Приговор № 1-48/2019 от 10 февраля 2019 г. по делу № 1-48/2019

Дело №


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Пермь ДД.ММ.ГГГГ

Индустриальный районный суд г. Перми в составе председательствующего судьи Крайнова А.С., с участием:

государственных обвинителей: прокурора Индустриального района г. Перми Мурая С.В., помощника прокурора Индустриального района г. Перми Максимовой Н.В.,

подсудимого ФИО1,

защитника – адвоката Грищенкова В.П.,

потерпевшей З,

при секретаре Воробьевой Т.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО1, <данные изъяты>;

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ,

установил:

ДД.ММ.ГГГГ, в период с 1 до 4 часов, возле магазина «<данные изъяты>», расположенного по адресу: <адрес>, между ФИО1 и П, находившимися в состоянии алкогольного опьянения, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений произошла драка, в ходе которой ФИО1, с целью причинения тяжкого вреда здоровью, используя в качестве оружия нож, умышленно нанес им два удара в живот П В результате действий ФИО1, потерпевшему П были причинены: рана на передней поверхности брюшной стенки слева по средней ключичной линии, которая не повлекла за собой кратковременного расстройства здоровья и (или) незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и не расценивается как вред здоровью человека, а также проникающее колото-резаное ранение передней поверхности брюшной стенки с повреждением мягких тканей, левого купола диафрагмы, левой доли печени, сопровождающегося массивной кровопотерей, развитием геморрагического шока, которое квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и повлекло смерть потерпевшего.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании свою вину признал частично и показал, что в ночь на ДД.ММ.ГГГГ. вместе с И он пил пиво в «<данные изъяты>». Когда бар закрылся, выйдя на улицу, они встретили П и Б, у которых произошла словесная перепалка с И, но из-за чего, он не знает, так как в это время разговаривал по телефону. Затем П стал бить И и нанес ему 2-3 удара кулаками по голове, от чего тот упал. Он спросил И, что случилось, но П сказал, чтобы он не лез не в свои дела и 3 раза ударил его кулаком по лицу и голове. Поскольку П был высокий и физически крепкий, он испугался, поэтому достал из кармана нож, решив напугать П, и сказал, чтобы он уходил. В ответ П схватил его за руку и стал выворачивать из нее нож, при этом, другой рукой схватил его за шею. Б в это время стал наносить ему удары по голове и телу. В борьбе он и П упали, а когда П встал, то вместе со Б ушел на другую сторону дороги, откуда выкрикивал ему угрозы и обещал разобраться, при этом говорил, что он его «порезал». Он к ним не подходил, только кричал, что сейчас позовет на помощь друзей. П и Б ушли, а он подобрал выпавший в ходе борьбы нож и вместе с И ушел пить пиво в другое место, по дороге выбросив нож, но почему он это сделал, отвечать отказывается. Признает, что имевшиеся у П ранения образовались от его ножа, но он им ударов П не наносил и предполагает, что тот в борьбе сам случайно упал на нож. В связи с наличием существенных противоречий, были оглашены показания подсудимого, данные в ходе предварительного следствия, согласно которым, возле бара П не менее двух раз ударил его в область левой скулы, а бил ли его Б он не видел. Желая припугнуть, он достал нож и стал размахивать им перед П и Б, чтобы они не смогли подойти к нему. Он не помнит, подавался ли вперед, размахивая ножом, не почувствовал и не увидел, что нанес кому-то удар ножом, так как находился в состоянии алкогольного опьянения. В какой-то момент П и Б отошли от него, перебежали дорогу и оттуда стали оскорблять, при этом что-то говорили про «порезал» и «ножевое». Он подумал, что ранил П поэтому испугался ответственности за содеянное и спрятал нож в землю. (т. 1 л.д.136-140) Аналогичные показания подсудимый дал в ходе проверки показаний на месте преступления, пояснив, что допускает, что размахивая ножом мог случайно нанести им удар потерпевшему. (т. 1 л.д. 203-212) Отвечая на вопросы участников судебного заседания подсудимый пояснил, что в ходе допроса следователь не верно записала его слова, то время, как он подписал протокол не читая.

