Приговор № 1-76/2017 от 19 марта 2017 г. по делу № 1-76/2017

Дело № 1-76/2017


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

06 апреля 2017 года г. Саранск

Октябрьский районный суд г. Саранска Республики Мордовия в составе председательствующего судьи Пыкова В.А., при секретаре Тургеневой Ю.А., с участием государственного обвинителя – помощника прокурора Октябрьского района г. Саранска Вергазовой Б.А., подсудимого ФИО1, его защитника – адвоката Свобода Л.В., представившей удостоверение № 15045 от 02.03.2016 г., выданное Главным Управлением МЮ России по г. Москве и ордер № 2808 от 20.03.2017 г., потерпевшей П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению ФИО1,, <дата> года рождения, уроженца <адрес>, гражданина Российской Федерации, со средне - специальным образованием, разведенного, не работающего, не военнообязанного, зарегистрированного и проживающего по адресу: <адрес>, ранее не судимого, -

- в совершении преступления, предусмотренного частью четвертой статьи 111 УК Российской Федерации,

у с т а н о в и л:

ФИО1 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, при следующих обстоятельствах:

25.12.2016 г. примерно в 13 часов 45 минут Д., <дата> рождения и ее сын ФИО1 находились в своей квартире по адресу: <адрес>, при этом последний употреблял спиртные напитки. Примерно в 14 часов 00 минут ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения, на почве возникших неприязненных отношений, связанных с необходимостью ухода за престарелой матерью, решил умышленно причинить тяжкий вред здоровью Д. Реализуя задуманное, ФИО1 примерно в 14 часов 00 минут 25.12.2016 г., осознавая противоправность своих действий, предвидя наступление общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью Д. и желая этого, кулаком правой руки нанес с достаточной силой множественные удары в область головы, туловища и конечностей лежавшей на полу в своей комнате Д. Затем ФИО1 поднял и посадил потерпевшую на диван, после чего, продолжая свои противоправные действия, направленные на причинение тяжкого вреда здоровью Д., с достаточной силой вновь нанес множественные удары кулаком правой руки в область головы, туловища и конечностей Д., нанеся ей в общей сложности не менее 49 ударов по различным частям тела.

Своими действиями ФИО1 причинил Д. <...> Данные телесные повреждения образовались от не менее 49 ударов, воздействий, с силой достаточной для их образования.

Смерть Д. наступила <дата> примерно в 17 часов 00 минут в ГБУЗ РМ «Республиканская клиническая больница № 4» в результате сочетанной травмы: тупой закрытой травмы головы, тупой травмы тела, осложнившейся отеком головного мозга.

Совершая указанные противоправные действия, ФИО1, нанося удары в область расположения жизненно-важных органов Д., желал причинить тяжкий вред ее здоровью и не предвидел наступления общественно-опасных последствий своих действий в виде ее смерти, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности, должен был и мог предвидеть эти последствия.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в совершении преступления признал в полном объеме, в содеянном чистосердечно раскаялся, от дачи показаний отказался на основании статьи 51 Конституции Российской Федерации.

По ходатайству государственного обвинителя, в соответствии пунктом 3 части первой статьи 276 УПК Российской Федерации, показания ФИО1, данные на предварительном следствии, оглашены в судебном заседании.

