Решение № 2-1649/2019 2-1649/2019~М-1378/2019 М-1378/2019 от 28 ноября 2019 г. по делу № 2-1649/2019

Дело № 2-1649/2019 ......

УИД ......


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

«29» ноября 2019 года

Фрунзенский районный суд г.Владимира в составе:

председательствующего судьи Афанасьевой К.Е.

при секретаре Пяткиной А.И.,

с участием

прокурора ФИО1,

представителя истца Грачевой Т.В.,

представителей ответчика ФИО2,

ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Владимире гражданское дело по иску ФИО4 к МКУ «Управление гражданской защиты г.Владимира» о признании приказов о дисциплинарном взыскании и увольнении незаконными, восстановлении на работе, взыскании компенсации вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

установил:

ФИО4 обратился в суд с вышеуказанным иском. В обоснование (с учетом уточнений - л.д.129-141) указал, что работал в МКУ «Управление гражданской защиты г.Владимира» с 01.08.2005 на должности .......

Приказом №№... от 25.03.2019 к истцу было применено взыскание в виде выговора. Полагали указанный приказ незаконным и подлежащим отмене, т.к. в период его вынесения ФИО4 находился на больничном (с 18.03.2019 по 08.04.2019). Письменное объяснение по данному факту было отобрано у истца в период стационарного лечения и является незаконным. ФИО4 не был ознакомлен с приказом об увольнении в течение 3-х дней с даты вынесения. Работодатель незаконно привлек к дисциплинарной ответственности ФИО4 за нахождение другого работника в состоянии алкогольного опьянения, в действиях истца состава проступка не имелось. В приказе не поименовано конкретное нарушение трудовой дисциплины.

Приказом №№... от 25.03.2019 ФИО4 был уволен с работы по ...... ТК РФ за неоднократное неисполнение работником без уважительных причин трудовых обязанностей при наличии дисциплинарного взыскания. Считают данный приказ незаконным, поскольку в нем в качестве основания привлечения к дисциплинарной ответственности указана объяснительная записка Щ. от 08.07.2019. При этом ФИО4 на ознакомление была предоставлена служебная записка Щ. от 09.07.2019.

Из служебной записки Щ.., акта служебного расследования следует, что основанием для увольнения послужили, в том числе, действия истца 13.06.2019, которые стали известны Щ. – 13.06.2019. Месячный срок для наложения дисциплинарного взыскания истек 13.07.2019. С 12.07.2019 по 04.09.2019 истец находился в отпуске и на больничном, он вышел на работу 05.09.2019, приказ был издан 11.09.2019, то есть сроки привлечения к дисциплинарной ответственности по событию 13.06.2019 истекли.

Нахождение ФИО4, как старшего смены в спортивном зале 13.06.2019 не нарушает положения инструкции, в 7:54 он уже прибыл в комнату для передачи смены. По заполнению журнала «......» с истцом по правильному заполнению никто инструктаж не проводил. Он его заполнял в максимально полной форме.

02.07.2019 ФИО4 отказался переустанавливать лестницу на дежурный автомобиль. В служебной записке от 09.07.2019 содержатся выдержки из Должностных обязанностей №1.3 и №1.4, но не указано какие пункты инструкций были нарушены работником. Ссылка в акте расследования на п.23 Инструкции 1.3. не влияет на оценку действий истца, т.к. Акт от 12.07.2019 не включен в приказ об увольнении в качестве основания. В объяснительной Кондратьев ссылался на отсутствие сертификации лестницы, как поисково-спасательного инструмента. По отказу в уборке автомобиля имеются сведения, что он был обслужен спасателями смены ФИО4 Истец не отказывался от выполнения данной обязанности, а организовал уборку силами иных лиц, как старший дежурной смены.

Отказ ФИО5 03.07.2019 обслуживать инструмент не является дисциплинарным проступком, т.к. в тот день он был обслужен спасателями его смены.

Отказ ФИО4 06.07.2019 от уборки шин в гараже и замены стекол в спортивном зале не являются основанием для увольнения, поскольку уборка не могла быть произведена без оставления рабочего места, а замена стекол не входит в обязанности спасателя. Шины были убраны к следующей рабочей смене и хранились в гараже с весны 2019 года.

Уход 07.07.2019 с рабочего места в 7-50 без передачи смены не может быть основанием для применения дисциплинарного взыскания в виде увольнения, т.к. это не могло повлечь каких-либо последствий. До 08.01 мин. истец еще находился на территории ПСО, но не в здании, а на улице. При уходе истец удостоверился, что новая смена прибыла на место и могла выехать на происшествие.

В приказе об увольнении не содержатся сведения относительно проступков работника, которые послужили основанием для увольнения, не указан временной промежуток нарушения должностных обязанностей и обстоятельства дела, являющиеся основанием для увольнения.

Истец просил суд с учетом уточнений (л.д.140-141):

- признать незаконным увольнение и отменить приказ от 11.09.2019 №№...;

- признать незаконным применение к ФИО4 дисциплинарного взыскания в виде выговора и отменить приказ №№... от 25.03.2019 «О применении дисциплинарного взыскания»;

- восстановить ФИО4 в должности ...... поисково-спасательного отряда МКУ «Управление гражданской защиты г.Владимира» с 11.09.2019;

-внести в трудовую книжку ФИО4 сведения о недействительности записи №№... от 11.09.2019;

- взыскать с МКУ «Управление гражданской защиты г.Владимира» в пользу ФИО4 средний заработок за время вынужденного прогула в период с 12.09.2019 по 15.11.2019 в размере 52 999,55 руб. и компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.

Истец ФИО4, будучи извещен о времени и месте рассмотрения дела, что подтверждается отчетом об извещении с помощью СМС-сообщения (л.д.195) при наличии его письменного согласия на такой вид извещения (л.д.53), в суд не явился, заявлений и ходатайств от себя лично не направил. Обеспечил явку представителя.

