Решение № 2-1126/2017 2-1126/2017~М-1117/2017 М-1117/2017 от 13 ноября 2017 г. по делу № 2-1126/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 ноября 2017 года гор. Губкин

Губкинский городской суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Комаровой И.Ф.

при секретаре Соболевой К.В.

с участием представителей истца по доверенности ФИО1

ФИО2

представителя 3-го лица ГУ – УПФ РФ

в г. Старый Оскол и Старооскольском районе

Белгородской области по доверенности №1201/8399 ФИО3

в отсутствие истца ФИО4, представителя ответчика АО «Лебединский ГОК», представивших заявления о рассмотрении дела в их отсутствие,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к акционерному обществу «Лебединский горно-обогатительный комбинат» о взыскании убытков в виде неполученной пенсии и денежной компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 в период с 21.06.1989 по 20.10.2015 работал в качестве монтера пути в карьере УЖДТ АО «Лебединский ГОК».

В соответствии с подп.2 п.1 ст.30 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ «О страховых пенсиях» (ранее подп. 2 п. 1 ст. 27 Федерального закона от 17.12.2001г. № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в РФ») досрочная трудовая пенсия по старости по Списку № 2 назначена ФИО4 с 18 октября 2015 года, по достижении 55-летнего возраста.

Справкой №728 от 15.06.2016 работодатель АО «Лебединский ГОК» подтвердил факт выполнения ФИО4 в периоды с 01.08.1991 по 31.12.2003 и с 01.02.2004 по 30.04.2004 работы в качестве монтера пути в карьере, что предусмотрено Списком №1 производств, работ, профессий, должностей и показателей, дающих право на льготное пенсионное обеспечение, утвержденным Постановлением Кабинета Министров СССР от 26.01.1991 №10.

Вступившим в законную силу решением Старооскольского городского суда Белгородской области от 11 мая 2017 года удовлетворены исковые требования ФИО4 к Государственному учреждению - Управление Пенсионного фонда РФ (государственному учреждению) в г. Старый Оскол и Старооскольском районе Белгородской области о включении в стаж на соответствующих видах работ по Списку №1 спорного периода работы.

На пенсионный орган возложена обязанность включить в специальный стаж ФИО4, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости по п.1 ч.1 ст.30 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ «О страховых пенсиях» дающий право на пенсию по старости на льготных условиях, предусмотренных Списком № 1 раздела 1 «Горные работы» подразделом 3 (код 10104000-17541) периоды работы с 01.08.1991 по 31.12.2003 и с 01.02.2004 по 30.04.2004 в качестве монтера пути в карьере управления железнодорожного транспорта АО «Лебединский ГОК».

На основании приведенного решения суда ФИО4 Государственным учреждением - Управление пенсионного фонда в г.Старый Оскол и Старооскольском районе Белгородской области осуществлён перерасчет размера пенсии в сторону увеличения.

ФИО4, ссылаясь на то, что ему своевременно не была назначена досрочная страховая пенсия по вине работодателя, представившего в пенсионный орган недостоверные сведения индивидуального (персонифицированного) учёта о специальном стаже, инициировал судебное разбирательство предъявлением иска к АО «Лебединский горно-обогатительный комбинат», в котором просил взыскать с ответчика в его пользу убытки в виде неполученной пенсии за период с 18.10.2010 по 31.07.2017 в размере 607919 рублей 94 копейки, компенсацию морального вреда в сумме 500000 рублей и судебные расходы по составлению искового заявления и участию представителя в подготовке дела и в судебном заседании в сумме 12000 рублей.

В судебном заседании представители истца ФИО1 и ФИО2 поддержали заявленные требования, в обоснование которых дали подробные пояснения, и просил их удовлетворить по указанным в заявлении основаниям, ссылаясь на то, что по вине ответчика истец понёс убытки в связи с несвоевременным назначением ему пенсии по Списку №1 по достижении 50-летнего возраста - 18.10.2010.

Представитель ответчика АО «Лебединский горно-обогатительный комбинат», будучи надлежащим образом извещенным о дате, времени и месте судебного заседания, в суд не явился, представив письменное заявление (л.д.40), ссылаясь на отсутствие их вины в несвоевременном назначении истцу досрочной пенсии по старости в указанный им период.

