Апелляционное определение № 33-1118/2026 от 23 марта 2026 г.

Председательствующий по делу судья Степанова А.С.

Дело № 33-1118/2026 (№ дела в суде 1-й инст. 2-125/2026) УИД 75RS0030-01-2025-000253-93


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Забайкальского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Радюк С.Ю.,

судей Епифанцевой С.Ю., Погореловой Е.А.,

с участием прокурора Батуевой А.П.,

при секретаре Ваулиной Ю.Д.

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Чите 24 марта 2026 г. гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о лишении права на выплаты, причитающиеся членам семьи погибшего военнослужащего,

по апелляционной жалобе ответчика ФИО2,

на решение Нерчинско-Заводского районного суда Забайкальского края от 17 декабря 2025 г.

Заслушав доклад судьи Епифанцевой С.Ю., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась в суд с указанным исковым заявлением, ссылаясь на то, что в период с 1995 г. по 2000 г. она состояла в браке с ФИО2, у них родился сын С, <Дата> года рождения. С 2024 г. С проходил военную службу в Вооруженных Силах Российской Федерации и был направлен для прохождения военной службы в зону проведения специальной военной операции. <Дата> в ходе боевых задач С погиб. Полагает, что ответчик должен быть лишен права на получение мер страховой и социальной поддержки в связи с гибелью сына, так как своих родительских обязанностей он не выполнял, не заботился о нравственном и физическом развитии сына. Между ним и сыном семейные и родственные связи отсутствовали, он не интересовался его судьбой, не содержал материально, ответчик фактически отказался от сына. Оставшись одна с двумя малолетними сыновьями, истец была вынуждена подать на взыскание с ответчика алиментов, которые он не выплачивал, за исключением каких-то мелких сумм при вынужденной работе, другой какой-либо помощи сыну от него не было. Помощь ей оказывали только ее родители.

С учетом изложенного, просил суд лишить ФИО2 права на получение выплат, в связи с гибелью сына С, погибшего <Дата>, а именно: единовременного пособия, выплата которого предусмотрена Федеральным законом Российской Федерации от 07 ноября 2011 г. № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отельных выплат»; страховой выплаты, предусмотренной Федеральным законом Российской Федерации от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии РФ»; единовременного поощрения по Указу Президента Российской Федерации от 25 июля 2006 г. № 765 «О единовременном поощрении лиц, проходящих (проходивших) федеральную государственную службы»; единовременной выплаты по Указу Президента Российской Федерации от 05 марта 2022 г. № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходившим военную службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей»; отдельной выплаты по приказу Министерства обороны Российской Федерации от 06 декабря 2019 г. № 727 «Об определении порядка обеспечения денежным довольствием военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации и предоставления им и членам их семей отдельных выплат» (т. 1 л.д. 6-17).

Определением от 06 августа 2025 г. к участию деле привлечен прокурор Нерчинско-Заводского района Забайкальского края для дачи заключения, в качестве третьих лиц – Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Забайкальскому краю (далее – ОСФР по Забайкальскому краю), Министерство обороны Российской Федерации, Министерство труда и социальной защиты населения Забайкальского края, войсковая часть 02511 (т. 1 л.д. 2-3).

Определением суда от 02 октября 2025 г., занесенным в протокол судебного заседания, к участию деле в качестве третьего лица привлечен ФИО3 (т. 1 л.д. 182).

Определением суда от 10 ноября 2025 г., занесенным в протокол судебного заседания, к участию деле в качестве третьего лица привлечена войсковая часть 52055 (т. 1 л.д. 197).

Определением суда от 15 декабря 2025 г., занесенным в протокол судебного заседания, к участию деле в качестве третьего лица привлечено Федеральное казенное учреждение «78 Финансово-экономическая служба» г. Санкт-Петербурга (т. 1 л.д. 197 оборот).

Решением Нерчинско-Заводского районного суда Забайкальского края от 17 декабря 2025 г. исковые требования ФИО1 к ФИО2 удовлетворены. ФИО2 лишен права:

- на единовременное пособие, выплата которого предусмотрена Федеральным законом Российской Федерации от 07 ноября 2011 г. № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат»;

- на выплату страховой суммы, предусмотренной Федеральным законом от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации»;

- на выплату единовременного поощрения по Указу Президента Российской Федерации от 25 июля 2006 г. № 765 «О единовременном поощрении лиц, проходящих (проходивших) федеральную государственную службу»;

- на единовременную выплату, предусмотренную Указом Президента Российской Федерации от 05 марта 2022 г. № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей»;

- на получение отдельной выплаты по Приказу Министерства обороны Российской Федерации от 06 декабря 2019 г. № 727 «Об определении порядка обеспечения денежным довольствием военнослужащих Российской Федерации и предоставления им и членам их семей отдельных выплат» (т. 2 л.д. 206-215).

