Апелляционное постановление № 22-1520/2024 от 11 сентября 2024 г. по делу № 1-17/2024

Судья Алиева К.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

уг.

№ 22-1520/2024
г. Астрахань
12 сентября 2024 г.
Суд апелляционной инстанции Астраханского областного суда в составе:

председательствующего судьи Иваненко Е.В.,

при секретаре Рябовой О.Н.,

с участием государственного обвинителя Зерениновой А.Н.,

осужденного ФИО1,

защитника – адвоката Талипова М.Р.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на приговор Г. районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, судимый:

- ДД.ММ.ГГГГ Лиманским районным судом <адрес> по п. «а» ч. 3 ст. 158 (5 преступлений, ч. 3 ст. 30 п. «а» ч. 3 ст. 158, п. «б» ч. 2 ст. 158, ч. 3 ст. 69 УК РФ – к 3 годам 9 месяцам лишения свободы, освобожденный ДД.ММ.ГГГГ по отбытию наказания;

- ДД.ММ.ГГГГ Лиманским районным судом <адрес> по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима,

осужден по ч. 1 ст. 318 УК РФ к 2 годам лишения свободы.

В соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения с наказанием по приговору от ДД.ММ.ГГГГ, окончательно к 4 годам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Выслушав осужденного ФИО1 и адвоката Талипова М.Р., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение государственного обвинителя Зерениновой А.Н., полагавшей, что приговор является законным, обоснованным и справедливым, суд апелляционной инстанции,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным в применении насилия, не опасного для жизни и здоровья в отношении представителя власти – участкового уполномоченного полиции ОУУП и ПДН ОМВД России по Г. <адрес> Р.А.В., в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ в Г. <адрес>, при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину не признал.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО1 ставит вопрос об отмене приговора, ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, существенного нарушения уголовно-процессуального закона.

Указывает, что суд надлежащим образом не проверил все доказательства и не оценил их в своей совокупности. В основу приговора положены доказательства только в той части, в которой они свидетельствуют в пользу обвинения. Мотивов почему одни доказательства приняты, а другие отвергнуты, в приговоре также не содержится. Выводы суда основаны на предположениях.

Отмечает, что смысл показаний свидетелей в приговоре искажен. Не взяты во внимание показания свидетеля Т.М.Н. в суде, которые необоснованно отклонены. Показания Т.Н.И. в суде в приговоре не нашли своего отражения, имеется лишь ссылка на её показания в стадии следствия. Между тем, их показания в судебном заседании являются достоверными и заслуживают оценки суда.

Полагает, что показания сотрудников полиции и свидетеля Г.Н.С. необоснованно взяты за основу обвинения, поскольку они являются лицами заинтересованными и соответственно к ним следует отнестись критически.

Подробно приводя показания всех допрошенных по делу лиц указывает, что они содержат ряд противоречий, которые не нашли своего отражения в приговоре. Смысл показаний свидетеля Г. В.В. в суде искажен, и эти показания построены на предположении.

Обращает внимание, что в материалах дела отсутствует сообщение от сотрудников ОМВД по Г. <адрес> о совершении им преступления, предусмотренного ст. 318 УК РФ, т.к. в КуСП Г. таковое не зарегистрировано. Рапорт Р.А.В. зарегистрирован как сообщение об административном правонарушении, и подпись в данном рапорте, равно как и подписи в рапортах М.С.П. и Х., им не принадлежат, что подтверждает факт фальсификации уголовного дела. В ходатайстве о проведении почерковедческой экспертизы для проверки этих обстоятельств, судом необоснованно отказано.

Считает, что рапорт следователя Д.Т.С. не может быть сообщением о преступлении, т.к. очевидцем преступления она не являлась. Данный документ, по мнению осужденного, также является предметом фальсификации.

Обращает внимание на протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, составленный якобы в 22.40 час., который по его мнению, противоречит протоколу о доставлении в ОМВД в 23.00 – 22.00 час. И в этой связи утверждает, что в 22.40 час. не был в <адрес>, также как и сотрудники полиции и соответственно последние не могли составить данный протокол. Для проверки этих фактов ходатайствовал об истребовании детализаций телефонных соединений и билинга Р.А.В., М.С.П. и Х., однако суд безмотивно отказал в его удовлетворении.

Ссылаясь на показания свидетеля Х.Р.С. в стадии следствия и рапорта вышеназванных участковых уполномоченных, содержащих указание на адрес произошедших событий: по <адрес>, указывает, что данный протокол также сфальсифицирован, т.к. в нем указан адрес: <адрес>. Однако суд скрыл это обстоятельство, не указав о нем в приговоре.

