Решение № 2-376/2017 от 14 марта 2017 г. по делу № 2-376/2017

Дело № 2-376/2017


Решение

Именем Российской Федерации

01 июня 2017 года г. Невинномысск

Невинномысский городской суд Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Филатовой В.В.

при секретаре судебного заседания Хатуовой А.С.

с участием представителя истца ФИО1 по доверенности от 22.12.2016 года ФИО2, ответчика ФИО3, представителя ответчицы ФИО4, по доверенности 26 АА 2705993 от 29.04.2017 года, ответчицы ФИО5, действующей также в интересах несовершеннолетних ФИО6, ФИО7, представителя ответчицы ФИО5 в порядке ч. 6 ст. 53 ГПК РФ ФИО8, представителя третьего лица Комитета по труду и социальной поддержки населения администрации города Невинномысска по доверенности И-1642-26 от 15.03.2017 года ФИО9,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3, ФИО4, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей ФИО10, ФИО11, ФИО5, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей ФИО6, ФИО7 о признании недействительными договоров дарения, о признании недействительными записей о государственной регистрации права на объекты недвижимости,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском, предъявленным к ФИО3, ФИО4, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей ФИО10 ФИО11, ФИО5, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей ФИО6, ФИО7 о признании недействительным договора дарения от 31.10.2014 года 1/4 доли в праве общей собственности на квартиру , заключенного между ФИО3 и ФИО4, действующей как законный представитель за свою несовершеннолетнюю дочь ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, о признании недействительной записи о государственной регистрации права на квартиру за ФИО5, ФИО6 и ФИО7, о признании недействительным договора дарения от 07.04.2015 года 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру , заключенного между ФИО4 и ФИО11, о признании недействительной записи о государственной регистрации права на 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру за ФИО11, о признании недействительным договора дарения от 26.06.2015 года 5/12 доли в праве общей долевой собственности на квартиру , заключенного между ФИО4 и ФИО11, о признании недействительной записи о государственной регистрации права на 5/12 доли в праве общей долевой собственности на квартиру за ФИО11 В обоснование иска истец указал, что ФИО4 и ФИО3 являются должниками по кредитному обязательству, вытекающему из кредитного договора <***> и договора поручительства <***> от 19.01.2012 года. На основании решения Невинномысского городского суда СК от 07.03.2014 года с заемщика и поручителя в солидарном порядке взыскана задолженность по кредиту в размере 774055,93 рублей. 28.04.2014 года на основании судебного решения возбуждены исполнительные производства. 08.06.2015 года определением Невинномысского городского суда произведена замена взыскателя с ОАО «Сбербанк России» на ФИО1. До настоящего времени должники долг не оплачивают. На дату возбуждения исполнительных производств должники произвели отчуждение недвижимости: 1/4 доли в праве общей собственности на квартиру , 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру , 5/12 доли в праве общей долевой собственности на квартиру . Истец полагает, что совершенные в отношении указанного имущества сделки – договоры дарения являются недействительными, мнимыми, так как на момент совершения сделок стороны не имели намерения создать правовые последствия, сделки совершены для вида, с целью сокрытия имущества должников от обращения не него взыскания по долгу перед истцом. В связи с изложенным истец просил признать вышеуказанные договоры дарения недействительными и признать недействительными записи о государственной регистрации права на объекты недвижимости по совершенным договорам дарения (т. 1 л.д. 6-10).

В ходе судебного разбирательства дела представитель истца уточнил исковые требования в части оспариваемого имущества по сделкам, просил признать недействительными договор дарения от 31.10.2014 года 1/4 доли в праве общей собственности на квартиру , заключенный между ФИО3 и ФИО4, действующей как законный представитель за свою несовершеннолетнюю дочь ФИО10, , недействительной запись о государственной регистрации права на квартиру за ФИО5, ФИО6 и ФИО7, недействительным договор дарения от 07.04.2015 года 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру , заключенный между ФИО4 и ФИО11, запись о государственной регистрации права на 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру за ФИО11, договор дарения от 26.06.2015 года 5/12 доли в праве общей долевой собственности на в , заключенного между ФИО4 и ФИО11, запись о государственной регистрации права на 5/12 доли в праве общей долевой собственности на квартиру за ФИО11 (т. 2 л.д. 10-17), уточненные исковые требования просил удовлетворить в полном объеме.

