Апелляционное определение № 33-1096/2026 33-9776/2025 от 21 января 2026 г.

Судья: ФИО,Докладчик: ФИО

Дело №;№УИД: №


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

Судебная коллегия по гражданским делам Новосибирского областного суда в составе:

председательствующего

ФИО,

судей

ФИО, ФИО.,

при секретаре судебного заседания с участием прокурора

ФИО, ФИО,

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Новосибирске ДД.ММ.ГГГГ апелляционную жалобу <данные изъяты> суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО к <данные изъяты> взыскании компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Новосибирского областного суда ФИО, объяснения истца, представителей истца, заключение прокурора, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

Истец обратился с иском, в котором просила взыскать с <данные изъяты>» компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 рублей, стоимость телефона <***> рублей, оплату услуг представителя в сумме 100 000 рублей, затраты по составлению нотариальной доверенности в сумме 2 686 рублей.

В обоснование заявленных требований указала, что он состоял в трудовых отношениях с ответчиком. ДД.ММ.ГГГГ на производстве случился несчастный случай. В результате несчастного случая истец получил повреждение здоровья, его доставили в больницу в тяжелом состоянии с диагнозом: <данные изъяты> Он находился на лечении более 3 недель, испытывал физические страдания и боролся за жизнь после <данные изъяты>, до настоящего времени проходит лечение, испытывает головные боли, был вынужден уволиться.

Решением Ордынского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования ФИО удовлетворены частично. С <данные изъяты>» в пользу ФИО взыскана компенсация морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве в размере 1 000 000 рублей, судебные расходы по оплате доверенности в размере 2686 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 23 000 рублей.

В остальной части в удовлетворении исковых требований отказано.

Взыскана с <данные изъяты>» госпошлина в доход бюджета в размере 3000 рублей.

С решением суда не согласен ответчик, просит решение суда в части взыскания компенсации морального вреда отменить, принять новое.

В обоснование доводов апелляционной жалобы указано, что решение суда нельзя признать законным и обоснованным, поскольку оно вынесено с нарушением норм права. Апеллянт ссылается на то обстоятельство, что степень вреда здоровья должна была быть определена на основании выводов судебно-медицинской экспертизы, проведенной в рамках уголовного дела. Однако, данное заключение не приобщено к материалам дела.

Также апеллянт полагает, что компенсация морального вреда в настоящем случае должна регулироваться нормами гражданского законодательства.

Считает, что суд не дал оценку тому обстоятельству, что часть средств индивидуальной защиты были изъяты и приобщены к уголовному делу, что опровергает позицию суда об отсутствии средств такой защиты и наличию вины работодателя, а также отсутствие вины работников по неприменению СИЗ.

Также апеллянт полагает, что суд первой инстанции, определяя ко взысканию компенсацию морального вреда в сумме 1 000 000 рублей, не дал никакой оценке перенесенным истцом физическим и нравственным страданиям, не обосновал, в связи с чем полагает, что данная сумма является разумной и справедливой, не привел конкретных обстоятельств дела, обосновывающих столь завышенный и несоразмерный размер.

ФИО в судебном заседании против удовлетворения жалобы возражал, пояснив, что он находился на лечение в больнице около трех недель. В период нахождения в больнице у него были регулярные <данные изъяты>. После выписки из больницы, он до ДД.ММ.ГГГГ находился на листке нетрудоспособности. Также у него была «<данные изъяты> в связи с полученной травмой, в связи с чем, он был вынужден обращаться к травматологу. Пояснил, что после окончания лечения, какие-либо негативные последствия несчастного случая на производстве, в настоящее время, не проявляются.

