Апелляционное определение № 33-3075/2026 от 27 апреля 2026 г.

Судья Байдалина О.Н. № 33-3075/2026 (2-4186/2025)

86RS0002-01-2025-002065-37


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Ханты-Мансийск 28 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам суда Ханты - Мансийского автономного округа - Югры в составе:

председательствующего судьи Мочегаева Н.П.

судей Галкиной Н.Б., Яковлева Д.В.

при ведении протокола и аудиозаписи судебного заседания секретарем Пачгановой И.Н.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «РРТ» (ООО «Феникс» ИНН <***>), ООО «ИТЦ-Гарант», ООО «Капитал Авто» (ранее «А24 Агент»), ООО «Центр Групп» о признании договора недействительным (мнимым), взыскании денежных средств, процентов за пользование чужими денежными средствами,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Нижневартовского городского суда ХМАО-Югры от 25 сентября 2025 года,

заслушав доклад судьи Мочегаева Н.П. об обстоятельствах дела и доводах апелляционной жалобы истца, пояснения ФИО1, поддержавшего доводы своей апелляционной жалобы, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «РРТ», мотивируя свои требования тем, что 24 июля 2022 года он заключил с ООО «РРТ» договор купли-продажи о приобретении транспортного средства Exeed LX стоимостью 2 420 000 рублей с предоставлением персональной скидки, условия которой с ним не обсуждались, ему не разъяснены. До поездки в автосалон он договаривался о заключении договора страхования жизни на сумму 200 000 рублей. В день заключения договора представитель продавца передал ему без разъяснения копию опционного договора и копию сертификата по программе обслуживания CAR TECH «Стандарт» (карта помощи на дорогах). Прочитав условия сертификата, он заявил об отказе от подписания опционного договора и указал, что сертификат ему не нужен. Продавец сообщил, что договор купли-продажи в таком случае не может быть заключен. Тем самым истцу навязано подписание опционного договора, по которому на истца была возложена уплата опционной премии в размере 200 000 рублей. В случае прекращения сертификата опционная премия не возвращается, однако такое условие, по мнению истца, противоречит нормам Закона «О защите прав потребителей». ООО «ИТЦ – Гарант» и ООО «РРТ» ему услуги не оказаны, расходы по исполнению договора ими не понесены. Полагает, что имеются признаки мнимой сделки, поскольку опционная премия не получена ООО «РРТ», а получена ООО «ИТЦ – Гарант». Ответчиком ООО «РРТ» его требования в добровольном порядке не удовлетворены. Между ООО «А24 Агент» и ООО «Центр Групп» заключен субагентский договор. Получателем денежных средств в виде опционной премии в размере 200 000 рублей является ООО «А24 Агент». Полагает, ООО «ИТЦ-Гарант», ООО «РРТ», ООО «А24 Агент» не имели намерения исполнять сделку, вследствие чего она является мнимой. Размер процентов за пользование чужими денежными средствами за период с (дата) по (дата) составит 67 443, 85 рублей.

Просит сделку, заключенную ФИО1 и ООО «ИТЦ-Гарант», ООО «РРТ», ООО «А24 Агент», ООО «Центр Групп», признать мнимой, взыскать с ООО «РРТ» неосновательно приобретенные денежные средства в размере 200 000 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 67 443, 85 рублей, штраф в размере 50% от присужденной судом суммы, компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей (т.1 л.д.5-9).

Определением суда от 14.04.2025 в качестве третьих лиц к участию в деле привлечены: принципал по опционному договору ООО «ИТЦ-Гарант», агент и субагент - ООО «А24Агент»,ООО «Центр Групп» (т.1 л.д.93).

На основании ст.39 Гражданского процессуального кодекса РФ истец изменил исковые требования, просит опционный договор № 007714 от 24 июля 2022 года, заключенный между ним и ООО «ИТЦ Гарант», признать мнимой сделкой, взыскать с ООО «РРТ» в его пользу денежные средства в размере 200 000 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 76 994,54 рублей, штраф в размере 50% от присужденной судом суммы, компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, принято к производству суда протокольным определением от 14.05.2025 (т.1 л.д.128-134,146).

Вновь изменив исковые требования в порядке ст.39 Гражданского процессуального кодекса РФ и указывая в качестве ответчиков ООО «РРТ», ООО «ИТЦ-Гарант», ООО «А24Агент», ООО «Центр Групп», истец просит признать недействительной сделкой опционный договор № 007714 от 24 июля 2022 года, заключенный между ним и ООО «ИТЦ Гарант», взыскать с ООО «РРТ» в его пользу денежные средства в размере 200 000 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 76 994, 54 рублей, штраф в размере 50% от присужденной судом суммы, компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей(т.1 л.д.179-186,187).

Дело рассмотрено судом с участием истца, который настаивал на измененных исковых требованиях, и в отсутствие надлежаще извещенных представителей ответчиков по правилам ст. 167 ГПК РФ, о причинах неявки в суд суду не сообщили.

Представитель ответчика ООО «РРТ» представил возражения на исковое заявление, в которых просил отказать в удовлетворении исковых требований, указывая, что между истцом и ответчиком ООО «РРТ» заключен договор купли-продажи транспортного средства, доказательств понуждения покупателя со стороны продавца к заключению опционного договора в материалах дела не имеется, как и доказательств мнимости сделки, включая доказательства неисполнения договора ООО «ИТЦ-Гарант». Приобретение истцом дополнительных услуг имело своей целью получение скидки на автомобиль. Скидка в размере 519 000 рублей согласно условиям заключенного договора купли-продажи предоставляется при выполнении условий, содержащихся в договоре. Подписывая Приложение №1 к договору, истец согласился с такими условиями. Денежные средства, полученные от истца в качестве опционной премии, были перечислены ООО «А24Агент». Опционный договор заключен истцом с ООО «ИТЦ Гарант». В случае удовлетворения исковых требований просил применить ст.333 Гражданского кодекса РФ ко всем заявленным требованиям.

Представитель ответчика ООО «Капитал Авто» (ранее ООО «А24Агент») в отзыве на исковое заявление просил отказать в удовлетворении иска, ссылаясь на то, что опционный договор был заключен между истцом и ООО «ИТЦ Гарант», денежные средства в размере 200 000 рублей были перечислены на счет ООО «РРТ», являющегося субагентом ООО «ИТЦ-Гарант». ООО «Капитал Авто» является агентом ООО «ИТЦ Гарант» на основании агентского договора. ООО «Капитал Авто» передал свои полномочия по привлечению клиентов и сопровождению сделок ООО «РРТ» на основании субагентского договора. Агент и субагент действуют от имени и за счет принципала ООО «ИТЦ Гарант», права и обязанности по заключенному опционному договору возникли у ООО «ИТЦ Гарант». Каких-либо договоров между истцом и ООО «Капитал Авто» заключено не было.

Решением Нижневартовского городского суда ХМАО-Югры от 25 сентября 2025 года в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «РРТ» (ИНН <***>), ООО «ИТЦ-Гарант» (ИНН <***>), ООО «Капитал Авто» (ранее «А24 Агент») (ИНН <***>), ООО «Центр Групп» (ИНН <***>) о признании договора недействительным (мнимым), взыскании денежных средств, процентов за пользование чужими денежными средствами, защите прав потребителя отказано.

В апелляционной жалобе истец ФИО1 просит решение суда от 25.09.2025 отменить и принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме. Не согласен с выводом суда о том, что ответчики ООО «Капитал Авто» (ранее ООО «А24Агент») и ООО «Центр Групп» в спорных правоотношениях действовали от имени и за счет принципала ООО «ИТЦ-Гарант», поэтому права и обязанности по заключенному истцом опционному договору возникли непосредственно у ООО «ИТЦ-Гарант», поскольку ООО «Центр Групп» и ООО «РРТ» - одно и тоже юридическое лицо с ИНН <***>.