Представитель третьего лица Государственного учреждения - Управление Пенсионного фонда РФ (государственное учреждение) в г. Старый Оскол и Старооскольском районе Белгородской области ФИО3 в судебном заседании не возражал против удовлетворения исковых требования, пояснив, что впервые за назначением досрочной пенсии ФИО4 обратился в пенсионный орган 18.10.2015 года по достижении 55-летнего возраста. В случае своевременно представления работодателем в сведениях индивидуального (персонифицированного) учета на ФИО4 кода льготы по Списку №1 производств, работ, профессий, должностей и показателей, утвержденным Постановлением Кабинета Министров СССР от 26.01.1991 №10 и своевременной выдаче справки, уточняющей льготный характер работы по Списку №1 ФИО4 имел бы право на досрочную страховую пенсию по старости в возрасте 50- лет, то есть с 18.10.2010.

Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным сторонами доказательствам, суд признает заявленные требования истца обоснованными в части и подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч.1 ст.22 Федерального закона от 28.12.2013г. №400-ФЗ «О трудовых пенсиях в РФ» страховая пенсия назначается со дня обращения за указанной пенсией, за исключением случаев, предусмотренных частями 5 и 6 настоящей статьи, но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию.

При этом днём обращения за страховой пенсией считается день приема органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, соответствующего заявления со всеми необходимыми документами, подлежащими представлению заявителем с учетом положений части 7 статьи 21 настоящего Федерального закона (часть 2 статьи 22 вышеуказанного Федерального закона).

Аналогичные условия назначения трудовой пенсии содержались в пунктах 1, 2 статьи 19 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».

В соответствии с частью 1 статьи 30 Федерального закона «О страховых пенсиях» от 28.12.2013 года №400-ФЗ страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 следующим лицам:

мужчинам по достижении возраста 50 лет и женщинам по достижении возраста 45 лет, если они проработали соответственно не менее 10 лет и 7 лет 6 месяцев на подземных работах, на работах с вредными условиями труда и в горячих цехах и имеют страховой стаж соответственно не менее 20 лет и 15 лет. В случае, если указанные лица проработали на перечисленных работах не менее половины установленного выше срока и имеют требуемую продолжительность страхового стажа, страховая пенсия им назначается с уменьшением возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, на один год за каждый полный год такой работы - мужчинам и женщинам.

Аналогичная норма содержалась в подп. 2 п.1 ст.27 Федерального закона №173-ФЗ от 17 декабря 2001 года «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».

В соответствии с п. 1, 2 ст. 13 Федерального закона №173-ФЗ от 17.12.2001 «О трудовых пенсиях в РФ» при подсчете страхового стажа периоды работы и (или) иной деятельности, которые предусмотрены статьями 10 и 11 настоящего Федерального закона, до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» подтверждаются документами, выдаваемыми в установленном порядке работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами. При подсчете страхового стажа периоды работы и (или) иной деятельности, которые предусмотрены статьями 10 и 11 настоящего Федерального закона, после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета.

Согласно ст. 9, 11 Федерального закона №27-ФЗ от 01.04.1996 г. «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» страхователь представляет в соответствующий орган Пенсионного фонда Российской Федерации сведения о работающих у него застрахованных лицах, предусмотренные подпунктами 1-8 пункта 2 статьи 6 настоящего Федерального закона. Страхователи представляют в органы Пенсионного фонда Российской Федерации по месту их регистрации сведения об уплачиваемых страховых взносах на основании данных бухгалтерского учета, а сведения о страховом стаже - на основании приказов и других документов по учету кадров. Страхователь представляет один раз в год, но не позднее 1 марта о каждом работающем у него застрахованном лице сведения, в которых указывает: страховой номер индивидуального лицевого счета; фамилию, имя и отчество; дату приема на работу (для застрахованного лица, принятого на работу данным страхователем в течение отчетного периода) или дату заключения договора гражданско-правового характера, на вознаграждение по которому в соответствии с законодательством Российской Федерации начисляются страховые взносы; дату увольнения (для застрахованного лица, уволенного данным страхователем в течение отчетного периода) или дату прекращения договора гражданско-правового характера, на вознаграждение по которому в соответствии с законодательством Российской Федерации начисляются страховые взносы; периоды деятельности, включаемые в стаж на соответствующих видах работ, определяемый особыми условиями труда, работой в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях; сумму заработка (дохода), на который начислялись страховые взносы обязательного пенсионного страхования; Сумму начисленных страховых взносов обязательного пенсионного страхования; другие сведения, необходимые для правильного назначения трудовой пенсии; суммы страховых взносов, уплаченных за застрахованное лицо, являющееся субъектом профессиональной пенсионной системы; периоды трудовой деятельности, включаемые в профессиональный стаж застрахованного лица, являющегося субъектом профессиональной пенсионной системы.

