Апелляционное определение № 33-7975/2026 от 6 мая 2026 г.

61RS0023-01-2025-006287-75

Судья Романова С.Ф. Дело №33-7975/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

7 мая 2026 года г. Ростов-на-Дону

Судебная коллегия по гражданским делам Ростовского областного суда в составе: председательствующего Корниловой Т.Г.,

судей Котельниковой Л.П., Марченко О.В.,

при секретаре Аверкиной А.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-163/2026 по иску ФИО1 к Межотраслевому Коммерческому Банку Обществу с ограниченной ответственностью «Дон-Тексбанк» о защите чести и достоинства и компенсации морального вреда, по апелляционной жалобе Межотраслевого Коммерческого Банка Общества с ограниченной ответственностью «Дон-Тексбанк» на решение Шахтинского городского суда Ростовской области от 12 февраля 2026 года.

Заслушав доклад судьи Котельниковой Л.П., судебная коллегия

установила:

ФИО1 (далее - истец) обратился в суд с иском к Межотраслевому Коммерческому Банку Обществу с ограниченной ответственностью «Дон-Тексбанк» (далее - ответчик, МКБ «Дон-Тексбанк» ООО, Банк) о защите чести, достоинства, деловой репутации и компенсации морального вреда. В обоснование заявленных исковых требований истец указал, что с 14.06.2011 г. он осуществляет трудовую деятельность в МКБ «Дон-Тексбанк» ООО в должности начальника отдела экономической безопасности. Приказом председателя правления Банка ФИО9 от 15.09.2023 г. НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН-к истец привлечен к дисциплинарной ответственности в виде замечания. Как следует из содержания указанного приказа, основанием для наложения на истца дисциплинарного взыскания послужило заключение ФИО1, представленное 16.08.2023 г. на кредитный совет, о целесообразности предоставления кредита в сумме 500 000 руб. сроком на 60 месяцев заемщику ФИО5 под поручительство супруги ФИО6 на строительство веранды. Как указано в приказе, своим заключением истец ввел членов кредитного совета в заблуждение относительно возвратности кредита, а само заключение, содержащее данные о покрытии обязательств заемщиком лишь на 20 % и нулевом покрытии обязательств поручителем, противоречит внутренним документам Банка. Кроме того, в приказе отмечено, что действия истца «могут иметь личную заинтересованность». В вину ФИО1 вменено нарушение п. 5.1 должностной инструкции начальника отдела экономической безопасности и пп. 3 п. 3 Положения об отделе.

Истец оспорил данный приказ в судебном порядке. Решением Шахтинского городского суда Ростовской области от 14.02.2024 г. в удовлетворении требований о признании приказа незаконным отказано. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 27.05.2024 г., оставленным без изменения определением Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 03.12.2024 г., решение суда первой инстанции отменено, по делу принято новое решение, которым приказ НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН-к от 15.09.2023 г. признан незаконным и отменен.

В обоснование своей позиции истец указывает, что содержащиеся в приказе НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН-к сведения носят порочащий характер. Утверждения о предоставлении им недостоверной и неподтвержденной информации, введении членов кредитного совета в заблуждение, а также о том, что средства, полученные заемщиком, могли быть направлены на финансирование терроризма, и о наличии у ФИО1 личной заинтересованности не соответствуют действительности, унижают его честь и достоинство, причиняют вред деловой репутации. Данная информация была доведена до руководящего состава Банка (п. 2 приказа), однако после отмены приказа ответчик не опроверг её ни в адрес руководства, ни перед трудовым коллективом. Истец обращает внимание на то, что возглавляет структурное подразделение Банка, является ветераном МВД, ветераном боевых действий, участником контртеррористических операций на Северном Кавказе, имеет государственную награду и знак отличия, в силу чего распространенные сведения являются для него крайне оскорбительными.

