Постановление № 22-35/2018 от 10 мая 2018 г. по делу № 22-35/2018

Председательствующий в суде первой инстанции судья Попов А.Ю.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ
ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 22-35/2018
город Североморск
11 мая 2018 года
Северный флотский военный суд в составе:

председательствующего судьи Чернышова В.В., при секретаре Никитиной С.И., с участием военного прокурора отдела военной прокуратуры Северного флота подполковника юстиции ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Петровского И.Л. на постановление судьи Гаджиевского гарнизонного военного суда от 9 апреля 2018 года,

установил:

Защитник подозреваемого Романова А.В. – адвокат Петровский И.Л. обратился в суд в порядке ст. 125 УПК РФ с жалобой на постановление военного прокурора – войсковая часть № подполковника юстиции ФИО2 от 29 января 2018 года об отмене постановления старшего следователя-криминалиста военного следственного отдела Следственного комитета России по Гаджиевскому гарнизону (далее – ВСО СК России по Гаджиевскому гарнизону) от 8 ноября 2017 года о прекращении уголовного дела и уголовного преследования в отношении военнослужащих Романова А.В. – по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 290 УК РФ и ФИО3 – по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 291.1 УК РФ.

Постановлением судьи Гаджиевского гарнизонного военного суда от 9 апреля 2018 года данная жалоба оставлена без удовлетворения.

В апелляционной жалобе адвокат Петровский И.Л. просит отменить вышеуказанное судебное постановление и удовлетворить его жалобу.

Аргументируя апелляционную жалобу, Петровский указывает, что суд в постановлении не дал правовой оценки чрезмерно долгому получению материалов уголовного дела военным прокурором, который узнал о постановлении следователя о прекращении уголовного дела ещё в ноябре 2017 года, утвердил его и имел возможность намного раньше запросить материалы уголовного дела. Как полагает Петровский, является необоснованным вывод суда о законности решения прокурора об отмене постановления о прекращении уголовного дела в срок, не превышающий одного года со дня вынесения указанного постановления, поскольку такой срок законом не предусмотрен.

По мнению автора жалобы, действия прокурора, выраженные в обжалуемом постановлении, ухудшают положение Романова А.В., так как он вновь обретает статус подозреваемого, к нему может быть применена мера пресечения и, кроме того, нарушают право последнего на разумный срок уголовного судопроизводства, тем более, что срок предварительного следствия по указанному уголовному делу (свыше 1 года) являлся достаточным для своевременной проверки прокурором хода расследования и выяснения всех дополнительных обстоятельств, указанных в обжалуемом постановлении.

Ссылаясь на отдельные положения Конституции РФ и правовую позицию Конституционного Суда РФ, выраженную в определении от 25 марта 2004 г. №157-О, защитник Романова утверждает о недопустимости произвольного, в том числе многократного, возобновления прекращённого уголовного дела по одному и тому же основанию (в частности, по причине неполноты проведённого расследования), создающего для лица, в отношении которого дело было прекращено, постоянную угрозу уголовного преследования, и тем самым – ограничение его прав и свобод. Наряду с этим автор жалобы полагает, что военный прокурор, указав в резолютивной части обжалуемого постановления о направлении уголовного дела руководителю военного следственного органа для возобновления производства по уголовному делу, фактически постановил возобновить такое производство, чего делать был не вправе и тем самым вышел за пределы своих полномочий, предусмотренных ч. 1 ст. 214 УПК РФ.

В своей жалобе защитник Романова выражает несогласие и с изложенными в постановлении военного прокурора указаниями о необходимости проверки законности действий иных лиц и выяснения новых эпизодов преступной деятельности Романова и ФИО3, поскольку, в нарушение ч. 4 ст. 7 УПК РФ, необходимость таких действий ничем не мотивирована, а названная проверка может быть произведена без возобновления производства по уголовному делу в отношении последних.

В возражениях на апелляционную жалобу военный прокурор – войсковая часть № подполковник юстиции ФИО2, утверждая о необоснованности доводов апелляционной жалобы, просит оставить её без удовлетворения.

Рассмотрев представленные материалы, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе и возражениях на неё и выслушав мнение военного прокурора, полагавшего необходимым постановление судьи оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения, флотский военный суд не находит оснований для её удовлетворения.