С решением суда не согласился ответчик ФИО2, в апелляционной жалобе просит об отмене решения районного суда. В обоснование доводов жалобы указывает на то, что нормы Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации», Федерального закона Российской Федерации от 07 ноября 2011 г. № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», Приказа Минобороны России от 06 мая 2012 г. № 1100, Приказа Минобороны России от 24 декабря 2015 г. № 883 не предусматривают никакой взаимосвязи с нормами семейного законодательства. Полагает, что факт злостного отклонения от воспитания и материального обеспечения ответчиком сына не нашел своего документального подтверждения в ходе судебного заседания. Ответчик не был лишен родительских прав в отношении погибшего сына, сам ответчик и его семья всегда поддерживали связь с сыном, который приезжал к ответчику в <адрес>, что было установлено в судебном заседании и подтверждено показаниями свидетелей Я, Я, У, Ш, С представленными фотографиями. Также ответчик подтверждает факт задолженности по алиментам, это было в тот момент, когда он остался без работы, но задолженность незамедлительно погашалась. Исполнительный лист был отозван истцом в связи с тем, что ответчик и его родители оказывали ей достаточную материальную помощь в большем размере, чем было взыскано решением суда. Судом не были взяты во внимание доказательства ответчика, было вынесено решение только на основании показаний свидетелей со стороны истца. После получения уведомления о том, что сын пропал без вести, ответчик выехал на место боевых действий для поиска сына по собственной инициативе. Также указывает, что о необоснованности удовлетворения исковых требований ФИО1 свидетельствует позиция принимавшего участие в деле прокурора, который просил суд отказать в удовлетворении исковых требований (т. 2 л.д. 247-252).

В судебное заседание суда апелляционной инстанции ответчик ФИО2, представители третьих лиц Федерального казенного учреждения «78 Финансово-экономическая служба» г. Санкт-Петербурга, Военного комиссариата Забайкальского края, Управления финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Восточному военному округу, Федерального казенного учреждения «75 ФЭС» Министерства обороны Российской Федерации, Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Забайкальскому краю, Министерства обороны Российской Федерации, Министерство труда и социальной защиты населения Забайкальского края, АО «Согаз», войсковой части 02511, войсковой части 52055, извещенные о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, не явились, о причинах неявки суду не сообщили, об отложении слушания дела не просили.

Представители третьего лица Федерального казенного учреждение «75 Финансово-экономическая служба» Министерства обороны Российской Федерации ФИО4, ОСФР по Забайкальскому краю ФИО5 направили ходатайства о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия посчитала возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие неявившихся лиц.

Судебная коллегия, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, которую поддержал представитель ответчика ФИО2 – К, против удовлетворения которой возражали истец ФИО1, представитель истца ФИО6, третье лицо ФИО3, заслушав заключение прокурора Батуевой А.П., полагавшей решение суда первой инстанции законным и обоснованным, приходит к следующему.

Основания для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке предусмотрены статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия полагает, что таких нарушений судом первой инстанции при рассмотрении дела не допущено.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, С родился <Дата>, согласно свидетельству о рождении № № и записи акта о рождении № от <Дата> его родителями указаны истец ФИО7 и ответчик ФИО2(т. 1 л.д. 27, т. 2 л.д. 158).

<Дата> между ФИО2 и ФИО8 заключен брак (запись акта о заключении брака № от <Дата>), фамилия после заключения брака у супруга – Саратов, у супруги – ФИО15 (т. 2 л.д. 156).

Согласно записи акта о расторжении брака № от <Дата> брак между ФИО2 и ФИО9 расторгнут <Дата> (т. 2 л.д. 161).

ФИО9 <Дата> заключила брак с ФИО10, после заключения брака ей присвоена фамилия ФИО11, что подтверждается записью акта о заключении брака № от <Дата> (т. 2 л.д. 162).

<Дата> С на основании заявления от <Дата> (т. 1 л.д. 213-214) заключен контракт с Министерством обороны Российской Федерации о прохождении военной службы (т. 1 л.д. 240-242).

Согласно выписке из приказа начальника пункта отбора на военную службу по контракту (г. Санкт-Петербург) от <Дата> № С заключил контракт о прохождении военной службы сроком на 1 год (т. 1 л.д. 247).

