Решение № 12-197/2020 от 7 июля 2020 г. по делу № 12-197/2020

Дело № 12-197/2020 мировой судья Тига О.Н.


РЕШЕНИЕ

08 июля 2020 года с. Долгодеревенское

Судья Сосновского районного суда Челябинской области Дуплякина А.А.,

при секретаре судебного заседания Юнусовой И.А.,

с участием лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, ФИО1, его защитника Кориненко С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда жалобу ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка № 1 Сосновского района Челябинской области от 12 марта 2020 года в отношении ФИО1 по ч. 1 ст. 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

установил:

Постановлением мирового судьи судебного участка № 1 Сосновского района Челябинской области от 12 марта 2020 года ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами сроком на 1 год 06 месяцев.

Не согласившись с указанным постановлением, ФИО1 подана жалоба на вышеуказанное постановление. Указано, что в нарушение статьи 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях при отстранении ФИО1 от управления транспортным средством понятые не присутствовали, видеозапись не применялась. В материалах, направленных в суд, видеозапись отсутствует. Протокол об отстранении от управления транспортным средством не был подписан инспектором, его составившим. Полагает, что подпись внесена инспектором позднее, в отсутствие ФИО1, как неоговоренное изменение. Поскольку отстранение от управления транспортным средством было проведено с нарушениями, то последующие действия сотрудников ДПС также являются незаконными. Ссылается на то, что был нарушен порядок проведения освидетельствования, так, из распечатки памяти тестов видно, что прибор включался и на нем проводилось тестирование 15 декабря 2019 года в 03 часа 32 минуты, остановка транспортного средства проведена 15 декабря 2019 года в 03 часа 45 минут, соответственно прибор уже использовался без участия ФИО1, сведения о выполнении двух исследований (тестов) в интервалом 20 минут отсутствуют. Отмечает, что согласно показаниям инспектора ДПС основанием для проведения освидетельствования являлся запах алкоголя изо рта, между тем, данные показания не подтверждены, понятые не приглашались, видеозапись не велась, ФИО1 пояснял сотрудникам ДПС, что алкоголь не употреблял. В направлении на медицинское освидетельствование ФИО1 было отказано, при этом им неоднократно высказывалось намерение о прохождении такого освидетельствования. Факт отказа инспектора ДПС от направления ФИО1 на медицинское освидетельствование зафиксирован на видеозаписи. Ссылается на то, что согласно акта медицинского освидетельствования от 15 декабря 2019 года ГБУЗ «Района больница с. Долгодеревенское», проведенного по инициативе ФИО1 состояние алкогольного опьянения не установлено. Материал сотрудниками оформлялся более 2-х часов, инспекторы умышленно затягивали время, препятствуя ФИО1 обратиться своевременно в больницу для прохождения самостоятельного освидетельствования.

Лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении ФИО1, его защитник Кориненко С.В. в судебном заседании поддержал доводы жалобы по изложенным в ней основаниям.

Лицо, составившее протокол об административном правонарушении, инспектор ДПС 2 взвода Специализированной роты Полка ДПС ГИБДД ГУ МВД России Челябинской области ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

В соответствии с ч. 2 ст. 25.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях судья решил рассмотреть дело в отсутствие не явившегося должностного лица.

В соответствии с ч.3 ст. 30.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях судья не связан с доводами жалобы и проверяет дело в полном объеме.

Проверив материалы дела об административном правонарушении, изучив доводы жалобы заявителя, заслушав ФИО1, его защитника Кориненко С.В., прихожу к следующим выводам.

В соответствии со статьей 2.7 Правил дорожного движения РФ запрещается управление транспортным средством лицам, находящимся в состоянии опьянения, под воздействием лекарственных препаратов, в болезненном или утомленном состоянии, а также лицам, не имеющим при себе водительского удостоверения на право управления транспортным средством данной категории или в случае его изъятия в установленном порядке - временного разрешения.

Частью 1 статьи 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусмотрена административная ответственность за управление транспортным средством лицом, находящимся в состоянии опьянения, в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок от полутора лет до двух лет.

Согласно протоколу об административном правонарушении № от 15 декабря 2019 года ФИО1 15 декабря 2019 года в 03 часа 45 минут на ул. АДРЕС, управлял транспортным средством «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак №, в состоянии алкогольного опьянения, чем нарушил п.2.7 Правил дорожного движения РФ, ответственность за нарушение которого установлена ч.1 ст.12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

С указанным протоколом ФИО1 был ознакомлен, о чем свидетельствует его подпись в протоколе, в объяснениях указал на несогласие с протоколом. Копия протокола ему вручена под роспись.