Представитель истца адвокат Грачева Т.В., действующая на основании ордера №№... от ... (л.д.57) и нотариально удостоверенной доверенности от ... (л.д.128) на уточненных исковых требованиях настаивала. По вопросу повторной неявки истца пояснила, что это его право. В связи с заявлением ответчика о пропуске срока давности по обжалованию приказа о дисциплинарном взыскании от 25.03.2019 заявила ходатайство о восстановлении пропущенного срока, т.к. о данном приказе истец узнал только 11.09.2019 при увольнении. Дополнительно указала, что работодатель при увольнении не учел положительные характеризующие данные ФИО4 и его длительный стаж работы. Полагала, что действия и бездействия истца, за которые он был привлечен к дисциплинарной ответственности фактически являются рабочими моментами.

Представители ответчика – ФИО3 и ФИО2, действующие на основании доверенности от ... (л.д.58) возражали против удовлетворения требований истца в полном объеме, представив соответствующий отзыв (л.д.113-115). Основанием для увольнения послужило наличие приказа о дисциплинарном взыскании от 25.03.2019, служебная записка начальника ПСО Щ.. от 08.07.2019 и акт служебного расследования от 12.07.2019. Порядок и сроки увольнения были соблюдены. Служебная записка была написана Щ.. 08.07.2019. Оспаривали работу ФИО4 без замечаний в течение 17 лет, т.к. с ним неоднократно проводились беседы по поводу его поведения, претензии имелись как со стороны руководство ПСО, так и со стороны персонала дежурной смены ЕДДС, которая является органом, уполномоченным на принятие решения об использовании дежурной смены ПСО для выезда к месту происшествия. Имелось дисциплинарное взыскание в 2012 году.

Дополнительно пояснили, что с приказом о выговоре от 25.03.2019 истец был ознакомлен сразу по выходу с больничного 11.04.2019 в присутствии руководителя учреждения Б.. и начальника ЕДДС С.. Приказ он подписал, но дата не была проставлена. При увольнении данный приказ ему не предъявлялся. После вынесения данного приказа ему была выплачена премия в меньшем размере, чем обычно. Письменные объяснения с него были взяты, когда он находился на больничном, но никакого давления на него не оказывалось. День дежурства 16.03.2019 был выходным, поэтому водитель В. не проходил медицинский осмотр.

По вопросу наличия у ФИО4 служебной записки Щ.., датированной 09.07.2019 пояснить затруднились, возможно, она была ему распечатана с неправильным числом. Отметили, что содержание служебной записки от 09.07.2019, имеющейся у ФИО4, идентично содержанию служебной записки от 08.07.2019, приобщенной к материалам дела с их стороны.

К исковому требованию о признании незаконным приказа от 25.03.2019 просили применить последствия пропуска 3-х месячного срока обращения в суд, т.к. ФИО4 был ознакомлен с приказом в день выхода с больничного 11.04.2019.

Выслушав стороны, допросив свидетелей, изучив материалы дела, заслушав заключение прокурора, считавшего необходимым в иске отказать, суд приходит к следующему.

В соответствии с п.5 ст.81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях:

5) неоднократного неисполнения работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание;

В ходе судебного разбирательства установлено, что в соответствии с записями в трудовой книжке (л.д.15-16) 01.08.2005 ФИО4 был принят в Муниципальное учреждение «Управление гражданской защиты г.Владимира» в порядке перевода из управления по делам ГО и ЧС г.Владимира на должность ....... 02.05.2006 ему присвоена квалификация ....... 10.10.2008 присвоена квалификация ....... Приказом от 11.09.2019 он был уволен за неоднократное неисполнение трудовых обязанностей ...... ТК РФ.

В трудовом договоре от 20.04.2009 (л.д.21) отражено, что ФИО4 был принят на работу в структурное подразделение «поисково-спасательный отряд» (далее ПСО).

В соответствии со служебной запиской начальника ПСО Щ. от 19.03.2019 (л.д.150) в период его нахождения на межрегиональных соревнованиях по биатлону 16.03.2019 в 17-56 на его служебный телефон сообщили, что водитель дежурной смены В. находился в нетрезвом состоянии во время управления дежурным автомобилем и проведения аварийно-спасательных работ по ликвидации последствий ДТП. В 18-02 он позвонил спасателю ПСО С. и попросил его заступить в составе дежурной смены на круглосуточное дежурство. В 18-05 он позвонил старшему дежурной смены ФИО4 и оперативному дежурному ЕДДС и запретил выезжать до прибытия С. В 19-30 С. прибыл на дежурство.

В период с 18.03.2019 по 08.04.2019 ФИО4 был освобожден от работы в связи с временной нетрудоспособностью (листки нетрудоспособности л.д.34-35).

19.03.2019 издан приказ о проведении служебного расследования в целях установления обстоятельств совершения проступков и соблюдения требований законодательства (л.д.151). В приказе указано, в том числе, заместителю начальника ПСО Б. запросить у спасателей 1 класса ПСО В. и ФИО4 письменные объяснения.

21.03.2019 ФИО4 в объяснительной записке указал, что 16.03.2019 заступил на смену. При заступлении ему показалось, что В. был не трезвый, ФИО4 сказал ему, чтобы шел спать. В течение смены он не заметил, что В. выпивает, поэтому не предпринял действий по вызову замены водителя (л.д.154)

21.03.2019 В. в объяснительной записке указал, что 16.03.2019 дежуря на сутках по своей глупости позволил себе выпить. Считает себя виноватым и просит извинений (л.д.153).

