Решение № 2А-786/2021 2А-786/2021~М-406/2021 М-406/2021 от 28 марта 2021 г. по делу № 2А-786/2021

Дело № ДД.ММ.ГГГГ-786/2021

55RS0005-01-2021-000783-70


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Первомайский районный суд г. Омска

в составе председательствующего судьи Валитовой М.С.

при ведении протокола помощником судьи Слабодцкой В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании

в городе Омске 29 марта 2021 года

дело по административному иску ФИО1 о признании незаконными действий ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с административным иском к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области о признании действий незаконными.

В обоснование требований указал, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ отбывал наказание в ФКУ ИК-6 УФСИН России по Омской области, откуда был этапирован в ЛИУ-2, а ДД.ММ.ГГГГ прибыл в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области в рамках возбужденного уголовного дела по <данные изъяты> УК РФ, где и содержится по настоящее время.

В период отбывания дисциплинарного взыскания в помещении камерного типа ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в ШИЗО было нарушено его право на прогулку.

На основании изложенного просил признать незаконными действия ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области, выразившиеся в отказе вывода его на прогулку в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в нарушение ч. 1 и ч. 2 ст. 118 УИК РФ.

В дополнениях от 05 марта 2021 года указал, что также просит признать незаконными действия администрации ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области, выразившиеся в нарушении его права на беспрерывный восьмичасовой сон ДД.ММ.ГГГГ, в привлечении к дисциплинарной ответственности за невыполнение команды отбой ДД.ММ.ГГГГ, а также в содержании его с ДД.ММ.ГГГГ в одиночной камере (л.д.75-78).

Полагает, что в связи с заменой лампы ночного освещения ДД.ММ.ГГГГ в 22-20 час., ему должны были обеспечить подъем ДД.ММ.ГГГГ в 06-20 час., а не в 06-00 час., предоставив тем самым реализацию права на беспрерывный восьмичасовой сон.

Наложение взыскания в виде десяти суток карцера на заседании дисциплинарной комиссии по факту допущенного им нарушения, выразившегося в невыполнении команды отбой, является незаконным, так как проступок он не совершал.

Содержание его в одиночной камере с ДД.ММ.ГГГГ является незаконным, так как согласно ст. 33 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» на него распространяются требования о раздельном содержании.

Определениями суда к участию в деле привлечены административные ответчики УФСИН России по Омской области, ФСИН России, начальник ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области ФИО2

Административный истец, принимавший участие в судебном заседании посредством системы видеоконференц-связи, требования поддержал в полном объеме. Пояснил, что на прогулку его не выводили, журнал учета прогулок подозреваемых, обвиняемых и осужденных, содержащихся в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области, считает фальсифицированным, а показания свидетелей - ложными. Утверждает, что на заседании дисциплинарной комиссии начальником ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области ДД.ММ.ГГГГ было вынесено постановление о водворении его в карцер за невыполнение команды отбой, хотя он данное нарушение не допускал. Содержание его в одиночной камере противоречит требования закона и нарушает его права.

Представители административного истца ФИО3, действующий согласно ордеру, и ФИО4, допущенный к участию в деле согласно устному ходатайству, в судебном заседании позицию доверителя поддержали в полном объеме, полагая, что административный ответчик законность своих действий в судебном заседании не доказал.

Представитель административного ответчика ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области ФИО5, действующая на основании доверенности (л.д.83), в судебном заседании требования не признала ввиду их необоснованности. Пояснила, что факт вывода ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на прогулку подтверждается записями в журнале учета прогулок подозреваемых, обвиняемых и осужденных, содержащихся в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области. Факт замены лампы ночного освещения в камере ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ не отрицала. Записи с видеокамер за заявленный истцом период не сохранились в результате скачка напряжения, у следственного изолятора нет обязанности сохранять эти записи.

В отношении ФИО6 письменного решения о водворении в карцер не выносилось, взыскание к нему не применялось.

Поскольку ФИО6 привлечен к уголовной ответственности, предусмотренной <данные изъяты> УК РФ, подозреваемые и обвиняемые по одному уголовному делу не могут содержаться в одной камере.