Ответчик ФИО3, в том числе представляющий по доверенности интересы ответчицы ФИО4, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО10, ФИО11, иск не признал основаниям, изложенным в возражениях на иск (т. 1 л.д. 107-111, т. 2 л.д. 29-31).

Ответчица ФИО5, действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО6, ФИО7, представитель ответчицы ФИО5 ФИО8 исковые требования не признали по основаниям, изложенным в возражениях на иск (т. 1 л.д. 39-42).

Представитель третьего лица Комитета по труду и социальной поддержки населения администрации города Невинномысска ФИО9 просил в иске отказать за необоснованность, приобщив к материалам дела заключение органа опеки и попечительства.

Третье лицо нотариус Невинномысского городского нотариального округа Савушкина Н.В., извещенная о дате, времени и месте судебного разбирательства по делу, представила письменное заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие, в связи с чем дело рассматривается в отсутствие данного лица по имеющимся в нем доказательствам.

Заслушав объяснения представителя истца ФИО1 ФИО2, ответчиков ФИО3, ФИО5, представителя ФИО5 ФИО8, представителя третьего лица Комитета по труду и социальной поддержки населения администрации города Невинномысска ФИО9, заключение органа опеки и попечительства, исследовав представленные доказательства в их совокупности, приняв к обозрению материалы гражданского дела № 2—523/2014, материалы регистрационных дел в приложениях №№ 1-4, суд приходит к следующему.

Конституционные основы статуса личности базируются, в том числе на признании равенства участников гражданских правоотношений, которые приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе (п. 2 ст. 1 Гражданского кодекса РФ).

Гражданский кодекс Российской Федерации предусматривает широкий и открытый перечень оснований возникновения субъективных прав и обязанностей между участниками гражданского оборота (ст. 8 ГК РФ), в том числе между гражданами (физическими лицами) и юридическими лицами, которые свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых его условий, не противоречащих законодательству (п. 2 ст. 1 ГК РФ), участвуют в гражданских отношениях с учетом автономии их воли и имущественной самостоятельности (ст. 2 ГК РФ) и по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права (ст. 9 ГК РФ).

В силу установленного правового регулирования граждане и юридические лица свободны в приобретении и осуществлении гражданских прав и обязанностей, руководствуясь своей волей и действуя в своем интересе, в том числе посредством вступления в договорные правоотношения путем выбора формы, вида договора, определении его условий (ст. ст. 1, 421, 434 ГК РФ).

С учетом правового содержания статьи 153 Гражданского кодекса РФ, а также общих условий действительности сделок, последние представляют собой осознанные, целенаправленные, волевые действия лиц, совершая которые, они ставят цель достижения определенных правовых последствий. Указанное предполагает, что при вступлении в договорные отношения независимо от вида договорной формы воля стороны направлена на достижение определенного правового результата.

Таким образом, обязательным условием сделки как волевого правомерного юридического действия субъекта гражданских правоотношений является направленность воли лица при совершении сделки на достижение определенного правового результата (правовой цели), влекущего установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Сделка, совершенная без намерения создать правовые последствия, ничтожна (часть 1 статьи 170 ГК РФ).

Для определения мнимой сделки в соответствие с п. 1 статьи 170 ГК РФ имеют значение не только правовые последствия, создаваемые сделкой, но намерения сторон при совершении сделки достигнуть правовые последствия, типичные для избранного вида сделки.

Оценивая фактическую основу иска, судом установлено, что поводом для обращения ФИО1 в суд явилось отчуждение ответчиками ФИО4 и ФИО3 по договорам дарения и договору купли-продажи недвижимого имущества.

Материально-правовая заинтересованность ФИО1 обоснована тем, что в соответствии с договором уступки права требования № 5230/034/01 от 27.03.2015 года, заключенным между ФИО1 и ОАО «Сбербанк России» Ставропольское отделение № 5230 филиала ОАО «Сбербанк России» и на основании определения Невинномысского городского суда от 08.06.2015 года ФИО1 перешло право на взыскание с должников ФИО3, ФИО4 сумм, установленных решением Невинномысского городского суда от 07.03.2014 года по гражданскому делу № 2-523/2014.

