Апелляционное определение № 2-325/2025 33-4733/2026 от 13 апреля 2026 г.

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ФИО4

Дело № председательствующий судья суда первой инстанции ФИО5

(2-325/2025) УИД 91RS0№-02


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

14 апреля 2026 года <адрес>

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики ФИО4 в составе:

председательствующего-судьи

ФИО22

судей

ФИО3 Подлесной И.А.

при секретаре

ФИО8,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Обществу с ограниченной ответственностью «ФИО23 о признании акта о расследовании группового несчастного случая незаконным, признании несчастным случаем на производстве, возложении обязанности составить акт о несчастном случае, взыскании компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Нижнегорского районного суда Республики ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ,

УСТАНОВИЛА:

Истец ФИО2 обратилась в суд с иском к ответчику ФИО24», в котором просила признать незаконным акт о расследовании несчастного случая со смертельным исходом от ДД.ММ.ГГГГ, по результатам которого несчастный случай, произошедший с ее сыном ФИО1, имевший место ДД.ММ.ГГГГ, квалифицирован как несчастный случай, не связанный с производством; признать несчастный случай, произошедший с ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, несчастным случаем на производстве, обязав ответчика составить акт о несчастном случае на производстве по Форме Н-1, а также взыскать с ФИО25» компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 руб.

В обоснование своих требований истец указала, что является матерью ФИО1, умершего ДД.ММ.ГГГГ, который был трудоустроен у ответчика в должности слесаря. ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1 во время его нахождения на работе произошел несчастный случай, в связи с чем, он был госпитализирован в ГБУЗ РК «Красногвардейская центральная районная больница», где, в результате полученных травм, скончался ДД.ММ.ГГГГ.

Для расследования несчастного случая работодателем была образована комиссия, однако, о проводимом расследовании истцу сообщено не было, в связи с чем, она была лишена права на личное участие в расследовании несчастного случая. О проводимом расследовании и его результатах истцу стало известно лишь ДД.ММ.ГГГГ после получения копий документов и материалов расследования несчастного случая с актом о расследовании несчастного случая со смертельным исходом по Форме № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому комиссия квалифицировала несчастный случай с ФИО1, как несчастный случай, не связанный с производством.

Будучи не согласной с результатом проведенного расследования, истец ДД.ММ.ГГГГ направила ответчику заявление о признании акта от ДД.ММ.ГГГГ незаконным с требованием провести повторное расследование произошедшего несчастного случая, однако, ответ на ее заявление не поступил, повторное расследование несчастного случая проведено не было.

Истец указывает, что травмы, полученные ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ при нахождении его на объекте трудовой деятельности ФИО26», не относятся к критериям, которые могли бы быть квалифицированы как несчастный случай, не связанный с производством. Работодатель своим утверждением о том, что работник нарушил правила внутреннего трудового распорядка, что выразилось в нахождении на территории объекта трудовой деятельности в состоянии алкогольного опьянения, пытается снять с себя ответственность за случившееся, поскольку при обнаружении ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в 08:10 час. на рабочем месте с признаками алкогольного опьянения работодателем не была создана комиссия, акт № от ДД.ММ.ГГГГ, составленный начальником смены ФИО18 с указанием даты и времени: «ДД.ММ.ГГГГ в 08:09», не соответствует времени, указанному в докладной записке от ДД.ММ.ГГГГ о нахождении работника на работе в состоянии опьянения, комиссией работодателя было определено нахождение работника в состоянии алкогольного опьянения, при этом медицинское освидетельствование проведено не было, в связи с чем, данный вывод является лишь предположением работодателя, кроме того, не был составлен акт об отказе работника подписать акт о нахождении на работе в состоянии опьянения, приказ об отстранении от работы работника не был объявлен ему, в приказе отсутствуют дата, время и место его составления, работодатель после издания приказа об отстранении работника от работы не обеспечил вывод последнего с места работы и территории объекта работодателя.

