Решение № 2-756/2020 2-756/2020~М-605/2020 М-605/2020 от 17 сентября 2020 г. по делу № 2-756/2020

Дело № 2-756/2020

УИД №16RS0013-01-2020-001771-66


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 сентября 2020 года пос.ж.д. ст. Высокая Гора

Высокогорский районный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Тазиева Н.Д.,

при секретаре Клевакина Д.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «<данные изъяты>» о взыскании уплаченной страховой премии, процентов, штрафа, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с вышеуказанным иском к АО «<данные изъяты>», в обосновании указав следующее.

Между ней и ответчиком заключен кредитный договор № от ДД.ММ.ГГГГ.

Выдача кредита была обусловлена подключением истца к программе личного страхования жизни и здоровья, к программе «Оптимум». При заключении данного договора ей навязали дополнительную услугу страхование жизни и здоровья по программе «Оптимум», Полис №№ от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно условий кредитного договора Ответчик предоставляет кредит на потребительские нужды, в размере 442 959 рублей сроком на 60 месяцев под 19,90 % годовых, а Истец обязуется вернуть полученную сумму кредита в установленный срок, уплатить страховую премию в размере 81 840 рублей по программе «Оптимум».

Договор страхования «Оптимум» был заключен между Истцом и ООО СК «ВТБ Страхование» (третье лицо) ДД.ММ.ГГГГ. Страховой компании была перечислена часть кредитных средств в размере 81 840 рублей, о чем свидетельствует Полис страхования № № от ДД.ММ.ГГГГ и Выписка по кредиту на ДД.ММ.ГГГГ год (оригинал прилагается к настоящему заявлению). Так же не было предоставлено иных страховых компаний помимо ООО СК «ВТБ Страхование». Итого оплачено Истцом за услугу: 81 840 рублей.

Заключенный между сторонами договор является типовым, с заранее определенными условиями, и заемщик был лишен возможности влиять на их содержание. Банк навязал ей заключение договора. Она была ограничена в выборе услуг, ввиду того, что кредитный договор (согласие) и заявление (анкета) на кредит не содержат условия о возможности отказаться от услуги по страхованию, а также условия о возможности выбора других компаний помимо ООО СК «ВТБ Страхование». Она не писала заявление на страхование, но страховой полис ей был выдан. В связи с этим считает, что включение в кредитный договор вышеназванных условий обязательного заключения договора страхования является неправомерными и нарушают ее права, как потребителя финансовых услуг, и нанесло ей моральный вред.

Как указывает она не писала заявление на страхование, о чем свидетельствует сам Полис страхования от ДД.ММ.ГГГГ, где указано в самом начале, что Полис выдан на основании устного заявления Страхователя. При этом, договор страхования заключен в день заключения кредитного договора, оплата страховой премии включена в сумму кредита, номер страхового полиса совпадает с номером кредитного договора. Указанная в полисе подпись уполномоченного лица со стороны страховщиков является лишь факсимильным воспроизведением, прямого участия в заключении с истцом договора страхования указанное лицо не принимало.

Положения кредитного договора сформулированы таким образом, что потребитель лишен возможности влиять на его содержание и отказаться от каких-либо его условий, в том числе от страхования жизни и здоровья, так как соответствующие строки в договоре отсутствуют. Обуславливая выдачу кредита внесением платы за страхование жизни и здоровья, банк ущемляет права потребителя. Услуга по страхованию жизни и здоровья были истцу навязаны. Заемщик, присоединяясь к договорам, лишается возможности влиять на их содержание, а потому гражданину, как экономически слабой стороне в данных правоотношениях, необходима особая правовая защита.

Таким образом, включение в кредитный договор условия об оплате страховой премии по программе страхования жизни и здоровья, предусматривает для потребителя дополнительные расходы, не предусмотренные нормами законодательства, регулирующими кредитные взаимоотношения, что является ущемлением прав потребителя. При этом банк действует в свою пользу, страхуя таким методом свои предпринимательские риски который несет как коммерческая организация, осуществляя деятельность, направленную на получение прибыли от предоставления кредитов.

На основании статьи 395 Гражданского Кодекса Российской Федерации в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором. Так как денежные средства неправомерно были удержаны ДД.ММ.ГГГГ, по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, просрочка составила 677 дней, при сумме задолженности 81 840 рублей. Итого подлежит уплате ответчиком истцу денежная сумма в размере 10 414,61 рублей.

