Апелляционное определение № 33-1354/2026 от 29 марта 2026 г.

г. Сыктывкар УИД <Номер обезличен>

Дело <Номер обезличен> (<Номер обезличен>)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ

ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ КОМИ

в составе председательствующего судьи Сироткиной Е.М.,

судей Константиновой Н.В., Якимовой Ю.Н.,

при секретаре Нечаевой Л.И.,

с участием прокурора Елфимовой О.С.

рассмотрев в открытом судебном заседании 30 марта 2026 года гражданское дело по иску ФИО1 к Службе Республики Коми строительного, жилищного и технического надзора (контроля), Министерству финансов Республики Коми о взыскании компенсации морального вреда

по апелляционной жалобе Службы Республики Коми строительного, жилищного и технического надзора (контроля) на решение Сыктывкарского городского суда Республики Коми от 27 ноября 2025 года,

заслушав доклад судьи Константиновой Н.В., заключение прокурора, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Службе Республики Коми строительного, жилищного и технического надзора (контроля) о взыскании компенсации морального вреда в размере 1 500 000 руб. В обоснование исковых требований указала, что 09.02.2013 в помещении бывшего тира МВД, расположенного по адресу: <Адрес обезличен>, произошла утечка газа в одном из хранившихся в помещении баллонов, в результате чего случилось возгорание пропанобутановой смеси, пожар и сильное задымление. В результате отравления продуктами горения и сильного задымления погиб находившийся в тот момент в здании брат истца ФИО2 Несмотря на то, что на момент гибели брата, истец не проживала с ним совместно, поскольку в 1975 году уехала из <Адрес обезличен>, с братом она часто общалась приезжая в гости 2 раза в год к родителям, между ними были доверительные, хорошие отношения, в связи с чем, гибель брата причинила истцу глубокие нравственные переживания и страдания, связанные с необратимой утратой близкого человека, приводящие к депрессии и стрессу, от которых она не может оправиться до сих пор. Приговором ... городского суда Республики Коми от 03.04.2014 ФИО15, являющийся должностным лицом, назначенным распоряжением начальника Госстройнадзора от 11.05.2012 надзирать за строящимся объектом - многоквартирном домом по <Адрес обезличен>, в том числе осуществлять государственный пожарный надзор на объекте, признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 293 УК РФ. Требования к ответчику мотивированны тем, что ФИО15 работал в Министерстве архитектуры, строительства и коммунального хозяйства Республики Коми с 23.08.2010 в должности главного специалиста-эксперта Инспекции по городу Сыктывкару и Корткеросскому району инспекции Госстройнадзора Республики Коми, с 03.09.2012 – в должности заместителя начальника инспекции.

Судом к участию в деле в качестве соответчика привлечено Министерство финансов Республики Коми.

В судебном заседании представитель истца на удовлетворении требований настаивала.

Представитель ответчика с иском не согласилась, полагая, что сумма взыскания завышена.

Иные лица в судебное заседание не явились.

Решением ... городского суда Республики Коми от 27.11.2025 исковые требования ФИО1 удовлетворены частично. С Республики Коми в лице Службы Республики Коми строительного, жилищного и технического надзора (контроля) за счет казны Республики Коми в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 220 000 рублей.

В остальной части в удовлетворении исковых требований отказано.

Служба Республики Коми строительного, жилищного и технического надзора (контроля) в апелляционной жалобе просит решение суда изменить, снизив размер компенсации морального в связи с его чрезмерностью, поскольку смерть ФИО2 произошла вследствие совместных действий (бездействий) как ФИО15, так и ФИО10, ФИО13, что установлено приговорами суда, а значит, имеются основания для солидарной ответственности.

Стороны в суд апелляционной инстанции не явились.

Дело рассмотрено в соответствии со статьями 167 и 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) в отсутствие неявившихся лиц, извещённых надлежащим образом и об отложении рассмотрения дела не заявлявших.

Прокурор в своем заключении полагал решение суда законным и обоснованным.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого решения в соответствии с частью 1 статьи 327 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что истец ФИО1 и ФИО2 являются ..., их матерью является ФИО3 (уроженка <Адрес обезличен>, который с 1963 года вошёл в состав <Адрес обезличен>).