Вина подсудимого подтверждается следующими доказательствами.

Потерпевшая З показала, что является матерью П, который был физически развитым, окончил училище ВДВ, служил в МЧС. По характеру ее сын был спокойным, не конфликтным. Обстоятельства совершенного преступления ей известны только из материалов уголовного дела и она считает, что ее сын не бил ФИО1, иначе тот имел бы более серьезные телесные повреждения, чем ссадина на губе.

Свидетель А показала, что ДД.ММ.ГГГГ., около 21 часа пришла к подруге Л, которая работала продавцом в «<данные изъяты>» по <адрес>. В баре находились П и Б, которые вели себя спокойно, ни с кем не конфликтовали, а потом ушли в свой автомобиль, стоявший поблизости. Через некоторое время пришли ФИО1 и И, которые были в состоянии опьянения, громко разговаривали и шумно вели себя. Когда Л стала закрывать бар, то ФИО1 и И вышли и она увидела, что в это же время возвращаются П и Б. Сразу после этого она услышала крики и ругань, узнала голос И, который нецензурно угрожал кому-то. Л в это время была на складе, а она подошла к окну и увидела, что П и Б стояли на противоположной стороне дороги, а к ним подбежал ФИО1 и нанес прямой удар правой рукой П в район живота, после чего тот выставил перед собой руки вперед и сразу завалился на спину. Было ли что-то в руке ФИО1 в момент удара, она не видела. В это время к ФИО1 подбежал И и увел его, при этом, проходя мимо них с Л, И сказал: «Если что, вы нас не видели». Затем она услышала, как кричит Б, подошла к нему и увидела, что П лежит на земле, его куртка расстегнута, а на животе резаная рана из которой текла кровь и она поняла, что это ФИО1 ударил П ножом.

Свидетель Л показала, что ДД.ММ.ГГГГ. работала продавцом в «<данные изъяты>», куда около 23 часов пришли П и Б, выпили пива и ушли. Спустя некоторое время пришли ФИО1 и И, которые были сильно пьяные. Около 3 часов она закрыла бар и попросила их выйти, при этом видела, как возвращаются П и Б, которые спросили, работает ли бар. Она ушла в подсобное помещение, а ее подруга А осталась у входа и вскоре сказала, что началась драка, кто-то упал, а остальные убежали. Она с А вышли из бара, в это время к ним подошли ФИО1 и И, который был возбужден, прыгал, нецензурно ругался, кричал, предлагал пойти драться и «еще им добавить», а также спросил, зачем ФИО1 достал нож. Семенов молчал, был встревожен или напуган чем-то. Никаких телесных повреждений у них она не видела. Затем И сказал: «Вы нас не видели» и они ушли. Услышав крик Б: «Брат, не умирай!», она с А побежали на голос и увидели П, который лежал на спине на другой стороне дороги, его куртка была расстегнута, кофта задрана, а на животе была рана. Они остановили проезжавший мимо патрульный автомобиль и сотрудники полиции помогли им вызвать «скорую помощь». Позже А рассказала ей, что из окна видела, как Семенов махнул рукой в сторону П и тот сразу упал.