По мнению истца, бездействие работодателя при нахождении работника на рабочем месте, послужили основанием для возникновения обстановки, в результате которой работником были получены травмы, повлекшие его смерть, что также подтверждается особым мнением технического инспектора труда Союза организаций профсоюзов «Федерация независимых профсоюзов ФИО4» ФИО13 Утрата истцом своего сына вследствие халатного отношения работодателя к трудовому законодательству и необеспечение безопасных условий труда стало для нее сильнейшим психологическим ударом, причинившим глубокие нравственные страдания, которые усугубляются тем, что ей приходится восстанавливать репутацию сына, которого, по вине работодателя, без законных на то оснований, считают алкозависимым человеком. Кроме того, истец до момента наступления смерти сына находилась на постоянном обеспечении у своего сына, являясь пенсионером по старости, в связи с чем, истец обратилась с настоящим иском в суд.

Определением Нижнегорского районного суда Республики ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО27 ФИО4 (т. 2 л.д. 114).

Определением Нижнегорского районного суда Республики ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ, занесенным в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ФИО28 ФИО4 (т. 3 л.д. 106).

Решением Нижнегорского районного суда Республики ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ иск ФИО2 оставлен без удовлетворения.

Не согласившись с указанным решением, истец подала апелляционную жалобу, в которой просит отменить решение суда, принять по делу новое решение, которым иск удовлетворить в полном объеме, считает, что судом первой инстанции решение вынесено необоснованно, с нарушением норм материального и процессуального права.

Доводы жалобы сводятся к тому, что в части 6 статьи 229.2 Трудового кодекса РФ приведен исчерпывающий перечень несчастных случаев, когда по решению комиссии они могут квалифицироваться как не связанные с производством, травмы, которые были получены ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в течение рабочего времени на территории работодателя, не относятся к критериям, которые могли бы быть квалифицированы как несчастный случай, не связанный с производством; работодатель не обеспечил безопасное нахождение ФИО1 на территории объекта трудовой деятельности, не предпринял реальных мер, направленных на фактический не допуск работника к работе, фактически оставив работника, который, по мнению работодателя, находился в состоянии алкогольного опьянения, на объекте, полагаясь на возможность избежать негативные последствия, которые, в результате халатных действий работодателя, произошли. Также, апеллянт указывает, что факт нахождения ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения подтвержден лишь пояснениями работников ООО «Авангард», при этом прямых доказательств данного факта, в частности, медицинского освидетельствования, материалы дела не содержат, указание работодателя о нахождении работника на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения является лишь его предположением, в связи с чем, апеллянт полагает, что истцом были допущены грубейшие нарушения трудового законодательства, в результате чего, на рабочем месте возникла обстановка вследствие которой работником были получены травмы, повлекшие его смерть.

В возражениях и дополнительных возражениях на апелляционную жалобу представитель ответчика просит решение суда оставить без изменений.

Представитель истца в судебном заседании поддержала доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просила ее удовлетворить, решение суда отменить.

Представитель ответчика в судебном заседании возражала против удовлетворения жалобы, просила апелляционную жалобу оставить без удовлетворения, решение суда первой инстанции – без изменения.

В заключении прокурор ФИО9 считала необходимым решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, извещены надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, согласно положений статей 14 и 16 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 262-ФЗ "Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации" информация о времени и месте судебного заседания была заблаговременно размещена на интернет-сайте суда апелляционной инстанции..

Судебная коллегия считает возможным рассматривать дело в отсутствие неявившихся лиц в соответствии с положениями частей 3, 5 статьи 167 ГПК РФ.

Заслушав доклад судьи, пояснения представителей сторон, допросив свидетелей ФИО18, ФИО10, выслушав заключение прокурора, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия, приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.

Из разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 23 от ДД.ММ.ГГГГ "О судебном решении" следует, что решение является законным в том случае, когда оно вынесено при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или права (часть 2 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании, а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Согласно ст. 330 ГПК РФ, основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

По мнению судебной коллегии, суд первой инстанции при принятии решения такие нарушения допустил.

Так, из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был принят на работу в ФИО29 на должность слесаря с испытательным сроком на 1 (один) месяц, с ним заключен трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ; режим рабочего времени ФИО1 определен в трудовом договоре с 09:00 до 18:00, с обеденным перерывом с 12:00 до 13:00 (т.2 л.д.56-58).