Так, из материалов гражданского дела № 2-523/2014 усматривается, что 19.01.2012 года между ОАО «Сбербанк России» и ИП ФИО4 был заключен договор <***>, по которому ответчице ФИО4 была предоставлена денежная сумма в размере 1 000000 рублей по ставке 18,0 % годовых на срок по 19.01.2015 года.

Исполнение ИП ФИО4 обязательств по кредитному договору было обеспечено поручительством физического лица ФИО3, и 19.01.2012 года между ОАО «Сбербанк России» и ФИО3 был заключен договор поручительства <***>/1 от 19.01.2012 года, в соответствии с условиями которого поручитель принял на себя обязательство отвечать перед банком за исполнение ИП ФИО4 всех обязательств по кредитному договору <***> от 19.01.2012 года (гражданское дело № 2-523/2014 – л.д. 21-31).

10.02.2014 года в связи с неисполнением ИП ФИО4 своих обязательств по кредитному договору <***> от 19.01.2012 года ОАО «Сбербанк России» обратился в суд с иском, предъявленным к ФИО4 и ФИО3 о расторжении кредитного договора, солидарном взыскании сумм задолженности по кредитному договору (гражданское дело № 2-523/2014 – л.д. 1-5).

В ходе рассмотрения гражданского дела № 2-523/2014 ОАО «Сбербанк России» было заявлено ходатайство о применении обеспечительных мер – наложение ареста на квартиру, расположенную по адресу: , однако определением Невинномысского городского суда от 11.02.2014 года в удовлетворении ходатайства было отказано (гражданское дело № 2-523/2014 – л.д. 56-57).

Решением Невинномысского городского суда от 07.03.2014 года по гражданскому делу № 2-523/2014 исковые требования ОАО «Сбербанк России» была удовлетворены, кредитный договор <***> от 19.01.2012 года расторгнут, с ФИО4 и ФИО3 солидарно взыскана сумма задолженности по кредитному договору. Решение суда вступило в законную силу 08.04.2014 года (гражданское дело № 2-523/2014 – л.д. 71-75, 77-81).

28.04.2014 года в отношении ФИО4 и ФИО3 возбуждены исполнительные производства № 362832/14/24/26 и № 362873/14/24/26на основании исполнительных листов № 2-523/2014, выданных Невинномысским городским судом СК по гражданскому делу № 2-523/2014. Предмет исполнения: задолженность по кредитным платежам солидарно в размере 774055, 93 рублей (т. 1 л.д. 78-81).

Определением Невинномысского городского суда от 08.06.2015 года по гражданскому делу № 2-523/2014 произведена замена взыскателя ОАО «Сбербанк России» правопреемником ФИО1 (гражданское дело № 2-523/2014 – л.д. 107).

Согласно п. 1 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В соответствии со ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Исходя из смысла приведенной нормы, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении требования о признании той или иной сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение исполнять соответствующую сделку.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", при совершении мнимой сделки стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ.

Таким образом, из приведенных законоположений следует, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, необходимо исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Разрешая спор в части признания недействительным договора дарения квартиры , суд установил следующее.

20.05.2011 года ФИО3 и ФИО4, действующая за себя и как законный представитель за своих несовершеннолетних дочерей ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, по договору купли-продажи купили в общую долевую собственность (по 1/4 доли в праве) двухкомнатную квартиру общей площадью 43,40 кв.м., находящуюся по адресу:, кв. 28 за 1000000 рублей (приложение № 2, л.д. 32-33).

27.01.2014 года между ФИО4 и ФИО3, действующим как законный представитель за свою несовершеннолетнюю дочь ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, заключен договор дарения, в соответствии с условиями которого даритель ФИО4 подарила своей несовершеннолетней дочери ФИО10 принадлежащую ей по праву собственности 1/4 долю в праве на двухкомнатную квартиру, расположенную по адресу: , а одаряемый ФИО10 приняла в дар указанное недвижимое имущество безвозмездно, путем символической передачи: вручения ключей и правоустанавливающих документов. Данный договор дарения в установленном законом порядке был зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ставропольскому краю, о чем в Единый государственный реестр регистрации прав собственности внесена соответствующая запись (приложение № 2, л.д. 42).