В соответствии с актом служебного расследования от 22.03.2019, утвержденным 25.03.2019 (л.д.156) комиссией в составе начальника ЕДДС С.., ведущего специалиста А. и заместителя начальника ПСО Б. установлено, что 16.03.2019 старший смены ФИО4 заметил, что В.. находится в нетрезвом состоянии, однако мер к недопущению В.. к исполнению служебных обязанностей не предпринял, руководству ПСО и ОД ЕДДС не доложил, ограничившись предложением ФИО6 пойти выспаться в комнате отдыха. 16.03.2019 в 16:40 дежурная смена ПСО выехала по месту ДТП, где представителями других экстренных оперативных служб, прибывших к месту аварии, В.. был замечен находящимся в состоянии алкогольного опьянения, о чем в 17:56 был извещен по телефону начальник ПСО Щ. Факт нахождения в состоянии алкогольного опьянения В. признал, медицинское освидетельствование не проводилось. Старший дежурный смены ПСО ФИО4, обнаруживший, что подчиненный находится в состоянии алкогольного опьянения, не принял мер к недопущению В. к исполнению служебных обязанностей, руководству не доложил, не контролировал водителя в результате чего, тот продолжил употреблять алкоголь. В действиях ФИО4, как старшего дежурной смены ПСО, усматриваются нарушения должностных обязанностей №1.4, а именно пп.1.4, 2.1, 3.3, 3.6, 3.9, 3.10. Комиссия пришла к выводу о привлечении к дисциплинарной ответственности В. в виде выговора и ФИО4 в виде выговора.

На данном акте имеются подписи членов комиссии, а также об ознакомлении подписи В. и ФИО4 (л.д.158). Даты около подписей не проставлены.

Приказом №№... от 25.03.2019 (л.д.32) в связи с невыполнением требований должностных инструкций спасателем 1 класса ПСО ФИО4, выразившемся в ненадлежащем исполнении работником своих должностных обязанностей к ФИО5 применено дисциплинарное взыскание в виде выговора. Пунктом 3 приказа установлено довести приказ до сведения ФИО4 Контроль за исполнением приказа оставлен за начальником Управления – Б.. В качестве основания приказа указаны материалы служебного расследования. На приказе имеется подпись ФИО4 без указания даты.

Статьей 193 ТК РФ предусмотрено, что приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Достоверно установлено, что в документах по приказу от 25.03.2019 имеется подпись ФИО4 с датой 21.03.2019 на объяснительной записке (л.д.154) и без даты ознакомления на акте служебного расследования от 22.03.2019 (л.д.156) и приказе от 19.03.2019 (л.д.151).

При этом суд отклоняет довод стороны истца о том, что дата ознакомления является обязательным реквизитом приказа о применении дисциплинарного взыскания. Обязательное наличие даты ознакомления не предусмотрено нормами ТК РФ.

Суд критически относится к доводу представителя истца о том, что ФИО4 узнал о наличии у него дисциплинарного взыскания по приказу от 25.03.2019 только при им получении трудовой книжки 11.09.2019. Данное утверждение опровергается материалами дела.

Первым рабочим днем истца после временной нетрудоспособности с 18.03.2019 по 08.04.2019 было 11.04.2019, что подтверждается табелем рабочего времени (л.д.214).

Из показаний свидетеля С.., начальника единой дежурно-диспетчерской службы МКУ «Управление гражданской защиты г.Владимира», данных в судебном заседании 25.11.2019, следует, что после выхода с больничного ФИО4 в присутствии С.. в кабинете начальника МКУ ВУГЗ непосредственно начальником МКУ ВУГЗ Б.. был зачитан приказ об объявлении выговора ФИО4 Одновременно Б. был дан ФИО4 для подписи документ, который ФИО4 подписал. Это было в апреле 2019 года, точной даты он не помнит. Также ему известно, что в апреле 2019 года, ФИО4 после получения расчетного листа, в котором были уменьшены выплаты за оперативную готовность и премии по итогам работы за месяц, во время дежурства в присутствии работников ПСО подошел к сотруднику В., предъявил данный документ и потребовал возвращения денежных средств, ссылаясь на то, что денежные средства были взысканы с него из-за выходки В. (протокол судебного заседания от 25.11.2019 л.д.187-191).

Согласно показаниям свидетеля К. – специалиста МКУ «Управление гражданской защиты г.Владимира» она лично 11.04.2019 подошла к ФИО4 и сообщила, что он вызван к начальнику Управления. Ее рабочее место расположено в приемной начальника Управления. В кабинете находились ФИО4, С.. и начальник Управления Б.. Впоследствии Б.. вынес ей подписанный приказ от 25.03.2019. В апреле 2019 года она сложила данный приказ в наряд. 11.09.2019 ФИО4 у нее в кабинете знакомился с приказом об увольнении, расписался в данном приказе, в журнале движения трудовых книжек и в карточке формы Т-2. В этот день иных документов на подпись она ему не давала. Приказ от 25.03.2019 для ознакомления не предъявляла (протокол судебного заседания от 29.11.2019 л.д.223-229).

Согласно письменным пояснениям начальника МКУ «ВУГЗ» Б.., заверенным и.о. начальника отдела документационного обеспечения А.., он 11.04.2019 пригласил в свой кабинет спасателя ФИО4 и довел до его сведения содержание приказа от 19.03.2019 №№.... ФИО4 расписался на приказе и был с ним согласен (л.д.217).

Из представленных приказов о премировании усматривается, что 25.02.2019 ФИО4 вместе с другими работниками Управления был премирован за февраль 2019 года в размере ......% должностного оклада (л.д.203-204) и ему установлена надбавка к должностному окладу в размере ......% от оклада по итогам работы за февраль 2019 года (л.д.205). В приказах от 26.03.2019 и от 25.03.2019 в перечне премируемых работников по итогам работы за март 2019 года ФИО4 отсутствует (л.д.206-208). По итогам работы за апрель истец вновь премирован наряду с другими сотрудниками (приказы от 22.04.2019 – л.д.209-211).