Так, допрошенный в качестве обвиняемого на стадии следствия ФИО1 пояснил, что он проживает по адресу: <адрес>, где он проживал изначально почти с рождения. В 1981 году он женился. В 2008 году они с супругой развелись, и он вернулся жить к матери в квартиру по указанному адресу. Несовершеннолетних детей у них нет. Он нигде не работал последние два месяца перед задержанием, систематически злоупотреблял спиртными напитками. Вместе с ним также проживала его мать Д., <дата> года рождения. Она являлась <...>, очень плохо передвигалась. Он за ней ухаживал последние 8 лет, помогал ей во всем. Она из-за своего физического состояния плохо справлялась с повседневными делами, что его очень сильно раздражало. К примеру, ему приходилось вытирать ей ягодицы после того, как она сходит в туалет «по большому» прямо у себя в комнате. Также она была почти глухая, очень плохо слышала и видела. Его это тоже очень сильно в ней раздражало. 24.12.2016 г. он утром уехал на рыбалку в с. Новотроицкое Старошайговского района. Оттуда он вернулся в тот же день примерно в 15 часов. После этого он стал выпивать дома спиртные напитки, а именно водку. Он выпивал один. Мать находилась дома. 25.12.2016 г. утром он проснулся примерно в 10 часов и снова продолжил выпивать водку. Примерно в 13 часов 45 минут он почувствовал неприятный запах из комнаты матери. Он зашел к ней в комнату и увидел, что она как обычно лежит на диване на простыне под одеялом. Она была одета в сорочке и в халате, в которых ее потом увезли сотрудники скорой помощи. Он был одет в джинсы и свитер, которые были изъяты в ходе осмотра его квартиры. Пеленка под матерью была испачкана каловыми массами. Он понял, что мать сходила в туалет «по большому» прямо под себя, а его не позвала. Он несколько раз спросил ее, почему она не позвала его, чтобы он ей помог. Она ничего не ответила, потому, что была глуховата и видимо не услышала его вопрос. Тогда он подошел к ней, поднял ее и усадил ее на пластмассовое ведро, в которое она обычно ходила «в туалет». Она помочилась в это ведро, после чего не удержала равновесие и вместе с ведром упала на пол, на левый бок, головой в сторону буфета. Все, что было в ведре (ее кал и моча), тоже разлились по полу. Его это очень сильно разозлило, потому что он понимал, что ему придется все это убирать за ней. К тому же он в этот момент был сильно пьян. Поэтому он захотел избить свою мать Д. Примерно в 14 часов 25.12.2016 г. он подошел к своей матери, лежавшей на полу, и стал избивать ее кулаком правой руки по голове, туловищу, рукам и ногам. Сколько всего было ударов – он точно не помнит, но уверен, что нанес ей всего не менее 30 ударов. Он бил ее с силой, потому что был зол на нее за ее беспомощное состояние и за то, что ему придется убирать за ней. Примерно в 14 часов 05 минут он поднял Д. с пола и посадил ее на диван, где она лежала до этого. Потом он ударил ее кулаком правой руки еще не менее 10 раз по голове, туловищу и конечностям. Примерно в 14 часов 10 минут он успокоился и перестал ее бить. Он вернулся в свою комнату, где продолжил выпивать водку. Мать оставалась на диване, чуть позже заснула. Пеленку из-под матери он впоследствии выбросил в мусорный бак возле их дома. Рядом с ней на диване была ее кофта, которая также впоследствии была изъята в ходе осмотра. На следующий день он продолжал выпивать спиртное в своей комнате, а мать лежала в своей комнате. Ей становилось все хуже после его ударов, но он не хотел вызывать скорую помощь, потому, что боялся, что его накажут за то, что он ее избил. 27.12.2016 г. примерно в 08 часов он проснулся. Мать чувствовала себя совсем плохо, говорила, что ей очень тяжело и все болит. Примерно в 10 часов, точное время не помнит, он все-таки вызвал скорую медицинскую помощь. Сотрудники скорой помощи по приезду осмотрели его мать, оказали ей какую-то помощь. От ее госпитализации он отказался, потому, что по его мнению в больнице за ней бы никто не смог ухаживать должным образом. Сотрудники скорой помощи заполнили свои документы и уехали. Через некоторое время снова приехали сотрудники скорой помощи - уже другая бригада, вместе с сотрудниками полиции. Его мать увезли на скорой помощи в больницу, ее забрали прямо с простыней, покрывалом и одеялом, на которых она все эти дни находилась. В тот же день его мать Д. скончалась в больнице. Он понимает, что его мать умерла из-за того, что он ее избил. Убивать ее он не хотел, просто хотел ее избить за то, что она постоянно ходила под себя «по-большому», и ему приходилось за ней убирать. У него самого какого-либо кровотечения в те дни не было. В ходе психолого-психиатрической экспертизы экспертам он давал несколько иные показания, так как не хотел им говорить всей правды, поэтому немного приукрасил свои действия, а также добавил несколько фактов, например, что он в тот день пил вино с другом. На самом деле было все именно так, как он рассказал в своих показаниях. (т. 2, л.д. 17-20, т. 1 л.д. 105-108).

По оглашению показаний подсудимый ФИО1 пояснил, что полностью подтверждает оглашенные показания, поскольку они соответствуют действительности, в содеянном чистосердечно раскаивается и приносит свои извинения потерпевшей стороне.

Кроме собственного признания, вина подсудимого подтверждается исследованными судом доказательствами.

Так, потерпевшая П. суду пояснила, что ФИО1 – ее отец, который проживал совместно с ее бабушкой и своей матерью – Д. по <адрес>, в связи с заболеванием последней и ее преклонным возрастом около 8 лет за ней ухаживал, покупал ей продукты питания и лекарства. О смерти Д. она узнала 27.12.2016 г. от сестры – Ди., которой позвонили сотрудники полиции и сообщили об этом. Ее отец выпивал периодически, как и все, по характеру он добрый, отзывчивый, помогал ей. Что могло послужить поводом к преступлению, она не знает. Отец не хотел отдавать Д. в пансионат для престарелых. Утром 27.12.2016 г. отец ей позвонил, сказал, что бабушке плохо, не пояснил, что произошло. Сама бабушка к этому времени плохо ходила, плохо слышала. Отец иногда жаловался ей, что он устал ухаживать за бабушкой. Последний раз у них она была в начале декабря 2016 г., ничего небычного она не заметила. Бабушка на отца никогда не жаловалась. У бабушки были ранее переломы костей, так как наблюдалась хрупкость костей, но они были старые. Кожа у нее также была очень тонкая, на коже наблюдались и ранее небольшие синяки. Последнее время бабушка не могла самостоятельно ходить в туалет, ходила под себя, отцу приходилось все время убирать за ней. Отец в связи с этим во всем себе отказывал, даже в отпуск не ходил. 24.12.2016 г. отец ей говорил, что ездил на рыбалку в этот день, ей не известно, употреблял ли он в этот день спиртное. Просит снисхождения для отца.