ДД.ММ.ГГГГ она отправила претензию в ПАО «<данные изъяты>» о возврате удержанной денежной суммы. Ответчик требования потребителя добровольно не исполнил, ответ не прислал, о том, что Ответчик получил данную претензию ДД.ММ.ГГГГ, видно из сайта «Почта России». Кроме того, страховая премия была включена в сумму кредита и на нее начислялись проценты, увеличивая тем самым размер общей суммы, подлежащей выплате заемщиком в пользу банка.

Согласно расчету: Сумма основная: 81 840 рублей, Период уплаты процентов начиная с ДД.ММ.ГГГГ, по ДД.ММ.ГГГГ, составляет = 677 дней, Процентная ставка: 19,90 % годовых, Вид платежа: аннуитетный. Уплаченные проценты за период с ДД.ММ.ГГГГ, по ДД.ММ.ГГГГ (677 дня) подлежат возмещению: ( 81 840 рублей : 365 дн.) х 677 х 19,90% = 30 207,48 рублей.

Моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Своими действиями ответчик причинил ей моральный вред, который она оценивает в размере 15 000 рублей.

Так же истцом понесены расходы на оплату услуг представителя, в сумме 20 000 рублей, что подтверждается договором на оказание юридических услуг и актом о получении денежных средств.

На основании изложенного просит взыскать в ее пользу с ПАО «<данные изъяты>»: удержанные суммы страховых премий в общем размере 81 840 рублей; проценты за пользование чужими денежными средствами по 395 ст. ГК РФ на день вынесения решения, в расчете на ДД.ММ.ГГГГ в размере 10 414,61 рублей; излишне уплаченные проценты в размере 30 207,48 рублей; моральный вред в размере 15 000 рублей; штраф в размере 50% от суммы присужденной в пользу потребителя; расходы за услуги юриста в размере 20 000 рублей.

В судебное заседание истец ФИО1 не явилась, извещена. От представителя истца ФИО2 поступило ходатайство о рассмотрении дела без их участия.

Представитель ответчика ПАО «<данные изъяты>» не явился, извещен. Представителем представлено возражение на исковое заявление, просит в иске отказать, применить ст. 333 ГК РФ, поскольку данный штраф несоразмерен нарушенным правам, ведет к неосновательному обогащению.

Представитель третьего лица ООО СК «ВТБ Страхование» не явился, извещен.

Исследовав материалы дела, суд находит иск подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В силу статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В соответствии со статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

На основании статьи 819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 329 и пунктом 1 статьи 935 Кодекса исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом и договором.

Обязанность страховать свою жизнь и здоровье не может быть возложена на гражданина по закону.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ПАО «<данные изъяты>» во исполнение кредитного договора № предоставило ФИО1 кредит на потребительский нужды в размере 442 959 рублей сроком на 60 месяцев под 19,90 % годовых от суммы займа, сроком 60 месяцев, а истец обязалась вернуть полученную сумму кредита в установленный срок, уплатить страховую премию в размере 81 840 рублей по программе «Оптимум».

Из распоряжения клиента на перевод следует, что в тот же день – ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 поручила банку осуществить перевод денежных средств в размере 81 840 рублей со своего счёта (открытого по кредитному договору) на счёт ООО СК «ВТБ Страхование» по договору №. Данные денежные средства были переведены банком в страховую компанию, что следует из выписки по кредиту.

В этот же день ФИО1 был выдан полис страхования по программе «Оптимум», страховщиком выступило ООО СК «ВТБ Страхование». В соответствии с данным полисом были застрахованы жизнь и трудоспособность истца, страховая сумма составила 682 000,00 рублей. Страховая премия составила 81 840 рублей.

Суд принимает во внимание, что в соответствии с законодательством о защите прав потребителей бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности перед потребителем за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств перед ним, нарушении его прав, в данном случае лежит на ответчике.

Исследовав материалы дела, суд приходит к выводу, что такие доказательства ПАО «<данные изъяты>» представлены не были.