Материалами дела установлено, что с 01.08.1991 по 31.12.2003 и с 01.02.2004 по 30.03.2004 ФИО4 работал постоянно в течение полного рабочего дня в качестве монтера пути в Управлении железнодорожного транспорта ОАО «Лебединский ГОК».

Справкой №728 от 15.06.2016 работодатель АО «Лебединский ГОК» подтвердил факт выполнения ФИО4 в периоды с 01.08.1991 по 31.12.2003 и с 01.02.2004 по 30.04.2004 работы в качестве монтера пути в карьере, что предусмотрено Списком №1 производств, работ, профессий, должностей и показателей, дающих право на льготное пенсионное обеспечение, утвержденным Постановлением Кабинета Министров СССР от 26.01.1991 №10 (л.д.9).

Вступившим в законную силу решением Старооскольского городского суда Белгородской области от 11 мая 2017 года удовлетворены исковые требования ФИО4 к Государственному учреждению - Управление Пенсионного фонда РФ (государственному учреждению) в г. Старый Оскол и Старооскольском районе Белгородской области о включении в стаж на соответствующих видах работ по Списку №1 спорного периода работы с 01.08.1991 по 31.12.2003 и с 01.02.2004 по 30.04.2004 в качестве монтера пути в УФЖД АО «Лебединский ГОК».

В силу части 2 статьи 61 ГПК РФ данные обстоятельства обязательны для суда и не подлежат оспариванию при рассмотрении настоящего дела, в котором участвуют те же лица (АО «Лебединский ГОК» выступал в качестве третьего лица по вышеуказанному делу).

Перерасчет размера пенсии с учетом стажа работы ФИО4 по Списку № 1 был произведен с 31 июля 2017 года.

При наличии указанного стажа, как указал пенсионный орган, право на пенсию по Списку №1 у ФИО4 возникло бы в 50 лет, то есть с 15 октября 2010 года.

Однако за назначением пенсии с указанной даты ФИО4 не обращался, поскольку в 2007 году он получил от работодателя справку, уточняющую характер работы, в которой сообщалось о выполнении им работы в период с 21.06.1989 по 30.10.2007, предусмотренной Списком №2 (л.д.8), о чём в судебном заседании пояснили представители истца.

Из материалов пенсионного дела ФИО4, представленного суду ГУ УПФ в г. Старый Оскол и Старооскольском районе, следует, что за назначением досрочной пенсии истец обратился только 06 октября 2015.

Решением УПФ (ГУ) в г. Старый Оскол и Старооскольском районе от 03.11.2015 №359181/15 ФИО4 назначена досрочная страховая пенсия в соответствии с п.2 ч.1 ст.30 Закона №400-ФЗ бессрочно с 18.10.2015, размер пенсии составляет 11884 рубля 50 копеек.

Распоряжением УПФ (ГУ) в г. Старый Оскол и Старооскольском районе от 07.07.2017 №237112/17 ФИО4 произведен перерасчет размера пенсии (на основании его заявления и вступившего в законную силу решения Старооскольского городского суда Белгородской области от 11 мая 2017 года, которым ФИО4 включены в стаж на соответствующих видах работ по Списку №1 периоды работы с 01.08.1991 по 31.12.2003 и с 01.02.2004 по 30.04.2004). С 01.08.2017 года размер его пенсии составляет 14458 рублей 58 копеек.

Согласно расчету пенсионного органа, сумма неполученной истцом пенсии за период с 10 октября 2010 года по 31 июля 2017 года составляет 607919 рублей 94 копейки (л.д.11-13).

Исковые требования ФИО4 заявлены к работодателю в связи с несвоевременным назначением ему пенсии по льготному стажу. Суд принимает решение по заявленным истцом требованиям к определенному им ответчику.

Разрешая основание иска как несвоевременное назначение истцу пенсии по льготному основанию, судом установлено следующее.

Законом РФ «О трудовых пенсиях в РФ» и Правилами по обращению за назначением пенсии установлено, что работник лично обращается в территориальное управление за назначением пенсии.