Свидетель Ди. суду пояснила, что подсудимый ФИО1 является ее отцом, который проживал до задержания по <адрес> совместно со своей матерью и ее бабушкой – Д. Он очень заботился о бабушке и та на него никогда не жаловалась. Она раз в неделю к ним приходила. У бабушки были хрупкая кожа и кости, задолго до случившегося была сломана нога, наблюдались на коже синяки от бытовых травм – на руках и ногах. Отцу было тяжело за ней ухаживать, он сам ей говорил об этом, в связи с этим она даже какое-то время сама ухаживала за бабушкой. В общей сложности, отец за ней ухаживал около 15 лет. Из-за того, что за бабушкой был необходим уход, отец даже уволился с работы. Последний раз бабушку она видела 23.12.2016 г., приходила к ним, ничего необычного не заметила, никаких телесных повреждений у бабушки не видела. Отец ей сообщил при этом, что на следующий день собирается на рыбалку. 27.12.2016 г. от сотрудников полиции она узнала, что бабушка в больнице, а отца задержали. Что случилось, ей не известно. При жизни бабушки стоял вопрос о помещении ее в дом престарелых, однако отец был категорически против этого. Надолго бабушку отец никогда не оставлял одну, закрывал дверь квартиры на замок, возможно кому-то оставлял ключи. 24.12.2016 г. он не просил ее посидеть с бабушкой.

Допрошенный по делу эксперт Син. суду пояснил, что он проводил судебно-медицинскую экспертизу трупа Д., выводы которой поддерживает в полном объеме. Обнаруженные у Д. телесные повреждения в совокупности повлекли тяжкий вред ее здоровью по признаку опасности для жизни. Количество и механизм образования обнаруженных у Д. телесных повреждений позволяют исключить возможность их образования при падении потерпевшей с высоты собственного роста и соударении с различными поверхностями. Образование указанных в заключении эксперта повреждений у потерпевшей, в том числе в области ее головы при падении с положения сидя на стуле, с дивана, кровати и соударении о постилающую поверхность не возможно. Все обнаруженные у потерпевшей телесные повреждения причинены в одно и то же время, не разновременно. Старые переломы, которые имелись у потерпевшей, не учитывались им при даче заключения. При сильном сжатии тела потерпевшей руками, например при ее мытье в ванной, описанные телесные повреждения образоваться также вряд ли могли. Ломкость костей потерпевшей нельзя связать с причиной образования у нее телесных повреждений, то есть при ломкости костей у нее не могли образоваться такие телесные повреждения, которые установлены заключением. Количество воздействий, от которых образовались телесные повреждения, описанные у потерпевшей в заключении эксперта - не менее 49.

Свидетель С. суду пояснила, что работает врачом станции скорой медицинской помощи. Подсудимого видела, так как в конце декабря 2016 г., числа не помнит, в утреннее время поступил вызов к больной у которой все болело. По прибытии на <адрес>, она обнаружила больную, которая лежала на диване, кричала от боли, была вся в гематомах и повреждениях. Скорую вызвал ее сын – подсудимый, на ее вопрос, что произошло, он не мог пояснить. У него присутствовал запах алкоголя изо рта, на пострадавшую он представил документы. Стал пояснять, что находился на рыбалке, бабушка упала с дивана и он сразу вызвал скорую. Однако характер телесных повреждений свидетельствует о том, что они образовались не в день вызова скорой помощи, а ранее. По поводу позднего вызова скорой подсудимый ничего внятного не пояснил. У пострадавшей наблюдался перелом ноги, обширные телесные повреждения, переломы ребер под вопросом – наблюдалась патологическая подвижность костей ноги и ребер, ушибы мягких тканей лица, ног, живота. Все эти повреждения были не свежими. В связи с этим подсудимому она предложила госпитализацию пострадавшей, но тот был против, сказал, что сам ее вылечит. Поэтому она составила карту вызова скорой, затем уехала, сообщила о случившемся сотрудникам полиции, которые вызвали повторно скорую. Вторая бригада скорой помощи, которая выехала по указанному адресу, госпитализировала пострадавшую, которая скончалась в больнице.

Из показаний свидетеля Бо., данных суду усматривается, что он является врачом станции скорой медицинской помощи. В конце декабря 2016 г., числа не помнит, он в составе бригады скорой помощи повторно, по вызову сотрудников полиции он выезжал для оказания медицинской помощи пострадавшей по месту ее жительства на <адрес>, где видел подсудимого. Врач скорой помощи С. перед выездом пояснила ему, что до этого ездила к указанной больной по вызову сына, у бабушки были переломы, сын не мог объяснить внятно, что произошло, отказался от ее госпитализации. По приезду он обнаружил больную, которая находилась в тяжелом состоянии, у нее наблюдались переломы ребер, голени, ушибы по всему телу, которые были не свежие, давностью до суток как минимум. Подсудимый находился вместе с пострадавшей, у него наблюдались признаки алкогольного опьянения – запах алкоголя изо рта, шаткость походки, он пытался помочь вынести пострадавшую до скорой. Он разговаривал с подсудимым, поэтому определил у него указанные признаки опьянения. По поводу пострадавшей бабушки подсудимый пояснил ему, что несколько дней назад он обнаружил бабушку в таком состоянии, но почему сразу не вызвал скорую – пояснить не смог. После этого пострадавшая была доставлена в больницу.

Свидетель Ш. подтвердил в судебном заседании, что является фельдшером станции скорой медицинской помощи, подсудимого видел по месту его жительства на <адрес>, куда он в конце декабря 2016 г., числа не помнит, перед новым годом, совместно с врачом скорой помощи Бо. приезжал в составе бригады для оказания медицинской помощи пострадавшей бабушке. По приезду он увидел лежавшую на диване бабушку, которая находилась в спутанном сознании, у нее были телесные повреждения – перелом ноги, гематомы по телу - на лице, ноге, туловище. У подсудимого наблюдались признаки алкогольного опьянения - не связанная речь, шаткая походка. Лично ему подсудимый ничего не пояснял о случившемся. По результатам выезда врач Бо., который выяснял у подсудимого обстоятельства случившегося совместно с прибывшими сотрудниками полиции, составил карту вызова скорой помощи.

