Решение № 2-1236/2017 2-1236/2017~М-534/2017 М-534/2017 от 19 октября 2017 г. по делу № 2-1236/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 октября 2017 года город Иркутск

Ленинский районный суд г. Иркутска в составе судьи Долбня В.А., при секретаре судебного заседания Медведевой Ю.А., с участием истца ФИО1, представителя истца по доверенности ФИО2, представителя ответчика ФИО3 по доверенности ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску Олейника ФИО17 к ФИО14 ФИО18 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры, прекращении права собственности, включении квартиры в наследственную массу, признании права собственности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры, прекращении права собственности, включении квартиры в наследственную массу, признании права собственности, ссылаясь на следующее.

****год умерла мать истца Олейник ФИО19.

Истец, являясь единственным наследником ФИО5, обратился в установленные законодательством сроки для принятия наследства после ее смерти к нотариусу. Нотариусом выдано свидетельство о праве на наследство, состоящее из денежных средств на вкладах матери.

При оформлении наследственных прав истец узнал, что квартира, принадлежащая с ****год его матери на праве собственности, продана ею по договору купли-продажи ответчице, жене племянника его матери, ФИО14 ФИО20. Право собственности зарегистрировано на ФИО3 ****год.

Олейник ФИО21 проживала и была собственницей квартиры по адресу: г. Иркутск, <адрес>, в ней же была зарегистрирована до своей смерти.

В ****год года у ФИО5 случился инсульт, в течение двух месяцев она проходила лечение в медицинских учреждениях г. Иркутска.

В выписках из истории болезни указан диагноз ФИО5, а также сопутствующие данному диагнозу изменения личности ФИО5, в том числе эмоционально-волевые нарушения.

После болезни ФИО5 проживала в своей квартире, так как могла ухаживать за собой, но психика ее была нестабильна. Она заговаривалась, была плаксивой, совершала поступки, так как будто была ребенком, играла в прятки. ФИО5 мы постоянно контролировали, каждый день бывали у нее дома.

Данное состояние ФИО5 могут подтвердить свидетели, а также это подтверждается сведениями из медицинской карты и выписок из истории болезни.

В ****год года племянник ФИО5, муж ответчицы, увез ФИО5 к себе в <адрес>, не давал с ней разговаривать, не звал ее к телефону.

Истец полагает, что племянник и его супруга, ответчица ФИО3 воздействовали на ФИО5, уговорили продать квартиру. ФИО5, подвергшись данному воздействию, находясь в состоянии, когда не могла в полной мере осознавать свои поступки, подписана договор купли-продажи квартиры.

У ФИО5 имелся сотовый телефон, с сим-картой, оформленной на имя истца с номером №.

Истцом взята распечатка телефонных звонков на этот номер у сотового оператора, согласно которой видно, что с номера племянника на номер ФИО5 звонки до ****год года случаются редко, с ****год видно, что с номера №на номер ФИО5 звонят с периодичностью до двух звонков в день. ****год звонки прекращаются, именно тогда ФИО5, после передачи договора купли-продажи квартиры на регистрацию, вывезли из города Иркутска.

О смерти ФИО5 муж ответчицы сообщил всем родственникам и друзьям только после похорон.

Наличие состояния, при котором ФИО5 не могла понимать значения своих действий и руководить ими также подтверждается отсутствием денежных средств, наличных или на ее счетах в банке на момент смерти, показывающих, что денежные средства от продажи квартиры не были ей переданы ответчицей.

Поскольку сделка купли-продажи квартира недействительна, то последствием такой недействительности должно явиться прекращение права собственности ответчика ФИО3 на квартиру по адресу: г. Иркутск, <адрес>.

Так как заявление о принятии наследства истец подал в установленные законодательством сроки, он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства.

В связи с тем, что ответчица на момент принятия истцом наследства уже оформила право собственности на спорную квартиру, данное имущество не могло быть включено в наследственную массу.

