Решение № 2-2086/2019 2-2086/2019~М-1453/2019 М-1453/2019 от 20 июня 2019 г. по делу № 2-2086/2019

Дело № 2 –2086(2019)


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 июня 2019 года

Мотовилихинский районный суд г. Перми в составе:

председательствующего судьи Вязовской М.Е.,

при секретаре Вегелиной Л.,

с участием представителя истца по доверенности ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ПАО «БАНК УРАЛСИБ», ООО «Демокрит» о признании договора уступки прав требований недействительным,

у с т а н о в и л:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ПАО «БАНК УРАЛСИБ», ООО «Демокрит» о признании договора уступки прав требований недействительным, указав в заявлении, что 2 февраля 2018 года между ПАО «БАНК УРАЛСИБ» и ООО «ДЕМОКРИТ» был заключен договор уступки права требования №, согласно которому Банк передал Обществу права требования к клиентам банка, вытекающие из кредитных договоров. В частности, Банк уступил Обществу право требования к ФИО3, вытекающее из кредитного договора № от 18 февраля 2005 года. Кроме того, договором уступки было предусмотрено, что к Обществу в полном объеме переходят права требования к поручителям (п. 2.2 Договора уступки), которыми во взаимоотношениях Банка и истца выступали третьи лица по настоящему делу. При этом необходимо отметить, что Общество не имеет лицензии на право осуществления банковской деятельности.

Стоимость (цена) уступаемого права к ФИО3, в соответствии с Актом уступки права составила 7 885,76 рублей.

О факте уступки права требования истец каких-либо уведомлений ни от Банка, ни от Общества не получала, узнала об уступке права в декабре 2018 года от третьего лица ФИО4, к которой Общество предъявило свои требования, как к поручителю, путем направления в службу судебных приставов исполнительного листа о принудительном взыскании.

Договор уступки истец находит не соответствующим требованиям действующего законодательства и нарушающим ее права.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 51 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.

По смыслу указанного разъяснения применительно к разрешаемому спору возможность уступки права требования зависит, в том числе от согласия потребителя.

Как следует из кредитного договора, стороны не согласовывали возможность уступки Банком прав требования по кредитному договору в адрес иного лица. Более того в соответствии с п. 6.1. кредитного договора стороны приняли на себя обязательства предпринимать необходимые меры для сохранения конфиденциальности любой информации, связанной с кредитным договором. Очевидно, что уступка прав требования иному лицу, в результате чего такому лицу стали известны личные данные истца, прямо противоречит условиям кредитного договора.

На основании вышеизложенного просит признать договор уступки права требования № от 2 февраля 2018 года заключенный между ПАО «БАНК УРАЛСИБ» и ООО «ДЕМОКРИТ» в части уступки права требования ПАО «БАНК УРАЛСИБ» к ФИО3, вытекающего из кредитного договора № от 18.02.2005 года, недействительным.

Истец в судебное заседание не явилась, извещалась, просила рассмотреть дело в ее отсутствие.

Представитель истца в судебном заседании поддержал исковые требования по доводам, изложенным в исковом заявлении, пояснил, что банк уступил ООО «Демокрит» права требования к Шугаевой из кредитного договора. Стоимость уступаемого права составила 7885,76 рублей. О факте уступки истицу не уведомили, она узнала только от поручителя ФИО4. ООО «Демокрит» заявляет, что уступка произошла на стадии исполнительного производства, основанного на решении, однако в договоре ссылка на кредитный договор. Цессионарий не осуществляет банковскую деятельность. Есть нарушения Закона «О персональных данных», поскольку передали сведения юридическому лицу, не имеющему лицензию на осуществление банковской деятельности. Задолженность по основному долгу перед банком истец выплатила, остались проценты.

Ответчик ПАО «Банк УралСиб» в судебном заседании представителя не направил, извещался надлежащим образом, об отложении дела не просил.