Согласно справке от <Дата> № С с <Дата> по <Дата> находился в служебной командировке, проходил военную службу в войсковой части 52055 на территории <адрес>, где выполнял (специальные) задачи (т. 1 л.д. 246), что подтверждается также выпиской из приказа от <Дата> о зачислении в списки личного состава части на все виды довольствия (т. 1 л.д. 250) и выпиской из приказа командира войсковой части 52055 от <Дата>, согласно которой С исключен из списков личного состава части и всех видов обеспечения с <Дата> в связи со смертью (т. 2 л.д. 9).

Согласно выписке из приказа командира 69 мотострелковой дивизии от <Дата> С исключен из списков личного состава Вооруженных сил Российской Федерации в связи с гибелью с <Дата> (т. 2 л.д. 10).

С погиб <Дата>, что подтверждается свидетельством о смерти № №, записью акта о смерти № от <Дата>, согласно которым смерть наступила в период прохождения военной службы на территории <адрес>, <адрес> (т. 1 л.д. 19, т. 2 л.д. 165).

Обращаясь с иском в суд, ФИО1 указала, что ФИО2 не имеет права на получение мер страховой и социальной поддержки, предусмотренных законодательством Российской Федерации как родитель погибшего военнослужащего С, принимавшего участие в специальной военной операции, так как не принимал участие в воспитании и содержании сына.

Разрешая спор удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции пришел к выводу, что ФИО2 не достоин получения мер социальной поддержки в связи с гибелью сына С, так как на протяжении длительного времени ответчик уклонялся от выполнения своих родительских обязанностей: не принимал участие в его воспитании, не оказывал ему моральную, физическую, духовную поддержку, не содержал материально, не предпринимал каких-либо мер для создания сыну условий жизни, необходимых для развития. Фактических семейных и родственных связей между ФИО2 и его сыном С не имелось.

Судебная коллегия в полной мере соглашается с приведенными в решении суда выводами и его правовым обоснованием, поскольку они основаны на надлежащей оценке представленных по делу доказательств и на правильном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы признаются судебной коллегией необоснованными в силу следующего.

Российская Федерация – социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. В Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты (статья 7 Конституции Российской Федерации).

Каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39 Конституции Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 969 Гражданского кодекса Российской Федерации в целях обеспечения социальных интересов граждан и интересов государства законом может быть установлено обязательное государственное страхование жизни, здоровья и имущества государственных служащих определенных категорий. Обязательное государственное страхование осуществляется за счет средств, выделяемых на эти цели из соответствующего бюджета министерствам и иным федеральным органам исполнительной власти (страхователям).

Обязательное государственное страхование осуществляется непосредственно на основании законов и иных правовых актов о таком страховании указанными в этих актах государственными страховыми или иными государственными организациями (страховщиками) либо на основании договоров страхования, заключаемых в соответствии с этими актами страховщиками и страхователями (пункт 2 статьи 969 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 1 Федерального закона от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» военнослужащие обладают правами и свободами человека и гражданина с некоторыми ограничениями, установленными названным Федеральным законом, федеральными конституционными законами и федеральными законами. На военнослужащих возлагаются обязанности по подготовке к вооруженной защите и вооруженная защита Российской Федерации, которые связаны с необходимостью беспрекословного выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе с риском для жизни. В связи с особым характером обязанностей, возложенных на военнослужащих, им предоставляются социальные гарантии и компенсации.

Военнослужащие и граждане, призванные на военные сборы, подлежат обязательному государственному личному страхованию за счет средств федерального бюджета. Основания, условия и порядок обязательного государственного личного страхования указанных военнослужащих и граждан устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (пункт 1 статьи 18 Федерального закона от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»).

Условия и порядок осуществления обязательного государственного страхования жизни и здоровья военнослужащих и иных приравненных к ним лиц определены в Федеральном законе от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации».

В силу положений статьи 1 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ к застрахованным лицам по обязательному государственному страхованию относятся, в том числе военнослужащие, за исключением военнослужащих, военная служба по контракту которым в соответствии с законодательством Российской Федерации приостановлена.

Выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию являются застрахованные лица, а в случае гибели (смерти) застрахованного лица, в частности, родители (усыновители) застрахованного лица (абзацы первый, третий пункта 3 статьи 2 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ).

В статье 4 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ названы страховые случаи при осуществлении обязательного государственного страхования, среди которых гибель (смерть) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы, военных сборов.

