннолетнем возрасте была помещена своим отцом ФИО2 и его сожительницей ФИО4 (в настоящее время ФИО5) на стационарное лечение в ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5» г. Магнитогорска. Указанными действиями ответчиков ей причинен моральный вред, так как отец не имел намерения заботиться, воспитывать ее и содержать, в связи с чем и поместил в лечебное учреждение. ФИО5 (ранее ФИО4) О.В., без установленных законом оснований по собственноручному заявлению поместила несовершеннолетнюю в стационар, а врач-психиатр ГБУЗ ФИО6 приняла несовершеннолетнюю, без согласия законного представителя.

Судом, в порядке ст. 43 ГПК РФ, в качестве 3-его лица, не заявляющего самостоятельные исковые требования на предмет спора, привлечено Министерство здравоохранения Челябинской области.

В судебном заседании представитель истца ФИО7 (по доверенности от 28.01.2019) поддержала заявленные исковые требования.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, предоставила суду письменное заявление, просила дело рассмотреть без ее участия, исковые требования поддерживает.

Представитель ответчика ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5» г. Магнитогорска ФИО8 (по доверенности от 24.12.2018) в судебном заседании исковые требования не признала, предоставила письменные возражения на иск, в соответствии с которыми указала, что нахождение истца в стационаре требовалось в связи с тяжелым психическим расстройством и в соответствии с ФЗ РФ от 02 июля 1992 г. № 3185-1 «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании», просила применить к данным правоотношениям срок исковой давности, полагает, что фактически истец оспаривает законность действий ГБУЗ, однако месячный срок для обжалования, установленный законом истек.

Представитель ответчиков: ФИО2, ФИО3 - ФИО9 (по доверенности от 25.04.2019) исковые требования не признала, пояснила, что ФИО2 было известно о том, что его несовершеннолетняя дочь ФИО1 страдает психическим заболеванием и нуждается в лечении, в связи с чем, она в его присутствии и с его согласия была помещена в лечебное учреждение на стационарное лечение.

3-е лицо ФИО6, являющаяся врачом - психиатром ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5» г. Магнитогорска исковые требования не признала, что в 2008 г. проводила первичное освидетельствование несовершеннолетней ФИО1, которую на прием привел ее отец и мачеха. Были жалоба на снижение успеваемости ребенка, чрезмерной раздражительности, необоснованной жестокости по отношении к близким родственникам и окружающим, в связи с чем, она нуждалась в обследовании в условиях стационара.

Представитель 3-его лица Министерство здравоохранения Челябинской области при надлежащем извещении участия при рассмотрении дела не принимал.

Выслушав пояснения сторон, исследовав доказательства по делу, суд не находит правовых оснований для удовлетворения заявленных исковых требований.

В силу ст. 64 Семейного кодекса РФ защита прав и интересов детей возлагается на их родителей.

Родители являются законными представителями своих детей и выступают в защиту их прав и интересов в отношениях с любыми физическими и юридическими лицами, в том числе в судах, без специальных полномочий.

Родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами детей. Обеспечение интересов детей должно быть предметом основной заботы их родителей.

При осуществлении родительских прав родители не вправе причинять вред физическому и психическому здоровью детей, их нравственному развитию. Способы воспитания детей должны исключать пренебрежительное, жестокое, грубое, унижающее человеческое достоинство обращение, оскорбление или эксплуатацию детей.

Родители, осуществляющие родительские права в ущерб правам и интересам детей, несут ответственность в установленном законом порядке (ст. 65 СК РФ).

В соответствии со ст. 23 Закона «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» (вред. от 22.08.2004) психиатрическое освидетельствование проводится для определения: страдает ли обследуемый психическим расстройством, нуждается ли он в психиатрической помощи, а также для решения вопроса о виде такой помощи.