Представитель истца – ФИО (мама истца) пояснила, что, фактически, ФИО после произошедшей травмы, вынужден был проходить лечение (принимать лекарства для устранения последствий травмы) на протяжении полугода. В указанный период истец вел себя «заторможено», его поведение отличалось от обычного. В настоящее время ФИО, действительно, не проявляет каких-либо негативных последствий от полученного <данные изъяты>

Представитель истца – ФИО, также являющийся адвокатом, полагал, что поведение истца после произошедшего несчастного случая отличается от его более раннего поведения, поскольку он стал замедленным в своем поведении и разговорах.

Ответчик в судебное заседание своего представителя не направил, был извещен судом надлежащим образом.

Судебная коллегия, выслушав пояснения лиц, заключение прокурора, который полагал, что решение суда подлежит изменению в части взысканной компенсации морального вреда, проверив материалы дела на основании статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, приходит к следующему.

Судом первой инстанции установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО был принят на работу в <данные изъяты>» на должность слесаря АВР, что подтверждается трудовым договором от ДД.ММ.ГГГГ №

Согласно заключенного трудового договора, работодатель обязался обеспечить безопасность и условий труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, работник обязался соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда.

Из Инструкции по охране труда при работе с повышенной опасностью, утвержденной Директором <данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ, следует, что при работе в замкнутых объемах, в ограниченных пространствах работник обеспечивается средствами индивидуальной защиты (п. 1.5). При работе в замкнутых объемах, в неограниченных пространствах работник извещает своего непосредственного руководителя о любой ситуации, угрожающей жизни и здоровью людей (п. 1.7). Для выполнения работ в закрытых пространствах рабочие должны обеспечиваться средствами индивидуальной защиты, а именно двумя защитными поясами со спасательными веревками (п. 1.10.2). Перед проведением работ необходимо проверить наличие наряда-допуска на проведение работ (п.2.3.1). При появлении опасных газов производство работ в данном месте следует приостановить и продолжить их только после обеспечения рабочих мест вентиляцией (проветриванием) или работников необходимыми средствами индивидуальной защиты (п.2.3.6). ФИО был ознакомлен с данной инструкцией ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно акту о расследовании группового несчастного случая от ДД.ММ.ГГГГ, было установлено, что ДД.ММ.ГГГГ бригада слесарей АВР водоотведения в составе: слесаря - водителя ФИО, слесаря АВР ФИО, слесаря АВР ФИО, во время осмотра канализационно-насосной станции № по <адрес> в р.<адрес>, обнаружили, что не течет вода из трубы.

При этом, ФИО были получены каска защитная, респиратор. Бригадой были получены привязь страховочная с поясом.

ФИО спустился в накопитель и прочистил сетку.

После прочистки пошли стоки в накопитель.

Слесарь АВР ФИО поднялся наверх. Впоследствии выяснилось, что фекальный насос не работает. Слесарь АВР ФИО надел гидрокостюм и снова спустился в накопитель для закрытия задвижки, ФИО стало плохо, у лестницы он упал.

К нему спустился слесарь АВР ФИО, чтобы помочь его поднять, ФИО также стало плохо, слесарь-водитель ФИО спустился вниз и стал помогать слесарю АВР ФИО подниматься наверх.

Поднять слесаря АВР ФИО помог электромонтер ФИО

В результате несчастного случая слесарь АВР ФИО погиб, а слесарь АВР ФИО был транспортирован в <данные изъяты>.

Актом о расследовании группового несчастного случая от ДД.ММ.ГГГГ установлены следующие причины несчастного случая:

необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины;

нарушения порядка допуска к работам с повышенной опасностью, выразившаяся в отсутствии наряда-допуска (нарушение Правил по охране труда при работе в ограниченных и замкнутых пространствах, утвержденных Приказом Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ №н);

недостатки функционирования системы управления охраной труда.

Сопутствующими причинами несчастного случая являются: неприменение работником средств индивидуальной защиты, в том числе, вследствие необеспечения ими работодателем; Правил по охране труда при работе в ограниченных и замкнутых пространствах, утвержденных Приказом Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ №, недостатки в изложении требований безопасности в технологической документации (нарушение статей 21, 22, 216 Трудового кодекса Российской Федерации; Приказа Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении основных требований к порядку разработки и содержанию правил и инструкций по охране труда, разрабатываемых работодателем»).