На основании изложенного истец просил суд признать недействительным договор купли-продажи квартиры но адресу: г. Иркутск, <адрес> между Олейник ФИО22 и ФИО14 ФИО23, зарегистрированный ****год г№; применить последствия недействительности сделки; прекратить право собственности ФИО14 ФИО24 на квартиру по адресу г. Иркутск, <адрес>; включить квартиру по адресу г. Иркутск, <адрес> наследственную массу после смерти Олейник ФИО25; признать за Олейником ФИО26, право собственности на квартиру по адресу: г. Иркутск, <адрес>.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал, настаивал на их удовлетворении.

В судебном заседании представитель истца ФИО2 исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в иске, настаивала на удовлетворении исковых требований.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО4 исковые требования не признала, возражала против удовлетворения исковых требований.

Ответчики ФИО3, Администрация г. Иркутска, – извещались надлежащим образом о времени и месте проведения судебного заседания.

Исследовав материалы дела и, оценив все представленные доказательства, в их совокупности и взаимной связи, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законном.

В соответствии со ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

Согласно ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии со ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Статьей 177 ГК РФ предусмотрено, что может быть признана судом недействительной сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими. В соответствии со ст. 166 ГК РФ данная сделка является оспоримой.

Судом установлено, что в соответствии с договором купли-продажи от ****год г., ФИО5 (продавец) и ФИО6 действующий по доверенности за ФИО3 заключили настоящий договор о нижеследующем: Продавец продает в целом квартиру, состоящую из 2-х комнат, а Покупатель покупает в целом квартиру, состоящую из 2-х комнат, находящуюся по адресу: г. Иркутск, <адрес> расположенную на 5 этаже, общей площадью <...> кв.м.

Данная квартира принадлежит Продавцу на основании Свидетельства о праве на наследство по закону, выданного ФИО7, государственным нотариусом 3-й Иркутской государственной нотариальной конторы, реестр. № (п.1.2 Договора), зарегистрировано в БТИ Администрации г. Иркутска ****год №.

Цена договора составила <...> руб. (п. 2.1 Договора).

В связи с чем, ****год в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним (далее - ЕГРП) была внесена запись о праве собственности ФИО3 на квартиру, расположенную по адресу: г. Иркутск. <адрес>, на основании договора купли-продажи от ****год заключенного с ФИО5 (продавец).

Судом был допрошен в качестве свидетеля ФИО8, который суду пояснил, что он был лечащим врачом ФИО5 Судя по выписному эпикризу, выписалась она в хорошем состоянии, с положительной динамикой, именно поэтому она была записана на реабилитационное лечение в больницу №. Тех, кто не идёт на поправку, они отправляют домой, наблюдаться у невролога по месту жительства. Инсульт затронул речевые функции ФИО5, она все прекрасно понимала, но сказать не могла, либо говорила отдельными фразами. Госпитализация была обоснована. Изменения по большей степени отразились на двигательной функции. При наличии реабилитационного потенциала, пациент направляется на реабилитацию в больницу №, это происходит только при наличии положительной динамики, исходя из медицинских документов. В ****год года ФИО5 могла осознавать свои действия и руководить ими, прошло уже достаточно времени после инсульта.

Человек, утративший какую либо важную функцию, может по разному на это реагировать, кто-то становится раздражительным, кто-то злым, бывает по разному.

Когда ФИО5 поступила в больницу, она почти не разговаривала, в ходе лечения речевые функции восстанавливаются, человек понимает, что он не полноценен, поэтому он начинает раздражаться, даже в пожилом возрасте любой человек хочет жить полноценной жизнью, ухудшение состояния также возможно, тут трудно спрогнозировать.

