Решение № 2-2905/2017 2-2905/2017~М-3850/2017 М-3850/2017 от 14 ноября 2017 г. по делу № 2-2905/2017

Дело № 2-2905/2017


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Пенза 15 ноября 2017 года

Октябрьский районный суд г. Пензы

в составе

председательствующего судьи Николаевой Л.В.,

при секретаре Горшениной И.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Пензе гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Айрис» о признании договора в части недействительным и взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратилась в суд с вышеназванным иском к ООО «Айрис», в котором указала, что между ней и ответчиком 23.03.2015 года был заключён договор займа № (далее - договор), в соответствии с которым ей был предоставлен займ в размере 15 000 рублей. В соответствии с условиями договора до 13.04.15 г. она обязана была погасить сумму займа и проценты из расчёта 3% в день (1095% годовых), что составило 9 450 рублей. Всего - 24 450 рублей. В установленный договором срок она не смогла расплатиться. Платила частями с 25.04.15 г. по 30.11.2015 г. 30.11.15 г. остаток задолженности оставался равен сумме первоначального займа 15 000 рублей. В этот день с ней переоформили новый договор. Сумма потребительского займа 14 950 рублей (договор №). По условиям нового договора до 30.12.2015 г. она должна была выплатить сумму займа 14950 рублей и проценты из расчёта 2,48% в день (905,200% годовых), что составило 11 122 рубля 80 копеек. Всего - 26 072 рубля 80 копеек. Договора она заключала с ООО «Айрис», платежи вносила на счет ООО «Лайф». Оказалось, что при просрочке платежей ООО «Айрис» и ООО «Лайф» заключают договора уступки права (требования). Об этом она узнала вмарте 2016 года, когда в Октябрьском районном суде г. Пензы рассматривался ее иск к ООО «Айрис» о защите прав потребителей. Представитель ООО «Лайф» и ООО «Айрис» представил суду договора уступки по договорам займа № от 23.03.2015 г. и№ от 30.11. 2015 г. Считает, что переход права (требования) от ООО «Айрис» к ООО «Лайф» совершен в обход законов, регулирующих отношения, возникающие при предоставлении финансовых услуг между кредитными организациями и их клиентами. Данный вывод подтверждается ответом Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Пензенской области (№ от 16.05.2017 г.) на ее обращение. Управлением в ходе проведения анализа договора потребительского займа № от 23.03.15 года, заключенного истцом с ООО «Айрис», выявлено условие, ущемляющее установленные законами и иными правовыми актами РФ, права потребителей (нарушение ст. 16 Закона №2300-1), а именно п. 13 индивидуальных условий договора займа в части отсутствия в указанном пункте возможности запрета уступки кредитором третьим лицам прав (требований) по договору. Обязательное предоставление потребителю такой возможности запрета установлено п. 13 ч.9 ст. 5 ФЗ №353 «О потребительском кредите (займе)». Согласно статье 5 Закона № 353-ФЗ договор потребительского кредита (займа) состоит из общих условий и индивидуальных условий. Общие условия договора потребительского кредита (займа) устанавливаются кредитором в одностороннем порядке в целях многократного применения. В силу пункта 13 части 9 статьи 5 Закона № 353-ФЗ индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально и включают в себя условие о возможности запрета уступки кредитором третьим лицам прав (требований) по договору потребительского кредита (займа). Пункт 13 индивидуальных условий спорных договоров № от 23.03.15г. и № от 30.11.15 г. изложен следующим образом: «Запрет на уступку прав требования Заимодавцем по Договору потребительского займа третьим лицам не установлен». Таким образом, редакция пункта 13 индивидуальных условий не предоставляет потребителю возможности выразить возражения относительно условия об уступке прав требований третьим лицам. Предложенное Обществом условие закрепляет за ним право производить уступку прав третьим лицам без предоставления потребителю возможности установить запрет на такую уступку. При этом потребитель лишен права выбора на заключение договора на условиях запрета Обществу производить уступку прав требований третьим лицам. Возможность запрета уступки прав требований кредитором третьим лицам до потребителя по спорным договорам не была доведена. Включение в договор условий, не позволяющих потребителю согласовать индивидуальное условие об уступке Обществом третьим лицам прав (требований) по Договорам № от 23.03.2015 г. и № от 30.11.2015 г не соответствует требованиям Закона № 353-ФЗ и ущемляет права потребителя. 21 июня 2017 года истец направила претензию к ООО «Айрис» об исключении из договоров п. 13 индивидуальных условий. В ответе ООО «Айрис» от 21 июля 2017 года содержится отказ на предложение изменить договор займа. Ссылаясь на ст. 15, 151, 452, 1099-1101 ГК РФ, просит признать ничтожными условие договоров займа № от 23.03.15г. и № от 30.11.15 г., а именно п.13 Индивидуальных условий, как противоречащий Закону о защите прав потребителей; взыскать с ответчика 20000 рублей в счет компенсации морального вреда.