<Дата обезличена> ФИО2 умер, причина смерти - ....

Из материалов уголовного дела <Номер обезличен> следует, что в 23 часа 52 минуты <Дата обезличена> в дежурную часть УМВД России по г. Сыктывкару поступило сообщение о взрыве газового баллона в здании, расположенном по адресу: <Адрес обезличен>.

В ходе проведенной проверки установлено, что в помещении, расположенном по адресу: <Адрес обезличен>, предназначенном для временного проживания работников ООО «...», произошло возгорание, в результате которого погибло шесть человек. Одним из погибших является ФИО2

Постановлением следователя СО по г. Сыктывкару Следственного управления Следственного комитета РФ по Республике Коми от 12.02.2013 ФИО11 признана потерпевшей по уголовному делу <Номер обезличен> как наиболее близкий родственник.

Приговором ... городского суда от 03.04.2014 по уголовному <Номер обезличен> ФИО15 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 293 УК РФ, ему назначено наказание в виде двух лет и шести месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в колонии - поселении.

Из приговора следует, что ФИО15 совершил халатность, то есть ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей, вследствие недобросовестного и небрежного отношения к службе, повлекшее по неосторожности смерть двух и более лиц, при следующих обстоятельствах:

ФИО15, являясь должностным лицом, в период времени с 03.09.2012 занимал должность заместителя начальника инспекции Госстройнадзора Республики Коми по Сыктывкару и Корткеросскому району Республики Коми. В силу занимаемой должности, ФИО15 осуществлял функции представителя исполнительной власти, заключающиеся в принятии решений, обязательных для исполнения организациями и учреждениями занимающимися капитальным строительством.

Во исполнение вышеуказанных функций представителя власти, ФИО15 был назначен распоряжением начальника инспекции Госстройнадзора от 11.05.2012 надзирать за строящимся объектом – многоквартирным домом по <Адрес обезличен> Республики Коми. В том числе, подсудимый был обязан в рамках государственного строительного надзора, в соответствии со статьей 54 Градостроительного Кодекса Российской Федерации и статьей 6 Федерального закона от 21.12.1994 № 69-ФЗ «О пожарной безопасности», осуществлять и государственный пожарный надзор на объекте.

ФИО15, проведя две проверки на строящемся объекте 01.11.2012 и 20.12.2012, ненадлежащим образом исполнил свои обязанности, а именно: проигнорировал факт наличия на объекте строительства непригодного для проживания людей помещения бывшего тира МВД, а также проживания в данном тире нелегальных рабочих. При этом ФИО15 видел и понимал, что в указанном помещении бывшего тира нарушались множество норм пожарной безопасности, в том числе таких как: само помещение в соответствии со статьей 15 Жилищного Кодекса Российской Федерации (далее – ЖК РФ) было непригодно для проживания; отсутствовали аварийные выходы, имелся лишь один выход; отсутствовали какие-либо эвакуационные пути, системы обнаружения и оповещения при пожаре, системы противодымной защиты и пр.; не было лиц, которые должны были следить за соблюдением правил пожарной безопасности на объекте, в том числе инструктировать находящихся лиц на объекте с ограничениями, в том числе с запретом хранения в жилых помещениях баллонов с горючими газами. Также, данные лица должны были следить за правильным хранением и эксплуатацией газовых баллонов.

ФИО15, видя сложившуюся ситуацию, по неосторожности, допуская преступную небрежность, не предпринял мер государственного реагирования на вышеперечисленные факты, а именно: не составил предписание об устранении данных нарушений пожарной безопасности; не привлек к проведению проверки инспекторов госпожнадзора Министерства ГО и ЧС (в <Адрес обезличен>); не инициировал привлечение ООО «Г.» к административной ответственности по статье 9.4 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации в связи со сложившейся обстановкой на строительстве угрожающей жизни людей.