Так, пунктом 2 статьи 7 Федерального закона «О потребительском кредите (займе)» установлено, что если при предоставлении потребительского кредита (займа) заемщику за отдельную плату предлагаются дополнительные услуги, оказываемые кредитором и (или) третьими лицами, включая страхование жизни и (или) здоровья заемщика в пользу кредитора, а также иного страхового интереса заемщика, должно быть оформлено заявление о предоставлении потребительского кредита (займа) по установленной кредитором форме, содержащее согласие заемщика на оказание ему таких услуг, в том числе на заключение иных договоров, которые заемщик обязан заключить в связи с договором потребительского кредита (займа).

Кредитор в заявлении о предоставлении потребительского кредита (займа) обязан указать стоимость предлагаемой за отдельную плату дополнительной услуги кредитора и должен обеспечить возможность заемщику согласиться или отказаться от оказания ему за отдельную плату такой дополнительной услуги, в том числе посредством заключения иных договоров, которые заемщик обязан заключить в связи с договором потребительского кредита (займа).

Если федеральным законом не предусмотрено обязательное заключение заемщиком договора страхования, кредитор обязан предложить заемщику альтернативный вариант потребительского кредита (займа) без обязательного заключения договора страхования.

Банк в данном случае не обеспечил заемщику право согласиться или отказаться от оказания ему за отдельную плату дополнительной услуги в виде личного страхования, согласие на оказание такой услуги заемщиком до составления и подписания кредитного договора выражено не было. Следовательно, ПАО «<данные изъяты>» были нарушены требования приведенной выше статьи 7 Федерального закона «О потребительском кредите (займе)».

Суд учитывает, что заемщик, присоединяясь к договору, лишается возможности влиять на его содержание, а потому гражданину, как экономически слабой стороне в данных правоотношениях, необходима особая правовая защита. Потребитель, принимая во внимание практику делового оборота, находится в невыгодном положении, поскольку объективно лишен возможности самостоятельно, по собственному усмотрению определять условия кредитной сделки и зависит от решения кредитора относительно согласия на предоставление денежных средств.

В силу пункта 2 статьи 935 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность страховать свою жизнь или здоровье не может быть возложена на гражданина по закону, а потому при заключении договора кредита банк не вправе требовать от заемщика осуществления какого-либо личного страхования, поскольку данное требование не имеет под собой правовой основы, не относится к предмету кредитного договора.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 подписала согласие с Индивидуальными условиями договора потребительского кредита ПАО «<данные изъяты>», неотъемлемыми частями которого являются Общие условия договора потребительского кредита по программе «Потребительский кредит» и Тарифы. Данные документы оформили кредитные правоотношения между сторонами.

Вместе с тем, перечисленные документы условий о возможности приобретения или отказа от дополнительной услуги в виде личного страхования заёмщика не содержат.

В индивидуальных условиях указано, что истец согласен с общими условиями договора, изложенными в условиях и тарифах, согласен на оказание услуг и оплате комиссий по договору в соответствии с условиями и тарифами. Тем самым, истец согласился с возможностью приобретения дополнительной услуги тем способом, который указан в этом пункте, то есть посредством предъявления отдельного заявления, но не с избранием таковой. При этом Общие условия и Тарифы упоминаний о такой услуге, как личное страхование заемщика, и условиях ее оказания не содержат.

В данном случае отсутствие отдельного заявления, наличие которого, в случае намерения приобрести услугу личного страхования, предусмотрено индивидуальными условиями потребительского кредита, или отсутствие согласия заёмщика на предоставления такой услуги, зафиксированное очевидным образом в заявлении о предоставлении кредита, свидетельствует именно о том, что клиент не выразил такого желания предусмотренным договором способом.

Распоряжение клиента на направление кредитных средств на оплату страхования также не имеет ссылки на наличие самостоятельного заявления, в котором выражается воля заемщика приобрести дополнительную услугу.

При таких обстоятельствах не представляется возможным установить, каким образом клиент мог отказаться от приобретения дополнительной услуги в виде личного страхования.