В расчетных листках за март и апрель2019 года, подписанных ФИО4, явно просматривается наличие ежемесячной премии в апреле 2019 года и отсутствии данной выплаты в марте 2019 года (л.д.2012).

Оценивая представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что ФИО4 узнал об изданном 25.03.2019 приказе о применении дисциплинарного взыскания в виде выговора в апреле 2019 года, после окончания периода временной нетрудоспособности.

Дополнительно суд учитывает, что ФИО4 был ознакомлен и с актом служебного расследования от 22.03.2019, где были описаны факты и обстоятельства, послужившие основанием для применения дисциплинарного взыскания и сделан вывод о необходимости объявления выговора ФИО4 Подпись ФИО5 на данном акте не оспаривалась. При этом из пояснений стороны истца следует, что именно 11.09.2019 на данном документе работник не расписывался.

Кроме того, в связи с неявкой истца на все судебные заседания с момента заявления дополнительного искового требования о признании приказа от 25.03.2019 незаконным (заявлено в судебном заседании 15.11.2019) его устные пояснения по данному вопросу о конкретных обстоятельствах ознакомления с данным приказом отсутствуют.

Также утверждение стороны истца о получении информации о наличии выговора от 25.03.2019 только 11.09.2019 опровергается подписью ФИО4, датированной 05.09.2019 на акте служебного расследования от 12.07.2019, в котором имеется ссылка на выговор 25.03.2019. (л.д.105-106).

В соответствии со ст.392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

Пунктом 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 установлено, что признав причины пропуска срока уважительными, судья вправе восстановить этот срок (часть третья статьи 390 и часть третья статьи 392 ТК РФ).

Стороной ответчика заявлено о применении к исковому требованию о признании приказа от 25.03.2019 последствия пропуска 3-х месячного срока обращения в суд.

Стороной истца заявлено ходатайство о восстановлении срока обращения в суд по обжалованию приказа от 25.03.2019 в связи с отсутствием письменной даты ознакомления и утверждением об ознакомлении с приказом при увольнении (л.д.198-200).

С учетом имеющегося спора по дате ознакомления с приказом, суд считает возможным восстановить истцу срок обращения в суд с требованием об обжаловании приказа от 25.03.2019 и рассмотреть вопрос о его законности по существу.

Частью 2 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работник обязан, в частности, добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину, соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда.

В соответствии с частью 1 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка; привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

За совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям (часть 1 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу. За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт (части 1 - 6 данной статьи).

Если в течение года со дня применения дисциплинарного взыскания работник не будет подвергнут новому дисциплинарному взысканию, то он считается не имеющим дисциплинарного взыскания (часть 1 статьи 194 Трудового кодекса Российской Федерации).

Изучив содержание оспариваемого приказа, приложенные документы служебного расследования, суд приходит к выводу, что работодателем соблюдена процедура применения дисциплинарного взыскания, установленная статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации. В частности, у ФИО4 было отобрано письменное объяснение (л.д.155), после окончания периода нетрудоспособности 11.04.2019 он ознакомлен с актом служебного расследования и приказом от 25.03.2019, о чем имеется его подпись.

Отобрание письменных объяснений в период временной нетрудоспособности законодательством не запрещено. Оказание давление работодателя на работника при написании им объяснительной стороной истца не доказано. Рукописный текст объяснительной записан лично истцом, в нем отражены обстоятельства взаимодействия ФИО4 и В.. 16.03.2019 (л.д.155). После окончания временной нетрудоспособности от истца заявлений в адрес работодателя об отзыве объяснительной, а также иных ходатайств по инциденту 16.03.2019 не поступало.

Сроки, установленные ст.193 Трудового кодекса Российской Федерации ответчиком также соблюдены. Приказ вынесен в течение месяца с момента совершения дисциплинарного проступка и доведен до сотрудника после выхода с больничного. Запрета на вынесение приказа о дисциплинарном взыскании (за исключением увольнения) в период временной нетрудоспособности работника Трудовой кодекс не содержит.

Работа ФИО4 в качестве ...... 16.03.2019 не оспаривался и подтверждается графиком несения дежурства (л.д.149). Пунктом 3.6 должностных обязанностей №1.4. спасателя-старшего дежурной смены ПСО установлена обязанность отстранять от работы сотрудников, неспособных выполнить свои обязанности, направлять их на предварительное медицинское освидетельствование, составив акт и рапорт на имя руководства (л.д.39).

Факт нахождения 16.03.2019 спасателя-водителя В.. в состоянии алкогольного опьянения подтверждается его объяснительной (л.д.153). ФИО4 в своей объяснительной также прямо указывает, что ему показалось, что В. был не трезвый (л.д.154). Однако несмотря на наличие такого предположения, ФИО4 в нарушение п.3.6 должностных обязанностей №1.4. не отстранил В. от работы до выяснения его состояния здоровья, не составил акт и рапорт на им руководства, не довел до руководства имеющиеся у него сомнения в трезвости сотрудника его смены. Более того, ФИО4 допустил В.. до выезда по вызову на ДТП.

Таким образом, факт ненадлежащего исполнения трудовых обязанностей ФИО7 16.03.2019, выразившийся в неисполнении обязанности, предусмотренной пунктом 3.6 должностных обязанностей №1.4, нашел свое подтверждение.

При наложении данного дисциплинарного взыскания работодателем были учтены тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

С учетом изложенного, у суда отсутствуют основания для признания приказа от 25.03.2019 №19 о применении дисциплинарного взыскания в виде выговора – незаконным.