Представители ФСИН России, УФСИН России по Омской области ФИО7, и ФИО8, действующие на основании доверенностей (л.д. 81,162,164,165) в судебном заседании также возражали против удовлетворения требований. Указали на тот факт, что ФИО1 присутствовал на заседаниях дисциплинарной комиссии, но никаких жалоб по поводу нарушения его прав на прогулки не предъявлял, что усматривается из видеозаписей заседаний.

Административный ответчик ФИО2 в судебном заседании требования не признал, считая их необоснованными. Пояснил, что взыскание в виде водворения в карцер к ФИО1 не применялось, постановление он не подписывал. На заседании дисциплинарной комиссии было лишь предложено в устной форме в случае установления вины ФИО1 в совершении проступка привлечь его к дисциплинарной ответственности, назначив 10 суток карцера.

На заседаниях дисциплинарной комиссии ФИО1 была предоставлена возможность задавать вопросы, подавать жалобы, озвучивать предложения.

Выслушав стороны, свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу ч. 1 ст. 218 КАС РФ гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

В соответствии со ст. 226 КАС РФ если иное не предусмотрено названным Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет, в том числе, нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление, соблюдены ли сроки обращения в суд, соблюдены ли требования нормативных правовых актов, соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

На основании ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации в силу статьи 17 Конституции Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию (ст. 21 Конституции Российской Федерации).

Статьей 55 Конституции РФ предусмотрено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В судебном заседании установлено, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, приговором Центрального районного суда г. Омска от ДД.ММ.ГГГГ признан виновным в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ, ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 4 года с отбыванием в колонии строгого режима.

В ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области ФИО1 прибыл ДД.ММ.ГГГГ в качестве обвиняемого на основании постановления старшего следователя отдела СУ СК по Омской области.

Постановлением Куйбышевского районного суда г. Омска от 26 октября 2018 года ФИО1, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу до ДД.ММ.ГГГГ года с последующими продлениями.

ДД.ММ.ГГГГ на основании постановления следователя по ОВД первого следственного отделения 1 отдела по РОВД СУ СК РФ по Омской области ФИО1 прибыл в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области в качестве обвиняемого по <данные изъяты> УК РФ.

Постановлением Куйбышевского районного суда г. Омска от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу до ДД.ММ.ГГГГ, который в последующем продлен до ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 28-20).

Разрешая требования административного истца о признании действий ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области незаконными, суд исходит из следующего.

В соответствии с ч. 2 ст. 47 УПК РФ обвиняемый, по уголовному делу которого назначено судебное разбирательство, именуется подсудимым. Обвиняемый, в отношении которого вынесен обвинительный приговор, именуется осужденным.

В силу ч. 1 ст. 86 УПК РФ лицо, осужденное за совершение преступления, считается судимым со дня вступления обвинительного приговора суда в законную силу до момента погашения или снятия судимости.

Согласно ч. 2 ст. 11 УИК РФ осужденные обязаны соблюдать требования федеральных законов, определяющих порядок и условия отбывания наказаний, а также принятых в соответствии с ними нормативных правовых актов.

Частью 3 ст. 82, ст. 16 УИК РФ предусмотрено, что в исправительных учреждениях действуют Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений, утверждаемые федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, по согласованию с Генеральной прокуратурой Российской Федерации.

На основании ч. 1 ст. 74 УИК РФ исправительными учреждениями являются исправительные колонии, воспитательные колонии, тюрьмы, лечебные исправительные учреждения. Следственные изоляторы выполняют функции исправительных учреждений в отношении осужденных, оставленных для выполнения работ по хозяйственному обслуживанию, осужденных, в отношении которых приговор суда вступил в законную силу и которые подлежат направлению в исправительные учреждения для отбывания наказания, осужденных, перемещаемых из одного места отбывания наказания в другое, осужденных, оставленных в следственном изоляторе или переведенных в следственный изолятор в порядке, установленном статьей 77.1 названного Кодекса, а также в отношении осужденных на срок не свыше шести месяцев, оставленных в следственных изоляторах с их согласия.

Как указано в п. 3 ст. 77.1 УИК РФ, осужденные содержатся в следственном изоляторе в порядке, установленном Федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ, и на условиях отбывания ими наказания в исправительном учреждении, определенном приговором суда.

В соответствии со ст. 1 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ данный Федеральный закон регулирует порядок и определяет условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

В целях обеспечения режима в местах содержания под стражей Министерство юстиции Российской Федерации в соответствии со ст. 16 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103 - ФЗ приказом от 14 октября 2005 года № 189 утвердило Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы.