31.10.2014 года между ФИО3 и ФИО4, действующей как законный представитель за свою несовершеннолетнюю дочь ФИО10, , заключен договор дарения, в соответствии с условиями которого даритель ФИО3 подарил своей несовершеннолетней дочери ФИО10 принадлежащую ему по праву собственности 1/4 долю в праве на двухкомнатную квартиру, расположенную по адресу: , а одаряемый ФИО10 приняла в дар указанное недвижимое имущество безвозмездно, путем символической передачи: вручения ключей и правоустанавливающих документов. Данный договор дарения в установленном законом порядке зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ставропольскому краю, о чем в Единый государственный реестр регистрации прав собственности внесена соответствующая запись (приложение № 2, л.д. 42).

Таким образом, несовершеннолетней ФИО4 с учетом состоявшихся сделок (договоров дарения от 27.01.2014 года и от 31.10.2014 года) и ранее приобретенного права на 1/4 доли в праве общей собственности на квартиру стало принадлежать 3/4 доли в праве общей собственности на квартиру , а собственником 1/4 доли в праве общей собственности на квартиру являлась несовершеннолетняя ФИО11, которая приобрела указанное право в соответствии с договором купли-продажи от 20.05.2011 года.

В дальнейшем ответчица ФИО4 в целях улучшения жилищных условий своих несовершеннолетних детей ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, а также в связи с переменой места жительства обратилась в отдел опеки и попечительства комитета по труду и социальной поддержке населения администрации с заявлением о разрешении продажи квартиры и приобретением для детей жилого дома .

В установленном законом порядке заявление ФИО4, являющейся законным представителем несовершеннолетних ФИО11 и ФИО10, было рассмотрено отделом опеки и попечительства комитета по труду и социальной поддержке населения администрации г. Невинномысска, главе администрации города Невинномысска было направлено соответствующее заключение органа опеки и попечительства с пакетом документов, на основании которых 12.04.2016 года заместителем главы администрации г. Невинномысска ФИО12 было вынесено постановление № 666 о разрешении продажи квартиры (т. 1 л.д. 151-200).

18.04.2016 года вышеуказанная квартира была продана в соответствии с заключенным договором купли-продажи квартиры между ФИО4, действующей как законный представитель своих несовершеннолетни дочерей ФИО10 и ФИО13, и ФИО5, действующей от себя и как законный представитель своих несовершеннолетних детей: сына ФИО6, и ФИО7, 20.05.2008 года, при этом ФИО5, действуя от себя и от имени несовершеннолетних детей ФИО6 и ФИО7 приобрела указанную квартиру в общую долевую собственность в равных долях в 1/3 доле каждому (Приложение № 2 л.д. 58-59).

Вышеуказанный договор купли-продажи от 18.04.2016 года в установленном законом порядке был удостоверен в.и. обязанности нотариуса ФИО14 (Приложение № 2 л.д. 58-59).

Судом также установлено, что ФИО5 приобрела квартиру , в том числе за счет денежных средств, принадлежащих малолетним ФИО6 и ФИО7, на что органом опеки и попечительства отдела образования администрации Кочубеевского муниципального район были даны соответствующие разрешения о снятии денежных средств на приобретение жилья (квартиры) (Т. 1 л.д. 46-47).

Продав вышеуказанную квартиру, во исполнение постановления заместителя главы администрации города Невинномысска № 666 от 12.04.2016 года, ответчица ФИО4, действуя в интересах несовершеннолетней ФИО10, и ФИО11 заключили с ФИО15 20.04.2016 года договор купли-продажи жилого дома с земельным участком, расположенных по адресу: СК, , в соответствии с условиями которого данная недвижимость приобретена в общую долевую собственность: ФИО10 – 3/4 доли в праве, ФИО11 – 1/4 доли в праве. Данный договор купли-продажи, надлежащим образом зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по СК, о чем в ЕГРП внесена соответствующая запись (Приложение № 4 л.д. 21-22).

Ответчиком ФИО3 также в суд представлены письменные доказательства, свидетельствующие о том, что после приобретения жилого дома с земельным участком, расположенных по адресу: несовершеннолетние ФИО10 и ФИО11 переехали в указанный жилой дом, проживают в нем, в том числе посещают школу по месту своего нового проживания.