Свидетель ФИО9 суду пояснила, что ФИО5 помнит. К ней обратилась ФИО10, соседка по лестничной площадке, попросила помочь подруге продать квартиру. Сделка была ****год, за несколько дней с ней встретились в квартире Людмилы Ивановны, она была в гостях, свидетель зашла, ФИО5 сказала, что хочет переехать в <адрес>. Через какое то время ФИО5 приехала к ней в офис, и они вместе в съездили в МФЦ на <адрес> Свидетель заняла очередь для сдачи документов. ФИО5 находилась в нормальном состоянии. Свидетель её спрашивала – не будет ли она жалеть, что уехала из Иркутска и продала квартиру, она ответила, что нет. Эмоциональный фон у нее был ровный, самоубийство не планировала, никаких странностей в её поведении не было, общались мы минут <...>, на ее слова она реагировала адекватно, на вопросы отвечала по существу, мысли излагала правильно, была обычный нормальный человек, без каких либо особенностей, мысли не теряла, внешний вид был нормальный, обычная пожилая женщина. Лекарства при свидетеле не принимала, неадекватного поведения, странностей за ней замечено не было.

За несколько дней до сделки общалась непродолжительное время. ФИО5 была одна. Все её действия были последовательны. Договор купли-продажи составлялся свидетелем. В доме у Людмилы Ивановны, они с ФИО5 общались минут <...>. Речь у неё была нормальная, не помнит, чтобы она тянула речь или заикалась. Приехала она в офис со своим родственником, это был мужчина. ФИО5 сама выразила желание продать квартиру. Стоимость сделки составляла <...> рублей. Это чуть выше среднерыночной стоимости аналогичной квартиры на тот момент. При свидетеле деньги не передавалась. В офисе ФИО5 разговаривала со своим родственником, давления на неё никто не оказывал. На момент сделки ФИО5 была прописана в спорной квартире.

Свидетель ФИО11 суду пояснила, что с ФИО5 они общались. После её лечения тоже. Настроение у неё часто менялось. Она могла долго смотреть в одну точку, могла резко поменять тему разговора. Странности в её поведении были, она собиралась замуж за местных бичей, заигрывала с ними, могла купить им водки и танцевать перед ними. После больницы стала внушаемая. Реакция на слова свидетеля была разная, порой непредсказуемая. До болезни это была властная, жесткая женщина, к деньгам относилась очень скурпулёзно. Поле того как выписалась, могла просто раздать деньги местным алкоголикам. Речь понимала, соседей не узнавала. На вопросы отвечала по разному – могла ответить по существу, могла ответить невпопад. Резко меняла тему разговора, забывалась. Не совсем ориентировалась в пространстве и времени. Говорила, что хочет съездить на могилу к сестре, свидетель её отговорила, сказала, что далеко и что ей будет тяжело. До болезни была весёлой, общительной, после – с прежним кругом общалась неохотно. После болезни за собой не следила, могла в огороде работать и в этой же одежде лечь спать, в туалет ходила в ведро, которое поставила в свою комнату. Иногда она ходила с растрёпанными волосами, поэтому свидетелю приходилось расчесывать ей волосы.

Свидетель ФИО12 суду пояснила ФИО5 знает 8-9 лет, познакомились на улице, когда она торговала. Виделись летом, на лавочке возле подъезда. После больницы она свидетеля не узнала, не разговаривала. Это было в ****год году. В основном встречались летом возле подъезда. В одно время свидетель перестала ее видеть, когда спросила у соседей, они ответили, что она уехала к сестре. Это было в ****год году. После больницы ФИО5 никого не узнавала, в разговоре участия не принимала, могла головой кивнуть, могла просто встать и уйти домой. До инсульта они с ней общались, она очень часто говорила о сыне, хорошо о нем отзывалась, об отъезде и о продаже квартиры свидетель никогда от нее слышала, говорила, что хочет съездить к племяннику в гости, потом я слышала, что она уехала на курорт. После больницы она меня вообще не узнавала.

ФИО5 на нее никак не реагировала. Летом ****год года с ФИО5 виделись примерно 2 раза в неделю. Она хромала, ходила с тросточкой. О сыне всегда отзывалась хорошо, считала его своей опорой, говорила, что он ей помогает.