В силу п. п. 1, 3 и 4 Правил СИЗО, регламентирующих внутренний распорядок работы следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, обеспечение режима в СИЗО, поддержание в них внутреннего распорядка возлагается на администрацию СИЗО, а также на их сотрудников, которые несут установленную законом и ведомственными нормативными актами ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

Лица, содержащиеся в СИЗО, должны выполнять возложенные на них Федеральным законом обязанности и соблюдать Правила поведения подозреваемых и обвиняемых (приложение № 1).

Невыполнение ими своих обязанностей и правил поведения влечет ответственность в установленном порядке.

Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 16 декабря 2016 года № 295 утверждены Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений.

Правила ИУ устанавливают правила внутреннего распорядка в исправительных колониях, тюрьмах, лечебных исправительных учреждениях, а также лечебно-профилактических учреждениях и следственных изоляторах, выполняющих функции исправительных учреждений, в отношении соответственно находящихся в них осужденных и осужденных, оставленных для выполнения работ по хозяйственному обслуживанию; осужденных, в отношении которых приговор суда вступил в законную силу и которые подлежат направлению в ИУ для отбывания наказания; осужденных, следующих к месту отбывания наказания либо перемещаемых из одного места отбывания наказания в другое; осужденных к лишению свободы с отбыванием наказания в ИУ или тюрьме, оставленных в следственном изоляторе либо переведенных в СИЗО для участия в следственных действиях или судебном разбирательстве в качестве свидетеля, потерпевшего, подозреваемого, обвиняемого; осужденных на срок не свыше шести месяцев, оставленных в СИЗО с их согласия (п. 1 приказа).

Приговор в отношении ФИО1 вступил в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, при этом в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области он прибыл в порядке, установленном статьей <данные изъяты>.

Следовательно, до 30 января 2021 года на ФИО1 распространялись требования Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», а также Приказа Минюста РФ от 14 октября 2005 года № 189 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы» (Правила СИЗО) и Приказа Минюста РФ от 16 декабря 2016 года № 295 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений» (Правила ИУ).

В соответствии со ст. 4 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

Заявляя требования о признании незаконными действий ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области, административный истец указывает на нарушение его права на ежедневную прогулку в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

В силу п. 134 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы подозреваемые и обвиняемые, в том числе водворенные в карцер, пользуются ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа, несовершеннолетние - не менее двух часов. Продолжительность прогулки устанавливается администрацией СИЗО с учетом распорядка дня, погоды, наполнения учреждения и других обстоятельств. В случае если подозреваемый или обвиняемый участвовал в судебном заседании, следственных действиях или по иной причине в установленное время не смог воспользоваться ежедневной прогулкой, по его письменному заявлению ему предоставляется одна дополнительная прогулка установленной продолжительности.

Согласно распорядку дня для подозреваемых, обвиняемых и осужденных, содержащихся в камерах, утвержденному Приказом начальника ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области № 66 от 21 января 2020 года, вывод на прогулку осуществляется в течение светового дня (л.д. 20-22).

Пунктом 11 ч. 1 ст. 17 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ также предусмотрено, что подозреваемые и обвиняемые вправе пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью не менее часа.

По указанным основаниям суд не принимает во внимание доводы административного истца, что он в соответствии с ч. 2 ст. 118 УИК РФ вправе пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью полтора часа.

Возражая против требований в указанной части, представитель административного ответчика утверждает, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 предоставлялась ежедневная прогулка продолжительностью один час, за исключением ДД.ММ.ГГГГ, когда административный истец прибыл из ФКУ ИК-6 УФСИН России по Омской области в 21-00 час., что усматривается из Попутного списка на осужденных, направляемых из СИЗО-1 в ИК-6 г. Омска (л.д.103,104).

А ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был вывезен в судебное заседание в Куйбышевский районный суд г. Омска, в 09-00 час. выведен из камеры, вернулся в 18-30 час. (л.д. 42).

