Решение № 2-705/2018 2-705/2018~М-322/2018 М-322/2018 от 21 июня 2018 г. по делу № 2-705/2018

Дело № 2-705/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Иваново 22 июня 2018 г.

Ленинский районный суд города Иваново в составе председательствующего судьи Уенковой О. Г., единолично, при ведении протокола секретарем Касаткиным А.М.,

с участием истца ФИО1, его представителя ФИО2 по доверенности,

представителя ответчика Департамента Дорожного хозяйства и транспорта Ивановской области – ФИО3 по доверенности, представителя ответчика ООО «ДСУ-1» ФИО4 по доверенности, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Ленинского районного суда города Иваново гражданское дело

по иску ФИО1 к Департаменту дорожного хозяйства и транспорта Ивановской области, ООО «ДСУ-1» о взыскании ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском к ответчику по тем основаниям, что 17 января 2017 года на 41 км а/д Иваново-Ярославль произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Лэнд Ровер Дискавери №, принадлежащего истцу, под его же управлением.

Дорожно-транспортное происшествие произошло в результате наезда на препятствие (яма), что подтверждается материалами ГИБДД: справкой о ДТП, определением об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении.

О существовании на данном участке дороги ямы истец, управляющий транспортным средством, не знал, дорожных знаков, указывающих на наличие препятствия или направление объезда препятствия на данном участке дороги, установлено не было.

В результате ДТП транспортному средству истца были причинены механические повреждения.

Для определения размера причиненного ущерба истец обратился к независимому эксперту ИП ФИО5

В соответствии с заключением ИП ФИО5 №025/01/2017 от 31.01.2017 г. стоимость работ по восстановлению транспортного средства составляет 100 243, 57 руб. – без учета износа заменяемых запасных частей.

В соответствии с информационным письмом ИП ФИО5 ряд поврежденных элементов в п.7 экспертного заключения от 31.01.2017 г. не подлежат ремонту и не пригодны к эксплуатации, т. е. подлежат замене на новые. Ввиду того, что указанные в п. 6 экспертного заключения заменяемые детали ремонту не подлежат и не могут быть использованы по назначению, то оценены они могут быть только по утилизационной стоимости, а именно, по цене лома черных или цветных металлов, входящих в их конструкцию. Таким образом, стоимость поврежденных элементов на автомобиле Лэнд Ровер Дискавери 4, № составит 1445, 50 руб. 100 243, 57 руб. – 1445, 50 руб. = 98 798, 07 руб.

На основании изложенного, истец просит взыскать с ответчика материальный ущерб в общей сумме 98 798,07 руб., судебные расходы: государственную пошлину в размере 3 163, 94 руб., расходы на регулировку развал-схождение в размере 3100 руб., расходы на составление нотариальной доверенности в размере 1200 руб., расходы на проведение оценки ущерба в размере 4000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 12000 руб.

Истец ФИО1 и его представитель по доверенности ФИО2 в судебном заседании исковые требования увеличили в порядке ст. 35 ГПК РФ, просили суд взыскать с ответчиков сумму ущерба в размере 104 241 руб., согласно результатам судебной экспертизы, расходы по оплате государственной пошлины в сумме 3 163 руб. 94 коп., расходы по определению развала-схождения колес автомобиля – 3 100 руб., расходы по оформлению доверенности на представителя – 1 200 руб., расходы по определению уценки ущерба – 4 000 руб., расходы по оплате услуг представителя – 18 000 руб., увеличенные требования поддержали в полном объёме.