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные требования поддержала, просила иск удовлетворить в полном объеме по основаниям, изложенным в тексте иска и письменных пояснениях к нему. Кроме того, в судебном заседании указала, что в заключенных ею договорах п. 13, содержащий условие об уступки прав требований займодавца другому лицу, изложен таким образом, что у нее как потребителя отсутствовала возможность отказаться от указанного условия либо изменить его, договор можно было заключить именно в такой редакции, права выбора у нее не было. Когда подписывала договор, она не знала о включении в него этого пункта, данное условие при заключении договора сторонами не оговаривалось и не обсуждалось. Об указанном пункте и как следствие нарушении ее прав она узнала только после получения ответа из Роспотребнадзора на ее обращение.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании поддержала доводы своего доверителя, просила иск удовлетворить в полном объеме.

В судебном заседании представитель ответчика ООО «Айрис» ФИО3 возражал против заявленных требований, просил в удовлетворении иска отказать по основаниям, изложенным в письменных возражениях на иск.

В судебном заседании представитель ответчика ООО «Лайф» ФИО4 возражал против заявленных требований, просил в удовлетворении иска отказать по основаниям, изложенным в письменных возражениях на иск.

Третье лицо Управление Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Пензенской области, в судебное заседание не явился, о его месте и времени извещен должным образом, причина не явки не известна.

Суд, выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Статьей 46 Конституции РФ, каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

В соответствии со ст. 9 ГК РФ, граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им процессуальные права. Это включает в себя и реализацию права на их судебную защиту. По смыслу названной статьи полномочия суда ограничены позицией сторон, которые получили возможность в полной мере самостоятельно распоряжаться своими правами и приобрели обязанность доказывать в суде свои требования и возражения.

Согласно ст. 12 ГПК РФ, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В данном случае на правоотношения, возникшие между сторонами, распространяется действие закона РФ «О защите прав потребителей», поскольку эти правоотношения возникли из договора предоставления займа; получение займа направлено на удовлетворение личных нужд потребителя – гражданина ФИО1, не связанных с осуществлением ею предпринимательской деятельности.

В соответствии со ст. 1 закона РФ «О защите прав потребителей», отношения в области защиты прав потребителей регулируются Гражданским кодексом Российской Федерации, настоящим Законом, другими федеральными законами (далее - законы) и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии со ст. 1 закона РФ «О защите прав потребителей», отношения в области защиты прав потребителей регулируются Гражданским кодексом Российской Федерации, настоящим Законом, другими федеральными законами (далее - законы) и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу п.1 ст. 1 ГК РФ, гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

Согласно ч. 1 ст. 8 ГК РФ, гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

В соответствии с пунктами 1 и 4 статьи 421, пунктом 1 статьи 422 ГК РФ, граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами. Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей", изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора. По отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Согласно ст. 16 п. 1 указанного Закона РФ, условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными. Если в результате исполнения договора, ущемляющего права потребителя, у него возникли убытки, они подлежат возмещению изготовителем (исполнителем, продавцом) в полном объеме.

По договору займа одна сторона (займодатель) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодателю такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей (ст. 807 Гражданского кодекса РФ).