Согласно записям в Журнале учета прогулок подозреваемых, обвиняемых и осужденных, содержащихся в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области, ФИО1, содержащийся в камере №, выводился на прогулку:

-ДД.ММ.ГГГГ с 08-30 час. до 09-30 час.,

-ДД.ММ.ГГГГ с 09-11 час. до 10-11 час.;

-ДД.ММ.ГГГГ с 09-10 час. до 10-10 час.;

-ДД.ММ.ГГГГ с 09-48 час. до 10-03 час.;

-ДД.ММ.ГГГГ с 13-31 час. до 14-31 час.;

-ДД.ММ.ГГГГ с 08-01 час. до 09-01 час.;

-ДД.ММ.ГГГГ с 13-00 час. до 14-00 час.;

-ДД.ММ.ГГГГ с 13-31 час. до 14-31 час.;

-ДД.ММ.ГГГГ с 13-31 час. до 14-31 час.;

-ДД.ММ.ГГГГ с 13-00 час. до 14-00 час.;

-ДД.ММ.ГГГГ с 13-02 час. до 14-02 час.;

-ДД.ММ.ГГГГ с 13-31 час. до 14-31 час.;

-ДД.ММ.ГГГГ с 13-31 час. до 14-31 час.;

-ДД.ММ.ГГГГ с 13-00 час. до 14-00 час.;

-ДД.ММ.ГГГГ с 13-00 час. до 14-00 час.;

-ДД.ММ.ГГГГ с 13-33 час. до 14-33 час.;

-ДД.ММ.ГГГГ с 14-36 час. до 15-36 час.;

-ДД.ММ.ГГГГ с 10-22 час. до 11-22 час.;

-ДД.ММ.ГГГГ с 14-10 час. до 15-10 час.;

-ДД.ММ.ГГГГ с 14-40 час. до 15-40 час.;

-ДД.ММ.ГГГГ с 13-30 час. до 14-30 час.;

-ДД.ММ.ГГГГ с 13-01 час. до 14-01 час.;

-ДД.ММ.ГГГГ с 13-01 час. до 14-01 час.;

-ДД.ММ.ГГГГ с 13-30 час. до 14-30 час.;

-ДД.ММ.ГГГГ с 13-30 час. до 14-30 час.;

-ДД.ММ.ГГГГ с 10-22 час. до 11-22 час.;

-ДД.ММ.ГГГГ с 13-32 час. до 14-32 час.;

-ДД.ММ.ГГГГ с 18-15 час. до 19-15 час. (л.д. 43-69).

Продолжительность прогулки согласно Журналу учета прогулок подозреваемых, обвиняемых и осужденных составляла один час, что соответствует требованиям пункта 134 Приказа МЮ РФ N 189 от 14 октября 2005 года "Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы" и пункту 11 ч. 1 ст. 17 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ.

Подвергая сомнению данные записи, ФИО1 было заявлено ходатайство о назначении технической экспертизы на предмет давности составления журнала, представленного административным ответчиком, однако представитель ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области в судебном заседании возражал против проведения экспертизы, ссылаясь на то обстоятельство, что срок хранения журнала учета прогулок составляет 10 лет, изъятие записей в журнале для проведения исследования в ходе проведения такой экспертизы недопустимо.

Оригинал журнала учета прогулок подозреваемых, обвиняемых и осужденных, содержащихся в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области (начатого 19 декабря 2020 года и оконченного 06 февраля 2021 года) обозревался в судебном заседании, установлено, что записи в журнале нанесены с двух сторон листов при том, что участок для пробы должен быть подобран без загрязнений и пересечений с другими штрихами. Учитывая указанные обстоятельства, суд пришел к выводу, что возможность для назначения судебной технической экспертизы по делу отсутствует.

Из показаний допрошенных в судебном заседании в качестве свидетелей младших инспекторов отдела режима и надзора ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области ФИО9 и ФИО10 усматривается, что они выводили ФИО1 на прогулку в свои смены, продолжительность прогулки была не менее часа, о чем ими вносились записи в журнал учета прогулок.

Поскольку показания свидетелей в соответствии со ст. 59 КАС РФ перечислены в качестве одних из доказательств по административному делу, свидетели были предупреждены судом об уголовной ответственности за дачу ложных показаний, оснований, предусмотренных ст. 77 КАС РФ для назначения почерковедческой экспертизы по ходатайству административного истца, утверждавшего, что записи в журнале учета прогулок подозреваемых, обвиняемых составлены не ФИО9 и ФИО10, суд не усмотрел.