По мнению истца, неправомерными действиями ответчика истцу причинены нравственные и физические страдания. В период оспаривания приказа он испытывал недоверие со стороны коллег, был лишен возможности полноценно продолжать профессиональную деятельность. На фоне стресса у него ухудшилось состояние здоровья: нарушился сон, повысилось артериальное давление, обострились хронические заболевания, в связи с чем, потребовалось обращение за медицинской помощью по месту жительства. Кроме того, сведения о введении кредитного совета в заблуждение и о возможной личной заинтересованности истца не подтвердились ни при разбирательстве настоящего дела, ни в рамках гражданского дела НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН об оспаривании дисциплинарного взыскания. Таким образом, по мнению истца, в связи с распространением ответчиком сведений, не соответствующих действительности и порочащих его честь, достоинство и деловую репутацию, на Банк должна быть возложена обязанность по их опровержению в порядке ст. 152 Гражданского кодекса РФ.

С учетом вышеизложенного, уточнив исковые требования в порядке ст. 39 ГПК РФ, истец просил суд: обязать МКБ «Дон-Тексбанк» ООО издать приказ об отмене приказа НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН-к от 15.09.2023 г. о привлечении к дисциплинарной ответственности в виде замечания и довести информацию об этом до руководящего состава и сотрудников Банка; признать не соответствующими действительности и порочащими честь, достоинство и деловую репутацию сведения, изложенные в приказе НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН-к, а именно: о предоставлении истцом недостоверной и неподтвержденной информации при даче заключения о целесообразности кредитования заемщика ФИО5 и введении членов кредитного совета в заблуждение; о том, что средства, полученные заемщиком, могли пойти на финансирование терроризма или иную незаконную деятельность; о наличии у ФИО1 личной заинтересованности в выдаче кредита; обязать ответчика опровергнуть указанные сведения; взыскать с Банка компенсацию морального вреда в размере 100 000 (сто тысяч) рублей.

Решением Шахтинского городского суда Ростовской области от 12 февраля 2026 года исковые требования истца о защите чести и достоинства и компенсации морального вреда удовлетворены часично.

Суд обязал Межотраслевой Коммерческий Банк «Дон-Тексбанк» Общество с ограниченной ответственностью издать приказ об отмене приказа председателя Межотраслевого Коммерческого Банка «Дон-Тексбанк» Общество с ограниченной ответственностью НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН-к от 15.09.2023г. о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде замечания и довести до сведения руководящего состава Банка.

Суд взыскал с Межотраслевого Коммерческого Банка «Дон-Тексбанк» Общества с ограниченной ответственностью в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 3000 рублей.

В апелляционной жалобе представитель ответчика Межотраслевого Коммерческого Банка «Дон-Тексбанк», частично повторяя позицию, приведенную в суде первой инстанции в обоснование поданных возражений, считает решение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, вынесенным с существенным нарушением норм материального и процессуального права, просит его отменить и принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований истца.

Апеллянт указывает на то, что суд первой инстанции не принял во внимание, что истцом не доказан факт распространения ответчиком сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию истца. Согласно пункту 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 г. № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» (далее – Постановление № 3), обстоятельствами, имеющими значение для дела, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и их несоответствие действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворён. Распространением сведений признаётся их опубликование, трансляция, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях либо сообщение хотя бы одному лицу, за исключением случая, когда сведения сообщены лицу, которого они касаются, и при этом приняты достаточные меры конфиденциальности.

По мнению апеллянта, истец обязан доказать факт распространения сведений, указанных в приказе НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН-к, до иных лиц (пункт 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 9 Постановления № 3). Ответчик не обязан доказывать, что такие сведения не распространялись, поскольку настоящий спор является гражданско-правовым, а не трудовым. В материалах дела отсутствуют доказательства того, что содержание приказа НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН-к стало известно посторонним лицам, не имевшим полномочий или права знакомиться с ним. Сам по себе факт ознакомления с приказом членов Правления Банка (шесть человек) не может признаваться распространением, поскольку сообщение сведений между представителями одной организации в рамках исполнения служебных обязанностей не подпадает под понятие распространения в смысле статьи 152 ГК РФ.

Кроме того, заявитель жалобы обращает внимание, что приказ НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН-к был предметом судебного разбирательства по делу НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН. В соответствии с пунктом 11 Постановления № 3, сведения, сообщённые в ходе рассмотрения другого дела участвовавшими в нём лицами или свидетелями, являвшиеся доказательствами по этому делу и оценённые судом при вынесении решения, не могут быть оспорены в порядке статьи 152 ГК РФ, поскольку для их оспаривания предусмотрен иной судебный порядок. Следовательно, требования истца о защите чести, достоинства и деловой репутации в отношении сведений, уже проверенных в рамках трудового спора, не подлежат удовлетворению.