Отказывая в признании сделки мнимой, суд не учел разъяснения в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020) (утв. Пезидиумом Верховного Суда РФ 10.06.2020) и в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" о том, что для квалификации заключенной сделки мнимой необходимо установить наличие или отсутствие фактических отношений по сделке, и установление того факта, что стороны на самом деле не имели намерения создания условий для возникновения гражданских прав и обязанностей, является достаточным для квалификации сделки мнимой. В данном случае суд не проверил наличие или отсутствие фактических отношений по опционному договору. Ответчиками в материалы дела не представлено доказательств, повреждающих исполнение опционной сделки (перечисления денежных средств, полученных ООО «РРТ» от истца, на счет ООО «ИТЦ-Гарант») и отсутствие намерения создать соответствующее правовые последствия, о чем свидетельствует указание ответчиками в опционном договоре от 24.07.2022 условия о том, что услуги оказываются только при предъявлении оригинала сертификата, тогда как истцу выдана лишь скан-копия указанного сертификата.

Кроме того, суд в нарушение положений ст.67, 195 ГПК РФ не исследовал текст коммерческого предложения от 21.07.2022 о скидке и пришел к неправильному выводу о том, что согласование условия о скидке и заключение спорного опционного договора, явилось результатом волеизъявления истца на приобретение автомобиля по цене более, чем он мог бы рассчитывать при обычных условиях, что нельзя расценивать как навязанная услуга либо введение истца в заблуждение. Однако суд не принял во внимание доводы истца о нежелании заключать опционный договор, т.к. в коммерческом предложении №КП РЭК 000256 от 21.07.2022 указано о заключении договора страхования жизни на сумму 200 000 руб. и стоимость автомобиля уже указана 2 450 000 руб. Кроме того, с отзывом ответчика ООО «А24 Агент» истца ознакомили за 10 минут до судебного заседания, в связи с чем он не имел времени представить возражения, чем нарушена состязательность судебного процесса.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились представители ответчиков, третьих лиц, надлежаще извещенные о времени и месте судебного заседания, в том числе, посредством размещения соответствующей информации на официальном сайте суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в сети «Интернет». С учетом изложенного и руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с тем, что лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом и за срок, достаточный для обеспечения явки и подготовки к судебному заседанию, судебная коллегия определила о рассмотрении дела в отсутствие иных участвующих в деле лиц.

Истец ФИО1 в судебном заседании судебной коллегии настаивал на удовлетворении апелляционной жалобы, акцентируя внимание на том, что услуга технической помощи на дорогах была ему навязана при покупке автомобиля с целью получения скидки на автомобиль. Пояснил также что сделку он оспаривает по мнимости, а также как заключенную помимо его воли путем навязывания ее продавцом при покупки автомобиля.

Судом апелляционной инстанции о дате и времени рассмотрения дела был извещен временный управляющий ООО «РРТ» ФИО2 в связи с введением в отношении ООО «РРТ» процедуры наблюдения, ему было направлено исковое заявление, решение и апелляционная жалобы, однако в суд он не явился, своего суждения по существу спора не высказал.

В суд ХМАО-Югры поступило ходатайство от ООО « Капитал Авто» об отложении судебного разбирательства ввиду того, что ими не получена апелляционная жалоба. С учетом мнения истца, судебная коллегия находит данное ходатайство не подлежащим удовлетворению ввиду того, что копия апелляционной жалобы по этому ходатайству была направлена судом апелляционной инстанции своевременно и за срок, достаточный для подготовки и представления в суд отзыва на жалобу, однако этим правом сторона не воспользовалась. Судебная коллегия находит, что третье лицо затягивает рассмотрение дела и злоупотребляет своими процессуальными правами.

Проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, как установлено частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и обсудив их, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между ООО «РРТ» и истцом был заключен договор купли-продажи транспортного средства, согласно которому истец приобрел в собственность автомобиль Exeed LX, 2022 года выпуска, стоимостью 2 420 000 рублей.

Согласно п.4.1 договора купли-продажи, итоговая стоимость автомобиля составляет 2 420 000 рублей, покупателю предоставлена персональная скидка в размере 519 900 рублей, по программе трейд-ин с зачетом стоимости автомобиля Шевроле, стоимость автомобиля - 40 000 рублей, стоимость трейд-ин с КП – 360 000 рублей, рекомендованная цена перепродажи – 3 299 900 рублей.

Согласно Приложению №1 к договору купли-продажи от 23 июля 2022 года персональная скидка предоставляется покупателю при условии заключения и исполнения по выбору покупателя кредитного договора, договора страхования «КАСКО», договора присоединения к программе обслуживания (программа помощи на дорогах).

Как следует из Приложения № 1 к договору купли-продажи от 23 июля 2022 года, покупатель осознает, что заключение указанных в настоящем приложении договоров - это его личное желание и право, а не обязанность.

24 июля 2022 года во исполнение условий договора купли-продажи истцом был заключен договор имущественного страхования с АО Совкомбанк Страхование № 331-16-468002-22.

24 июля 2022 года между истцом и ООО «ИТЦ Гарант» заключен опционный договор № 007714, по условиям которого Общество обязалось по требованию клиента обеспечить его подключение к программе обслуживания CAR TECH «Стандарт».

Обязательство Общества по опционному договору является исполненным в полном объеме после подключения клиента к услуге CAR TECH «Стандарт» и выдаче сертификата (п.1.3 договора).

Договор вступает в силу с момента его подписания и уплаты опционной премии и действует в течение одного года (п.3.1 договора).

Клиент уплачивает опционную премию в размере 200 000 рублей, оплата опционной премии осуществляется в день подписания договора (п.2.1, 2.2 договора).

Истцу был выдан сертификат № F004089 на подключение к Программе обслуживания СAR TECH «Стандарт», согласно которому владелец сертификата вправе пользоваться услугами, предоставляемых в рамках данной программы с 24.07.2022 года по 23.07.2027. Сертификат получен истцом, о чем свидетельствует его подпись.

Размер оплаченной истцом опционной премии за программу обслуживания CAR TECH «Стандарт» в размере 200 000 рублей не оспаривается сторонами.

Актом от 24 июля 2022 года, подписанным представителем ООО «ИТЦ Гарант» и истцом, подтверждается подключение истца к программе обслуживания CAR TECH «Стандарт».

01 августа 2021 года между ООО «ИТЦ Гарант» (принципал) и ООО «А24Агент» (агент) заключен агентский договор №ИТЦ, по условиям которого принципал поручает, а агент принимает на себя обязательство за определенное вознаграждение от имени и за счет принципала совершать юридические и иные действия, направленные на привлечение клиентов для заключения ими с принципалом опционных договоров, принимать от клиента требование и активировать сертификаты на подключение к программам технической помощи.

27 декабря 2021 года между ООО «А24Агент» (агент) и ООО «Центр Групп» (субагент) заключен субагентский договор, по условиям которого агент поручает, а субагент принимает на себя обязательство за вознаграждение совершать юридические и иные значимые действия, направленные на привлечение клиентов для заключения ими опционных договоров, а так же выдачи и активации сертификатов на подключение к программам обслуживания. Полномочия по сопровождению заключения опционных договоров переданы на основании агентского договора № ИТЦ от 01.08.2021 года, № РТ 1587 от 24.11.2020 года.

Платежным поручением от 17 августа 2022 года подтверждается оплата ООО «РРТ» в пользу ООО «А24 Агент» за реализацию опционных договоров, в том числе договора, заключённого с истцом.

