Апелляционное постановление № 22-54/2025 22-6473/2024 6473/2024 от 8 января 2025 г.

Судья: Бизякин М.В. Дело № – 6473/24 (22-54/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<адрес> 09 января 2025 года

<адрес>вой суд в составе:

председательствующего судьи Арнаута С.Л.,

с участием прокурора Ляшун А.А.,

адвоката Семенищева В.М.,

представителя потерпевшего ООО «ЭКОТЕХМА» - ФИО1,

при помощнике судьи Комладзе Е.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы адвоката Семенищева В.М. на постановление Первореченского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым уголовное дело в отношении ФИО2, родившегося ДД.ММ.ГГГГ, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч.5 ст.159, ч.5 ст.159, ч.4 ст.160 УК РФ, возвращено прокурору <адрес> для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Доложив содержание постановления и доводы апелляционных жалоб, выслушав адвоката, настаивавшего на доводах апелляционных жалоб об отмене обжалуемого постановления, мнение прокурора, полагавшей постановление законным и обоснованным, представителя потерпевшего – оставившего решение по жалобам на усмотрение суда, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

В производстве Первореченского районного суда <адрес> находилось уголовное дело в отношении ФИО2, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч.5 ст.159, ч.5 ст.159, ч.4 ст.160 УК РФ.

Постановлением указанного суда от ДД.ММ.ГГГГ данное уголовное дело на основании ст.237 УПК РФ возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В апелляционной жалобе с дополнениями адвокат Семенищев М.В. с постановлением не согласился, полагая его незаконным, необоснованным, подлежащем отмене.

Обращает внимание, что в постановлении суда не указана норма уголовно-процессуального закона, на основании которого судом принято решение о возвращении уголовного дела прокурору.

В нарушение ч.1.3 ст.237 УПК РФ суд не привел конкретные обстоятельства, являющиеся основанием для квалификации действий ФИО2 как более тяжкого преступления.

В обоснование выводов суд сослался на показания представителя потерпевшего ФИО1, однако не раскрыл, в какой части показания данного лица явились основанием для принятия обжалуемого решения. Кроме того, показания ФИО3 не были связаны с обстоятельствами, на основании которых судом принято решение о возвращении уголовного дела прокурору.

В связи с чем, суд пришел к выводу о наличии оснований для квалификации инкриминируемых действий ФИО2 по более тяжкому преступлению, в постановлении выводы не приведены.

Оценка доводам государственного обвинителя, инициировавшего возвращение уголовного дела прокурору, в постановлении также отсутствует.

Доводы государственного обвинителя о том, что АО «ЦСД» и АО «СВРЦ» действовали исключительно в интересах государства в рамках гособоронзаказа, являются надуманными. Подобных обстоятельств обвинительное заключение не содержит, такие сведения не были установлены и в судебном заседании, являются предположением.

Договоры, не исполнение обязательств по которым инкриминируется ФИО2, были заключены между коммерческими организациями, государство стороной в договорах не выступало. А получение прибыли при исполнении государственных контрактов законом не запрещено.

Считает, что постановление вынесено преждевременно, без исследования необходимых доказательств.

Кроме того, в резолютивной части постановления неверно указана дата рождения ФИО2 Данное лицо подсудимым по делу не являлось.

В дополнительной апелляционной жалобе адвокат Семенищев В.М. обращает внимание, что срок давности привлечения к уголовной ответственности ФИО2 по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч.5 ст.159 УК РФ истек, однако суд устранился от разъяснения последнему прав, предусмотренных п.3 ч.1 ст.24, ст.27 УПК РФ. На протяжении длительного времени продолжал рассмотрение уголовного дела без разъяснения ФИО2 права на прекращение уголовного дела.

Позиция государственного обвинителя в данной части также противоречит уголовно-процессуальному закону.

Кроме этого, обращает внимание, что ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору было рассмотрено в отсутствие представителей потерпевших, которые не были уведомлены о судебном заседании. Копия ходатайства государственного обвинителя им не направлялась, мнение последних не выяснялось, несмотря на то, что данный вопрос непосредственно затрагивает их права. Ходатайство стороны защиты для отложения судебного заседания в целях подготовки мотивированных возражений и согласования позиции защиты было необоснованно отклонено, чем ограничены права подсудимого.

Адвокат просит постановление отменить, передать дело на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе суда.

В возражениях на апелляционную жалобу прокурор <адрес> ФИО8 полагает доводы жалобы необоснованными.

Считает, что в постановлении приведены мотивированные выводы о наличии оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ч.1.3 ст.237 УПК РФ, которые соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным в судебном заседании.

Настаивает, что цель заключения государственного контракта являлась основополагающей. Похищенные денежные средства предназначались для исполнения гособоронзаказа, что исключает квалификацию действий, как неисполнение обязательств в сфере предпринимательской деятельности.

Неверное указание даты рождения ФИО2 в резолютивной части постановления является технической ошибкой.

Прокурор просит постановление оставить без изменения.

Проверив материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб, возражений, выслушав участников судебного заседания, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с п.6 ч.1 ст.237 УПК РФ, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, если фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления либо в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления.

Согласно ч.1.3 ст.237 УПК РФ, при возвращении уголовного дела прокурору по основаниям, предусмотренным п.6 ч.1 ст.237 УПК РФ, суд обязан указать обстоятельства, являющиеся основанием для квалификации действий обвиняемого, как более тяжкого преступления.

Одновременно с этим, принимаемое судом решение должно быть законным, обоснованным и мотивированным в силу ч.4 ст.7 УПК РФ.