Свидетель Би. суду пояснил, что является оперуполномоченным ОУР отдела полиции № 1 УМВД России по г. Саранску, им проводилась проверка по факту смерти Д., в ходе которой он опрашивал ФИО1 об обстоятельствах получения потерпевшей телесных повреждений. ФИО1 пояснил ему, что 25.12.2016 г., когда он находился у себя дома в состоянии алкогольного опьянения, он увидел свою мать – Д., которая сходила в туалет под себя, в связи с чем он ее избил, отчего ей стало плохо. Никакого физического или психологического воздействия на ФИО1 он не оказывал, тот сразу пояснил об указанных обстоятельствах. Опрашивал он ФИО1 в своем служебном кабинете, где находились и другие оперативные работники, которые с ним работают в этом кабинете, но которые в опросе участия не принимали.

Свидетель Ба. суду пояснила, что является домкомом в <адрес>, хорошо знает подсудимого ФИО1 и знала его мать Д. Это хорошая, положительная семья. Подсудимый является единственным сыном Д. В конце декабря 2016 г. у их подъезда она увидела полицейскую машину и сотрудников полиции, которые ее опросили по поводу семьи ФИО1, записали все, она и им пояснила, что это положительная семья. От них она узнала, что бабушку – Д. обнаружили в квартире избитой и в этом подозревают ее сына - ФИО1 Для нее это было полным шоком. Больше она общалась с Д., которая рассказывала ей про своих внучек, никогда не жаловалась на сына. Примерно с 50 – 55 лет Д. была больна астмой, сын за ней постоянно ухаживал примерно около 10 лет, покупал ей продукты питания, лекарства. Самого подсудимого она может охарактеризовать с положительной стороны, никогда не видела его в запое или невменяемым. Он ей не жаловался на трудности по уходу за Д. К ним в гости приходили только дочери подсудимого, больше никого из посторонних у них она никогда не видела. Не знает о том, чтобы у кого-то подсудимый оставлял ключи от квартиры, когда уходил и оставлял бабушку одну.

Свидетель К. пояснила в судебном заседании, что ФИО1 знает, так как проживает с ним в одном доме по <адрес>, хорошо знала его мать – Д. Подсудимый всегда бегал в магазин за продуктами для матери, в аптеку за лекарствами, так как та была больной. Примерно за две недели до Нового года, в декабре 2016 г. она видела ФИО1, которого может охарактеризовать только с положительной стороны. Его мать на него ей никогда не жаловалась. Примерно 4 года до смерти Д. она вообще не видела, та не выходила из дома, болела. 27.12.2016 г. она шла с рынка домой и у своего дома увидела полицейский автомобиль. Вечером того же дня она вышла на улицу и от соседей узнала, что бабу Зину увезли в больницу, а ФИО1 забрали в полицию, так как он ее избил. 29.12.2016 г. были похороны Д. Кроме ФИО1 к бабушке приходили ее внучки, больше к ним никто не приходил.

По ходатайству стороны защиты в судебном заседании допрошены свидетели И. и Т.

Так, свидетель И. суду пояснила, что погибшая Д. ей доводится родной тетей, а подсудимый ФИО1 – двоюродный брат. С Д. последнее время она не общалась лично, лишь по телефону звонила ей примерно два раза в неделю. Д. была больна, за ней ухаживал подсудимый, он мыл ее, кормил. Она не верит, что он мог ее избить. В декабре 2016 г. она не созванивалась с Д., так как сама болела. Может сказать, что ради матери ФИО1 ушел с работы, круглосуточно за ней ухаживал, так как одну ее нельзя было оставлять, она ходила в туалет под себя, а ФИО1 за ней убирал. Ранее у Д. были переломы. По характеру ФИО1 спокойный человек, даже не курит, употреблял спиртное только по праздникам, в компании хороших людей. О его конфликтах с матерью она никогда ни от кого не слышала.

Свидетель Т. пояснила суду, что является участковым терапевтом поликлиники, к которой территориально относится <адрес>. Д. она хорошо знала, так как постоянно к ней приходила, с 1998 г. та страдала астмой, бронхитом, гастритом и холециститом. В связи с астмой ей выписывались препараты, которые могли вызывать ломкость костей, кожа из-за них могла быть как пергаментная бумага, то есть очень тонкой и ранимой. Д. жила с сыном, на которого никогда ей не жаловалась. При посещениях Д. по месту жительства она иногда наблюдала у нее гематомы и ссадины в области рук и ног, которые были характерны для контактов с кроватью, стулом, так как она передвигалась со стулом. Всегда Д. была чистая и ухоженная, не жаловалась на сына. Года 3-4 до смерти Д. сын за ней постоянно ухаживал.