10 января 2025 года истец направил в адрес ООО «РРТ» претензию, в удовлетворении которой ООО «РРТ» отказано, поскольку доказательств понуждения к заключению опционного договора или доказательств мнимости сделки не имеется.

Обращаясь в суд с иском, истец просил взыскать оплаченные по опционному договору денежные средства на основании недействительности опционного договора, заявляя о признании его мнимой сделкой, а также о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, штрафа по закону о защите прав потребителей, морального вреда.

Разрешая заявленные исковые требования и руководствуясь совокупностью норм п.1 ст.422, п.2 ст.450.1, п.1 ст.779, п.1 ст.782, ст. 429.3, ст. 1005 Гражданского кодекса РФ, ст.16 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992г. № 2300-1 «О защите прав потребителей», суд первой инстанции в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказал, установив, что оснований для признания недействительной сделки по заключению опционного договора не имеется ввиду того, что ООО «РРТ» стороной оспариваемого договора не является, а права и обязанности в силу ст. 1005 ГК РФ по опционному договору возникли непосредственно у принципала ООО «ИТЦ-Гарант», а агент ООО «Капитал Авто» (ранее ООО «А24Агент») и субагент ООО «Центр Групп» в спорных правоотношениях действовали от имени и за счет принципала принципала ООО «ИТЦ-Гарант»; однако истец от замены ответчика отказался. В этой связи суд отказал и в требовании о взыскании с ООО «РРТ» уплаченной истцом опционной премии, процентов за пользование чужими денежными средствами, компенсации морального вреда и штрафа по основанию предъявления к ненадлежащему ответчику - ООО «РРТ».

Отказывая в признании опционного договора от 24.07.2022 мнимой сделкой, суд исходил из того, что при заключении договора купли-продажи истцу была предоставлена полная информация о приобретаемом товаре, его цене, а дополнительных условиях, дающих право на получение скидки, и он (договор купли-продажи) не предусматривал обязанность покупателя по заключению дополнительных договоров в качестве обязательных предпосылок купли-продажи, за покупателем оставалось право формирования цены товара его объявленной общей стоимостью или с уменьшением на скидку и покупатель в случае несогласия с условиями договора о цене не был лишен возможности не заключать данный договор с ООО «РРТ».

Суд посчитал, что согласование условия о скидке и заключение спорного опционного договора явилось результатом волеизъявления истца на приобретение автомобиля по цене более низкой, чем он мог бы рассчитывать при обычных условиях, что нельзя расценивать как навязывание услуги либо введение истца в заблуждение.

Проверяя законность и обоснованность оспариваемого истцом судебного акта, судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции об отказе в удовлетворении иска и усматривает основания для отмены судебного решения по доводам апелляционной жалобы, полагая их заслуживающими внимания, поскольку суд первой инстанции при рассмотрении настоящего дела не учёл, что в отношениях с гражданином-потребителем обязанность доказать надлежащее представление информации об услуге возложена на исполнителя, чего продавец не сделал.

Также суд не обратил внимание на основания признания опционного договора недействительным, который указывал истец, а именно что сделка недействительна ввиду несоответствия ее закону ввиду навязывания ему данной сделки при заключении договора купли-продажи транспортного средства, а также по ее мнимости. Суд рассмотрел дело только по мнимости сделки, несмотря на заявленные истцом требования, не определил квалификацию правоотношений сторон, неправильно распределил бремя доказывания. чем нарушил нормы процессуального права и нормы материального права.

Истец в обоснование доводов апелляционной жалобы настаивает на том, что оспариваемый им опционный договор является мнимой сделкой, так как ответчики не представили доказательств его исполнения, а именно перечисления ООО «РРТ» денежных средств, полученных от истца, на счет ООО «ИТЦ-Гарант», а также по причине того, что в материалах дела содержатся доказательства отсутствия у ответчиков намерения создать соответствующие правовые последствия, а именно в опционном договоре от 24.07.2022 указано, что услуги оказываются только при предъявлении оригинала сертификата, тогда как истцу выдана лишь скан копия указанного сертификата, что препятствовало ему воспользоваться услугами по сертификату. Поскольку суд данным доказательствам надлежащей правовой оценки не дал, считает решение суда подлежащим отмене. При этом указывает, что его воли на заключения опционного договора не было, продавец отказывался продавать автомобиль без заключения этого опционного договора. В суде первой и апелляционной инстанций истец указывал о том, что он предъявил иск о взыскании денежных средств по опционному договору к продавцу транспортного средства, который по его мнению, навязал ему заключение опционного договора.

При заключении договора купли-продажи автомобиля продавец предложил покупателю заключить опционный договор, как условие для скидки в продажной цене договора купли-продажи транспортного средства, наряду с иными по его выбору (кредитного договора, договора страхования «КАСКО», договора присоединения к программе обслуживания (программа помощи на дорогах).

В соответствии с опционным договором общество с ограниченной ответственность «ИТЦ-Гарант» обязуется по требованию клиента обеспечить подключение клиента к программе обслуживания CAR TECH "Стандарт". По условиям опционного договора услуги, которые должны быть оказаны исполнителем заключаются в следующем: автосправка 24 часа, горячая линия по Европротоколу, консультация юриста, персональный менеджер, аварком/сбор справок, эвакуация при поломке, эвакуация при ДТП, подвоз топлива, запуск внешнего источника, вскрытие ТС, отключение сигнализации, замена колеса, такси от ДЦ, такси Аэропорт, справка из Гидрометцентра, поиск ТС, один автомобиль неограниченное количество пользователей (надуманная услуга) (т.1 л.д.22).

В соответствии с условиями названного договора обязательство общества по нему является исполненным в полном объёме после подключения к названной программе обслуживания и выдачи сертификата, о чём составляется двусторонний акт.

За право заявить требование по данному опционному договору клиент уплачивает обществу опционную премию в размере 200 000 руб.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК Российской Федерации мнимая сделка ничтожна. Согласно пункту 1 статьи 166 данного Кодекса ничтожная сделка недействительна независимо от признания ее таковой судом.

Пункт 1 статьи 170 ГК Российской Федерации, направленный на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 28 сентября 2017 года N 1872-О, от 24 декабря 2020 года N 2980-О, от 27 декабря 2022 года N 3359-О и др.), применяется в соответствии с разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации по вопросам, связанным с оценкой мнимости сделок. В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" внимание судов обращено на то, что мнимой может быть признана в том числе сделка, исполнение которой стороны осуществили формально, лишь для вида, например посредством составления актов приема-передачи в отсутствие действительной передачи имущества.

В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Исходя из смысла приведенной нормы и акта ее толкования, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В соответствии с пунктом 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

В силу статьи 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В соответствии со статьей 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. Односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и одностороннее изменение условий такого обязательства допускаются также в случаях, предусмотренных договором, если иное не вытекает из закона или существа обязательства.

В силу п. 1 ст. 424 ГК РФ, исполнение договора оплачивается по цене, установленной соглашением сторон; в предусмотренных законом случаях применяются цены (тарифы, расценки, ставки и т.п.), устанавливаемые или регулируемые уполномоченными на то государственными органами и (или) органами местного самоуправления.

В соответствии со ст. 431 ГК РФ, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Согласно п. 1 ст. 454 ГК РФ, по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В соответствии с п. 1 ст. 478 ГК РФ, продавец обязан передать покупателю товар, соответствующий условиям договора купли-продажи о комплектности.

Согласно п. 1 ст. 495 ГК РФ, продавец обязан предоставить покупателю необходимую и достоверную информацию о товаре, предлагаемом к продаже, соответствующую установленным законом, иными правовыми актами и обычно предъявляемым в розничной торговле требованиям к содержанию и способам предоставления такой информации.