Фактические обстоятельства дела и виновность ФИО1 подтверждены собранными по делу доказательствами, исследованными мировым судьей.

Как правильно указал мировой судья, вина ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, подтверждается:

- протоколом об административном правонарушении от 15 декабря 2019 года №, в котором ФИО1 указал свои пояснения – «не согласен с протоколом»;

- протоколом об отстранении от управления транспортным средством от 15 декабря 2019 года №, согласно которому ФИО1 отстранен от управления транспортным средством, в качестве наличия достаточных оснований полагать, что водитель находится в состоянии опьянения указан - запах алкоголя изо рта (автомобиль передан и принят ФИО3);

- актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения от 15 декабря 2020 года №, согласно которому показания прибора составили 0,36 мг/л, в связи с чем установлено состояние алкогольного опьянения. С результатами освидетельствования ФИО1 согласился, о чем свидетельствует его подпись в акте;

- видеозаписью, на которой зафиксирован факт прохождения ФИО1 освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, его согласие с результатами данного освидетельствования;

- рапортами инспектора ДПС ФИО2 и объяснением ФИО4 от 15 декабря 2019 года, их пояснениями данными мировому судье, из которых следует, что поскольку у ФИО1 имелись признаки алкогольного опьянения ФИО1 был отстранен от управления машиной, прошел освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, с результатами которого был согласен, в связи с чем в отношении ФИО1 был составлен административный материал по ч. 1 ст. 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. После отстранения от управления автомобилем ФИО1 прошел освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, и поскольку ФИО1 был согласен с результатами данного освидетельствования, оснований для направления последнего для прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, не имелось;

- распечаткой памяти тестов паров этанола заводской номер №, свидетельство о поверке № №, действительно до 12 апреля 2020 года, согласно которому у ФИО1 обнаружено наличие паров абсолютного этилового спирта 0,36 мг/л в выдыхаемом воздухе.

Оснований ставить под сомнение достоверность доказательств, положенных мировым судьей в основу постановления, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Судьей районного суда в судебном заседании просмотрены две видеозаписи. Первая запись ведется в салоне патрульного автомобиля ДПС ГИБДД 15 декабря 2019 года, сотрудник ДПС предлагает пройти ФИО1 освидетельствование, называет прибор и заводской номер прибора, ФИО1 проходит освидетельствование на алкотестере, который показывает результат 0,36 мг/л. После чего инспектор спрашивает у ФИО1 согласен ли он с результатами освидетельствования. ФИО1 спрашивает: «А если не согласен?», инспектор отвечает: «пишите тогда, что не согласны, и поедем на медицинское освидетельствование», после чего ФИО1 отвечает, что согласен, и ставит подпись в протоколе. На второй записи, которую вел ФИО1 изображен только протокол об административном правонарушении, ФИО1 спрашивает: «Я могу пройти медицинское освидетельствование? Я изъявляю желание», на что ему поясняют, что нужно будет ехать в районную больницу.

Доводы жалобы о том, что в нарушение статьи 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях при отстранении ФИО1 от управления транспортным средством понятые не присутствовали, видеозапись не применялась, в материалах, направленных в суд, видеозапись отсутствует, несостоятельны.

Частью 2 статьи 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусмотрено, что отстранение от управления транспортным средством соответствующего вида, освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, направление на медицинское освидетельствование на состояние опьянения осуществляются должностными лицами, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспортного средства соответствующего вида, а в отношении водителя транспортного средства Вооруженных Сил Российской Федерации, войск национальной гвардии Российской Федерации, спасательных воинских формирований федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на решение задач в области гражданской обороны, - также должностными лицами военной автомобильной инспекции в присутствии двух понятых либо с применением видеозаписи.

Как следует из материалов дела, отстранение ФИО1 от управления транспортным средством было осуществлено с применением видеозаписи в соответствии с ч. 2 ст. 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Замечания при ознакомлении с протоколами об административном правонарушении, об отстранении от управления транспортным средством на предмет нарушения процедуры проведения данных процессуальных действий ФИО1 не были принесены. Копии протоколов им получены, о чем имеются его подписи в соответствующих процессуальных документах.

При этом, в силу положений ст. 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях отстранение от управления автомобилем заключается не в самом фактическом отстранении водителя от управления транспортным средством, а в применении к нему такой меры обеспечения по делу об административном правонарушении, заключающейся в объявлении водителю об этом, составлении соответствующего протокола с участием понятых после фактического отстранения водителя от управления и вручении ему копии этого протокола. В связи с чем отсутствие видеофиксации момента фактического отстранения ФИО1 от управления транспортным средством, не влечет удовлетворение жалобы.