Ответчик ООО «Демокрит» в судебное заседание представителя не направил, извещен, просил рассмотреть дело в отсутствие представителя, представил письменные возражения на исковое заявление, в которых указано, что в своем иске ФИО3 указывает на незаконность уступки права требования по договору № от 2 февраля 2018 года, заключенным между ПАО «Банк «Уралсиб» и ООО «Демокрит». Считает, что договор уступки прав требований не соответствует требованиям действующего законодательства и ущемляет её права. Полагает, что ПАО «Банк Уралсиб» своими действиями нарушил п. 6.1 кредитного договора, передав всю информацию в отношении неё ООО «Демокрит». Так же утверждает, что такой кредитный договор нельзя передавать третьим лицам, не имеющим лицензии. В исковом заявлении подчеркнула, что никакой информации об уступке права требования ни от ПАО «Банк Уралсиб», ни от ООО «Демокрит» не получала. С данным исковым заявлением ООО «Демокрит» не согласен, так как в тексте кредитного договора отсутствовал пункт о переуступке права требования третьим лицам, а так же в кредитном договоре отсутствует информация о том, что личность кредитора для должника имеет значение. Так же в тексте данного договора отсутствовал порядок уступки прав требования по кредитному договору, включая передачу информации о таком договоре третьим лицам и необходимость дачи такого согласия со стороны заемщика. Вместе с тем истец не учла тот факт, что, если уступка прав требования происходит на стадии исполнительного производства, то личность кредитора не имеет существенного значения для должника и суд допускает замену соответствующей стороны её правопреемником, поскольку отношения между взыскателем и должником регулируются ФЗ «Об исполнительном производстве» №229-ФЗ, а не законом РФ «О защите прав потребителей». Условия и порядок принудительного исполнения судебных актов определяются в соответствии со статьей 1 ФЗ «Об исполнительном производстве». Исходя из смысла закона лицами, участвующими в исполнительном производстве, являются взыскатель и должник, к которым относятся как гражданин, так и организация вне зависимости от ее правовой формы или лицензируемой деятельности. Поскольку кредитная задолженность с должника взыскана решением суда, то между кредитной организацией и должником возникли иные правоотношения, регулируемые иным законодательством — ФЗ «Об исполнительном производстве». Договор уступки № от 2 февраля 2018 года заключен на стадии исполнительного производства, то есть тогда, когда задолженность, возникшая у заемщика в связи с неисполнением им обязательств по кредитному договору, была взыскана в пользу банка в судебном порядке. В связи с этим, при разрешении вопроса о процессуальном правопреемстве для заемщика (должника по исполнительному производству) не может быть существенной личность взыскателя, поскольку на стадии исполнительного производства исключается оказание банковских услуг, подлежащих лицензированию. При этом уступка права требования взысканного судебным решением долга по кредитному договору не относится к числу банковских операций, указанных в статье 5 ФЗ «О банках и банковской деятельности», в связи с чем не может быть регламентирована данным федеральным законом и не требует наличия лицензии для осуществления банковской деятельности. В соответствии со статьей 44 ГПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном решением суда правоотношении (смерть гражданина, реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга и другие случаи перемены лиц в обязательствах) суд допускает замену этой стороны ее правопреемником. Правопреемство возможно на любой стадии гражданского судопроизводства. Таким образом, перешедшие ООО «Демокрит» права требования от ПАО «Банк Уралсиб», установленные вступившим в законную силу судебным решением, исполнение которого производится в порядке, определенном Гражданским процессуальным кодексом РФ и положениями Федерального закона "Об исполнительном производстве", которые не предусматривают ограничение прав взыскателя заключить договор уступки права требования с любым третьим лицом. При таких обстоятельствах ссылаться на «Закон о защите прав потребителей» со стороны истца является ошибочным. Соответственно, нельзя признать основанным на законе и вывод истца о ничтожности договора уступки. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором. Предусмотренный договором запрет перехода прав кредитора к другому лицу не препятствует продаже таких прав в порядке, установленном законодательством об исполнительном производстве и законодательством о несостоятельности (банкротстве). Кроме того, в данном случае ООО «Демокрит» заменил сторону по вышеуказанному судебному акту, в связи с чем, предметом уступки явилось право взыскателя в связи с исполнением судебного приказа в конкретной сумме, определенной судом, в связи с чем ссылка истца на пункт 51 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012г. № 17 является необоснованной. Определением Дзержинского районного суда г. Перми от 6 августа 2018 года произведена замена взыскателя с ПАО «Банк Уралсиб» на правопреемника ООО «Демокрит» по гражданскому делу № 2-3195/2012. Как было правильно подмечено истцом, к цессионарию также в полном объеме переходят права поручительства и/или договорам залога, обеспечивающим исполнение клиентом обязательств. На данный момент за должника несут всю ответственность ее поручители по кредитному договору № от 18 февраля 2005 года, в частности ФИО4 и ФИО5, выступающие в исковом заявлении, как третьи лица. В рамках исполнительного производства возбужденного на основании исполнительного листа № от 12 апреля 2013 года, вынесенным Дзержинским районным судом г. Перми от поручителя ФИО4 приставам поступили денежные средства в размере: 4000 рублей – 8 февраля 2019 года, 10 000 рублей – 25 апреля 2019 года, 2 500 рублей – 14 мая 2019 года. В отношении ФИО5, так же возбуждено исполнительное производство на основании исполнительного листа № от 12 апреля 2013 года, вынесенным Дзержинским районным судом г. Перми. Сама истец, работающая в ООО «ЦПП «Правозащитник» в должности директора, она же собственник организации, которая является действующим Арбитражным управляющим, пытается заведомо злостно уклониться от исполнения решения суда. Таким образом, оснований считать договор уступки прав требования № от 2 февраля 2018 года, заключенный между ПАО «Банк Уралсиб» и ООО «Демокрит» в части уступки прав требования к ФИО3 недействительной не имеется. Также истец не является стороной договора, и не имеет правовых оснований для его оспаривания. Просят в удовлетворении требований о признании договора недействительным отказать.