Апеллянт также указывает, что сведения, содержащиеся в приказе НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН-к, не являются утверждениями о фактах, а представляют собой оценочные суждения работодателя. В частности, фраза о том, что ФИО1 «может иметь личную заинтересованность» в выдаче кредита, носит предположительный, оценочный характер. Согласно разъяснениям пункта 9 Постановления № 3, оценочные суждения, мнения, убеждения не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 ГК РФ, поскольку не могут быть проверены на предмет соответствия действительности.

Заявитель жалобы обращает внимание суда апелляционной инстанции на то, что суд первой инстанции вышел за пределы исковых требований, что является существенным нарушением норм процессуального права. В первоначальной редакции иска истец требовал признать сведения недостоверными, обязать опровергнуть их, отменить приказ и взыскать моральный вред. В окончательной редакции от 12.12.2025 г. истец просил только обязать Банк издать приказ об отмене приказа НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН-к, без требования довести это до сведения руководящего состава. Однако резолютивная часть решения суда содержит указание на обязанность довести отмену приказа до сведения руководящего состава Банка, что истцом не заявлялось. В соответствии с частью 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным требованиям и вправе выйти за их пределы только в случаях, прямо предусмотренных федеральным законом. По делам о защите чести, достоинства и деловой репутации такое право законом не предоставлено (п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 г. № 23 «О судебном решении», п. 13 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 4 (2025 г.), утверждённого Президиумом Верховного Суда РФ 22.12.2025 г.).

Поскольку истцом не доказан факт распространения порочащих сведений, а также ввиду того, что оспариваемые фразы являются оценочными суждениями и содержатся в документе, уже бывшем предметом судебного рассмотрения в рамках трудового спора, требования о компенсации морального вреда также являются необоснованными, поскольку, по мнению ответчика, отсутствует причинно-следственная связь между представленными истцом медицинскими документами и действиями ответчика, а факт распространения сведений не установлен.

Апеллянт полагает, что решение суда принято с нарушением норм материального и процессуального права, в связи с недоказанностью истцом обстоятельств, имеющих значение для дела, и подлежит отмене.

На апелляционную жалобу ответчика истцом поданы возражения, в которых истец просит оставить решение суда без изменения, а жалобу ответчика - без удовлетворения.

В судебное заседание явились представитель МКБ «Дон-Тексбанк» - ФИО2, действующий на основании доверенности, поддержавший доводы апелляционной жалобы, представитель ФИО1 ФИО3, действующая на основании доверенности, поддержавшая доводы возражений на апелляционную жалобу.

Дело рассмотрено в порядке ст. 167 ГПК РФ, ст. 165.1 ГК РФ в отсутствие истца, извещенного о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом, о чем в материалах дела имеется телефонограмма.

Рассмотрев материалы дела, выслушав явившихся лиц, проверяя законность и обоснованность оспариваемого решения в пределах доводов апелляционной жалобы, возражений на нее, согласно ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных положениями ст. 330 ГПК РФ, для отмены или изменения решения суда первой инстанции, исходя из следующего.

На основании положений ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобах, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Согласно положений ст. 330 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

В соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда РФ № 23 от 19 декабря 2003 года «О судебном решении» решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 1 ст. 1, ч. 3 ст. 11 ГПК РФ).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст.ст. 55, 59-61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Данным требованиям закона решение суда первой инстанции соответствует в полном объеме, оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы истца судебная коллегия не усматривает.

В силу пункта 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (часть первая) от 30 ноября 1994 г. № 51-ФЗ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

На основании статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации (часть первая) гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом (пункт 1). Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений (пункт 9).