При этом его ходатайство об исключении данного протокола из числа доказательств, в том числе и ввиду отсутствия согласия на осмотр территории домовладения от собственника Т.М.Н., судом необоснованно отклонено постановлением от ДД.ММ.ГГГГ, которое он оспаривает. В дополнительном допросе Т.М.Н. по этим обстоятельствам, судом также отказано.

Обращает внимание, что помимо изложенного, указанный протокол составлен с нарушением ст. 166 УПК РФ, поскольку в нем отсутствуют полные анкетные данные всех участвующих лиц, а также указание на примененные технические средства. Носитель информации, в приложении к протоколу, также отсутствует. Помимо этого участники следственного действия не были ознакомлены с фототаблицей к протоколу и заранее предупреждены о применении технических средств, о чем свидетельствует отсутствие отметки об этом в протоколе. Не на всех листах протокола имеются подписи участвующих лиц, не указан способ упаковывания изъятого ножа, в частности то, какая использована печать, и куда направлены изъятые предметы.

Считает, что участие Р.А.В. в осмотре места происшествия ДД.ММ.ГГГГ в качестве иного лица, а Х.Р.С. в качестве дознавателя, проводившего осмотр, препятствовало их допросу в качестве потерпевшего и свидетеля по делу. Считает их лицами заинтересованными и ставящими под сомнение содержание полученных доказательств.

Настаивает, что место совершения преступления, равно как и время, ни следствием, ни судом не установлены. Показания сотрудников полиции в этой части, содержат существенные противоречия и опровергаются их же рапортами. В проведении следственного эксперимента, о котором он ходатайствовал в ходе судебного разбирательства, судом также отказано.

Оспаривает протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, как содержащий недостоверные сведения о наличии следов борьбы, разнящиеся, по его мнению, с фототаблицей. Ходатайствует об исключении данного протокола из доказательственной базы, по тем же основаниям, что и протокола от ДД.ММ.ГГГГ.

Отмечает, что с постановлением о назначении экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ был ознакомлен лишь после её проведения, чем нарушено его конституционное право. Ходатайство об исключении из доказательств результатов этой экспертизы (заключение №) судом также оставлено без удовлетворения.

Считает, что вещественное доказательство по делу – нож, таковым не является поскольку в момент задержания ножа у него не было. Описание ножа свидетелями, является противоречивым, дактилоскопическая и биологическая экспертизы по ножу на предмет наличия принадлежащих ему следов, не проведены. При этом из показаний потерпевшего Р.А.В. не установлено, каким образом он получил царапину, а его показания в этой части и заключение эксперта противоречат друг другу. В проведении повторной экспертизы, судом необоснованно отказано.

Настаивает, что ударов в грудь Р.А.В. он не наносил и это обстоятельство никто не подтвердил. Нож в отношении потерпевшего также не использовал, т.к. направлял его непосредственно на себя. В связи с чем, в его действиях отсутствует состав инкриминируемого ему преступления и он подлежит оправданию.

Вместе с этим отмечает, что в стадии следствия адвокатом К.Б.М. ему оказана ненадлежащая юридическая помощь.

Просит приговор отменить, его оправдать.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Иванов В.О. считает приговор законным, обоснованным, справедливым и не подлежащим изменению и отмене.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на неё, суд апелляционной инстанции находит приговор законным, обоснованным и справедливым.

Вывод суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое она осужден, при установленных в приговоре обстоятельствах, соответствует фактическим обстоятельствам дела и подтверждается совокупностью исследованных доказательств.

Так, потерпевший Р.А.В. – УУП ОМВД по Г. <адрес> АО в суде и при проверке показаний на месте в стадии следствия показал, что ДД.ММ.ГГГГ совместно с УУП Х.Р.С. и М.С.П. прибыл в <адрес> с целью пресечения административного правонарушения. В сообщении от Г.Н.С. указывалось на ФИО1, который в состоянии алкогольного опьянения избил детей и жену и в его действиях содержались признаки административного правонарушения, предусмотренного ст. 20.1 КоАП РФ. По прибытии на <адрес>, заметили ФИО1, который стал скрываться, а они его – преследовать. Впоследствии ФИО1 был обнаружен во дворе домовладения Т.М.А., территорию которого с целью обнаружения осужденного, он осмотрел с согласия хозяина. Обнаружив ФИО1 во дворе, за насыпью, с ножом в руках, они неоднократно требовали прекратить неправомерные действия, на которые тот не реагировал. При этом вел себя агрессивно, угрожал причинением себе телесных повреждений. Было принято решение о его задержании, в ходе которого ФИО1 дважды нанес Р.А.В. удары в грудь, от чего он почувствовал физическую боль, а затем, продолжая оказывать им сопротивление и освободив от захвата руку с ножом, стал им размахивать, причинив ему резаную рану руки. Втроем им удалось задержать осужденного, применив к нему спецсредства. Задержание проведено в 22.10-22.15 час. После чего ФИО1 доставлен в ОМВД и в отношении него составлен административный материал.

