Определение № 4Г-1309/2017 от 21 мая 2017 г.

№ 4Г-1309/2017


ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Красноярск 22 мая 2017 г.

Судья Красноярского краевого суда Михайлинский О.Н., изучив кассационную жалобу ФИО1 на решение Норильского городского суда Красноярского края от 15 июля 2016 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 19 октября 2016 г. по гражданскому делу по иску ФИО1 к Центральному банку Российской Федерации в лице Отделения по Красноярскому краю Сибирского главного управления Центрального банка Российской Федерации о признании недействительными пунктов Положения Банка России от 11 декабря 2012 г. № 392-П «О гарантиях и компенсациях по оплате труда работников Банка России, работающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностям, а также иных местностях, где законодательством Российской Федерации установлены районный коэффициент и процентная надбавка к заработной плате за стаж работы в данных районах или местностях», признании недействительными пунктов Положения Банка России от 28 декабря 2009 г. № 352-П «О системе оплаты труда работников Центрального банка Российской Федерации», взыскании неначисленных и невыплаченных денежных средств, компенсации морального вреда и судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

решением Норильского городского суда Красноярского края от 15 июля 2016г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 19 октября 2016 г., в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано в полном объеме.

В кассационной жалобе, поступившей в Красноярский краевой суд 21 апреля 2017 г., поданной через организацию почтовой связи 15 апреля 2017 г., ФИО1 просит отменить состоявшиеся по делу судебные постановления, ссылаясь на нарушения судами норм материального и процессуального права.

Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (статья 387 ГПК РФ).

Изучив кассационную жалобу и материалы, приложенные к жалобе, не нахожу оснований для пересмотра обжалуемых судебных постановлений в кассационном порядке.

Судом установлено, что ФИО1 с 18 октября 2004 г. работала в должности экономиста 2 категории <данные изъяты> Отделения по Красноярскому краю Сибирского главного управления Центрального Банка Российской Федерации (Банка России).

Приказом от 20 ноября 2015 г. № ЛС47/6-04-101 истица уволена по пункту 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса РФ в связи с сокращением штата с 27 ноября 2015 г.

В соответствии с решением Совета директоров Банка России от 25 декабря 2014 г. № 49 о выплате в 1 квартале 2015 г. работникам Банка России вознаграждения (премии) по итогам 2014 г., на основании приказа Банка России от 28 января 2015 г. № ОД-184, приказа Отделения Красноярск от 18 февраля 2015 г. № ЛСТ 6-04-19/06, работникам Отделения Красноярск, в том числе <данные изъяты>, произведена выплата премии (вознаграждения) по итогам работы за 2014 г. из расчета 8 среднемесячных фондов заработной платы (по должностным окладам) работников, в пределах фонда вознаграждения Отделения Красноярск, определенного в соответствии с пунктом 7.2.21 Положения Банка России от 28 декабря 2009 г. № 352-П.

Платежным поручением от 20 февраля 2015 г. № 24013 ФИО1 перечислена премия по итогам 2014 г. в сумме 157121 руб. 32 коп.

В соответствии с решением Совета директоров Банка России от 22 декабря 2015 г. № 38 о премировании работников Банка России по итогам работы за 2015 г. в 1 квартале 2016 г. с применением коэффициента 8 к должностному окладу, на основании приказа Банка России от 28 января 2016 г. № ОД-242 «О выплате работникам Банка России премии (вознаграждения) по итогам работы за 2015 г.», приказа Отделения Красноярск от 18 февраля 2016 г. № ЛСТ-6-04-74, приказа <данные изъяты> от 19 февраля 2016 г. № ЛС-47/6-04-8 работникам <данные изъяты> произведена выплата премии (вознаграждения) по итогам работы за 2015 г. из расчета 8 среднемесячных фондов заработной платы (по должностным окладам) работников, в пределах фонда вознаграждения Отделения Красноярск, определенного в соответствии с пунктом 7.2.21 Положения Банка России от 28 декабря 2009 г. № 352-П.