В статье 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ определены страховые суммы, выплачиваемые выгодоприобретателям, размер которых ежегодно увеличивается (индексируется) с учетом уровня инфляции в соответствии с федеральным законом о федеральном бюджете на очередной финансовый год и плановый период. Решение об увеличении (индексации) указанных страховых сумм принимается Правительством Российской Федерации. Указанные страховые суммы выплачиваются в размерах, установленных на день выплаты страховой суммы (абзац девятый пункта 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ).

Так, согласно абзацу второму пункта 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ в случае гибели (смерти) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы или военных сборов либо до истечения одного года после увольнения с военной службы, со службы, после отчисления с военных сборов или окончания военных сборов вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в период прохождения военной службы, службы или военных сборов, страховая сумма выплачивается в размере 2 000 000 руб. выгодоприобретателям в равных долях.

Федеральным законом от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» также установлены отдельные виды выплат в случае гибели (смерти) военнослужащих: - единовременное пособие и ежемесячная денежная компенсация, размеры которых подлежат ежегодному увеличению (индексации) с учетом уровня инфляции (потребительских цен) в соответствии с федеральным законом о федеральном бюджете на очередной финансовый год и плановый период. Решение об увеличении (индексации) указанных пособий принимается Правительством Российской Федерации (часть 16 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ).

В случае гибели (смерти) военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, наступившей при исполнении обязанностей военной службы, либо его смерти, наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных при исполнении обязанностей военной службы (далее - военная травма), до истечения одного года со дня увольнения с военной службы (отчисления с военных сборов или окончания военных сборов), гибели (смерти) гражданина, пребывающего в добровольческом формировании, предусмотренном Федеральным законом от 31 мая 1996 г. № 61-ФЗ «Об обороне» (далее - добровольческие формирования), наступившей при исполнении обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании, либо его смерти, наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных при исполнении обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании, до истечения одного года со дня прекращения контракта о пребывании в добровольческом формировании, членам семьи погибшего (умершего) военнослужащего или гражданина, проходившего военные сборы, или гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, выплачивается в равных долях единовременное пособие в размере 3 000 000 рублей (часть 8 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ, здесь и далее нормы Федерального закона от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ приведены в редакции, действовавшей на день гибели С – <Дата>).

В соответствии с положениями части 9 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» в случае гибели (смерти) военнослужащего, или гражданина, призванного на военные сборы, или гражданина, пребывающего в добровольческом формировании, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, либо смерти, наступившей вследствие военной травмы, каждому члену его семьи выплачивается ежемесячная денежная компенсация.

Пунктом 2 части 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. №306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» к членам семьи военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, или инвалида вследствие военной травмы, гражданина, ставшего инвалидом вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в связи с исполнением обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании, имеющими право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 настоящей статьи, и ежемесячной денежной компенсации, установленной частями 9 и 10 настоящей статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности отнесены также родители военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, или инвалида вследствие военной травмы, гражданина, ставшего инвалидом вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в связи с исполнением обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании. При этом право на ежемесячную денежную компенсацию, установленную частями 9 и 10 настоящей статьи, имеют родители, достигшие возраста 50 и 55 лет (соответственно женщина и мужчина) или являющиеся инвалидами.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, военная служба представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции: военнослужащий принимает на себя бремя неукоснительно, в режиме жесткой военной дисциплины исполнять обязанности военной службы, которые предполагают необходимость выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья.

Этим определяется особый правовой статус военнослужащих, проходящих военную службу как по призыву, так и в добровольном порядке по контракту, содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанностей по отношению к государству, что - в силу Конституции Российской Федерации, в частности ее статей 2, 7, 39 (части 1 и 2), 41 (часть 1), 45 (часть 1), 59 (части 1 и 2) и 71 (пункты «в», «м»), - обязывает государство гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью в период прохождения военной службы (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2002 г. № 17-П, от 20 октября 2010 г. №18-П, от 17 мая 2011 г. № 8-П, от 19 мая 2014 г. № 15-П, от 17 июля 2014 г. № 22-П, от 19 июля 2016 г. № 16-П).

В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация как социальное государство принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус произведен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности.

Публично-правовой механизм возмещения вреда, причиненного гибелью (смертью) военнослужащего, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, в том числе по призыву, членам его семьи в настоящее время включает в себя, в частности, их пенсионное обеспечение в виде пенсии по случаю потери кормильца, назначаемой и выплачиваемой в соответствии с пенсионным законодательством Российской Федерации (пункт 1 статьи 24 Федерального закона от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»), страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих (пункт 3 статьи 2, статья 4 и пункт 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации») и такие меры социальной поддержки, как единовременное пособие и ежемесячная денежная компенсация, предусмотренные частями 8 - 10 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», единовременная выплата, установленная Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей».