Таким образом, нарушений требований законности при применении к ФИО1 мер обеспечения по делу не допущено. Мера обеспечения по делу - отстранение от управления транспортным средством составлена в соответствии с требованиями ст. 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях с применением видеозаписи, в полной мере отражающей ход и результаты процессуальных действий.

Вопреки мнению подателя жалобы в материалах дела, направленных мировому судье, имелась видеозапись, содержащая процедуру отстранения ФИО1 от управления транспортным средством, прохождения им освидетельствования.

Доводы жалобы о том, что протокол об отстранении от управления транспортным средством не был подписан инспектором, его составившим, подпись внесена инспектором позднее, в отсутствие ФИО1, как неоговоренное изменение, подлежат отклонению в связи со следующим.

Как следует из пояснения инспектора ДПС ФИО4, данных мировому судье, в оригинале протокола об отстранении от управления транспортным средством от 15 декабря 2019 года стоит подпись инспектора ФИО4 Отсутствие подписи инспектора в копии протокола, выданной ФИО1 могло быть вызвано тем, что подпись не пропечаталась, либо в связи с тем, что протокол подписан инспектором «навесу».

Сравнив оригинал протокола об отстранении от управления транспортным средством от 15 декабря 2019 года и копию протокола, выданную ФИО1, судья районного суда приходит к выводу, что полученная ФИО1 копия протокола об отстранении от управления транспортным средством от 15 декабря 2019 года идентична по внешнему виду и содержанию протоколу, имеющемуся в материалах дела. Более того, из оригинала протокола с очевидностью следует, что подпись ФИО1 выполнена поверх подписи инспектора ФИО4 в связи с чем, судья не усматривает оснований полагать, что в протокол об отстранении от управления транспортным средством от 15 декабря 2019 года инспектором ДПС были внесены изменения, не оговоренные с ФИО1

При изложенных обстоятельствах мировой судья обосновано не усмотрел оснований полагать, что отстранение ФИО1 было осуществлено с существенными нарушением норм Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, не имеется таких оснований и у судьи районного суда.

Не нашли своего подтверждения ссылки в жалобе на то, что инспекторами был нарушен порядок проведения освидетельствования, поскольку из распечатки памяти тестов видно, что прибор включался и на нем проводилось тестирование 15 декабря 2019 года в 03 часа 32 минуты, остановка транспортного средства проведена 15 декабря 2019 года в 03 часа 45 минут, соответственно прибор уже использовался без участия с ФИО1, сведения о выполнении двух исследований (тестов) с интервалом 20 минут отсутствуют.

Освидетельствование ФИО1 проведено с помощью технического средства измерения – «<данные изъяты>», обеспечивающего запись результатов исследования на бумажном носителе, тип которого внесен в государственный реестр утвержденных типов средств измерений, разрешен к применению Федеральной службой по надзору в сфере здравоохранения и социального развития, которое имеет заводской номер <данные изъяты> и прошло поверку 13 апреля 2019 года. При проведении освидетельствования у ФИО1 было выявлено наличие абсолютного этилового спирта в выдыхаемом воздухе в количестве 0,36 мг/л и установлено состояние алкогольного опьянения. С результатами освидетельствования ФИО1 согласился, о чем собственноручно внес запись в акт освидетельствования. Замечаний на порядок проведения процедуры освидетельствования и составления данного акта от ФИО1 не поступало.

В материалы дела представлена распечатка данных памяти тестов Анализатора паров этанола «<данные изъяты>», заводской номер №, изготовленная ГИБДД и заверенная должностным лицом административного органа, в которой результат теста совпадает с показаниями прибора, отраженными в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения - 0,36 мг/л.

То обстоятельство, что в распечатке данных программы «Статистика 400» помимо записи о результате исследования, проведенного в 03 часа 52 минуты - 0,36 мг/л, имеется и другая запись, в том числе ранее сделанная запись о результате исследования, проведенного в 03 часа 32 минуты - FAIL, не может служить основанием для отмены постановления мирового судьи. Данное обстоятельство не ставит под сомнение достоверность установленного состояния опьянения ФИО1 при наличии подтвержденного результата исследования выдыхаемого им воздуха, составившего 0,36 мг/л. Кроме того, из материалов дела усматривается, что ФИО1 был отстранен от управления транспортным средством в 03 часа 50 минут, что согласуется с временем прохождения освидетельствования.

