Решение № 2-1460/2019 2-1460/2019~М-931/2019 М-931/2019 от 15 сентября 2019 г. по делу № 2-1460/2019

Дело № 2-1460/2019


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

16 сентября 2019 года город Севастополь Ленинский районный суд города Севастополя в составе:

председательствующего – судьи Котешко Л.Л.,

при секретаре судебного заседания – Панове А.А.,

помощник судьи – Егорова А.С.,

с участием представителя истца – ФИО1, действующей на основании ордера,

ответчика – ФИО2,

ответчика – ФИО3,

представителя ответчика ФИО2 – ФИО4,

представителя ответчика ФИО5 – ФИО7, действующей на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по иску ФИО8 к ФИО2, ФИО5, ФИО3, третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, – нотариус города Севастополя ФИО9, о восстановлении срока для принятия наследства,

УСТАНОВИЛ:

ФИО8 обратился в суд с иском к ответчикам, в котором просит восстановить срок для принятия наследства после смерти двоюродного брата ФИО10.

Исковые требования мотивированы тем, что 04.06.2018 умер двоюродный брат истца ФИО6 После его смерти открылось наследство, в состав которого входят квартира, расположенная по <адрес> и автомобиль. В установленный законом шестимесячный срок ФИО8 наследство не принял по причине того, что не знал о смерти своего двоюродного брата. Указанную причину считает уважительной, так как истец проживает в другом городе, умерший ФИО6 работал по найму на морских судах и постоянно находился в плавании, в связи с чем по общей договоренности истец первым не звонил. 05.02.2019 из телефонного разговора с родственницей по материнской линии умершего ФИО6 истцу стало известно о смерти двоюродного брата. В тот же день ФИО8 обратился к нотариусу с заявлением о вступлении в наследство и выдаче свидетельства о праве на наследство по закону. Так как срок, необходимый для принятия наследства после смерти ФИО6, ФИО8 пропущен, для его восстановления истец вынужден обратиться в суд.

Истец ФИО8 в судебное заседание не явился, о дне и времени слушания дела извещен надлежащим образом, уважительных причин неявки суду не сообщил. От представителя истца поступило ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие истца.

Представитель истца в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивала по основаниям, изложенным в иске. Считает, что уважительность причин пропуска срока истцом заключается в том, что истцу поздно сообщили о смерти, по общей договоренности истец наследодателю не звонил, так как тот мог находиться в море, истец звонил ему сам. Как только истцу стало известно о смерти наследодателя, он обратился к нотариусу. Пояснила суду, что о смерти двоюродного брата истец узнал 05.02.2019 случайно, когда ответчик ошибся номером и позвонил ему обсудить вопрос наследства. При разговоре, который велся по громкой связи, присутствовала невестка истца. Наследодатель проживал в Севастополе, родственники по линии отца не общаются. На соответствующий вопрос председательствующего, указала, что иных причин пропуска срока для принятия наследства, кроме как незнание о смерти наследодателя, у истца не имелось.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании против удовлетворения иска возражал. Сообщил суду, что о смерти наследодателя узнал 05 июня 2018 года утром. Истец позвонил ему и сказал, что машина его сломана, страховки нет, билеты были проданы, поэтому истец явиться на похороны не может. Позже в течение недели ответчик совершал звонки, но истец трубку не брал. На соответствующий вопрос председательствующего сообщил суду, что присутствовал при разговоре супруги с истцом, тот сообщил, что денег на дорогу у него нет и на похороны приехать не может.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании пояснил суду, что является дядей ФИО10, в момент смерти наследодателя 08 июня 2018 года прибыл в Москву из Китая. Кем приходится ФИО8 и ФИО2 не знает, никогда их не видел, о смерти наследодателя никому не сообщал, на похоронах не был. Против удовлетворения иска не возражает.