Согласно докладной записке начальника смены ФИО18, адресованной генеральному директору ФИО30» ФИО12, ДД.ММ.ГГГГ в 08:10 час. слесарь ФИО1 явился на свое рабочее место с признаками алкогольного опьянения: запах алкоголя изо рта, неустойчивость позы, несвязная речь, нарушение координации движения; в настоящее время работник фактически приостановил исполнение своих должностных обязанностей по устному распоряжению ФИО18, которым было инициировано мероприятие по отстранению работника от выполнения работы, медицинскому освидетельствованию и наложению дисциплинарного взыскания (т.2 л.д.70).

Из содержания акта от ДД.ММ.ГГГГ №, подписанного начальником смены ФИО18, заведующей складом ФИО10, весовщиком ФИО11, следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 08:09 обнаружено, что слесарь ФИО1 находится в состоянии алкогольного опьянения, у него наблюдались внешние признаки алкогольного опьянения. У ФИО1 были затребованы подробные письменные объяснения по факту появления на работе в пьяном виде, работник отказался объяснить причину своего состояния. От прохождения медицинского заключения ФИО1 отказался, от подписи акта отказался, комиссия отстранила ФИО1 от работы (т.2 л.д.71).

Генеральный директор ФИО31» ФИО12 в приказе от ДД.ММ.ГГГГ №А-1 распорядился отстранить от работы слесаря ФИО1 до ДД.ММ.ГГГГ, направить работника на медицинское освидетельствование, в период отстранения от работы не считать рабочим днем, контроль за исполнением приказа возложил на себя; основанием к изданию приказа указаны докладная записка ФИО18 и акт № от ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д.72).

ДД.ММ.ГГГГ примерно в 14:05 на территории, где осуществляет свою деятельность ФИО32 в обособленном подразделении «ФИО33 по адресу: Республика ФИО4, <адрес>, Найденовский карьер ФИО1 залез на питатель дробилки, откуда упал головой вниз, ударившись головой о кислородный баллон, после чего была вызвана скорая медицинская помощь.

Согласно медицинского заключения ГБУЗ РК «Красногвардейская ЦРБ» ФИО1 поступил в травматологическое отделение больницы ДД.ММ.ГГГГ в 16:00 с диагнозом: ОЧМТ, перелом основания черепа, ушиб головного мозга тяжелой степени, оториногематорея, субдуральная гематома, отек головного мозга, дислокационный синдром с вклинением стволовых отделов головного мозга, ушибленная рванная рана волосистой части головы, рваная рана левой голени, кома 3. Освидетельствование на алкогольное и наркотическое опьянение не проводилось в связи с тяжестью состояния. Указанные повреждения здоровья относятся к тяжелым несчастным случаям на производстве (т.3 л.д.139).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 умер в стационаре больницы, что подтверждается корешком медицинского свидетельства о смерти (т.2 л.д.187-188).

Приказом генерального директора ФИО34» от ДД.ММ.ГГГГ №-О в связи с несчастным случаем, произошедшим с ФИО1, создана комиссия по расследованию несчастного случая в составе председателя комиссии ФИО12, членов комиссии ФИО10, ФИО15 (т.2 л.д.167).

Председателем Федерации независимых профсоюзов ФИО4 в адрес ФИО35» ДД.ММ.ГГГГ направлено письменное сообщение о том, что в расследовании несчастного случая, произошедшего с ФИО1, будет принимать участие технический инспектор труда ФИО13 (т.2 л.д.179).

Приказом генерального директора ФИО36 от ДД.ММ.ГГГГ №-ОТ внесены изменения в приказ от ДД.ММ.ГГГГ №-О в части состава комиссии, председателем комиссии указан старший государственный инспектор труда Инспекции по труду Республики ФИО4 ФИО14, членами комиссии: генеральный директор ФИО37 ФИО12, заведующая складом ФИО10, специалист по охране труда ФИО15, специалист Министерства строительства и архитектуры Республики ФИО4 ФИО16, инспектор труда Федерации независимых профсоюзов ФИО4 ФИО13, специалист <адрес> Республики ФИО4 ФИО17 (т.2 л.д.183).