В результате халатности ФИО15, а также руководителей строительства – должностных лиц ООО «Г.» 09.09.2013 в 23 час. 50 мин. в вышеуказанном помещении тира произошла утечка газа в одном из хранившихся в помещении баллонов, случилось возгорание пропанобутановой смеси, пожар и сильное задымление. В результате чего от отравления продуктами горения и сильного задымления на месте происшествия погибли находившиеся в тот момент в здании тира нелегально работавшие на объекте люди, в том числе ФИО12

ФИО15 не предвидел возможности наступления вышеуказанных опасных последствий от своих халатных действий, однако при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия.

Подсудимый ФИО15 в судебном заседании вину в совершении инкриминируемого ему преступления не признал полностью, показал, что, по его мнению, он не должен был надзирать и контролировать соблюдение требований пожарной безопасности тира МВД, который находился на территории строительства ООО «Г.» по <Адрес обезличен>, что он должен был контролировать только сам объект строительства, которым не являлся тир.

Апелляционным определением Верховного Суда Республики Коми от 17.06.2014 приговор ... городского суда Республики Коми от 03.04.2014 изменен. ФИО15 назначено дополнительное наказание в виде лишения права занимать должности в государственных органах и органах местного самоуправления, связанные с осуществлением функций представителей власти на срок 3 года. В остальной части приговор оставлен без изменения.

Таким образом, факт совершения ФИО15, на момент вынесения приговора являвшимся должностным лицом Госстройнадзора РК, в настоящее время функции которого по осуществлению регионального государственного строительного надзора на территории Республики Коми возложены на уполномоченный орган Службу Республики Коми строительного, жилищного и технического надзора (контроля), халатных действий вследствие недобросовестного и небрежного отношения к службе, повлекших по неосторожности смерть ФИО2, нашел свое подтверждение, установлен судебным постановлением, имеющим преюдициальное значение для настоящего спора в силу положений статьи 61 ГПК РФ.

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 19.12.2024 по делу №<Номер обезличен> в отношении ООО «Г.» завершено конкурсное производство, должник ООО «Г.» исключено из Единого государственного реестра юридических лиц.

Разрешая спор, руководствуясь статьями 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», суд первой инстанции принял во внимание, что истец являлась сестрой погибшего ФИО2 и гибель брата является для неё необратимым обстоятельством, нарушающим её ... благополучие, влечёт состояние ..., что безусловно свидетельствует о причинении истцу нравственных страданий. При определении размера компенсации суд учёл обстоятельства происшествия, в результате которых наступила смерть ФИО2, более чем 12-летнюю давность событий, факт длительного проживания истца и погибшего ФИО2 в разных городах (более 38 лет) и пришел к выводу о частичном удовлетворении заявленных исковых требований и взыскании компенсации морального вреда в пользу истца в размере 220 000 руб.

Учитывая положения статьи 1069 ГК РФ, принимая во внимание Положение о Службе Республики Коми строительного, жилищного и технического надзора (контроля), утверждённое Постановлением Правительства Республики Коми от 22.12.2015, суд первой инстанции не установил оснований для возложения субсидиарной ответственности на Министерство финансов Республики Коми, поскольку Служба Республики Коми строительного, жилищного и технического надзора (контроля) не является унитарным предприятием или учреждением, а Министерство финансов Республики Коми не является собственником имущества Службы. Оба юридических лица являются органами исполнительной власти и главными распорядителями средств республиканского бюджета.

Сославшись на часть 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации (далее - БК РФ), суд первой инстанции взыскал компенсацию морального вреда с Республики Коми в лице Службы Республики Коми строительного, жилищного, и технического, надзора (контроля) за счёт казны Республики Коми.

Судебная коллегия считает выводы суда в части наличия оснований для возмещения компенсации морального вреда обоснованными.

В соответствии с частью 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно пункту 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности (пункт 1 статьи 1079 ГК РФ).

Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 ГК РФ, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина», ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

Согласно статей 151, 1101 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Пленум Верховного Суда РФ в пункте 14 постановления от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснил, что под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В Обзоре судебной практики Верховного Суда РФ № 2 (2019), утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 17.07.2019 указано, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пунктах 22, 25, 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33, моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ). Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Семейное законодательство же исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Гарантии, предусмотренные Конституцией Российской Федерации, в контексте с нормами СК РФ и положениями статей 150, 151 ГК РФ свидетельствуют, что в случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда здоровья их близкому родственнику, другому лицу, являющемуся членом семьи по иным основаниям (в частности, опека, попечительство).