Данное положение принято и введено в действие в связи с принятием Закона РФ «Трудовых пенсиях в РФ» от 17.12.2001 и утверждением новых Правил обращения за пенсией. Изменился субъект, который реализует право работника на пенсионное обеспечение, т.е. кто обращается за назначением пенсии. До 2002 года данным субъектом являлся работодатель, а с 2002 года - только сам гражданин лично.

В соответствии со ст. 14 Федерального закона «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» застрахованное лицо имеет право получить бесплатно один раз в год в органах Пенсионного фонда Российской Федерации по месту жительства или работы сведения, содержащиеся в его индивидуальном лицевом счете.

Со стороны ФИО4 никаких действий по оспариванию сведений о стаже, выполняемой им работе, её наименовании в период с 18.10.2010 до июня 2016 года не последовало.

Таким образом, назначение досрочной трудовой пенсии обусловлено наличием права на указанную пенсию, реализация которого зависит от волеизъявления обладателя этого права, т.е. самого гражданина путем подачи соответствующего заявления. При этом гражданин в период всей своей трудовой деятельности обязан со своей стороны, как стороны трудовых правоотношений, разумно и осмотрительно пользоваться своими правами в части фактического выполнения трудовых функций и надлежащего их оформления.

Действующее законодательство не возлагает на работодателя обязанности по оформлению работникам пенсии и предупреждению работников о возникновении у них права на пенсию.

Само по себе не обращение истца в установленном законом порядке с заявлением о назначении досрочной трудовой пенсии по старости в УПФР в г. Старый Оскол и Старооскольском районе в 2010 году (по достижении 50-летнего возраста), являлось препятствием для оценки пенсионных прав ФИО4 пенсионным органом в целях назначения досрочной трудовой пенсии по старости, и как следствие, для назначения досрочной трудовой пенсии по старости.

Так как в установленном законом порядке ФИО4 в пенсионный орган с заявлением о назначении досрочной трудовой пенсии не обращался, то отсутствует и причинно-следственная связь между недостоверным предоставлением работодателем истца сведений индивидуального (персонифицированного) учета о его специальном стаже, и назначением истцу досрочной трудовой пенсии по старости только с 18.10.2015, то есть с момента обращения истца в пенсионный орган в установленном законом порядке.

Кроме того, истец в 2010 году не только не обращался в установленном законом порядке в пенсионный орган с заявлением о назначении пенсии, но и не обращался к работодателю с просьбой произвести корректировку сведений о его специальном стаже. Также истец не обращался в суд с заявлением об оспаривании справки, уточняющей характер его работы по Списку №2, выданной работодателем ОАО «Лебединский ГОК» в 2007 году.

В данном случае ФИО4 впервые обратился с заявлением о назначении досрочной пенсии в УПФ РФ (ГУ) в г. Старый Оскол и Старооскольском районе 06.10.2015 года, ранее этого времени пенсия ему назначена быть не могла.

Судом не усматривается причинно-следственной связи между действиями ответчика работодателя по предоставлению ненадлежащих справок о стаже работы ФИО4 и невыплате ему пенсии до обращения с соответствующим заявлением в УПФ РФ (ГУ) в г. Старый Оскол и Старооскольском районе о её выплате.

Ни действующим законодательством, ни локально-правовыми актами ответчика не предусмотрена обязанность работодателя по обращению в территориальные органы Пенсионного фонда РФ для назначения пенсии работникам.

Поэтому суд считает, что пенсия по льготному основанию была назначена истцу со дня его обращения в пенсионный фонд и возникновения у него права на досрочную пенсию по Списку №2, т.е. с 18 октября 2015 года, а не со дня достижения ему возраста 50 лет - с 18 октября 2010 года не по вине ответчика (работодателя). Данное обстоятельство связно только с действиями самого ответчика в части срока обращения за назначением пенсии в территориальный орган пенсионного фонда и отсутствием настойчивости со стороны истца в достижении цели по своевременному досрочному назначению ему пенсии.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что сумма недополученной истцом пенсии должна исчисляться за период именно с 18.10.2015 по 31.07.2017, то есть с момента обращения истца за назначением досрочной страховой пенсией.

На основании пункта 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1). Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2).