По обстоятельствам ДТП истец пояснил, что 17 января 2017 г. двигался из г. Иваново в г. Ярославль в вечернее время на автомобиле Лэнд Ровер Дискавери 4. Дорога была очень скользкая, каша – снег, после деревни Писцово перед собой увидел яму, предпринимать маневры было поздно, и он принял решение поехать по яме, влетел в нее, в результате чего были пробиты два колеса и он остановился. Остановившись, увидел, что рядом в кювете лежала фура. Дорожных знаков на дороги не было, он их не видел, сотрудники ГИБДД долго не приезжали, сначала приехал начальник местного ГИБДД, как он представился, кому-то звонил, велел приезжать, все делать, иначе придут повестки в суд, затем приехали сотрудники ГИБДД, оформили ДТП. Дополнительно пояснил, что в своих объяснениях скорость движения указал 85-90 км/ч потому, что сильно замерз, яму перед собой увидел за 4-6 метров. В его действиях сотрудники ГИБДД нарушений не усмотрели. На следующий день, когда он поехал оформлять ДТП, в месте ДТП шел активный ремонт дороги, стояли новые знаки.

Представители ответчиков – Департамента дорожного хозяйства и транспорта Ивановской области ФИО3, ООО «ДСУ-1» ФИО4 против удовлетворения иска возражали в полном объеме по основаниям письменных отзывов, имеющихся в материалах гражданского дела, существо которых сводится к следующему.

Департамент дорожного хозяйства и транспорта Ивановской области, возражая против удовлетворения иска, полагает, что является ненадлежащим ответчиком, поскольку круглогодичное содержание данной дороги осуществляет ООО «ДСУ-1». Кроме того, полагает, что причиной ДТП послужило несоблюдение водителем ПДД, а не неудовлетворительные дорожные условия, следовательно, вина Департамента в причинении вреда истцу отсутствует (л.д. 123-126).

ООО «ДСУ-1» не согласно с заявленными требованиями, полагая, что ООО «ДСУ-1» не является ни собственником, ни пользователем, ни владельцем дороги, а является подрядчиком согласно государственного контракта, заключенного между ООО «ДСУ-1» и Департаментом дорожного хозяйства и транспорта Ивановской области № № от 27 июня 2016 г. Полагало, что ни ГК РФ, ни другие законы не содержат норм о возникновении у подрядчика обязанности возмещения ущерба третьим лицам, в связи с чем, ООО «ДСУ-1» является ненадлежащим ответчиком.

Кроме того, полагало, что истцом не доказано наличие причинно-следственной связи между выбоиной, размеры которой в соответствии с ГОСТ 50597 превышали предельно допустимые и ДТП, ссылаясь на наличие в материалах дела фотографий об установлении на участке дороги, где произошло ДТП, предупреждающих знаков 1. 16 «Неровная дорога», а также знаков, ограничивающих движение, следовательно, пренебрежение истцом пунктов 1.3, 1.5, 10.1 ПДД РФ находится в прямой причинно-следственной связи с ДТП и истцом не доказана вина ответчика в причинении ущерба (л.д. 109-112).

Выслушав истца и его представителя, представителей ответчиков, свидетеля, судебных экспертов, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ч. 1 ст. 12 ГПК Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. В развитие указанных принципов ч. 1 ст. 56 названного Кодекса предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ч. 2 ст. 56 ГПК Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В соответствии с действующим гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации доказательства должны быть относимыми, допустимыми, достоверными и достаточными для принятия судом определенного вида решения (ст. ст. 59, 60, 67 ГПК Российской Федерации).

Источниками доказательств закон признает объяснения сторон и третьих лиц, показания свидетелей, письменные и вещественные доказательства, аудио- и видеозаписи, заключения экспертов.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (ст. 67 ГПК Российской Федерации).

При этом ни одно из доказательств не имеет для суда заранее установленной силы.

Таким образом, оценка представленных сторонами доказательств в полном объеме отнесена законодателем к прерогативе суда.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п. 2).

Ответственность за причинение вреда наступает при наличии вины причинителя, если законом не предусмотрено его возмещение при отсутствии таковой.

По смыслу указанных норм закона для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненный вред необходима обязательная совокупность нескольких условий: наступление вреда, его размер, противоправность поведения причинителя вреда, его вина (в форме умысла или неосторожности), а также причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

При этом положение п. 2 ст. 1064 ГК РФ устанавливает в рамках общих оснований ответственности за причинение вреда презумпцию вины причинителя вреда и возлагает на последнего бремя доказывания своей невиновности, направлено на обеспечение возмещения вреда и тем самым - на реализацию интересов потерпевшего.