Согласно медицинскому заключению <данные изъяты>» о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести от ДД.ММ.ГГГГ, у ФИО установлен диагноз: <данные изъяты>, согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве указанное повреждение относится к тяжелой категории.

Согласно выписному эпикризу <данные изъяты>» ФИО находился на стационарном лечении в <данные изъяты>» со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: <данные изъяты> проведено медикаментозное лечение без оперативного вмешательства.

В связи с полученными повреждениями здоровья, истец обратился в суд с иском о взыскании компенсации морального вреда.

Также ФИО просил взыскать денежные средства в счет возмещения ущерба в сумме 16 348 рублей, в связи с повреждением телефона в ходе несчастного случая.

Установив отсутствие доказательств причинно-следственной связи между повреждением телефона и произошедшим несчастным случаем, руководствуясь положениями статей 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции отказал в удовлетворении требований имущественного характера.

Также судом были взысканы судебные расходы.

Решение суда в указанной части не обжалуется.

При этом, разрешая заявленные требования о взыскании компенсации морального вреда, руководствуясь статьями 21, 210, 212, 219, 237 Трудового кодекса Российской Федерации, статьями 150, 151, 1099, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в пунктах 1, 15, 28, 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», установив, что ФИО получил повреждение здоровья в результате несчастного случая на производстве, в момент причинения вреда здоровью сотрудник выполнял должностные обязанности по указанию работодателя, при этом, <данные изъяты> не обеспечило работнику безопасные условия труда, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии правовых оснований для взыскания с работодателя в пользу истца компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции исходил из тяжести и характера причинных повреждений, длительности лечения в стационарных и амбулаторных условиях, вида проведенного лечения без оперативного вмешательства, длительного периода нетрудоспособности, физического состояния потерпевшего в настоящее время, виновности ответчика в нарушении безопасности условий труда, поведения ответчика до произошедшего несчастного случая, а именно то, что длительное время не принимались меры по ремонту неисправной задвижки КНС, не велся контроль состояния данной задвижки КНС, а также поведения ответчика после несчастного случая и до настоящего времени, а именно то, что не была оказывала никакая помощь в восстановлении состояния здоровья потерпевшего (в том числе моральная), а также степень физических и нравственных страданий истца и требований разумности и справедливости, в связи с чем, взыскал компенсацию морального вреда в сумме 1 000 000 рублей.

Судебная коллегия полагает, что выводы суда первой инстанции относительно наличия оснований для возложения на работодателя ответственности по возмещению родственникам работника компенсации морального вреда основываются на полном и всестороннем исследовании представленных доказательств, сделаны с учетом верного применения норм материального права, доводы апелляционной жалобы ответчика об обратном являются несостоятельными и подлежат отклонению.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесены в том числе право на жизнь (статья 20), право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37).

Под защитой государства находится также семья, материнство и детство (часть 1 статьи 38 Конституции Российской Федерации).

Согласно статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью первой статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что охрана труда - система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части первой статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью первой статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть первая статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации). Понятие, основания и порядок компенсации морального вреда определены в Гражданском кодексе Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (абзац первый статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществление технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи с нормами международного права и нормами Гражданского кодекса Российской Федерации о компенсации морального вреда следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве обязанность по компенсации членам семьи работника вреда, в том числе морального, может быть возложена на работодателя, не обеспечившего работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности.

Такое правовое регулирование было принято во внимание судом первой инстанции при разрешении заявленных требований о компенсации морального вреда, причиненного гибелью соответственно супруга и отца при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве.