Указанным требованиям уголовно-процессуального закона обжалуемое решение не отвечает.

Как обоснованно обращено внимание в апелляционных жалобах, в постановлении отсутствуют выводы суда об обстоятельствах, свидетельствующих о наличии оснований для квалификации действий ФИО2 как более тяжкого преступления.

О том, какие сведения сообщил ФИО1, которые явились основанием для возникновения оснований рассматривать вопрос о необходимости иной квалификации действий ФИО2, постановление также не содержит.

Само по себе приведение в постановлении доводов ходатайства государственного обвинителя не может расцениваться мотивом принятия решения о возвращении уголовного дела прокурору. Данным доводам должна быть дана соответствующая оценка, выводы о которой отсутствуют.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции признает обжалуемое постановление не отвечающим требованиям уголовно-процессуального закона, и на основании ст.389.16 УПК РФ подлежащим отмене.

С учетом принимаемого решения, доводы жалобы о рассмотрении ходатайства прокурора в отсутствие представителей АО «ЦСД», АО «СВРЦ» и Министерства обороны РФ, а также ограничении ФИО2 в возможности подготовить возражения на ходатайство прокурора оценке не подлежат, поскольку представители потерпевших уведомлены об апелляционном рассмотрении жалобы, могли реализовать свои права в суде апелляционной инстанции. Кроме того, уголовно-процессуальный закон не предусматривает обязательное участие в судебном заседании представителей потерпевшего при принятии решения о возвращении уголовного дела прокурору.

Суд апелляционной инстанции находит возможным принять по ходатайству государственного обвинителя новое решение, поскольку допущенные судом первой инстанции нарушения могут быть устранены в суде апелляционной инстанции.

Заявленное ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом суд апелляционной инстанции признает обоснованным.

Вопреки доводам стороны защиты, основания возвращения уголовного дела прокурору не требуют исследования доказательств и их оценки, а сам по себе факт заключения договоров, неисполнение обязательств по которым вменяется ФИО2 в качестве преступных действий, между коммерческими организациями, не свидетельствует об отсутствии оснований для рассмотрения вопроса об иной квалификации его действий.

Истечение срока давности привлечения ФИО2 к уголовной ответственности по предъявленному ему обвинению по ч.5 ст.159 УК РФ не является основанием, препятствующим возвращению уголовного дела прокурору, поскольку данное решение не является окончательным. Кроме того, решение о возвращении уголовного дела прокурору принимается именно при невозможности принятия по делу любого окончательного решения, к числу которых относится и прекращение уголовного дела в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

Суд апелляционной инстанции находит, что фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий ФИО2 по ч.5 ст.159 и ч.5 ст.159 УК РФ, как более тяжкого преступления.

ФИО2 обвиняется мошенничестве в отношении АО «ЦСД», АО «СВРЦ» и Министерства обороны РФ, сопряженным с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, если это деяние повлекло причинение значительного ущерба.

По смыслу данной нормы уголовного закона подобные преступные действия распространяется на случаи преднамеренного неисполнения договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, когда сторонами договора являются индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации, и вред от преступления причинен именно индивидуальному предпринимателю, либо коммерческой организации.

Вместе с тем, из содержания предъявленного обвинения следует, что часть похищенных денежных средств принадлежало Министерству обороны РФ, выделялось АО «ЦСД», АО «СВРЦ» в рамках заключенных государственных контрактов. Для исполнения данных контрактов, в том числе были заключены договоры поставки с ООО ПКФ «Экотехма» в лице ФИО2, в рамках исполнения которых и инкриминируется совершение преступлений.

Министерство обороны РФ признано потерпевшим по обоим инкриминируемым ФИО2 преступлениям, предусмотренным ч.5 ст.159 УК РФ.

Кроме того, согласно заключенным договорам поставки, исполнителем по которым являлось ООО ПКФ «Экотехма», финансирование договоров осуществлялось в рамках исполнения государственного контракта на выполнение нужд Министерства обороны РФ.

Таким образом, указание в предъявленном ФИО2 обвинении о хищении денежных средств, в том числе принадлежащих Министерству обороны РФ, и причинение ему ущерба от преступлений, явно не соответствует квалификации данных действий, как совершенных в сфере предпринимательской деятельности и свидетельствует о наличии оснований для квалификации инкриминируемых ему действий как более тяжкого преступления.

При этом, в силу ст.252 УПК РФ суд лишен возможности рассмотрения вопроса об иной квалификации инкриминируемых ФИО2 действия по более тяжкому преступлению. Одновременно с этим, фактические обстоятельства предъявленного обвинения не позволяют принять по делу окончательное решение, что в силу п.6 ч.1 ст.237 УПК РФ является основанием для возвращения уголовного дела прокурору.

Кроме того, принимаемое решение позволит в ходе предварительного следствия рассмотреть доводы стороны защиты о наличии иных нарушений при составлении обвинительного заключения, которые по мнению стороны защиты препятствовали рассмотрению дела судом.

Оснований для изменения либо отмены ранее избранной в отношении ФИО2 меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении суд апелляционной инстанции не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.9, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Первореченского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ о возвращении уголовного дела в отношении ФИО2 прокурору <адрес> прокурору - отменить.

Уголовное дело в отношении ФИО2, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч.5 ст.159, ч.5 ст.159, ч.4 ст.160 УК РФ вернуть прокурору Приморского края для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО2 оставить прежней.

Апелляционные жалобы адвоката Семенищева В.М. удовлетворить частично.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Девятый кассационный суд общей юрисдикции.

Председательствующий:

С.Л. Арнаут