Согласно ст. 1082 ГК РФ одним из способов возмещения вреда является возмещение причиненных убытков (п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При взыскании убытков подлежит доказыванию факт противоправных действий причинителя вреда, наличие и размер ущерба, наличие причинно-следственной связи между возникшими убытками и противоправными действиями причинителя вреда.

Судом установлено и сторонами не оспорено, что 17 января 2017 года на 41 км а/д Иваново-Ярославль произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Лэнд Ровер Дискавери 4, №, принадлежащего истцу, под его же управлением (л.д. 54-65).

Согласно определения об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от 17 января 2017 г., в действиях водителя ФИО1 нарушений ПДД РФ не усматривается (л.д. 56).

Дорожно-транспортное происшествие произошло в результате наезда на препятствие (яма), что подтверждается материалами ГИБДД: справкой о ДТП, определением об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении.

Согласно акта выявленных недостатков в эксплуатационном состоянии автомобильной дороги (улицы), железнодорожного переезда от 17 января 2017 г., составленного ИДПС ОГИБДД ОМВД России по Комсомольскому району ФИО6 на участке 41 км + 324 м а/д Иваново-Ярославль на проезжей части дороги имеются выбоины размером 2,80м х 0,70м х 0,13м (л.д. 64).

Объяснения истца, данные в судебном заседании, в совокупности с обстоятельствами, изложенными им в его исковом заявлении, в части отсутствия предупреждающих дорожных знаков и знаков, ограничивающих скоростной режим, согласуются со схемой ДТП, имеющейся в административном материале, которая, является достоверным доказательством, подтверждающим отсутствие предупреждающих знаков на месте ДТП.

Суд также принимает во внимание определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении, в котором сотрудником ГИБДД четко указано, что нарушений ПДД, в том числе, скоростного режима, в действиях ФИО1 не имеется.

Анализируя представленные ООО «ДСУ-1» доказательства: показания свидетеля ФИО7 и журнал производства работ по содержанию и сохранности автомобильных дорог и сооружений на них, суд приходит к следующему.

Свидетель ФИО7 в судебном заседании показал, что 17 января 2017 г. с утра он обнаружил выбоины на дороге Иваново-Ярославль и им были установлены соответствующие дорожные знаки – «неровная дорога» и «ограничение скорости». Поскольку в этот день шел снег, сразу заделать выбоины невозможно, и завод греется сутки – двое, на следующий день ямы были заделаны. Пояснил также, что сотрудники ГИБДД приезжали к нему 17 января вечером (л.д. 152-154).

Между тем, в объяснениях, данных сотруднику ОГИБДД ОМВД России по Комсомольскому району ФИО8 18 января 2017 г. ФИО7 дал объяснения о том, что яму он обнаружил 16 января 2017г. (л.д. 59-60), кроме того, объяснения получены сотрудником 18 января 2017 г., а не 17 января 2017 г., как показал ФИО7 в судебном заседании (л.д. 152).

При указанных обстоятельствах, суд приходит выводу о том, что показания данного свидетеля противоречивы в отношении фактических обстоятельств дела, что дает суду основания сомневаться в объективности показаний свидетеля ФИО7

Кроме того, суд учитывает, что данный свидетель находится в трудовых отношениях с ответчиком, следовательно, подвержен влиянию со стороны ответчика в целях получения благоприятного для себя результата.

Анализируя журнал производства работ по содержанию и сохранности автомобильных дорог и сооружений на них (л.д. 127-132) в части внесения записи в журнал об установке временных знаков с 8.00 часов до 11.00 часов (л.д. 130-131), суд приходит к выводу о том, что данная запись выполнена по хронологии самой последней, что также дает основание сомневаться в показаниях свидетеля ФИО7 о том, что временные знаки были установлены им именно во ременной период с 8.00 часов до 11.00 часов 17 января 2017 г.

