Апелляционное постановление № 22-1007/2026 22К-1007/2026 от 25 февраля 2026 г.

Судья Маслаков Е.П. Дело № 22-1007/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

26 февраля 2026 года г. Владивосток

Приморский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Гаврикова В.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Якимовой Е.Р.,

с участием прокурора Маринченко А.В.,

защитника – адвоката Мамонова В.А. представившего удостоверение №, ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

обвиняемого ФИО1 (посредством системы видеоконференц-связи),

рассмотрел в апелляционном порядке в открытом судебном заседании материал с апелляционной жалобой адвоката ФИО6 на постановление Фрунзенского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым в отношении обвиняемого ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина РФ,

продлен срок содержания под стражей на 3 месяца, а всего до 11 месяцев 28 суток, то есть до ДД.ММ.ГГГГ.

Этим же постановлением обвиняемому ФИО2 продлен срок содержания под стражей на 3 месяца, а всего до 8 месяцев, то есть до ДД.ММ.ГГГГ.

Постановлением Фрунзенского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ апелляционная жалоба адвоката ФИО7 действующей в интересах обвиняемого ФИО2 оставлена без рассмотрения в связи с пропуском срока апелляционного обжалования.

Заслушав доклад судьи Гаврикова В.А., выступление адвоката Мамонова В.А. и обвиняемого ФИО1, поддержавших доводы апелляционной жалобы об отмене постановления и изменении меры пресечения, выслушав мнение прокурора Маринченко А.В., полагавшего необходимым оставить постановление без изменения и отказать в удовлетворении апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ДД.ММ.ГГГГ следственным отделом ОМВД России по <адрес> возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст. 159 УК РФ по факту мошеннических действий с земельными участками.

В одном производстве с ним соединено 15 уголовных дел, возбужденных в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по ч. 2 ст. 159 УК РФ (7 эпизодов) и ч. 4 ст. 159 УК РФ (13 эпизодов), ч. 1 ст. 210, ч. 2 ст. 210 УК РФ в отношении ФИО2, ФИО8, ФИО9, ФИО1, ФИО10, ФИО11, ФИО12 и иных неустановленных лиц по фактам незаконного приобретения путем обмана прав собственности на земельные участки, а также по п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ по факту превышения должностных полномочий.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 задержан в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ и в этот же день ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Постановлением Фрунзенского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, срок которой продлевался на основании судебных решений, и с учетом апелляционного постановления <адрес>вого суда от ДД.ММ.ГГГГ составлял 8 месяцев 28 суток.

Постановлением Фрунзенского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 продлен срок содержания под стражей на 3 месяца, а всего до 11 месяцев 28 суток, то есть до ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 продлен срок содержания под стражей на 3 месяца, а всего до 8 месяцев, то есть до ДД.ММ.ГГГГ.

В апелляционной жалобе, поданной в интересах обвиняемого ФИО1, адвокат ФИО13 не согласился с постановлением, считая его незаконным и необоснованным. Обращает внимание на то, что ДД.ММ.ГГГГ во Фрунзенский районный суд <адрес> поступили материалы с постановлением следователя от ДД.ММ.ГГГГ о возбуждении ходатайства о продлении срока содержания под стражей в отношении ФИО1, утвержденным ДД.ММ.ГГГГ руководителем СУ СК РФ по <адрес>, согласно которому следователь просил суд продлить срок содержания под стражей ФИО1 на 3 месяца, а всего до 8 месяцев, то есть до ДД.ММ.ГГГГ. В судебное заседание следователем было предоставлено новое ходатайство от ДД.ММ.ГГГГ с иным сроком продления содержания ФИО1 под стражей на 3 месяца, а всего до 11 месяцев 28 суток, то есть до ДД.ММ.ГГГГ, и по данному ходатайству следователь пояснил, что оно носит уточняющий характер. Указывает, что сторона защиты настаивала на том, что данный документ должен пройти официальную регистрацию как вновь поступивший, и что суд необоснованно приобщил и рассмотрел ходатайство следователя от ДД.ММ.ГГГГ. Ссылаясь на п.2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий» указывает, что суд формально отнеся к обязанности проверки причастности лица к совершению преступления. Считает, что судом проигнорированы доводы стороны защиты о немотивированности постановления о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого, и это обстоятельство лишает возможности защищаться от предъявленного обвинения. В постановлении о привлечении в качестве обвиняемого отсутствует описание конкретных действий, совершенных непосредственно ФИО1, что нарушает требования ст. 73 УПК РФ и свидетельствует о необоснованности подозрения, тем самым ставит под сомнение законность ходатайства следователя о продлении самой суровой меры пресечения. Утверждает, что суд проигнорировал доводы защиты о незаконности задержания ФИО1, который фактически был задержан в 6 часов 15 минут в ходе обыска в его жилище, после чего был принудительно доставлен в УМВД РФ по <адрес>; в последующем с ним проводились следственные действия в СУ СК РФ по <адрес>, где он был задержан в порядке ст. 91 УПК РФ.