При проверке на месте ДД.ММ.ГГГГ, потерпевший Р.А.В. подтвердил свои показания об обстоятельствах применения к нему насилия ФИО1

Показания Р.А.В. об обстоятельствах задержания ФИО1 и его доставления в здание ОМВД России по Г. <адрес> АО в суде подтвердили свидетели М.С.П. и Х.Р.А.

Помощник оперативного дежурного Г. В.В. в суде показал, что по сообщению о хулиганстве со стороны ФИО1 в <адрес>, были направлены УУП Р.А.В., Х.Р.С. и М.С.П. Впоследствии поступала информация о том, что Е.Д.С. скрывается, но в итоге найден и задержан с ножом. После чего доставлен в ОМВД и на него составлен административный материал. Административное задержание произведено в 23.50 час. ДД.ММ.ГГГГ. При этом в постановлении о задержании допущена техническая ошибка в части даты – ДД.ММ.ГГГГ. Далее поступил рапорт о том, что ФИО1 напал на Р.А.В. с ножом.

Показания Г. В.В. в суде подтвердил и оперативный дежурный У.С.О.

Из показаний свидетеля Г.Н.С. следует, что Е.Д.С. состоял в браке с его дочерью. ДД.ММ.ГГГГ дочь пришла к нему вместе с внуком, и в слезах рассказал, что осужденный в алкогольном опьянении бьет её и детей. Они вызвали сотрудников полиции, которые провели опрос и отправились на поиски осужденного. Впоследствии, ФИО1 был задержан во дворе домовладения Т. (соседей Г.Н.С., проживающих через дом).

Свидетель Т.М.А. в суде показал, что проживает в <адрес>, где ФИО1 и был задержан. При этом в стадии следствия указывал, что ДД.ММ.ГГГГ после 22 часов, заметив в своем дворе людей с фонариками, вышел, обнаружив, что это сотрудники полиции. Последние объяснили, что ищут в его дворе скрывающегося преступника. После чего, с его согласия осмотрели двор и обнаружили ФИО1 Находясь во дворе слышал крики сотрудников, о наличии у ФИО1 ножа, а также характерные звуки сопротивления и отказ задержанного пройти с сотрудниками полиции добровольно. Далее задержанного вывели со двора, в наручниках и один из сотрудников по имени А., пояснил, что тот нанес ему телесное повреждение ножом. Далее, с его согласия был проведен осмотр дворовой территории его домовладения и в той части, где был задержан ФИО1, изъяли нож. Его супруга при этом из дома не выходила и всех событий не видела.

Показания Т.М.А. в части дачи им согласия на осмотр домовладения, подтвердила и его супруга Т.Н.И., заявив, что очевидцем обстоятельств задержания ФИО1 не являлась.

Согласно выписке из приказа от ДД.ММ.ГГГГ №л/с, Р.А.В. назначен на должность УУП отдела участковых уполномоченных полиции и по делам несовершеннолетних ОМВД России по Г. <адрес> по контракту на 4 года.

Из расстановки личного состава ОУУП и ПДН ОМВД России по Г. <адрес> на ДД.ММ.ГГГГ, Р.А.В. находился при исполнении служебных обязанностей.

Согласно Книге № учета заявлений о преступлениях и административных правонарушениях, под № от ДД.ММ.ГГГГ зарегистрировано заявление Г.Н.С. об избиении ФИО1 беременной жены и детей в алкогольном опьянении.

В ходе осмотра ДД.ММ.ГГГГ места происшествия - участка местности во дворе домовладения по <адрес>, с применением фотосъемки, около грунтовой насыпи, в 30 м. от забора, изъят кухонный нож с черной рукояткой. Со слов участвующего в осмотре УУП Р.А.В., именно этим ножом ФИО1 причинил ему резаную рану мизинца на правой руке, когда вырвался в ходе задержания. Нож изъят, упакован и опечатан.

