Апелляционное определение № 33-1974/2026 от 14 апреля 2026 г.

УИД 47RS0009-01-2025-001597-08

Дело №2-2000/2025

33-1974/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 15 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда в составе:

председательствующего судьи Горбатовой Л.В.,

судей Осиповой Е.А., Пучковой Л.В.,

с участием прокурора Чигаркиной Е.Н..

при секретаре Головиной А.И.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело №2-2000/2025 по апелляционным жалобам ФИО1, ФИО2 на решение Кировского городского суда Ленинградской области от 29 октября 2025 года, которым удовлетворен в части иск ФИО1 к ФИО2 об истребовании имущества из чужого незаконного владения, взыскании компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Ленинградского областного суда Горбатовой Л.В., объяснения представителя ФИО2 – адвокат Русаковой И.Б., действующей на основании доверенности №78 АВ 7653338 от 24 ноября 2025 года сроком на 10 лет, ордер №155659 от 22 ноября 2025 года, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда

установила:

ФИО1 обратился в Кировский городской суд Ленинградской области с иском к ФИО2 об обязании возвратить четыре табурета из кухонного гарнитура, компенсации морального вреда в размере в размере 200 000 рублей, взыскании расходов по уплате госпошлины в размере 3 000 рублей.

В обоснование заявленных требований истец указал, что является собственником квартиры по адресу: <адрес>.

Ранее собственником ? доли вышеуказанной квартиры являлся его, истца, брат ФИО2

По возвращению из отпуска в июле 2019 года истец обнаружил пропажу 4-х табуретов, которые входили в состав кухонного гарнитура, подаренного отцом и находящегося в указанной квартире, а также денежных средств. В результате произошедшего в тот же день конфликта ФИО2 нанес истцу телесные повреждения. По факту кражи имущества и денежных средств, а также причинения телесных повреждений, истец вынужден был обратиться в правоохранительные органы.

В судебное заседание суда первой инстанции ФИО1 и его представитель явился, требования поддержали.

В судебное заседание суда первой инстанции ФИО2 явился, исковые требования не признал.

Решением Кировского городского суда Ленинградской области от 29 октября 2025 года с ФИО2 в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда со снижением ее размера до 25 000 рублей и расходы по уплате госпошлины в размере 3 000 рублей. В удовлетворении остальной части иска отказано.

ФИО1 не согласился с законностью и обоснованностью постановленного решения, представил апелляционную жалобу, в которой просит решение Кировского городского суда Ленинградской области от 29 октября 2025 года отменить в части отказа в удовлетворении требования о возложении на ответчика обязанности возвратить незаконно удерживаемое имущество в виде четырех табуретов от кухонного гарнитура и принять в данной части новое решение об удовлетворении заявленного требования, взыскав с ответчика компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.

В обоснование доводов жалобы заявитель указал на неправильное установление судом обстоятельств, имеющих значение для дела. По мнению ФИО1 ВА., суд не учел факт нарушения права истца в виде невозможности пользоваться принадлежащим ему имуществом в течение длительного времени. При этом, истец неоднократно как устно, так и в письменном виде напоминал ответчику о необходимости возвратить спорное имущество, являющееся неотъемлемой частью гарнитура, оставленного отцом в наследство владельцам квартиры.

ФИО2 также не согласился с законностью и обоснованностью постановленного решения, представил апелляционную жалобу, в которой просит решение Кировского городского суда Ленинградской области от 29 октября 2025 года отменить в части удовлетворения исковых требований ФИО1 о компенсации морального вреда и судебных расходов, принять по делу новое решение.

В обоснование доводов жалобы заявитель указал на необоснованность выводов суда первой инстанции о наличии оснований для удовлетворения требований истца о возмещении морального вреда. По мнению подателя жалобы, суд необоснованно отверг доводы ответчика об отсутствии причинно-следственной связи между полученным истцом повреждениями здоровья и его противоправным поведением в ходе конфликта, выразившемся в применении газового баллончика и травматического пистолета против брата. Вопрос о назначении судебной экспертизы судом на обсуждение не ставился. При взыскании расходов по уплате государственной пошлины в размере 3000 рублей судом не учтено, что истец освобожден от уплаты государственной пошлины, а потому уплаченные им при подаче искового заявления денежные средства должны быть возвращены ему из бюджета, а не взысканы судебным решением с ответчика.

Проверив дело, обсудив доводы жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда приходит к следующему.