Свидетель Б показал, что вечером ДД.ММ.ГГГГ., вместе с П выпил пива в «<данные изъяты>», после чего они некоторое время сидели и разговаривали в автомобиле припаркованном поблизости. Затем они решили купить еще пива и, подходя к бару, увидели, как оттуда выходят ФИО1 и И. Они спросили, работает ли еще бар, а в ответ ФИО1 и И стали беспричинно нецензурно оскорблять их. Он сказал, что не хочет конфликтов, тем более, что у него сломана шея и для него это опасно. Тем не менее, ФИО1 стал толкать его и П, при этом говорил: «Мы вас сейчас убьем». Затем П крикнул ему: «Бежим, у них нож!» оттолкнул от себя сначала И, затем ФИО1 и они перебежали на другую сторону улицы. И остановился на дороге, а ФИО1 побежал за ними и он видел, как тот нанес удар рукой П, который стоял к нему лицом, вытянув обе руки перед собой. Все это произошло очень быстро, после чего ФИО1 и И сразу убежали, а П сказал, что его «пырнули» ножом, задрал футболку, под которой он увидел рану и стал вызывать «скорую помощь». Ни он, ни П ударов ФИО1 и И не наносили, он вообще ни до кого из них даже не дотрагивался. В соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ были оглашены показания свидетеля, данные в ходе предварительного следствия в той части, что на вопрос работает ли бар ФИО1 ответил им в грубой форме, после чего начался словесный конфликт, в ходе которого ФИО1 сказал, что зарежет их. После этого П и эти мужчины стали толкать друг друга, а затем П крикнул, что у них нож и они побежали. ФИО1 побежал за ними через дорогу и он видел, как тот наносит тычковые удары в сторону П, который его отталкивает. (т. 1 л.д. 189-193, т. 2 л.д. 103-112) Оглашенные показания свидетель подтвердил, пояснив, что в момент допроса лучше помнил обстоятельства произошедшего. Аналогичные показания свидетель дал в ходе очной ставки с подсудимым. (т. 2 л.д. 103-112)

Свидетель И показал, что ДД.ММ.ГГГГ., ФИО1 с женой был у него в гостях, где они пили водку, после чего они с ФИО1 решили еще выпить пива и пошли в бар на <адрес>. Когда бар закрылся, они вышли на улицу, где встретили П и Б, на шее которого был корсет. П спросил, работает ли еще бар, на что он ответил, что закрыт. В это время ФИО1, который шел чуть позади него и разговаривал по телефону, грубо сказал П, зачем тот интересуется. Поскольку ФИО1 был у него за спиной, П толкнул или отодвинул его в сторону и сделал ФИО1 замечание за грубость, при этом, говорил спокойно, не агрессивно. Ни его, ни ФИО1 П не бил, тем не менее, от его действия он упал, так как был пьяный. Неожиданно для него П и Б развернулись и побежали, а ФИО1 крикнув: «Куда побежали?!» побежал следом за ними и догнал уже на противоположной стороне дороги, но что там происходило, он не видел. Затем ФИО1 вернулся, а из бара вышли 2 девушки. В это время, он услышал, как Б кричал: «Ножевое, ножевое!». Он спросил ФИО1, что случилось и тот ответил: «Я его ножом» и показал, что у него в руке нож. Он спросил, зачем ФИО1 это сделал и за что ударил человека ножом, на что тот ничего не ответил, а нож убрал в карман. Он сказал девушкам: «Вы нас не видели» и они с ФИО1 пошли еще выпить пива, при этом по дороге ФИО1 закопал свой нож в землю. П ни его, ни ФИО1 не бил, а Б к ним вообще не подходил, стоял чуть в стороне. Никаких телесных повреждений у ФИО1 он не видел, хотя тот позже рассказал ему, что П его ударил, а он в ответ ударил его ножом. Он при этом стоял рядом, но никакой борьбы или драки между П и ФИО1 не было, иначе бы вмешался. В соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ были оглашены показания свидетеля, данные в ходе предварительного следствия в той части, что П ударил его один раз по телу, от чего он упал. (т. 1 л.д. 122-125) Отвечая на вопросы участников судебного заседания, свидетель пояснил, что это был скорее не удар, а толчок, от которого он упал, поскольку был пьяный. Аналогичные показания свидетель дал в ходе очной ставки с подсудимым. (т. 2 л.д. 140-147)

Свидетель Х показал, что является женой подсудимого, которого она характеризует исключительно положительно. ДД.ММ.ГГГГ. они вместе ходили в гости к И и вернулись они около 23 часов, после чего ФИО1 вспомнил, что забыл телефон и снова ушел. Во сколько он вернулся, она не знает, так как спала, но ФИО1 ложась спать, пожаловался на то, что ему больно. Утром к ним приехали сотрудники полиции и забрали ФИО1, на лице которого были гематомы, после чего она увидела на наволочке и простыне кровь. Пытаясь узнать, что случилось, она расспрашивала И, но тот ничего вразумительного ей рассказать не смог. В соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ были оглашены показания свидетеля, данные в ходе предварительного следствия в той части, что И рассказал ей, что возле бара по <адрес> они встретили П и Б, с которыми у них произошел конфликт, в ходе которого П ударил И. (т. 1 л.д. 240-243)

Свидетель У показал, что ФИО1 является его отчимом и у них сложились хорошие отношения. В ночь на ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 позвонил ему около 3 часов, сказал, что скоро придет домой. В это время он услышал какой-то хлопок, похожий на удар по спине, а рядом были слышны голоса. После этого ФИО1 сказал, что скоро придет и положил трубку. Домой он пришел минут через 15 вместе с И и они некоторое время сидели на кухне и разговаривали.