При осмотре указанного места происшествия следователем ДД.ММ.ГГГГ, с участием Р.А.В. и хозяина домовладения Т.М.А., с применением фотосъемки, возле грунтовой насыпи обнаружены следы взрыхления грунта, указывающие на следы борьбы. Со слов Р.А.В. именно в этом месте ДД.ММ.ГГГГ примерно в 22.10 час. был обнаружен ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения с ножом в руках, заявивший отказ проследовать с сотрудниками полиции для разбирательства. При попытке задержать его – оказал сопротивление, отталкивал Р.А.В. и нанес ему удар ножом.

По выводам эксперта-медика в заключении № от ДД.ММ.ГГГГ, у Р.А.В. зафиксирована поверхностная рана тыльной поверхности 5-го пальца правой кисти. Не исключено, что данное телесное повреждение образовалось ДД.ММ.ГГГГ, не является опасным для жизни и расценивается как повреждение, не причинившее вреда здоровью.

Согласно протоколу от ДД.ММ.ГГГГ, с участием Р.А.В., с применением фотосъемки, осмотрен нож с черной рукояткой, изъятый в ходе осмотра места происшествия ДД.ММ.ГГГГ. Со слов Р.А.В. именно этот нож находился в руках у ФИО1 во время задержания в домовладении 11 по <адрес>, которым он нанес ему телесное повреждение.

Из заключения № от ДД.ММ.ГГГГ, нож, изъятый в ходе ОМП ДД.ММ.ГГГГ по <адрес>, является ножом хозяйственно-бытового назначения, изготовлен промышленным способом и не относится к холодному оружию.

Виновность осужденного подтверждается и другими доказательствами, подробно приведенными в приговоре.

Вопреки доводам жалобы, показания потерпевшего и свидетелей, которые положены в основу приговора, являются последовательными, логичными, согласуются с исследованными по делу доказательствами и не противоречат установленным судом фактическим обстоятельствам дела. Каких-либо оснований не доверять этим показаниям не имелось и судом апелляционной инстанции не установлено.

Оснований для оговора осужденного сотрудниками полиции, наличие обстоятельств, которые бы могли повлиять на объективность их показаний, и свидетельствующих о том, что они заинтересованы в исходе дела, в ходе судебного разбирательства также установлено не было.

Каких-либо существенных противоречий, повлиявших на выводы суда о доказанности виновности осужденного, квалификацию его действий, не имеется. Чьей-либо заинтересованности в искусственном создании доказательств обвинения, не выявлено. Фактов фальсификации доказательств, материалы уголовного дела не содержат.

Суд дал надлежащую оценку доказательствам, исследованным в ходе судебного разбирательства, как в отдельности, так и в их совокупности, при этом указал основания, по которым одни доказательства приняты, а другие отвергнуты. Такая оценка проведена судом в соответствии с требованиями ст. 87, 88, 307 УПК РФ, и тот факт, что данная оценка доказательств не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона.

В основу приговора положены доказательства, полученные в точном соответствии с требованиями закона, включая те, о допустимости которых осужденным ставился вопрос в жалобе и в судебном заседании суда первой и апелляционной инстанций: протоколы осмотра места происшествия от 3 и ДД.ММ.ГГГГ, заключения эксперта № по изъятому ножу, а также самого ножа, признанного вещественным доказательством по делу.

Суд апелляционной инстанции находит правильными как сами выводы суда о том, что нарушений при сборе и фиксации этих и других доказательств допущено не было, так и приведенную в приговоре мотивировку этих выводов.

Из протокола судебного заседания следует, что принятию судом решения по вопросам, связанным с допустимостью доказательств, предшествовало не только исследование процедурной части спорных доказательств, но и, как правило, допрос лиц, составивших протоколы либо участвовавших в производстве этих действий в ином статусе. Так, судом были допрошены сотрудники полиции: М.С.П., Х.Р.А., сам потерпевший Р.А.В., являющийся участником большинства процессуальных и следственных действий, а также хозяин домовладения по <адрес> – Т.М.А.

Никаких новых оснований, которые могли бы повлиять на существо сделанных судом выводов, в жалобе осужденного не содержится.