В соответствии с пунктом 2 той же статьи, покупатель вправе до заключения договора розничной купли-продажи осмотреть товар, потребовать проведения в его присутствии проверки свойств или демонстрации использования товара, если это не исключено ввиду характера товара и не противоречит правилам, принятым в розничной торговле.

Пункт 3 той же статьи гласит, что если покупателю не предоставлена возможность незамедлительно получить в месте продажи информацию о товаре, указанную в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, он вправе потребовать от продавца возмещения убытков, вызванных необоснованным уклонением от заключения договора розничной купли-продажи (пункт 4 статьи 445), а если договор заключен, в разумный срок отказаться от исполнения договора, потребовать возврата уплаченной за товар суммы и возмещения других убытков.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В статье 8 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей (далее - Закон о защите прав потребителей) предусмотрено право потребителя на информацию об изготовителе (исполнителе, продавце) и о товарах (работах, услугах).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В силу пункта 1 статьи 10 данного закона изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора.

Согласно пункту 1 статьи 12 Закона о защите прав потребителей, если потребителю не предоставлена возможность незамедлительно получить при заключении договора информацию о товаре (работе, услуге), он вправе потребовать от продавца (исполнителя) возмещения убытков, причинённых необоснованным уклонением от заключения договора, а если договор заключён, в разумный срок отказаться от его исполнения и потребовать возврата уплаченной за товар суммы и возмещения других убытков.

В соответствии со статьёй 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чьё право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2).

В силу пункта 1 статьи 16 Закона о защите прав потребителей недопустимыми условиями договора, ущемляющими права потребителя, являются условия, которые нарушают правила, установленные международными договорами Российской Федерации, данным законом, законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей. Недопустимые условия договора, ущемляющие права потребителя, ничтожны.

В пункте 2 статьи 13 указанного закона закреплено, что, если иное не установлено законом, убытки, причинённые потребителю, подлежат возмещению в полной сумме сверх неустойки (пени), установленной законом или договором.

Если включение в договор условий, ущемляющих права потребителя, повлекло причинение убытков потребителю, они подлежат возмещению продавцом (изготовителем, исполнителем, импортером, владельцем агрегатора) в полном объеме в соответствии со статьей 13 данного закона.

Согласно пункту 2 названной статьи к недопустимым условиям договора, ущемляющим права потребителя, в том числе относятся: условия, которые устанавливают для потребителя штрафные санкции или иные обязанности, препятствующие свободной реализации права, установленного статьей 32 этого закона (подпункт 3);иные условия, нарушающие правила, установленные международными договорами Российской Федерации, данным законом, законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей (подпункт 15).

Пунктом 76 постановления Пленума Верховного Суда от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что ничтожными являются условия сделки, заключенной с потребителем, не соответствующие актам, содержащим нормы гражданского права, обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров (статья 3, пункты 4 и 5 статьи 426 ГК РФ), а также условия сделки, при совершении которой был нарушен явно выраженный законодательный запрет ограничения прав потребителей (например, пункт 2 статьи 16 Закона о защите прав потребителей, статья 29 Федерального закона от 2 декабря 1990 г. N 395-I "О банках и банковской деятельности").

В силу требований пункта 4 статьи 13, пункта 5 статьи 14 и пункта 6 статьи 28 Закона о защите прав потребителей бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательств, лежит на изготовителе (исполнителе, продавце).

В силу требований пункта 4 статьи 13, пункта 5 статьи 14 и пункта 6 статьи 28 Закона о защите прав потребителей бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательств, лежит на изготовителе (исполнителе, продавце).

В силу ст. 429.3 ГК РФ по опционному договору одна сторона на условиях, предусмотренных этим договором, вправе потребовать в установленный договором срок от другой стороны совершения предусмотренных опционным договором действий (в том числе уплатить денежные средства, передать или принять имущество), и при этом, если управомоченная сторона не заявит требование в указанный срок, опционный договор прекращается (п. 1). За право заявить требование по опционному договору сторона уплачивает предусмотренную таким договором денежную сумму, за исключением случаев, если опционным договором, в том числе заключенным между коммерческими организациями, предусмотрена его безвозмездность либо если заключение такого договора обусловлено иным обязательством или иным охраняемым законом интересом, которые вытекают из отношений сторон (п. 2). При прекращении опционного договора указанный платеж возврату не подлежит, если иное не предусмотрено опционным договором (п. 3).

Вопреки доводам апелляционной жалобы, ссылка на то, что договор является опционным, в силу п. 3 ст. 429.3 ГК РФ при прекращении опционного договора сумма опциона возврату не подлежит и иное не предусмотрено заключенным сторонами опционным договором, не отменяет применение как норм Закона о защите прав потребителей, так и общих норм о заключении и расторжении договоров, предусматривающих свободную обоюдную волю сторон на возникновение и прекращение определенных, исходящих из принципа равенства сторон договора, правоотношений.

Кроме того, гарантированная Конституцией Российской Федерации свобода экономической деятельности (статья 8), свобода договора, провозглашенная Гражданским кодексом Российской Федерации в числе основных начал гражданского законодательства (пункт 1 статьи 1), не являются абсолютными, не должны приводить к отрицанию или умалению других общепризнанных прав и свобод (статьи 17 и 55 Конституции Российской Федерации), могут быть ограничены федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, прав и законных интересов других лиц (часть 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации).

В соответствии с последовательной позицией Конституционного Суда Российской Федерации, неоднократно изложенной им в своих судебных актах, в качестве способов ограничения конституционной свободы договора на основании федерального закона предусмотрены, в частности, институт публичного договора, исключающего право коммерческой организации отказаться от заключения такого договора, кроме случаев, предусмотренных законом (статья 426 ГК РФ), а также институт договора присоединения, требующего от всех заключающих его клиентов - граждан присоединения к предложенному договору в целом (статья 428 ГК РФ).

К таким договорам присоединения, имеющим публичный характер, относится и опционный договор по настоящему делу, условия которого определяются лицом, предоставляющим услуги, в стандартных правилах. В результате граждане как сторона договора лишены возможности влиять на его содержание, что является ограничением свободы договора, само по себе законом не запрещено, однако требует соблюдения принципа соразмерности, в силу которой гражданин как экономически слабая сторона в этих правоотношениях нуждается в особой защите своих прав. Как следствие, это влечет необходимость в соответствующем правовом ограничении свободы договора и для другой стороны, то есть для лиц, оказывающих данные услуги.

Более того, ввиду отсутствия в законе норм, вводящих обоснованные ограничения для экономически сильной стороны в опционном договоре в части возможности удержания полной опционной премии при прекращении договора вне зависимости от срока действия договора, фактического использования предусмотренных им услуг и оснований его прекращения, нарушаются предписания ст. 34 и 55 (ч.3 ) Конституции Российской Федерации, создается неравенство, недопустимое с точки зрения требования справедливости, закрепленного в преамбуле Конституции Российской Федерации.

При рассмотрении дела судом первой инстанции не дано оценки доводам истца о том, что при оформлении кредитного договора он указал, что услуги Программы обслуживания CAR TECH "Стандарт", к которой он подключается на основании опционного договора, ему не нужны, однако менеджер автосалона пояснил ему, что заключение данного договора является обязательным для договора купли-продажи транспортного средства.

Таким образом, по сути, заключение опционного договора являлось обязательным условием для заключения договора купли-продажи автомобиля, что является ущемляющим права истца как потребителя.