Как разъяснено в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», обстоятельствами, имеющими значение для дела, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности; при отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен. Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу; сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если были приняты достаточные меры конфиденциальности. Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности вовремя, к которому относятся оспариваемые сведения. Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

Согласно пункта 9 того же постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации с учетом статьи 29 Конституции Российской Федерации указано, что при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации необходимо различать утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 ГК РФ, поскольку не могут быть проверены на предмет соответствия действительности. Если субъективное мнение высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением. Обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике; истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений. Кроме того, в силу статей 12, 56, 57 ГПК РФ на истца возлагается обязанность доказать, что со стороны ответчика имело место распространение именно сведений о фактах и событиях, а не высказывание субъективной оценки его личности.

В данном случае поводом для обращения истца в суд послужила недостоверная информация, порочащая его честь, достоинство и деловую репутацию, указанная в приказе МКБ «Дон-Тексбанк» НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН-к от 15 сентября 2023 г.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (часть первая), если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства, а также должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями потерпевшего (пункт 2).

Согласно положений статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (часть вторая), закрепляющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда; причинитель вреда освобождается от возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине; законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины. В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации (часть вторая) юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации (часть вторая) основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064-1101) и статьей 151 названного Кодекса. Согласно пункту 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации (часть вторая) размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда, когда вина является основанием возмещения; при определении размера компенсации должны учитываться требования разумности и справедливости, а характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», определены ключевые подходы к установлению морального вреда и ответственности медицинских организаций.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями – страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Согласно пункту 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

В соответствии с пунктом 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Суду также необходимо выяснить, какие именно действия или бездействие причинителя вреда повлекли нарушение личных неимущественных прав истца либо явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага, установить наличие причинной связи между действиями (бездействием) и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26). При определении размера компенсации следует учитывать требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ); взыскиваемая сумма должна быть соразмерна последствиям допущенного нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), то есть устранить эти страдания или смягчить их остроту (пункт 30).

Кроме того, согласно определению Конституционного Суда Российской Федерации от 4 июля 2017 г. № 1442-О из принципов общеобязательности и исполнимости вступивших в законную силу судебных решений как актов судебной власти, а также из норм, определяющих место и роль суда в правовой системе Российской Федерации, вытекает признание преюдициального значения судебного решения: факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в том же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела.

Как следует из материалов дела и установлено судом, приказом МКБ «Дон-Тексбанк» ООО от 14.06.2011 г. НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН-К ФИО1 принят на должность начальника отдела экономической безопасности, в которой продолжает осуществлять трудовую деятельность по настоящее время.

Судом установлено, что на основании приказа председателя правления МКБ «Дон-Тексбанк» ООО ФИО9 от 15.09.2023 г. НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН-к истец подвергнут дисциплинарному взысканию в виде замечания.

Из содержания указанного приказа следует, что 16.08.2023 г. на кредитный совет Банка представлено заключение начальника отдела экономической безопасности ФИО1 о целесообразности предоставления кредита в сумме 500 000 рублей сроком на 60 месяцев ФИО5 под поручительство супруги ФИО6 на строительство веранды в квартире. В заключении ФИО1 указал на целесообразность выдачи запрашиваемого кредита, чем, как отмечено в приказе, ввел в заблуждение членов кредитного совета относительно возвратности предоставляемого кредита. Заключение ФИО1 от 10.08.2022 г. о целесообразности выдачи кредита ФИО5, доходы которого покрывают лишь 20% обязательств по кредиту при нулевом покрытии обязательств поручителем, по мнению работодателя, противоречит внутренним документам Банка и может свидетельствовать о личной заинтересованности. В соответствии с подпунктом 5.1 пункта 5 Должностной инструкции начальника отдела экономической безопасности начальник несет ответственность за компетентность и обоснованность данных им заключений. Согласно приказу, начальник ОЭБ ФИО1 нарушил подпункт 5.1 пункта 5 Должностной инструкции и подпункт 3 пункта 3 Положения об отделе экономической безопасности, в связи с чем был подвергнут дисциплинарному взысканию в виде замечания.

Из материалов дела следует и установлено судом, что данный приказ был оспорен истцом в судебном порядке.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, решением Шахтинского городского суда Ростовской области от 14.02.2024г. в удовлетворении исковых требований ФИО1 к МКБ «Дон-Тексбанк» ООО о признании незаконным приказа о наложении дисциплинарного взыскания в виде замечания было отказано. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 27.05.2024 г., оставленным без изменения определением Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 03.12.2024 г., решение суда первой инстанции отменено, по делу принято новое решение, которым исковые требования ФИО1 удовлетворены: признан незаконным и отменен приказ председателя правления МКБ «Дон-Тексбанк» ООО от 15 сентября 2023г. НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН-к о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде замечания (л.д.55-63).