Вина подсудимого подтверждается также:

Протоколами осмотров места происшествия, согласно которым была зафиксирована обстановка в помещении магазина-бара «<данные изъяты>», расположенного по адресу: <адрес>, изъяты кассовые чеки, следы пальцев рук и запись с камеры видеонаблюдения, а также осмотрена местность на противоположенной стороне улицы, где изъят смыв вещества бурого цвета. (т.1 л.д. 13-20, 35-40, 42-43, 45-46)

Заключением эксперта, согласно которому следы рук, изъятые при осмотре места происшествия, оставлены ФИО1. ( т. 1 л.д. 51-60)

Протоколами осмотров места происшествия и предметов, согласно которым в указанном Семеновым месте - возле дома по <адрес>, обнаружен складной нож, который впоследствии был осмотрен. (т. 1 л.д. 213-218, 233-234)

Заключениями экспертов, согласно которым на клинке ножа, изъятого в ходе осмотра места происшествия, обнаружены следы крови человека, но крайне низкое содержание генетического материала не достаточно для определения ее принадлежности конкретному лицу. В смыве вещества бурого цвета, изъятого при осмотре места происшествия найдена кровь П (т.1 л.д. 167-181)

Протоколами осмотров места происшествия и предметов, согласно которым в ГБУЗ ПК МСЧ № изъяты предметы одежды П со следами крови и повреждениями в виде порезов на футболке спереди, которые впоследствии были осмотрены. (т.1 л.д. 23-25, 26-27).

Заключениями эксперта, согласно которым смерть П наступила в результате проникающего колото-резаного ранения передней поверхности брюшной стенки с повреждением мягких тканей, левого купола диафрагмы, левой доли печени, сопровождавшегося массивной кровопотерей, развитием гемморагического шока. Данное повреждение квалифицируется, как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и образовалось прижизненно, от однократного воздействия колюще-режущего орудия типа клинка ножа и могла быть причинена клинком представленного складного ножа, изъятого при осмотре места происшествия. Кроме того, у П имелась рана на передней поверхности брюшной стенки слева по средней ключичной линии, которая образовалась прижизненно, возможно от действия клинка этого же ножа, не повлекла за собой кратковременного расстройства здоровья и (или) незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, поэтому не расценивается как вред здоровью человека. Смерть пострадавшего наступила в промежуток времени, исчисляемый десятками минут, в начальный период которого П, вероятно, мог совершать активные действия, однако, по мере нарастания объема кровопотери эта способность должна была быть утрачена. Концентрация этилового спирта в крови и в моче обычно у живых лиц, соответствует алкогольному опьянению сильной степени. (т. 1 л.д. 80-100, 224-230)

Заключением эксперта, согласно которому у ФИО1 имелись телесные повреждения в виде кровоподтека в левой подглазничной области и кровоизлияний на слизистых верхней и нижней губ, которые образовались от ударных воздействий твердыми тупыми предметами и расцениваются, как повреждения, не причинившие вред здоровью, поскольку не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья и (или) незначительной стойкой утраты трудоспособности. (т. 1 л.д. 145-148)

Протокол осмотра предметов, согласно которому осмотрена детализация телефонных соединений абонентского номера, находящегося в пользовании ФИО1 и зафиксирован исходящий звонок в 3 часа 7 минут длительностью 64 секунды на абонентский номер У. (т. 2 л.д. 137-138)

Кроме того, в судебном заседании был исследован протокол следственного эксперимента, в ходе которого ФИО1 продемонстрировал, как держал нож в момент борьбы с П и как тот мог на него наткнуться. (т. 2 л.д. 80-95)