Представитель ответчика ФИО2 – ФИО4 в судебном заседании настаивал, что незнание о смерти не является уважительной причиной, поскольку стороны являются родственниками, о тяжелом состоянии наследодателя было известно. Ссылку истца на договоренность с умершим не созваниваться по причине работы наследодателя считает несостоятельной, поскольку наследодатель являлся пенсионером с 2016 года.

Представитель ответчика ФИО5 – ФИО7 пояснила суду, что является супругой ответчика, родственников мужа ни разу не видела, как выглядит истец не знает, на похороны он также не приезжал. Также сообщила, что ФИО6 умер в час ночи, истцу она позвонила сразу с городского номера телефона. Истцу звонил и ФИО2, сказал о смерти наследодателя. 05.02.2019 она включила ноутбук и телефон умершего, ответила на входящий звонок истца. С кем разговаривала не знает, сказала, чтобы с наследством не торопились, поскольку до вступления в наследство еще было время. Кроме того, сообщила суду, что по состоянию на май 2018 года умерший уже два года не ходил в море, был пенсионером и не работал.

С учетом положений ст. 167 ГПКРФ и мнения сторон, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Суд, выслушав сторон по делу, допросив свидетелей, исследовав материалы гражданского дела, исследовав и оценив в соответствии со ст. 67 ГПК РФ относимость, допустимость, достоверность каждого представленного в суд доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации для приобретения наследства наследник должен его принять.

Статья 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации определяет способы принятия наследства: путем подачи наследником нотариусу заявления о принятии наследства (о выдаче свидетельства о праве на наследство), либо осуществления наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства.

В силу статьи 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1155 Гражданского кодекса Российской Федерации по заявлению наследника, пропустившего срок, установленный для принятия наследства (статья 1154 Кодекса), суд может восстановить этот срок и признать наследника принявшим наследство, если наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил этот срок по другим уважительным причинам и при условии, что наследник, пропустивший срок, установленный для принятия наследства, обратился в суд в течение шести месяцев после того, как причины пропуска этого срока отпали.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 40 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", требования о восстановлении срока принятия наследства и признании наследника принявшим наследство могут быть удовлетворены лишь при доказанности совокупности следующих обстоятельств:

а) наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил указанный срок по другим уважительным причинам. К числу таких причин следует относить обстоятельства, связанные с личностью истца, которые позволяют признать уважительными причины пропуска срока исковой давности: тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п. (статья 205 ГК РФ), если они препятствовали принятию наследником наследства в течение всего срока, установленного для этого законом. Не являются уважительными такие обстоятельства, как кратковременное расстройство здоровья, незнание гражданско-правовых норм о сроках и порядке принятия наследства, отсутствие сведений о составе наследственного имущества и т.п.;

б) обращение в суд наследника, пропустившего срок принятия наследства, с требованием о его восстановлении последовало в течение шести месяцев после отпадения причин пропуска этого срока. Указанный шестимесячный срок, установленный для обращения в суд с данным требованием, не подлежит восстановлению, и наследник, пропустивший его, лишается права на восстановление срока принятия наследства.

Таким образом, основанием к восстановлению наследнику срока для принятия наследства является не только установление судом факта неосведомленности наследника об открытии наследства - смерти наследодателя, но и представление наследником доказательств, свидетельствующих о том, что он не знал и не должен был знать об этом событии по объективным, независящим от него обстоятельствам, а также при условии соблюдения таким наследником срока на обращение в суд с соответствующим заявлением.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ДД.ММ.ГГГГ умер ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается свидетельством о смерти серии №, выданным ДД.ММ.ГГГГ отделом ЗАГС <адрес> ЗАГС города Севастополя.

После смерти ФИО6 открылось наследство, состоящее из трехкомнатной квартиры, расположенной по <адрес>, автомобиля марки <данные изъяты>; денежных средств, хранящихся на счетах умершего в <данные изъяты>».

Истец ФИО8 приходится умершему двоюродным братом, ответчики ФИО2, ФИО5 – двоюродными братьями, ответчик ФИО3 – дядей.