Платежным поручением от 20 февраля 2016 г. № 1202 ФИО1 перечислена премия по итогам 2015 г. в сумме 147054 руб. 58 коп.

ФИО1 обратилась в суд с настоящим иском к Центральному банку Российской Федерации в лице Отделения по Красноярскому краю Сибирского главного управления Центрального банка Российской Федерации, ссылаясь на то, что осуществляла трудовую деятельность в г. Норильске, отнесенном к районам Крайнего Севера, однако, вознаграждение (премия) за 2014 г. и 2015 г. выплачены ей не в полном объеме, поскольку в нарушение требований действующего трудового законодательства работодателем размер премии был определен без начисления районного коэффициента и процентной надбавки к заработной плате за работу в районах Крайнего Севера, что также повлекло занижение размеров причитающихся ей отпускных, компенсации за неиспользованный отпуск и выплат при увольнении, в связи с чем, уточнив исковые требования, просила признать недействительными пункт 1.3 Положения Банка России от 11 декабря 2012 г. № 392-П «О гарантиях и компенсациях по оплате труда работников Банка России, работающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, а также иных местностях, где законодательством Российской Федерации установлены районный коэффициент и процентная надбавка к заработной плате за стаж работы в данных районах или местностях»; признать недействительным пункт 5.2 Положения Банка России от 28 декабря 2009 г. № 352-П «О системе оплаты труда работников Центрального банка Российской Федерации» в части неприменения районных коэффициентов и северных надбавок за стаж работы в районах Крайнего Севера к размеру премии (вознаграждения) по итогам работы за год; взыскать с ответчика районный коэффициент в сумме 144814 руб. 65 коп. и процентную надбавку к заработной плате за стаж работы в районах Крайнего Севера - 144814 руб. 65 коп., неначисленные на сумму премии за 2014 г.; районный коэффициент - 135222 руб. 86 коп. и процентную надбавку к заработной плате за стаж работы в районах Крайнего Севера - 135222 руб. 86 коп., неначисленные на сумму премии за 2015 г.; неначисленные и невыплаченные отпускные за период нахождения в отпуске с 20 августа 2015 г. по 25 сентября 2015 г. в размере 43385 руб. 76 коп.; неначисленные и невыплаченные компенсации за неиспользованный отпуск - 55111 руб. 64 коп.; неначисленные и невыплаченные компенсации на период трудоустройства - 156771 руб. 82 коп.; компенсацию морального вреда в размере 50000 руб.; судебные расходы по оплате юридических услуг в размере 10000 руб.

Разрешая спор, суд первой инстанции, исследовав доводы и возражения сторон, представленные в дело доказательства, проанализировав установленные обстоятельства настоящего дела и положения статей 8, 22, 129, 135, 146, 148, 313, 315-317 Трудового кодекса РФ, Федерального закона от 10 июля 2002 г. № 86-ФЗ «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)», а также локальные нормативные акты работодателя, в том числе Положение Банка России от 28 декабря 2009 г. № 352-П «О системе оплаты труда работников Центрального банка Российской Федерации» и Положение Банка России от 11 декабря 2012 г. № 392-П «О гарантиях и компенсациях по оплате труда работников Банка России, работающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, а также иных местностях, где законодательством Российской федерации установлен районный коэффициент и процентная надбавка к заработной плате за стаж работы в данных районах и местностях», пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных ФИО1 исковых требований.

При этом суд исходил из того, что на момент возникновения спорных правоотношений премиальное вознаграждение по итогам работы за год не входило в состав заработной платы, на которую начисляются районный коэффициент и надбавки, формировалось и выплачивалось в пределах лимита средств специально созданного для этих целей фонда, не являвшегося фондом оплаты труда, и работодатель был вправе самостоятельно определять условия, порядок и размер такого вознаграждения без учета компенсационных выплат.