В апелляционном определении судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 27 мая 2024г. указано, что исходя из того, что бремя доказывания факта совершения работником проступка и соблюдения порядка применения дисциплинарного взыскания возлагается на работодателя, на нем лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что совершенное работником нарушение, явившееся поводом к объявлению ему замечания, в действительности имело место и могло являться основанием для привлечения к дисциплинарной ответственности. В данном случае ответчиком не представлено доказательств в подтверждение обоснованности, содержащейся в приказе от 15.08.2023г. НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН-к формулировки о том, что представленное ФИО1 заключение от 10.08.2023г. о целесообразности выдачи кредита ФИО5 с доходами, покрывающими 20% обязательств по кредиту заемщиком и 0% покрытия обязательств Поручителем, может иметь личную заинтересованность (об.ст.л.д.62).

При этом, судом обоснованно отмечено, что бремя доказывания факта совершения работником проступка и соблюдения порядка применения дисциплинарного взыскания возлагается именно на работодателя. Ответчиком в нарушение вышеприведенных норм и требований ст. 56 ГПК РФ не представлено доказательств, подтверждающих обоснованность содержащегося в приказе утверждения о том, что представленное ФИО1 заключение могло иметь личную заинтересованность.

В силу части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда и не подлежат повторному доказыванию и оспариванию при рассмотрении другого дела с участием тех же лиц.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 21.12.2011 г. № 30-П, действующие во всех видах судопроизводства общие правила распределения бремени доказывания предусматривают освобождение от доказывания обстоятельств, установленных вступившим в законную силу судебным решением по ранее рассмотренному делу (статья 61 ГПК РФ). Таким образом, апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА имеет преюдициальное значение для разрешения настоящего спора.

Судебная коллегия также находит несостоятельными доводы представителя ответчика о том, что формулировка приказа о возможной личной заинтересованности носила оценочный и предположительный характер. Истец был привлечен к дисциплинарной ответственности за совершение дисциплинарного проступка, тогда как дисциплинарный проступок не может основываться лишь на предположениях работодателя, не подтвержденных в установленном порядке.

Таким образом, информация, изложенная в приказе от 15.09.2023 г. НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН-к, о том, что заключением ФИО1 члены кредитного совета были введены в заблуждение, а также о возможной личной заинтересованности ФИО1, не нашла подтверждения ни в ходе настоящего судебного разбирательства по рассматриваемому гражданскому делу, ни при рассмотрении гражданского дела НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, что отражено в апелляционном определении от 27.05.2024 г.

Судом первой инстанции были обосновано отклонены доводы представителя ответчика о недоказанности факта распространения порочащих сведений. Пункт 2 приказа от 15.09.2023 г. НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН-к предписывает довести его до сведения руководящего состава Банка. Из объяснений представителя ответчика следует, что к руководящему составу относится Правление Банка. В соответствии с пунктом 17.1 Устава МКБ «Дон-Тексбанк» ООО Правление Банка образуется в количестве шести человек. Согласно предоставленной ответчиком информации, по состоянию на 15.09.2023 г. в состав Правления входили: председатель Правления ФИО9, заместители председателя Правления ФИО10 и ФИО11, главный бухгалтер ФИО12, начальник отдела финансового мониторинга ФИО13, управляющий филиалом в г. Новошахтинске ФИО14 Следовательно, с содержанием приказа были ознакомлены указанные шесть членов Правления Банка.

Ссылка представителя ответчика на то, что по устному указанию председателя правления приказ не доводился до сведения членов Правления, является несостоятельной, поскольку изменения в приказ в части исключения пункта 2 о доведении до руководящего состава не вносились, доказательств не выполнения пункта 2 приказа от 15.09.2023 г. НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН-к в части доведения приказа до сведения руководящего состава ответчиком в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ не представлено.