Из наследственного дела №44/2018 следует, что 19 июня 2018 года ФИО5 обратился к нотариусу города Севастополя ФИО9 с заявлением о принятии наследства, о других наследника после смерти ФИО6 он не заявлял. 27 июня 2018 года с заявлением о принятии наследства, удостоверенным нотариусом <данные изъяты> края РФ ФИО17, обратился ФИО2, о других наследниках также заявлено не было. 14 июня 2018 года с заявлением о принятии наследства к нотариусу города Севастополя ФИО9 обратился ФИО3, в своем заявлении указал, что наследником по закону также является ФИО5

12.02.2019 в адрес нотариуса города Севастополя ФИО9 от ФИО11, действующего от имени ФИО8, поступило заявление, удостоверенное нотариусом <данные изъяты> ФИО19, о принятии наследства и выдаче свидетельства о праве на наследство по закону. В указанном заявлении о других наследниках также не сообщается.

При этом суд не усматривает со стороны истца и ответчиков нарушений положений п. 4 ст. 1 ГК РФ, предусматривающего, что никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения, а также ст. 10 ГК РФ, содержащей запрет недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом), выразившееся в том, что стороны скрыли от нотариуса наличие иных наследников, действующее законодательство не возлагает на наследника обязанности сообщать нотариусу сведения о других наследниках наследодателя.

Из содержания искового заявления и пояснений представителя истца следует, что ФИО8 до февраля 2019 года не знал о смерти наследодателя. По взаимной договоренности звонки совершал наследодатель по причине возможного пребывания последнего в длительных рейсах на морских судах, поддерживали родственные отношения, наследодатель приезжал в гости.

Суд, оценивая пояснения представителя истца, приходит к выводу о том, что истец, являясь родственником наследодателя, по своему выбору не поддерживал с ним регулярных отношений, самостоятельно не интересовался его жизнью. Между тем, родственные отношения подразумевают не только возможность предъявить имущественные требования о наследстве, но и проявление должного внимания наследника к наследодателю при его жизни, при проявлении истцом такого внимания он мог и должен был узнать о смерти своего двоюродного брата своевременно. Также суд принимает во внимание пояснения участников судебного разбирательства, согласно которым наследодатель в последние годы не работал, находился на пенсии, о чем истцу, исходя из содержания искового заявления, известно не было.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО20 пояснила, что истец ФИО8 приходится ей свекром, ФИО2 является его двоюродным братом. ФИО12 и ФИО3 не знает. Истец общался с наследодателем часто, последний регулярно ходил в море, после того как ФИО6 возвращался из моря постоянно звонил истцу, у них была такая договоренность. Имеются семейные фотографии, подтверждающие, что наследодатель приезжал к истцу. Также сообщила суду, что ФИО2 знает, до 05 февраля 2019 года двоюродные братья (истец и ответчик) нормально созванивались и общались, говорили о здоровье. Также созванивались после июня 2018 года, в январе и феврале, звонки родственников продолжались после смерти наследодателя. Факт смерти от ее семьи скрыли. 05.02.2019 свекру поступил звонок, разговор велся по громкой связи. Звонившая, как выяснилось позднее, была ФИО25, она говорила о судах и наследстве. В разговоре обращалась к Николаю, так как перепутала его с ответчиком. Как только истцу стало известно о смерти Александра, он позвонил его бывшей жене и узнал обстоятельства смерти. В этот же день сын свекра поехал к нотариусу в <данные изъяты>. Также сообщила суду, что наследодатель в мае 2018 года предупредил, что уходит в плаванье, поэтому звонка они не ждали. После того, как истец узнал, что факт смерти и раздела наследства от него скрыли, с ответчиками общаться перестал. Также указала, что в семье два юриста, если бы знали о смерти, то обратились бы в срок.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО21 сообщил суду, что является другом детства наследодателя, живет с ним по соседству. В день смерти с соседями пытались реанимировать наследодателя, потом взял его ключи и паспорт, закрыл квартиру. Затем взял его телефон и позвонил всем, кому мог, звонки совершал по телефонной книжке. Общался с ФИО3 и ФИО12, также звонил родственникам, которые на <данные изъяты>. Пояснил суду, что позвонил по номеру, который был сохранен как «Николай, <данные изъяты>», ответивший на звонок сказал, что является братом. Сообщил о смерти ФИО10, на что получил ответ, что истец на похороны не поедет, поскольку не успеет. С этого же телефона звонил ФИО3. Пояснил, что звонки совершал со своего телефона, затем звонил с телефона умершего. На соответствующий вопрос суда пояснил, что в телефоне много номеров, звонил на последние звонившие номера; Николая Ивановича не знает, знает, что наследодатель иногда ездил к истцу.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО22, сообщила суду, что является женой ФИО2, а ФИО8 – двоюродный брат ее мужа. 05 июля 2018 года узнала о смерти наследодателя, известно стало от ФИО8, которому позвонил друг умершего. Также сообщил, что на похороны он не поедет, так как нет денег. На звонки больше не отвечал, конфликта с истцом у нее нет. На соответствующий вопрос суда сообщила, что наследодатель не работал, никуда не ходил, жаловался на здоровье. Пояснила, что до случившегося истцу звонили регулярно, поздравляли с днем рождения, затем он перестал брать трубку, сославшись на высокую стоимость звонков.