Так, из содержания заключенного с истицей трудового договора следует, что ФИО1 установлен должностной оклад в соответствии со штатным расписанием, а также предусмотрены условия, согласно которым работник имеет право на доплаты, надбавки, поощрительные, стимулирующие и компенсационные выплаты в порядке и на условиях, установленных законодательством Российской Федерации и локальными нормативными актами Банка России.

Система оплаты труда работников Центрального банка Российской Федерации утверждена Положением Банка России от 28 декабря 2009 г. № 352-П «О системе оплаты труда работников Центрального банка Российской Федерации (Банка России)».

В соответствии с пунктом 1.3 указанного Положения система оплаты труда работников включает должностной оклад, компенсационные и стимулирующие выплаты (надбавки стимулирующего характера, премии, поощрительные и иные выплаты).

Пунктом 5.2 Положения установлено, что на стимулирующие выплаты, в том числе премию (вознаграждение) по итогам работы за истекший год, не начисляются районные коэффициенты и процентные надбавки к заработной плате за стаж работы в районах Крайнего Севера.

В силу пункта 7.2.1 данного Положения коэффициент к среднемесячному фонду заработной платы по должностным окладам работников Банка России для определения размера средств на выплату премии устанавливается Советом директоров при утверждении сметы расходов на содержание Банка России на очередной год. При этом формирование фонда вознаграждения осуществляется исходя из размера фонда заработной платы (по должностным окладам) и коэффициента к среднемесячному фонду заработной платы (по должностным окладам), определяемого Советом директоров Банка России (пункт 7.2.2 Положения № 352-П).

Согласно абзацу 2 пункта 1.3 Положения Банка России от 11 декабря 2012 г. № 392-П «О гарантиях и компенсациях по оплате труда работников Банка России, работающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, а также иных местностях, где законодательством Российской федерации установлен районный коэффициент и процентная надбавка к заработной плате за стаж работы в данных районах и местностях» районные коэффициенты и процентные надбавки не начисляются на премию по итогам работы за истекший год. Расходы на предоставление гарантий и компенсаций работникам по повышенной оплате труда производится за счет средств по соответствующим статьям сметы расходов на содержание Банка России (пункт 1.4 указанного Положения).

Проанализировав содержание вышеуказанных норм и установив, что начисление компенсационных выплат на премиальное вознаграждение по итогам работы за год локальными актами ответчика (пункты 1.3 Положения № 392-П и 5.2 Положения № 352-П) не предусмотрено, что не противоречит требованиям действующего на момент возникновения спорных правоотношений трудового законодательства, суд пришел к правильному выводу о том, что права истицы выплатой премиального вознаграждения без начисления на него районного коэффициента и процентной надбавки за стаж работы в районах Крайнего Севера не нарушены, поскольку расчет премиального вознаграждения за 2014 г. и 2015 г. произведен в соответствии с установленным Банком России порядком, премиальное вознаграждение выплачено истице в полном объеме.

При этом суд первой инстанции признал несостоятельными доводы истицы о незаконности оспариваемых пунктов Положений Банка России о неначислении на премию (вознаграждение) по итогам работы за истекший год районных коэффициентов и процентных надбавок к заработной плате за стаж работы в районах Крайнего Севера, мотивированные ссылками на решение Верховного Суда Российской Федерации от 1 декабря 2015 г. по делу № АКПИ15-1253, которым признан недействующим пункт 19 Инструкции «О порядке предоставления социальных гарантий и компенсаций лицам, работающим в районах Крайнего Севера и в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, в соответствии с действующими нормативными актами», утвержденной Приказом Министерства труда РСФСР от 22 ноября 1990 г. № 2, в части, предусматривающей, что в состав заработка, на который начисляются надбавки, не включаются единовременное вознаграждение за выслугу лет и вознаграждение по итогам работы за год, поскольку указанный пункт Инструкции не подлежит применению со дня вступления названного решения в силу, то есть с 15 января 2016 г., в то время как истцом заявлены требования о взыскании недополученной суммы премиального вознаграждения за 2014-2015 гг. и на момент возникновения спорных правоотношений оспариваемый пункт Инструкции являлся действующим и подлежал применению.

Кроме того, самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований в части заявленных требований о взыскании надбавок в виде районного коэффициента и процентной надбавки за работу в районах Крайнего Севера, подлежащих начислению на премию по итогам работы за 2014 г., отпускных выплат за период нахождения в отпуске с 20 августа 2015 г. по 25 августа 2015 г., компенсации за неиспользованный отпуск, суд указал пропуск истицей трехмесячного срока для обращения в суд по индивидуальному трудовому спору, предусмотренного статьей 392 Трудового кодекса РФ, о применении которого было заявлено стороной ответчика, поскольку о нарушении своих прав истица узнала в феврале 2015 г. после получения выплаты в виде премии по итогам работы за 2014г., а также не позднее августа 2015 г. после получения отпускных выплат и не позднее 27 ноября 2015 г. при увольнении, а исковое заявление с соответствующими требованиями подано ФИО1 2 марта 2016 г., и доказательства, подтверждающие пропуск срока для обращения в суд по уважительным причинам, не представлены.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции и их обоснованием, оставив принятое им решение без изменения.

Выводы судов первой и апелляционной инстанций подробно мотивированы, основаны на установленных фактических обстоятельствах дела и подтверждаются совокупностью исследованных доказательств.

Анализ кассационной жалобы показал, что приведенные заявителем доводы повторяют правовую позицию истицы по данному делу, тщательно исследованную нижестоящими судами и нашедшую правильную оценку в обжалуемых судебных актах.

Ссылки заявителя в кассационной жалобе на то, что в настоящее время Положение Банка России «О системе оплаты труда работников Центрального банка Российской Федерации (Банка России)» приведено ответчиком в соответствие с действующим законодательством и в него внесены изменения с указанием на начисление на премию по итогам года районного коэффициента и северных надбавок, не свидетельствуют о наличии правовых оснований для распространения указанных положений локальных нормативных актов Банка России на прошлое время.

Также не влекут вывод о наличии оснований к отмене обжалуемых заявителем судебных постановлений доводы кассационной жалобы со ссылками на решение Верховного Суда Российской Федерации от 17 июля 2000 г. по делу № ГКПИ00-315, в котором указано, что в связи с принятием Закона РФ от 19 февраля 1993 г. №4520-1 «О государственных гарантиях и компенсациях для лиц, работающих и проживающих в районах Крайнего Севера» и Указа Президента Российской Федерации от 15 ноября 1991 г. № 210 были сняты ограничения на заработную плату, пункт 19 Инструкции, утвержденной Приказом Министерства труда РСФСР от 22 ноября 1990 г. № 2, не применялся в части невключения в заработок вознаграждения за выслугу лет и вознаграждения по итогам работы за год, предусмотренных системой оплаты труда, поскольку по указанному делу соответствующие положения пункта 19 Инструкции проверялись только в части невключения сумм материальной помощи в состав заработка, на которые начисляются надбавки и коэффициенты к заработной плате

Принятые по делу решение суда первой инстанции и определение суда апелляционной инстанции вынесены на основании правильно определенных юридически значимых обстоятельств, в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права, вследствие чего являются законными.

В связи с чем оснований для передачи кассационной жалобы по приведенным в ней доводам для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 381 и 383 ГПК РФ, судья

ОПРЕДЕЛИЛ:

отказать в передаче кассационной жалобы ФИО1 на решение Норильского городского суда Красноярского края от 15 июля 2016 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 19 октября 2016 г. для рассмотрения в судебном заседании президиума Красноярского краевого суда.

Судья

Красноярского краевого суда О.Н. Михайлинский