Решение № 2-2670/2019 2-2670/2019~М-2524/2019 М-2524/2019 от 25 ноября 2019 г. по делу № 2-2670/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 ноября 2019 года г. Усть-Илимск, Иркутская область

Усть-Илимский городской суд Иркутской области в составе:

председательствующего судьи Куреновой А.В.,

при секретаре судебного заседания Шевкуновой В.Ю.,

с участием помощника Усть-Илимского межрайонного прокурора Иркутской области Потраховой А.Р.,

в присутствии представителя истца ФИО1, действующей на основании нотариально удостоверенной доверенности от 20.11.2019 сроком действия один год,

представителя ответчика АО «Группа «Илим» ФИО2, действующего на основании доверенности № 04/17 от 17.01.2017 с полным объемом процессуальных прав сроком действия по 31.12.2019,

в отсутствие истца ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2670/2019 по иску ФИО3 к Акционерному обществу «Группа Илим» о взыскании компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием,

УСТАНОВИЛ:

В обоснование исковых требований истец указал, что с 1993 года он работал у ответчика, сначала слесарем по ремонту оборудования котельных цехов, а с апреля 2004 года машинистом обходчиком по турбинному оборудованию. ДД.ММ.ГГГГ его трудовые отношения с ответчиком закончились. Его стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов 35 лет 05 месяцев, из них 19 лет 5 месяцев в организациях ответчика. Длительное воздействие производственного шума в период трудовой деятельности послужило причиной профессионального заболевания, что установлено актом о профессиональном заболевании от ДД.ММ.ГГГГ, заключением Клиники ФГБУНУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований» от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым у него имеется заболевание: профессиональная двусторонняя нейросенсорная тугоухость значительной степени снижения слуха. Причиной профессионального заболевания послужил производственный шум от технологического оборудования котло-турбинного цеха выше ПДУ в течении 98 % рабочего времени. Согласно программе реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания, он нуждается в санаторно-курортном лечении, наблюдении специалистов, медикаментозном лечении. Степень утраты профессиональной трудоспособности составляет 30 %. В результате полученного профессионального заболевания истец частично утратил трудоспособность, нуждается в постоянном медикаментозном и санаторно-курортном лечении. Испытывает затруднение при общении с людьми, поскольку не слышит некоторые звуки. Ему приходится трудно в быту, поскольку он не владеет навыками сурдоперевода. Не может устроится на работу, ощущает материальный недостаток. В связи с профессиональным заболеванием и частичной потерей трудоспособности испытывает нравственные и физические страдания, а именно головную боль, не может долго читать, писать, смотреть телевизор, плохо засыпает. В связи с заболеванием лишен возможности вести полноценную жизнь, чтобы не переспрашивать, вынужден молчать, не участвовать в разговоре. Просит взыскать с АО «Группа «Илим» компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

В судебное заседание истец ФИО3 не явился, извещен надлежащим образом.

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержала в полном объеме, подтвердив доводы, изложенные в заявлении. Дополнительно суду пояснила, что неявка истца вызвана уважительной причиной, поскольку истец в настоящее время выехал на санаторно-курортное лечение.

