Апелляционное определение № 33-936/2026 от 11 марта 2026 г.

Судья Иноземцева Н.С. № 2-912/2025

№ 33-936/2026

УИД 30RS0001-01-2024-013334-65


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Астрахань 12 марта 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Астраханского областного суда в составе:

председательствующего Чурбаковой Е.Д.,

судей областного суда Поляковой К.В., Торчинской С.М.,

при ведении протокола судебного заседания помощником ФИО2

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Чурбаковой Е.Д. дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Трусовского районного суда г. Астрахани от 22 декабря 2025 г. по исковому заявлению ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Си Эн Жи Эс Инженеринг» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «Си Эн Жи Эс Инженеринг» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая, указав в обоснование требований, что между сторонами заключен трудовой договор, согласно которому ФИО1 принят на должность монтажника технологических трубопроводов. 3 сентября 2022 г. при выполнении работ на месторождении им. В.И. Грайфера акватории Каспийского моря в 160 км от г. Астрахани получил травму ввиду того, что угловую шлифовальную машину выбило из рук, которая ударила в правую руку в области плеча. Согласно акту № 1 от 8 сентября 2022 г., в купечестве причин несчастного случая указано на неправильную эксплуатацию оборудования, необеспечение контроля со стороны руководителей подразделения за ходом выполнения работы. Согласно справке бюро медико-социальной экспертизы № 6 ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве в размере 30 % на период с 17 февраля 2023 г. до 1 марта 2024 г. Согласно акту № 1 от 12 апреля 2024 г. причиной несчастного случая указано на неудовлетворительную организацию производства работ, выразившуюся в выдаче производителем работы ООО «Си Эн Жи Эс Инженеринг» ФИО13 неисправного электроинструмента, нарушение технологического процесса, в том числе неправильную эксплуатацию оборудования. ФИО1 указывает, что из-за полученной травмы перенес сильнейшее нервное потрясение, стресс из-за страха за полноценную жизнь и здоровье, что повлекло бессонные ночи, частые головные боле, отсутствие возможности создать семью, утрата им профессиональной трудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве привела к невозможности осуществлять трудовые обязанности по прежней квалификации.

Просит суд взыскать в свою пользу с ООО «Си Эн Жи Эс Инженеринг» компенсацию морального вреда, причиненного несчастным случаем на производстве, в размере 5000000 руб.

Истец ФИО1 и его представитель ФИО12 в судебном заседании исковые требования поддержали.

Представитель ответчика ФИО7 возражал против удовлетворения исковых требований, в случае удовлетворения исковых требований просил снизить размер компенсации морального вреда до разумных пределов.

Третьи лица ГБУЗ АО «ГКБ № 3», ГБУЗ АО «АМОКБ», Минздрав Астраханской области, ОСФР по Астраханской области, ФИО13 при надлежащем извещении не явились.

Решением Трусовского районного суда г. Астрахани от 22 декабря 2025 г. исковые требования ФИО1 удовлетворены частично. В пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 250000 руб., судебные расходы по оплате экспертизы в размере 43963 руб. В доход местного бюджета с ООО «Си Эн Жи Эс Инженеринг» взыскана государственная пошлина в размере 3000 руб.

В апелляционной жалобе ФИО1 ставит вопрос об изменении решения суда в части размера взысканной компенсации морального вреда и удовлетворения исковых требований в полном объеме, указав, что взысканный судом размер компенсации морального вреда занижен.

Другими лицами, участвующими в деле, решение суда не обжалуется.

На заседание апелляционной инстанции истец ФИО1, третьи лица ГБУЗ АО «ГКБ № 3», ГБУЗ АО «АМОКБ», Минздрав Астраханской области, ОСФР по Астраханской области, ФИО13 не явились, о слушании дела извещены надлежащим образом, ходатайств об отложении не поступило.

В соответствии с положениями статьи 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

В суде апелляционной инстанции представитель ФИО1 – ФИО12 поддержала доводы своей апелляционной жалобы, просила решение суда изменить, увеличив компенсацию морального вреда до 5000000 руб.

Представитель ответчика ООО «Си Эн Жи Эс Инженеринг» – ФИО7 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Заслушав докладчика, выслушав пояснения явившихся сторон, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов дела следует и установлено судом первой инстанции, что между сторонами 20 июля 2020 г. заключен трудовой договор № 1521, согласно которому ФИО1 принят на должность монтажника технологических трубопроводов. Срок действия договора определен до 31 августа 2020 г. Срок действия трудового договора неоднократно продлевался и последний раз был продлен до 31 октября 2022 г.

3 сентября 2022 г. ФИО1 на месторождении им. В.И. Грайфера акватории Каспийского моря в 160 км от г. Астрахани производил торцевание трубой фаски с применением электроинструмента – угловая шлифовальная машина. На УШМ отсутствовала дополнительная рукоятка. Около 12 часов 15 минут при выполнении работ из-за отсутствия дополнительной рукоятки произошло разрушение диска и соскок УШМ с трубной фаски, которая по инерции ударила рабочей крутящейся частью УШИМ в правую руку в область плеча ФИО1

ФИО1 обратился в государственную инспекцию труда в Астраханской области, по результатам рассмотрения обращения государственным инспектором составлено заключение от 31 января 2024 г., а также выдано предписание ООО «Си Эн Жи Эс Инженеринг» с требованием утвердить и выдать акт о несчастном случае на производстве (по форме Н-1).

Из акта № 1 о несчастном случае на производстве, утвержденном 12 апреля 2025 г., следует, что основной причиной несчастного случая явилось неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в выдаче производителем работы ООО «Си Эн Жи Эс Инженеринг» ФИО13 неисправного электроинструмента, сопутствующей причиной является нарушение технологического процесса, в том числе неправильная эксплуатация оборудования ФИО1 без дополнительной рукоятки.