Учитывая изложенное, суд относится к познаниям данного свидетеля критически и не принимает их во внимание.

Анализируя административный материал (л.д. 54-65), суд приходит к выводу о том, что знаков «неровная дорога» и «ограничение скорости», указанных в журнале производства работ по содержанию и сохранности автомобильных дорог и сооружений на них на схеме ДТП не отражено (л.д. 58).

При этом фотографии, приложенные к административному материалу (л.д. 63), не содержат времени и даты их выполнения, при их визуальном изучении усматривается, что они выполнены либо в утреннее время, либо в начинающиеся сумерки, следовательно, утверждать о том, что данные знаки находились установленными на дороге во время ДТП в 18 часов 55 минут 17 января 2017 г. нельзя.

Вместе с тем, все указанные обстоятельства в совокупности соотносятся с прояснениями истца о том, то предупреждающих знаков на дороге выставлено не было и он их не видел, его объяснения (ст. 55 ГПК РФ) в части того, что прибывший на место ДТП начальник местного ГИБДД, овеществил звонок и предупредил о необходимости выставления знаков на дороге, также не опровергнуты.

Как показали результаты судебной экспертизы (л.д. 175-176), эксперты не дали ответов на поставленные вопросы: была ли техническая возможность у водителя ФИО1 предотвратить дорожно-транспортное происшествие при обстоятельствах ДТП 17.01.2017 г., а также находится ли данное несоответствие в причинно-следственной связи с ДТП.

Вместе тем, эксперты указали, что с технической точки зрения, в дорожной ситуации при обстоятельствах ДТП от 17 января 2017 г. водитель ФИО1 должен был руководствоваться требованиями п.п. 1.3;. 15 абз. 1; 10.1 и дорожного знака 3.24 ПДД РФ; и с технической точки зрения действия водителя ФИО1 требованиям данных пунктов правил и дорожного знака не соответствовали (л.д. 175).

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО9 показал, что данные выводы сделаны им на основании листов дела 63 и 152, где указано наличие дорожных знаков.

Между тем, фотографии из административного материала (л.д. 63) и показания свидетеля ФИО7 (л.д. 152) не приняты судом во внимание в качестве доказательств, подтверждающих наличие указанных знаков в месте ДТП по изложенным выше основаниям.

При указанных обстоятельствах, выводы эксперта в указанной части ошибочны, поскольку основаны на недостоверных данных.

Наличия предупреждающих дорожных знаков в момент ДТП 17 января 2017 г. в 18 часов 55 минут на 41 км а/д Иваново-Ярославль судом достоверно не установлено, что не даёт суду оснований для применения ч. 2 ст. 1083 ГК РФ к действиям истца и квалификации его действий как грубой неосторожности, повлекшей причинение вреда его имуществу.

Суд полагает, что правоотношения, складывающиеся между Департаментом дорожного хозяйства и транспорта Ивановской области, как государственным подрядчиком, и ООО «ДСУ-1» как подрядчиком, не имеют правового значения при разрешения вопроса о возмещении ущерба, причиненного имуществу третьих лиц и не могут являться основанием для освобождении ответчика ООО «ДСУ-1» от имущественной ответственности, вытекающей из обязательств вследствие причинения вреда.

В силу ст. 12 ФЗ «О безопасности дорожного движения» ремонт и содержание дорог на территории Российской Федерации должны обеспечивать безопасность дорожного движения. Соответствие состояния дорог правилам, стандартам, техническим нормам и другим нормативным документам, относящимся к обеспечению безопасности дорожного движения, удостоверяется актами контрольных осмотров либо обследований дорог, проводимых с участием соответствующих органов исполнительной власти.

Обязанность по обеспечению соответствия состояния дорог при их содержании установленным правилам, стандартам, техническим нормам и другим нормативным документам возлагается на лица, осуществляющие содержание автомобильных дорог.