Также, вину подсудимого ФИО1 в совершении преступления полностью подтверждают исследованные судом письменные материалы дела, а именно:

- протокол осмотра места происшествия от 28.12.2016 г, согласно которому осмотрена квартира по адресу: <адрес> участием ФИО1 Участвующее лицо ФИО1 в ходе осмотра пояснил, что именно в этой квартире он 25.12.2016 примерно в 14 часов 00 минут нанес множественные удары кулаком правой руки по голове, туловищу и конечностям своей матери Д., от чего она впоследствии скончалась. В ходе осмотра изъяты: джинсы ФИО1, свитер ФИО1 в которых он находился 25.12.2016 в момент совершения преступления, вырез с ковра, кофта Д. (т. 1 л.д. 62-76);

- протокол проверки показаний на месте обвиняемого ФИО1 от 09.02.2017 г., согласно которому последний пояснил о том, что преступление в отношении Д. совершено им 25.12.2016 г. в период с 14 часов до 14 часов 10 мин, путем нанесения ей примерно 40 ударов руками по конечностям, туловищу, голове, продемонстрировал с использованием манекена каким образом он наносил удары, взаиморасположение его и потерпевшей в момент нанесения ударов, локализацию нанесенных ударов. (т. 1, л.д. 225-238);- протокол осмотра трупа от 28.12.2016 г, согласно которому осмотрен труп Д. В ходе осмотра на трупе обнаружены многочисленные кровоподтеки, а также неестественная подвижность средней трети правой голени, верхней трети правого бедра, грудной клетки справа. (т. 1, л.д. 5-14);

- заключение судебной медицинской экспертизы № 120(А) к № 1731/2016 от 06.02.2017 г., согласно которому смерть Д. наступила 27.12.2016 в 17 часов 00 минут в результате сочетанной травмы: тупой закрытой травмы головы, тупой травмы тела, осложнившейся отеком головного мозга. На трупе Д. обнаружены следующие телесные повреждения: кровоизлияние под твердую мозговую оболочку, кровоизлияние под мягкую мозговую оболочку, кровоизлияние в мягких тканях головы со стороны их внутренней поверхности, множественные двусторонние переломы ребер по разным анатомическим линиям, прямого и непрямого характера, без повреждения пристеночной плевры, закрытый многооскольчатый перелом правой большеберцовой и малоберцовой костей в верхней и средней трети, закрытый перелом правой бедренной кости, множественные кровоподтеки лица, грудной клетки, живота, верхних и нижних конечностей, с причинением в совокупности тяжкого вреда здоровью.

Данные телесные повреждения образовались от не менее 49 ударов, воздействий тупого твердого предмета с силой, достаточной для их образования, в срок от 1 до 3 суток к моменту наступления смерти. Возможность их образования в результате однократного падения с высоты собственного роста исключается.

После причинения указанных телесных повреждений Д. могла совершать целенаправленные действия, передвигаться, разговаривать вплоть до полной потери сознания. Причинение данных повреждений могло сопровождаться наружным носовым кровотечением, без признаков фонтанирования. (т. 1, л.д. 139-147);

- протокол освидетельствования от 28.12.2016, согласно которому у ФИО1 изъяты срезы ногтевых пластин с обеих рук. (т. 1, л.д. 93-96);

- протокол осмотра предметов от 29.12.2016 г., согласно которому осмотрены: 1) джинсы ФИО1; 2) свитер ФИО1; 3) вырез с ковра; 4) кофта Д.; 5) срезы ногтевых пластин с правой руки ФИО1; 6) срезы ногтевых пластин с левой руки ФИО1; 7) одеяло с пододеяльником; 8) ночная сорочка Д.; 9) халат Д.; 10) простынь; 11) покрывало.

На джинсах ФИО1, вырезе с ковра, кофте Д., одеяле с пододеяльником, ночной сорочке Д., халате Д., простыне, покрывале обнаружены пятна вещества бурого цвета. (т. 1, л.д. 130-133);

- заключение судебной биологической экспертизы № 52/2017г. от 01.02.2017 г., согласно которому на срезах ногтевых пластин с обеих рук ФИО1 обнаружены клетки поверхностных слоев кожи, в которых в примеси возможны клетки кожи Д. (т.1, л.д. 192-197);

- заключение судебной генетической экспертизы № 84 от 09.02.2017 г., согласно которому на джинсах ФИО1 обнаружена кровь Д. (т. 1, л.д. 152-157);

- заключение судебных биологических экспертиз № 50/2017 от 07.02.2017 г. и № 50А/2017 от 01.02.2017г., согласно которым на вырезе с ковра, кофте Д. обнаружена кровь человека, которая могла произойти от Д. (т. 1, л.д. 162-171);

- заключение судебных биологических экспертиз № 51/2017 от 07.02.2017 г. и № 51А/2017 от 02.02.2017 г., согласно которым на ночной сорочке и халате Д., на простыне и одеяле с пододеяльником обнаружена кровь человека, которая могла произойти от Д. (т. 1, л.д. 176-187).

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № 1710/2016 (ОЖЛ) от 29.12.2016 г. у ФИО1 на момент осмотра (на 29.12.2016 г.) каких-либо телесных повреждений не обнаружено. (т. 1, л.д. 111).

По заключению комиссии экспертов № 80 от 14.02.2017 г., ФИО1 каким-либо хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненном состоянием психики, лишавшим его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не страдает в настоящее время и не страдал в период времени, относящийся к инкриминируемому ему деянию. Может в настоящее время в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В период времени, относящийся к инкриминируемому деянию у ФИО1 признаков какого-либо временного психического расстройства не обнаруживалось, он находился в состоянии простого алкогольного опьянения. Об этом свидетельствуют данные анамнеза, материалов уголовного дела об употреблении ФИО1 алкогольных напитков незадолго до совершения преступления, наличие физических признаков опьянения, последовательный и целенаправленный характер его действий на фоне сохраненной ориентировки и адекватного речевого контакта с окружающими, отсутствие в его поведении и высказываниях бреда, галлюцинаций, немотивированного страха и других психотических расстройств при сохранности воспоминаний о содеянном. Мог в период времени, относящийся к инкриминируемому ему деянию, в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В применении принудительных мер медицинского характера не нуждается.