Свидетель ФИО6 суду пояснил ФИО5 приходилась ему родной тетей. После инсульта летом ****год года она себя чувствовала нормально, все осознавала, сама себя обслуживала, правда, с речью у нее были небольшие проблемы, немного заикалась, свидетель ее сначала плохо понимал, но она делала гимнастику для языка, читала скороговорки, потом стала говорить лучше. Перед отъездом она уже говорила хорошо. Квартиру у нее покупал свидетель. Когда свидетель приехал, она уже подготовила все необходимые документы. Поехали к риелтору, подписали все необходимые бумаги и вместе с риелтором поехали в Росреестр. Деньги были наличными купюрами по ****год рублей 3-4 пачки. Деньги ФИО5 свидетель передал у риелтора, она их положила к себе в сумку. Когда она умерла, свидетель участвовал в похоронах. После смерти у нее нашли ****год рублей, где остальная часть денег, свидетелю неизвестно.

Про сына ФИО5 отзывалась плохо, говорила, что он ее бьет, унижает, в последнее время жить стало совсем невыносимо. Разговоры о переезде были давно. После инсульта, когда ее сын переехал к ней жить вместе с женой, все обострилось, она просила ее забрать. Это было в конце ****год свидетель поехал ее забирать. Жила тогда у своей подруги тети Люси. Когда свидетель ее забирал, у нее с собой была сумка с документами, одета была в осеннюю куртку, босоножки, юбку. Документы ФИО5 готовила сама, свидетеля она просила узнать в интернете на сайте Росреестра номер очереди. У риелтора мы были около <...> минут. Оформили все быстро, документы были уже заранее подготовлены. ФИО5 не выражала сожалений о продаже квартиры, была в адекватном состоянии, возила свидетеля по городу, поскольку свидетель Иркутск не знает. Адрес риэлторского агентства не помнит. ФИО5 с сыном не общалась, когда приехала в Железногорск-Илимский поменяла сим-карту в телефоне. Чувствовала она себя хорошо, была счастлива, ни о чем не жалела, стала здесь улыбаться, общалась с родственниками. Переехала от свидетеля, потому что не хотела их стеснять. Искали варианты для покупки квартиры, но ничего подходящего не было. В октябре ФИО5 одна ездила в Иркутск, отменяла доверенность на сына, звонила и говорила, что он без разрешения снимает ее пенсию. Когда вернулась про сына ничего не говорила, ночевала у подруги Людмилы. Где деньги от продажи квартиры свидетелю неизвестно. свидетель ей предлагал оформить карту, но она отказалась. В ****год года свидетель ездил в Иркутск забирать вещи ФИО5, заодно забрал в Росреестре документы на квартиру, после чего поехал на квартиру. Был с племянником на его машине. Это был будний день. После девяти приехали на квартиру, дверь открыл истец, свидетель ему дал договор купли-продажи для ознакомления.

Истец вместе с супругой собирали вещи, он попросился пожить до января, свидетель разрешил. Поехали во Иркутск-2 заключили там договор аренды, договорились, что он будет платить квартплату, один раз даже это сделал. Договор аренды не сохранился, исчез из машины, где сидел истец.

Вещи забирал по личной просьбе ФИО5, сама она ехать не хотела, говорила, что боится сына. Все документы и деньги находились у ФИО5 После ****год года в квартире свидетель не был. ФИО5 позвонили соседи и сказали, что почти сразу же после моего приезда он выехал и сдал квартиру в аренду. Приехал свидетель в Иркутск только в начале ****год года, в квартиру попасть не мог, уехал, вечером снова приехал, дверь открыла семейная пара, они мне показали расписку, в которой было указано, что истец сдал им квартиру в аренду за <...> рублей в месяц.