В судебном заседании установлено и подтверждается материалами дела, 23.03.2015 г. между ФИО1 и ООО «Айрис» заключен договор потребительского микрозайма №, условия которого содержатся в подписанных истцом договоре, содержащем индивидуальные условия договора потребительского займа.

Согласно условиям заключенного договора, ФИО1 предоставлен займ на сумму 15000 рублей, сроком до 13.04.2015 г. включительно, с уплатой процентов в размере 1095 % годовых в период с 23.03.2015 г. по 13.04.2015 г. включительно, 2190% годовых с 14.04.2015 г. с первого дня просрочки до полного выполнения заемщиком своих обязательств по оплате. Уплата суммы займа и процентов производится единовременным платежом в размере 24450 руб. Денежные средства ФИО1 получены, что ею не оспаривалось. Таким образом, обязательства ООО «Айрис» по настоящему договору исполнены. ФИО1 обязалась возвратить сумму займа и оплатить проценты за пользование суммой займа в порядке и на условиях, предусмотренных договором.

Представленный в материалы дела договор подписан заимодавцем ООО «Айрис» и заемщиком ФИО1, истцом подпись в договоре не оспаривается, в связи с чем, учитывая принцип состязательности и равноправия сторон, предоставление доказательств сторонами, участвующими в деле, приходит к выводу, что стороны пришли между собой к соглашению по всем существенным условиям договора. При таком положении, суд приходит к выводу о заключении между сторонами договора потребительского микрозайма № от 23.03.2015 г.

30.11.2015 г. между ФИО1 и ООО «Айрис» заключен договор потребительского микрозайма №, условия которого содержатся в подписанных истцом договоре, содержащем индивидуальные условия договора потребительского займа.

Согласно условиям заключенного договора, ФИО1 предоставлен займ на сумму 14950 рублей, сроком до 30.12.2015 г. включительно, с уплатой процентов в размере 905,200 % годовых в период с 30.11.2015 г. до момента фактического возврата суммы займа. Уплата суммы займа и процентов производится единовременным платежом в размере 26072,8 руб. Денежные средства ФИО1 получены, что ею не оспаривалось. Таким образом, обязательства ООО «Айрис» по настоящему договору исполнены. ФИО1 обязалась возвратить сумму займа и оплатить проценты за пользование суммой займа в порядке и на условиях, предусмотренных договором.

Представленный в материалы дела договор подписан заимодавцем ООО «Айрис» и заемщиком ФИО1, подпись истец не оспаривает, в связи с чем суд, учитывая принцип состязательности и равноправия сторон, предоставление доказательств сторонами, участвующими в деле, приходит к выводу, что стороны пришли между собой к соглашению по всем существенным условиям договора. При таком положении, суд приходит к выводу о заключении между сторонами договора потребительского микрозайма № от 30.11.2015 г.

Согласно п. 13 индивидуальных условий указанных потребительских договоров микрозайма № от 23.03.2015 г. и № от 30.11.2015 г., запрет на уступку прав требования займодавцем по договору потребительского микрозайма третьим лицам не установлен.

В подтверждение заявленных требований о признании указанных пунктов договоров № от 23.03.2015 г. и № от 30.11.2015 г. недействительными истец ФИО1 ссылается на письмо Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Пензенской области от 16.05.2017 г., согласно которому Управление считает оспариваемый пункт ущемляющим права потребителя, поскольку в нем отсутствует возможность запрета уступки кредитором третьим лицам прав (требований) по договору, а также на решения Арбитражного Суда Пензенской области о правомерности привлечения ООО «Айрис» к административной ответственности по ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ.

На основании п. 1 ст. 56, п. 1 ст. 57 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ч. 2 ст. 67 ГПК РФ, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

В соответствии с ч. 1, 3 указанной статьи суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В связи с чем, суд, при оценке доказательств, не связан мнением Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Пензенской области, а самостоятельно определяет значимые по делу обстоятельства и дает им оценку. Решения Арбитражного Суда Пензенской области, представленные истцом, также не имеют для суда по настоящему делу преюдициальное значение, поскольку они не соответствуют требованиям, установленным ст. 61 ГПК РФ, а именно вынесены по делам, имеющим иной состав участников процесса и по иным, отличным от оспариваемых, договорам.