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал, поддержал письменные возражения на исковое заявление, согласно которым указал, что в соответствии с трудовыми договорами с учетом дополнительных соглашений к ним истец состоял в трудовых отношениях с ответчиком в качестве старшего сменного машиниста турбинного отделения 5 группы котлотурбинного цеха филиала АО «Группа «Илим» в г. Усть-Илимске. Приказом от ДД.ММ.ГГГГ № УГ-0001086-ЛС истец был уволен ДД.ММ.ГГГГ по соглашению сторон, п.1 ч.1 ст. 77 ТК РФ. В силу п. 2 ст. 58 ГК РФ АО «Группа «Илим» является правопреемником всех прав и обязанностей ОАО «Производственное объединение «Усть-Илимский лесопромышленный комплекс» (ОАО «ПО «УИ ЛПК»). В соответствии с записями в трудовой книжки и актом № 6 о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, с учетом правопреемства АО «Группа «Илим», истец проработал у ответчика 19 лет и 11 месяцев, начиная с ДД.ММ.ГГГГ. Согласно акту о случае профессионального заболевания общий стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов в различных организациях составил 35 лет 05 месяцев. Актом о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что причиной профессионального заболевания ФИО3 послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов или веществ. При этом, вины ни со стороны работника, ни со стороны работодателя не установлено, лиц, допустивших нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных норм не выявлено. На протяжении всего периода времени работы истца у ответчика, последний принимал все необходимые меры для уменьшения воздействия на работников вредных условий труда: обеспечивал истца и других работников, которые работают во вредных условиях труда, усовершенствованными средствами индивидуальной защиты, в том числе спецодеждой, спецобувью, каской, перчатками, противошумными наушниками или берушами. Ответчиком ежегодно разрабатываются и совершенствуются мероприятия по охране труда; проводятся предварительные и периодические медицинские осмотры работников, разъяснительная работа, как используется СИЗ, чтобы предупредить профессиональные заболевания; осуществляется контроль за применением работниками СИЗ и т.д. Профессиональное заболевание получено истцом не одномоментно, оно развивалось медленно и постепенно и связано с его работой в течение более 35 лет в условиях воздействия вредных веществ в пределах допустимых концентраций. Также просил учесть, что из представленных истцом документов усматривается, что ему установлена утрата профессиональной трудоспособности 30%, инвалидность ему не установлена, следовательно, он является трудоспособным. В связи с этим, ответчик не должен в полной мере нести ответственность за причинение истцу морального вреда в связи с профессиональным заболеванием. Из текста искового заявления и приложенных к нему документов не усматривается наличие вины АО «Группа «Илим» в причинении ФИО3 вреда, причинно-следственной связи между действиями (бездействиями) ответчика и наступившими для истца последствиями. Истец не указывает в чем именно выражаются его физические и нравственные страдания, не приводит доказательства их наличия. Заявленный истцом размер компенсации морального вреда в сумме 1 000 000 рублей является явно завышенным, необоснованным и ничем не подтверждается. Истец не указывает, из каких факторов складывается заявленная сумма, почему именно заявленная сумма может компенсировать его страдания. Просит в иске отказать.

С согласия лиц, участвующих в деле, суд полагает возможным рассмотреть гражданское в отсутствие истца, с участием его представителя.

Выслушав пояснения сторон, заключение прокурора, исследовав и оценив с учетом положений статей 67, 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) представленные сторонами доказательства, суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению частично по следующим основаниям.

В силу статей 20, 41 Конституции Российской Федерации, статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

Согласно части 2 статьи 7 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей. Право граждан на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, закреплено в части 2 статьи 37 Конституции РФ. Этому праву работников корреспондирует обязанность работодателя создавать такие условия труда (статья 212 ТК РФ).

В силу статьи 220 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

Согласно статье 237 ТК РФ работник вправе требовать компенсации морального вреда, причиненного неправомерными действиями или бездействием работодателя.

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами, на обязательное социальное страхование в случаях, предусмотренных федеральными законами (часть 1 статьи 21 ТК РФ).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 ТК РФ).

В силу части 1 статьи 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Согласно части 1 статьи 219 ТК РФ каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (далее - Федеральный закон от 24.07.1998 N 125-ФЗ), абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно статье 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред, физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

По смыслу пункта 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

Согласно пункту 1 статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В соответствии с абзацем вторым статьи 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Статьей 1101 ГК РФ предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей истца.

Согласно Уставу, Выписке из Единого государственного реестра юридических лиц от 15.02.2017, свидетельству о государственной регистрации юридического лица, свидетельству о постановке на учет в налоговом органе Акционерное общество «Группа Илим» (сокращенное наименование АО «Группа Илим»), как юридическое лицо, было создано 27.09.2006 путем реорганизации в форме присоединения ряда юридических лиц, в т.ч. ОАО «Производственное Объединение «Усть-Илимский лесопромышленный комплекс» (ОАО «ПО «УИ ЛПК»). При таких обстоятельствах АО «Группа Илим» является правопреемником всех обязательств ОАО «ПО «УИ ЛПК».

Как следует из трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, истец состоял в трудовых отношениях с ОАО «ПО «УИ ЛПК» с ДД.ММ.ГГГГ в должности машиниста паровых турбин 4 группы котлотурбинного цеха ОАО ПО УИ ЛПК. Данный договор является продолжением трудовых отношений работодателя и работника с ДД.ММ.ГГГГ.