Факт задержания ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в домовладении 11 по <адрес> Г. <адрес> АО, установлен из показаний всех допрошенных по делу свидетелей, данных ими как в суде, так и в стадии следствия. Эти же лица подтвердили и время фактического задержания осужденного – после 22.10 часов. Дата и время административного задержания ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в 23.50 час. установлены из показаний оперативного дежурного У.С.О. и его помощника Г. В.В. и как вышеизложенные установленные судом обстоятельства, сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывают.

В связи с чем, запрос детализаций телефонных соединений и билинга участвовавших в задержании ФИО1 сотрудников полиции, не вызывался необходимостью.

По этим же основаниям, у суда первой инстанции, отсутствовали основания для признания недопустимым протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, о чем подробно указано в приговоре и в оспариваемых осужденным постановлениях суда об отказе в его ходатайствах о признании данного доказательства недопустимым.

Ссылка осужденного в жалобе на отсутствие в названном протоколе полных анкетных данных всех участвующих лиц, указания на конкретные примененные технические средства о недопустимости данного доказательства не свидетельствуют, поскольку таких требований к форме протокола осмотра места происшествия, закон не предъявляет.

Не является основанием для признания данного доказательства недопустимым, и довод осужденного о производстве осмотра в отсутствие согласия на это хозяина домовладения Т.М.А., поскольку факт наличия такового, подтвержден как потерпевшим и самим свидетелем в стадии следствия, так и записью, сделанной собственноручно Т.М.А. в оспариваемом протоколе.

При этом вопреки доводам в жалобе, показания Т.М.А. в стадии следствия обоснованно признаны судом более достоверными, поскольку в суде последний неоднократно заявлял о запямятовании обстоятельств, изложенных в обвинении в связи с давностью событий, не отрицая при этом принадлежность ему подписей во всех процессуальных документах.

Законность возбуждения уголовного дела судом надлежащим образом проверена и нарушений, влекущих за собой прекращение уголовного преследования в отношении ФИО1, не установлено.

Уголовное дело возбуждено при наличии к тому повода и оснований, предусмотренных ст. 140 УПК РФ. При этом поводом для возбуждения уголовного дела послужил рапорт следователя Д.Т.С. соответствующий требованиям ст. 143 УПК РФ, а основанием – результаты проведенной процессуальной проверки по сообщению о преступлении, зарегистрированном в КРСП № пр-2023 от ДД.ММ.ГГГГ.

При этом считать, что рапорт Д.Т.С. сфальсифицирован, у суда первой инстанции оснований не имелось, поскольку отсутствие следователя в месте произошедших событий, об этом не свидетельствует.

Отсутствовали у суда и основания считать, что рапорта УУП М.С.П., Х.Р.А., Р.А.В., также являются предметом фальсификации, поскольку факт их написания указанными свидетелями подтвержден в судебном заседании. В связи с чем, у суда первой инстанции не имелось оснований для проведения по делу почерковедческой экспертизы на предмет принадлежности подписей в названных рапортах сотрудникам полиции.

Оснований для исключения вышеуказанных рапортов из доказательственной базы, у суда апелляционной инстанции не имеется, поскольку данные документы судом в качестве доказательств не использовались.

Осуществление осмотра места происшествия ДД.ММ.ГГГГ УУП Х.Р.А. с участием в качестве иного лица – Р.А.В., вопреки утверждениям осужденного в жалобе, не препятствовало их допросу в ходе расследования в статусе свидетеля и потерпевшего соответственно, поскольку таковых исключений, уголовно-процессуальный закон не содержит.

Всем иным доводам осужденного, в том числе и о незаконности протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, судом первой инстанции в приговоре дана надлежащая оценка, с которой соглашается и суд апелляционной инстанции.

Нельзя согласиться с обоснованностью доводов осужденного об односторонности и обвинительном уклоне судебного разбирательства.

Нарушений уголовно-процессуального закона, способных путем ограничения прав участников судопроизводства повлиять на правильность принятого судом решения, в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства по делу не допущено.

Из протокола судебного заседания видно, что председательствующий судья создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Сторона обвинения и защиты активно пользовались правами, предоставленными им законом, в том числе, исследуя представляемые доказательства, участвуя в разрешении процессуальных вопросов. Основанные на законе мнения и возражения сторон, судом принимались во внимание.

Вопреки всем доводам ФИО1, все заявленные сторонами ходатайства, были разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и в зависимости от их значения для правильного разрешения дела, с принятием по ним должных решений. Решения суда по этим ходатайствам сомнений в своей законности и обоснованности не вызывают.

Исходя из смысла закона, неудовлетворенность той либо иной стороны по делу принятым судом решением по вопросам, возникающим в ходе разбирательства дела, не является поводом для уличения судьи в утрате объективности и беспристрастности.