Конституция Российской Федерации ставит право на жизнь, здоровье в ранг естественных и неотчуждаемых прав личности, что предполагает эффективную охрану и защиту этих прав. Открытый перечень охраняемых законом неимущественных благ приведен в статьях 20 - 23 Конституции Российской Федерации и части 1 статьи 150 ГК РФ, к ним относятся жизнь и здоровье.

Согласно статье 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальны блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (статья 151 ГК РФ).

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении №1 от 26 января 2010 года «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью» разъяснил, что если причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вред, при условии наличия вины причинителя вреда.

Статья 1101 ГК РФ устанавливает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Судом установлено и из материалов дела следует, что 21 июля 2019 года между братьями ФИО2 и ФИО1 произошел конфликт.

Из медицинской карты ФИО1 следует, что он был осмотрен 21 июля 2019 года, предъявил жалобы на боли в области коленных суставов обоих ног, поставлен диагноз: ушибленные раны, ссадины левого и правого коленных суставов; наложены швы на раны.

Согласно акту судебно-медицинского обследования №224 от 6 апреля 2020 года у ФИО1 обнаружены телесные повреждения в виде ушибленных ран и ссадин в области правого и левого коленных суставов, которые повлекли за собой наложение хирургических швов. Указанные телесные повреждения сопровождаются кратковременным расстройством здоровья и согласно п. 8.1 Приложения к приказу МЗ и СФ РФ от 24 апреля 2008 года №194н квалифицируются как легкий вред здоровью.

Постановлением от 28 сентября 2022 года в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 отказано за истечением сроков давности уголовного преследования по преступлениям, предусмотренным ч. 1 ст. 330 УК РФ и ч. 1 ст. 158 УК РФ.

Согласно объяснениям ФИО2, зафиксированным в материале КУСП, 21 июля 2019 года около 18 час. 50 мин. возле дома у подъезда он встретил своего брата ФИО1, который устроил скандал, оскорблял его нецензурной бранью, а также бросался на него, после прыснул в него из перцового баллончика, а затем два раза выстрел в него из травматического пистолета «Оса» в область живота и левой ноги.

ФИО1 пояснил, что 21 июля 2019 года около 18 час. 30 мин. у дома увидел своего брата ФИО2, с которым у него произошел словесный конфликт, в ходе которого брат вел себя агрессивно, толкал и пытался ударить. В ответ на эти действия он применил перцовый баллончик в сторону своего брата, который не успокоился, провоцируя дальнейшее продолжение конфликта. Испугавшись за свое здоровье, истец достал травматический пистолет «Оса» и выстрелил два раза в сторону ФИО2

В ходе рассмотрения дела в качестве свидетелей были допрошены ФИО3, ФИО4, ФИО5

ФИО3 даны показания относительно пропажи табуретов, а также изложено свое видение произошедшего между ФИО1 и ФИО2 21 июля 2019 года конфликта.

ФИО4 даны показания относительно появления в квартире табуретов, последующего их выноса из квартиры братом ФИО1

ФИО5, сосед, показал, что видел ФИО4, супругу ФИО2, с двумя табуретами с резными ножками.

Истцом в материалы дела представлена выписка из медицинской карты, из которой следует, что 19 сентября 2019 года он обращался за медицинской помощью в ГБУЗ ЛО «Кировская КМБ», где ему установлен диагноз - остеохондроз, радикулопатия. В период с 19 сентября по 10 октября 2019 года оформлен листок нетрудоспособности.

Разрешая заявленные требования с применением к спорным правоотношениям положений статей 150, 1101 ГК РФ, разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», проанализировав в совокупности пояснения лиц, участвующих в деле, заслушав показания свидетелей, суд первой инстанции признал установленным факт получения ФИО1 телесных повреждений в ходе обоюдного конфликта с ФИО2, и пришел к выводу о том, что имеются основания для взыскания в его пользу компенсации морального вреда.

Суд первой инстанции указал на то, что об обоюдном характере конфликта свидетельствует обращение сторон за медицинской помощью и в правоохранительные органы, где от обоих братьев были отобраны объяснения.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции принял во внимание степень и характер физических и нравственных страданий, учел конкретные обстоятельства дела, при которых был причинен вред, степень вины в конфликте истца и ответчика, и пришел к выводу о взыскании с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере 25 000 рублей.

Судебная коллегия соглашается с указанным выводом суда первой инстанции.