Более того, как отметил представитель истца, при рассмотрении гражданского дела НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН в суде первой инстанции были допрошены в качестве свидетелей сотрудники Банка, которым также стало известно о содержании приказа.

Таким образом, факт распространения ответчиком не соответствующих действительности сведений, изложенных в приказе от 15.09.2023 г. НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН-к, нашел свое подтверждение в судебном заседании.

В соответствии со статьей 152 Гражданского кодекса РФ на ответчика возлагается обязанность по опровержению указанных сведений.

Довод жалобы представителя ответчика о том, что спорные правоотношения регулируются исключительно трудовым законодательством Российской Федерации не могут быть предметом судебной защиты в порядке статьи 152 ГК РФ, отклоняется судебной коллегией с учетом правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации.

Так, в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.07.2023 № 44-П «По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки ФИО4» указано, что признание незаконным приказа о применении дисциплинарного взыскания не отменяет факта его издания, однако, содержащаяся в нем информация о совершении работником дисциплинарного проступка в связи с судебной отменой приказа не может считаться достоверной. Именно такая информация, а не сам факт издания приказа, негативно воздействует на честь, достоинство и деловую репутацию работника. Свойство достоверности она утрачивает с момента издания приказа работодателем.Исходя из позиции Конституционного Суда Российской Федерации несостоятельны доводы представителя ответчика о том, что спорные правоотношения регулируются нормами трудового законодательства, т.к. истец выражает несогласие с документом, непосредственно связанным с осуществлением им трудовой деятельности, который уже оспаривался ФИО1 в суде и не может являться предметом судебной защиты в порядке ст.152 ГК РФ.

В соответствии с п. 4.1. постановления Конституционного Суда Российской Федерации №44-П от 21 июля 2023г. «По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой граждански ФИО4», признание незаконным (недействительным) приказа (распоряжения) работодателя о применении к работнику дисциплинарного взыскания очевидно не может отменить состоявшегося ранее факта его издания, информация о котором в этом смысле является достоверной. В то же время отмена такого приказа (распоряжения) судом может констатировать несостоятельность оснований для его принятия работодателем (т.е. необоснованность вывода о порочащем работника поведении, о совершении им дисциплинарного проступка) и (или) свидетельствовать о несоблюдении необходимой в подобных случаях процедуры, что, однако, также может опровергать, пусть и по формальным основаниям, связанным с ненадлежащими сбором и фиксацией данных о поведении работника, доказанность вывода о совершении работником дисциплинарного проступка. Соответственно, несмотря на достоверность сведений об издании приказа (распоряжения), содержащаяся в нем информация о совершении работником дисциплинарного проступка в связи со вступлением в силу судебного решения о его отмене ввиду недоказанности факта дисциплинарного проступка не может считаться достоверной. При этом именно она, а не сам факт издания приказа (распоряжения), негативно воздействует на честь, достоинство и деловую репутацию работника, к которому она относится. Поэтому для целей защиты прав и законных интересов работника необходимо исходить из того, что свойство достоверности соответствующая информация утрачивает не с момента вступления в силу соответствующего судебного решения, а с момента издания работодателем приказа (распоряжения) о привлечении работника к дисциплинарной ответственности, что согласуется и с тем, что отмена приказа (распоряжения) работодателя как незаконного подразумевает его незаконность с момента издания.