Таким образом, оспариваемый ФИО1 договор дарения от 31.10.2014 года 1/4 доли в праве общей собственности на квартиру , заключенный между ФИО3 и ФИО4, действующей как законный представитель за свою несовершеннолетнюю дочь ФИО10, по своей форме и содержанию соответствует требованиям, установленным действующим гражданским законодательством, между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора, воля сторон при заключении указанного договора была направлена на безвозмездную передачу и получение недвижимого имущества, переход права собственности на объект недвижимости зарегистрирован в установленном порядке с внесением соответствующих записей в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество.

Совокупность указанных обстоятельств свидетельствует о действительном намерении сторон совершить сделку дарения недвижимого имущества с наступлением ее правовых последствий.

Кроме того, недвижимое имущество, являющееся предметом оспариваемого договора дарения от 31.10.2014 года, не передавалось в залог ОАО "Сбербанк России" и не выступало обеспечением исполнения ФИО4, ФИО3 обязательств по кредитному договору и договору поручительства.

Доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости и достоверности, подтверждающих порочность воли сторон при заключении договора дарения от 31.10.2014 года, стороной истца в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ суду не представлено. Само по себе наличие кредитного обязательства не может ограничивать право собственника на распоряжение принадлежащим ему имуществом, в том числе путем его дарения.

Кроме того, судом установлено, что совершенные ответчиками ФИО4 и ФИО3 договоры дарения принадлежащих им долей в праве общей собственности на квартиру , были направлены на улучшение жилищных условий несовершеннолетних ФИО10 и ФИО11, для которых впоследствии после получения разрешения органа опеки и попечительства на продажу был приобретен жилой дом с земельным участком, расположенные по .

Также суд отмечает, что ни в период рассмотрения гражданского дела № 2-523/2014 в суде, ни после возбуждения исполнительных производств 28.04.2014 года квартира не находилась под арестом. Ни банк, ни в последующем ФИО1 в рамках исполнительного производства не ставили вопрос о применении обеспечительных мер в отношении данного объекта недвижимости.

Кроме того, все действия, совершенные по отчуждению спорной квартиры сначала по договорам дарения от 27.01.2014 года, 31.10.2014 года, а затем и по договору купли-продажи от 18.04.2016 года, свидетельствуют о том, что стороны выразили свое волеизъявление на совершение указанных сделок, которые были направлены на улучшение жилищных условий несовершеннолетних ФИО10 и ФИО13. Отчуждение по договору купли-продажи от 18.04.2016 года, в том числе произошло только после проверки всех документов органом опеки и попечительства и получения соответствующего постановления о разрешении на совершение сделки. Доказательств мнимости судом не установлено.

Со стороны ФИО5, действующей за себя и за своих несовершеннолетних детей также никаких противозаконных действий по свершению сделки купли-продажи квартиры не имеется, напротив, судом, бесспорно, установлено, что ФИО5, действуя в интересах своих детей и с привлечением денежных средств, принадлежащих малолетним ФИО6 и ФИО7, заключила 18.04.2016 года договор купли-продажи указанной квартир, по которому дети приобрели в общую долевую собственность указанный объект недвижимости.

Таким образом, довод стороны истца о том, что сделки по отчуждению квартиры совершены лишь для вида, без намерения повлечь типичные для данных договорных форм правовые последствия с целью исключения объекта недвижимости из имущественной массы должников, объективно своего подтверждения в ходе рассмотрения дела не нашел.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что в удовлетворении исковых требований ФИО1 о признании недействительной сделкой – договора дарения от 31.10.2014 года 1/4 доли в праве общей собственности на квартиру , заключенного между ФИО3 и ФИО4, действующей как законный представитель за свою несовершеннолетнюю дочь ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, о признании недействительной записи о государственной регистрации права на 1/2 доли в праве общей собственности на квартиру за ФИО5, ФИО6 и ФИО7, следует отказать.

Разрешая спор в части признания недействительной сделки – договора дарения от 07.04.2015 года 1/3 доли в праве общей собственности на квартиру , суд приходит к следующему.

Из материалов регистрационного дела, следует, что по договору передачи жилой площади № 13347 от 06.05.1997 года администрация г. Невинномысска передала, а ФИО16, ФИО17, ФИО18 (отец несовершеннолетней ФИО11) приобрели в долевую собственность квартиру (Приложение № 1 л.д. 15).

21.03.2015 года ФИО18 продал, а ФИО4 купила в общую долевую собственность 1/3 долю в праве на двухкомнатную квартиру (Приложение № 1 л.д. 12-14).