На основании ст. 166 ГК РФ (в редакции, действующей на момент спорных правоотношений) сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п. п. 1 и 2 ст. 167 Гражданского кодекса РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии со ст. 180 ГК РФ, недействительность части сделки не влечет недействительности прочих ее частей, если можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной ее части.

В силу ст. 168 ГК РФ, сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии с ч.2 ст.382 ГК РФ для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно ст. 388 ГК РФ уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону. Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

В силу части 6 статьи 7 ФЗ "О потребительском кредите (займе)" договор потребительского займа считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 настоящего Федерального закона.

Согласно пункту 13 части 9 статьи 5 ФЗ "О потребительском кредите (займе)" при согласовании индивидуальных условий договора кредитором и заемщиком должна быть согласована в частности возможность (наличие либо отсутствие) запрета уступки прав (требований) по договору.

Указанная норма не устанавливает содержания конкретного условия договора, которое определяется сторонами индивидуально, а определяет лишь необходимость указания на наличие, либо отсутствие согласованного сторонами запрета на уступку прав (требований) по договору. Такое условие и согласовано сторонами в п. 13 договора займа.

В соответствии со ст. 12 ФЗ «О потребительском кредите (займе)» кредитор вправе осуществлять уступку прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) третьим лицам, если иное не предусмотрено федеральным законом или договором, содержащим условие о запрете уступки, согласованное при его заключении в порядке, установленном настоящим Федеральным законом. При этом заемщик сохраняет в отношении нового кредитора все права, предоставленные ему в отношении первоначального кредитора в соответствии с федеральными законами. При уступке прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) кредитор вправе передавать персональные данные заемщика и лиц, предоставивших обеспечение по договору потребительского кредита (займа), в соответствии с законодательством Российской Федерации о персональных данных. Лицо, которому были уступлены права (требования) по договору потребительского кредита (займа), обязано хранить ставшую ему известной в связи с уступкой прав (требований) банковскую тайну и иную охраняемую законом тайну, персональные данные, обеспечивать конфиденциальность и безопасность указанных данных и несет ответственность за их разглашение.

Согласно ч.7 ст.7 ФЗ «О потребительском кредите (займе)», заемщик вправе сообщить кредитору о своем согласии на получение потребительского займа на условиях, указанных в индивидуальных условиях договора потребительского кредита, в течение пяти рабочих дней со дня предоставления заемщику индивидуальных условий договора, если больший срок не установлен кредитором.

Индивидуальные условия договора представляют собой оферту кредитора, а не конечный вариант соглашения. Соответственно, клиент, имея в наличии установленное законом необходимое время для изучения оферты кредитора, добровольно и осознанно принимает решение о согласии с офертой кредитора.

При этом клиент имеет полное право заявить кредитору о несогласии с теми или иными положениями индивидуальных условий и за заключать договор потребительского кредита (займа), вообще, и на тех условиях, с которыми он не согласен, в частности.

Данные обстоятельства свидетельствуют об обеспечении кредитором свободного волеизъявления потребителя, в том числе, относительно положений об разрешении/запрете уступки права (требований).

Федеральный закон "О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях", в соответствии с которым действует ООО «Айрис» не содержит ограничений деятельности микрофинансовой организации в части уступки прав требования.

В судебном заседании установлено и не оспаривалось сторонами, что права займодателя по договорам № от 23.03.2015 г. и № от 30.11.2015 г. ответчик ООО «Айрис» уступил третьему лицу ООО «Лайф», о чем между ними заключен соответствующий договор. Истец ФИО1 была извещена о совершенной уступке прав, что ею не оспаривалось.