Согласно акту о расследовании несчастного случая со смертельным исходом по Форме № в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ было проведено расследование несчастного случая, произошедшего с ФИО1, согласно которому комиссией квалифицирован данный несчастный случай со смертельным исходом, как несчастный случай, не связанный с производством, который не подлежит оформлению актом Формы Н-1, в качестве основной причины несчастного случая указано нарушение работником трудового договора и дисциплины труда (т.2 л.д.119-130).

Членом данной комиссии инспектором труда Федерации независимых профсоюзов ФИО4 ФИО13 ДД.ММ.ГГГГ изложено особое мнение, в котором указано, что нахождение в нетрезвом состоянии умершего ФИО1 достоверно не установлено, вывод о нахождении ФИО1 в состоянии опьянения основан на предположении, в приказе об отстранении от работы должен был быть указан ответственный, на которого возлагается контроль за отстранением, в том числе выдворением за пределы предприятия, в данном случае имел место ненадлежащий контроль со стороны работодателя, который привел к несчастному случаю и гибели работника, в связи с чем, несчастный случай связан с производством (т.2 л.д.217).

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что несчастный случай произошел с ФИО2 в период его отстранения от выполнения должностных обязанностей ввиду наличия признаков опьянения, в связи с чем, у работодателя не имелось законных оснований для признания данного несчастного случая, связанным с производством.

Судебная коллегия находит, что решение суда принято с нарушением закона и согласиться с ними нельзя по следующим основаниям.

В соответствии с абзацем 2 пункта 1 статьи 5 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний подлежат в числе других физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, заключенного со страхователем.

Несчастным случаем на производстве в силу абзаца 10 статьи 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных данным федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» разъяснено, что для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать следующие юридически значимые обстоятельства: относится ли пострадавший к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя; указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев; соответствуют ли обстоятельства (время, место и другие), сопутствующие происшедшему событию, обстоятельствам, указанным в части 3 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации; произошел ли несчастный случай на производстве с лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (ст. 5 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ); имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством (исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в части 6 статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации), и иные обстоятельства.

Из указанного следует, что по общему правилу, несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору, как на территории работодателя, так и за ее пределами, повлекшее необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В части 6 статьи 229.2 Трудового кодекса РФ приведен исчерпывающий перечень несчастных случаев, когда по решению комиссии они могут квалифицироваться как не связанные с производством в зависимости от конкретных обстоятельств.

Так, расследуются в установленном порядке и по решению комиссии (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственного инспектора труда, самостоятельно проводившего расследование несчастного случая) в зависимости от конкретных обстоятельств могут квалифицироваться как несчастные случаи, не связанные с производством:

смерть вследствие общего заболевания или самоубийства, подтвержденная в установленном порядке соответственно медицинской организацией, органами следствия или судом;

смерть или повреждение здоровья, единственной причиной которых явилось по заключению медицинской организации алкогольное, наркотическое или иное токсическое опьянение (отравление) пострадавшего, не связанное с нарушениями технологического процесса, в котором используются технические спирты, ароматические, наркотические и иные токсические вещества;

несчастный случай, происшедший при совершении пострадавшим действий (бездействия), квалифицированных правоохранительными органами как уголовно наказуемое деяние.

В силу статей 22, 212 Трудового кодекса РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда в организации возлагаются на работодателя. При этом работодатель обязан обеспечить расследование и учет несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в порядке, установленном данным Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Как установлено частью 1 статьи 227 Трудового кодекса РФ расследованию и учету в соответствии с главой 36 ТК РФ подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены телесные повреждения (травмы), повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли, в частности, в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы (часть 3 статьи 227 Трудового кодекса РФ).

Частями 1, 2 статьи 229 Трудового кодекса РФ установлено, что для расследования несчастного случая работодатель (его представитель) незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек. При расследовании несчастного случая (в том числе группового) со смертельным исходом в состав комиссии дополнительно включаются лица, указанные в части 2 статьи 229 Трудового кодекса РФ.

В соответствии с частью 5 статьи 229.2 Трудового кодекса РФ, на основании собранных материалов расследования комиссия устанавливает в частности обстоятельства и причины несчастного случая, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.

В соответствии со статьей 230 Трудового кодекса РФ акт о несчастном случае на производстве является документом, который подлежит составлению по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего. В акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте указывается степень вины застрахованного в процентах, установленная по результатам расследования несчастного случая на производстве.