В дальнейшем, 07.04.2015 года ФИО4 в целях реализации жилищных прав несовершеннолетней дочери ФИО11 подарила последней приобретенную по договору купли-продажи от 21.03.2015 года у ФИО18 1/3 долю в праве на двухкомнатную квартиру , тем самым, улучшив жилищные условия своей дочери. Договор дарения осуществлен путем вручения ФИО11 ключей и правоустанавливающих документов, и зарегистрирован в установленном законом порядке в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ставропольскому краю (Приложение № 1 л.д. 3-4).

Как установлено судом на момент вынесения 07.03.2014 года решения суда ФИО4 не являлась собственником указанного объекта недвижимости, при этом в рамках исполнительного производства, возбужденного 28.04.2014 года ни банк, ни в дальнейшем ФИО1 не обращались с заявлением о принятии обеспечительных мер в отношении данного объекта недвижимости, каких либо ограничений по отчуждению данного имущества также не имелось, ответчица ФИО4, действуя в интересах дочери ФИО11 подарила последней, приобретенную у ее отца ФИО18 1/3 долю в праве на квартиру , при этом судом установлено, что воля сторон на совершение сделки имела место быть.

Каких-либо достоверных доказательств, подтверждающих, что договор дарения от 07.04.2015 года является мнимой сделкой, то есть совершенной для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, суду не представлено. Между тем, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. По данному делу такие обстоятельства не установлены.

При таких обстоятельствах, оснований для признания недействительным договора дарения от 07.04.2015 года 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру , заключенного между ФИО4 и ФИО11, признания недействительной записи о государственной регистрации права на 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру за ФИО11 не имеется, в связи с чем в удовлетворении исковых требований в указанной части следует отказать.

Разрешая спор в части признания недействительной сделки – договора дарения от 26.06.2015 года 5/12 доли в праве общей долевой собственности на трехкомнатную квартиру , суд приходит к следующему.

Из материалов регистрационного дела следует, что по договору передачи жилого помещения в собственность № 19976 от 22.12.2004 года администрация города Невинномысска передала, а ФИО19, ФИО20, ФИО18 (ответчица ФИО4), ФИО11 приобрели в общую долевую собственность по 1/4 доли каждый квартиру (Приложение № 3 л.д. 14).

23.04.2015 года по договору дарения ФИО21 подарил ФИО4 1/3 долю в праве от 1/4 общей долевой собственности на квартиру (Приложение № 3 л.д. 31, 32-33).

08.06.2015 года ФИО4 вступила в наследство, оставшееся после смерти матери ФИО19 в виде 1/4 доли в праве общей собственности на квартиру .

26.06.2015 года ФИО4 заключила с несовершеннолетней дочерью ФИО11 договор дарения 5/12 доли в праве общей долевой собственности на квартиру . Данный договор был в установленном законом порядке зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ставропольскому краю.

Из вышеизложенного усматривается, что собственником 5/12 доли в праве общей долевой собственности на квартиру ФИО4 стала в 2015 года, после того, как 1/3 доли в праве от 1/4 общей долевой собственности на квартиру ей была подарена ФИО21, а также после вступления в наследство, полученное по смерти матери ФИО19, после чего она распорядилась принадлежащим ей недвижимым имуществом по своему усмотрению в интересах несовершеннолетней дочери, что не противоречит положениям ст. 209 ГК РФ. При этом стороной истца не представлено никаких доказательств того, что указанная недвижимость находилась в залоге либо под арестом, в силу чего ФИО4 не имела право распоряжаться принадлежащим ей недвижимым имуществом, в том числе полученным по дарственной и по наследству.

Суд также отмечает, что в указанной квартире ФИО4 с 2004 года принадлежала доля в праве общей долевой собственности, однако ни банк в ходе рассмотрения гражданского дела и в рамках исполнительного производства, ни в последующем ФИО1 на заявляли никаких требований о наложении ареста на принадлежащую ФИО4 долю в праве общей долевой собственности на квартиру. При этом убедительных доказательств мнимости совершения сделки - договора дарения от 26.06.2015 года, то есть совершения для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, сторона истца в соответствии со ст. 56 ГПК РФ в подтверждение своих доводов не привела.