Не нашел своего подтверждения в судебном заседании и опровергается материалами дела довод ФИО1 о том, что на момент заключения договоров она не имела возможности внести изменения в их условия, поскольку договор составлен ответчиком только в таком виде и являлся типовым. ФИО1 при заключении договоров была информирована обо всех его условиях, договоры заключались исключительно на добровольных условиях, собственной волей и в интересах заемщика, на момент заключения договора все оговоренные в нем пункты устраивали ФИО1 и она была с ними согласна. Об этом свидетельствует ее подписи в оспариваемых договорах, а также само фактическое обстоятельство их заключения. Суд не может согласиться с доводами истца о нарушении прав заемщика тем, что договор займа являлся типовым и заемщик не имел возможности повлиять на его содержание, так как в силу принципа свободы договора, закрепленного в статье 421 ГК РФ, заемщик была вправе отказаться от заключения договора, ознакомившись с его условиями. При этом какие-либо субъективные характеристики заемщика, в том числе ее нежелание внимательно прочитать текст договора при заключении, или юридическая неграмотность и отсутствие специального образования на реализацию указанного права повлиять не могли. Каких-либо объективных доказательств обратному истцом, в нарушении ст.ст. 56-57 ГПК РФ, не представлено. В то время как ФИО1 была ознакомлена со всеми условиями договора, она не была лишена возможности проконсультироваться с компетентным специалистом и отказаться от заключения договора либо, в соответствии с действующим гражданским законодательством РФ, направить займодателю проект разногласий к договору займа.

Материалы дела также не содержат доказательств того, что на момент заключения договора истец не имела возможности внести изменения в его условия, в виду того, что договор являлся типовым, условия которого заранее были определены; что она была лишена возможности вести переговоры с ответчиком об изменении условий договора или заключить аналогичный договор с третьими лицами на иных условиях. Таким образом, стороны при заключении договора займа исходили из принципа свободы договора, что не противоречит вышеназванным нормам права.

В соответствии с ч.12 ст.5 ФЗ "О потребительском кредите (займе)" индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа), указанные в части 9 настоящей статьи, отражаются в виде таблицы, форма которой установлена нормативным актом Банка России, начиная с первой страницы договора потребительского кредита (займа), четким, хорошо читаемым шрифтом.

Как следует из пункта 1 Указания Банка России от 23 апреля 2014 года N 3240-У "О табличной форме индивидуальных условий договора потребительского кредита (займа)", таблица индивидуальных условий договора состоит из общего заголовка и трех граф по форме приложения к настоящему Указанию, из которых графа "Содержание условия" заполняется кредитором и содержит индивидуальные условия заключаемого договора потребительского кредита (займа).

В утвержденной Центральным Банком России форме Индивидуальных условий соответствующая графа напротив строки N 13 именуется "Условие об уступке кредитором третьим лицам прав (требований) по договору" и предусматривает возможность и сложения содержания данного условия по усмотрению сторон договора.

Согласно п.1 ст.12 ФЗ "О потребительском кредите (займе)", кредитор вправе осуществлять уступку прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) третьим лицам, если иное не предусмотрено федеральным законом или договором, содержащим условие о запрете уступки, согласованное при его заключении в порядке, установленном настоящим Федеральным законом. При этом заемщик сохраняет в отношении нового кредитора все права, предоставленные ему в отношении первоначального кредитора в соответствии с федеральными законами.

Таким образом, уступка прав (требований) по договору потребительского кредита допускается во всех случаях, кроме тех, когда такая уступка прямо запрещена законом, индивидуальными условиями договора потребительского кредита.

С учетом изложенного и положений пункта 13 части 9 статьи 5 Федерального закона «О потребительском кредите (займе)" в графу 3 строки 13 индивидуальных условий может быть включено условие о возможности уступки прав (требований) в случае, если при согласовании индивидуальных условий стороны предусмотрели такую возможность, либо запрет уступки прав (требований) в случае, если при согласовании индивидуальных условий стороны предусмотрели такой запрет.

Доводы стороны истца о том, что при оформлении правоотношений до заемщика не была доведена достаточная информация, что не позволило потребителю совершить правильный выбор, не может быть принят за основу для удовлетворения иска в силу изложенных причин.

Оспариваемые договоры в части п. 13 не противоречат закону и не нарушают прав заемщика ФИО1 При замене кредитора права ФИО1 не нарушены, поскольку уступка права требования не влияет на объем прав и обязанностей должника по договору займа. Для должника не может иметь значение, в чей адрес необходимо перечислять денежные средства с целью прекращения своего обязательства по договору. Займодатель независимо от правового статуса лица, которому передается право требования, мог передать свое право требования по договору потребительского займа третьим лицам, согласовав данное условие договора с заемщиком. О согласовании условия об уступки прав по договорам и свидетельствует, по мнению суда, наличие в их тексте оспариваемого пункта 13.

