Апелляционное постановление № 22-2107/2017 от 21 июня 2017 г. по делу № 22-2107/2017

Судья 1 инстанции – Смирнов С.П. № 22-2107/2017


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

22 июня 2017 года г. Иркутск

Суд апелляционной инстанции Иркутского областного суда в составе председательствующего Морозова С.Л.,

при секретаре Кузнецовой Д.Е.,

с участием осужденного ФИО2 – посредством видеоконференц-связи,

защитника адвоката Болдыревой И.В., прокурора Пашинцевой Е.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО2 на приговор Нижнеилимского районного суда (данные изъяты), которым

ФИО2 родившийся (данные изъяты), гражданин РФ, ранее судимый:

-Дата изъята Братским городским судом <адрес изъят> по п.«а» ч.3 ст.158 УК РФ к 1 году лишения свободы, освобожден по отбытию наказания Дата изъята ;

-Дата изъята Центральным районным судом <адрес изъят> по п.«в» ч.2 ст.158, ч.1 ст.158, ч.1 ст.158 УК РФ, на основании ч.2 ст.69 УК РФ к 2 годам 4 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима;

-Дата изъята мировым судьей судебного участка Номер изъят в <адрес изъят> исполняющим обязанности мирового судьи судебного участка Номер изъят в <адрес изъят> по ч.1 ст.158 УК РФ к 10 месяцам лишения свободы, в соответствии с ч.5 ст.69 УК РФ (с приговором Центрального районного суда <адрес изъят> от Дата изъята ) к 3 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима;

осужден по п.«в» ч.2 ст.158 УК РФ на 2 года лишения свободы.

В соответствии с ч.5 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, назначенных по настоящему приговору и по приговору мирового судьи судебного участка Номер изъят в <адрес изъят> исполняющего обязанности мирового судьи судебного участка Номер изъят в <адрес изъят> от Дата изъята , назначено ФИО2 3 года 6 месяцев лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Зачтено в срок отбывания наказания время содержания под стражей с 17 марта 2016 года по 21 марта 2017 года включительно.

Приговором также разрешены вопросы о мере пресечения, прекращении производства по гражданскому иску, освобождении осужденного от процессуальных издержек и судьбе вещественных доказательств.

Изложив содержание обжалуемого приговора, существо апелляционной жалобы и возражения на нее, заслушав выступления осужденного, защитника и возражения прокурора, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Указанным приговором суда ФИО2 признан виновным в краже с причинением значительного ущерба гражданину, совершенной 16 января 2016 года в <адрес изъят>, при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2 указывает, что приговор незаконный, необоснованный, несправедливый, вынесен с нарушениями уголовного и уголовно-процессуального закона и подлежит отмене. В обоснование жалобы осужденный приводит следующие доводы. Судом не было установлено обстоятельств, связанных с мотивами и целями преступления. При даче им показаний на следствии адвокат не присутствовал, чем нарушено право на защиту. В суде отказано в удовлетворении ходатайства об исследовании видеозаписи следственных действий, что убедило бы в отсутствии адвоката. Когда он (ФИО2) не знал о возбуждении уголовного дела, то связывался с потерпевшим, сообщал о местонахождении имущества, предлагал возместить убытки, на что потерпевший не согласился. В суде потерпевший подтвердил, что он (ФИО2) брал его вещи в личное пользование. Осужденный в жалобе ссылается на то, что умысла на кражу не имел и приводит разъяснения Пленума Верховного Суда РФ (пункты 1 и 7 постановления от 27 декабря 2002 года № 29 (ред. от 3 марта 2015 года №9), что под хищением понимается совершенное с корыстной целью противоправное, безвозмездное изъятие или обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившее ущерб собственнику; не образуют состав кражи противоправные действия, направленные на завладение чужим имуществом с целью его временного использования с последующим возвращением собственнику. Считает, что судом нарушены ч.4 ст.7, ч.1 ст.9, ч.3 и ч.4 ст.14, ч.2 ст.16, ч.1 ст.17 УПК РФ. Указывает о несогласии с иском, с оценкой стоимости имущества потерпевшего. Следственными органами не установлена фактическая стоимость похищенного имущества, не проведена экспертиза для выяснения данного вопроса, что могло повлиять на квалификацию преступления. Коме того, прокурором заявлялось ходатайство о вызове в суд следователя для дачи показаний. В судебное заседание следователь не явился, чем нарушен уголовно-процессуальный закон. Судом необоснованно не учтено в качестве обстоятельства смягчающего наказание, наличие малолетнего ребенка, которого он (ФИО2) материально содержит.

Государственный обвинитель Мартынов Г.О. представил возражения на апелляционную жалобу и указал, что оснований для отмены или изменения приговора суда по доводам осужденного ФИО2 не имеется.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции осужденный ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддержал, просил квалифицировать его действия как самоуправство по ч.1 ст.330 УК РФ.