Психиатрическое освидетельствование, а также профилактические осмотры проводятся по просьбе или с согласия обследуемого; в отношении несовершеннолетнего в возрасте до 15 лет - по просьбе или с согласия его родителей либо иного законного представителя; в отношении лица, признанного в установленном законом порядке недееспособным, - по просьбе или с согласия его законного представителя. В случае возражения одного из родителей либо при отсутствии родителей или иного законного представителя освидетельствование несовершеннолетнего проводится по решению органа опеки и попечительства, которое может быть обжаловано в суд.

Врач, проводящий психиатрическое освидетельствование, обязан представиться обследуемому и его законному представителю как психиатр, за исключением случаев, предусмотренных пунктом "а" части четвертой настоящей статьи.

Психиатрическое освидетельствование лица может быть проведено без его согласия или без согласия его законного представителя в случаях, когда по имеющимся данным обследуемый совершает действия, дающие основания предполагать наличие у него тяжелого психического расстройства, которое обусловливает:

- его непосредственную опасность для себя или окружающих.

Судом установлено, что ФИО1 состоит на учете в Психоневрологическом диспансере с диагнозом: Органическое расстройство личности с поведенческими нарушениями» (л.д. 41).

Впервые на стационарное лечение в ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5 г. Магнитогорска» ФИО1, <данные изъяты> года рождения поступила 06 июня 2008 года.

Согласно медицинской карте амбулаторного больного, 05.06.2008 г. впервые проведено медицинское освидетельствование несовершеннолетней ФИО1, <данные изъяты> года рождения в присутствии законного представителя отца ФИО2 Из произведенной врачом - психиатром ФИО6 записи от 05.06.2008 г. следует, что со слов отца двоюродный дядя девочки страдает психическим заболеванием.

Из пояснений 3-его лица врача ФИО6, а также самой ФИО1 в судебных заседаниях следует, что первый раз на прием к врачу ее привел отец. Как установлено из пояснений сторон именно в присутствии законного представителя (отца) в отношении ребенка проведено освидетельствование, и выдано направление в стационар.

Из медицинской карты амбулаторного больного ФИО1 следует, что наследственность отягощена по линии отца. Конфликтна, школьную программу усваивает с трудом, убила собачку дома, за то, что она погрызла очки и вину переложила на бабушку, била бабушку лопатой, забирает игрушки у детей, испытывает неприязнь к отцу, слышит голоса детей, которые зовут ее на улицу, во дворе душила детей…

Из медицинской карты стационарного больного ФИО1, в которой имеется письменное согласие ФИО4, следует, что с ее письменного согласия от 06.06.2008 г. ФИО1 помещена в медицинское учреждение на стационарное лечение.

Однако, как следует из пояснений представителя ответчика З-вых, законный представитель (отец ФИО2) также присутствовал при помещении ребенка в стационар и выражал свое согласие.

Впоследствии, ФИО1 неоднократно помещалась на стационарное лечение в ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5» г. Магнитогорска и состоит на учете по настоящее время.

Решением Правобережного районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 28 февраля 2011 года ФИО2 лишен родительских прав в отношении дочери ФИО1, <данные изъяты> года рождения.

Обосновывая исковые требования истец ФИО1 указала, что ей причинены физические и нравственные страдания тем, что отец ФИО2 не имел намерения заботиться, воспитывать ее и содержать, в связи с чем и поместил в лечебное учреждение. ФИО5 (ранее ФИО4) О.В., без установленных законом оснований по собственноручному заявлению поместила несовершеннолетнюю в стационар, а врач-психиатр ГБУЗ ФИО6 приняла несовершеннолетнюю, без согласия законного представителя.

Кроме того, в обоснование своих доводов представлены ответы из прокуратуры Челябинской области от 14.09.2011 г., Уполномоченного по правам человека в Челябинской области от 31.05.2011, в соответствии с которыми врачу - психиатру Центра психического здоровья детей и подростков ФИО6 вынесено административное взыскание, в связи с тем, что законная супруга отца ФИО2 - ФИО4 не имела юридических прав представлять интересы ребенка.