При этом условия опционного договора содержат неясности, из них невозможно установить участников данного договора, действительную волю сторон относительно условий его заключения, к тому же пунктом 4.3 опционного договора установлена договорная подсудность - Московский районный суд г. Санкт-Петербурга, учитывая, что местом жительства истца и местом заключения всех договоров, связанных с приобретением автомобиля, является г. Нижневартовск.

Истец также обращал внимание суда на необходимость установления всех значимых обстоятельств дела и подтверждение их доказательствами, поскольку денежные средства по опционному договору в сумме 200 000рублей поступили на счет продавца автомобиля перечислены на ООО « ИТЦ-Гарант», а субагенту по субагентскому договору ООО « А24 Агент», при этом поставщиком услуг указан партнер ООО "ИТЦ-Гарант», оригинал сертификата при предъявлении которого оказываются услуги ему не передан. В материалах дела отсутствуют правовые основания получения указанными лицами опционной премии.

В соответствии с толкованием Конституционного Суда Российской Федерации, изложенным в постановлении от 3 апреля 2023 г. № 14-П, в отношениях с профессиональными продавцами граждане-потребители подчас лишены возможности влиять на содержание договоров, что является для них фактическим ограничением свободы договора.

Воздействие на волю потребителя могут оказывать и различные преддоговорные практики, применяемые продавцами для максимизации прибыли. Соответственно, необходимыми становятся предоставление потребителю как экономически слабой стороне в этих правоотношениях особой защиты его прав и соразмерное правовое ограничение свободы договора для другой стороны, т.е. для профессионалов, с тем чтобы реально гарантировать соблюдение конституционного принципа равенства при осуществлении предпринимательской и иной не запрещённой законом экономической деятельности (пункт 4).

К явно обременительным для потребителя условиям в контексте пункта 2 статьи 428 Гражданского кодекса Российской Федерации можно отнести условия договора о цене, которые определены с использованием методов манипулирования информацией о действительной цене товара, препятствующих - в ситуации непрозрачности ценообразования - осознанию потребителем конечной стоимости сделки.

К таким методам, в частности, можно причислить указание цены товара со скидкой под условием оплаты потребителем дополнительных товаров и услуг по завышенной (нерыночной) цене, а также предложение скидки с цены, произвольно указанной продавцом, или с цены, которая не является обычной рыночной, равно как и предложение цены, которая отличается от объявленной в рекламе, публичной оферте, на сайте продавца или изготовителя. При этом предлагаемая потребителю цена может быть изначально завышена (например, на величину скидки) в сравнении с рыночной. В результате создаётся лишь видимость выгодности сделки для потребителя, в то время как продавец и участвующие в данной бизнес-модели финансовые организации распределяют между собой доход, полученный вследствие выплат потребителя по договорам страхования или кредита в виде процентов за кредит, страховой премии и т.п. (пункт 4.1).

Одновременно отказ покупателя от страховки или кредита может свидетельствовать об отсутствии у него изначальной заинтересованности в кредите или страховании, о направленности его действий на получение преимуществ из своего недобросовестного поведения и о сознательном нарушении принятых на себя в договоре купли-продажи обязательств по страхованию или кредитованию.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 3 апреля 2023 г. N 14-П по делу о проверке конституционности пунктов 2 и 3 статьи 428 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО3 разъяснил, что к явно обременительным для потребителя условиям в контексте пункта 2 статьи 428 Гражданского кодекса Российской Федерации можно отнести условия договора о цене, которые определены с использованием методов манипулирования информацией о действительной цене товара, препятствующих - в ситуации непрозрачности ценообразования - осознанию потребителем конечной стоимости сделки. К таким методам, в частности, можно причислить указание цены товара со скидкой под условием оплаты потребителем дополнительных товаров и услуг по завышенной (нерыночной) цене, а также предложение скидки с цены, произвольно указанной продавцом, или с цены, которая не является обычной рыночной, равно как и предложение цены, которая отличается от объявленной в рекламе, публичной оферте, на сайте продавца или изготовителя. При этом предлагаемая потребителю цена может быть изначально завышена (например, на величину скидки) в сравнении с рыночной. В результате создается лишь видимость выгодности сделки для потребителя, в то время как продавец и участвующие в данной бизнес-модели финансовые организации распределяют между собой доход, полученный вследствие выплат потребителя по договорам страхования или кредита в виде процентов за кредит, страховой премии и т.п.

Исходя из приведенной позиции Конституционного Суда Российской Федерации при рассмотрении дел данной категории судам следует проверять, не навязаны ли покупателю невыгодные условия посредством обусловленности приобретения товара обязательным приобретением услуг страховых или кредитных организаций, а также наличие пропорциональности взыскания части предоставленной продавцом скидки тому объему выплат, которые покупатель не произвел или которые были ему возвращены по договорам о предоставлении дополнительных услуг в силу их досрочного и одностороннего прекращения, что при рассмотрении настоящего дела судами сделано не было.

По мнению Конституционного Суда Российской Федерации, было бы избыточным ожидать от покупателя, получившего предложение о снижении цены за счет скидки, что он критически отнесется к условиям ее предоставления, в том числе к основаниям последующего взыскания с него суммы скидки в привязке к исполнению договоров, сопутствующих договору купли-продажи, а также критически сопоставит условия предлагаемых партнерами продавца к заключению договоров с условиями, которые были бы предложены, заключи он их самостоятельно (притом что в зависимости от общей стоимости приобретаемого товара, от наличия свободных средств и от иных фактических обстоятельств не исключено, что выгоде потребителя может служить и условие об отсутствии скидки). Следовательно, известным преувеличением будет и представление о том, что в таких случаях покупатель вступит в переговоры с продавцом по поводу отдельных условий договора и тем самым даст возможность последнему продемонстрировать своим поведением, что он создает существенные затруднения покупателю в согласовании иного содержания условий договора в силу явного неравенства переговорных возможностей, а это только и позволит при приведенном выше понимании рассматриваемых норм прибегнуть к предусмотренным ими мерам защиты прав более слабой стороны в договоре.

Предприниматель, профессионально занимающийся продажами, регулярно, на постоянной основе взаимодействует с разными контрагентами (включая потребителей) и потому потенциально обладает навыками ведения переговоров, оказания влияния на покупателя с целью реализации товара на наиболее выгодных для себя условиях. Он также не лишён возможности создать видимость обеспечения покупателя нужным объёмом информации, а даже действительно обеспечив его таковой - манипулировать ею так, чтобы покупатель обошёл вниманием проблемные элементы в её содержании. В связи с этим, предлагая условия договора, предприниматель не может не осознавать своё превосходство (экономическую силу) над потребителем. У покупателя же, возможно, не будет оснований в ходе, например, судебного разбирательства отрицать, что продавец его информировал. При таких условиях даже выравнивание процессуального положения сторон посредством деятельности суда по перераспределению бремени доказывания от покупателя к продавцу может и не дать полезного эффекта (пункт 7).

С учетом установленных обстоятельств, при разрешении исковых требований истца о признании недействительным (мнимым) опционного договора № 007714 от 24.07.2022, заключенного истцом с ООО «ИТЦ Гарант», суду надлежало дать оценку добросовестности поведения, как продавца, так и покупателя.

В соответствии с пунктом 1 статьи 16 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей" (условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными. Если в результате исполнения договора, ущемляющего права потребителя, у него возникли убытки, они подлежат возмещению изготовителем (исполнителем, продавцом) в полном объеме.

Применительно к данной норме закона к числу ущемляющих права потребителей могут быть отнесены условия договора, возлагающие на потребителя бремя предпринимательских рисков, связанных с факторами, которые могут повлиять, к примеру, на стоимость приобретаемого товара, при том, что потребитель, являясь более слабой стороной в отношениях с хозяйствующим субъектом, как правило, не имеет возможности влиять на содержание договора при его заключении.