При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на названные выплаты, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил, в частности, из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание.

Таким образом, установленная федеральным законодателем система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь.

Такое правовое регулирование, гарантирующее родителям военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, названные выплаты, имеет целью не только восполнить связанные с этим материальные потери, но и выразить от имени государства признательность гражданам, вырастившим и воспитавшим достойных членов общества - защитников Отечества (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 г. № 22-П, от 19 июля 2016 г. № 16-П).

Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98 установлены дополнительные социальные гарантии военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей.

В соответствии с подпунктом «а» пункта 1 Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98 (в редакции, действовавшей на день гибели военнослужащего С – <Дата>) в случае гибели (смерти) военнослужащих, лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющих специальное звание полиции, принимавших участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, военнослужащих, выполнявших специальные задачи на территории Сирийской Арабской Республики, либо смерти указанных военнослужащих и лиц до истечения одного года со дня их увольнения с военной службы (службы), наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных ими при исполнении обязанностей военной службы (службы), членам их семей осуществляется единовременная выплата в размере 5 000 000 рублей в равных долях. При этом учитывается единовременная выплата, осуществленная в соответствии с подпунктом «б» настоящего пункта. Категории членов семей определяются в соответствии с частью 1.2 статьи 12 Федерального закона от 19 июля 2011 г. № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и частью 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат». При отсутствии членов семей единовременная выплата осуществляется в равных долях совершеннолетним детям указанных военнослужащих и лиц либо в случае отсутствия совершеннолетних детей полнородным и неполнородным братьям и сестрам указанных военнослужащих и лиц.

Получение единовременных выплат, установленных вышеназванным Указом, не учитывается при определении права на получение иных выплат и при предоставлении мер социальной поддержки, предусмотренных законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации (пункт 2 Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. №98).

Кроме того, в соответствии с приказом Министра обороны Российской Федерации от 6 декабря 2019 г. №727, которым утвержден «Порядок обеспечения денежным довольствием военнослужащих Вооруженных сил Российской Федерации и представления им и членам их семей отдельных выплат», в случае гибели (смерти) военнослужащего причитающиеся и не полученные им ко дню гибели (смерти) оклад денежного содержания и ежемесячные дополнительные выплаты полностью за весь месяц, в котором военнослужащий погиб (умер), выплачиваются в том числе в равных долях родителям.

Помимо этого, п. «г» ч. 1 Указа Президента РФ от 25 июля 2006 г. № 765 «О единовременном поощрении лиц, проходящих (проходивших) федеральную государственную службу» предусмотрено выплачивать военнослужащим и представленным к поощрению или награждению в период ее прохождения, единовременное поощрение при награждении орденами Российской Федерации, медалями Российской Федерации, за исключением юбилейных медалей Российской Федерации, и знаком отличия ордена Святого Георгия - Георгиевским Крестом – в размере пяти окладов месячного денежного содержания.

Из приведенных нормативных положений и правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законодатель, гарантируя военнослужащим, выполняющим конституционно значимые функции, связанные с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан, а также принимавшим участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью, установил и систему мер социальной поддержки членам семьи военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы. К числу таких мер относятся страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих, единовременная выплата, единовременное пособие, ежемесячная компенсация, которые подлежат выплате в том числе родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) при исполнении обязанностей военной службы. Цель названных выплат - компенсировать лицам, в настоящем случае - родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили достойного защитника Отечества, нравственные и материальные потери, связанные с его гибелью при выполнении обязанностей военной службы, осуществляемой в публичных интересах.

Исходя из целей названных выплат, а также принципов равенства, справедливости и соразмерности, принципа недопустимости злоупотребления правом как общеправового принципа, выступающих в том числе критериями приобретаемых на основании закона, указанный в нормативных правовых актах, в данном случае - в статье 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ, статье 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ, подпункте «а» пункта 1 Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98, круг лиц, имеющих право на получение мер социальной поддержки в случае гибели (смерти) военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы, в который включены родители такого военнослужащего, не исключает различий в их фактическом положении и учета при определении наличия у родителей погибшего военнослужащего права на меры социальной поддержки в связи с его гибелью (смертью) их действий по воспитанию, физическому, умственному, духовному, нравственному, социальному развитию и материальному содержанию такого лица и имеющихся между ними фактических родственных и семейных связей.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей (часть 2 статьи 38 Конституции Российской Федерации).