Указание ФИО1, что он дважды продувал прибор, не влечет недопустимость акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, не ставит под сомнение процедуру освидетельствования, зафиксированную в соответствии с законом, и не влияет на полученные результаты, отраженные в процессуальных документах. Правовое значение в настоящем случае имеют доказательства в отношении установления факта состояния опьянения ФИО1, имевшего место 15 декабря 2019 года в 03 часа 52 минуты.

Таким образом, оснований сомневаться в достоверности полученных при освидетельствовании результатов и сведений, отраженных в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, не имеется.

Мнение подателя жалобы о том, что у освидетельствуемого на состояние алкогольного опьянения отбор пробы выдыхаемого воздуха должен производиться дважды с интервалом 20 минут, не основано на положениях Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 2008 г. № 475 (далее - Правила), в которых такое требование отсутствует.

В силу пунктов 7, 8, 9 данных Правил при проведении освидетельствования на состояние алкогольного опьянения должностное лицо, которому предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспортного средства соответствующего вида, или должностное лицо военной автомобильной инспекции проводит отбор пробы выдыхаемого воздуха в соответствии с инструкцией по эксплуатации используемого технического средства измерения. Факт употребления вызывающих алкогольное опьянение веществ определяется наличием абсолютного этилового спирта в концентрации, превышающей возможную суммарную погрешность измерений, а именно 0,16 миллиграмма на один литр выдыхаемого воздуха. Результаты освидетельствования на состояние алкогольного опьянения отражаются в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. Копия этого акта выдается водителю транспортного средства, в отношении которого проведено освидетельствование на состояние алкогольного опьянения.

Таким образом, акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения получен с соблюдением требований ст. 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и Правил освидетельствования, обоснованно принят в качестве доказательства виновности ФИО1 в совершении вменяемого ему административного правонарушения. Нарушений Правил при проведении освидетельствования на состояние алкогольного опьянения не установлено.

Доводы ФИО1 и его защитника о том, что согласно показаниям инспектора ДПС основанием для проведения освидетельствования являлся запах алкоголя изо рта, между тем, данные показания не подтверждены, понятые не приглашались, видеозапись не велась, ФИО1 пояснял сотрудникам ДПС, что алкоголь не употреблял, отклоняются.

В соответствии с частями 1.1, 2 статьи 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях лицо, которое управляет транспортным средством соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, либо лицо, в отношении которого вынесено определение о возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренном статьей 12.24 настоящего Кодекса, подлежит освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения в соответствии с частью 6 настоящей статьи. Отстранение от управления транспортным средством соответствующего вида, освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, направление на медицинское освидетельствование на состояние опьянения осуществляются должностными лицами, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспортного средства соответствующего вида, а в отношении водителя транспортного средства Вооруженных Сил Российской Федерации, войск национальной гвардии Российской Федерации, спасательных воинских формирований федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на решение задач в области гражданской обороны, - также должностными лицами военной автомобильной инспекции в присутствии двух понятых либо с применением видеозаписи.

Согласно пункта 3 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утв. Постановлением Правительства РФ от 26 июня 2008 года N 475, достаточными основаниями полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, является наличие одного или нескольких следующих признаков: запах алкоголя изо рта; неустойчивость позы; нарушение речи; резкое изменение окраски кожных покровов лица; поведение, не соответствующее обстановке.

Как следует из материалов дела, основанием для проведения в отношении ФИО1 освидетельствования на состояние алкогольного опьянения послужили выявленные у него признаки опьянения - запах алкоголя изо рта, которое зафиксировано в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, в протоколе об отстранении от управления транспортным средством, что согласуется с требованиями ч. 1.1 ст. 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и п. 3 Правил освидетельствования.

Вопреки доводам ФИО1 при его отстранении от управления транспортным средством велась видеозапись.

Относительно доводов жалобы о том, в направлении на медицинское освидетельствование ФИО1 было отказано, при этом им неоднократно высказывалось намерение о прохождении такого освидетельствования, факт отказа инспектора ДПС от направления ФИО1 на медицинское освидетельствование зафиксирован на видеозаписи, суд отмечает следующее.

Как указано выше, основанием для проведения в отношении ФИО1 освидетельствования на состояние алкогольного опьянения послужили выявленный у него признак опьянения - запах алкоголя изо рта, который зафиксирован в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, в протоколе об отстранении от управления транспортным средством.

Оснований сомневаться в том, что на момент составления административного материала ФИО1 был не согласен с результатом освидетельствования, не имеется.