В момент инкриминируемого деяния ФИО1 в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения или в состоянии длительной психотравмирующей ситуации не находился. Индивидуально-психологические особенности личности нашли простое отражение в его поведении в момент правонарушения, не нарушили целевой структуры поведения, не нарушили хода деятельности, не способствовали накоплению эмоционального напряжения, а обозначили один из способов реагирования данной личности в конфликтной ситуации. (т.1, л.д. 202-205).

Анализируя представленные доказательства, суд считает вину ФИО1 полностью доказанной, его действия квалифицирует по части четвертой статьи 111 УК Российской Федерации - как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Обосновывая указанную квалификацию действий подсудимого ФИО1, суд учитывает, что в результате умышленных действий подсудимого потерпевшей были причинены телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред ее здоровью по признаку опасности для жизни, и по неосторожности смерть потерпевшего.

Таким образом, судом установлено, что ФИО1, действуя умышленно, ввиду возникших неприязненных отношений, причинил потерпевшей Д. телесные повреждения, опасные для жизни, которые повлекли за собой ее смерть. Виновный, нанося удары рукой потерпевшей, осознавал, что совершает действия, опасные для жизни другого человека, при этом учитывая интенсивность, локализацию нанесения ударов и их количество, желал причинить тяжкий вред здоровью Д., не предвидел, но мог и должен был предвидеть последствия в виде смерти потерпевшей.

Исходя из этого подсудимый умышленно причинил телесные повреждения Д., опасные для жизни, которые повлекли по неосторожности ее смерть.

Указанные обстоятельства полностью подтверждаются собственными признательными показаниями подсудимого, данными на предварительном следствии и оглашенными в судебном заседании, из которых установлено, что 25.12.2016 г. в период с 14 часов 00 мин. по 14 часов 10 мин., находясь в состоянии алкогольного опьянения у себя дома по адресу: <адрес>, в результате неприязненных отношений к своей матери Д., возникших по причине постоянного ухода за ней как за пожилым человеком, он умышленно нанес ей многочисленные удары кулаками по различным частям тела, в том числе по голове, туловищу, конечностям, в результате чего потерпевшая стала плохо себя чувствовать, жаловалась на боли, в связи с чем через два дня он вызвал скорую.

Данные показания ФИО1 полностью согласуются с показаниями свидетеля Би., пояснившего о том, что он, как оперуполномоченный ОУР отдела полиции № 1 осуществлял опрос ФИО1 по факту смерти Д. Подсудимый пояснил ему, что осуществлял постоянный уход за потерпевшей, 25.12.2016 г. в своей квартире, находясь в состоянии алкогольного опьянения увидел, как потерпевшая сходила в туалет под себя, из-за этого избил ее, ввиду чего ей стало плохо. Подсудимый сразу стал давать такие пояснения, какого-либо воздействия на подсудимого для дачи таких пояснений никто не оказывал.

Приведенные обстоятельства совершения преступления полностью согласуются и с пояснениями ФИО1, данными в ходе проверки его показаний на месте.

Никаких пояснений относительно недозволенных методов ведения следствия подсудимый ФИО1 не давал ни в ходе следствия, ни в судебном заседании.

Более того, вышеприведенная судебно-медицинская экспертиза в отношении подсудимого ФИО1, проводившаяся на стадии следствия после его задержания, каких-либо телесных повреждений у него не выявила, что свидетельствует об отсутствии какого-либо воздействия на подсудимого на стадии следствия.

При таких обстоятельствах, суд не усматривает оснований полагать о применении недозволенных методов ведения следствия в отношении подсудимого, для самооговора подсудимого, а равно для того, чтобы сомневаться в его показаниях, в связи с чем, в качестве доказательства вины принимает показания ФИО1, данные на предварительном следствии и оглашенные в судебном заседании.

Допрошенные в судебном заседании медицинские работники скорой помощи - С., Бо. и Ш. пояснили, что по прибытии к пострадавшей Д. 27.12.2016 г. они наблюдали у нее многочисленные телесные повреждения, в том числе переломы ребер и голени, ушибы мягких тканей головы, туловища, конечностей, которые были не свежими, то есть причинены не в день их прибытия, а ранее. При этом подсудимый, который находился в квартире, не мог пояснить, почему он сразу не вызвал скорую помощь.

При таких обстоятельствах, суд приходит к убеждению о том, что подсудимый, причинив телесные повреждения потерпевшей, осознавал противоправность своих действий, не вызвал скорую помощь непосредственно после совершения преступления по причине того, что опасался негативных для себя правовых последствий.

Обстоятельства причинения подсудимым потерпевшей Д. перечисленных телесных повреждений подтверждается исследованным в судебном заседании заключением судебно-медицинской экспертизы трупа, из которой следует, что эти телесные повреждения локализуются в области головы, туловища, конечностей потерпевшей.

Показания подсудимого о том, что он наносил потерпевшей удары по голове, туловищу, конечностям, полностью согласуются с выводами указанной экспертизы.