В абзаце 2 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

В абзаце пятом пункта 46 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что при разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

Вопреки доводам апелляционной жалобы ответчика, судом первой инстанции верно установлено, что повреждение здоровья получено ФИО в период исполнения им трудовых обязанностей, в связи с чем доказать отсутствие своей вины должен работодатель. Однако, доказательств отсутствия вины ответчиком не представлено.

Как верно установлено судом первой инстанции, именно ненадлежащее обеспечение контроля за канализационными системами, не надлежащее обеспечение индивидуальными средствами защиты, ненадлежащий контроль за осуществлением работником своих трудовых обязанностей, явилось основными причинами несчастного случая, в результате которого сотрудник ФИО погиб, а ФИО получил травму на производстве.

Между тем, судебная коллегия полагает, что доводы апелляционной жалобы в части необоснованно завышенного размера компенсации морального вреда, заслуживают внимание ввиду следующего.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из разъяснений, данных в постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», следует, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав (пункт 25).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (пункт 27).

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30).

Из приведенного выше правового регулирования следует, что законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет конкретный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду. Компенсация морального вреда должна возместить потерпевшему понесенные им физические и нравственные страдания. При этом исходя из критериев, предусмотренных статьями 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер компенсации морального вреда определяется с учетом установленных при разбирательстве дела характера и степени перенесенных истцом физических или нравственных страданий, индивидуальных особенностей истца и иных заслуживающих внимания обстоятельств.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами РФ Трудового кодекса РФ», в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Как было указано выше, при определении размера компенсации морального вреда в сумме 1 000 000 рублей, суд первой инстанции учел вину ответчика, поведение ответчика, а также длительность лечения истца, физическое состояние истца в настоящее время, длительный период нахождения на листке нетрудоспособности.

Между тем, суд первой инстанции, указывая на то, что лечение было длительным, на состояние истца в настоящее время, конкретных обстоятельств, позволяющих согласиться с выводом суда первой инстанции о наличии правовых оснований для определения компенсации морального вреда в сумме 1 000 000 рублей, не приводит.

С целью установления юридически значимых обстоятельств, судебной коллегией были приобщены к материалам дела дополнительные медицинские документы в отношении ФИО, проведен опрос истца и его мамы относительно последствий произошедшего несчастного случая на производстве.

Как следует из приобщенного медицинского заключения о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая, истцу диагностировано <данные изъяты>, что характеризуется по схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях как «тяжелая травма».

Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № утверждено Положение об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, а также утверждены формы первичных документов, связанных с расследованием несчастного случая на производстве.

В соответствии с приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О формах документов, необходимых для расследования несчастных случаев на производстве» (действовал на дату несчастного случая и составления акта), утверждены две учетные формы.

Форма №/у «Медицинское заключение о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести» и форма N 316/у «Справка о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве».

Согласно подпункта 1 пункта 3 Схемы определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве к тяжелым несчастным случаям на производстве относятся: повреждения здоровья, острый период которых сопровождается: <данные изъяты>

Таким образом, тяжелая травма не является понятием, тождественным понятию «степень повреждения вреда здоровью».

Каких-либо медицинских документов, из которых следует, что полученное повреждение вреда здоровья было квалифицированно в установленном законом порядке по степени тяжести, материалы дела не содержат.

Также судом приобщены к материалам дела выписной эпикриз, амбулаторная карта стационарного больного.

Из указанных документов следует, что истец находился на стационарном лечении в период со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а также на амбулаторном лечении по ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, общая продолжительность лечения составила менее одного месяца.

Между тем, исходя из того, что длительность лечения истца составила более 21 дня, указанное повреждение соответствует средней степени вреда здоровья.

Кроме того, в результате произошедшего несчастного случая, у истца появились <данные изъяты> (в месте удара), в связи с чем, ДД.ММ.ГГГГ ФИО обратился к неврологу, которым истцу было назначено лечение общей продолжительностью один месяц. После данного приема, истец повторно к врачам для устранения последствий несчастного случая не обращался.