Представители административного истца в судебном заседании указывали на то обстоятельство, что наличие записей в журнале учета прогулок подозреваемых, обвиняемых не могут свидетельствовать о факте вывода ФИО1 на прогулку, ходатайствовали об истребовании у административного ответчика электронных носителей и проведении компьютерной технической экспертизы по вопросу возможного выявления видео-файлов на этих носителях, их исследования на предмет даты создания, изменения, продолжительности, раскодировки и просмотра на общедоступных медиа-проигрывателях и иное.

Однако, как следует из рапорта старшего инженера группы инженерно-технического обеспечения, связи и вооружения отдела охраны ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области ФИО11, в связи с неоднократным отключением электроэнергии ДД.ММ.ГГГГ произошел сбой в работе программно-аппаратного комплекса системы охранного комплекса <данные изъяты> режимных корпусов № и №, что привело к появлению ошибок в сегментах жестких дисков, была нарушена хронология хранения информации, нестабильная работа программного обеспечения. После проведения работ запись и ведение архива начинается с ДД.ММ.ГГГГ, записанный ранее видеоархив восстановлению не подлежит (л.д. 70).

Будучи допрошенным в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО11 пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ в результате скачка напряжения на подстанции произошла авария, вышли из строя источники бесперебойного питания, оборудование, находящееся в серверном помещении, в настоящее время жесткие диски находятся в неисправном состоянии. Вся информация на этих дисках хранится в кодированном формате и перекодировать ее не представляется возможным, т.е. восстановить информацию возможно, но она не подлежит воспроизведению.

Согласно рапорту главного энергетика ОКБО ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области ФИО12 ДД.ММ.ГГГГ в трансформаторной подстанции <данные изъяты> произошло повреждение кабельной линии <данные изъяты>, в результате чего произошло отключение масляных выключателей силового трансформатора Т-1 и Т-2, от которых подключены режимные корпуса №, № и №. После устранения аварии произошел скачок напряжения, что привело к неисправности системы охранного телевидения режимных корпусов (л.д. 71).

Отсутствие возможности представления хранящейся на электронных носителях информации, которая в связи со специфическим режимом ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области является служебной информацией ограниченного распространения и не подлежит передаче третьим лицам, т.е. ввиду отсутствия объекта исследования судом также отказано истцу в назначении по делу компьютерной технической экспертизы.

При этом суд также учитывает, что в соответствии с ч.1 ст. 83 УИК РФ использование аудиовизуальных, электронных и иных технических средств надзора и контроля для предупреждения побегов и других преступлений, нарушений установленного порядка отбывания наказания и в целях получения необходимой информации о поведении осужденных является правом администрации исправительных учреждений.

Статья 34 Федерального закона № 103-ФЗ также предоставляет право администрации исправительного учреждения использовать аудио- видеотехнику в целях осуществления надзора за подозреваемыми и обвиняемыми.

Также судом в соответствии со ст. 77 КАС РФ отказано в назначении ситуационной технической экспертизы на основании рапортов сотрудников СИЗО-1 и показаний допрошенных в судебном заседании свидетелей о возможности кодировки и раскодировки видео-файлов на электронных носителях, возможности их воспроизведения, о чем было заявлено в ходатайстве представителя административного истца ФИО3 По мнению суда такое заключение в случае проведения экспертизы носило бы предположительный характер, что недопустимо.

Не соглашаясь с требованиями ФИО1 в части непредоставления ежедневной прогулки, административный ответчик указывал, что административный истец присутствовал на заседаниях дисциплинарной комиссии по поводу привлечения его к дисциплинарной ответственности за нарушения от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, а также ДД.ММ.ГГГГ, однако никаких жалоб не предъявлял. Представленные ответчиком видеозаписи заседаний дисциплинарной комиссии были воспроизведены в судебном заседании, при этом установлено, что при рассмотрении материалов ФИО1 свободно отвечал на вопросы членов дисциплинарной комиссии, давал объяснения, ему была предоставлена возможность задавать любые вопросы, подавать жалобы, озвучивать предложения, однако таким правом он не воспользовался, т.е. у административного истца была возможность заявить о том, что он в течение длительного периода времени лишен права на ежедневную прогулку.

Кроме того, административный истец вправе был осуществить защиту нарушенных, по его мнению, прав путем обращения к защитнику, в присутствии которого осуществлялось ознакомление его с материалами уголовного дела, возбужденного по ст. <данные изъяты> УК РФ.