Защитник осужденного – адвокат Болдырева И.В. апелляционную жалобу и позицию ФИО2 в судебном заседании, поддержала в полном объеме.

Прокурор отдела прокуратуры Иркутской области Пашинцева Е.А. просила оставить приговор суда без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Виновность ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного п.«в» ч.2 ст.158 УК РФ, установлена и подтверждается совокупностью собранных по делу и исследованных в судебном заседании доказательств, содержание которых подробно приведено в приговоре.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ, судом установлены, с приведением в приговоре мотивов принятого решения.

Как следует из протокола судебного заседания, судебное следствие проведено с соблюдением требований ст.ст.273-291 УПК РФ, ходатайства сторон, в том числе о предоставлении доказательств, допросе свидетелей, разрешены с указанием мотивов по которым они удовлетворены, либо оставлены без удовлетворения.

Каких-либо противоречий в исследованных доказательствах, которые могут быть истолкованы как подтверждающие позицию защиты о неправильной квалификации содеянного, при проверке уголовного дела не установлено.

Наличие у ФИО2 умысла на тайное хищение чужого имущества, причинившее потерпевшему О.И.А. значительный ущерб, мотивировано со ссылкой на установленные судом обстоятельства. При этом, как усматривается из материалов уголовного дела, судом исследовались все представленные доказательства, которые надлежащим образом оценены с точки зрения относимости, допустимости и достоверности.

Суд в приговоре проанализировал доказательства, на которых основал свой вывод о виновности ФИО2 в совершении преступления, направленного против собственности, а также обоснованно отверг доводы о том, что ФИО2 совершил самоуправные действия в отношении имущества потерпевшего.

С доводами жалобы о том, что ФИО2 не имел корыстной цели, его действия являются самоуправством, суд апелляционной инстанции не может согласиться, исходя из того, что материалами дела не подтверждается наличие у ФИО2 каких-либо предполагаемых прав в отношении имущества О.И.А. – планшетного компьютера, бензопилы и куртки-пуховика.

Более того потерпевший пояснял об отсутствии предполагаемого права у последнего на владение и распоряжение планшетным компьютером, бензопилой и курткой-пуховиком, принадлежащим О.И.А. которые осужденный, после тайного изъятия их у потерпевшего, реализовал по собственному усмотрению, в том числе путем продажи.

Показания осужденного о том, что ранее имелись случаи использования им иного имущества О.И.А., и желании вернуть имущество, не дают основания для вывода о наличии самоуправства в действиях осужденного при обстоятельствах, установленных в настоящем уголовном деле в отношении планшетного компьютера, бензопилы и куртки-пуховика.

Вместе с тем, действия ФИО1, связанные с розыском похищенного имущества, с сообщением информации об обстоятельствах произошедшего, судом в полной мере учтены при оценке данных о личности осужденного. Данные действия признаны смягчающими наказание обстоятельствами.

Судом приведены в приговоре показания ФИО2 в суде первой инстанции, соответствующие его позиции в суде апелляционной инстанции, которые оценены в их совокупности с показаниями потерпевшего, свидетелей, самого ФИО2 в ходе предварительного расследования, и отвергнуты в той части, в которой не подтверждают установленные обстоятельства, не согласуются с иными доказательствами.

Учитывая, что показания ФИО2 в ходе предварительного расследования и в судебном заседании в части умысла на хищение не согласуются друг с другом, суд исследовал имеющиеся противоречия, оценил их и обоснованно признал достоверными данные в ходе предварительного следствия, проверив вопрос их допустимости.

Считать, что потерпевший оговорил ФИО2, а также полагать, что последний себя сам оговорил в ходе досудебного производства в совершении кражи, либо по каким-то иным причинам не доверять этим показаниям, у суда первой инстанции не имелось.

Следственные действия проводились с соблюдением уголовно-процессуального законодательства. Перед началом допроса в качестве подозреваемого ФИО2 разъяснялись права, предусмотренные ст.46 УПК РФ, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств, в том числе при последующем отказе от этих показаний, разъяснены положения ст.51 Конституции РФ, возможность отказаться от дачи показаний.

ФИО2 давал показания с участием адвоката, замечаний и дополнений к содержанию протоколов следственных действий не поступало. В деле имеется заявление ФИО2 об участии именно того адвоката, который фактически осуществлял защиту подозреваемого и обвиняемого.

Данных о производстве видеозаписи допросов ФИО2 материалы уголовного дела не содержат. Соответствующее ходатайство по вопросу просмотра видеозаписи разрешено судом в установленном порядке.

Вопросы о вызове следователя в судебном заседание, об истребовании доказательств, судом разрешались с учетом мнения обеих сторон. Выводы суда в этой части обоснованны и не повлекли лишение либо ущемление прав стороны защиты, ставящее под сомнение судебное решение.