Согласно правовой позиции, выраженной в Постановлении от 18 ноября 2004 г. по делу «Праведная против Российской Федерации», Европейский Суд указал, что нарушение пенсионных прав граждан может представлять собой «имущество» по смыслу статьи 1 Протокола № 1 к Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод, если оно установлено судебным решением, вступившим в законную силу и подлежащим исполнению.

Как следует из статьи 1 Протокола № 1 Конвенции, каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права.

Согласно расчету пенсионного органа, который не оспорен представителем истца в судебном заседании, сумма недополученной истцом пенсии за период с 18.10.2015 по 31.07.2017 составляет 21049 рублей 78 копеек (л.д.12-13). Данная сумма и подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

При таких обстоятельствах, суд оснований для удовлетворения исковых требований истца о возмещении убытков в виде неполученного размера пенсии за период с 18 октября 2010 года по 31 июля 2017 года, не находит.

Помимо вышеизложенного, истцом заявлены требования о взыскании компенсации морального вреда в размере 500000 рублей с работодателя, в связи с тем, что ответчиком своевременно не были предоставлены в пенсионный орган достоверные сведения индивидуального (персонифицированного) учёта о специальном стаже работы.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно п. 31 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.12.2012 № 30 «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии» поскольку нарушения пенсионных прав затрагивают имущественные права граждан, требования о компенсации морального вреда исходя из положений пункта 2 статьи 1099 ГК РФ не подлежат удовлетворению.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО4 в части взыскания компенсации морального вреда не подлежат удовлетворению.

Разрешая вопрос о возмещении понесенных истцом судебных расходов, суд исходит из следующего.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй ст.96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии со ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, в частности, относятся издержки, признанные судом необходимыми.

Часть 1 статьи 100 ГПК РФ закрепляет положение, согласно которому стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Из статьи 46 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 19 (часть 1), закрепляющей равенство всех перед законом и судом, следует, что конституционное право на судебную защиту предполагает не только право на обращение в суд, но и возможность получения реальной судебной защиты в форме эффективного восстановления нарушенных прав и свобод в соответствии с законодательно закрепленными критериями (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 11 мая 2005 года №5-П, от 20 февраля 2006 года №1-П, от 5 февраля 2007 года №2-П и др.).

В целях создания механизма эффективного восстановления нарушенных прав и с учетом принципа максимальной защиты имущественных интересов заявляющего обоснованные требования лица, правам и свободам которого причинен вред, Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации предусматривает порядок распределения между сторонами судебных расходов.

Возмещение судебных расходов на основании ч. 1 ст. 98 и ч. 1 ст. 100 ГПК РФ осуществляется только той стороне, в пользу которой вынесено решение суда, и в соответствии с тем судебным постановлением, которым спор разрешен по существу. Гражданское процессуальное законодательство при этом исходит из того, что критерием присуждения расходов на оплату услуг представителя при вынесении решения является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного истцом требования (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 19.01.2010 № 88-О-О).

В свою очередь, вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного истцом в суд требования непосредственно связан с выводом суда, содержащимся в резолютивной части его решения (ч. 5 ст. 198 ГПК РФ), о том, подлежит ли иск удовлетворению, поскольку только удовлетворение судом требования подтверждает правомерность принудительной реализации его через суд и влечет восстановление нарушенных прав и свобод, что в силу ст. ст. 19 (ч. 1) и 46 (ч. ч. 1 и 2) Конституции Российской Федерации и приводит к необходимости возмещения судебных расходов.

В Постановлении Европейского Суда от 18.10.2007 по делу «Стадухин против Российской Федерации» указано, что любое требование справедливой компенсации должно быть изложено по пунктам и представлено в письменном виде с соответствующими подтверждающими документами или квитанциями. Согласно установившейся практике Европейского Суда, заявитель имеет право на возмещение расходов и издержек, только если продемонстрировано, что указанные затраты были понесены в действительности и по необходимости и являлись разумными по количеству.

Определяя размер сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 17.07.2007 № 382-О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в ч. 1 ст. 100 ГПК РФ речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле. Вместе с тем, вынося мотивированное решение об изменении размера сумм, взыскиваемых в возмещение расходов по оплате услуг представителя, суд не вправе уменьшать его произвольно, тем более, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Из материалов дела следует, что интересы истца ФИО4 при рассмотрении настоящего дела в суде представляли ФИО1 и ФИО2, на основании доверенности *, удостоверенной нотариусом (л.д.19). Согласно сведениям, представленным в судебном заседании, ФИО1 и ФИО2 являются директорами ООО «Юридическая компания «Ваше право».