Таким образом, суд приходит к выводу, что истец волеизъявления получить услугу личного страхования жизни и здоровья в том порядке, который предусмотрен кредитным соглашением, а также законодательстве о потребительском кредитовании, не выразил. Однако в отсутствие его волеизъявления сумма страховой премии была удержана банком из суммы выданного кредита, на данную сумму начислялись проценты за пользование кредитом. Суд в этой связи приходит к выводу о том, что кредитор не доказал предоставления клиенту дополнительной услуги, о получении которой заемщик выразил свое свободное волеизъявление очевидным образом. Доводы ответчика, приведенные в письменных возражениях, по этим основаниям подлежат отклонению.

Изложенное также позволяет сделать вывод о том, что перед заключением кредитного договора до истца не была доведена информация о дополнительной услуге страхования, он был лишен реальной возможности как отказаться от вступления в страховые правоотношения, так и вступить в страховые правоотношения на иных условиях (с иными страховщиком, выбрав иной страховой продукт), доказательств наличия добровольного согласия заемщика на страхование не представлено.

Отдельного заявления на страхование, из которого можно было бы судить о наличии волеизъявления истца на предоставление ему рассматриваемой дополнительной услуги, истцом не заполнялось и не подписывалось. В отсутствие такового ему сразу был выдан страховой полис с включенными в него условиями по личному страхованию.

Приведенные обстоятельства имеют существенное юридическое значение, поскольку сами по себе свидетельствуют о недобровольном характере приобретения страховой услуги.

Ссылки ответчика на то, что договор страхования был заключен потребителем со Страховщиком по своему желанию и усмотрению и не является обеспечением по кредитному договору. Истец имел возможность отказаться от оформления Полиса или застраховаться в любой другой страховой компании по своему выбору. Вместе с тем, Истец добровольно и осознано принял решение воспользоваться услугами конкретной страховой компании и заключил со Страховщиком самостоятельный договор страхования, являются голословными и бездоказательными, поскольку каких-либо документов, подтверждающих наличие воли потребителя на оплату страховой премии, суду ответчиком вопреки положениям статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ представлено не было.

Все иные доводы ответчика ПАО «<данные изъяты> также не имеют правового значения по делу, не подтверждены надлежащими доказательствами и не могут повлиять на существо решения суда.

Таким образом, в данном случае, в результате сложившихся правоотношений было нарушено право физического лица – потребителя на предусмотренную статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации свободу в заключении договора.

Исходя из положений пунктов 1, 2 статьи 16 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», запрещается обусловливать приобретение одних товаров (работ, услуг) обязательным приобретением иных товаров (работ, услуг). Убытки, причиненные потребителю вследствие нарушения его права на свободный выбор товаров (работ, услуг), возмещаются продавцом (исполнителем) в полном объеме.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Затраты заемщика на оплату страховой премии следует отнести к убыткам, которые были вызваны вынужденным приобретением клиентом дополнительной услуги в виде личного страхования, навязанной банком, а потому они подлежат возмещению за счет ответчика, поскольку были причинены именно его действиями.

В этой части суд также отвергает доводы ответчика, поскольку полагает, что в данном случае ввиду навязывания банком дополнительной услуги в виде страхования жизни и здоровья потребителю на стороне последнего возникли убытки в виде удержанной у него страховой премии в размере 81 840 рублей, вызванные нарушением его прав потребителя на свободный выбор услуг. А потому надлежащим ответчиком по требованию истца о возмещении данных убытков является именно банк, поскольку их несение вызвано именно его действиями по незаконному навязыванию потребителю дополнительной услуги к кредитному договору в виде страхования жизни и здоровья с удержанием спорной суммы страховой премии из выданного кредита.

В связи с изложенным, имеются основания к взысканию с АО «Почта Банк» уплаченных истцом в качестве страховой премии денежных средств в размере 81 840 рублей.

В соответствии со статьей 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения.

На сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Пункт 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Расчет процентов за пользование чужими денежными средствами, приведенный в исковом заявлении, является арифметически и методологически верным, в связи с чем суд соглашается с данным расчетом, при этом считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные на сумму незаконно удержанной страховой премии в размере 81 840 рублей за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (677 дней) в сумме 10 414 рублей 61копейки.

Согласно выписке по счету, перевод денежных средств в размере 90000 рублей был осуществлен в страховую компанию ДД.ММ.ГГГГ, истец просит взыскать денежные средства с ДД.ММ.ГГГГ.