В Росреестр ездили втроем – свидетель, ФИО5 и риелтор Елена. Деньги в банкомате свидетель снимал в разное время. Некоторая часть денег лежала на его счету, некоторая – на счету у супруги, некоторую сумму занимали у знакомых, расписки не брали, но чтобы отдать долг пришлось взять кредит. Личные вещи после смерти ФИО5 не забирали, за исключением телевизора, кроме того, забрали деньги в размере <...> рублей, они ушли на похороны. ФИО5 хотела приобрести квартиру в <адрес>, но на тот период ее все устраивало, за квартиру платили свидетель с женой.

Свидетель ФИО13 суду пояснила, что браке с истцом состоит с <...> года, знакомы с <...> года. С ФИО5 свидетель была в очень хороших отношениях, помогали друг другу. После инсульта она вела себя странно. Жестикулировала, постоянно плакала, смеялась без причины, как потом выяснилось в мае умер ее хороший знакомый травник. На все реагировала очень эмоционально. Вела себя странно. У нее резко менялось настроение. Могла высыпать на кухне грязь, закрывала свидетеля на балконе. К ней переехали по ее просьбе, ухаживали за ней. ****год свидетель сидела возле подъезда, ФИО5 вышла из дома с сумкой и сказала, что едет к своей подруге Людмиле, которая оформит ей путевку в санаторий, свидетель вызвала ей такси и вместе с ней уехала к ее подруге, там свидетель попила чай и сразу же легла спать. Утром свидетель уехала на работу, ФИО5 тоже собиралась куда то ехать. Свидетель позвонила ей с работы, она сказала, что была дома, забрала тапочки и халат, сказала, что будет у подруги ждать путевку, кроме того, она забрала все документы. Но оставила свои зубные протезы. До инсульта она никогда не говорила о своем сыне плохо. У них никогда не было плохих отношений. После смерти знакомого она очень часто говорила, что не хочет жить, часто плакала. С ним она очень часто общалась, дружили они <...> лет. Тяжело переживала его смерть. Почему она ушла к подруге мне неизвестно.

С родственниками из <адрес> она не общалась. Свидетель никогда не слышала, чтобы она разговаривали с ними по телефону. ФИО5 была очень постоянным человеком, никогда не меняла свои привычки. Она бы никогда никуда так просто не уехала. Мы смотрели распечатки с ее телефона, после инсульта ответчики в течение месяца звонили ей 13 раз, а до инсульта за 7 месяцев – 9. Сама она им не звонила. После инсульта она начала выходить на улицу только в мае. Дома смотрела телевизор. Ничего не делала, пыталась читать книги, но ничего не запоминала, путалась. Утром она вставала рано, пила лекарства и весь день смотрела телевизор. Контролировали прием лекарств. С собой она забрала все лекарства, которые хранились у нее дома годами. На осень планировала уборку огорода. Она все помнила, знала когда у нее пенсия, когда нужно было платить кредит. В кредит она брала небольшие суммы. Могла встать посередине проезжей части и читать расписание автобусов. Могла просто кататься на автобусе. Иногда странно одевалась, одевала прозрачный халат, раньше такого я за ней не замечала. Однажды в феврале гладила кота и начала его душить. После инсульта она вела себя неадекватно, называла свидетеля другим именем, не ела с ними. Могла поставить вариться кашу и забывала выключить плиту. Не ходила в туалет, просто унесла себе в комнату ведро. ФИО5 попросила к ней переехать когда лежала в больнице после инсульта ****год. Она могла выговаривать отдельные слова. Когда ее увозила скорая помощь, она была в невменяемом состоянии. 2 недели она лежала в больнице. Из больницы ее забирал сын. Чувствовала себя плохо, не улыбалась, но была в сознании. Со временем начала пытаться говорить. Когда ФИО5 уезжала к подруге она была в нарядном платье, с сумкой. Людмила Ивановна не была ее подругой, собиралась ли она ехать на курорт вместе с ФИО5 неизвестно. Истцу свидетель сказала, что ФИО5 находится у нее. Муж ответчика приезжал со своим родственником за вещами. О чем они разговаривали с мужем свидетеля ей неизвестно. Муж никуда с ними не ездил, помог унести вещи и сразу же вернулся. Переехали в свою квартиру в ****год года. С собой мы забрали только электрическую плиту. В квартиру ФИО5 муж пустил пожить своих знакомых.