В качестве доказательств, подтверждающих факт понесенных расходов на оплату услуг представителя по данному делу, ФИО4 представил Соглашение №1 об оказании юридической помощи от 25.09.2017, заключенное между доверителем ФИО4 и исполнителем услуг ООО Юридическая компания «Ваше право», квитанцию к приходному кассовому ордеру №1 от 25.09.2017, выданную ООО «ЮК «Ваше право», согласно которой он оплатил данному обществу за составление искового заявления и представительство в суде 12000 рублей (л.д.21,60).

Проанализировав в совокупности представленные в материалы дела доказательства несения истцом судебных расходов на оплату услуг представителя, установив фактическое оказание представителем юридических услуг, суд исходит из доказанности как факта оказания представителями истцу юридической помощи в связи с рассмотрением данного дела, так и оплаты оказанных услуг.

Разрешая вопрос о распределении расходов, суд исходит из принципов гражданского процессуального законодательства, с учетом того, что ответчик вовлек истца в судебный процесс, тем самым, вынудил его защищаться, в том числе посредством обращения за квалифицированной юридической помощью.

В соответствии со ст. 10 ГК РФ не допускаются действия граждан, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В этой связи, ответчик должен нести риски, связанные с возможностью удовлетворения исковых требований и необходимостью возмещения судебных расходов с другой стороны, понесенных в связи с вовлечением его в судебный процесс.

При определении разумных пределов судебных расходов принимаются во внимание: относимость расходов к делу, объем и сложность выполненной работы, время, которое мог бы затратить на подготовку материалов квалифицированный специалист, сложившиеся в данном регионе цены на сходные услуги с учетом квалификации лиц, оказывающих услуги, имеющиеся сведения статистических органов о ценах на рынке юридических услуг; продолжительность рассмотрения дела, другие обстоятельства, свидетельствующие о разумности этих расходов.

Проанализировав представленные документы, подтверждающие факт несения расходов на оплату услуг представителя в размере 6000 рублей, оценив объем и качество оказанной юридической услуги, применив принципы разумности и справедливости, суд приходит к выводу о необходимости удовлетворения заявленных требований на заявленную сумму.

Суд полагает, что взыскание с ответчика в пользу истца расходов на оплату юридических услуг в заявленном размере 12000 рублей следует считать разумным размером, соответствующим степени сложности дела, объему защищаемого права и выполненной представителем работы, его процессуальной активности, сложности рассматриваемого дела и его продолжительности, а также другим обстоятельствам. Указанный размер расходов на оплату услуг представителя не является явно неразумным (чрезмерным). Надлежащих доказательств, свидетельствующих о явном превышении указанной суммы разумным пределам, заинтересованными лицами в судне представлено.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 333.26 Налогового кодекса РФ в случае, если истец освобожден от уплаты государственной пошлины в соответствии с Налоговым Кодексом РФ, государственная пошлина уплачивается ответчиком (если он не освобожден от уплаты государственной пошлины) пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

В связи с чем, с ответчика АО «Лебединский ГОК» в доход бюджета муниципального образования «Губкинский городской округ» на основании ст. 103 ГПК РФ и ст. 61 Бюджетного кодекса РФ подлежит взысканию государственная пошлина в размере 831 рубль 50 копеек.

Руководствуясь ст. ст. 98,100, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО4 к Акционерному обществу «Лебединский горно-обогатительный комбинат» о взыскании убытков в виде неполученной пенсии удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества «Лебединский горно-обогатительный комбинат» в пользу ФИО4 убытки, причинённые несвоевременной выплатой пенсии за период с 18.10.2015 по 31.07.2017 в размере 21049 рублей 78 копеек и судебные расходы по делу в размере 12000 рублей 39 копеек, а всего 33049 (тридцать три тысячи сорок девять) рублей 78 копеек.

Взыскать с Акционерного общества «Лебединский горно-обогатительный комбинат» в доход бюджета муниципального образования «Губкинский городской округ» государственную пошлину в размере 831 рубль 50 копеек.

В остальной части исковые требования ФИО4 к Акционерному обществу «Лебединский горно-обогатительный комбинат» оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда, путем подачи апелляционной жалобы через Губкинский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья: И.Ф. Комарова