Считает, что судебное решение противоречит постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 № 41, поскольку выводы суда о необходимости продления ФИО1 срока содержания под стражей основаны лишь на количестве вменяемых эпизодов преступных деяний и ничем необоснованных формальных предположениях. Полагает, что довод постановления суда о том, что ФИО1 имеет возможность оказать воздействие на свидетелей или принять меры к сокрытию или уничтожению доказательств, а также иным способом воспрепятствовать производству предварительного следствия, является несостоятельным, так как с момента обстоятельств, которые следствие рассматривает как преступление, прошло более 5 лет, ранее в отношении ФИО1 была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде, он не предпринимал никаких мер к оказанию воздействия на свидетелей или иных участников судопроизводства, а также не предпринимал никаких мер к сокрытию или уничтожению доказательств. Ранее по данному уголовному делу в отношении ФИО1 избирались меры пресечения в виде домашнего ареста, подписки о невыезде и надлежащем поведении, после чего обвиняемый никаких попыток скрыться от органов предварительного следствия либо воспрепятствовать осуществлению предварительного следствия не предпринимал. В ходе допросов ФИО1 добровольно подробно пояснил об обстоятельствах, указанных в постановлении о возбуждении уголовного дела; в отношении иных подозреваемых и обвиняемых по уголовному делу избраны меры пресечения в виде содержания под стражей либо домашнего ареста, что само по себе исключает возможность оказания на них какого-либо давления со стороны ФИО1 Защитник отмечает, что у органов предварительного следствия отсутствуют факты, подтверждающие наличие со стороны ФИО1 или его родственников каких-либо угроз свидетелям и иным участникам уголовного судопроизводства, а также предложений выгод материального и нематериального характера с целью фальсификации доказательств по делу либо иного воспрепятствования следствию и суду; тем самым, указанный вывод в постановлении суда является формальным и ничем не подтвержден. Отмечает, что доказательства по делу собраны, в связи с чем ФИО1 не имеет возможности принять меры к их сокрытию либо уничтожению. Представленные следователем материалы свидетельствуют об отсутствии каких-либо обстоятельств, объективно подтверждающих наличие оснований предполагать, что ФИО17АВ. продолжит заниматься преступной деятельностью, при том, что он ранее не судим, к уголовной ответственности не привлекался, на протяжении длительного времени трудоустроен. Отмечает, что ФИО1 имеет прочные социальные связи, место регистрации и место жительства на территории Российской Федерации, состоит в браке, не состоит на учетах у врачей нарколога и психиатра, имеет место работы и легальные источники дохода, не располагает имуществом за пределами РФ, не имеется сведений о том, что он распродает своё имущество, что свидетельствует об отсутствии намерений скрыться. Считает, что в постановлении не указано, каким образом ФИО1 может повлиять либо воздействовать на участников уголовного судопроизводства в случае избрания меры пресечения в виде запрета определенных действий или домашнего ареста. Свидетели не находятся в какой-либо служебной, материальной или иной зависимости от обвиняемого.