Согласно пункту 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 33 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при разрешении споров лиц, уволенных по пункту 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за неоднократное неисполнение без уважительных причин трудовых обязанностей, следует учитывать, что работодатель вправе расторгнуть трудовой договор по данному основанию при условии, что к работнику ранее было применено дисциплинарное взыскание и на момент повторного неисполнения им без уважительных причин трудовых обязанностей оно не снято и не погашено. Применение к работнику нового дисциплинарного взыскания, в том числе и увольнение по пункту 5 части 1 статьи 81 Кодекса, допустимо также, если неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей продолжалось, несмотря на наложение дисциплинарного взыскания.

По делам о восстановлении на работе лиц, уволенных по пункту 5 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, на ответчике лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что: 1) совершенное работником нарушение, явившееся поводом к увольнению, в действительности имело место и могло являться основанием для расторжения трудового договора; 2) работодателем были соблюдены предусмотренные частями третьей и четвертой статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации сроки для применения дисциплинарного взыскания. При этом следует иметь в виду, что: а) месячный срок для наложения дисциплинарного взыскания необходимо исчислять со дня обнаружения проступка; б) днем обнаружения проступка, с которого начинается течение месячного срока, считается день, когда лицу, которому по работе (службе) подчинен работник, стало известно о совершении проступка, независимо от того, наделено ли оно правом наложения дисциплинарных взысканий; в) в месячный срок для применения дисциплинарного взыскания не засчитывается время болезни работника, пребывания его в отпуске, а также время, необходимое на соблюдение процедуры учета мнения представительного органа работников (часть третья статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации) (пункт 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").

При рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 5 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, или об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.) (абзац первый пункта 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").

По смыслу изложенных норм Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению работник может быть уволен на основании пункта 5 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации только при условии неоднократного нарушения работником трудовых обязанностей без уважительных причин. Нарушение трудовых обязанностей признается неоднократным, если, несмотря на дисциплинарное взыскание, которое не снято и не погашено, со стороны работника продолжается или вновь допускается виновное неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей. В этом случае к работнику возможно применение нового дисциплинарного взыскания, в том числе увольнения.

Для обеспечения объективной оценки фактических обстоятельств, послуживших основанием для увольнения работника, и для предотвращения необоснованного применения к работнику дисциплинарного взыскания работодателю необходимо соблюсти установленный законом порядок применения к работнику дисциплинарного взыскания, в том числе затребовать у работника письменное объяснение. За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание. При проверке в суде законности увольнения работника по пункту 5 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, какие конкретно нарушения трудовых обязанностей были допущены по вине работника, явившиеся поводом к увольнению, с указанием дня обнаружения проступка, а также доказательства соблюдения порядка привлечения работника к дисциплинарной ответственности и того, что при наложении на работника дисциплинарного взыскания учитывались тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Приказом от 11.09.2019 № №... (л.д.161) ФИО4 был уволен за неоднократное неисполнение работником без уважительных причин трудовых обязанностей, при наличии дисциплинарного взыскания, п.5 ч.1 ст.81 ТК РФ.

В качестве основания вынесения приказа указана служебная записка начальника ПСО Щ.. от 08.07.2019 и приказ от 25.03.2019 №№... «О применении дисциплинарного взыскания». ФИО4 ознакомлен с данным приказом 11.09.2019.

В материалы дела стороной истца представлена служебная записка начальника ПСО Щ.., датированная 09.07.2019 (дата в печатном виде) – л.д.24-25. По объяснениям представителя истца данный документ был выдан ФИО4 для дачи объяснений.

Стороной ответчика в судебное заседание представлена абсолютно идентичная по содержанию и по расположению текста служебная записка Щ.., но уже с визой руководителя, датированная 08.07.2019 (л.д.219).

Принимая во внимание идентичное содержание обеих служебных записок, суд считает, что права работника не нарушены вручением ему для дачи объяснений докладной записки, датированной 09.07.2019.

В докладной записке Щ.. отражено следующее (л.д.219-220):

- 13.06.2019 в 7:45 во время передачи смены ФИО4 вместо того, чтобы в соответствии с распорядком дня, передать смену отсутствовал в установленном для несения дежурства месте, занимался в спортивном зале. Им были не в полной мере и с замечаниями заполнены журнал «Дежурной смены» и «Проведения поисково-спасательных работ». На замечания Щ.. отвечал в хамской и грубой форме.

- 02.07.2019 во время передачи смены ФИО4 отказался переустанавливать лестницу, дежурный автомобиль остался не укомплектован, что снизило готовность дежурной смены для проведения АСР.

- 02.07.2019 ФИО4 получил задание дежурной мены по уборке автомобиля. Обслуживать автомобиль он не вышел, уборку провели спасателя В.. и Щ..

- 03.07.2019 во время передачи смены ФИО4 отказался обслуживать инструмент после проведения работ, проигнорировав замечания старшего смены Т. Спасатели В.. и Щ.. задержались и обслужили инструмент, при это ФИО4 просто уехал из расположения ПСО.

- 07.07.2019 в 7 часов 50 минут (во время передачи смены) ФИО4 уехал из расположения ПСО (окончание дежурства 8.00) не передав смену, проигнорировав замечания старшего смены Т.. В ходе дежурства не выполнил задания Щ.. по уборке из гаража своих шин и демонтаже стекол в спортивном зале, которые он разбил.

Также в служебной записке отражено мнение Щ.. о нарушении ФИО4 пунктов 1.3, 3.19, 3.20 Должностных обязанностей №1.3 ...... и пунктов 3.17, 3.18 Должностных обязанностей №1.4 ....... Просит провести служебное расследование по факту нарушения трудовой дисциплины спасателем ФИО4

В соответствии с актом от 11.07.2019 ФИО4 отказался от составления объяснительной по существу совершенных им действий 13.06.2019, 02.07.2019, 03.07.2019 и 07.07.2019, т.к. все объяснения планирует дать после консультации с юристом (л.д.102).