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (абзац второй пункта 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей (родительские права) (пункт 1 статьи 61 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей. Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны - заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей (абзацы первый и второй пункта 1 статьи 63 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет права на общение с ребенком, участие в его воспитании и решении вопросов получения ребенком образования (пункт 1 статьи 66 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет право на получение информации о своем ребенке из образовательных организаций, медицинских организаций, организаций социального обслуживания и аналогичных организаций. В предоставлении информации может быть отказано только в случае наличия угрозы для жизни и здоровья ребенка со стороны родителя. Отказ в предоставлении информации может быть оспорен в судебном порядке (пункт 4 статьи 66 Семейного кодекса Российской Федерации).

Согласно абзацу второму статьи 69 Семейного кодекса Российской Федерации родители (один из них) могут быть лишены родительских прав, если они уклоняются от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов.

Пунктом 1 статьи 71 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что родители, лишенные родительских прав, теряют все права, основанные на факте родства с ребенком, в отношении которого они были, лишены родительских прав, в том числе право на получение от него содержания (статья 87 Кодекса), а также право на льготы и государственные, пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

В пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 г. № 44 «О практике применения судами законодательства при разрешении споров, связанных с защитой прав и законных интересов ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав» разъяснено, что уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении. Разрешая вопрос о том, имеет ли место злостное уклонение родителя от уплаты алиментов, необходимо, в частности, учитывать продолжительность и причины неуплаты родителем средств на содержание ребенка.

Из приведенных положений семейного законодательства следует, что семейная жизнь предполагает наличие тесной эмоциональной связи между ее членами, в том числе между родителями и детьми, взаимную поддержку и помощь членов семьи, ответственность перед семьей всех ее членов. При этом основной обязанностью родителей в семье является воспитание, содержание детей, защита их прав и интересов. Поскольку родители несут одинаковую ответственность за воспитание и развитие ребенка, данная обязанность должна выполняться независимо от наличия или отсутствия брака родителей, а также их совместного проживания. Уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении. Невыполнение по вине родителей родительских обязанностей, в том числе по содержанию детей, может повлечь для родителей установленные законом меры ответственности, среди которых - лишение родительских прав. В числе правовых последствий лишения родительских прав - утрата родителем (родителями) права на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

Таким образом, права родителя, в том числе на получение различных государственных пособий и выплат, основанные на факте родства с ребенком, не относятся к числу неотчуждаемых прав гражданина, поскольку законом предусмотрена возможность лишения гражданина такого права в случае уклонения от выполнения им обязанностей родителя.

Ввиду изложенного, а также с учетом целей правового регулирования мер социальной поддержки, предоставляемых родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) в период прохождения военной службы при исполнении обязанностей военной службы, направленных на возмещение родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали, военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили защитником Отечества, нравственных и материальных потерь, связанных с его гибелью (смертью) при исполнении обязанностей военной службы, лишение права на получение таких мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые могли бы служить основаниями к лишению родителей родительских прав в случае уклонения от выполнения обязанностей родителей.

Судом первой инстанции при принятии решения учтены приведенные правовые нормы и позиция Конституционного Суда Российской Федерации.

Оценка судом собранных по делу доказательств соответствует правилам, предусмотренным статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Ответчиком ФИО2 не оспаривался тот факт, что после расторжения брака дети, в том числе погибший С остались проживать с матерью ФИО1, сам он стал проживал в <адрес>, однако ФИО2 указывает в апелляционной жалобе, что общался с сыном, когда он к нему приезжал в <адрес>, А. поддерживал тесную родственную связь, общался со своей сестрой (дочерью от второго брака), он и его родители оказывали сыну достаточную материальную помощь в большем размере, чем было взыскано судом, в том числе через своих родителей, помогал ФИО1 в содержании сыновей, вопрос о лишении его родительских прав никогда не ставился, с него взыскивались алименты. После получения уведомления, что сын пропал без вести, а он по собственной инициативе выехал на место боевых действий, воинским частям, госпиталям и моргам с целью поисков сына.

Вместе с тем доказательств, с достоверностью подтверждающих тесное общение сына и отца в период взросления С в дело не представлено.

Объяснения истца ФИО1 о том, что после расторжения брака с ФИО2 он не оказывал помощи в воспитании и содержании сына С, алименты не выплачивал, подтверждаются пояснениями третьего лица ФИО3, свидетельскими показаниями ФИО12, ФИО13, ФИО14, Ч, полученными в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции (т.1 л.д. 186-197).