Согласно п. 4.2. постановления Конституционного Суда Российской Федерации №44-П от 21 июля 2023г., обязанность принять меры для восстановления чести, достоинства или деловой репутации обычно возникает по требованию самого потерпевшего, что отвечает принципу осуществления гражданских прав по воле и в интересах участников гражданско-правовых отношений (пункт 2 статьи 1 ГК Российской Федерации). В трудовых же правоотношениях, учитывая фактическое неравенство работодателя и работника, который является здесь слабой стороной и не всегда может заявить работодателю свои требования, обязанность распространить сведения о признании судом приказа (распоряжения) о применении к работнику дисциплинарного взыскания незаконным (недействительным) возникает независимо от инициативы работника, но в любом случае при условии предварительного с ним согласования. Такой стандарт добросовестного поведения работодателя обусловлен состоянием - обычным в большинстве сфер деятельности - зависимости работника от работодателя и опасением вызвать у работодателя неудовольствие работником, настойчиво защищающим свои права, создать восприятие работника как неудобного и конфликтного и тем самым - почву для предвзятого к нему отношения. Тем более что добросовестный работодатель - пользующийся своею управленческой властью в рамках, соответствующих ее предназначению, и проявляющий заботу о чести, достоинстве и деловой репутации работника, особенно когда на формирование представлений о таковых повлияли действия самого работодателя, - обязан распространить сведения о признании умаляющего честь, достоинство и деловую репутацию работника акта незаконным (недействительным) по своей инициативе, если это не противоречит разумно понимаемым интересам работника и сам работник в ходе предварительного согласования с ним таких действий не высказался против их совершения. Обязанность работодателя распространить сведения о признании судом приказа (распоряжения) о применении к работнику дисциплинарного взыскания незаконным (недействительным) тем более не может отрицаться тогда, когда сам работник этого требует.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, отсутствие оснований для привлечения к ответственности распространителя информации в качестве способа защиты прав потерпевшего не означает, что эти права не подлежат защите иными способами, такими как восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения (статья 12 ГК Российской Федерации).

Правам гражданина, о котором распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, должно быть отдано предпочтение, с тем чтобы доброе имя гражданина в любом случае было восстановлено.

А способ защиты нарушенного права и то, как гражданин желает, чтобы его права были восстановлены, зависит исключительно от него и его выбора.

При этом, Конституционный Суд Российской Федерации также отметил, что обязанность работодателя распространить сведения о признании судом приказа о применении дисциплинарного взыскания незаконным возникает независимо от инициативы работника, а при наличии требования работника такая обязанность тем более не может отрицаться. Права гражданина, о котором распространены порочащие сведения, должны быть в любом случае восстановлены, а выбор способа защиты нарушенного права принадлежит самому гражданину.

Судебная коллегия также соглашается с выводами суда пмервой инстанции, что совокупность установленных в судебном заседании обстоятельств дела и анализ вышеперечисленных норм права свидетельствуют об обоснованности требований истца в части обязания работодателя издать приказ об отмене приказа председателя правления Межотраслевого Коммерческого Банка «Дон-Тексбанк» общество с ограниченной ответственностью №290-к от 15.09.2023г. о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде замечания.

В соответствии с частью 6 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации порядок опровержения сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию гражданина, в иных случаях устанавливается судом. Принимая во внимание, что приказ был доведен до руководящего состава Банка (во всяком случае доказательств его не доведения до руководящего состава Банка ответчиком в материалы дела не представлено), отмена данного приказа также подлежит доведению до сведения руководящего состава.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», при определении размера компенсации следует учитывать содержание порочащих сведений, их тяжесть в общественном сознании, способ и длительность распространения, степень влияния на формирование негативного мнения, степень затронутости достоинства, социального положения, деловой репутации, нравственные и физические страдания потерпевшего, его личность, общественное положение, должность, индивидуальные особенности. Порочащими могут быть признаны в том числе сообщенные от имени работодателя сведения о дисциплинарном проступке и наложенном взыскании.

В соответствии с пунктом 30 того же постановления размер компенсации определяется с учетом требований разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

При определении размера компенсации морального вреда суд первой инстанции принял во внимание то обстоятельство, что изложенная в приказе от 15.09.2023 г. НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН-к информация о введении ФИО1 членов кредитного совета в заблуждение и о его возможной личной заинтересованности не нашла своего подтверждения, то есть, является недостоверной, а факт её распространения подтвержден материалами настоящего граждан6мского дела.

Принимая во внимание изложенное, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что информация, содержащаяся в приказе от 15.08.2023 г. НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН-к, о том, что заключением ФИО1 члены кредитного отдела были введены в заблуждение и что ФИО1 мог иметь личную заинтересованность, не нашла подтверждения, то есть, является недостоверной. При этом факт распространения данной информации нашел подтверждение.

Судебная коллегия отмечает, что закон не устанавливает ни минимального, ни максимального размера компенсации морального вреда. Компенсация предназначена для сглаживания нанесенных человеку моральных травм, поэтому ее размер определяется судом с учетом характера причиненных нравственных страданий в каждом конкретном случае. В тоже время, компенсация морального вреда должна носить реальный, а не символический характер. Ввиду того, что данная категория дел носит оценочный характер, только суд вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая нормы закона, степень вины ответчика, определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела. Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет конкретный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду.