С ответчика в пользу истца следует взыскать проценты в размере 10 414 рублей 61копейки.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Поскольку страховая премия в размере 81 840 рублей включена в общую сумму кредита, на указанную сумму банком начислялись проценты исходя из процентной ставки, установленной кредитным договором, и составляющей 19,90% годовых, уплаченные истцом проценты на сумму страховой премии являются убытками истца, подлежащими возмещению ответчиком. Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию проценты, уплаченные по указанной ставке кредитного договора на сумму страховой премии 81 840 рублей за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 30 207 рублей 48 копеек (81 840 х19,90%/365х677дн.).

С ответчика в пользу истца следует взыскать проценты в размере 30 207 рублей 48 копеек.

По смыслу статьи 15 Закона РФ «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

С учетом разъяснений, данных в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», согласно которым при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя, принимая во внимание установленные судом обстоятельства нарушения ответчиком прав истца, исходя из требований разумности и справедливости, степени вины банка и степени нравственных страданий потребителя, суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 2000 рублей.

Согласно пункту 6 статьи 13 Закона «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом «О защите прав потребителей», которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду.

Поскольку судом удовлетворены требования потребителя на общую сумму 124 462 рублей 09 копеек (81 840+10 414,61+30 207,48+2000), то с ответчика, нарушившего права потребителя и не удовлетворившего его требования в добровольном порядке после получения претензии и ознакомления с текстом искового заявления и исковыми требованиями, возражавшего против удовлетворения иска в письменных возражениях, следует взыскать указанный штраф в размере 62 231 рубля 04 копеек (50% от взысканной судом суммы).

Представитель ответчика заявил ходатайство о применении ст. 333 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

В пункте 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Верховный Суд Российской Федерации в пункте 34 Постановления Пленума от ДД.ММ.ГГГГ № «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснил, что применение статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым.

В материалах дела отсутствуют доказательства явной несоразмерности штрафа последствиям нарушения обязательства. С учетом изложенного у суда не имеется оснований для снижения штрафа.

С учетом изложенного, с публичного акционерного общества «<данные изъяты>» в пользу ФИО1 полежит взысканию штраф в полном объеме в размере 62 231 рубля 04 копеек.

В силу статьи 100 Гражданского процессуального кодекса РФ в пользу истца, имущественные требования которого были удовлетворены, подлежат взысканию расходы на оплату услуг представителя. При этом согласно правилам указанной нормы данные расходы определяются судом с учетом категории сложности дела, не относящейся к сложной как с фактической точки зрения, так и с теоретической (нормативно-правовой). Также принимается во внимание объем работы, проделанный представителем, состоящий из составления искового заявления, участия в судебном заседании по делу. Истцом заявлено требование о возмещении ей 20 000 рублей, понесенных на оплату услуг представителя, которые подтверждаются представленными в материалы дела договором на оказание юридических услуг и актом приема-передачи денежных средств.

С учетом характера спора, уровня его сложности, объема нарушенного права, получившего защиту, объема выполненной представителем работы по настоящему делу, количества судебных заседаний, а так же исключая злоупотребления правом, суд находит указанный размер расходов не разумным и подлежащим взысканию в размере 10000 рублей.

На основании статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика подлежит взысканию в доход государства государственная пошлина, от которой был освобожден истец, в размере 3 949 рублей 24 копеек в бюджет Высокогорского муниципального района Республики Татарстан.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194 – 198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «<данные изъяты>» о взыскании уплаченной страховой премии, процентов, штрафа, компенсации морального вреда удовлетворить.

Взыскать с акционерного общества «<данные изъяты>» в пользу ФИО1 убытки виде уплаченной страховой премии в размере 81 840 рублей 00 копеек, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 10 414 рублей 61 копейки, убытки в виде процентов по кредиту, начисленных на сумму удержанной страховой премии, в размере 30 207 рублей 48 копеек, компенсацию морального вреда в размере 2 000 рублей, штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 62 231 рубля 04 копеек, расходы на оплату услуг представителя в размере 10000 рублей 00 копеек.

Взыскать с ПАО «<данные изъяты>» государственную пошлину в размере 3 949 рублей 24 копеек в бюджет Высокогорского муниципального района Республики Татарстан.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца в Верховный Суд Республики Татарстан через Высокогорский районный суд Республики Татарстан.

Судья: Н.Д. Тазиев