Как пояснил в суде апелляционной инстанции сам ФИО, после произошедшего несчастного случая он попал в больницу. В период нахождения на лечении, истца беспокоили: <данные изъяты>. После выписки из больницы, указанные симптомы сохранялись, примерно, до ДД.ММ.ГГГГ. В настоящее время, какие-либо последствия произошедшего несчастного случая ФИО не беспокоят. Он является полностью трудоспособным, работает, инвалидность ему не установлена. Также имелась некоторое время «<данные изъяты>», полученная в результате удара, которая была удалена травматологом.

Мама истца, действующая в качестве его представителя, в суде апелляционной инстанции пояснила, что у ее сына после произошедшего случая, примерно, на протяжении полугода, сохранялись негативные последствия, выраженные, в том числе, в виде «заторможенного поведения», головных болей, в связи с чем, истец принимал таблетки, назначенные неврологом. После указанного периода, негативные последствия более не проявляются.

Таким образом, суд первой инстанции, определяя ко взысканию размер компенсации в сумме 1 000 000 рублей за повреждение здоровья, которое характеризуется как средняя степень тяжести по длительности лечения, не повлекшее стойкую утрату трудоспособности, каких-либо ограничений жизнедеятельности человека после излечения, не указал, в связи с чем, полагает указанную сумму разумной и справедливой.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу, что имеются основания для снижения компенсации морального вреда до 300 000 рублей.

Признавая данную сумму разумной и справедливой, судебная коллегия учитывает обстоятельства получения истцом повреждения здоровья в результате несчастного случая, наличие вины работодателя, не обеспечившего безопасные условия труда работникам, в том числе, при направлении на выполнение задания в неисправный КНС, неполное обеспечение СИЗ, наличие нарушений со стороны самих работников, длительность нахождения истца на листке нетрудоспособности (менее одного месяца), среднюю степень тяжести вреда здоровья, длительность сохранения последствий повреждения здоровья (около полугода), отсутствие негативных последствий полученного повреждения в настоящее время, то обстоятельство, что ответчик является муниципальным предприятием.

Полагая, что сумма, определенная ко взысканию судом первой инстанции является существенно завышенной, судебная коллегия принимает во внимание то, что решением <данные изъяты><адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу № года, с <данные изъяты>» была взыскана компенсация морального вреда в пользу погибшей супруги ФИО в сумму 1000 000 рублей, в пользу дочери погибшего коллеги истца в сумме 400 000 рублей.

Судом первой инстанции каких-либо мотивов, в связи с чем, он полагает, что физические и нравственные страдания, причиненные истцу, подлежат определению в размере, аналогичном взысканному в пользу вдовы иного сотрудника за его смерть, и в 2,5 раза превышающем размер компенсации, взысканной в пользу малолетней дочери погибшего, судом первой инстанции не приведено.

Указанное также свидетельствует, что при определении размера компенсации морального вреда, судом первой инстанции не была дана полная оценка всех юридически значимых обстоятельств.

Каких-либо индивидуальных особенностей потерпевшего ФИО, которые объективно бы свидетельствовали о том, что имелись основания для определения столь высокого размера компенсации морального вреда за отравление, судом первой инстанции не приведено.

В связи с чем, учитывая совокупность собранных по делу доказательств, приходит к выводу, что решение суда подлежит изменению в части снижения заявленной ко взысканию компенсации морального вреда до 300 000 рублей.

В остальной части решение суда подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба ответчика – частичному удовлетворению.

Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

решение Ордынского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО к <данные изъяты>» о взыскании компенсации морального вреда изменить в части размера взысканной компенсации морального вреда.

В изменённой части взыскать с <данные изъяты>» (ФИО № в пользу ФИО (№) компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей.

В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу муниципального унитарного предприятию «Ордынское» удовлетворить частично.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Кассационная жалоба (представление) на апелляционное определение может быть подана в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение трех месяцев со дня его изготовления в мотивированной форме.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное определение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