Согласно статье 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В данном случае вышеприведенные требования закона судом первой инстанции были выполнены.

Суд учел степень физических и нравственных страданий потерпевшего, фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, и, с учетом принципов разумности и справедливости, определил размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца в размере 25 000 рублей.

Судебная коллегия не находит оснований для изменения размера компенсации морального вреда, определенного судом первой инстанции по правилам, установленным статьями 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, и отвечающего требованиям разумности и справедливости.

Применяя срок исковой давности к требованиям ФИО1 о возложении обязанности на ФИО2 возвратить четыре табурета из кухонного гарнитура, суд первой инстанции исходил из того, что о факте пропажи табуретов ФИО1 стало известно 21 июля 2019 года, с данным иском в суд он обратился 17 июня 2025 года, то есть с пропуском заявленного им виндикационного иска.

В соответствии с пунктом 1 статьи 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Статьей 301 ГК РФ предусмотрено, что собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 34 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам статей 301, 302 ГК РФ.

В соответствии со статьей 301 ГК РФ лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика. Право собственности на движимое имущество доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца (абзац 2 пункта 36 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»).

Таким образом, при рассмотрении виндикационного иска (иск невладеющего собственника к владеющему несобственнику) суду необходимо установить наличие у истца права собственности или иного вещного права на истребуемое индивидуально-определенное имущество (подтверждение первичными и иными документами факта приобретения истцом имущества), фактическое нахождение спорного имущества у ответчика, а также незаконность владения ответчиком этим имуществом (обладание имуществом без надлежащего правового основания либо по порочному основанию).

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно части 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Срок исковой давности по требованию о взыскании неосновательного обогащения в соответствии со ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен в три года.

Согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ течение этого срока начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Отказывая истцу в удовлетворении требований, суд правомерно исходил из того обстоятельства, что о нарушении своего имущественного права в виде выноса ответчиком из принадлежащей истцу квартиры четырех табуретов от кухонного гарнитура истцу стало известно 21 июля 2019 года, поскольку именно из-за этих действий ответчика между братьями произошел конфликт, тогда как в суд с настоящим иском ФИО1 обратился только 17 июня 2025 года, то есть с пропуском установленного законом трехлетнего срока исковой давности.

При этом, истцом не представлены достоверные доказательства тому обстоятельству, что спорное имущество до настоящего времени находится у ответчика, тогда как только в случае доказанности данного факта истец мог предъявить виндикационный иск.

Из материалов дела следует, что истец при подаче данного иска, оплатил государственную пошлину в размере 3000 рублей, что подтверждается справкой ПАО Сбербанк от 15 июня 2025 года, спор разрешен в пользу истца.

В этой связи, судебная коллегия приходит к выводу о том, что взыскание с ответчика судебных расходов по оплате государственной пошлины в пользу истца, а не в доход соответствующего бюджета, прав ответчика не нарушает, поскольку, в случае неуплаты истцом при подаче иска в суд по основанию наличия у него льготы, предусмотренной статьей 333.36 НК РФ, при наличии вывода суда об удовлетворении заявленного иска государственная пошлина в бюджет соответствующего муниципального образования была бы взыскана с ответчика, то есть в любом случае местный бюджет пополнился бы на указанную сумму. Таким образом, данное обстоятельство не является основанием для отмены решения суда в этой части.

В целом доводы апелляционных жалоб были предметом исследования судом первой инстанции, им дана надлежащая правовая оценка в обжалуемом судебном постановлении. По существу доводы обеих жалоб направлены на переоценку собранных по делу доказательств и не опровергают правильность выводов суда об установленных обстоятельствах.

Выводы, содержащиеся в обжалуемом решении суда, не противоречат фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции.

Несогласие заявителя с выводами суда первой инстанции, основанными на объективной оценке представленных доказательств, равно как и иное толкование норм законодательства, подлежащих применению к спорным правоотношениям, не свидетельствуют о нарушениях судом норм материального или процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства, или допущенной судебной ошибке.

Предусмотренных законом оснований для отмены или изменения обжалуемого решения суда не имеется.

Руководствуясь статьями 327.1, 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда

определила:

решение Кировского городского суда Ленинградской области от 29 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО1, и ФИО2 – без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в силу со дня его принятия, но может быть обжаловано в Третий кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев.

Председательствующий судья

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 29 апреля 2026 года