Согласно медицинскому заключению ГБУЗ АО «ГКБ № 3» от 7 сентября 2022 г. № 3662 ФИО1 диагностирована <данные изъяты>. Указанное повреждение относится к категории легкой степени тяжести.

Согласно справке бюро медико-социальной экспертизы № 6 ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве в размере 30 % на период с 17 февраля 2023 г. до 1 марта 2024 г.

В рамках настоящего дела по ходатайству стороны истца, по делу назначена судебная медицинская экспертиза, производство которой ГБУЗ АО БСМЭ.

Согласно заключению № 38-ОКиКЭэ у ФИО1 имелась <данные изъяты>, которая на момент ее образования не являлась опасной для жизни, повлекла за собой длительное расстройство здоровья, продолжительностью трех недель (более 21 дня), что расценивается как причинение средней тяжести вреда здоровью.

Разрешая спорные правоотношения, суд первой инстанции, признав заключение судебной экспертизы достоверным и допустимым доказательством по делу, исходя из того, что ООО «Си Эн Жи Эс Инженеринг» несет ответственность за пред, причиненный по вине иных лиц работникам, пришел к обоснованному выводу о возложении на ООО «Си Эн Жи Эс Инженеринг» обязанности по возмещению ФИО1 компенсации морального вреда.

Судебная коллегия соглашается с данными выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на правильном применении норм материального права, соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Оснований для признания выводов суда первой инстанции незаконными, судебная коллегия не усматривает.

Судебная коллегия, соглашаясь с выводами суда о наличии оснований для взыскания с ответчика компенсации морального вреда, не может согласиться с определенным судом к взысканию размером компенсации по следующим основаниям.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации).

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В силу положений абзацев 4 и 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы 4, 15 и 16 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац 2 части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы 2 и 13 части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в вышеуказанном постановлении разъяснил, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», следует, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Из изложенного следует, что, поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

Разумность, справедливость и соразмерность компенсации последствиям нарушения - принципы, которые предполагают соблюдение баланса интересов, и определяют соответствие поведения участников правоотношений принятым в обществе нормам поведения, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

Моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При этом сама компенсация морального вреда, определяемая судом в денежной форме, должна быть соразмерной и адекватной обстоятельствам причинения морального вреда потерпевшему, а также характеру и степени причиненных ему физических и/или нравственных страданий.

Несмотря на то, что определение размера компенсации морального вреда в определенной степени относится к оценке и установлению обстоятельств дела, присуждение несоразмерно малой суммы компенсации, без учета каких-либо имеющих значение обстоятельств дела, и не отвечающей требованиям справедливости, может свидетельствовать о существенном нарушении судом норм материального права, определяющих цель присуждения данной компенсации и правила определения ее размера, а также о существенных нарушениях норм процессуального права, обязывающих суд определить все имеющие значение для дела обстоятельства и дать им оценку в мотивировочной части судебного постановления.

Вышеперечисленные нормы права и разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практики применения судами норм о компенсации морального вреда», суд первой инстанции учел не в полном объеме.

Судебная коллегия считает, что при определении размера компенсации морального вреда судом первой инстанции не в полной мере и недостаточно учтены степень и характер страданий ФИО1, не учтены индивидуальные особенности истца с учетом фактических обстоятельств дела.

С учетом изложенного судебная коллегия приходит к выводу, что присужденная судом первой инстанции компенсация морального вреда в размере 250 000 руб. не в полной мере учитывает характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, последствия причиненных телесных повреждений.

Так, ФИО1 в возрасте 39 лет был причинен вред здоровью средней тяжести, установлена бессрочная утрата профессиональной трудоспособности в размере 30 %.

ФИО1 в настоящее время не имеет возможности осуществлять трудовую деятельность по прежней квалификации. Наряду с физическими страданиями он испытывает чувство неполноценности, которое привело к снижению собственной самооценки.

Помимо этого ФИО1 перенес страдания, связанные с физической болью от полученной травмы на протяжения значительного периода времени.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Таким образом, ФИО1 на протяжении трех лет проходил лечение, испытывал боли, слабость в правой руке, полученные в результате несчастного случая.

Учитывая степень тяжести причиненного ФИО1 вреда здоровью, длительное лечение, возраст потерпевшего, утрату трудоспособности в размере 30%, обстоятельств его причинения, отсутствия возможности работать по прежней специальности, нравственных страданий, судебная коллегия приходит к выводу об увеличении размере компенсации морального вреда до 500000 руб. При определении указанного размера компенсации морального вреда, судебная коллегия также учитывает сопутствующие причины несчастного случая, выразившиеся в нарушении технологического процесса, в том числе неправильной эксплуатации оборудования, инструмента, использование ФИО1 УШМ без дополнительной рукоятки.

Указанная сумма в наибольшей степени отвечает требованиям статей 151 и 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации о разумности и справедливости, и будет способствовать восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истца и степенью ответственности, применяемой к ответчику.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу, что решение Трусовского районного суда г. Астрахани от 22 декабря 2025 г. подлежит изменению в части размера взысканной компенсации морального вреда.

На основании изложенного, руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Астраханского областного суда,

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Трусовского районного суда г. Астрахани от 22 декабря 2025 г. изменить в части, увеличив размер взысканной с ООО «Си Эн Жи Эс Инженеринг» в пользу ФИО1 компенсации морального вреда до 500000 руб.

В остальной части решение Трусовского районного суда г. Астрахани от 22 декабря 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 26 марта 2026 года.

Председательствующий: К.В. Полякова

Судьи областного суда: С.М. Торчинская

Е.Д. Чурбакова