Соглашением от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 переведен на должность старшего машиниста турбинного отделения 5 группы котлотурбинного цеха.

Приказом от ДД.ММ.ГГГГ № УГ-0000733-ЛС ФИО3 уволен ДД.ММ.ГГГГ по собственному желанию в связи с уходом на пенсию по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 принят в котлотурбинный цех, теплоэлектростанцию, дирекцию по производству старшим сменным машинистом турбинного отделения 5 группы на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, что следует из приказа от ДД.ММ.ГГГГ № УГ-0000750-ЛС, трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ № УГ-115, соглашения о расторжении трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ, приказа о расторжении трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ № УГ-0001086-ЛС.

Доводы истца о наличии у него профессионального заболевания нашли полное подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Из представленных суду медицинских карт стационарного больного за период с 2015 по 2019 годы следует, что истец проходил обследование и лечение в ФГБНУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований».

Согласно медицинскому заключению ФГБНУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований» № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 установлен основной диагноз: двусторонняя нейросенсорная тугоухость (первой) степени снижения слуха.

Согласно медицинскому заключению ФГБНУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований» № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 установлен основной диагноз: профессиональная двусторонняя нейросенсорная тугоухость с легкой степенью снижения слуха.

Согласно медицинскому заключению ФГБНУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований» № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 установлен основной диагноз: профессиональная двусторонняя нейросенсорная тугоухость с легкой степенью снижения слуха.

Согласно медицинскому заключению ФГБНУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований» № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 установлен основной диагноз: профессиональная двусторонняя нейросенсорная тугоухость с легкой степенью снижения слуха.

Согласно медицинскому заключению ФГБНУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований» № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 установлен основной диагноз: профессиональная двусторонняя нейросенсорная тугоухость значительной степени снижения слуха.

В соответствии с п. 30 Положения о порядке расследования профзаболевания, установленного Постановлением Правительства РФ N 967 от 15.12.2000, акт о случае профзаболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве. В акте о случае профессионального заболевания подробно излагаются обстоятельства и причины профессионального заболевания, а также указываются лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил, иных нормативных актов. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, указывается установленная комиссией степень его вины (в процентах) (пункт 32 Положения).

Согласно п. 14 данного Положения заключительный диагноз хронического профессионального заболевания устанавливает Центр профпатологии на основании клинических данных состояния здоровья работника и представленных документов (в т.ч. возникшего спустя длительный срок после прекращения работы в контакте с вредными веществами или производственными факторами).

Начальником территориального отдела Роспотребнадзора по Иркутской области в г. Усть-Илимске и Усть-Илимском районе ДД.ММ.ГГГГ был составлен и утвержден акт о случае профессионального заболевания, из которого следует, что истцу установлен заключительный диагноз: профессиональная двухсторонняя нейросенсорная тугоухость со значительной степенью снижения слуха, за прошедщий год наблюдается отрицательная динамика – прогрессирование степени тугоухости до значительной; противопоказана работа в условиях воздействия шума. Общий стаж работы истца составляет 35 лет 5 месяцев. Стаж работы по профессии старший сменный машинист турбинного отделения 3 года 10 месяцев. Стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов – 35 лет 05 месяцев, в том числе 19 лет 5 месяцев в филиале АО «Группа Илим».

В пункте 18 этого акта указано, что причиной профессионального заболевания является длительное, кратковременное (в течение рабочей смены), однократное воздействие на организм человека вредных производственных факторов или веществ: длительный стаж работы в условиях воздействия шума выше ПДУ – 100,9 дБА (ПДУ – 80дБА).

Также в акте указано, что ранее установленное профессиональное заболевание у ФИО3 не имелось. Нарушений правил пользования и применения средств индивидуальной защиты, предоставляемой ответчиком, за истцом за весь период работы не зафиксировано, наличие его вины в получении указанного заболевания не установлено. Установленное заболевание является профессиональным и возникло в результате воздействия вредного производственного фактора – производственного шума выше ПДУ в течении 67,37% рабочего времени. Непосредственной причиной заболевания послужил производственный шум.

Акт о случае профессионального заболевания подписан, в том числе, представителями АО «Группа «Илим», в установленном законом порядке не оспорен.