Обращает внимание на то, что судом не дана оценка доводу стороны защиты о недопустимости продления в отношении ФИО1 меры пресечения в виде содержания под стражей, так как последнему вменяется факт совершения преступления в период 2018-2019 годах, путем исполнения функций директора в ООО «...», то есть совершение преступлений в ходе осуществления предпринимательской деятельности в соответствии с требованиями ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ. Ссылаясь на п. 51.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 41, полагает, что судом не мотивирован вывод о невозможности применения в отношении ФИО1, обвиняемого в преступлении экономической направленности, меры пресечения в виде запрета определенных действий. Отмечает, что в судебном заседании сторона защиты ходатайствовала об избрании ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста, так как данные о личности обвиняемого и иные доводы защиты свидетельствуют о том, что продление содержания под стражей является чрезмерно суровой мерой пресечения, с учетом наличия жилого помещения и согласия собственника на нахождение обвиняемого по адресу: <адрес> случае избрания ему меры пресечения в виде домашнего ареста. Считает, что суд не мотивировал невозможность применения такой меры пресечения, которая бы являлась эффективной и позволила доставлять обвиняемого к следователю и в суд. Просит постановление отменить, избрать в отношении ФИО1 иную, более мягкую меру пресечения.

Возражения на апелляционную жалобу не поступили.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что постановление отмене или изменению не подлежит.

Порядок и условия избрания меры пресечения в виде заключения под стражу подозреваемому или обвиняемому в совершении преступлений предусмотрены ст.ст. 97, 99, 100, 108 УПК РФ

В соответствии с ч. 2 ст. 109 УПК РФ в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен судьей районного суда в порядке, установленном ч. 3 ст. 108 УПК РФ, на срок до 12 месяцев.

В соответствии с ч.1 ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные статьями 97 и 99 УПК РФ.

Данные требования уголовно-процессуального закона при рассмотрении вопроса о продлении обвиняемому ФИО1 срока содержания под стражей судом не нарушены.

Из представленных материалов усматривается, что задержание ФИО1 произведено при наличии оснований и с соблюдением порядка задержания, предусмотренных ст.ст. 91, 92 УПК РФ.

Апелляционные доводы о фактическом задержании ФИО1 в 6 часов 15 минут ДД.ММ.ГГГГ являются несостоятельными, поскольку нахождение его в жилище по адресу: <адрес> период с 6 часов 15 минут до 7 часов 25 минут ДД.ММ.ГГГГ было обусловлено следственным действием в порядке ст. 182 УПК РФ, при котором присутствие лица является обязательным и ограничение передвижения в рамках обыска не является задержанием в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ.

Довод о нахождении ФИО1 в помещении УМВД РФ по <адрес> и последующем проведении следственных действий в СУ СК РФ по <адрес> являлся предметом оценки суда первой инстанции, и обоснованно им отвергнут в оспариваемом решении, оснований для его переоценки суд апелляционной инстанции не усматривает. Согласно материалам дела протокол задержания подозреваемого от ДД.ММ.ГГГГ в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ был составлен следователем после доставления ФИО1 во второй отдел по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по <адрес> на основании показаний свидетелей, которые указали на ФИО1 как на лицо, совершившее преступление.

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, представленное следователем в судебном заседании постановление о возбуждение ходатайства о продлении срока содержания под стражей от ДД.ММ.ГГГГ не является новым и самостоятельным ходатайством, а представляет собой уточнение к ранее поданному ходатайству от ДД.ММ.ГГГГ. Из протокола судебного заседания следует, что уточнение ходатайства было вызвано необходимостью привести общий срок содержания ФИО1 под стражей в соответствии со сроком предварительного следствия, то есть до ДД.ММ.ГГГГ. В связи с тем, что фактические обстоятельства, основания и объем представленных материалов дела не изменились, то повторная регистрация ходатайства от ДД.ММ.ГГГГ и его перераспределение в целях отдельного судебного рассмотрения не требовалось, поскольку уголовно-процессуальный закон не содержит запрета на изменение или уточнение заявленных требований в ходе судебного заседания до удаления суда в совещательную комнату.

Судом первой инстанции обоснованно было принято решение об оставлении первоначального ходатайства следователя от ДД.ММ.ГГГГ о продлении срока содержания ФИО1 под стражей без рассмотрения, поскольку в связи с новым постановлением от ДД.ММ.ГГГГ ранее поданное ходатайство от ДД.ММ.ГГГГ не было поддержано следователем, следовательно, оно утратило свою силу и не могло подлежать рассмотрению в ходе судебного заседания.

Кроме того, права обвиняемого ФИО1 нарушены не были, поскольку уточненное следователем ходатайство рассматривалось в условиях состязательности процесса, его защитник присутствовал в судебном заседании, имел возможность ознакомиться с уточненным постановлением от ДД.ММ.ГГГГ и высказать свои возражения, что и было сделано защитником, как это усматривается из протокола судебного заседания.

Доводы апелляционной жалобы об оставлении судом без проверки и оценки обоснованности подозрения в причастности ФИО1 к совершению преступлений, являются несостоятельными, поскольку такая обоснованность проверяется на стадии избрания меры пресечения в виде заключения под стражу (пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога»). Соответствующее судебное решение об этом в отношении ФИО1, а именно – постановление об избрании меры пресечения от ДД.ММ.ГГГГ - вступило в законную силу.

Ходатайство о продлении срока содержания ФИО1 под стражей составлено уполномоченным на то должностным лицом, в рамках возбужденного уголовного дела, в установленные законом сроки и с согласия соответствующего руководителя следственного органа. Ходатайство мотивировано необходимостью проведения следственных действий и процессуальных мероприятий, перечисленных следователем. Для избрания иной меры пресечения основания отсутствовали.

На момент рассмотрения ходатайства необходимость содержания ФИО1 под стражей не отпала, обстоятельства, послужившие основанием для избрания данной меры пресечения, не изменились.

При решении вопроса о продлении срока содержания под стражей суд исходил из того, что ФИО14 обвиняется в совершении 19 тяжких преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде длительного лишения свободы.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судебное решение мотивировано и не противоречит требованиям уголовно-процессуального закона, регламентирующего применение меры пресечения в виде заключения под стражу по ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Апелляционные доводы стороны защиты о нарушении судом требований ч.1.1 ст.108 УПК РФ по причине того, что инкриминируемые обвиняемому преступления относятся к сфере предпринимательской деятельности, являлись предметом оценки суда первой инстанции и обоснованно им отвергнуты, о чём указано в оспариваемом постановлении. Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда о том, что установленные ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ ограничения, не допускающие возможность применения меры пресечения в виде заключения под стражу к обвиняемым в совершении преступлений, предусмотренных ст. 159 УК РФ, на ФИО1 распространяться не могут.

Оценивая доводы защиты об обвинении ФИО1 в совершении преступлений, связанных с предпринимательской деятельностью, суд апелляционной инстанции исходит из того, что по смыслу закона, как предпринимательская должна расцениваться не любая самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг, а лишь та общественно-полезная деятельность, которая способствует приумножению общественного продукта, удовлетворению тех или иных общественных потребностей. Поэтому по отношению к ФИО1, которому инкриминируется мошенничество, связанное с земельными участками, не действует установленный ч.1.1 ст.108 УПК РФ запрет на применение меры пресечения в виде заключения под стражу лица, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст.159 УК РФ. Тот факт, что ФИО1 вменяется факт совершения преступлений в период 2018-2019 годах, путем исполнения функций директора в ООО «Артстрой», не свидетельствует безусловно о том, что преступление, в котором он обвиняется, относится к преступлениям в сфере предпринимательской деятельности.

Постановление от ДД.ММ.ГГГГ суд апелляционной инстанции находит убедительным и основанным на законе. Основанием для продления срока содержания ФИО1 под стражей явилась совокупность вышеизложенных обстоятельств и сведений, а не только одна лишь тяжесть предъявленного обвинения. Для решения вопроса о мере пресечения статья 97 УПК РФ не требует предоставления полноценных доказательств о предотвращаемых фактах совершения лицом действий, перечисленных в части 2 данной нормы закона. В указанной норме процессуального права законодателем указано на предположения о возможности наступления этих последствий, которые носят вероятностный характер. Формированию таких предположений способствуют любые достоверные сведения, в том числе о личности и возможном поведении обвиняемого. Наличие таких сведений в отношении ФИО1 установлено судьёй на основе представленных материалов и мотивировано в постановлении.

В этой связи, вопреки доводам апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не усматривает в оспариваемом постановлении каких-либо противоречий с постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий». Несогласие защитника с позицией суда не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене или изменению судебного решения.

Судом была исследована и учитывалась информация о социальном статусе ФИО1, наличии постоянного места жительства и регистрации, а также иные данные о личности обвиняемого, на которые защитник обратил внимание в апелляционной жалобе. Вместе с тем, эти сведения не влияют на действительность и сохраняющуюся значимость оснований для продления меры пресечения в виде заключения под стражу, поскольку они сами по себе не препятствуют совершению действий, указанных в статье 97 УПК РФ, и не обеспечат беспрепятственное осуществление уголовного судопроизводства. Оснований для повторного учёта или иной оценки данной информации суд апелляционной инстанции не усматривает.

Доводы защитника об отсутствии у ФИО1 намерений скрываться от органов следствия и суда, оказывать давление на свидетелей, уничтожать доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по делу, являются лишь мнением автора жалобы, не свидетельствуют о незаконности оспариваемого постановления и не служат достаточным основанием для отмены судебного решения.

Тот факт, что ранее в отношении ФИО1 избирались иные меры пресечения, в период которых он не допускал нарушений, не свидетельствует о незаконности оспариваемого постановления и не служит поводом для его отмены.

Довод защитника о том, что суд безосновательно вменил возможность ФИО1 продолжить заниматься преступной деятельностью, является несостоятельным. Суд первой инстанции, мотивируя принятое решение в отношении ФИО1, не ссылался на то, что обвиняемый может продолжить заниматься преступной деятельностью, как об этом указывает автор жалобы. Тем самым, не имеется повода утверждать, что данный вывод суда послужил одним из оснований для продления ФИО1 срока содержания под стражей.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, из представленных суду материалов дела не усматривается каких-либо новых обстоятельств, которые существенно снижают общественную опасность инкриминируемых ФИО1 преступлений. Соответственно, основания, которые учитывались при избрании меры пресечения и при предыдущем продлении срока содержания под стражей, не изменились и не отпали, а обстоятельства, которые бы свидетельствовали о необходимости изменения меры пресечения, не появились.

Как следует из протокола судебного заседания, судебное разбирательство проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с соблюдением всех принципов судопроизводства, в том числе состязательности и равноправия сторон. Суд первой инстанции оценил доводы всех участников процесса, предоставив сторонам обвинения и защиты равные возможности для реализации своих прав, ограничений прав участников уголовного судопроизводства допущено не было.

Вопрос об иной мере пресечения в отношении обвиняемого обсуждался судом и получил свою оценку, что прямо следует из постановления. Все аргументы апелляционной жалобы по существу сводятся к переоценке выводов, сделанных судом на основе фактических обстоятельств дела, к собственной интерпретации этих обстоятельств сообразно избранной процессуальной позиции, и вытекают из несогласия защитника с продлением срока содержания под стражей в отношении ФИО1 Доводы жалобы не содержат сведений, которые опровергали бы выводы судьи районного суда, в связи с чем, они не влияют на правильность судебного решения.

Сведений о наличии у ФИО1 заболеваний, препятствующих содержанию его под стражей, не представлено, в связи с чем, оснований для изменения меры пресечения на более мягкую в соответствии с ч.1.1 ст.110 УПК РФ, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Постановление суда соответствует требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ. Существенных нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение судебного решения, в том числе по доводам апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 38913, 38920, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Фрунзенского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ о продлении срока содержания под стражей в отношении обвиняемого ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника – оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента провозглашения и может быть обжаловано в Девятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 471 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня вступления в законную силу постановления суда первой инстанции, а обвиняемым, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня вручения копии данного судебного решения, вступившего в законную силу. Обвиняемый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий В.А. Гавриков