Акт о несчастном случае на производстве представляет собой документ, оформляемый по результатам расследования несчастного случая комиссией, созданной работодателем, в котором указываются, в том числе, обстоятельства произошедшего несчастного случая и его причины, лица, допустившие нарушения требований охраны труда, также при установлении грубой неосторожности застрахованного лица - степень его вины. При несогласии с актом заинтересованные лица вправе оспорить его.

В соответствии со статьей 76 Трудового кодекса РФ работодатель обязан отстранить от работы (не допускать к работе) работника, появившегося на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения. Работодатель отстраняет от работы (не допускает к работе) работника на весь период времени до устранения обстоятельств, явившихся основанием для отстранения от работы или недопущения к работе, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими федеральными законами.

Из содержания данной нормы следует, что отстранение от работы - это временный недопуск работника к выполнению своих трудовых обязанностей по основаниям, перечисленным в Трудовом кодексе РФ, других федеральных законах и иных нормативных правовых актах Российской Федерации.

Необходимость в отстранении от работы возникает в ситуациях, когда по объективным причинам работодатель не только не может, но и не имеет права допускать работника к исполнению обязанностей, предусмотренных трудовым договором. В таких ситуациях он должен временно, до устранения соответствующих обстоятельств, отстранить работника от работы.

Согласно Руководства по соблюдению обязательных требований трудового законодательства, утвержденного Приказом Роструда от ДД.ММ.ГГГГ №, отстранение от работы - временная блокировка трудовой функции работника как мера предотвращения негативных последствий для жизни и здоровья населения, имущества физических и юридических лиц, а также установленного в государстве порядка управления в случаях, когда поведение или состояние здоровья участников трудовых отношений отклоняются от нормы.

Учитывая положения данных норм, предусматривающих именно не допуск к работе работника, находящегося в состоянии алкогольного опьянения, указанный не допуск к работе, в случае если работник после отстранения продолжает находиться на территории работодателя, должен выражаться в активных действиях работодателя, под которыми понимается, в частности, либо физический не допуск работника на территорию работодателя, либо, при условии невозможности своими силами выдворить работника за пределы территории работодателя, - вызов сотрудников правоохранительных органов.

Между тем, доказательства фактического отстранения ФИО1 от работы (его не допуска к работе), в материалах дела отсутствуют.

Так, в судебном заседании суда апелляционной инстанции были допрошены свидетели ФИО18 и ФИО10

Из показаний свидетеля ФИО18 следует, что он работает в ФИО38» в должности начальника смены, ДД.ММ.ГГГГ утром на планерке работник ФИО39 ФИО1 был замечен с признаками алкогольного опьянения (запах алкоголя изо рта), в связи с чем, на планерке ФИО18 сказал ему, что отстраняет его от работы, с чем ФИО1 не согласился, ответив, что он не находится в состоянии опьянения. После планерки ФИО18 позвонил директору ФИО40», сообщил ему об отстранении ФИО1 от работы, от руки написал акт о нахождении работника в состоянии опьянения, в дальнейшем акт о нахождении работника в состоянии опьянения поступил в электронном виде, он его распечатал и подписал. Лично он ФИО1 с данным актом не знакомил, поскольку более его не видел, позвонил ему по телефону и предложил расписаться в акте, на что получил отказ. С приказом директора ФИО41 об отстранении ФИО1 от работы ФИО18 ФИО19 не знакомил. В этот же день, около 14:00 часов при обходе территории услышал крики рабочих, после чего подошел к месту и увидел, что ФИО1 лежит без сознания, как потом выяснилось, он упал с питателя дробилки.

При этом, свидетель ФИО18 в судебном заседании суда апелляционной инстанции подтвердил свои показания, данные при расследовании обстоятельств несчастного случая, в той части, что ФИО1 продолжал находиться на территории, где осуществляет свою деятельность ФИО42» после того, как свидетель сообщил ему об отстранении от работы, какие-либо меры, направленные на выдворение ФИО1 с территории работодателя, им не предпринимались.