12.07.2019 ФИО4 представил письменные объяснения (л.д.26-27), согласно которым 13.06.2019 в 7 часов 50 минут с Щ. у него произошел конфликт. Претензия Щ. об опоздании в комнату для передачи дежурств была выражена в нецензурной форме, что унижало честь и достоинство ФИО4 и оскорбляло его. В комнату для передачи смены он подошел в 7:54. По заполнению журнала с ним не проводилось индивидуальных занятий, поэтому он его заполняет как считает нужным для фиксации полноты информации.

По вопросу переустановки лестницы 2.07.2019 ему известно, что данный инвентарь не сертифицирован как поисково-спасательный инструмент, спасатели не обучены технике безопасности по работе с ним. Он считает невозможным проведение в составе смены работы с этим инвентарем.

По вопросу уборки автомобиля 02.07.2019, им была запланирована уборка на вечернее время, но спасатели его смены по собственной инициативе провели уборку в первой половине дня. Автомобиль был убран.

03.07.2019 обслуживание инвентаря было произведено силами его смены. Инструмент был обслужен. Смена сдана. Он покинул рабочее место по окончании рабочего времени.

07.07.2019 при передаче смены он находился в комнате передачи дежурств. До 07:53 новая смена не вошла в здание, а находилась у входа в Управление. Он вышел к ним, сообщив, что по окончании рабочего времени ему необходимо покинуть территорию ПСО. Возражений со стороны старшего смены не поступило. Прогрев машину, он покинул территорию ПСО в 8:01.

Считает, что у Щ.. к нему имеется личная неприязнь. Он не считает себя работником, совершившим дисциплинарный проступок.

12.07.2019 комиссией в составе начальника ЕДДС С.., ведущего специалиста К. и заместителем начальника ПСО Б.. составлен акт служебного расследования по факту нарушения трудовых обязанностей ФИО4 В акте отражены события, перечисленные в служебной записке Щ.. (л.д.103-106).Указано на нарушения ФИО4:

- 13.06.2019 и 07.06.2019 пунктов 1-3 Инструкции дежурной смены ПСО (приложение 2 к приказу начальника МКУ от 09.01.2019 №№...),

- 02.07.2019 и 03.07.2019 пунктов 3.22, 3.23 Инструкции №1.3,

а также пунктов 1.3, 3.1, 3.19, 3.20, 3.22 Инструкции №1.3 и пунктов 1.3, 1.6, 2.2, 3.5, 3.16, 3.17, 3.18 Инструкции №1.4.

В акте отражено наличие у ФИО4 не снятого дисциплинарного взыскания в виде выговора от 25.03.2019 и выводы о наличии в действиях ФИО4 состава дисциплинарного проступка. Указано на совершение работником действий осознанно и демонстративно в присутствии других сотрудников, что не могло не повлечь негативных последствий для поддержания необходимого уровня трудовой дисциплины в подразделении повышенного риска. Рекомендовано привлечь ФИО4 к дисциплинарной ответственности и применить дисциплинарное взыскание в виде выговора, рассмотреть вопрос о расторжении трудового договора по инициативе работодателя с ФИО4 по п.5 ст.81 ТК РФ.

В качестве приложений к акту указаны: служебная записка начальника ПСО Щ.., объяснительные записки В. Щ. Щ.., Б.., Т.., С.., ФИО4

В соответствии с приказом от 12.07.2019 №№... начальник МКУ ВУГЗ в связи с нахождением ФИО4 в ежегодном отпуске с 12.07.2019 по 20.08.2019 решил рассмотреть вопрос о применении меры дисциплинарного воздействия после выхода ФИО4 на работу (л.д.33).

В период с 12.07.2019 по 20.08.2019 ФИО4 находился в очередном оплачиваемом отпуске (приказ от 24.06.2019 №№... – л.д.159).

В период с 19.08.2019 по 02.09.2019 ФИО4 был освобожден от работы в связи с временной нетрудоспособностью (листок нетрудоспособности от 19.08.2019 л.д.119).

Согласно табелю учета рабочего времени первым рабочим днем после отпуска было 5.09.2019 (л.д.160).

Приказ об увольнении издан принят 11.09.2019 (л.д.161).

В силу ст.193 Трудового кодекса Российской Федерации дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Как усматривается из служебной записки начальника ПСО Щ.. о нарушении ФИО4 должностных обязанностей, имевшем место 13.06.2019, ему стало известно 13.09.2019, т.к. именно он делал замечания данному работнику (л.д.219).

В соответствии с п.1.3 должностных обязанностей №1.4 ...... (л.д.38), а также п.1.3. должностных обязанностей №1.3 ...... (л.д.40) спасатель подчиняется, в том числе, начальнику ПСО, то есть составителю служебной записки Щ.

Истец находился в очередном отпуске и на больничном с 12.07.2019 по 4.09.2019.

Таким образом, работодатель мог привлечь к дисциплинарной ответственности ФИО4 за нарушение должностных обязанностей, имевших место 13.06.2019 в срок до 13.07.2019, а с учетом отпуска и больничного, в срок до 06.09.2019.

Однако, данный пресекательный срок при вынесении приказа от 11.09.2019 был пропущен, в связи с чем, предполагаемое ответчиком действие (бездействия) истца, имевшее место 13.07.2019 не может являться основанием для применения к нему дисциплинарного взыскания.

Вместе с тем, установленный ст.193 ТК РФ срок привлечения к дисциплинарной ответственности по действиям ФИО4, имевшим место 02.07.2019, 03.07.2019 и 06-07.07.2019, при вынесении приказа от 11.09.2019 не пропущен.