По поводу доводов административного истца о том, что он обращался 08 февраля 2021 года в прокуратуру Омской области с заявлением о нарушении сотрудниками СИЗО-1 его права на прогулку, административным ответчиком представлен журнал, где зарегистрирована запись за номером 86, но данное обращение было подано в закрытом виде, содержание его не обозначено (л.д.99,100).

Причем в соответствии с реестром от 09 февраля 2021 года обращение ФИО1 направлено адресату через 7 почтовое отделение связи г. Омска, но из ответа старшего помощника прокурора Омской области по надзору за законностью исполнения уголовных наказаний ФИО13 на запрос суда следует, что в прокуратуру оно не поступало (л.д.130,131).

Таким образом, суд приходит к выводу, что факт незаконности действий ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области о нарушении права ФИО14 на предоставление ежедневной прогулки в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ года на нашел своего подтверждения в судебном заседании.

Оценивая правомерность требований об оспаривании действий ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области, выразившихся в нарушении права административного истца на беспрерывный восьмичасовой сон, суд учитывает следующие обстоятельства.

В соответствии с абз. 3, 4 ст. 13 "Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы", утвержденных Приказом Минюста РФ от 14 октября 2005 года N 189, в СИЗО приказом СИЗО устанавливается распорядок дня, разработанный на основе примерного распорядка дня (приложение N 4), с учетом наполняемости СИЗО, времени года, местных условий и других конкретных обстоятельств.

Распорядок дня включает в себя время подъема, отбоя, приема пищи, участия в следственных действиях и судебных заседаниях, прогулок и т.д. Предусматривается время для непрерывного восьмичасового сна подозреваемых и обвиняемых.

Из п. 10 ст. 17 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ следует, что обвиняемые имеют право на восьмичасовой сон в ночное время, в течение которого запрещается их привлечение к участию в процессуальных и иных действиях, за исключением случаев, предусмотренных УПК РФ.

Согласно п. 157 Правил СИЗО запрещается вывод подозреваемых и обвиняемых из камер в ночное время (с 22 часов вечера до 6 часов утра следующего дня), за исключением случаев, предусмотренных УПК РФ.

21 января 2020 года на основании Приказа Министерства юстиции РФ от 14 октября 2005 года № 189 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы», Приказа Министерства юстиции РФ от 16 декабря 2016 года № 295 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений» в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области разработан и утвержден приказом начальника учреждения распорядок дня для подозреваемых, обвиняемых и осужденных, содержащихся под стражей в камерах, в ШИЗО и в карцерах ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области (Приказ № 66 от 21 января 2020 года), в соответствии с которым установлено время для подъема 06.00 ч. – 06.05 ч. (л.д. 20).

Представитель ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области в судебном заседании требования не признал, факт проведения работ в связи с возникшей неисправностью лампы ночного освещения, которая требовала замены, в указанное истцом время не отрицал.

При этом указал, что ДД.ММ.ГГГГ в 22-03 час. от ФИО1 поступило сообщение о неисправности в его камере лампы ночного освещения. Поскольку в соответствии с Приказом Минюста РФ от 03 ноября 2005 года № 204-дсп «Об утверждении Инструкции об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы» ведется круглосуточное видео-наблюдение, неисправность была устранена путем замены лампы ночного освещения сотрудниками учреждения в 22-17 час.

Суд считает, что в данном случае права ФИО1 действиями административного ответчика, который принимал меры для исполнения требований Инструкции о необходимости ведения круглосуточного видео-наблюдения, нарушены не были.

Пункт 10 ст. 17 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ предусматривает запрет лишь на привлечение подозреваемых и обвиняемых к участию в процессуальных и иных действиях, за исключением случаев, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации в ночное время, в нарушение их права на восьмичасовой сон.

Оценив установленные по делу обстоятельства, суд считает, что действия должностных лиц государственного органа были вызваны необходимостью устранения неполадок системы освещения в целях обеспечения круглосуточного видео-наблюдения, неправомерного характера не носили, не привели к нарушению прав административного истца.