Принимая во внимание изложенное, определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции верно учел характер и содержание не соответствующих действительности сведений, изложенных в приказе от 15.08.2023 г. НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН-к, а также нравственные страдания и переживания истца, выразившиеся в нарушении душевного спокойствия и чувстве унижения его достоинства, недооценке порядочности, деловых качеств и профессионализма. При этом суд принял во внимание, что истец не был лишен возможности трудиться, и, руководствуясь требованиями разумности и справедливости, посчитал заявленную истцом сумму компенсации морального вреда завышенной и счел возможным взыскать с ответчика компенсацию мотального вреда в размере 3 000 рублей.

При рассмотрении дела суд исходил из доказательств, представленных сторонами, иных доказательств суду представлено не было.

Согласно ст. 60 ГПК Российской Федерации обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (ч. 1 и ч. 4 ст. 67 ГПК РФ).

В силу указанных требований принципа диспозитивности гражданского процесса, суд не может быть более заинтересован в защите прав сторон, чем сами стороны. Доказательственная деятельность, в первую очередь, связана с поведением сторон, процессуальная активность которых по доказыванию ограничена процессуальными правилами об относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств. В случае процессуального бездействия стороны в части представления в обоснование своих требований и возражений доказательств, отвечающих требованиям процессуального закона, такая сторона самостоятельно несет неблагоприятные последствия своего пассивного поведения.

В данном случае, как судом первой инстанции, так и судом апелляционной инстанции сторонам разъяснялись положения гражданского процессуального законодательства и установленное бремя доказывания.

Согласно ст. 157 ГПК РФ одним из основных принципов судебного разбирательства является его непосредственность, и решение суда может быть основано только на тех доказательствах, которые были исследованы судом первой инстанции в судебном заседании.

Судебная коллегия отмечает, что, поскольку разрешение спора производится судом путем сопоставления и анализа представленных сторонами доказательств, на результат рассмотрения дела влияет процессуальное поведение сторон, каждая из которых вправе либо активно доказывать свои доводы и возражения, представляя суду доказательства их обоснованности, либо, заняв пассивную позицию, ограничиться общим непризнанием правильности позиции оппонента. В последнем случае сторона принимает на себя риски наступления негативных последствий собственного процессуального бездействия в силу норм ч. 2 ст. 12 ГПК РФ, поскольку добровольно отказывается от доказывания тех обстоятельств, на которых базируется ее позиция. Таким образом, стороны должны занимать активную позицию по делу в судебном процессе, представляя относимые и допустимые доказательства в обоснование своих возражений или требований.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали бы выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, основанными на неправильном понимании норм материального права.При таких обстоятельствах, соглашаясь с выводами суда, судебная коллегия считает решение суда законным и обоснованным, поскольку оно основано на установленных судом фактических обстоятельствах дела, не противоречит имеющимся по делу доказательствам, которым дана правовая оценка в их совокупности, и соответствует требованиям действующего законодательства, регулирующего спорные правоотношения сторон.

В целом приведенные в жалобе доводы в своей совокупности правовых оснований к отмене решения суда не содержат, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являющихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции и к выражению несогласия с произведенной судом оценкой представленных по делу доказательств, к субъективному толкованию норм материального права, судебная коллегия не находит оснований для переоценки доказательств, представленных сторонами по делу, иному толкованию закона, регулирующего возникшие отношения.

Обстоятельства, имеющие значение для дела, определены судом верно, представленные доказательства оценены правильно в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, существенных нарушений норм материального и процессуального права, влекущих безусловную отмену решения суда в соответствии со ст. 330 ГПК РФ не допущено, судебная коллегия, проверив решение суда в пределах доводов апелляционной жалобы в порядке ст. 327.1 настоящего Кодекса, не находит оснований для его отмены.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Шахтинского городского суда Ростовской области от 12 февраля 2026 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Межотраслевого Коммерческого Банка Общества с ограниченной ответственностью «Дон-Тексбанк» – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено – 22 мая 2026 года