В судебном заседании исследована карта амбулаторного больного ОГАУЗ «Усть-Илимская городская поликлиника № 1» № С09189 в отношении ФИО3, согласно которой ФИО4 находился на лечении в дневном стационаре ОГАУЗ «Усть-Илимская городская поликлиника № 1» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом «хроническая двусторонняя профессиональная сенсоневральная тугоухость».

Согласно программе реабилитации от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 в соответствии с планом диспансерного наблюдения по последствиям профессионального заболевания нуждается в медикаментозном лечении, санаторно-курортном лечении, противопоказана работа в шуме.

ФИО3 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 30 % с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на основании акта о случае профессионального заболевания № 6 от ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается справкой МСЭ-2017 № от ДД.ММ.ГГГГ.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что представленными суду доказательствами подтверждается наличие у истца ФИО3 профессионального заболевания.

Факта грубой неосторожности со стороны истца в возникновении профессионального заболевания суд не усматривает, что подтверждается актом о случае профессионального заболевания, из которого следует, что наличие вины работника не установлено.

Анализируя представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что профессиональное заболевание ФИО3 было получено в период работы во вредных производственных условиях на предприятии ответчика АО «Группа «Илим» в результате взаимодействия с источником повышенной опасности, ранее данных за профессиональную патологию выявлено не было. Страдания истец испытывает именно в связи с фактом получения профессионального заболевания.

Доводы истца относительно нравственных страданий, испытываемых в связи с профессиональным заболеванием, были подтверждены в ходе судебного разбирательства показаниями свидетелей ФИО7 (супруги истца), ФИО8, ФИО9, которые указали, что ФИО3 в связи с плохим слухом недослышит, ему приходится переспрашивать, с ним необходимо громко разговаривать, что раздражает окружающих, самого истца, в связи с этим истец испытывает трудности общения в быту, что ухудшает его общее физическое состояние, истец становится раздражительным, молчаливым.

Суд принимает во внимание показания свидетелей, поскольку не усматривает их заинтересованности в исходе дела, их показания не противоречат пояснениям истца и письменным доказательствам.

Таким образом, с учетом установленных обстоятельств, АО «Группа «Илим» в силу вышеприведенных правовых норм обязано возместить ФИО3 моральный вред, причиненный профессиональным заболеванием.

В пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает обстоятельства, повлекшие причинение морального вреда истцу, характер и степень нравственных страданий истца, индивидуальные особенности истца, общий стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, в том числе в АО «Группа Илим».

При наличии указанных обстоятельств, а также с учетом степени тяжести причиненного вреда и установленного процента утраты профессиональной трудоспособности истца в размере 30%, отсутствия установления инвалидности истцу, вины причинителя вреда, как не обеспечившего надлежащие безопасные условия труда и отсутствие вины работника, принимая во внимание требования разумности и справедливости, суд полагает справедливым определить к взысканию компенсацию морального вреда в размере 170 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований о компенсации морального вреда в большем размере следует отказать.

Доводы представителя ответчика о том, что ими предпринимались все возможные мероприятия для предотвращения причинения вреда здоровью работников не влияют на правомерность заявленных истцом требований, поскольку из представленных в материалы дела доказательств следует, что принимаемые работодателем меры по обеспечению безопасных условий и охране труда оказались недостаточными и не исключили полностью влияние вредных производственных факторов на здоровье ФИО3

Доводы представителя ответчика о том, что признаки профессионального заболевания у истца уже имелись при трудоустройстве к ответчику, а профзаболевание могло возникнуть и развиваться при работе у других работодателей, не имеет правового значения, поскольку профессиональное заболевание было установлено истцу в период работы у ответчика, что подтверждается актом о случае профессионального заболевания.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. Судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (ст. 88 ГПК РФ).

Согласно чек-ордеру от 05.11.2019 № 6 (л.д. 4) истец уплатил государственную пошлину в размере 300 рублей, которая подлежит взысканию с ответчика в полном объеме.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 к Акционерному обществу «Группа Илим» о взыскании компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества «Группа Илим» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 170 000 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей, а всего 170 300 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО3 о компенсации морального вреда в размере 830 000 рублей, отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Иркутский областной суд путем подачи апелляционной жалобы, представления через Усть-Илимский городской суд Иркутской области в течение месяца со дня составления решения в окончательной форме.

Председательствующий судья А.В. Куренова

Мотивированное решение изготовлено 06.12.2019