Свидетель ФИО10 показала, что занимает должность заведующей складом ФИО43 ДД.ММ.ГГГГ утром перед планеркой увидела ФИО1, по которому было явно видно, что он находится в состоянии алкогольного опьянения, на планерке она не присутствовала, находилась в своем вагончике, периодически выходила по своим делам, при этом ФИО1 более не видела и около 14:00 часов ей сообщили о несчастном случае, произошедшем с ФИО1 Акт о нахождении ФИО1 в состоянии опьянения она подписала, данный акт она ФИО1 не показывала, по телефону с данным актом при ней ФИО1 не знакомили, одновременно, свидетель сообщила, что насколько она помнит, ФИО1 знакомили с данным актом, но каким образом проходила данная процедура затруднилась ответить, ссылаясь на прошествие значительного периода времени.

При допросе свидетеля ФИО10, ей были оглашены ее же объяснения от ДД.ММ.ГГГГ, данные следователю Красногвардейского следственного отдела Следственного комитета РФ, в которых она сообщила, что утром ДД.ММ.ГГГГ она видела ФИО1, однако, находился ли он в состоянии алкогольного опьянения ей неизвестно, поскольку она к нему не подходила. Пояснить по какой причине ее показания, данные в суде апелляционной инстанции, отличаются от вышеуказанных объяснений, данных следователю, свидетель ФИО10 пояснить не смогла.

Имеющийся в деле акт от ДД.ММ.ГГГГ №-О/2024 (т.3 л.д.144), в котором указано, что ФИО1 от ознакомления с приказом работодателя об отстранении от работы отказался, противоречит пояснениям допрошенного судом апелляционной инстанции свидетеля ФИО18, который сообщил, что с приказом об отстранении от работы он ФИО1 не знакомил, а, кроме того, данный акт от ДД.ММ.ГГГГ №-О/2024 отсутствовал как на момент проведения расследования о несчастном случае (отсутствует в перечне документов, приложенных к материалам расследования) (т.2 л.д.38-41), так и на момент направления материалов расследования в Инспекцию по труду Республики ФИО4 (отсутствует в перечне документов, указанных в сопроводительном письме) (т.2 л.д.150-152), а также на момент направления материалов расследования истцу (отсутствует в перечне документов, указанных в сопроводительном письме) (т.1 л.д.14-15).

Таким образом, собранные по делу доказательства в их совокупности однозначно свидетельствуют о том, что ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ фактически был допущен работодателем к исполнению своих трудовых обязанностей, с начала рабочего времени и до произошедшего с ним несчастного случая он находился на территории работодателя, устное распоряжение начальника смены ФИО18 об отстранении от работы имело место в 08:10 час., при этом, рабочий день ФИО1, согласно заключенного с ним трудового договора, начинался в 09:00 час., допустимых доказательств того, что после начала рабочего дня ФИО1 в установленном порядке был отстранен от работы материалы дела не содержат, с приказом работодателя об отстранении от работы его не знакомили, каких-либо действий, направленных на фактическое отстранение ФИО1 от работы (физический не допуск работника на территорию, вызов сотрудников полиции) работодателем (уполномоченным должностным лицом) осуществлено не было, несчастный случай произошел с ним на территории работодателя в рабочее время, и данный несчастный случай не подпадает под исчерпывающий перечень несчастных случаев, приведенных в части 6 статьи 229.2 Трудового кодекса РФ, которые по решению комиссии могут квалифицироваться как не связанные с производством, в связи с чем, судебная коллегия приходит к выводу о наличии причинно-следственной связи между телесными повреждениями, полученными ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, и его работой в ООО «Авангард» слесарем, ввиду чего несчастный случай со смертельным исходом, имевший место ДД.ММ.ГГГГ, произошедший с ФИО1, является несчастным случаем на производстве, ввиду чего акт расследования несчастного случая со смертельным исходом от ДД.ММ.ГГГГ по Форме № подлежит признанию незаконным, и на ответчика следует возложить обязанность оформить данный несчастный случай, как связанный с производством, с оформлением акта по Форме Н-1.

Разрешая требования истца в части компенсации морального вреда судебная коллегия исходит из следующего.

В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса РФ).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из основных направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса РФ).