Третьи лица ФИО4, ФИО5, ФИО6 в судебное заседание не явились, извещались судом по известному месту жительства, ходатайств об отложении судебного заседания не представили.

Выслушав представителя истца, исследовав материалы дела, суд считает, что исковые требования удовлетворению не подлежат.

Как установлено в судебном заседании, 18 февраля 2005 года между ОАО «Банк УралСиб» филиал в г. Перми и ФИО3 был заключен кредитный договор №, по условиям которого банк обязался предоставить заемщику денежные средства в размере 800 000 рублей до 18 февраля 2010 года включительно под 21 % годовых.

В обеспечение исполнения заемщиком обязательств по кредитному договору банком были заключены договора поручительства № от 18.02.2005 с ФИО4, № с ФИО5, № с ФИО1

В связи с неисполнением ФИО3 условий кредитного договора решением Индустриального районного суда г. Перми от 23 октября 2008 года в пользу ОАО «УРАЛСИБ» с ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО1 взыскана в солидарном порядке задолженность по кредитному договору № от 18 февраля 2005 года в размере 478529,99 рублей.

Решение суда исполнялось в принудительном порядке.

Решением Дзержинского районного суда г. Перми от 18.12.2012г. с ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО1 солидарно в пользу ОАО БАНК «УРАЛСИБ» взыскана задолженность по кредитному договору № от 18 февраля 2005 года в размере 297 989,48 рублей.

На основании исполнительных листов № от 18.12.2012г. 27.06.2014г. Постановлением СПИ ОСП по Дзержинскому району №2 г.Перми возбуждено исполнительное производство № в отношении должника ФИО3; исполнительное производство № в отношении должника ФИО5; исполнительное производство № в отношении должника ФИО4; 28.08.2014 - исполнительное производство № в отношении должника ФИО1

На основании Договора уступки права (требования) № от 2 февраля 2018 года, заключенному между ПАО «Банк УралСиб» (Цедент) и ООО «Демокрит» (Цессионарий), по условиям которого Цедент передает, а Цессионарий принимает все права (требования) к Клиентам, вытекающие из условий Кредитных договоров / Договоров банковского счета, согласно Акту уступки права (требования) (Приложение №1 к настоящему Договору), являющемуся неотъемлемой частью настоящего Договора, и все другие права, связанные с указанными обязательствами, в том числе право на неуплаченные проценты, в т.ч. неуплаченные срочные и повышенные проценты, комиссии, признанные судом штрафные санкции (неустойка, пени и др.)/ государственные пошлины, а также иные полагающиеся к уплате Клиентом Цеденту платежи, предусмотренные соответствующим Кредитным договором / Договором банковского счета в объеме и на условиях, существующих на момент перехода права. С момента подписания Сторонами Акта уступки права (требования) (Приложение №1 к настоящему Договору) к Цессионарию переходят все права кредитора по Кредитным договорам / Договорам банковского счета, в том числе права на получение процентов на сумму кредита и иных платежей в порядке и размере, предусмотренных Кредитными договорами / Договорами банковского счета (п. 2.1 Договора уступки).

К Цессионарию также переходят в полном объеме права по договорам поручительства и/или договорам залога, обеспечивающим исполнение Клиентом обязательств по Кредитному договору (п. 2.2 Договора уступки).

Определением Дзержинского районного суда г.Перми от 6.08.2018г. (дело №13-1187/18) произведена замена стороны взыскателя ОАО «Банк «Уралсиб» на его правопреемника ООО «Демокрит» по гражданскому делу №2-3195/2012 в рамках исполнения заочного решения Дзержинского районного суда г.Перми от 18.12.2012г. Определение вступило в законную силу 22.08.2018г.

Истец, обращаясь в суд с настоящим иском, считает, что уступка банком своих прав требования другому лицу, не равноценному банку, в соответствии с п. 2 ст. 388 ГК РФ, допускается только с согласия должника, которого от нее получено не было.

При этом из анализа условий Кредитного договора № от 18 февраля 2005 года возможность банка уступить свои права по нему другим лицам без согласования с заемщиком не предусмотрена.

Также истец считает, что Договором уступки нарушаются ее права на сохранение конфиденциальности любой информации, связанной с кредитным договором.