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд необоснованно принял во внимание свидетельские показания со стороны истца - ФИО12, ФИО13, ФИО14, Ч, судебная коллегия находит неубедительными.

Оснований не доверять показаниям данных свидетелей у суда не имеется, поскольку они предупреждались об уголовной ответственности по ст. 307, 308 УК РФ, сообщенные ими сведения согласуются между собой по фактическим обстоятельствам, они последовательны, непротиворечивы и подтверждаются иными материалами дела, в том числе информацией представленной образовательными учреждениями, в которых обучался С.

Из представленной в материалы дела характеристики МОУ «Харанорская СОШ № 40» следует, что воспитанием С, занималась истец ФИО1, которая постоянно поддерживала связь с классным руководителем, регулярно посещала родительские собрания. Отец участия в воспитании сына не принимал (т. 2 л.д. 145).

Согласно характеристике МДОУ ЦРР – детский сад «Полянка» также следует, что в детский сад С приводили и забирали мама, бабушка, дедушка, отец никогда не присутствовал на праздниках и собраниях, его никогда не видели в детском саду (т. 2 л.д. 146).

Доводы ответчика о том, что он интересовался жизнью детей, в том числе сына С, оказывал ему материальное содержание, что подтверждается показаниями свидетелей, отклоняются судебной коллегией.

Допрошенный судом первой инстанции свидетель Я суду показал, что ФИО2 его пасынок. ФИО2 после развода в 2001 г. жил с ними, работал. У них были тесные родственные связи с внуками с С. и А.. Внуки постоянно к ним приезжали, общались с отцом. Отец с ним встречался, занимался, обучал рукопашному бою, управлять велосипедом, мотоциклом, машиной. Внуки ездили в гости в <адрес>, где проживают родители второй жены сына. Приезжали в <адрес> несколько раз, поддерживали связи, общались, соседям помогали. В. приучил к охоте А.. Они по просьбе сына высылали деньги А., помогали в учебе, жить. Когда А. учился в училище, он жил у них. Им сын давал деньги, чтобы они внукам покупали подарки. Ему известно со слов сына, что он выделял определённые суммы денег на содержание своих детей добровольно, помимо взыскания алиментов. В. был участником СВО, получил ранение, когда В. прилетел с госпиталя, А. встречал его. Когда А. объявили без вести пропавшим, В. ездил на место боя, искал сына. Со слов сына, выделил на похороны 100 тысяч рублей. А. и С. приезжали к отцу на каникулах и на выходные, как до совершеннолетия А., так и после. Виделись с отцом, когда он находился у них (Я).

Свидетель Я в судебном заседании дала показания, что ФИО2 ее сын, ФИО1 ее невестка. Они хорошо общались с ФИО11 и внуками, помогали, она воспитывала внука с 3-х с половиной лет. После того как родители А. разошлись, она продолжала с внуками общаться, внуки к ним ездили, приезжали на каникулы. Когда сын переехал жить в <адрес>, дети к нему приезжали, она А. сама возила, С. там был. Материальную помощь сын детям, наверное, оказывал. Когда приезжал всегда А. давал деньги. Ей неизвестно дарил ли сын подарки А. до его совершеннолетия, она точно не помнит, как часто внуки виделись с отцом.

Свидетель У в судебном заседании дала пояснения, что ФИО2 знает больше 10 лет, как соседа. Дети приезжали к ФИО2 в гости, С. был раза три, а А. чаще. Первый раз они приезжали, когда были маленькие, второй раз подростками. Они любили отца. Ему неизвестно, покупал ли ФИО2 что-то детям. Деньги, по его мнению, он давал. А. приезжал один и с другом, приезжал к отцу уже во взрослом возрасте.

Свидетель Ш в суде пояснила, что ФИО2 является её соседом, знает его с 2009 года. В 2011 году приезжали дети - подростки, примерно по лет 11-12. Она с ними поздоровалась, поговорила. С., за все время, раза три был. А. ездил очень часто. Было такое, что за месяц несколько раз приедет. Он сильно любил сводную сестру, они с ним видео снимали, песни пели. Он ее увозил в <адрес>, а потом привозил обратно. Со слов ФИО15 она знает, что он материально помогал детям.