Стоимость похищенного имущества установлена судом в порядке, предусмотренном законом, на основании всех представленных сторонами доказательств, доводы апелляционной жалобы в этой части эти выводы суда первой инстанции не порочат.

Изложенные осужденным в апелляционной жалобе доводы сводятся к переоценке доказательств, которые оценены судом по внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств, как это предусмотрено ст.17 УПК РФ.

Таким образом, правовая оценка содеянного ФИО2 как кража, с причинением значительного ущерба гражданину, соответствует установленным судом фактическим обстоятельствам уголовного дела, и является правильной.

Нарушения уголовно-процессуального закона, которое бы путем лишения или ограничения прав участников судопроизводства, или иным путем повлияло или могло повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, судом апелляционной инстанции не установлено.

В качестве отягчающего наказание обстоятельства обоснованно учтено наличие рецидива преступлений.

Вместе с тем, при назначении наказания ФИО2 суд не в полном объеме учел данные о его личности, в том числе смягчающее наказание обстоятельство – наличие малолетнего ребенка у осужденного, о чем обоснованно указано в апелляционной жалобе.

Так, суд установил, что у ФИО2 имеется малолетний ребенок ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Указание об этом содержит вводная часть приговора.

Данное обстоятельство устанавливалось ранее и признавалось в качестве смягчающего наказание по всем предыдущим вступившим в законную силу приговорам в отношении ФИО2, которые исследовались судом первой инстанции и учтены, поскольку окончательное наказание назначено по правилам ч.5 ст.69 УК РФ.

Таким образом, как на момент совершения преступления в январе 2016 года, так и в настоящее время у ФИО2, который родительских прав в установленном порядке не лишался, и ограничен в них не был, имеется малолетний ребенок.

В соответствии с п.«г» ч.1 ст.61 УК РФ наличие малолетних детей у виновного признается смягчающим наказание обстоятельством.

Однако, судом первой инстанции указанное обстоятельство смягчающим наказание не признавалось, выводы суда в этой части содержат существенные противоречия, повлиявшие на правильное применение уголовного закона и не подтверждаются доказательствами.

Так суд указал, что при допросе свидетеля А.Д.Н. (бывшей супруги ФИО2) установлено, что ФИО2 участия в воспитании и материальном содержании ребенка не принимает, и этот факт не оспаривает.

Вместе с тем, протокол судебного заседания и материалы дела не содержит сведений о том, что указанный вопрос каким-либо образом выяснялся у ФИО2 в ходе судебного разбирательства.

В уголовном деле не имеется данных об избранных родителями ребенка порядке и форме предоставления содержания последнего, а также о том, что ФИО2 уклонялся от исполнения обязанностей по содержанию ребенка, предусмотренных семейным законодательством, что производились какие-либо взыскания с него в случае, если содержание не предоставлялось.

Из исследованных судом показаний ФИО2 в ходе предварительного расследования, которые признаны судом достоверными и положены в основу приговора, следует, что последний занимался воспитанием малолетнего ребенка (Т.1 л.д.89). Согласно исследованному судом рапорту участкового уполномоченного полиции по месту жительства ФИО2 имеет на иждивении малолетнего ребенка (Т.1 л.д.108). Этим сведениям надлежащая оценка в приговоре не дана.

Таким образом, фактически оспариваемые в апелляционной жалобе показания свидетеля А.Д.Н. в указанной части, не подтверждаются доказательствами в их совокупности.

Кроме того, в приговоре суд указал, что не принимает в качестве смягчающего наказание обстоятельства наличие у ФИО2 на иждивении малолетнего ребенка. Связывая отсутствие смягчающего обстоятельства с вопросом нахождения ребенка на иждивении родителя, суд высказался в отношении обстоятельства указанного не таким образом, как оно предусмотрено п.«г» ч.1 ст.61 УК РФ.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции, находит необходимым признать смягчающим наказание ФИО2 обстоятельством, предусмотренным п.«г» ч.1ст.61 УК РФ наличие малолетнего ребенка у виновного.

Каких-либо иных смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ст.61 УК РФ, но не учтенных судом первой инстанции, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Нижнеилимского районного суда Иркутской области от 22 марта 2017 года в отношении ФИО2 изменить, признать смягчающим наказание обстоятельством наличие малолетнего ребенка у виновного, снизить назначенное по п.«в» ч.2 ст.158 УК РФ наказание до 1 года 10 месяцев лишения свободы.

На основании ч.5 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний по настоящему приговору и по приговору мирового судьи судебного участка Номер изъят в <адрес изъят> исполняющего обязанности мирового судьи судебного участка Номер изъят в <адрес изъят> от Дата изъята , окончательно ФИО2 назначить 3 года 4 месяца лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

В остальном приговор Нижнеилимского районного суда Иркутской области от 22 марта 2017 года в отношении ФИО2 оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного ФИО2 удовлетворить частично.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий Морозов С.Л.