Заявляя требования о признании незаконными действий по привлечению к дисциплинарной ответственности за невыполнение команды отбой ДД.ММ.ГГГГ, административный истец утверждает, что ДД.ММ.ГГГГ состоялось заседание дисциплинарной комиссии, по результатам которой ему было назначено наказание в виде десяти суток карцера, но которое не было исполнено.

Пунктом 4 главы 1 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы предусмотрено, что лица, содержащиеся в следственном изоляторе, должны выполнять возложенные на них Федеральным законом обязанности и соблюдать Правила поведения подозреваемых и обвиняемых (приложение N 1). Невыполнение ими своих обязанностей и правил поведения влечет ответственность в установленном порядке.

В соответствии со ст. 38 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ за невыполнение установленных обязанностей к подозреваемым и обвиняемым могут применяться меры взыскания: выговор; водворение в карцер или в одиночную камеру на гауптвахте на срок до пятнадцати суток, а несовершеннолетних подозреваемых и обвиняемых - на срок до семи суток.

Как указано в ст. 39 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ, взыскания за нарушения установленного порядка содержания под стражей налагаются начальником места содержания под стражей или его заместителем, за исключением случаев, предусмотренных частью третьей статьи 40 настоящего Федерального закона. За одно нарушение на виновного не может быть наложено более одного взыскания.

Взыскание налагается с учетом обстоятельств совершения нарушения и поведения подозреваемого или обвиняемого. Взыскание может быть наложено не позднее десяти суток со дня обнаружения нарушения, а если в связи с нарушением проводилась проверка - со дня ее окончания, но не позднее двух месяцев со дня совершения нарушения. Взыскание применяется, как правило, немедленно, а в случае невозможности его немедленного применения - не позднее месяца со дня его наложения.

До наложения взыскания у подозреваемого или обвиняемого берется письменное объяснение. Лицам, не имеющим возможности дать письменное объяснение, оказывается содействие администрации. В случае отказа от дачи объяснения об этом составляется соответствующий акт.

Взыскание в виде выговора налагается в устной или письменной форме, другие взыскания - в письменной форме.

Водворение в карцер осуществляется на основании постановления начальника места содержания под стражей и заключения медицинского работника о возможности нахождения подозреваемого или обвиняемого в карцере (ст. 40 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ).

Возражая против требований в указанной части, представитель ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области утверждает, что ФИО1 к дисциплинарной ответственности за невыполнение команды отбой не привлекался, письменное решение начальником ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области не принималось, в то время как решение о водворении в карцер может выноситься только в письменной форме, причем взыскание в виде водворения в карцер к ФИО1 не применялось.

Административный ответчик ФИО2 в судебном заседании пояснил, что на заседании дисциплинарной комиссии ДД.ММ.ГГГГ было лишь предложено в устной форме в случае установления вины ФИО1 в совершении проступка привлечь его к дисциплинарной ответственности, назначив 10 суток карцера. Однако вина ФИО1 в невыполнении отбоя ДД.ММ.ГГГГ не была установлена, поэтому оснований к привлечению его к дисциплинарной ответственности не имелось.

Данные доводы административного ответчика подтверждаются рапортом начальника отдела режима и надзора о том, что в результате просмотра видеоархива за ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ факт нарушения ФИО1 нарушения порядка содержания под стражей, выразившегося в том, что он не выполнил отбой, не подтвердился (л.д. 97).

Кроме того, отклоняя доводы административного истца, суд учитывает, что якобы вынесенное начальником ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области постановление от ДД.ММ.ГГГГ о водворении его в карцер на 10 суток не исполнялось, что не оспаривалось ФИО1 в судебном заседании.

Таким образом, доводы административного истца о незаконным привлечении его к дисциплинарной ответственности не нашли своего подтверждения в судебном заседании.

Поскольку в судебном заседании вопреки доводам ФИО1 не был установлен факт привлечения его к дисциплинарной ответственности, оснований для назначения лингвистической экспертизы по ходатайству, заявленному представителем административного истца ФИО3, судом не установлено.

Относительно требований административного истца о признании незаконным его содержания в одиночной камере, суд учитывает следующие обстоятельства.

Согласно ст.32 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ подозреваемые и обвиняемые содержатся в общих или одиночных камерах в соответствии с требованиями раздельного размещения, предусмотренными статьей 33 настоящего Федерального закона.