Свидетель ФИО2 суду пояснила, что она проживает с ФИО15 с 2006 года. Сыновья ФИО2 приезжали к ним в подростковом возрасте, примерно в 2011 году. Всего С. и А. в подростковом возрасте приезжали раза три, а потом А. сам ездил с бабушкой и дедушкой, друзьями. А. приезжал часто в совершеннолетнем и не совершеннолетнем возрасте. Дети ФИО15 даже ездили к её родителям в гости. Ей известно, что ФИО2 перечислял деньги сыновьям, в какой сумме она не знает, встречался с детьми, они перезванивались, в том числе и в детском возрасте. А. привозил и увозил её дочь Настю, когда был в совершеннолетнем возрасте. Последний раз А. был в декабре 2023 года, он привез отца из госпиталя.

Между тем, никто не указанных свидетелей не пояснили, с какой периодичностью и в каком размере ФИО2 выплачивалось содержание на детей, в том числе А., допустимых (письменных) доказательств указанных выплат в дело не предоставлено.

Также свидетели не подтвердили, с какой периодичностью, продолжительностью и в какой период происходили встречи отца с сыном. Показания свидетелей носят общий, не конкретизированный характер, который не позволяет с достоверностью установить их правдивость. Из показаний свидетелей Я, Я, У, Ш, ФИО2 было правильно установлено, что С за период времени после развода родителей и до совершеннолетия был у отца в гостях не более трех раз, последующее общение было в совершеннолетнем возрасте. Кроме того, из показаний свидетеля Ш следует, что об обстоятельствах оказания помощи детям ей известно со слов ФИО2

Из представленных ответчиком фотографий, исследованных судом, было установлено, что на данных фотографиях изображен ответчик с сыном С в возрасте до 4 лет, а также изображен С в возрасте 17 лет и старше с отцом, сестрой по отцу, дедушкой и бабушкой по отцу (т. 2 л.д. 97-125).

Доводы ответчика о том, что он регулярно оказывал С материальную помощь, обоснованно не были приняты судом первой инстанции во внимание как надлежащее участие ответчика в содержании и воспитании ребенка, поскольку ответчик имел задолженность по алиментам.

Из материалов исполнительного производства № от <Дата> в отношении ФИО2, предмет исполнения: алименты в размере 1/3 в пользу взыскателя ФИО1, следует, что у ФИО2 имелась задолженность по алиментам по состоянию на 14 июня 2014 г. в размере <данные изъяты> руб. (т. 2 л.д. 168- 175).

25 ноября 2015 г. исполнительное производство окончено, в связи с поступлением заявления взыскателя об окончании исполнительного производства (т. 2 л.д.177).

Факты нечастого общения, наличие совместных фотографий ответчика с сыном не свидетельствуют о надлежащем выполнении ответчиком ФИО2 своих обязанностей по воспитанию ребенка, поскольку не указывают на проявление со стороны ответчика заботы о здоровье сына, о его физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении.

Оценив в совокупности представленные в дело доказательства и установленные обстоятельства, суд первой инстанции правомерно не согласился с ответчиком о том, что он участвовал в жизни сына, в его содержании и воспитании.

Лишение ответчика родительских прав, факт злостного уклонения от воспитания и материального обеспечения ребенка не являются единственными обстоятельствами, на основании которых суд может установить факт исполнения родителем своих обязанностей в отношении ребенка для целей получения выплат в связи с гибелью военнослужащего, поскольку суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (части 1, 2 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Факт участия ответчика именно в воспитании ребенка вплоть до совершеннолетия не установлен, что влечет лишение родителя права на получение выплат.

Доводы апелляционной жалобы о том, что после получения уведомления о том, что сын пропал без вести, ответчик принимал меры по розыску сына, с учетом установленных по делу обстоятельств, правового значения при разрешении настоящего спора не имеют и не могут повлечь отмену обжалуемого решения.

Иных доказательств, опровергающих законные и обоснованные выводы суда первой инстанции, подтверждающие активное участие отца в воспитании сына, становлении его личности, ответчиком не представлено.

Доводы апелляционной жалобы по существу выражают несогласие с выводами суда и не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для принятия решения, влияли бы на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, и не могут служить основанием для отмены или изменения решения суда. Указаний на какие-либо процессуальные нарушения, являющиеся безусловным основанием для отмены правильного по существу решения суда, апелляционная жалоба не содержит, а судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Нерчинско-Заводского районного суда Забайкальского края от 17 декабря 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступило в законную силу и может быть обжаловано в трехмесячный срок со дня изготовления мотивированного апелляционного определения в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (г. Кемерово) путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции – Нерчинско-Заводский районный суд Забайкальского края.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 06 апреля 2026 г.