Согласно статье 151 ГК Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Подлежащие применению нормы материального права, устанавливающие основания для компенсации морального вреда, определяются судом исходя из того, нарушением какого права гражданина (имущественного либо неимущественного) причинен моральный вред.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда от 20.12.1994 г. "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" суду необходимо выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме или иной материальной форме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя.

Анализ содержания поданного ФИО1 иска о компенсации морального вреда не позволяет установить действительное умаление указанных в законе нематериальных благ или личных неимущественных прав, неотъемлемо принадлежащих истцу, действиями ответчиков.

В период времени 06.06.2008 г. и 14.08.2008 г. ответчик ФИО2 являлся законным представителем ФИО1, учитывая, что были выявлены нарушения психики у несовершеннолетней, с целью поддержания надлежащего состояния здоровья обратился в лечебное учреждение.

Доводы истца о том, что длительный период времени отец ее не забирал из медицинского учреждения не могут являться основанием для взыскания компенсации морального вреда, так как, в том числе указанные обстоятельства явились основанием для лишения его родительских прав в отношении ФИО1

То обстоятельство, что несовершеннолетняя ФИО1 была помещена на стационарное лечение в ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5 г. Магнитогорска в период 06.06.2008 и 14.08.2008 только лишь с письменного согласия ФИО4 (в настоящее время ФИО5), не являющейся законным представителем несовершеннолетней, не может служить достаточным основанием для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда. Так, в судебном заседании было установлено, что действительно, письменное согласие было отобрано у ФИО4 (ФИО5), называющей себя матерью ребенка, однако отец ФИО2 принимал непосредственное участие в помещении ребенка в медицинское учреждение, что следует из медицинской карты стационарного больного. Из истории болезни несовершеннолетней ФИО1 № следует, что 14.08.2008 г. при госпитализации ФИО1 в приемном покое присутствовал ФИО2 Из анамнеза следует описание семьи ФИО1, в том числе описание самого отца ФИО2

По заключению врачебной комиссии от 14.08.2008 г. подтверждено наличие нарушений состояния нервно - психического здоровья несовершеннолетней ФИО1 и обоснованность госпитализации и дальнейшего наблюдения.

Кроме того, как следует из пояснений 3-его лица врача - психиатра ФИО6, а также медицинских карт амбулаторного и стационарного больного ФИО1, несовершеннолетняя представляла угрозу для жизни и здоровья как себя самой так и окружающих, совершала агрессивные поступки, а следовательно письменного согласия законных представителей не требовалось, что согласуется с положениями Закона «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» (в ред. от 22.08.2004).

В ответ на запрос суда от 06.05.2019 г. № представленный ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5» г. Магнитогорска следует, что в отношении врача - психиатра ФИО6 отсутствуют материалы дисциплинарной проверки по незаконному помещению несовершеннолетней ФИО1 в стационар.

Таким образом, при наличии указанной совокупности установленных судом обстоятельств и исследованных доказательств, при наличии у ФИО1 тяжелого психического заболевания, впервые диагностированного 05.06.2008 г., представляющего угрозу для жизни и здоровья, как самой несовершеннолетней, так и окружающих, а также то обстоятельство, что впоследствии диагноз подтвержден врачебной комиссией, впоследствии неоднократно проходила стационарное лечение и на данный момент продолжает состоять на учете в психоневрологическом диспансере, при отсутствии вины ответчиков оснований для взыскания компенсации морального вреда в пользу истца не имеется.

В установленном законом порядке действия как медицинских работников, так и самого учреждения ни самой ФИО1, ни ее законными представителями (опекунами) не оспорены, незаконными не признаны.

Суд не находит оснований для применения к данным правоотношениям срока исковой давности, предусмотренного ч. 1 ст. 219 КАС РФ, поскольку суд рассматривает спор о взыскании компенсации морального вреда, а не оспаривание действий медицинских работников, медицинского учреждения.

Учитывая изложенное, руководствуясь ст.ст. 12, 94, 98, 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5» г. Магнитогорска о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов - отказать.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд в апелляционном порядке через Правобережный районный суд г.Магнитогорска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 27 мая 2019 года.

Председательствующий: