Апелляционное постановление № 22-2056/2020 от 24 августа 2020 г. по делу № 1-440/2020

Председательствующий судья дело № 22-2056/2020

Махмудов Д.А.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Чита 25 августа 2020 года

Забайкальский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Баженова А.В.,

при секретаре Знаменской Н.С.,

с участием прокурора Красиковой Е.И.,

адвоката Марусинина А.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Марусинина А.В. на приговор Центрального районного суда г. Читы от 15 июля 2020 года, которым

ФИО1, родившаяся <Дата> в <адрес>, ранее судимая:

- 11 мая 2018 г. мировым судьей судебного участка № 29 Карымского судебного района Забайкальского края по ч.1 ст.159 УК РФ к 1 году лишения свободы, на основании ст.73 УК РФ условно с испытательным сроком 1 год 6 месяцев,

- осуждена по ч.2 ст.306 УК РФ к 2 годам лишения свободы, на основании ст.73 УК РФ условно с испытательным сроком 2 года, с возложением указанных в приговоре обязанностей.

Заслушав доклад судьи Баженова А.В., выступление адвоката Марусинина А.В., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Красиковой Е.И., возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 осуждена за заведомо ложный донос о совершении преступления, соединенный с обвинением лица в совершении тяжкого преступления.

Преступление совершено в период с <Дата> по <Дата> в <адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Марусинин А.В. выражает несогласие с приговором, находя его незаконным, необоснованным и подлежащим отмене. Указывает, что при ознакомлении с материалами дела в порядке ст.217 УПК РФ стороной защиты было заявлено ходатайство о проведении предварительного слушания для исключения доказательств, которое судом в нарушение ст.227 УПК РФ не было разрешено. Суд назначил открытое судебное заседание в общем порядке, указав, что оснований для проведения предварительного слушания не имеется, без обоснования данного вывода. Считает, что судом необоснованно признаны в качестве допустимых доказательств объяснения ФИО1, отобранные 22 сентября 2019 г. врио начальника ОРЧ СБ УМВД России по Забайкальскому краю Свидетель №4, 18 ноября и 25 ноября 2019 г. следователем СО по Ингодинскому району г. Читы Свидетель №11, поскольку они были получены без присутствия защитника, в ходе судебного следствия ФИО1 данные показания не подтвердила. По мнению защитника, факт совершения ДТП собранными доказательствами не подтверждается и является только предположением суда. Видеофиксация автомобиля Потерпевший №1 с повреждениями данный факт не подтверждает, кроме того, носитель с данным видео не приобщен к уголовному делу и не исследован, в деле имеется только незаверенная фотокопия плохого качества. Кроме того, при осмотре в ходе судебного заседания DVD-диска, предоставленного 13 февраля 2020 г. ОРЧ СБ УМВД России по г. Чите, обнаружено отсутствие трех видеозаписей, отраженных и описанных в протоколе осмотра, что свидетельствует о фальсификации доказательств следователем. В протоколе осмотра следователь фактически провела опознание, выступив при этом в роли опознающего, не указывая, по каким признакам он определил женщину «похожую по приметам на ФИО1» и мужчину «по приметам похожего на Потерпевший №1», а также марку автомобиля. Считает недопустимым доказательством приобщенный по ходатайству государственного обвинителя и осмотренный в ходе судебного заседания 10 июля 2020 г. DVD-диск, поскольку не установлено, каким образом диск с камер наблюдения ОП «<данные изъяты>» оказался в СО по Центральному району г. Читы СУ СК РФ по Забайкальскому краю. Отмечает, что в ходе предварительного и судебного следствия стороной защиты заявлялись ходатайства о проведении автотехнической экспертизы для установления факта ДТП между автомобилями ФИО1 и Потерпевший №1, в чем суд необоснованно отказал, ссылаясь на то, что вопросы автотехнической экспертизы не входят в предмет судебного заседания. При этом в описательной части приговора суд указал на данное ДТП как на установленный факт. Полагает, что судом необоснованно отклонено ходатайство защиты о признании недопустимым доказательством протокола очной ставки от 21 февраля 2020 г. между Потерпевший №1 и ФИО1, поскольку очная ставка проведена с нарушением ч.1 ст.192 УПК РФ, какие-либо противоречия в показаниях указанных лиц отсутствовали в виду отказа Исляевой от дачи показаний в качестве подозреваемой, а потому не имелось оснований для проведения очной ставки. Считает недопустимым доказательством вынесенное следователем Свидетель №11 постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, так как оно было вынесено после возбуждения уголовного дела в отношении ФИО1. Находит неверным указание суда на то, что ФИО1 при даче показаний 22 сентября 2019 г. и 18 ноября 2019 г. сообщила о вымогательстве Потерпевший №1 у нее взятки и передаче ему в качестве взятки 14000 рублей, потому как проверка в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ по сообщению ФИО1 не проводилась, заявление о совершенном преступлении от нее не поступало, протокол устного заявления о преступлении не оформлялся. Процессуальная проверка проводилась только по рапортам сотрудников УВД и Следственного комитета. Сообщения ФИО1 о вымогательстве взятки и передачи в качестве взятки Потерпевший №1 14000 рублей как сообщение о преступлении нигде не зарегистрировано. Кроме того, согласно приговору заведомо ложный донос ФИО1 заключался в телефонном сообщении 22 сентября 2019 г. на телефон доверия УМВД России по Забайкальскому краю о том, что сотрудник ОУР ОП «<данные изъяты>» получил от нее взятку в размере 14000 рублей. При этом суд не указал фамилию этого сотрудника полиции, то есть судом установлено, что ФИО1 совершила заведомо ложный донос о совершении тяжкого преступления в отношении неустановленного лица. Далее пишет, что суд ошибочно осудил ФИО1 за обвинение Потерпевший №1 в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.290 УК РФ, то есть в получении взятки за освобождение от уголовной ответственности ее сына, поскольку Потерпевший №1 не обладал полномочиями, позволяющими ему освободить ФИО1 от уголовной ответственности, то есть фактически ФИО1 обвинила Потерпевший №1 в совершении мошенничества. Довод суда о том, что ФИО1, сообщая о преступлении, имела ввиду именно получение Потерпевший №1 взятки за незаконное действие, не соответствует действительности, так как ФИО1 не обладает специальными познаниями для квалификации его действий. Указание в приговоре о том, что в судебном заседании подсудимая ФИО1 от дачи показаний отказалась, воспользовавшись положениями ст.51 Конституции РФ, не соответствует действительности, поскольку согласно протоколу судебного заседания ФИО1 14 июля 2020 г. давала показания, которые в приговоре не отражены, анализ им не дан. Полагает, что указание суда о причинении Потерпевший №1 морального вреда и нарушении его законных прав и интересов является голословным, поскольку данные обстоятельства ни в ходе предварительного следствия, ни в судебном заседании не установлены, сам потерпевший в ходе судебного следствия не смог пояснить, в чем именно заключается причиненный моральный вред. Кроме того, при решении вопроса о взыскании процессуальных издержек и компенсации морального вреда потерпевшему судом не было учтено материальное положение ФИО1, которая не работает, имеет кредитные обязательства в размере 4500 рублей и оплачивает съем квартиры в сумме 13 000 рублей, при этом ее ежемесячный доход составляет 22 000 рублей. Просит приговор отменить, оправдать ФИО1 в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления.

Проверив материалы дела и имеющиеся в них доказательства, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для их удовлетворения.

Суд с соблюдением принципов уголовного судопроизводства в судебном заседании тщательно проверил все приводимые стороной защиты доводы, которые по сути являются аналогичными изложенным в апелляционной жалобе доводам, и пришел к обоснованному выводу об их несостоятельности, сославшись при этом на исследованные и оцененные в соответствии с установленными в ст.ст.17, 88 УПК РФ требованиями относимые, допустимые и достоверные доказательства. Изложенные в приговоре выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела, надлежаще мотивированы, и не согласиться с ними никаких оснований не имеется.

По смыслу уголовного закона, объективная сторона преступления, предусмотренного ст.306 УК РФ, выражается в активных действиях, направленных на доведение до сведения правоохранительных органов заведомо ложной информации о не имевшем место в действительности преступном поведении человека. Представляемая в правоохранительный орган заведомо ложная информация о преступлении может быть как письменной, так и устной; при этом она не обязательно должна отвечать требованиям, предъявляемым к поводу для возбуждения уголовного дела. Преступление считается оконченным с момента принятия уполномоченным лицом устного или письменного заявления о преступлении.

Как следует из материалов уголовного дела, ФИО1 позвонила на телефон доверия УМВД России по Забайкальскому краю и устно сообщила оперативному дежурному Свидетель №5 о том, что сотрудник отделения полиции «<данные изъяты>» вымогает у нее взятку за освобождение её сына в сумме 40000 рублей, 14000 рублей из которых она уже передала.

В дальнейшем при проведении процессуальной проверки этого сообщения ФИО1 неоднократно в своих объяснениях подтверждала факт вымогательства у неё взятки сотрудником полиции Потерпевший №1

Сообщенные ФИО1 в правоохранительный орган сведения были заведомо ложными, что подтверждается приведенными в приговоре показаниями потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №10, Свидетель №16, Свидетель №4, Свидетель №9, Свидетель №6, Свидетель №12, Свидетель №13, Свидетель №15, Свидетель №11, постановлением от 9 марта 2020 г., которым отказано в возбуждении уголовного дела в отношении Потерпевший №1 в связи с отсутствием события преступления.

При этом судом правильно установлено, что мотивом преступления явилось нежелание ФИО1 возмещать Потерпевший №1 ущерб в сумме 26000 рублей, причиненный его автомобилю в результате дорожно-транспортного происшествия, поэтому она и обвинила Потерпевший №1 в якобы вымогательстве у неё указанной суммы, которую потерпевший действительно требовал ему возместить, что явно следует из СМС-переписки между ФИО1 и Потерпевший №1

Факт совершения ФИО1 дорожно-транспортного происшествия, в результате которого причинены повреждения автомобилю Потерпевший №1, установлен судом не только из показаний потерпевшего и свидетелей, не имевших никаких оснований для оговора ФИО1, но и из видеозаписей, зафиксированных камерами наблюдения.

Проведения для подтверждения данного факта еще и автотехнической экспертизы не требовалось, тем более что автомобиль Потерпевший №1 уже был отремонтирован.

Суд обоснованно, с приведением соответствующих мотивов отказал стороне защиты в удовлетворении ходатайства о признании видеозаписей с камер, установленных возле здания отделения полиции «<данные изъяты>», недопустимыми доказательствами. ФИО1 не отрицала, что она <Дата> приезжала на автомобиле в ОП «<данные изъяты>», заходила туда, и что на просмотренных в судебном заседании записях с камер видеонаблюдения отображена она и её автомобиль.

Само по себе то обстоятельство, что на видеозаписях отсутствует момент дорожно-транспортного происшествия, не свидетельствует о том, что ФИО1 его не совершала, поскольку согласно ст.17 УПК РФ никакие доказательства не имеют заранее установленной силы. Они оцениваются судом по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, что судом и было сделано при постановлении приговора.

Оснований для исключения из числа доказательств объяснений ФИО1, данных ею в ходе проведения процессуальной проверки по её заведомо ложному сообщению, в которых она настаивала на даче взятки Потерпевший №1 за освобождение своего сына, не имелось. Присутствие адвоката при даче ФИО1 таких объяснений не требовалось, поскольку она не свидетельствовала в них против себя, а претендовала на роль потерпевшей.

Протокол очной ставки между ФИО1 и Потерпевший №1 так же правильно признан судом допустимым доказательством и положен в основу приговора, а доводы стороны защиты об обратном мотивированно отвергнуты. Отказ ФИО1 от дачи показаний при её допросах в качестве подозреваемой не являлся препятствием для последующего проведения между ней и Потерпевший №1 очной ставки.

Вынесение постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении Потерпевший №1 позже, чем возбуждено уголовное дело в отношении ФИО1 за заведомо ложный донос, не влечет недействительности такого постановления, поскольку изучение и проверка заявления ФИО1 о якобы совершенном Потерпевший №1 преступлении, а так же принятие по нему решения находятся за рамками состава преступления.

Действия ФИО1 по ч.2 ст.306 УК РФ квалифицированы судом верно. Она сообщила правоохранительным органам заведомо ложную информацию о вымогательстве у неё взятки, при этом обвинила сотрудника полиции Потерпевший №1 в том, что он требует от неё взятку за освобождение её сына Свидетель №8, то есть за незаконные действия. Ссылка адвоката Марусинина А.В. в жалобе на то, что Потерпевший №1 не обладал полномочиями по освобождению Свидетель №8, а осужденная ФИО1 не обладает специальными познаниями в уголовном праве, не влияет на юридическую оценку её действий.

То обстоятельство, что поступившее от ФИО1 на телефон доверия заведомо ложное сообщение о преступлении не зарегистрировано в Книге учета сообщений о преступлениях, не свидетельствует о её невиновности, поскольку преступление было окончено с момента принятия оперативным дежурным Свидетель №5 от ФИО1 устного заявления о вымышленном ею преступлении.

Указание судом в приговоре на то, что ФИО1 в судебном заседании отказалась от дачи показаний, соответствует сведениям, отраженным в протоколе судебного заседания, согласно которым ФИО1 воспользовалась правом, предоставленным ей статьёй 51 Конституции РФ, однако согласилась ответить на вопросы адвоката Марусинина А.В. При этом все выдвинутые ФИО1 в ходе ответов на вопросы адвоката доводы, на которые обращено внимание в апелляционной жалобе, получили надлежащую мотивированную оценку в приговоре.

Нарушений требований УПК РФ, влекущих отмену приговора, судом при рассмотрении дела в отношении ФИО1 не допущено.

Судьей в соответствии со ст.ст.227, 228 УПК РФ осуществлены все необходимые действия и приняты соответствующие решения, связанные с подготовкой дела к судебному заседанию. Заявленное ФИО1 и её адвокатом Марусининым А.В. при ознакомлении с материалами дела в порядке ст.217 УПК РФ ходатайство о проведении предварительных слушаний не было никак мотивировано, для чего были необходимы предварительные слушания, не указано. Обоснованно не усмотрев оснований для проведения предварительного слушания, судьёй согласно ст.231 УПК РФ вынесено постановление о назначении судебного заседания. При этом сторона защиты не была лишена возможности заявлять ходатайства о признании доказательств недопустимыми в ходе судебного заседания при рассмотрении дела по существу и, как следует из протокола судебного заседания, активно этим правом пользовалась.

Наказание ФИО1 назначено с учетом всех значимых для этого обстоятельств, предусмотренных в ст.60 УК РФ, и требований ст.ст.6, 43 УК РФ, оно является законным и справедливым.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, принятое судом решение о взыскании с ФИО1 в пользу потерпевшего Потерпевший №1 компенсации морального вреда в сумме 50000 рублей основано на материалах уголовного дела, учитывает тяжесть причиненных потерпевшему нравственных страданий, материальное положение осужденной ФИО1, соответствует требованиям разумности и справедливости.

Судебное решение в части взыскания с осужденной ФИО1 процессуальных издержек за участие адвоката в судебном заседании так же является законным и обоснованным.

Вопрос о процессуальных издержках за участие адвоката обсуждался в судебном заседании, ФИО1 возражала против взыскания этих расходов с неё. Однако, поскольку осужденная является трудоспособной, оснований к освобождению от уплаты судебных издержек не имеет, суд правильно взыскал с неё процессуальные издержки за участие адвоката в судебном заседании, при этом с учетом, в том числе, возможности получения ФИО1 дохода более чем в два раза уменьшил их размер по сравнению с выплаченной адвокату Марусинину А.В. суммой из Федерального бюджета РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Центрального районного суда г. Читы от 15 июля 2020 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий А.В. Баженов