Таким образом, суд считает полностью установленной и доказанной вину подсудимого в совершении инкриминируемого ему преступления совокупностью исследованных доказательств. В частности, показаниями свидетелей А, Б и И, показавшим, что именно ФИО2 нанес удар ножом П, заключениями экспертов, согласно которым смерть потерпевшего наступила в результате проникающего колото-резаного ранения передней поверхности брюшной стенки, которое было причинено ножом подсудимого и квалифицируется, как тяжкий вред здоровью, протоколами очных ставок, проверки показаний, осмотров места происшествия и предметов, показаниями потерпевшей З, свидетеля Л, а также иными материалами дела. Данные доказательства суд признает достоверными, поскольку они полностью согласуются между собой по всем основным моментам и дополняют друг друга. Вопреки доводам стороны защиты, суд не усматривает каких-либо существенных противоречий, влияющих на существо рассматриваемого дела, в показаниях указанных выше свидетелей. Имеющиеся же незначительные разногласия, по мнению суда, не свидетельствуют о недостоверности этих показаний, а явились следствием различного восприятия очевидцами произошедших событий в скоротечно меняющейся обстановке произошедшего конфликта. Не доверять показаниям указанных выше свидетелей у суда оснований нет, так как данные они какой-либо неприязни к подсудимому не испытывают, а иных причин для оговора судом не установлено. Не заявляет о наличии каких-либо разумных оснований для его оговора и сам подсудимый.

К показаниям подсудимого ФИО1 о том, что П противоправным поведением сам спровоцировал произошедший конфликт и первым ударил его, суд относится критически, поскольку они крайне противоречивы, непоследовательны и противоречат не только показаниям свидетелей А, Б, Л и И, которые суд признал достоверными, но и показаниям самого подсудимого, данным в ходе предварительного следствия. В частности, при допросе в качестве подозреваемого и при проверке показаний ФИО1 пояснил, что достал нож и желая припугнуть потерпевшего, стал размахивать им, при этом не почувствовал, но допускает, что нанес кому-то удар ножом. Однако в судебном заседании ФИО1 показал, что ударов ножом никому не наносил, а предполагает, что потерпевший сам причинил себе ножевое ранение в ходе борьбы, упав на нож. Данные показания подсудимого суд признает несоответствующими действительности, противоречащими фактическим обстоятельствам дела (в том числе, заключению судебно-медицинского эксперта, зафиксировавшего 2 ножевых ранения у потерпевшего) и расценивает, как способ защиты, направленный на приуменьшение своей вины.

Утверждение ФИО1 о том, что на предварительном следствии его показания неверно были записаны следователем, в то время, как он подписывал протоколы не читая, судом отвергаются, как необоснованные. Во всех следственных действиях с подсудимым принимал участие защитник, что подтверждается соответствующими ордерами и подписями в протоколах. При этом, ФИО1 предварительно разъяснялось, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств, в том числе и при последующем отказе от них, в то время, как ни он сам, ни его защитник (а при проверке показаний также и понятые), не заявляли о недопустимых методах расследования.

Таким образом, обстоятельства происшедшего и характер действий потерпевшего указывают на отсутствие в действиях подсудимого признаков необходимой обороны, в том числе превышения ее пределов, поскольку вопреки его доводам, в отношении него самого, либо иных лиц со стороны П не было какого-либо посягательства, сопряженного с насилием опасным для жизни и здоровья, отсутствовала и угроза применения такого насилия. Нанося потерпевшему удары используемым в качестве оружия ножом, подсудимый действовал осмысленно и целенаправленно не при необходимой обороне, а в условиях обоюдной ссоры на бытовой почве. Зафиксированные судебно-медицинским экспертом повреждения на лице ФИО1 несопоставимы с характером травм, причиненных потерпевшему, что также опровергает его версию подсудимого о нападении на него и взаимном характере наносимых друг другу ударов.