Частью 1 статьи 214 Трудового кодекса РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 3 статьи 214 Трудового кодекса РФ).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации в связи с работой с вредными и (или) опасными условиями труда, включая медицинское обеспечение, в порядке и размерах не ниже установленных Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации либо коллективным договором, трудовым договором (абзацы второй и девятый части 1 статьи 216 Трудового кодекса РФ).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса РФ).

В Трудовом кодексе РФ не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса РФ) и статьей 151 Гражданского кодекса РФ.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей) либо нарушающими имущественные права гражданина (абзац третий пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33).

Под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (в том числе переживания в связи с утратой родственников) (абзац первый пункта 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33).

В абзаце первом пункта 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 содержатся разъяснения о том, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33).

В случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ. При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (абзацы третий и пятый пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33).

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае (абзац второй пункта 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33).

Из изложенного следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья, исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, работник имеет право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного в результате повреждения здоровья работника.

Моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон.

В случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ (права на родственные и семейные связи, душевное и физическое благополучие). Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя, в том числе в пользу члена семьи работника в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в произошедшем несчастном случае.

Судебной коллегией в ходе рассмотрения настоящего спора установлено, что несчастный случай на производстве со смертельным исходом произошел с ФИО1 в первую очередь по вине ФИО44» как работодателя, не создавшего для своего работника безопасных условий труда, поскольку именно ФИО45», как работодатель не обеспечило надлежащий контроль со стороны ответственных лиц за проведением работ, не исключило возможности свободного доступа работника ФИО1 к участку работы, где им были получены травмы, от которых впоследствии он умер.

Оценивая доводы ФИО2 о перенесенных ею физических и нравственных страданиях, судебная коллегия принимает во внимание, что погибший ФИО1 являлся сыном истца.

Скоропостижная смерть сына явилась для ФИО2 невосполнимой потерей, необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, а также неимущественное право на родственные и семейные связи. Истец перенесла психологическую травму, глубочайшее потрясение, испытала нравственные страдания, которые выразились в переживаниях, моральной травме, дискомфорте, чувстве безысходности и горечи утраты близкого родного человека.

Гибель близкого родственника сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи.

При этом следует учитывать, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания в разумных размерах.

Оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, судебная коллегия считает установленным причинение ФИО2 нравственных страданий, вызванных смертью сына, что является достаточным основанием для взыскания в ее пользу компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда по данному спору, судебная коллегия исходит из того, что истцом в обоснование своих доводов представлены бесспорные доказательства наличия у нее физических и нравственных страданий в связи смертью близкого человека, а размер компенсации морального вреда определяется с учетом всех обстоятельств дела.

Таким образом, руководствуясь вышеприведенными нормами закона, и принимая во внимание, фактические обстоятельства дела при которых был причинен моральный вред, а также требования разумности и справедливости, и, учитывая, что компенсация морального вреда должна носить реальный характер, а не символический, в связи с чем, судебная коллегия считает необходимым требования истца о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично, в сумме 1 000 000 рублей, а в удовлетворении остальной части иска оказать, признав размер заявленной к взысканию компенсации завышенным.

Оснований для взыскания суммы компенсации морального вреда в большем размере судебная коллегия не усматривает, поскольку это приведет к нарушению принципа разумности и справедливости.

Указанный размер компенсации морального вреда, по мнению судебной коллегии, является разумным и справедливым, соответствующим тем нравственным и физическим страданиям, которые истец вынуждена претерпевать в связи со смертью сына.

Руководствуясь ст. ст. 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Нижнегорского районного суда Республики ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ отменить.

Принять по делу новое решение о частичном удовлетворении исковых требований ФИО2.

Признать акт о расследовании несчастного случая со смертельным исходом от ДД.ММ.ГГГГ по Форме № – незаконным.

Признать несчастный случай, произошедший ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1, работником ФИО46», связанным с производством, обязав ФИО47 оформить данный несчастный случай, как связанный с производством, с оформлением акта по Форме Н-1.

Взыскать с ФИО48» в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда 1 000 000 (один миллион) рублей.

Взыскать с ФИО49» в доход бюджета государственную пошлину в размере 4 000 рублей.

В остальной части в удовлетворении иска ФИО2 – отказать.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Апелляционное определение изготовлено в окончательной форме ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий

ФИО6

Судьи

О.Р. М.И. Подлесная