Допрошенный в судебном заседании эксперт Си., проводивший судебно-медицинскую экспертизу трупа Д. уверил суд, что обнаруженные у потерпевшей телесные повреждения повлекли за собой тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, не могли образоваться в результате ее падения с высоты собственного роста, со стула, дивана, кровати и соударении о постилающую поверхность, а равно от сильного сжатия тела потерпевшей руками другим лицом. При судебно-медицинском исследовании трупа он не принимал во внимание старые переломы костей у потерпевшей. Ломкость костей потерпевшей не могла привести к причинению у нее обнаруженных телесных повреждений при падении с высоты собственного роста, с дивана, стула, кровати.

В связи с изложенным, показания потерпевшей П., свидетеля обвинения Ди., свидетелей защиты И., Т. о том, что у потерпевшей Д. ввиду приема лекарственных препаратов наблюдалась тонкая кожа, на которой постоянно выступали синяки, а также образовалась ломкость костей, в связи с чем она и ранее полчала переломы костей, не могут служить основанием полагать о том, что обнаруженные и Д. телесные повреждения образовались при падении, сжатии ее руками при осуществлении ухода за ней, поскольку приведенные доказательства бесспорно свидетельствуют об их образовании от умышленных действий подсудимого.

Сопоставляя оглашенные показания подсудимого о том, что Д. он избил 25.12.2016 г., с заключением судебно-медицинской экспертизы трупа, показаниями эксперта Си., суд учитывает установленные обстоятельства того, что данные телесные повреждения потерпевшей образовались в срок от 1 до 3 суток к моменту наступления ее смерти (17 часов 27.12.2016 г.), что соответствует дате совершения преступления, указанной подсудимым.

Из исследованного заключения судебно-медицинской экспертизы трупа также следует, что причинение обнаруженных у Д. телесных повреждений могло сопровождаться наружным носовым кровотечением.

Данное обстоятельство согласуется с заключениями исследованных судебно-биологических экспертиз о том, что на одежде потерпевшей, в которой она находилась в момент преступления, а также на джинсах подсудимого, в которых он находился в момент совершения преступления, обнаружена кровь Д.

Также установлено, что в срезах ногтевых пластин подсудимого обнаружены клетки кожного эпителия потерпевшей Д.

Приведенные доказательства в полном объеме подтверждают вину подсудимого в совершении преступления, составляют совокупность, согласуются между собой, в связи с чем оснований полагать о их недопустимости и недостоверности у суда не имеется.

Из показаний потерпевшей П., свидетелей обвинения Ди., Ба., К. усматривается, что подсудимый один длительное время ухаживал за престарелой матерью – Д., которая последние 3-4 года с трудом передвигалась, не контролировала физиологические потребности организма, в связи с чем подсудимому приходилось убирать за потерпевшей, мыть ее.

Согласно показаниям подсудимого, данным на следствии установлено, что телесные повреждения ей он причинил в связи с тем, что обозлился на нее, так как потерпевшая сходила в туалет под себя, не позвав его, после чего не умышленно разлила содержимое туалетного ведра на пол и ему было необходимо осуществлять уборку.

Анализируя показания указанных лиц с показаниями подсудимого, суд приходит к выводу о том, что мотивом совершенного преступления явилась неприязнь подсудимого к потерпевшей Д., возникшая в результате необходимости осуществления ухода за последней.

В связи с этим, показания приведенных свидетелей, потерпевшей и свидетелей защиты И., Т. о том, что Д. никогда не жаловалась на подсудимого, который постоянно за ней ухаживал, не могут служить основанием для иного вывода суда, а равно для освобождения ФИО1 от наказания или другой квалификации его действий.

При назначении вида и меры наказания суд, в соответствии со статьей 6, 43, частью третьей статьи 60 УК Российской Федерации учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, с учетом состояния его здоровья, возраста, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающее его наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление виновного, на условия жизни его семьи.

Установлено, что подсудимый ФИО1 ранее не судим, совершил преступление, которое в соответствии со статьей 15 УК Российской Федерации относится к категории особо тяжкого, по которому он полностью признал вину, в содеянном чистосердечно раскаялся, положительно характеризуется по месту жительства и бывшему месту работы, имеет заболевания.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого ФИО1, в соответствии со статьей 61 УК Российской Федерации, суд учитывает полное признание подсудимым своей вины, чистосердечное раскаяние, признательные показания на стадии следствия, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, наличие звания ветерана труда, и донора, оказание медицинской помощи потерпевшей, положительные характеристики, наличие заболеваний, заболевания близких родственников, принесение публичных извинений потерпевшей.

Обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого ФИО1 является совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, в соответствии с частью 1.1 статьи 63 УК Российской Федерации.

Обосновывая в действиях ФИО1 смягчающее обстоятельство в виде активного способствования раскрытию и расследованию преступления, суд учитывает, что подсудимый добровольно сообщил правоохранительным органам о совершенном преступлении, раскрыв его обстоятельства, а именно конкретизировав свои действия, мотив преступления, о чем давал последовательные признательные показания следователю. При этом судом учитывается, что данные обстоятельства правоохранительным органам стали известны лишь благодаря признательным показаниям самого подсудимого, поскольку преступление совершено в условиях неочевидности, что безусловно, способствовало его раскрытию и успешному расследованию.