Из толкования положений статей 1, 10, 166 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что противоправный интерес не подлежит правовой защите.

Суд первой инстанции при рассмотрении настоящего дела не учёл, что в отношениях с гражданином-потребителем обязанность доказать надлежащее представление информации об услуге возложена на исполнителя.

Согласно материалам дела 23.07.2022 между ООО «РРТ» и истцом был заключен договор купли-продажи транспортного средства Exeed LX стоимостью 2 420 000 рублей (п. 4.1), при этом покупателю предоставлена персональная скидка в размере 519 900 рублей, по программе трейд-ин с зачетом стоимости автомобиля Шевроле, стоимость автомобиля - 40 000 рублей, стоимость трейд-ин с КП – 360 000 рублей, рекомендованная цена перепродажи – 3 299 900 рублей.

Согласно Приложению №1 к договору купли-продажи от 23 июля 2022 года персональная скидка предоставляется покупателю при условии заключения и исполнения по выбору покупателя кредитного договора, договора страхования «КАСКО», договора присоединения к программе обслуживания (программа помощи на дорогах).

24.07.2022 во исполнение условий договора купли-продажи истцом заключено два договора: договор имущественного страхования с АО Совкомбанк Страхование № 331-16-468002-22 и опционный договор № 007714 - с ООО «ИТЦ Гарант». Истец указывает, что ему не разъясняли предмет опционного договора, не озвучивали объем услуг, порядок их предоставления и стоимость услуг.

Таким образом, по сути, заключение опционного договора являлось обязательным условием для заключения договора купли-продажи автомобиля, что является ущемляющим права истца как потребителя.

При этом условия опционного договора содержат неясности, из них невозможно установить участников данного договора, действительную волю сторон относительно условий его заключения.

При рассмотрении дела судом первой инстанции истец пояснял о том, что при оформлении договора купли-продажи он указал, что услуги Программы технического обслуживания, к которой его подключают на основании опционного договора, ему не нужны, однако менеджер автосалона пояснил ему, что заключение данного договора является обязательным для получения скидки на товар.

Обязанность доказать наличие понесенных исполнителем по договору расходов и их размер возлагается на исполнителя, которым в данном случае является ООО «ИТЦ Гарант», что подтверждается агентским договором №ИТЦ от 01.08.2021, заключенным между ООО «ИТЦ Гарант» (принципал) и ООО «А24Агент» (агент), согласно которому Принципал поручает, а Агент принимает на себя обязательство за определенное настоящим договором вознаграждение совершать от имени и за счет Принципала юридические и иные действия, направленные на привлечение клиентов для заключения ими с Принципалом опционных договоров, сопровождение сделок по заключению клиентами вышеуказанных договоров, выдачу и активацию сертификатов на присоединение клиентов к программам, а Принципал обязуется выплачивать Агенту вознаграждение (п.1.1 Договора).

Из открытых ко всеобщему доступу данных, размещённых в сети «Интернет», следует, что ООО «РРТ» ИНН <***> в настоящее время является неплатежеспособным и находится в процессе банкротства (из определения Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13 апреля 2026 года по делу № А56-86383/2025/З-2 следует, что ФНС России в лице Межрайонной ИФНС России №23 по Санкт-Петербургу обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «РРТ» несостоятельным (банкротом). Определением арбитражного суда от 14.10.2025 заявление ФНС России в лице Межрайонной ИФНС России №23 по Санкт-Петербургу принято к производству, возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «РРТ», заявление ФНС России в лице МИФНС №34 по Санкт-Петербургу признано обоснованным; в отношение ООО «РРТ» ИНН <***> введена процедура наблюдения, утвержден временный управляющий должника ФИО4, судебное заседание назначено на 20.08.2026.

Вместе с тем, данное обстоятельство не может служить основанием для оставления искового заявления без рассмотрения, прекращения производства по делу по следующим основаниям.

Согласно абз. 2 п. 1 ст. 63 Закона о банкротстве с даты вынесения арбитражным судом определения о введении наблюдения наступают требования кредиторов по денежным обязательствам и об уплате обязательных платежей, за исключением текущих платежей, могут быть предъявлены к должнику только с соблюдением установленного настоящим Федеральным законом порядка предъявления требований к должнику.

Также абз. 7 п. 1 ст. 126 Закона о банкротстве предусматривает, что с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства все требования кредиторов по денежным обязательствам, об уплате обязательных платежей, иные имущественные требования, за исключением текущих платежей, указанных в пунктах 1 и 1.1 статьи 134 настоящего Федерального закона, и требований о признании права собственности, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о признании недействительными ничтожных сделок и о применении последствий их недействительности могут быть предъявлены только в ходе конкурсного производства.

Как разъяснено в п. 27 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22 июня 2012 года N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" в силу абзаца второго пункта 1 статьи 63, абзаца второго пункта 1 статьи 81, абзаца восьмого пункта 1 статьи 94 и абзаца седьмого пункта 1 статьи 126 Закона о банкротстве с даты введения наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления и конкурсного производства требования кредиторов по денежным обязательствам и об уплате обязательных платежей, за исключением текущих платежей, могут быть предъявлены только в рамках дела о банкротстве в порядке статей 71 или 100 Закона.

В связи с этим все исковые заявления о взыскании с должника долга по денежным обязательствам и обязательным платежам, за исключением текущих платежей и неразрывно связанных с личностью кредитора обязательств должника-гражданина, поданные в день введения наблюдения или позднее во время любой процедуры банкротства, подлежат оставлению без рассмотрения на основании пункта 4 части 1 статьи 148 АПК РФ. Однако рассмотрение таких исковых заявлений и принятие по ним решения по существу само по себе не препятствует в дальнейшем включению соответствующего требования в реестр с учетом абзаца третьего пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве и пункта 24 настоящего постановления.

В данном случае арбитражным судом введена процедура наблюдения, а не конкурсное производство. Более того, исковое заявление подано и решение суда первой инстанции принято еще до подачи заявления о банкротстве ООО «РРТ».

С учётом вышеизложенного и давая оценку указанным выше доводам истца, судебная коллегия установила, что со стороны продавца ООО «РРТ» было допущено злоупотребление правом и навязывание дополнительных услуг, в частности по подключению в Программе обслуживания Car Tech «Стандарт» введённому в заблуждение потребителю ФИО1 в автосалоне при покупке им автомобиля с условием имущественного страхования.

Отказ истца от договора о предоставлении услуг финансовых гарантий после приобретения автомобиля свидетельствует об отсутствии его заинтересованности в договоре и таких услугах и не может свидетельствовать о злоупотреблении правом со стороны потребителя.

Покупателем исполнено условие для предоставления скидки при заключении с Совкомбанком договора страхования согласно Приложению №1 к договору купли-продажи от 23 июля 2022 года, поэтому присоединение его по опционному договору к программе обслуживания (программа помощи на дорогах) является навязанной услугой, исходя их доводов истца, согласующихся с материалами дела.