Как следует из материалов дел, в том числе видеозаписи, просмотренной судьей районного суда, замечаний на порядок проведения освидетельствования и составления данного акта от ФИО1 не поступало, никаких возражений в процессуальные документы ФИО1 не внес, о направлении на медицинское освидетельствование не настаивал. При составлении иных процессуальных документов, в том числе протокола об административном правонарушении, ФИО1, вопреки доводам защитника, результаты освидетельствования также не оспаривал, несогласия с результатами каким-либо способом не выразил, возможности выразить несогласие лишен не был, при этом указал лишь на несогласие с самим протоколом, о направлении его на медицинское освидетельствование до составления протокола по делу об административном правонарушении не просил.

Содержание составленных в отношении ФИО1 процессуальных документов, в том числе акта освидетельствования, изложено в достаточной степени ясности, поводов, которые давали бы основания полагать, что ФИО1 не осознавал содержание и суть подписываемых документов, не имеется.

Таким образом, поскольку с результатами освидетельствования ФИО1 был согласен, оснований для направления ФИО1 на медицинское освидетельствование у сотрудников ГИБДД не имелось.

К представленной ФИО1 видеозаписи судья районного суда относится критически, поскольку на ней не видно изображения самого ФИО1, инспекторов ГИБДД, не возможно определить в какое время, число, в каком месте произведена данная съемка, в связи с чем судья районного суда не усматривает оснований полагать, что ФИО1 выражал желание пройти медицинское освидетельствование и инспектор ГИБДД отказал ФИО1 в его прохождении.

Ссылки ФИО1 на то, что согласно акта медицинского освидетельствования от 15 декабря 2019 года ГБУЗ «Района больница с. Долгодеревенское», проведенного по инициативе ФИО1 состояние алкогольного опьянения не установлено, могут свидетельствовать только о том, что в момент самостоятельного обращения ФИО1 находился в том или ином состоянии, и результат такого освидетельствования не опровергает результаты освидетельствования, проведенного сотрудниками ГИБДД. Согласно представленному ФИО1 акту медицинского освидетельствования при исследовании 15 декабря 2019 года в 06 часов 08 минут и 06 часов 32 минуты установлены результаты в миллиграммах на один литр выдыхаемого воздуха на основании показаний используемого технического средства измерения - 0,13 мг/л и 0,10 мг/л соответственно. С учетом прошедшего времени между первым и вторым исследованием, результат, полученный при медицинском освидетельствовании через 2 часа, не опровергает установленного по делу факта управления транспортным средством ФИО1 находящимся в состоянии опьянения, установленного сотрудниками ГИБДД.

Таким образом, проведенное через 2 часа медицинское обследование факт нахождения ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения в момент совершения административного правонарушения исключить не может.

Доводы о том, что материал сотрудниками оформлялся более 2-х часов, инспекторы умышленно затягивали время, препятствуя ФИО1 обратиться своевременно в больницу для прохождения самостоятельного освидетельствования, обстоятельством, влекущим отмену постановления мирового судьи не являются, поскольку о существенном нарушении порядка проведения процедуры освидетельствования ФИО1 и составления протокола по делу об административном правонарушении не свидетельствуют.

Таким образом, приведенные доказательства мировым судьей обоснованно признаны допустимыми и достаточными для установления вины ФИО1 в совершении административного правонарушения, поэтому мировой судья обоснованно пришел к выводу о том, что виновность ФИО1 в совершении правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях нашла свое подтверждение при рассмотрении административного дела.

Принцип презумпции невиновности, закрепленный ст. 1.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, не нарушен.

При назначении наказания за совершенное административное правонарушение, мировой судья учел характер совершенного правонарушения, личность виновного, смягчающих и отягчающих административную ответственность обстоятельств мировым судьей не установлено, и обоснованно назначил наказание в минимальном размере, в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей и лишения права управления транспортным средством сроком на 1 год 6 месяцев.

Срок привлечения к административной ответственности, установленный ст. 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, на день вынесения мировым судьей постановления не истек.

На основании изложенного, постановление мирового судьи является законным и обоснованным, нарушений норм материального и процессуального административного законодательства в ходе производства по настоящему делу, позволяющих рассматривать постановление мирового судьи как незаконное и необоснованное, не допущено, оснований для его отмены не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 30.6-30.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья

решил:

Постановление мирового судьи судебного участка № 1 Сосновского района Челябинской области от 12 марта 2020 года в отношении ФИО1 по ч. 1 ст. 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях – оставить без изменения, жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Решение вступает в законную силу немедленно после его вынесения и может быть обжаловано в порядке, установленном ст.ст. 30.9-30.14 КоАП РФ в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции.

Судья Дуплякина А.А.