Таким образом, при заключении договоров истцу была предоставлена надлежащая и достаточная информация об их условиях, в том числе об уступке права требования. Указанный пункт содержит полную и исчерпывающую информацию, не допускающую неоднозначного толкования. Следовательно, при заключении договоров стороны предусмотрели право займодавца передавать принадлежащее ему право (требование), так как имеется согласие должника (истца). При этом данное положение договора полностью соответствует ст. ст. 382, 384 ГК РФ.

Таким образом, поскольку в рассматриваемых случаях уступка прав (требований) по оспариваемым договорам законом не запрещена, предусмотрена условиями договора займа, то есть согласована с заемщиком, суд не усматривает оснований к признанию договоров № от 23.03.2015 г. и № от 30.11.2015 г. в части п. 13 недействительными.

Кроме того, в процессе судебного разбирательства ответчик ООО «Айрис» заявил о пропуске истцом срока исковой давности.

Согласно ст. 195-196 ГК РФ, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса. Для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

В силу ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки. Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Таким образом, в Гражданском кодексе Российской Федерации в порядке исключения из общего правила применительно к требованиям, связанным с недействительностью ничтожных сделок, предусмотрена специальная норма, в соответствии с которой течение срока давности по названным требованиям определяется не субъективным фактором (осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его прав), а объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения сделки. Такое правовое регулирование обусловлено характером соответствующих сделок как ничтожных, которые недействительны с момента совершения независимо от признания их таковыми судом (пункт 1 статьи 166 ГК РФ), а значит не имеют юридической силы, не создают каких-либо прав и обязанностей как для сторон по сделке, так и для третьих лиц.

Следовательно, поскольку право на предъявление иска в данном случае связано с наступлением последствий исполнения недействительной сделки и имеет своей целью их устранение, то именно момент начала исполнения такой сделки, когда возникает производный от нее тот или иной неправовой результат, в действующем гражданском законодательстве избран в качестве определяющего для исчисления срока давности.

Поскольку ФИО1 заявлено требование о признании сделки ничтожной по основанию, что она противоречит положениям Закона «О защите прав потребителей», то есть, требованиям закона, то данная сделка является оспоримой и срок исковой давности по делу составляет 1 год.

На основании изложенного суд приходит к выводу об истечении срока исковой давности по требованиям истца о признании недействительной части договоров № от 23.03.2015 г., № от 30.11.2015 г., поскольку исполнение спорных сделок началось в момент внесения заемщиком первого начального платежа в счет уплаты процентов, тогда как с соответствующим требованием в суд ФИО1 обратилась по истечении срока исковой давности – 21.09.2017 года.

Более того, согласно материалам дела истец обращалась уже с иском к ответчику и третьему лицу об оспаривании указанных договоров 27.01.2016 г., согласно тексту иска ей уже было известно на тот момент о совершенной уступке прав.

Допустимыми и относимыми доказательствами не подтвердился тот факт, что при заключении договора займа права заемщика ФИО1 были нарушены по указанным ею основаниям и в заявленном объеме. Поскольку ФИО1 в иске отказано, у суда не имеется правовых оснований для взыскания в ее пользу компенсации морального вреда заявленной в порядке ст. 15 закона РФ «О защите прав потребителей».

Оценив имеющиеся по делу доказательства в их совокупности, с учетом установленных обстоятельств дела и вышеизложенных норм закона, суд приходит к выводу о то, что в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «Айрис» надлежит отказать в полном объеме.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ООО «Айрис» о признании ничтожными условий договора займа № от 23.03.2015 г., № от 30.11.2015 г. (п. 13 Индивидуальных условий), о взыскании компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Пензенский областной суд через Октябрьский районный суд г. Пензы в течение месяца после вынесения мотивированного решения.

Мотивированное решение суда изготовлено 20 ноября 2017 года

Председательствующий