02.07.2019 ФИО4, являясь по графику дежурства (л.д.94) старшим дежурной смены, при заступлении на смену отказался выполнять требования начальника ПСО Щ.. о переустановке лестницы на дежурный автомобиль.

03.07.2019 ФИО4, сдавая смену, как старший дежурной смены, отказался обслуживать инструмент (бензопилу) после проведения работ.

Данные факты подтверждается служебной запиской Щ.. от 08.07.2019 (л.д.220), а также объяснительными записками зам. начальника ПСО Б.. (л.д.96), спасателя ПСО Щ.. (л.д.98), спасателя ПСО Щ.. (л.д.99), спасателя ПСО Т.. (л.д.100), спасателя ПСО С.. (л.д.101), актом служебного расследования (л.д.103-105).

Пунктами 2.1-2.2 должностных обязанностей №1.4 спасателя-старшего дежурной смены ПСО предусмотрено, что на старшего дежурной смены возлагаются функции руководства сменой в ходе выполнения АСР при ЧИ и контроль за содержанием в исправном состоянии аварийно-спасательных автомобилей, аварийно-спасательного оборудования, инструмента и снаряжения в готовности к действиям по предназначению (л.д.38).

Пунктом 3.1 должностных обязанностей №1.4 спасателя-старшего дежурной смены ПСО установлено, что старший смены также должен выполнять обязанности спасателя ПСО (л.д.38).

Согласно пункту 3.23 должностных обязанностей №1.3 спасателя дежурной смены ПСО, спасатель обязан содержать в постоянной готовности к применению по предназначению штатные технические средства спасения, связи, СИЗОД, АСИ, АСО и специальную экипировку, находящуюся в его личном распоряжении (л.д.42).

Пунктом 3.1. должностных обязанностей №1.3 спасателя дежурной смены ПСО предусмотрено, что спасатель должен соблюдать трудовую дисциплину, условия трудового договора и установленного порядка подчиненности (л.д.41).

Пунктом 2.2.2 трудового договора (л.д.21) на работника возложены обязанности, в том числе, соблюдать требования по обеспечению безопасности труда.

Как усматривается из Инструкции №3.10 по охране труда спасателей ПСО при работе с применением переносных лестниц и стремянок (л.д.71) переносная лестница относится к инструменту, используемому ПСО при проведении работ.

В соответствии с табелем оснащения дежурного автомобиля ПСО (л.д.146) лестница универсальная относится к инструменту, которым, в том числе, подлежит оснащению дежурный автомобиль.

Инструкцией №3.6 по охране труда спасателей ПСО при работе с бензопилой предусмотрено по окончании работы обязательная очистка бензопилы (пункт 5.1).

Таким образом, ФИО4 02.07.2019, отказавшись исполнить указание непосредственного руководителя Щ. об установке спасательного инструмента лестницы на дежурный автомобиль нарушил п.3.23. Должностных обязанностей №1.3., предусматривающий содержание в постоянно готовности к применению штатные средства спасения.

Также ФИО4 03.07.2019, отказавшись участвовать в очистке использованного его сменой инструмента нарушил п.3.1. Должностных обязанностей №1.3 в части несоблюдения инструкции по охране труда при работе с бензопилой.

Суд отклоняет довод стороны истца о невозможности использовать лестницу в связи с отсутствием сертификации у данного средства, так как постановлением Правительства РФ от 01.12.2009 №982 "Об утверждении единого перечня продукции, подлежащей обязательной сертификации, и единого перечня продукции, подтверждение соответствия которой осуществляется в форме принятия декларации о соответствии" в перечень продукции, подлежащей сертификации лестница не включена.

Суд считает необоснованным довод стороны истца о наличии обязанности у старшего смены только по контролю за работами подчиненных по очистке инструмента, поскольку данное утверждение прямо противоречит пункту 3.1 должностных обязанностей №1.4 спасателя-старшего дежурной смены ПСО, который предусматривает непосредственное выполнение обязанностей спасателя и старшим дежурной смены.

Кроме того, как усматривается из объяснительной старшего дежурной смены Т.., заступившего после смены ФИО4, инструмент был приведен в порядок после ухода ФИО4 (л.д.100).

Во время дежурной смены с 06.07.2019 по 07.07.2019 ФИО4, являясь старшим дежурной смены ПСО, на замечание начальника ПСО Щ.. об уборке собственных шин из гаража не отреагировал, шины в течение смены и по окончании смены не убрал.

Указанный факт также зафиксирован в служебной записке Щ.., в акте расследования и по существу стороной истца не оспаривался.

В соответствии с представленной схемой закрепления помещений помещение «гараж» закреплено за ПСО (л.д.166).

При этом пунктом 3.16 должностных обязанностей №1.4 спасателя-старшего дежурной смены ПСО предусмотрена организация уборки и поддержания в чистоте помещений и территорий, закрепленных за дежурной сменой ПСО (л.д.39).

Пунктом 3.22. должностных обязанностей №1.3 спасателя дежурной смены ПСО установлено, что спасатель обязан поддерживать чистоту и порядок на территории и в помещениях, закрепленных за дежурной сменой во время несения дежурства (л.д.42).

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что отказ убрать личные шины из гаража, относящегося к территории ПСО как во время смены, так и непосредственно сразу после смены, является нарушением со стороны работника пункта 3.16 должностных обязанностей №1.4 и пункта 3.22. должностных обязанностей №1.3 спасателя дежурной смены ПСО.

Довод истца о том, что шины хранились с весны 2019 года не свидетельствует о правомерности действий работника по отказу в их уборке.

Судом достоверно установлено, что ФИО4 07.07.2019 в 7:50, не осуществив надлежащим образом сдачу дежурства следующей смены, покинул здание Управления.