При этом, способ совершения преступления, количество, характер и локализация телесных повреждений, а именно: нанесение 2 ударов ножом в жизненно-важную часть тела – живот потерпевшего, свидетельствуют о наличии у ФИО1 умысла именно на причинение ему тяжкого вреда здоровью. Причиненные подсудимым П телесные повреждения находятся в прямой причинно-следственной связью с наступившими последствиями, а характер его действий указывает на то, что он осознавал неизбежность причинения ему тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, вместе с тем его отношение к наступлению смерти потерпевшего выразилось в неосторожности.

Соответственно, суд квалифицирует действия ФИО1 по ч. 4 ст. 111 УК РФ - как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предметов, используемых в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Обстоятельством, смягчающими наказание подсудимого, суд признает наличие малолетнего ребенка. Вопреки доводам стороны защиты, суд не усматривает в действиях подсудимого активного способствования раскрытию и расследованию преступления, либо явки с повинной, поскольку при написании «Чистосердечного признания» ФИО1 было достоверно известно о том, что правоохранительные органы знают все обстоятельства совершенного преступления от его очевидцев и именно поэтому он и был задержан, в то время, как в ходе предварительного следствия им не предпринималась каких-либо активных действий, направленных на содействие следствию в установлении обстоятельств произошедшего, в том числе, с учетом позиции, избранной им по делу.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого, судом не установлено.

При назначении наказания, в соответствии со ст. ст. 6, 60 УК РФ, суд учитывает характер, фактические обстоятельства и степень общественной опасности совершенного преступления, наличие смягчающего наказание обстоятельства, указанного в приговоре и отсутствие отягчающих, сведения о личности и состоянии здоровья подсудимого, а также влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

ФИО1 не судим, совершил особо тяжкое преступление, социально занят, по месту жительства и работы характеризуется положительно, принимает участие в содержании и воспитании двух несовершеннолетних детей своей жены от первого брака.

Принимая во внимание все указанные обстоятельства, суд назначает ФИО1 наказание в виде лишения свободы и не находит оснований для применения ст. 73 УК РФ, поскольку считает, что его исправление не возможно без реального отбывания наказания. Исключительные обстоятельства, связанные с целями и мотивами преступления, которые могли бы существенно уменьшить степень его общественной опасности, судом не установлены, поэтому основания для применения ст. 64 УК РФ, отсутствуют. Вместе с тем, с учетом наличия смягчающих наказание обстоятельств, суд не назначает подсудимому дополнительное наказание в виде ограничения свободы.

Суд не находит фактических и правовых оснований для изменения категории совершенного преступления на менее тяжкую в порядке, предусмотренном ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Гражданский иск потерпевшей З о компенсации морального вреда заявлен обоснованно и подлежит удовлетворению в соответствии со ст. 151 ГК РФ. При определении размера компенсации, суд принимает во внимание степень вины подсудимого и иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе степень нравственных страданий и переживаний потерпевшей, в связи с чем, полностью удовлетворяет заявленные требования, признавая их разумными и обоснованными.

Гражданский иск потерпевшей З в части возмещения материального ущерба подлежит удовлетворению частично, в размере 18.944 рубля (то есть в части расходов на погребением за вычетом расходов на поминальный обед), поскольку суду представлены документы, подтверждающие понесенные в результате совершенного преступления материальные затраты, а вина ФИО1 в судебном заседании установлена и доказана.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 307-309 УПК РФ, суд

приговорил:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 10 (десять) лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания исчислять с ДД.ММ.ГГГГ. В соответствии с ч. 3 ст. 72 УК РФ, зачесть в срок лишения свободы время содержания ФИО1 под стражей в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ из расчета один день заключения под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения - в виде заключения под стражу.

Взыскать с ФИО1 в пользу З в качестве компенсации морального вреда - 1.500.000 (один миллион пятьсот тысяч) рублей, в качестве возмещения материального ущерба - 18.944 (восемнадцать тысяч девятьсот сорок четыре) рубля.

Вещественные доказательства: детализацию телефонных соединений, кассовые чеки и диск с записью с камер видеонаблюдения – хранить при уголовном деле; нож –уничтожить; одежду П и одежду ФИО1 – возвратить по принадлежности.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Пермский краевой суд через Индустриальный районный суд г. Перми в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья: Крайнов А.С.