Статья 24 указанного федерального закона устанавливает право участников дорожного движения на возмещение ущерба по основаниям и в порядке, которые установлены законодательством Российской Федерации, в случаях причинения им телесных повреждений, а также в случаях повреждения транспортного средства и (или) груза в результате дорожно-транспортного происшествия.

Суд учитывает, что ООО «ДСУ-1» не приняло все зависящие от него меры для содержания дороги в безопасном для дорожного движения состоянии, в связи с чем в действиях данного ответчика присутствует состав правонарушения, предусмотренный положениями ст. 1064 ГК Российской Федерации.

Более того, из материалов дела следует, что единственной опасностью повлекшей наступления для истца неблагоприятных последствий в виде причинения ему имущественного ущерба явилось наличие на проезжей части дороги выбоины.

В действиях водителя ФИО10 нарушений Правил дорожного движения Российской Федерации установлено не было.

С учетом изложенного, суд полагает требования истца о взыскании ущерба обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет ООО «ДСУ-1».

Разрешая заявленные истцом требования, суд исходит из принципа полного возмещения убытков, установленного нормами ст. ст. 15 и 1064 ГК РФ, что также нашло свое отражение в Постановлении Конституционного Суда РФ от 10.03.2017 N 6-П «По делу о проверке конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А.С. Аринушенко, ФИО11 и других».

Расходы по определению развала-схождения колес автомобиля в сумме 3 100 руб., являются для истца убытками и в силу ст. 15 ГК РФ подлежат взысканию с ответчика ООО «ДСУ-1».

Судебные расходы в виде расходов по составлению отчета об оценке ущерба в сумме 4 000 руб., расходов по оплате государственной пошлины в сумме 3 163, 94 руб. 00 коп., расходов по оформлению доверенности на представителя – 1 200 руб., расходов по оплате услуг представителя в сумме 18 000 руб. по основаниям ст. 98 ГПК РФ также подлежат удовлетворению за счет ответчика ООО «ДСУ-1».

При этом оснований для применения ст. 100 ГПК РФ к заявленной истцом сумме расходов по оплате услуг представителя и снижения ее, с учетом объема юридической помощи, оказанного истцу представителем ФИО2, суд не усматривает.

В соответствии со ст.88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст.94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, кроме прочих, и суммы, подлежащие выплате экспертам.

Согласно ч.3 ст.95 ГПК РФ эксперты получают вознаграждение за выполненную ими по поручению суда работу, если эта работа не входит в круг их служебных обязанностей в качестве работников государственного учреждения. Размер вознаграждения экспертам, специалистам определяется судом по согласованию со сторонами и по соглашению с экспертами, специалистами.

Требования истца удовлетворены полностью, ООО «ДСУ-1» принятая на себя обязанность по оплате проведения судебной экспертизы не исполнена, следовательно, на основании ст. 98 ГПК РФ в пользу ООО «Владимир – Тест» с ООО «ДСУ-1» подлежат взысканию расходы по проведению судебной экспертизы в сумме 25 000 руб.

Руководствуясь ст. ст. 196-199 ГПК Российской Федерации, суд

Решил :

иск ФИО1 к ООО «ДСУ-1» о взыскании ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием удовлетворить.

Взыскать с ООО «ДСУ-1» в пользу ФИО1 сумму ущерба в размере 104 241 руб., расходы по оплате государственной пошлины в сумме 3 163 руб. 94 коп., расходы по определению развала-схождения колес автомобиля – 3 100 руб., расходы по оформлению доверенности на представителя – 1 200 руб., расходы по определению уценки ущерба – 4 000 руб., расходы по оплате услуг представителя – 18 000 руб.

В пользу ООО «Владимир – Тест» взыскать с ООО «ДСУ-1» расходы по производству судебной экспертизы в сумме 25 000 руб.

В удовлетворении требований к Департаменту дорожного хозяйства и транспорта Ивановской области ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Ленинский районный суд города Иваново в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Судья Уенкова О. Г.

В окончательной форме решение изготовлено 26 июня 2018 г.