Суд отмечает противоречивость пояснений сторон, показаний свидетелей, их несогласованность и непоследовательность, поэтому не может принимать их в качестве бесспорных доказательств названных истцом обстоятельств. Из доводов истца, показаний свидетеля ФИО20 следует, что о смерти наследодателя истцу стало известно случайно в феврале 2019 года. Между тем, из пояснений ответчиков, показаний свидетелей ФИО22, ФИО21 следует, что истец своевременно узнал о смерти наследодателя, сообщал об отсутствии намерения приехать на похороны.

Суд, оценив в совокупности представленные доказательства, руководствуясь вышеуказанными положениями закона, предусматривающими восстановление срока для принятия наследства при наличии уважительных причин его пропуска, приходит к выводу о том, что причины, названные истцом, не свидетельствуют об уважительности пропуска срока для принятия наследства.

При этом незнание истцом об открытии наследства, само по себе не может являться основанием для восстановления пропущенного срока. Отсутствие у истца сведений о смерти наследодателя не относится к числу юридически значимых обстоятельств, с которыми закон связывает возможность восстановления срока для принятия наследства.

Истец не был лишен возможности поддерживать отношения с двоюродным братом, интересоваться его судьбой, состоянием здоровья, по своему выбору не совершал звонков наследодателю. При должной осмотрительности и заботливости он мог и должен был знать о его смерти, об открытии наследства, о действиях наследников в отношении наследственного имущества. Отсутствие со стороны истца, претендующего на восстановление срока для принятия наследства, стремления поддерживать родственные отношения с наследодателем, отсутствие интереса к его судьбе не отнесено ни законом, ни Пленумом Верховного Суда Российской Федерации к уважительным причинам пропуска срока для принятия наследства. Данное обстоятельство носит субъективный характер и могло быть преодолено при наличии соответствующего волеизъявления истца.

Кроме того, обстоятельств, связанных с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.) ФИО8 приведено не было и судом в ходе судебного разбирательства не установлено, в материалах дела такие сведения также отсутствуют.

В связи с тем, что истцом не представлено доказательств, объективно свидетельствующих о том, что истец был лишен всякой возможности поддерживать связь с наследодателем, получать информацию о состоянии его здоровья, своевременно получить сведения о смерти наследодателя, суд приходи к выводу об отсутствии оснований для восстановления срока для принятия наследства после ФИО10

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

В удовлетворении искового заявления ФИО8 к ФИО2, ФИО5, ФИО3, третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, – нотариус города Севастополя ФИО9, о восстановлении срока для принятия наследства – отказать.

Решение может быть обжаловано в Севастопольский городской суд путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд города Севастополя в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение суда изготовлено в окончательной форме 20.09.2019.

Председательствующий –