Размещение подозреваемых и обвиняемых в одиночных камерах на срок более одних суток допускается по мотивированному постановлению начальника места содержания под стражей, санкционированному прокурором. Не требуется санкции прокурора на размещение подозреваемых и обвиняемых в одиночных камерах в следующих случаях:

при отсутствии иной возможности обеспечить соблюдение требований раздельного размещения, предусмотренных статьей 33 настоящего Федерального закона;

в интересах обеспечения безопасности жизни и здоровья подозреваемого или обвиняемого либо других подозреваемых или обвиняемых;

при наличии письменного заявления подозреваемого или обвиняемого об одиночном содержании;

при размещении подозреваемых и обвиняемых в одиночных камерах в ночное время, если днем они содержатся в общих камерах.

В силу ст. 33 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ размещение подозреваемых и обвиняемых в камерах производится с учетом их личности и психологической совместимости, а также с соблюдением указанной статьей требований к их размещению.

ДД.ММ.ГГГГ начальником ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области вынесено постановление об одиночном содержании.

Постановление объявлено ФИО1 под роспись.

В соответствии с заключением медицинского работника на момент осмотра ФИО1 мог находиться в камере одиночного содержания (л.д. 98).

Как следует из справки по личному делу, ФИО1 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ.

Согласно ст. 33 Федерального закона № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемые и обвиняемые в совершении дезорганизации нормальной деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества, содержатся отдельно от других подозреваемых и обвиняемых.

В связи с указанным доводы административного истца о незаконном содержании его в одиночной камере не могут быть приняты.

Поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства применения к ФИО1 со стороны административного ответчика каких-либо мер по ограничению его прав в связи с содержанием в камере одного, данное обстоятельство не может рассматриваться судом как нарушение его прав администрацией учреждения.

При этом суд отмечает, что с заявлениями или жалобами к начальнику учреждения о ненадлежащем содержании ФИО1 не обращался.

Доводы его представителей, что в СИЗО-1 содержатся и иные лица, привлеченные к уголовной ответственности за дезорганизацию нормальной деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества, которые могли бы содержаться в одной камере с ФИО1, ввиду недоказанности такого факта судом отклоняются.

При отсутствии иной возможности обеспечить соблюдение требований раздельного размещения, предусмотренных статьей 33 настоящего Федерального закона № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», оснований считать незаконными действия ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области в отношении ФИО1 суд не усматривает.

По правилам ст. 227 КАС РФ суд удовлетворяет требования о признании незаконными решения, действия (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если признает оспариваемые решения, действия (бездействия) не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца.

Системное толкование приведенного выше процессуального закона с учетом использованных в нем оборотов и юридической техники позволяет суду сделать вывод, что для признания действий (бездействия), решений должностного лица незаконными необходимо одновременное наличие двух условий: несоответствие действий (бездействия), решения закону или иному нормативному правовому акту и нарушение оспариваемым действием (бездействием), решением прав и законных интересов административного истца.

При этом разрешение вопроса о признании незаконным решения, действия (бездействия) должностного лица имеет своей целью именно восстановление прав административного истца, о чем свидетельствует императивное предписание процессуального закона о том, что, признавая решение, действие (бездействие) незаконным, судом принимается решение о возложении обязанности на административного ответчика устранить нарушение прав, свобод и законных интересов административного истца или препятствия к их осуществлению либо препятствия к осуществлению прав, свобод и реализации законных интересов лиц, в интересах которых было подано соответствующее административное исковое заявление.

Таким образом, решение, принимаемое в пользу административного истца обязательно должно содержать два элемента: признание незаконным решения, действия (бездействия) должностного лица и указание на действия, направленные на восстановление нарушенного права.

С учетом установленных по делу обстоятельств и представленных доказательств суд приходит к выводу, что доводы ФИО1 относительно незаконности действий ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области не нашли своего подтверждения в судебном заседании. Доказательства того, что оспариваемыми действиями были нарушены его права, административным истцом не представлены.

При таких обстоятельствах заявленные ФИО1 требования не могут быть удовлетворены.

Руководствуясь ст.ст. 175-180 КАС РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Отказать в полном объеме в удовлетворении требований ФИО1 о признании незаконными действий ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области.

Решение может быть обжаловано в Омский областной суд с подачей жалобы через Первомайский районный суд г. Омска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение не вступило в законную силу. Мотивированное решение составлено 06.04.2021.