Данный факт по существу не оспаривался стороной истца, полностью подтверждается содержанием вышеуказанных служебной и объяснительных записок, актом расследования и просмотренной в судебном заседании 8.11.2019 видеозаписью (протокол судебного заседания от 8.11.2019 л.д.122-125). Диск с записью приобщен к материалам дела (л.д.107).

В соответствии с приказом от 09.01.2019 №3 график дежурной смены установлен с 8.00 до 8.00 следующего дня (л.д.86). Согласно распорядку дня дежурной смены ПСО сдача дежурства происходит с 7.45 до 8.00 (л.д.89).

Алгоритм действий при сдаче дежурства зафиксирован в Инструкции дежурной смены ПСО (л.д.90), где отражено, что старший дежурной смены при сдаче дежурства с 7.45 до 8.00 обязан доложить о проделанной работе за сутки, проведенных АСР, замечаниях, неисправностях оборудования, инструмента и автотранспорта, закрепленного за дежурной сменой.

Правилами внутреннего трудового распорядка Управления несение дежурства для ПСО установлено с 8.00 до 8.00 следующего дня (пункт 5.2.2. – л.д.48).

Соблюдение трудовой дисциплины предусмотрено пунктом 3.1 должностных обязанностей №1.3 спасателя дежурной смены ПСО (л.д 41).

Обязанность старшего дежурной смены ПСО организовать передачу имущества, оборудования и автотранспорта следующей смене по окончании дежурства установлена пунктом 3.18 должностных обязанностей №1.4 спасателя-старшего дежурной смены ПСО (л.д.39).

Пунктом 2.2.2 трудового договора (л.д.21) на работника возложены обязанности, в том числе, соблюдать правила трудового распорядка.

ФИО4, покинув здание Управления 07.07.2019 в 7:50, за 10 минут до окончания рабочего времени, не произведя надлежащим образом сдачу дежурства, нарушил вышеуказанные пункты должностных обязанностей.

Довод стороны истца о нахождении в личной машине с 7:50 до 8:00 на территории Управления, огороженной забором, не опровергает установленный факт нарушения трудовой дисциплины. Кроме того, внутренними нормативными актами Управления не предусмотрена сдача дежурства в личной машине старшего смены, а также закрепление личного автотранспорта работников в качестве места исполнения их трудовых обязанностей.

Оценивая представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что работодателем доказаны факты совершения ФИО4 дисциплинарных проступков 02.07.2019, 03.07.2019 и 07.07.2019. При этом ранее ФИО4 привлекался к дисциплинарной ответственности 25.03.2019, данное дисциплинарное взыскание не снято.

Судом установлено, что ответчиком соблюдены сроки и порядок привлечения к дисциплинарной ответственности, установленные ст. 193 ТК РФ. У работника отобрано объяснение, он был ознакомлен со служебной запиской ФИО8, с актом служебного расследования и приказом об увольнении. Претензий по расчету выплат заработной платы и компенсаций стороной истца не заявлялось.

Отсутствие в приказе об увольнении ссылки на конкретные проступки работника и на акт служебного расследования не является основанием для признания приказа незаконным, поскольку нормами Трудового кодекса не предусмотрено обязательное перечисление в приказе неправомерных действий (бездействий) работника и всех документов, послуживших основанием для принятия работодателем соответствующего решения. При этом в приказе имеется ссылка на служебную записку, где перечислены действия истца. Более подробное их отражение с юридической квалификацией в акте расследования не нарушает права работника. До увольнения - 05.09.2019 истец был ознакомлен с данным актом расследования (л.д.106).

Также суд приходит к выводу, что при применении дисциплинарного взыскания МКУ ВУГЗ учитывались тяжесть совершенных истцом проступков и обстоятельства, при которых они были совершены, в том числе характер деятельности учреждения, предполагающий повышенную ответственность, дисциплинированность спасателей ПСО, наличие высокой степень риска при проведении аварийно-спасательных работ.

Из характеристики ФИО4 следует (л.д.143), что наряду с положительными качествами (высокие показатели по физической подготовке, опыт работы в ЧС, энергичность, готовность выполнять опасную работу) руководством отмечены его низкие показатели по теоретической подготовке, ошибки при оформлении документации, отдельные нарушения правил и инструкций, завышенная самооценка, конфликтные отношения с коллективом, отрицательно влияющие на профессиональную деятельность, неадекватное восприятие критики.

Из представленной стороной истца трудовой книжки и копии наградного удостоверения (л.д.17-20, 142) следует, что ФИО4 неоднократно поощрялся. Вместе с тем, последнее поощрение (памятная медаль МЧС России) имели место в 2015 году.

С учетом вышеизложенного, принимая во внимание наличие дисциплинарного взыскания в виде выговора от 25.03.2019, действия работодателя по применению дисциплинарного взыскания 11.09.2019 в виде увольнения по п.5 ч.1 ст.81 ТК РФ соответствуют нормам трудового законодательства.

При таких обстоятельствах у суда отсутствуют основания для отмены приказа от 11.09.2019 и для восстановления истца на работе. Соответственно не подлежат удовлетворению и требования о внесении сведений в трудовую книжку о недействительности записи, о взыскании заработной платы за вынужденный прогул, а также о компенсации морального вреда.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Отказать в полном объеме ФИО4 в иске к МКУ «Управление гражданской защиты г.Владимира» о признании приказов о дисциплинарном взыскании и увольнении незаконными, восстановлении на работе, признании записи в трудовой книжке недействительной, взыскании компенсации вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме в апелляционном порядке во Владимирский областной суд через Фрунзенский районный суд г. Владимира.

Председательствующий судья подпись К.Е.Афанасьева

......

......

......