Вопреки доводам осужденного в жалобе, данных о ненадлежащем осуществлении защиты его интересов адвокатом К.Б.М. в материалах уголовного дела не содержится.

Как видно из протокола судебного заседания, данный адвокат еще в стадии предварительного расследования осуществлял защиту ФИО1, впоследствии ознакомился с материалами уголовного дела, занимал активную позицию в судебном заседании при допросах потерпевшего и свидетелей, при исследовании письменных материалов дела.

При таких данных, оснований считать, что нарушено право ФИО1 на защиту, не имеется.

Вопреки всем доводам осужденного, все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, при производстве по уголовному делу установлены и нашли свое отражение в приговоре, в котором содержится описание преступного деяния, с указанием времени, места, способа его совершения, формы вины, мотива и цели преступления. Эти обстоятельства подтверждены исследованными по делу доказательствами и не опровергнуты показаниями ФИО1

Законность действий сотрудников полиции в отношении ФИО1 на месте происшествия, судом первой инстанции надлежащим образом проверена и не вызывает сомнений у суда апелляционной инстанции.

В соответствии со ст. 20 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 3-ФЗ «О полиции», сотрудник полиции имеет право лично или в составе подразделения (группы) применять физическую силу, если не силовые способы не обеспечивают выполнения возложенных на полицию обязанностей, в следующих случаях: для пресечения преступлений и административных правонарушений; для доставления в служебное помещение территориального органа или подразделения полиции лиц, совершивших преступления и административные правонарушения, и задержания этих лиц; для преодоления противодействия законным требованиям сотрудника полиции.

В силу ст. 27.1 КоАП РФ, в целях пресечения административного правонарушения, установления личности нарушителя, составления протокола, уполномоченное лицо вправе осуществить принудительное препровождение лица, доставить правонарушителей в служебное помещение органа внутренних дел.

Согласно ст. 27.2 КоАП РФ, доставление предполагает принудительное препровождение лица в целях составления протокола об административном правонарушении при невозможности его составления на месте выявления административного правонарушения, в том числе, должностными лицами органов внутренних дел (полиции).

Из установленных судом обстоятельств усматривается, что ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> совершалось административное правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 20.1 КоАП РФ. И в этой связи, сотрудниками полиции Р.А.В., М.С.П. и Х.Р.А., находящимися при исполнении служебных обязанностей, ФИО1 предложено прекратить противоправные действия и проследовать в ОМВД по Г. <адрес>, на что получен категорический отказ. На неоднократное предложение сотрудников полиции добровольно проследовать в здание ОМВД, от ФИО1 также получен отказ, чем допущено неповиновение законным требованиям сотрудников полиции.

В связи с чем, сотрудниками правоохранительного органа принято решение о задержании и принудительном доставлении ФИО1 в ОМВД, и эти их действия соответствуют вышеприведенным требованиям закона.

Между тем, ФИО1, продолжая оказывать сопротивление, будучи недовольным правомерными действиями представителей власти, исполняющих свои должностные обязанности, умышленно применил к Р.А.В. не опасное для его жизни и здоровья насилие - дважды нанеся ему удары локтем в область туловища и, имеющимся при себе ножом – поверхностную рану 5-го пальца кисти.

При изложенных обстоятельствах, действиям ФИО1 по ч. 1 ст. 318 УК РФ, дана правильная юридическая оценка, а доводы осужденного об отсутствии у него умысла на применение насилия в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей, являются необоснованными.

Вопреки всем утверждениям в жалобе, судебное разбирательство по делу проведено с достаточной полнотой и соблюдением основополагающих принципов уголовного судопроизводства, в частности, состязательности и равноправия сторон, которым были предоставлены равные возможности для реализации своих прав и созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей.

Всем доводам осужденного и защиты, аналогичным приведенным в заседании суда апелляционной инстанции и в жалобе, судом в приговоре дана надлежащая оценка, с которой соглашается суд апелляционной инстанции.

Наказание осужденному ФИО1 назначено в соответствии с положениями статей 6, 43, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности, смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, влияния назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи, и является справедливым.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, по делу не допущено.

При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.19, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

Приговор Г. районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу осужденного - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу в день его вынесения и может быть обжаловано в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 471 УПК РФ в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а осужденным – в тот же срок, со дня вручения ему копии постановления.

В случае подачи кассационной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий подпись Е.В. Иваненко