По настоящему делу требования о компенсации морального вреда заявлены истцом в связи с перенесенными лично им нравственными страданиями, вызванными нарушением ответчиком принадлежащих именно ему нематериальных благ, включая такое нематериальное благо, как семейная жизнь, семейные связи, что свидетельствует о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда.

Выводы суда первой инстанции о необходимости возмещения морального вреда основаны на нормах закона, надлежащей оценке представленных доказательств и сделаны с учетом того, что утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, влекущего состояние эмоционального расстройства, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам.

При установлении размера компенсации морального вреда со ссылкой на учет требований разумности и справедливости, предусмотренных положениями пунктом 2 статья 151 и статьи 1101 ГК РФ, судом приняты во внимание необратимость утраты близкого человека, страдания, связанные со смертью брата, что неоспоримо причинило ей нравственные страдания, с чем судебная коллегия соглашается по изложенным в решении суда основаниям.

Доводы апелляционной жалобы о виновности иных лиц отмену принятого по делу решения не влекут с учётом следующего.

Из дополнительно приобщенного судебной коллегией в порядке статьи 327.1 ГПК РФ и пункта 43 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.06.2021 № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» приговора ... городского суда от 04.06.2013 усматривается, что ФИО10 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 219 УК РФ, ФИО13 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 109 УК РФ.

Указанным приговором установлено, что ФИО10 являлся ответственным за обеспечение пожарной безопасности ООО «Г.» на объекте строительства, в период с 01.10.2012 по 31.12.2012 ФИО10, находясь в <Адрес обезличен>, при осуществлении своих должностных лиц и функциональных обязанностей, дал устное указание рабочему персоналу ООО «Г.» на обустройство помещения бывшего тира МВД по Республике Коми, расположенного на территории строящегося многоквартирного дома по адресу: <Адрес обезличен>, для временного проживания в нем привлеченных рабочих.

В период времени с 27.12.2011 по 09.02.2013, находясь в <Адрес обезличен>, работая плотником-бетонщиком в ООО «Г.», ФИО13, при этом по устному распоряжению заместителя директора ООО «Г.» ФИО10, занимался поиском работников на объект строительства, предоставлением таким работникам объема работы, инструмента и материала на объекте, размещением работников в помещении бывшего тира МВД по Республике Коми, предоставлением работникам койко-мест в этом помещении, которые были установлены в нем по устному указанию ФИО10

Таким образом, по неосторожности ФИО10, ответственного за соблюдение требований пожарной безопасности, и ФИО13, которые не предвидели возможности наступления общественно-опасных последствий своих действий в виде смерти людей, однако, при необходимой и достаточной внимательности и предусмотрительности, а также в силу опыта работы на строительных объектах могли и должны были предвидеть наступление данных последствий и имели реальную возможность их предвидеть, произошло острое отравление ФИО2 окисью углерода на фоне алкогольного опьянения средней степени, по признаку развившегося угрожающего жизни состояния квалифицированное как причинившее тяжкий вред здоровью и по неосторожности ФИО10 и ФИО13 повлекшее смерть ФИО2

Из изложенного следует, что смерть ФИО2 произошла не только вследствие халатности ФИО15, но и действий работников ООО «Г.» ФИО10 и ФИО13

Согласно пункту 34 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», лица, совместно причинившие моральный вред, исходя из положений статьи 1080 ГК РФ, отвечают перед потерпевшим солидарно. Суд вправе возложить на таких лиц ответственность в долях только по заявлению потерпевшего и в его интересах (часть 2 статьи 1080 ГК РФ).

При этом необходимо учитывать, что в соответствии с пунктом 1 статьи 323 ГК РФ при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, при том, как полностью, так и в части долга.

Таким образом, обращаясь в суд с иском к одному из солидарных должников - Службе Республики Коми строительного, жилищного и технического надзора (контроля), ФИО1 реализовала право, предоставленное ей пунктом 1 статьи 323 ГК РФ.