В соответствии с положениями действующего законодательства банк гарантирует тайну банковского счета и банковского вклада, операций по счету и сведений о клиенте. Сведения, составляющие банковскую тайну, могут быть предоставлены только самим клиентам или их представителям, а также представлены в бюро кредитных историй на основаниях и в порядке, которые предусмотрены законом (ст. 857 ГК РФ, ст. 26 Федерального закона от 02.12.1990 N 395-1 "О банках и банковской деятельности").

При этом кредитной организацией в соответствии со ст. ст. 1, 13 Федерального закона от 02.12.1990 N 395-1 "О банках и банковской деятельности" является юридическое лицо, осуществляющее банковские операции на основании лицензии, выдаваемой Банком России в порядке, установленном настоящим Федеральным законом.

Учитывая данные обстоятельства, ссылаясь на разъяснения данные в пункте 51 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", из которых следует, что разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом Российской Федерации "О защите прав потребителей" не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении, истец полагает, что заключенный между ответчиками 2.02.2018г. Договор уступки № является недействительным в силу ст. 168 ГК РФ.

Согласно ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу ч. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Суд считает, что вышеуказанные доводы истца основаны на ошибочном понимании положений действующего законодательства.

Согласно ч.ч. 1, 2 ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

В силу п. 1 ст. 384 Гражданского кодекса РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

В соответствии со ст. 388 ГК РФ, уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору. Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

Согласно части 1 статьи 44 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном решением суда правоотношении (смерть гражданина, реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга и другие случаи перемены лиц в обязательствах) суд допускает замену этой стороны ее правопреемником. Правопреемство возможно на любой стадии гражданского судопроизводства.

Согласно части 1 и пункту 1 части 2 статьи 52 Федерального закона от 2 октября 2007 г. N229-ФЗ "Об исполнительном производстве" в случае выбытия одной из сторон исполнительного производства (смерть гражданина, реорганизация организации, уступка права требования, перевод долга) судебный пристав-исполнитель производит замену этой стороны исполнительного производства ее правопреемником. Судебный пристав-исполнитель производит замену стороны исполнительного производства на основании судебного акта о замене стороны исполнительного производства правопреемником по исполнительному документу, выданному на основании судебного акта или являющегося судебным актом.

Поскольку уступка прав (требований) произошла на стадии исполнения решения суда, то отношения между взыскателем ООО «Демокрит» и должником ФИО3 регулируются Федеральным законом от 02.10.2007 N 229 "Об исполнительном производстве", поэтому доводы о том, что ответчик ООО «Демокрит» не имеет лицензию на осуществление банковской деятельности, а также то, что личность кредитора имеет существенное значения для должника, судом подлежит отклонению. Уступка права требования взысканного судебным решением долга по кредитному договору не относится к числу банковских операций, в связи, с чем не может быть регламентирована Федеральным законом от 2 декабря 1990 года N 395-1 "О банках и банковской деятельности".

Согласно п. 1 ст. 3 Федерального закона от 27 июля 2006 года N 152-ФЗ "О персональных данных" персональные данные - любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных).

В соответствии со ст. 6 Федерального закона от 27 июля 2006 года N 152-ФЗ "О персональных данных" обработка персональных данных должна осуществляться с соблюдением принципов и правил, предусмотренных настоящим Федеральным законом. Обработка персональных данных допускается, если она необходима для исполнения договора, стороной которого либо выгодоприобретателем или поручителем по которому является субъект персональных данных.

Согласно ст. 7 Федерального закона от 27 июля 2006 года N 152-ФЗ "О персональных данных" операторы и иные лица, получившие доступ к персональным данным, обязаны не раскрывать третьим лицам и не распространять персональные данные без согласия субъекта персональных данных, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Учитывая, что цессионарий при заключении договора уступки принимает на себя все права и обязанности цедента, то в данном случае общество приняло на себя обязанность сохранять персональные данные и иные сведения, полученные по кредитному договору от 18 февраля 2005 года о заемщике.

В связи с изложенным ссылка ФИО3 на нарушение законодательства о защите персональных данных, не может быть принята судом во внимание.

На основании изложенного, суд считает, что требования истца необоснованны, в связи с чем в удовлетворении исковых требований ФИО3 к ПАО «БАНК УРАЛСИБ», ООО «Демокрит» о признании договора уступки прав требований недействительным следует отказать.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

ФИО3 в удовлетворении исковых требований к ПАО «БАНК УРАЛСИБ», ООО «Демокрит» о признании договора уступки прав требования № от 2.02.2018г., заключенный между ПАО «БАНК УРАЛСИБ» и ООО «Демокрит» в части уступки права требования ПАО «БАНК УРАСИБ» к ФИО3, вытекающего из кредитного договора № от 18.02.2005г., недействительным отказать.

Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Мотовилихинский районный суд г. Перми в течение месяца со дня составления мотивированной части решения.

Судья: подпись

Копия верна. Судья: