Решение № 2-3968/2024 2-581/2025 2-581/2025(2-3968/2024;)~9-3470/2024 9-3470/2024 от 11 декабря 2025 г. по делу № 2-3968/2024

№2-581/2025

36RS0003-01-2024-006359-73


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Воронеж 28 ноября 2025 года

Левобережный районный суд г. Воронежа в составе

председательствующего судьи Сусловой О.В.,

при секретаре Харьковой Е.С.,

с участием представителя истца ФИО1,

ответчика ФИО2,

представителя ответчика ФИО3

рассмотрел в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к ФИО2 о возмещении убытков, причиненных в результате дорожно-транспортного происшествия,

установил:

Истец ФИО4 (далее – ФИО4) обратился в суд с настоящим иском к ФИО2 (далее - ФИО2), указав, что 11.09.2024 года по адресу: <адрес> в результате дорожно-транспортного происшествия (столкновения с автомобилем Шевроле Авео государственные регистрационные знаки №) транспортное средство, принадлежащее ФИО4, получило повреждения, чем ему причинен ущерб.

Истцу на праве собственности принадлежит автомобиль БМВ(BMW) № государственные регистрационные знаки №, что подтверждается свидетельством о регистрации транспортного средства №

Автомобиль Шевроле Авеог.р.з. № в момент происшествия находился под управлением ответчика ФИО2

При рассмотрении дела об административном правонарушении уполномоченными сотрудниками полиции установлено, что причиной дорожно-транспортного происшествия послужили виновные действия ответчика, в связи с чем ФИО2 привлечена к административной ответственности по ч. 3 ст. 12.14 КоАП (постановление по делу об административном правонарушении <адрес>). Установлено, что 11.09.2024 г в 13 час 30 мин по адресу <адрес> ФИО2 нарушила п. 8.4 Правил дорожного движения, т.е. при перестроении не уступила дорогу транспортному средству, движущемуся попутно без изменения направления движения.

Согласно заключению ООО «Бюро судебных экспертиз и оценки «РЕЗОН» №№ стоимость восстановительного ремонта автомобиля БМВ (BMW) № государственные регистрационные знаки <адрес> поврежденного 11.09.2024 г, составляет 2 575 400 рублей.

На оплату проведения независимой технической экспертизы истцом понесены расходы на сумму 15500 рублей, что также образует для него убыток, общий размер которого составляет 2 590 900 рублей:

2575400 + 15500 = 2590900

Истцом получено страховое возмещение по договору ОСАГО в общем размере 400 000 рублей.

Таким образом, взысканию с ответчика в счет возмещения причиненного ущерба подлежит 2 190 900 рублей, исходя из расчета: 2 590 900 - 400 000 = 2 190 900.

На основании вышеизложенного истец просит взыскать с ответчика в пользу истца сумму убытков, причиненных в результате ДТП, в размере 2190 900 рублей (том 1 л.д. 3-5).

Истец ФИО4, третьи лица ФИО5, ФИО6, ФИО7 в судебное заседание не явились, о слушании по делу извещались надлежащим образом, ходатайств об отложении судуне представили ( том 2 л.д. 59-63).

С учетом мнения участников процесса, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Представитель истца, действующая на основании доверенности, ФИО1 (том 1 л.д.125) в судебном заседании поддержала исковое заявление, просила его удовлетворить.

Ответчик ФИО2, представитель ответчика, действующий по устному ходатайству, ФИО3 возражали против удовлетворения исковых требований, полагая, что водитель ФИО4 и ФИО7 нарушили правила дорожного движения, в результате чего и произошло ДТП, поддержали письменные возражения, просили признать повторную судебную экспертизу недопустимым доказательством.

Выслушав участников процесса, изучив материалы настоящего дела, осмотрев материалы административного дела №№ по жалобе ФИО2 на постановление №№ от 11.09.2024 г. об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст. 12.15 КоАП РФ, исследовав предоставленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Из представленных доказательств следует:

11.09.2024 года по адресу: <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Шевроле Авеос государственным регистрационным знаком № под управлением ФИО2, принадлежащим на праве собственности ФИО8, с участием автомобиля Фольксваген Джетта, с государственным регистрационным знаком №, под управлением водителя ФИО7, принадлежащим на праве собственности ФИО5, и с участием автомобиля БМВ, с государственным регистрационным знаком № под управлением ФИО4, и принадлежащем ему на праве собственности ( том 1 л.д. 8,81-86).

На основании постановления старшего инспектора группы ИАЗ ОБДПС ГИБДД УМВД России по г.Воронежу ФИО21 № от 11.09.2024 года ФИО2 признана виновной в совершении правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ, в связи с чем ей назначено наказание в виде административного штрафа.

Из объяснения ФИО2 следует, что: «11.09.2024 г. в 13:30 выехала со стоянки, перестроилась в третью полосу для разворота в сторону Машмета. Ехала на Шевроле Авео № В это время почувствовала удар в левую сторону, затем второй удар, в левое переднее колесо. Первый удар был от Фольксвагена № второй от БМВ № Авария произошла на перекрестке по <адрес> ( том 1 л.д.84)

В объяснениях ФИО4 указано, что он двигался по <адрес> в направлении Вогрэсовского моста, впереди него двигался Фольксваген № На перекрестке с <адрес> в него врезалось Шевроле Авео № выполняя поворот с центрального ряда. ФИО4 двигался по левой полосе, произвел экстренное торможение.( том 1 л.д.84 оборот).

ФИО7 в своих объяснениях указал, что двигаясь на автомобиле Фольксваген Джеттаг.р.з. № со стороны Машмета в сторону ДК Кирова, по левой крайней полосе у перекрестка с ул. Новосибирская и Путилина, почти поровнявшись с корпусами машин Шевроле Авео, двигающегося по средней полосе, вдруг заметил движение данного автомобиля в сторону ФИО7 на разворот. После чего постарался уйти от столкновения, путем добавления газа, но данный авто ударил в заднюю дверь и крыло с пассажирской стороны. После чего, ФИО7 остановился и выставил знак остановки. Шевроле Авео после удара Фольксваген Джетта г.р.з. № продолжил движение и ударил двигающий сзади по крайней левой полосе автомобиль БМВ. ( том 1 л.д.85).

Из данного постановления следует, что ФИО2, управляя автомобилем, в нарушение п.п.8.4 ПДД РФ, при перестроении не уступила дорогу, то есть, движущемуся попутно без изменения направления движения и допустила столкновение с автомобилем ФольсквагенДжетта, г.р.з. №, водитель ФИО7, и автомобилем БМВ г.р.з. № водитель ФИО4 В результате ДТП автомобили получили механические повреждения ( том 1л.д.7).

Не согласившись с данным постановлением, ФИО2, подала жалобу в Левобережный районный суд г.Воронежа.

Решением Левобережного районного суда г. Воронеж от 06.03.2025, жалоба ФИО2, удовлетворена. Постановление инспектора Группы ИАЗ ОБДПС Госавтоинспекции УМВД России по г. Воронежу ФИО22. №№ от 26.09.2024 г., по делу об административном правонарушении, отменено.

Производство по делу об административном правонарушении, рассмотренном ч.3 ст.12.14 КоАП РФ, в отношении ФИО2 прекращено на основании п.6 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ, в связи с истечением сроков давности привлечения ФИО2 к административной ответственности (том 1 л.д.120-122).

Указанным судебным актом установлено, что как следует из материалов дела об административном правонарушении, собственником транспортного средства Шевроле Авеог.р.з. № является ФИО8, собственником транспортного средства Фольксваген Джетта, г.р.з. № является ФИО5

Поскольку в результате ДТП от 11.09.2024 года имуществу ФИО8, ФИО5, причинен вред, то данные лица являются потерпевшими по делу об административном правонарушении.

Однако, в материалах дела об административном правонарушении отсутствуют сведения о надлежащем извещении потерпевших ФИО8, ФИО5, о времени и месте рассмотрения дела об административном правонарушении от 26.09.2024 г, в том числе составления протокола об административном правонарушении № от 26.09.2024. (том 1 л.д.80 дела №№

Согласно заключению ООО «Бюро судебных экспертиз и оценки «РЕЗОН» №№ от 28.10.2024 года стоимость восстановительного ремонта автомобиля БМВ (BMW) 320DXDRIVE государственные регистрационные знаки <адрес> поврежденного 11.09.2024 г, составляет 2 575 400 рублей. (том 1 л.д.14)

На оплату проведения независимой технической экспертизы истцом понесены расходы на сумму 15500 рублей, что подтверждается чеком по операции (том 1 л.д.72).

В ходе судебного разбирательства по ходатайству стороны истца на основании определения Левобережного районного суда г.Воронежа от 27.06.2025 г. назначена автотехническая экспертиза, проведение которой поручено ООО «Воронежский центр экспертизы и оценки» (<адрес>) ( том 1 л.д.143-144,145-148).

Из выводов экспертного заключения № от 30.07.2025 года следует, что исходя из конечного положения на месте ДТП, ТС можно сделать вывод, о механизме ДТП, ТС Шевроле г/н № двигалось в среднем ряду прямолинейно, на перекрестке водитель начал маневр поворота/разворота со среднего ряда, в свою очередь ТС Фольксваген Джетта г/н № двигалось в среднем ряду, при подъезде к данному перекрестку начал маневр перестроения в крайний левый ряд, без указателя поворота и пересекая разметку 1.1 (сплошная линия) в момент завершения маневра перестроения произошел контакт задней правой боковой частью с передней левой угловой частью ТС Шевроле г/н №, в свою очередь ТС БМВ г/н № двигалось по крайней левой полосе не соблюдая необходимый интервал до впереди движущегося ТС Фольксваген Джета г/н № (см. исследовательскую часть), в момент столкновения ТС совершил столкновение с ТС Шевроле г/н № так же в ходе исследования дана классификация исследуемого ДТП, исходя из направления движения транспортного средства, повреждений указанных в административном материале на ТС, расположения мест повреждения на кузове ТС Шевроле г/н № и классификационных признаков определяющих механизм столкновения, столкновениерассматриваемого происшествия для Шевроле г/н № можно классифицировать как перекрестное, попутное, косое, скользящее, лево эксцентричное, переднее угловое левое, исходя из направления движения транспортного средства, повреждений указанных в административном материале на ТС, расположения мест повреждения на кузове ТС Фольксваген Джета г/н № и классификационных признаков определяющих механизм столкновения, столкновение рассматриваемого происшествия для ТС Фольксваген Джета г/н №, можно классифицировать как перекрестное, попутное, косое, скользящее, право эксцентричное, боковое правое, исходя из направления движения транспортного средства, повреждений указанных в административном материале на ТС, расположения мест повреждения на кузове ТС БМВ г/н №, и классификационных признаков определяющих механизмстолкновения, столкновениерассматриваемого происшествия для ТС БМВ г/н № можно классифицировать как перекрестное, попутное, косое, скользящее, право эксцентричное, угловое правое.

2. Судебный эксперт при описании действий водителей-участников может руководствоваться только требованиями правил дорожного движения РФ.Вследствие этого судебным экспертом ниже описаны пункты ПДД РФ, которыми должны были руководствоваться водители-участники.

Согласно ПДД РФ в сложившейся ситуации водитель Шевроле г/н № должен был руководствоваться следующими пунктами ПДД РФ:

-п.1.3. Участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленнымисигналами.

- п. 1.5. Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда

- п. 10.1. Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

8.4. При перестроении водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения. При одновременном перестроении транспортных средств, движущихся попутно, водитель должен уступить дорогу транспортному средству, находящемуся справа.

Согласно ПДД РФ в сложившейся ситуации водитель Фольксваген Джета г/н № должен был руководствоваться следующими пунктами ПДД РФ:

- п. 1.3. Участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

- п. 1.5. Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

- п. 10.1. Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не Превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения.Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми в

- 8.1. Перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворотасоответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность длядвижения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Стоит так же обратить внимание, что в месте перестроения ТС Фольксваген Джета г/н № на проезжей части имеется разметка, которая представляет собой сплошную линию 1.1

Разметка 1.1 — это белая сплошная линия шириной от 10 до 15 см. Она разделяет встречные направления движения, полосы в опасных местах, обозначает границы проезжей части, на которые нельзя выезжать, и границы парковочных мест. пересекать разметку 1.1 запрещено.

Так же на данном участке просматривается в месте маневра перестроения ТС Фольксваген Джетта г/н № разметка 1.6

Разметка 1.6 - предупреждает о приближении к разметке 1.1 или 1.11, которая разделяет транспортные потоки противоположных или попутных направлений.

Согласно ПДД РФ в сложившейся ситуации водитель БМВ г/н № должен был руководствоваться следующими пунктами ПДД РФ:

- п. 1.3. Участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

- п. 1.5. Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

- п. 10.1. Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения.

Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

9.10. Водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасностьдвижения.

По второму вопросу в части «чьи действия не соответствовали ПДД РФ:

В ходе исследования и ответов на поставленные вопросы, экспертом установлено, что водитель ТС Шевроле г/н № совершил маневр поворота/разворота со среднего ряда, тем самым действия водителя с технической точки зрения не соответствовали п. 8.4 ПДД РФ.

В ходе исследования и ответов на поставленные вопросы, экспертом установлено, что водитель ТС Фольксваген Джетта г/н № совершил маневр перестроения без включенного указателя поворота и через сплошную линию разметки 1.1 со среднего ряда в крайний левый, тем самым действия водителя с технической точки зрения не соответствовали н. 8.1 ПДД РФ, разметка 1.1 — это белая сплошная линия шириной от 10 до 15 см. Она разделяет встречные направления движения, полосы в опасных местах, обозначает границы проезжей части, на которые нельзя выезжать, и границы парковочных мест. Пересекать разметку 1.1 запрещено.

Так же на данном участке просматривается в месте маневра перестроения ТС Фольксваген Джетта г/н № разметка 1.6

Разметка 1.6 - предупреждает о приближении к разметке 1.1 или 1.11, которая разделяет транспортные потоки противоположных или попутных направлений.

В ходе исследования и ответов на поставленные вопросы, экспертом установлено, что водитель ТС БМВ г/н № двигался со скоростью 40-50 км/ч с расстоянием 5 метров до впереди движущегося ТС Фольксваген Джетта г/н №, при такой скорости расстояние не позволяло соблюдать необходимую дистанцию до впереди движущегося ТС, тем самым действия водителя с технической точки зрения не соответствовали п. 9.10 ПДД РФ.

Необходимыми условиями возникновения происшествия являютсяобстоятельства, создавшие опасную обстановку, в которой водитель еще имел возможность предотвратить происшествие, но по каким-либо причинам этого не сделал. Под опасной обстановкой понимается такая дорожная обстановка, при которой водитель должен немедленно принять необходимые меры для предотвращения происшествия или уменьшения тяжести его последствий.

Достаточными же условиями возникновения ДТП (непосредственной причиной) являются действия водителя, создающие аварийную обстановку. Аварийная обстановка создается тем участником движения, который своими не соответствующими требованиям Правил движения действиями лишает себя или водителя другого транспортного средства технической возможности предотвратить происшествие.

Причиной происшествия являются обстоятельства, необходимые и достаточные для того, чтобы происшествия не произошло. Таким образом, в причинено-следственной связи с ДТП состоят действия водителя, не соответствующие ПДД, которыми он лишил себя или другого водителя возможности избежать происшествия (том 1 л.д. 178-181).

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО23 подтвердил свои выводы, данные в экспертном заключении.

Ввиду возникших противоречий и лишения возможности третьих лиц ФИО5 и ФИО7 поставить перед экспертом свои вопросы, в соответствии со статьей 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерациипо делу была назначена повторная судебная экспертиза, производство которой поручено ФБУ Воронежский РЦСЭ (том 1 л.д.238, 239-248).

Согласно заключению экспертов ФБУ Воронежский РЦСЭ№№ от 23.10.2025 года, в ходе проведения повторной экспертизы были сделаны следующие выводы:

Вопрос: Каков механизм дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 11.09.2024 года в 13 час. 30 мин., в районе дома №11 по ул. Новосибирская, г.Воронежа между автомобилями Шевроле Авео государственный регистрационный номер № под управлением ФИО2, Фольксваген Джетта государственный регистрационный номер № под управлением ФИО10 и БМВ 320D XDRIVE государственный регистрационный номер №, под управлением ФИО4?

Ответ: Исходя из проведенных исследований, отдельные элементы механизмарассматриваемого ДТП представляются следующим образом:

- до ДТП автомобили Фольксваген-Джетта гос. номер № и БМВ-320D гос. номер № № движутся по ул.Новосибирская г. Воронежа в попутных направлениях в сторону ДК им.Кирова, приближаясь в перекрестку с ул. Путилина, при этом автомобиль Фольксваген-Джетта движется по средней из трех попутных полосе движения, а автомобиль БМВ-320D движется позади него в левой крайней полосе движения (см. п/п в табл. 1 в исследовательской части);

- установить фактические скорости движения вышеуказанных ТС экспертнымпутем в данном случае не представляется возможным, но в то же время, с технической точки зрения, нельзя исключить, что скорости движения автомобилей Фольксваген-Джетта и БМВ-320D могли соответствовать и значениям, известным из объяснений их водителей, соответственно около 45.0 км/час для автомобиля Фольксваген-Джетта (согласно объяснения его водителя ФИО7 от 26.09.2024 года) и 40.0 - 50.0 км/час для автомобиля БМВ-320D (согласно объяснения его водителя ФИО4 от 26.09.2024 года), из чего эксперты исходил при остальных исследованиях;

- в процессе такого движения водитель автомобиля Фольксваген-Джетта начинает притормаживать (включаются задние стоп-сигналы, см. п/п 2 в табл.1 в исследовательской части), а затем, не подавая сигнала указателем левого поворота, начинает смещаться влево, перестраиваясь из средней полосы движения в левую крайнюю, где позади движется попутный автомобиль БМВ-320 (см. п/п 3 в табл. 1 в исследовательской части);

- как показывают проведенные исследования, при имеющихся и принятых исходных данных, маневр перестроения должен был бы начат водителем автомобиля Фольксваген-Джетта в том месте на проезжей части, где линия дорожной разметки, разделяющая среднюю и левую крайнюю попутные полосы движения в направленииДК им.Кирова, была прерывистой;

- в то же время движущийся позади в левой крайней полосе движения водитель автомобиля БМВ-320D кратковременно притормаживает,тем самым, по всейвидимости, давая водителю автомобиля Фольксваген-Джетта беспрепятственнозавершить маневр перестроения в его (БМВ-320D) полосу (см. п/п 4 в табл. 1 висследовательской части);

- здесь необходимо отметить, что когда водитель автомобиля Фольксваген-Джетта начал маневр перестроения влево, тем самым освобождая среднюю полосу движения, в кадре видеозаписи появляется автомобиль Шевроле-Авео гос. номер № который находится в неподвижном состояний, впереди автомобилей Фольксваген-Джетта и БМВ-320D, в пределах средней из трех попутных полосы движения в сторону ДК им. Кирова, визуально непосредственно перед перекрестком с ул. Путилина или в районе его начала (см. п/п 4 в табл. 1 в исследовательской части);

- к моменту, когда водитель автомобиля Фольксваген-Джетта уже заканчивал маневр перестроения, по сути практически полностью находясь в левой крайней полосе движения, стоявший до этого неподвижно впереди в средней полосе водитель автомобиля Шевроле-Авео по какой-то причине начинает движение, сопряженное с маневром левого поворота (разворота), т.е. с места резко начинает движение с ускорением по дуге влево, выезжая в левую крайнюю полосу движения, где к этому моменту попутно друг за другом движутся автомобиль Фольксваген-Джетта, а за ним на некотором удалении автомобиль БМВ-320D (см. п/п 5 в табл. 1 в исследовательской части);

- реагируя на такие действия водителя автомобиля Шевроле-Авео, водитель сзадиидущего автомобиля Фольксваген-Джетта, по всей видимости уходя от столкновения, применяет маневр отворота влево, но столкновения избежать ему не удается и в начале перекрестка, в пределах проекции на него левой крайней полосы движения в сторону ДК им.Кирова, возможно и там, где это указано крестиком в круге на схеме места совершения административного правонарушения, происходит его столкновение с автомобилем Шевроле-Авео;

- при столкновении автомобиль Шевроле-Авео своей левой передне-угловой частью контактирует с правой задне-боковой частью автомобиля Фольксваген-Джетта (см. п/п 7 в табл. 1 в исследовательской части);

- далее происходит проскальзывание правой задне-боковой частью автомобиляФольксваген-Джетта относительно левой передне-угловой части автомобиля Шевроле-Авео, сопровождающееся образованием повреждений на обоих ТС;

- выйдя из контакта с автомобилем Шевроле-Авео автомобиль Фольксваген-Джетта, оставаясь управляемым, преодолевает еще некоторое расстояние вперед, по ходу своего первоначального направления движения, смещаясь вправо, выезжает за пределы перекрестка и в итоге занимает конечное положение, зафиксированное в схеме, остановившись в средней из трех попутных в направлении ДК им. Кирова полосе движения;

- что касается водителя автомобиля БМВ-320D, то он непосредственно перед столкновением автомобилей Фольксваген-Джетта и Шевроле-Авео, реагируя на возникшую впереди него опасность, применяет меры торможения (у него снова включаются задние стоп-сигналы, см. п/п 6 в табл. 1 в исследовательской части), а затем также начинает отворачивать влево; - однако, несмотря на предпринятые действия водителя автомобиля БМВ-320D, которые в рассматриваемой ситуации носили, вынужденный характер, столкновения с автомобилем Шевроле-Авео ему избежать не удалось;

- т.е, спустя небольшой промежуток времени после того, как произошло первичное столкновение левой передне-угловой частью автомобиля Шевроле-Авео с автомобилем Фольксваген-Джетта, автомобиль Шевроле-Авео практически в том жеместе, где произошло и первое столкновение, и опять же своей левой передне-угловой частью контактирует с движущимся позади автомобиля Фольксваген-Джетта автомобилем БМВ-320D, первично с его правой передне-угловой частью (см. п/п 7 в табл. 1 в исследовательской части);

- далее происходит внедрение правой передне-угловой части автомобиля БМВ-320D в левую передне-угловую часть автомобиля Шевроле-Авео, сопровождающееся образованием повреждений на обоих ТС в указанных зонах;

- от места столкновения автомобили БМВ-320D и Шевроле-Авео в продольном плане перемещаются вперед, в сторону ДК им.Кирова, но в результате ударного воздействия, из-за перераспределения сил, действующих на ТС, автомобиль БМВ-320D в поперечном плане отбрасывает влево, а автомобиль Шевроле-Авео вправо;

- преодолев таким образом некоторые расстояния от места столкновения автомобили БМB-320D и Шевроле-Авео гасят остатки своей кинетической энергии и занимают конечные положения, зафиксированные в схеме и на видеозаписи (см. п/п 9 втабл. 1 в исследовательской части).

Вопрос: Как должны были действовать водители транспортных средств в данной ситуации, и чьи действия не соответствовали Правилам дорожного движения РФ?

Что с технической точки зрения послужило причиной ДТП, произошедшего 11 сентября 2024 года по адресу <...> в районе дома № 11, с учетом имеющихся обстоятельств?

Ответ: В данной дорожной обстановке, при обстоятельствах, указанных в определениии известных из представленных на исследование материалов дела, с учетом установленных выше элементов механизма рассматриваемого ДТП, водителю автомобиля Шевроле-Авео гос. номер №, с технической точки зрения, необходимо было действовать в соответствии с требованиями п.п.8.1 ч.1, 8.2, 8.5 и 8.7Правил дорожного движения РФ (подробнее см. исследовательскую часть).

В данном случае исследованиями, проведенными по вопросу № 1 определения, было установлено, что выполнять маневр левого поворота (разворота) водитель автомобиля Шевроле-Авео начал из средней (при трех попутных) полосы движения, а его столкновение как с автомобилем Фольксваген-Джетта, так и с автомобилем БМВ-320D произошло в левой крайней полосе движения (по которой автомобиль БМВ-320Dизначально, а водитель автомобиля Фольксваген-Джетта начал перестраиваться и практически перестроился раньше, чем водитель автомобиля Шевроле-Авео приступил к выполнению маневра левого поворота (разворота). Сказанное выше указывает на наличие в действиях водителя Шевроле-Авео несоответствий требованиям вышеуказанных пунктов. ПДД РФ, находящихся в причинной связи с рассматриваемым ДТП, поскольку имбыла создана аварийная ситуация, когда ни водитель автомобиля Фольковаген-Джетта, ни водитель автомобиля БМВ-320D, даже своевременно реагируя на возникшую опасность, не имели технической возможности предотвратить рассматриваемое ДТП. В то же время, при выполнении водителем автомобиля Шевроле-Авео требований вышеуказанных пунктов ПДД РФ (а именно при отказе от выполнения маневра левого поворота (разворота) из средней (при трех попутных) полосы движения до тех пор, пока это небудет безопасно), можно было бы избежать столкновения с движущимися по левой крайней полосе движения автомобилями Фольксваген-Джетта и БМВ-320D, которые в таком случае обладали преимуществом в движении по отношению к автомобилю Шевроле-Авео. Это дополнительно подтверждает, что действия водителя автомобиля Шевроле-Авео, несоответствующие требованиями п.п.8.1 ч.1, 8.2, 8.5 и 8.7 ПДД РФ, с технической точки зрения, находятся в причинной связи с рассматриваемым ДТП.

При тех же обстоятельствах водителю автомобиля Фольксваген-Джетта гос. номер №, с технической точки зрения необходимо было действовать в соответствии с требованиями п.п.1.3 (применительно к требованиям дорожной разметки), 8.1 ч.1, 8.2, 8.4 и 10.1 ч.2 Правил дорожного движения РФ (подробнее см. исследовательскую часть).

В данном случае при решении вопроса №1 определения было установлено, что водитель автомобиля Фольксваген-Джетта должен был начать перестроение в том месте на дороге, где попутные полосы движения были разделены между собой прерывистой линией дорожной разметки (по всей видимости линия 1.6), пересекать которую разрешено (и каких-либо объективных оснований полагать, что в ходе этого маневра он пересекал сплошную линию 1.1 у эксперта не имеется), при этом указанный маневр водителем автомобиля Фольксваген-Джетта был начат раньше, чем водитель находящегося впереди неподвижного автомобиля Шевроле-Авео начал движение, поворачивая налево (т.е. когда последний еще не создавал кому-либо опасности). А поскольку для водителя автомобиля Фольксваген-Джетта данное ДТП заключается не в столкновении с движущимся позади него автомобилем БМВ-320D, в полосу движения которого он (водитель автомобиля Фольксваген-Джетта) перестроился, а в столкновении с находящимся впереди автомобилем Шевроле-Авео, который начал выполнять маневр левого поворота из средней полосы, когда водитель автомобиля Фольксваген-Джетта к этому моменту уже практически полностью завершил маневр перестроения и по сути уже двигался в левой крайней полосе движения, в совокупности с тем, что даже своевременно реагируя на возникшую опасность водитель автомобиля Фольксваген-Джетта все равно не располагал технической возможностью предотвратить рассматриваемое ДТП, то каких-либо объективных оснований полагать, что в действиях водителя вышеуказанного автомобиля Фольксваген-Джетта гос. номер № могли иметься несоответствия требованиямвышеуказанных пунктов Правил, находящиеся в причинной связи с рассматриваемым ДТП (с его столкновением с автомобилем Шевроле-Авео) в данном случае не имеется.

По поводу того, что водитель автомобиля Шевроле-Авео осуществлял маневр перестроения влево без включения сигнала указателя левого поворота следует отметить, что такое выполнение маневра могло создавать опасность только движущемуся позади водителю автомобиля БМВ-320D, в полосу движения которого водитель автомобиля Фольксваген-Джетта перестраивался, но никак не находящемуся впереди в средней полосе водителю автомобиля Шевроле-Авео (с учетом того что, водительавтомобиля Фольксваген-Джетта начал маневр перестроения раньше, чем водитель автомобиля Шевроле-Авео приступил к выполнению маневра левого поворота (разворота)). Именно поэтому, даже если рассматривать действия водителя автомобиля Фольксваген-Джетта, как несоответствующие требованиям п.8.1 ч.1 ПДД РФ (в части невключения указателя левого поворот при перестроении), указанные несоответствия в причинной связи с рассматриваемым ДТП находиться не будут (поскольку к столкновению с автомобилем БМВ-320D - фактически не привели, а негативно воздействовать на процесс сближения именно с автомобилем Шевроле-Авео,с которым и произошло столкновение, никоим образом не могли), что и обуславливает общий вывод об отсутствии в действиях водителя автомобиля Фольксваген-Джетта несоответствий требованиям ПДД РФ, находящихся в причинной связи с рассматриваемым ДТП.

Что касается водителя автомобиля БМВ-320D гос. номер №, то ему в рассматриваемой ситуации, с технической точки зрения, необходимо было действовать в соответствии с требованиями п.10.1 ч.2 Правил дорожного движения РФ (подробнее см. исследовательскую часть).

Однако, как было установлено в ходе решения вопроса № 3 определения, даже при своевременной реакции на возникшую опасность, водитель автомобиля БМВ-320D не располагал технической возможностью предотвратить рассматриваемое столкновение с автомобилем Шевроле-Авео. Поэтому, с технической точки зрения, в рассматриваемой ситуации, при имеющихся и принятых исходных данных,несоответствий требованиям п.10.1 ч.2 Правил дорожного движения РФ, которые могли бы находится в причинной связи с рассматриваемым ДТП, в действиях водителя автомобиля БМВ-320D гос. номер № не усматривается.

По поводу применимости требований п.9.10 ПДД РФ к действиям водителя автомобиля БМВ-320D гос. номер № в данной конкретной ситуации следует отметить следующее:

- п.9.10 ПДД РФ не регламентирует какое-то конкретное цифровое значение дистанции до впередиидущего ТС и оно выбирается водителем самостоятельно, исходя из конкретных дорожных условий, опыта его вождения и т.п., главное, чтобы при внезапном (резком экстренном) торможении впередиидущего ТС водитель сзадиидущего ТС смог (успел) предотвратить столкновение с задней частью впередиидущего ТС;

- рассматриваемое же ДТП для водителя автомобиля БМВ-320D заключается не в его столкновении с движущимся впереди него по той же (левой крайней) полосе движения попутным автомобилем Фольксваген-Джетта (даже независимо от того, когда последний перестроился в эту левую крайнюю полосу), а в его (БМВ-320D) столкновении с выполняющим маневр левого поворота (разворота) из средней полосы движения автомобилем Шевроле-Авео, что никак не связано с выбором дистанции до впередиидущего автомобиля Фольксваген-Джетта;

- поэтому рассматривать действия водителя автомобиля БМВ-320D с позиции требований п.9.10 ПДД РФ (в части выбора дистанции до впередиидущего ТС) и тем более, как несоответствующие требованиям указанного п.9.10 ПДД РФ, в данном случае некорректно;

- хотя все-таки следует отметить, что расчетное значение минимально допустимой (с технической точки зрения) дистанции между легковым автомобилем БMB-320D, движущимся со скоростью в 40.0 ? 50.0 км/час, и впередиидущим автомобилем Фольксваген-Джетта составляет порядка 3.3 ? 4.2 метра (см. расчет в исследовательской части). Следовательно, дистанцию между автомобилем БМВ-320D и впередиидущим автомобилем Фольксваген-Джетта, равную около 5.0 метров (известна из объяснения водителя автомобиля БМВ-320D ФИО4 от 26.09.2024 года), с технической точки зрения, можно считать соответствующей минимально допустимой.

Итак, с технической точки зрения, причиной любого столкновения (в том числе и рассматриваемого столкновения автомобиля Шевроле-Авео сначала с автомобилем Фольксваген-Джетта, а затем с автомобилем БМВ-320D), является пресечениетраекторий движения двух ТС в одно время, в одном месте, которое в данном случае было вызвано действиями водителя вышеуказанного автомобиля Шевроле-Авео гос. номер № несоответствующими требованиям п.п.8.1 ч.1, 8.2, 8.5 и 8.7 Правил дорожного движения РФ. В то же время несоответствий в действиях водителей автомобилей Фольксваген-Джетта гос. номер № и БМВ-320D гос. номер № требованиям ПДД РФ, которые, с технической точки зрения, могли бы находиться в причинной связи с рассматриваемым ДТП (с их столкновением с автомобилем Шевроле-Авео), объективно установлено не было.

Следует обратить внимание суда, что в соответствии со своей компетенцией эксперт-автотехник может решать вопросы лишь о техническом соответствии или несоответствии действий водителей требованиям ПДД РФ (отвлеченно от индивидуальных особенностей конкретного водителя ТС, рассматривая его опосредовано, как оператора, обязанного выполнять определенные функции) и о возможности нахождения технических несоответствий в действиях водителей требованиям ПДД РФ, если таковые будут выявлены, в причинной связи с фактом ДТП (столкновения, наезда, опрокидывания и т.п.) (лит.[29], стр.51-53).

Вопрос:Определить, располагал ли водитель ФИО4 технической возможностью предотвратить столкновение в данной дорожной ситуации с автомобилем Шевроле Авео государственный регистрационный номер № под управлением ФИО2?

Как показывают проведенные исследования, в данной дорожной обстановке, при имеющихся исходных данных (в том числе с учетом имеющейся видеозаписи), водитель автомобиля БМВ-320D гос. номер №, движущийся со скоростью в 40.0-50.0 км/час, с момента начала выполнения маневра левого поворота (разворота) водителем автомобиля Шевроле-Авео гос. номер №, не располагал технической возможностью предотвратить рассматриваемое столкновение вышеуказанным автомобилем Шевроле-Авео путем применения мер экстренного торможения с остановкой до места столкновения.

Следует отметить, что если допустить, что обнаружить возникшую опасность в виде осуществляющего маневр левого поворота (разворота) находящегося впереди справа автомобиля Шевроле-Авео, водитель автомобиля БМВ-320D мог несколько позже, чем водитель автомобиля Шевроле-Авео непосредственно приступил к выполнению указанного маневра (ввиду наличия между автомобилями БМВ-320D и Шевроле-Авео автомобиля Фольксваген-Джетта, который вполне мог ограничивать обзорность водителю автомобиля БМВ-320D), то у водителя автомобиля БМВ-320D гос. номер № тем более не будет технической возможности предотвратить рассматриваемое ДТП (столкновение с автомобилем Шевроле-Авео гос. номер №), поскольку в таком случае время, имеющееся у водителя автомобиля БМВ- 320D для остановки, только уменьшится.

Вопрос: Располагал ли водитель автомобиля Фольксваген Джетта г/н № ФИО7, при изложенных обстоятельствах происшествия технической возможностью предотвратить столкновение с транспортным средством ТС Шевроле Авео г/н №, под управлением ФИО2?

Ответ: Как показывают проведенные исследования, в данной дорожной обстановке, при имеющихся исходных данных (в том числе с учетом имеющейся видеозаписи), водитель автомобиля Фольксваген-Джетта гос. номер №, движущийся со скоростью в 45.0 км/час, с момента возникновения опасности, сопряженного в данном случае, с технической точки зрения, с началом выполнения маневра левого поворота (разворота) водителем автомобиля Шевроле-Авео гос. номер №, во всех вариантах не располагал технической возможностью предотвратить рассматриваемое столкновение с вышеуказанным автомобилем Шевроле Авео путем применения мер экстренного торможения с остановкой до места столкновения (том 2 л.д. 7-31).

У суда не имеется оснований не доверять заключению экспертов ФБУ Воронежский РЦСЭ№ от 23.10.2025 года, поскольку выводы экспертов логичны, последовательны, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, при этом эксперт ФИО24 имеет стаж экспертной работы более 20 лет, а эксперт ФИО25 имеет квалификацию по экспертной специальности 7.3 «Исследование видеоизображений, условий, средств материалов и следов видеозаписи» и стаж работы по квалификации с 2019 года. Суд принимает в качестве доказательства указанное заключение.

При этом суд критически относится к экспертному заключению ООО «Воронежский центр экспертизы и оценки», полагая, что эксперт ФИО26 в силу своего образования, не имеет достаточной компетенции по экспертной специальности 7.3 «Исследование видеоизображений, условий, средств материалов и следов видеозаписи».

Доводы стороны ответчика о том, что заключение экспертов ФБУ Воронежский РЦСЭ№ от 23.10.2025 года является недопустимым доказательством, суд считает несостоятельными.

Как следует из возражений и рецензии ФИО27 основаниями для признания указанного заключения недопустимым доказательством является следующее:

в представленном экспертном заключении отсутствует поручение руководителя экспертного учреждения провести комиссионную экспертизу, отсутствует согласование цели, последовательность и объем предстоящих исследований комиссией экспертов, отсутствует информация, какие исследования и в каком объеме провел каждый эксперт, экспертом неправильно применена формула для расчета безопасной дистанции, в выводах эксперт дает правовую оценку действиям водителей Шевроле авео и Фольцваген Джетта, что не входит в его компетенцию, неправильно указано на то, что водитель Фольцваген Джетта имел преимущественное право в движении перед водителем Шевроле авео (том 2 л.д.47-49, 50-58).

Вместе с тем, в ходе опроса эксперты ФИО28 пояснили, что провести экспертизу им поручил руководитель учреждения, данная экспертиза является комплексной, поскольку в ее проведении участвовали эксперт-автотехник и привлеченный руководителем учреждения эксперт-видеотехник, поэтому оба эксперта и подписывали заключение, при этом ответчик не указал, каким образом повлияло бы применение иной формулы на выводы экспертов.

Кроме того, суд полагает, что мнения ответчика о даче экспертами правовой оценки действиям водителей и неверное указание в экспертизе на наличие преимущественного права водителя Фольцваген Джетта в движении перед водителем Шевроле авео, является субъективным мнением стороны.

При таких обстоятельствах суд отклоняет доводы ответчика о недопустимости указанного экспертного заключения.

Таким образом, суд полагает установленным, что именно действия водителя ФИО2, нарушившей п.п.8.1 ч.1, 8.2, 8.5 и 8.7 Правил дорожного движения РФ, находящиеся в причинной связи с рассматриваемым ДТП, привели к созданию аварийной ситуации, когда ни водитель автомобиля Фольковаген-Джетта, ни водитель автомобиля БМВ-320D, даже своевременно реагируя на возникшую опасность, не имели технической возможности предотвратить рассматриваемое ДТП.

Пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно статье 1072 названного Кодекса юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Федеральный закон от 25 апреля 2002 года N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее - Закон об ОСАГО), как следует из его преамбулы, определяет правовые, экономические и организационные основы обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств в целях защиты прав потерпевших.

В силу абзаца второго пункта 23 статьи 12 Закона об ОСАГО с лица, причинившего вред, может быть взыскана сумма в размере части требования, оставшейся неудовлетворенной в соответствии с данным Законом.

Как предусмотрено пунктом 15 статьи 12 Закона об ОСАГО, по общему правилу страховое возмещение вреда, причиненного транспортному средству потерпевшего, может осуществляться по выбору потерпевшего путем организации и оплаты восстановительного ремонта на станции технического обслуживания либо путем выдачи суммы страховой выплаты потерпевшему (выгодоприобретателю) в кассе страховщика или перечисления суммы страховой выплаты на счет потерпевшего (выгодоприобретателя).

Этой же нормой установлено исключение для легковых автомобилей, находящихся в собственности граждан и зарегистрированных в Российской Федерации.

Страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных пунктом 16.1 указанной статьи) в соответствии с пунктами 15.2 или 15.3 данной статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).

При этом пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО установлен перечень случаев, когда страховое возмещение осуществляется в денежной форме, в том числе и по выбору потерпевшего.

В частности, подпунктом "ж" названного пункта установлено, что страховое возмещение в денежной форме может быть выплачено при наличии соглашения об этом между страховщиком и потерпевшим (выгодоприобретателем).

Таким образом, в силу подпункта "ж" пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО потерпевший с согласия страховщика вправе получить страховое возмещение в денежной форме, и реализация потерпевшим данного права соответствует целям принятия Закона об ОСАГО, указанным в его преамбуле.

При этом каких-либо ограничений для реализации такого права потерпевшего при наличии согласия страховщика Закон об ОСАГО не содержит, равно, как и не предусматривает получение согласия причинителя вреда на выплату потерпевшему страхового возмещения в денежной форме.

Пунктом 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 года N 31 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" разъяснено, что причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072, пункт 1 статьи 1079, статья 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации). К правоотношениям, возникающим между причинителем вреда, застраховавшим свою гражданскую ответственность в соответствии с Законом об ОСАГО, и потерпевшим в связи с причинением вреда жизни, здоровью или имуществу последнего в результате дорожно-транспортного происшествия, положения Закона об ОСАГО, а также Методики не применяются.

Суд может уменьшить размер возмещения ущерба, подлежащего выплате причинителем вреда, если последним будет доказано или из обстоятельств дела с очевидностью следует, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ восстановления транспортного средства либо в результате возмещения потерпевшему вреда с учетом стоимости новых деталей произойдет значительное улучшение транспортного средства, влекущее существенное и явно несправедливое увеличение его стоимости за счет причинителя вреда.

В пункте 64 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 года N 31 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" разъяснено, что при реализации потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе в случаях, предусмотренных пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, с причинителя вреда в пользу потерпевшего подлежит взысканию разница между фактическим размером ущерба и надлежащим размером страховой выплаты. Реализация потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе и в случае, предусмотренном подпунктом "ж" пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, является правомерным поведением и сама по себе не может расцениваться как злоупотребление правом.

Если в ходе разрешения спора о возмещении причинителем вреда ущерба по правилам главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации суд установит, что страховщиком произведена страховая выплата в меньшем размере, чем она подлежала выплате потерпевшему в рамках договора обязательного страхования, с причинителя вреда подлежит взысканию в пользу потерпевшего разница между фактическим размером ущерба (то есть действительной стоимостью восстановительного ремонта, определяемой по рыночным ценам в субъекте Российской Федерации с учетом утраты товарной стоимости и без учета износа автомобиля на момент разрешения спора) и надлежащим размером страхового возмещения (пункт 65 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 года N 31).

Сторонами не оспаривалось, что истец в рамках договора ОСАГО получил денежное возмещение в сумме 400000 рублей.

Ответчиком размер стоимости восстановительного ремонта автомобиля истца в сумме 2575400 рублей также не оспаривался.

Таким образом, принимая во внимание вышеизложенные нормы права, суд приходит к выводу о том, что в пользу истца подлежит взысканию ущерб в размере 2175 400 рублей (2575 400– 400000=2 175400).

Кроме того, суд считает обоснованным взыскать с ответчика в пользу истца расходы по оплате экспертного заключения в сумме 15 500 рублей, поскольку данное заключение было необходимо истцу для восстановления нарушенного права, данные экспертное заключение не оспорено сторонами, что свидетельствует о его допустимости и относимости как доказательства, представленного истцом в обоснование своих требований, в связи с чемс ответчика в пользу истца подлежат взысканию убытки в общей сумме 2190900 рублей (2175400+15500=2190900).

Суд также принимает во внимание то, что иных доказательств суду не представлено и в соответствии с требованиями ст. 195 ГПК РФ основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ суд

решил:

Исковые требования ФИО4 к ФИО2 о возмещении убытков, причиненных в результате дорожно-транспортного происшествия удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 (ИНН №) в пользу ФИО4 (ИНН №) убытки, причиненные в результате дорожно-транспортного происшествия, в сумме 2190900 ( два миллиона сто девяносто тысяч девятьсот) рублей.

Решение может быть обжаловано через Левобережный районный суд г. Воронежа в Воронежский областной суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Судья О.В. Суслова

Решение изготовлено в окончательной форме 12.12.2025 года.