Поскольку при определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с названного ответчика судом учтены как обстоятельства гибели ФИО2, степень вины ответчика, наличие иных лиц, виновных в смерти брата истца, так и характер семейных отношений между истцом и погибшим братом, продолжительность времени, прошедшего со дня трагедии и тяжесть нравственных страданий истца, судебная коллегия соглашается с размером взысканной компенсации морального вреда, полагая его отвечающим требованиям разумности, соразмерности и справедливости.

При этом то обстоятельство, что ФИО2 на момент смерти находился в состоянии опьянения, вопреки доводам апелляционной жалобы, не является основанием для снижения размера компенсации морального вреда, так как причиной его смерти явилось отравление окисью углерода, а не алкогольными напитками. Ни умысел ФИО2 на причинение вреда своему здоровью и жизни, ни его грубая неосторожность не установлены и собранными по делу доказательствами не подтверждены, в связи с чем, оснований для применения положений статьи 1083 ГК РФ не имеется.

Основания и порядок возмещения государством вреда, причинённого незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти и их должностных лиц закреплены в статье 1069 ГК РФ, согласно которой вред, причинённый гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счёт соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Определяя надлежащего ответчика по заявленным исковым требованиям, суд первой инстанции исходил из того, что согласно Положению о Службе Республики Коми строительного, жилищного и технического надзора (контроля), утверждённому Постановлением Правительства Республики Коми от 22.12.2015 № 541, Служба Республики Коми строительного, жилищного и технического надзора (контроля) (Служба Республики Коми Стройжилтехнадзора) является органом исполнительной власти Республики Коми, исполняющим функции по реализации государственной политики в ряде сфер, а также уполномоченным органом на осуществление регионального – государственного строительною надзора на территории Республики Коми, в связи с чем компенсация морального вреда должна быть взыскана с указанного ответчика за счёт средств казны Республики Коми.

Выводы суда первой инстанции в данной части соответствуют положениям подпункта 1 пункта 3 статьи 158 БК РФ, в соответствии с которым главный распорядитель средств бюджета субъекта Российской Федерации выступает в суде соответственно от имени субъекта Российской Федерации, в качестве представителя ответчика по искам к субъекту Российской Федерации о возмещении вреда, причинённого физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов.

Как указано в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.05.2019 № 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации», исполнение судебных актов по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причинённого гражданину или юридическому лицу незаконными действиями (бездействием) государственных органов Российской Федерации или их должностных лиц (статьи 1069, 1070 ГК РФ), в том числе в результате издания государственными органами Российской Федерации актов, не соответствующих закону или иному нормативному правовому акту, возложено на Минфин России и осуществляется за счёт казны Российской Федерации (пункт 1 статьи 242.2 БК РФ).

Субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1069 ГК РФ и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств по ведомственной принадлежности тех государственных органов (должностных лиц), в результате незаконных действий (бездействия) которых физическому или юридическому лицу причинен вред (пункт 3 статьи 125 ГК РФ, статья 6 подпункт 1 пункта 3 статьи 158 БК РФ).

Исполнение судебных актов о возмещении вреда, причиненного в результате незаконных действий органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления или их должностных лиц, а также по иным искам о взыскании денежных средств за счёт казны субъекта Российской Федерации, казны муниципального образования осуществляется: финансовым органом субъекта Российской Федерации – за счет казны субъекта Российской Федерации, финансовым органом муниципального образования – за счет казны муниципального образования в порядке, аналогичном порядку, установленному для взыскания с казны Российской Федерации, и в соответствии с федеральным законодательством (пункты 3 и 4 статьи 242.2 БК РФ).

При изложенных обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу, что при разрешении спора юридически значимые обстоятельства судом установлены верно, нормы материального права применены правильно, а доводы апелляционной жалобы отмены правильного по существу судебного акта не влекут.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием к отмене решения суда в безусловном порядке, не установлено.

Руководствуясь статьей 328 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Сыктывкарского городского суда Республики Коми от 27 ноября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Службы Республики Коми строительного, жилищного и технического надзора (контроля) – без удовлетворения.

Мотивированное определение изготовлено 30 марта 2026 года.

Председательствующий

Судьи