По общему правилу, установленному в ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

По настоящем делу суд, оценив по правилам ст. 67 ГПК РФ имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, установил, что оспариваемая сделка была истцом исполнена путем оплаты услуг помимо его воли как условие заключения договора купли-продажи (истец не намерен был пользоваться услугами помощи на дорогах), а ООО «ИТЦ-Гарант», находясь в г.Санкт-Петербург», не имея филиалов по месту жительства истца в г.Нижневартовске, где бы мог оказать услуги по опционному договору CAR TECH, не выдав истцу сертификат (по условиям договора услуги оказываются при предоставлении оригинала сертификата), не намерен был исполнять услуги по договору, получив за них плату. ООО «РРТ» и ООО «ИТЦ-Гарант» в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ не представили относимых и допустимых доказательств действительной воли на исполнение опционного договора по предоставлению потребителю услуг по сертификату (т.1, л.д.20-21), что свидетельствует о мнимости сделки и недобросовестном поведении ответчиков.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о признании опционного договора №007714 от 24 июля 2022 года, заключенного между ФИО1 и ООО «ИТЦ Гарант», недействительной сделкой, как нарушающей действующее законодательство, в том числе и Закон Российской Федерации "О защите прав потребителей", поскольку ухудшает положение потребителя и навязывает ему дополнительные услуги в связи с чем, требования иска о признании недействительным опционного договора в силу его ничтожности, подлежат удовлетворению, в результате чего причиненные потребителю убытки в размере стоимости навязанных услуг, т.е. 200 000 руб. подлежат взысканию с продавца, поскольку понуждение к заключению навязанных услуг по дополнительному сервису на дороге имело место при покупке потребителем автомобиля у ООО «РТТ».

Невозможность возврата опционного платежа при прекращении опционного договора, предусмотренная п.3 ст.429.3 ГК РФ в данном случае неприменима. Вышеуказанное положение нельзя рассматривать в отрыве от содержания всей ст. 429.3 ГК РФ, в частности, ее п. 1 согласно которому, если управомочённая сторона не заявит требование о совершения предусмотренных опционным договором действий в указанный в договоре срок, опционный договор прекращается.

Таким образом, из буквального толкования ст. 429.3 ГК РФ как целостной единой нормы следует, что платеж по опционному договору не подлежит возврату именно на случай прекращения опционного договора по такому основанию (и только на этот случай), то есть в случае, если управомоченная по договору сторона не заявит соответствующее требование в установленный договором срок, не обратится с требованием предоставления предусмотренного договором исполнения в период действия спорного договора.

Судом установлен факт приобретения истцом транспортного средства для личного пользования, следовательно, взаимоотношения сторон относятся к правоотношениям, указанным в преамбуле Закона о защите прав потребителей и им регулируемым.

Конституционный Суд Российской Федерации в своем постановлении от 21 апреля 2026 г. № 25-П "По делу о проверке конституционности статей 322 и 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО5" указал, что договор купли-продажи транспортного средства, как следует из Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 3 апреля 2023 года № 14-П, нередко порождает ряд взаимосвязанных и взаимообусловленных обязательств, причем такие обязательства, имеющие формально несхожий предмет, но при этом влияющие в рамках конкретных договорных отношений на расчет цены, которая в большинстве случаев превышает среднемесячный доход покупателя, могут быть оформлены путем составления как единого документа, так и совокупности взаимосвязанных документов. Одним из таких обязательств, наряду с обязательствами поставить товар и уплатить покупную цену, может быть отдельное обязательство покупателя заключить страховой или кредитный договор и воздерживаться от отказа от него. Толкование условий договора о принятии на себя продавцом и покупателем, дополнительно к обязательству передать товар и обязательству уплатить цену, также иных обязательств (обеспечить страхование, получить кредит) осуществляется с учетом положений основного договора купли-продажи, дополнительных соглашений к нему и совокупности взаимосвязанных обязательств, подтверждаемых документами, составленными и подписанными при посредничестве (содействии) продавца (кредитный договор, договор страхования и др.). По смыслу этих правовых позиций могут считаться связанными договорами заключенные с покупателем договор купли-продажи автомобиля и договор о предоставлении независимой гарантии.

Связанность договоров сама по себе не является основанием для возложения солидарной обязанности (ответственности) на контрагентов по этим договорам. Вместе с тем можно выделить ряд правовых эффектов связанности договоров. Например, допускается возврат части страховой премии, если страхование выступало обеспечением возврата кредита; в случае коллективного страхования клиентов кредитных организаций предусмотрен возврат страховой премии именно кредитной организацией, если страхование обеспечивало возврат кредита (части 10 и 12 статьи 11 Федерального закона от 21 декабря 2013 года № 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)").

В законодательстве есть и инструмент, учитывающий межобязательственные связи и позволяющий потребителю при возврате товара ненадлежащего качества, приобретенного за счет потребительского кредита (займа), взыскать с продавца уплаченные потребителем проценты и иные платежи по договору потребительского кредита (займа) (пункт 6 статьи 24 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей").

В целях защиты прав потребителей отмеченная связанность договоров может рассматриваться в некоторых случаях в качестве основания для возложения на контрагентов потребителя по таким связанным договорам солидарного долга (ответственности). Учет связанности договоров, имеющих явную экономическую общность, служит непременным условием достижения справедливого баланса прав и обязанностей сторон этих договоров и обеспечения эффективной, а не формальной защиты их прав, прежде всего прав потребителя. Недостаточный же учет связанности договора розничной купли-продажи и договоров, дополнительно заключаемых с потребителем по инициативе и при посредничестве продавца (в том числе договора о предоставлении независимой гарантии бизнес-партнером продавца), обесценивает закрепленные в законе меры защиты прав потребителей, препятствует восстановлению таких прав и позволяет продавцу избегать неблагоприятных имущественных последствий даже в тех случаях, когда суд находит его действия недобросовестными.

Привлечение к внедоговорной ответственности продавца и связанных с ним третьих лиц - исполнителей услуг покупателю выступает возможным способом защиты нарушенных прав покупателя, но не единственным. При этом покупатель, который не является профессиональным участником рынка, может испытывать существенные затруднения при доказывании условий гражданско-правовой ответственности за причинение вреда с учетом неравенства, особенно информационного, его возможностей и возможностей продавца, являющегося профессиональным участником соответствующих отношений. В ситуации недоступности информации о структуре хозяйственных связей продавца с третьими лицами - исполнителями услуг, об их взаимодействии, финансовых потоках и т.п. обычный покупатель зачастую не способен доказать наличие умысла продавца или его недобросовестности при использовании им договорных конструкций с третьими лицами в качестве инструмента, препятствующего возврату цены навязанных покупателю дополнительных товаров, работ, услуг. Модель солидарной ответственности продавца в подобных ситуациях является гармоничной, позволяет как реализовать право покупателя на возврат платы за услуги, от которых он отказался, так и учесть интересы продавца, который не лишен возможности в регрессном порядке возвратить от третьего лица уплаченные покупателю средства. Сама возможность применения солидарной ответственности в подобных ситуациях лишала бы продавцов экономического стимула применять недобросовестные практики (заключать взаимосвязанные договоры без обеспечения покупателю свободы выбора и надлежащей информации).

По своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования положения ст.322 ГК РФ не препятствует возложению на продавца и его экономических партнеров - контрагентов покупателя солидарной обязанности (ответственности) по возврату причитающегося покупателю из расторгнутого по его требованию договора (в том числе договора о предоставлении независимой гарантии), заключенного с этими контрагентами и обусловливавшего предоставление покупателю скидки или иного преимущества по договору розничной купли-продажи транспортного средства, при условии, в частности, что такие договоры заключались с покупателем по инициативе и (или) при посредничестве (содействии) продавца и выбор контрагентов либо их подбор для последующего выбора покупателем осуществлены тем же продавцом (при обстоятельствах, ограничивающих надлежащую информированность и (или) свободу выбора покупателя). Иное толкование данной статьи нарушало бы конституционно оправданный и справедливый баланс прав и обязанностей продавца и покупателя, не обеспечивало бы эффективную государственную, в том числе судебную, защиту прав потребителей, а потому вступало бы в противоречие с Конституцией Российской Федерации, ее статьями 17 (части 1 и 3), 18, 35 (части 1 и 2), 45 (часть 1), 46 (части 1 и 2), 55 (часть 3) и 75.1

На основании изложенного продавец и исполнитель опционного договора несут солидарную ответственность. Истец предъявил иск только к ООО « РРТ», это его право.