Показания свидетелей о состоянии ФИО5 на момент совершения сделки противоречивы: свидетели ФИО9, ФИО6 суду пояснили, что в момент совершения сделки ФИО5 не проявляла каких-либо странностей в поведении, в то время как свидетели ФИО11, ФИО12 и ФИО13 пояснили, что у ФИО5 имелись странности в поведении. Оценивая указанные показания, суд учитывает отсутствие специальных познаний в сфере психиатрии у указанных свидетелей. Кроме того, свидетель ФИО13 является супругой истца ФИО1, и свидетель ФИО6 является супругом ответчика ФИО3, что может повлечь необъективность показаний указанных свидетелей.

В ходе судебного разбирательства, стороной истца было заявлено ходатайство о назначении судом судебной психолого-психиатрической экспертизы.

На основании определения суда от ****год по данному делу была назначена посмертная судебная психолого-психиатрическая экспертиза.

Из заключения экспертов ИОПНД №, следует, что ФИО5 могла осознавать значение своих действий и руководить ими в период относящийся к ****год при подписании договора на продажу квартиры, расположенной по адресу: г. Иркутск, <адрес>.

На основании изложенного суд делает вывод о недоказанности того, что ФИО5 не могла понимать значения своих действий и руководить ими при подписании договора на продажу квартиры, расположенной по адресу: г. Иркутск, <адрес>.

В связи с этим в удовлетворении исковых требований истца о признании недействительным договора купли-продажи спорной квартиры между ФИО5 и ФИО3 следует отказать.

Поскольку в удовлетворении требований истца о признании договора купли-продажи спорной квартиры судом отказано, исковые требования истца о применении последствий недействительности сделки, прекращении права собственности на квартиру, включении квартиры в наследственную массу после смерти ФИО5, признании за истцом права собственности на спорную квартиру также не подлежат удовлетворению.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО3 по доверенности ФИО4 заявила ходатайство о взыскании с истца судебных расходов по оплате услуг представителя в сумме <...> руб.

В соответствии с ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Судом установлено, что за осуществление представительства по данному гражданскому делу, ответчик ФИО3 понесла расходы на оплату услуг представителя ФИО4 в размере <...> руб., что подтверждается договором от ****год и квитанцией к приходному кассовому ордеру от ****год.

Из материалов дела видно, что представитель ответчика доверенности ФИО4 принимала участие в судебных заседаниях ****год, ****год, ****год, ****год, ****год давала устные пояснения по делу, представляла письменные доказательства.

Разрешая вопрос о взыскании расходов на оплату услуг представителя, учитывая характер спора, длительность судебного разбирательства, сложность гражданского дела, материальное положение сторон, суд с учетом разумности и справедливости считает необходимым взыскать с истца ФИО1 в пользу ответчика ФИО3 расходы на оплату услуг представителя в сумме <...> руб. Данная сумма является разумной и может быть взыскана, поскольку размер расходов, понесенных ответчиком ФИО3 доказан.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований Олейника ФИО28 к ФИО14 ФИО29 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры, прекращении права собственности, включении квартиры в наследственную массу, признании права собственности – отказать.

Взыскать с истца Олейника ФИО30 в пользу ответчика ФИО14 ФИО31 расходы на оплату услуг представителя в сумме <...> руб.

Решение суда может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в течение месяца в Иркутском областном суде через Ленинский районный суд г. Иркутска.

Мотивированное решение изготовлено 25 октября 2017 г.

Судья В.А. Долбня