При таких обстоятельствах, оснований для признания недействительным договора дарения от 26.06.2015 года 5/12 доли в праве общей долевой собственности на квартиру , заключенного между ФИО4 и ФИО11, признания недействительной записи о государственной регистрации права на 5/12 доли в праве общей долевой собственности на квартиру за ФИО11 не имеется, в связи с чем в удовлетворении исковых требований в указанной части следует отказать.

Обосновывая исковые требования, сторона истца также ссылалась на то, что ответчики ФИО4 и ФИО3 не исполняют свои денежные обязательства, что противоречит материалам дела, а, именно, представленному самим же истцом расчету, согласно которому от ответчиков поступают денежные средства в счет уплаты долга (т. 2 л.д. 18).

Судом также установлено, что определением Невинномысского городского суда СК от 15.05.2017 года удовлетворено заявление ФИО1 об индексации присужденной суммы по гражданскому делу № 2-253/2014 за период с 07.03.2014 года по 13.04.2017 года (гражданское дело № 2-253/2014 л.д. 145-146).

Таким образом, достаточных и убедительных доказательств, с достоверностью подтверждающих, что договоры дарения от 31.10.2014 года, от 07.04.2015 года, от 26.06.2016 года, заключенные ответчиками между ФИО4, ФИО3 и их несовершеннолетними детьми были совершены лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, стороной истца, исходя из бремени доказывания, не представлено. При этом суд исходит из того, что, совершив оспариваемые сделки дарения ФИО4 и ФИО3, воспользовались своим правом собственника имущества по распоряжению им, в момент совершения сделки спорное имущество не находилось под арестом, не было обременено обязательствами перед третьими лицами, соответственно, могло свободно выступать предметом любой гражданско-правовой сделки. Оспариваемые стороной истца сделки были совершены в соответствии с требованиями закона, реально исполнены и сторонами не оспорены. В соответствии со ст. ст. 209, 572 ГК РФ распоряжение собственниками, в рассматриваемом споре ответчиками ФИО4 и ФИО3, своим имуществом, путем заключения договоров дарения, само по себе является правомерным действием, возможность совершения которого не исключается и при наличии у гражданина - должника каких-либо гражданско-правовых обязательств. Имеющиеся в материалах дела доказательства не позволяют установить, что оспариваемые сделки были совершены с целью уклонения ответчиков ФИО4 и ФИО3 от обращения взыскания на их имущество.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что в удовлетворении заявленных ФИО1 исковых требований следует отказать в полном объеме.

Учитывая, что в удовлетворении иска отказано, в силу ч. 3 ст. 144 ГПК РФ принятые в рамках гражданского дела № 2-376/2017 на основании определения Невинномысского городского суда от 06.03.2017 года меры по обеспечению иска подлежат отмене по вступлении решения в законную силу.

На основании ст. ст. 1, 2, 8, 9, 153, 166, 170, 209, 431, 434, 572 ГК РФ, ст. ст. руководствуясь ст. ст. 56, 59-60, 67, 68, 144, 194-198 ГПК РФ,

Решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3, ФИО4, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей ФИО10, ФИО11, ФИО5, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей ФИО6, ФИО7 о признании недействительным договора дарения от 31.10.2014 года 1/4 доли в праве общей собственности на квартиру , заключенного между ФИО3 и ФИО4, действующей как законный представитель за свою несовершеннолетнюю дочь ФИО10, , о признании недействительной записи о государственной регистрации права на квартиру за ФИО5, ФИО6 и ФИО7, о признании недействительным договора дарения от 07.04.2015 года 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру , заключенного между ФИО4 и ФИО11, о признании недействительной записи о государственной регистрации права на 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру за ФИО11, о признании недействительным договора дарения от 26.06.2015 года 5/12 доли в праве общей долевой собственности на квартиру , заключенного между ФИО4 и ФИО11, о признании недействительной записи о государственной регистрации права на 5/12 доли в праве общей долевой собственности на квартиру за ФИО11, отказать.

Принятые в рамках гражданского дела № 2-376/2017 на основании определения Невинномысского городского суда от 06.03.2017 года меры по обеспечению иска в отношении недвижимого имущества: квартиры , квартиры , квартиры , отменить по вступлении решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд путем подачи жалобы через Невинномысский городской суд в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения 06.06.2017 года.

Судья В.В. Филатова