В качестве обоснования отягчающего наказание подсудимого обстоятельства в виде совершения преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения подсудимым, личность подсудимого. Несмотря на то, что подсудимый не состоит на диспансерном учете в ГБУЗ «Республиканский наркологический диспансер» по поводу заболевания <...> или злоупотребления алкоголем, суд учитывает установленные обстоятельства употребления ФИО1 спиртного непосредственно перед совершением преступления, то, что подсудимый находился в состоянии алкогольного опьянения в момент совершения преступления, о чем свидетельствуют собственные показания подсудимого и данные, отраженные в заключении психиатрической экспертизы, установившей в анамнезе состояние опьянения виновного в момент совершения преступления. Употребление спиртного и состояние алкогольного опьянения обусловило совершение подсудимым данного преступления.

Суд не усматривает в действиях подсудимого ФИО1 такого смягчающего наказание обстоятельства, как совершение преступления в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств, поскольку установлено, что родственниками потерпевшей с участием подсудимого обсуждался вопрос о помещении Д. в дом престарелых, против чего выступил сам подсудимый. Таким образом, уход за потерпевшей осуществлялся подсудимым по его собственному волеизъявлению. Также установлено, что потерпевшей Д. постоянно оказывалась медицинская помощь в домашних условиях, поскольку к ней постоянно приходил участковый врач, некоторое время уход за Д. осуществляла дочь подсудимого.

Не усматривает суд в действиях подсудимого отягчающее наказание обстоятельство - совершение преступления в отношении беззащитного или беспомощного лица либо лица, находящегося в зависимости от виновного, поскольку установлено, что потерпевшая на момент преступления не утратила до конца возможность самостоятельно передвигаться, так как передвигалась по квартире со стулом, и справляться с повседневными делами. По заключению судебно-медицинской экспертизы установлено, что Д. после причинения обнаруженных на ее теле телесных повреждений могла совершать целенаправленные действия, передвигаться, разговаривать, вплоть до полной потери сознания. Также установлено, что кроме подсудимого за потерпевшей некоторое время осуществляла уход ее внучка Ди., кроме того, потерпевшей оказывалась постоянная медицинская помощь на дому участковым врачом, что позволяет сделать вывод об отсутствии зависимости потерпевшей исключительно от подсудимого.

Обстоятельства совершения преступления подсудимым в отношении Д. как лица, находящегося в беззащитном, беспомощном состоянии или находящемся в зависимом от подсудимого состоянии не указано и в обвинительном заключении.

При таких обстоятельствах, осуществление подсудимым ухода за потерпевшей, совершение преступления из-за неприязни, возникшей по этим мотивам, в рассматриваемом случае нельзя расценить как совершение преступления с указанным отягчающим обстоятельством.

Принимая во внимание фактические обстоятельства преступления, его повышенную общественную опасность, наличие в действиях подсудимого отягчающего обстоятельства, суд не усматривает оснований для изменения категории совершенного подсудимым преступления на менее тяжкую, в соответствии с частью шестой статьи 15 УК Российской Федерации.

Несмотря на перечисленные смягчающие обстоятельства в действиях подсудимого, мнение потерпевшей, просившей не назначать строгое наказание, учитывая наличие отягчающего обстоятельства, фактические обстоятельства и общественную опасность преступления, совершение ФИО1 умышленного преступления против личности, относящегося в соответствии со статьей 15 УК Российской Федерации к категории особо тяжкого, суд считает необходимым назначить подсудимому наказание в виде лишения свободы, без ограничения свободы, считая при изложенных обстоятельствах, что исправление виновного и достижение целей наказания возможно лишь при назначении указанного наказания и реальном отбытии виновным лишения свободы.

Оснований для применения положений части первой статьи 62, ст. ст. 64 и 73 УК Российской Федерации суд не усматривает.

Не назначая виновному дополнительное наказание в виде ограничения свободы, суд учитывает положительно характеризующуюся личность ФИО1, перечисленные смягчающие наказание обстоятельства, в том числе полное признание вины, чистосердечное раскаяние, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, признательные показания на следствии.

Суд также исходит из того, что назначение указанного вида наказания не отразится негативно на условиях жизни семьи виновного, поскольку установлено, что на его иждивении отсутствуют малолетние, нетрудоспособные лица.

В силу пункта «в» части первой статьи 58 УК Российской Федерации отбывание наказания ФИО1 суд определяет в исправительной колонии строгого режима как лицу, осужденному за совершение особо тяжкого преступления, ранее не отбывавшему лишение свободы.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 307, 308, 309 УПК Российской Федерации, суд

п р и г о в о р и л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного частью четвертой статьи 111 УК Российской Федерации и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок семь лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания в виде лишения свободы в отношении ФИО1 исчислять со дня вынесения приговора, то есть с 06.04.2017 г. Зачесть в срок наказания ФИО1 время нахождения его под стражей в период с 28.12.2016 г. по 06.04.2017 г.

Меру пресечения в отношении ФИО1 оставить без изменения до вступления приговора суда в законную силу – заключение под стражу.

Вещественные доказательства по делу: джинсы, свитер, кофту ФИО1; вырез с ковра; срезы ногтевых пластин с правой и левой рук ФИО1; одеяло с пододеяльником; ночную сорочку, халат Д.; простынь; покрывало - уничтожить в соответствии с п. п. 1, 3 части третьей статьи 81 УПК Российской Федерации;

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Республики Мордовия в течение 10 суток со дня его провозглашения через Октябрьский районный суд г. Саранска, а осужденным, содержащимся под стражей – в тот же срок, со дня вручения копии приговора. Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, а также о назначении защитника по защите его интересов в суде апелляционной инстанции.

Председательствующий: В.А. Пыков