Удержание агентами вознаграждения, из полученной от клиентов в пользу принципала опционной премии, является коммерческой стороной правоотношений между сторонами соответствующих сделок и не свидетельствует о нарушении агентом и субагентомм прав и охраняемых законом интересов истца, поскольку ответственность перед клиентом за надлежащее исполнение условий опционного договора лежит на принципале ООО "ИТЦ Гарант» и не переходит к третьим лицам в силу закона либо договора. Исковые требования ФИО1 к ООО «Капитал Авто» (ранее «А24 Агент»), ООО «Центр Групп» не предъявляет и в силу установленных выше обстоятельств и норм закона эти юридические лица не могут нести ответственность по опционному договору перед истцом.

Относительно основания признания опционного договора недействительной сделкой по мотиву его мнимости ввиду того, что она заключения с отсутствием намерения у исполнителя создать правовые последствия в виде исполнения условий программы помощи на дорогах судебная коллегия указывает, что для квалификации договора в качестве мнимой сделки должен быть доказан факт его заключения в отсутствие у сторон намерения создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида, с той лишь целью, чтобы создать видимость наступления таких последствий. Стороны такой сделки при ее совершении действуют недобросовестно, то есть не имеют намерений исполнять договор или требовать его исполнения. Если же воля хотя бы одной из сторон договора в действительности направлена на достижение предусмотренного им правового результата, соответствующего содержанию договора, он не может быть квалифицирован как как мнимая сделка (п. 6 Обзора, утв. Президиумом ВС РФ 07.04.2021). В данном случае поведение потребителя признано судебной коллегией добросовестным. Недобросовестным является поведение продавца транспортного средства, навязавшего заключение опционного договора ФИО1

В данном случае опционный договор признан судом апелляционной инстанции недействительной сделкой, заключенной с нарушением требований законности, поскольку содержит условия, ущемляющие права потребителя при заключении договора купли-продажи; недопустимые условия договора, ущемляющие права потребителя, ничтожны в силу пункта 1 статьи 16 Закона о защите прав потребителей.

В п.37 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 (ред. от 22.06.2021) "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" разъяснено, что проценты, предусмотренные пунктом 1 статьи 395 ГК РФ, подлежат уплате независимо от основания возникновения обязательства (договора, других сделок, причинения вреда, неосновательного обогащения или иных оснований, указанных в ГК РФ).

Поскольку статья 395 ГК РФ предусматривает последствия неисполнения или просрочки исполнения именно денежного обязательства, положения указанной нормы не применяются к отношениям сторон, не связанным с использованием денег в качестве средства платежа (средства погашения денежного долга). Например, не относятся к денежным обязанности по сдаче наличных денег в банк по договору на кассовое обслуживание, по перевозке денежных знаков и т.д.

В п. 51 этого же постановления указано, что по требованию одной стороны денежного обязательства о возврате исполненного в связи с этим обязательством, например, при излишней оплате товара, работ, услуг на излишне уплаченную сумму начисляются проценты, предусмотренные статьей 395 ГК РФ, со дня, когда получившая указанные денежные средства сторона узнала или должна была узнать об этих обстоятельствах (пункт 3 статьи 307, пункт 1 статьи 424, подпункт 3 статьи 1103, статья 1107 ГК РФ).

Сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 ГК РФ, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. К размеру процентов, взыскиваемых по пункту 1 статьи 395 ГК РФ, по общему правилу, положения статьи 333 ГК РФ не применяются (пункт 6 статьи 395 ГК РФ) (п. 48 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7).

Требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами подлежит удовлетворению ввиду того, что продавец незаконно пользовался денежными средствами потребителя в спорный период времени – с 26.07.2022 по 14.05.2025 (1024 дн.) в размере 76 994, 54 руб., исходя из расчета:

период дн.в пер. %ставка ?

(дата) – 18.09.2022 55 365 8 2 410,96

(дата) – 23.07.2023 308 365 7,5 12 657,53

(дата) – 14.08.2023 22 365 8,5 1 024,66

(дата) – 17.09.2023 34 365 12 2 235,62

(дата) – 29.10.2023 42 365 13 2 991,78

(дата) – 17.12.2023 49 365 15 4 027,40

(дата) – 31.12.2023 14 365 16 1 227,40

(дата) – 28.07.2024 210 366 16 18 360,66

(дата) – 15.09.2024 49 366 18 4 819,67

(дата) – 27.10.2024 42 366 19 4 360,66

(дата) – 31.12.2024 65 366 21 7 459,02

(дата) – 14.05.2025 134 365 21 15 419,18

Сумма процентов: 76 994,54 руб.

Доводы возражения ответчика о применении ст. 333 ГК РФ к сумме процентов за пользование денежными средствами и штрафу подлежат отклонению, поскольку ответчиком не представлено доказательств несоразмерности начисленных процентом и штрафа нарушенному обязательству.

Согласно статье 15 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Исковые требования потребителя в части взыскания компенсации морального вреда являются обоснованными ввиду установления факта ущемления его прав продавцом при навязывания ненужной услуги.

В соответствии со ст. 15 Закона "О защите прав потребителей" моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения исполнителем прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины.

Определяя размер данной компенсации, суд оценивает характер нравственных страданий потребителя, период незаконного пользования продавцом денежными средствами покупателя, в совокупности фактические обстоятельства дела, степень вины ответчика, в связи с чем считает возможным определить размер взыскиваемой компенсации за причиненный моральный вред в размере 5000 руб., удовлетворив его в полном объеме, т.к. он является разумным и справедливым.

В соответствии с п. 6 ст. 13 Закона "О защите прав потребителей" при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Размер штрафа, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца в соответствии с п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей составляет 140 997,27 руб., исходя из следующего расчета: (200 000 руб. +5000 руб.+76 994,54 руб.)? 50%.

В соответствии с положениями ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 Налогового кодекса РФ с ООО «РРТ» подлежит взысканию госпошлина в доход местного бюджета пропорционально удовлетворенной части исковых требований в размере 12 310 руб., исходя из расчета: (((200 000+76 994,54)-100000руб.)?3%+4000руб)=9310руб.+3000 руб.).

Поскольку при рассмотрении спора судом были неверно применены нормы материального права, подлежащие применению к спорным правоотношениям, и фактическим обстоятельствам дела дана неправильная правовая оценка, то с учетом доводов апелляционной жалобы оспариваемое решение подлежит отмене с удовлетворением исковых требований потребителя к продавцу.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Нижневартовского городского суда ХМАО-Югры от 25 сентября 2025 года отменить, апелляционную жалобу ФИО1 удовлетворить.

Принять новое решение, которым исковые требования ФИО1 к ООО «РРТ» (ИНН <***>) удовлетворить.

Признать опционный договор №007714 от 24 июля 2022 года, заключенный между ФИО1 и ООО «ИТЦ Гарант», недействительным.

Взыскать с ООО «РРТ» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (номер)) уплаченные за навязанную услугу денежные средства в размере 200 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 76 994,54 руб., штраф за неудовлетворение в добровольном порядке требований потребителя в размере 140 997,27 рублей, компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей.

Взыскать с ООО «РРТ» (ИНН <***>) в доход муниципального образования г. Нижневартовск государственную пошлину в размере 12 310 руб.

Определение вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 30 апреля 2026 года.

Председательствующий Мочегаев Н.П.

Судьи коллегии Галкина Н.Б.

Яковлев Д.В.