Из материалов производства по жалобе видно, что 8 сентября 2016 года следователем ВСО СК России по Североморскому гарнизону в отношении Романова и ФИО3 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. «а» ч. 5 ст. 290 УК РФ, которое в марте 2017 года направлено по подследственности в ВСО СК России по Гаджиевскому гарнизону.

8 ноября 2017 года (в день истечения продлённого до 14 месяцев срока предварительного следствия по делу) старшим следователем-криминалистом ВСО СК России по Гаджиевскому гарнизону майором юстиции ФИО4 вынесено постановление о прекращении вышеуказанного уголовного дела, утверждённое руководителем данного следственного органа.

Как следует из названного постановления, действия Романова А.В. и ФИО3, по мнению следователя, вместо неверной юридической оценки, данной при возбуждении дела, должны быть квалифицированы по ч. 2 ст. 290 УК РФ (получение должностным лицом взятки в значительном размере) и ч. 1 ст. 291-1 УК РФ (посредничество во взяточничестве), соответственно.

Вместе с тем, согласно тому же постановлению, в ходе предварительного следствия не удалось собрать достаточных доказательств, дающих основания для обвинения Романова А.В. и ФИО3 в совершении указанных преступлений, в связи с чем уголовное дело и уголовное преследование в отношении каждого из них прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ (в связи с отсутствием в деянии состава преступления).

Не согласившись с таким решением, 29 января 2018 года военный прокурор – войсковая часть № подполковник юстиции ФИО2 своим постановлением отменил вышеуказанное постановление как незаконное и направил уголовное дело вместе с постановлением об отмене постановления следователя о прекращении уголовного дела руководителю вышеуказанного следственного органа для возобновления производства по уголовному делу.

Из того же постановления усматривается, что копия постановления следователя о прекращении уголовного дела поступила военному прокурору 21 ноября 2017 г., а материалы вышеназванного уголовного дела – 16 января 2018 г.

В том же постановлении военный прокурор подробно изложил недостатки, допущенные, по его мнению, в ходе предварительного следствия по делу, а также обстоятельства, подлежащие дополнительному расследованию путём проведения следственных и иных процессуальных действий (допросов свидетелей, истребования документов и пр.) с целью выяснения всех обстоятельств, связанных с совершением, по мнению прокурора, Романовым А.В. и ФИО3 преступления и установлением мотива их действий.

В соответствии с п. 5.1 ч. 2 ст. 37 УПК РФ прокурор в ходе досудебного производства по уголовному делу уполномочен истребовать и проверять законность и обоснованность решений следователя или руководителя следственного органа об отказе в возбуждении, приостановлении или прекращении уголовного дела и принимать по ним решение в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством.

Согласно ч. 1 ст. 214 УПК РФ, признав постановление руководителя следственного органа или следователя о прекращении уголовного дела или уголовного преследования незаконным или необоснованным, прокурор в срок не позднее 14 суток с момента получения материалов уголовного дела отменяет его, о чем выносит мотивированное постановление с изложением конкретных обстоятельств, подлежащих дополнительному расследованию, которое вместе с материалами уголовного дела незамедлительно направляет руководителю следственного органа.

Исходя из указанных правовых норм, суд первой инстанции пришёл к верному выводу о том, что оспариваемое постановление военного прокурора вынесено уполномоченным должностным лицом, в пределах его компетенции и мотивировано конкретными обстоятельствами, подлежащими дополнительной проверке, в связи с чем прав и законных интересов Романова А.В. не нарушает.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, постановление о прекращении уголовного дела от 8 ноября 2017 года утверждено не военным прокурором, а руководителем следственного органа. Поскольку истребованные материалы уголовного дела поступили военному прокурору 16 января 2018 года, следует прийти к выводу о том, что обжалуемое постановление вынесено им 29 января 2018 года с соблюдением срока, установленного ч. 1 ст. 214 УПК РФ.

Субъективное мнение защитника о чрезмерно долгом сроке истребования и получения материалов уголовного дела военным прокурором само по себе не свидетельствует о незаконности принятого последним решения. Кроме того, названный срок законодательством не регламентирован.

Правомерно не усмотрел гарнизонный военный суд в данном случае и признаков произвольного, в том числе многократного, возобновления прекращённого уголовного дела по одному и тому же основанию, поскольку, как верно указано в обжалуемом постановлении, производство по уголовному делу в отношении Романова А.В. возобновляется впервые, на основании мотивированного постановления военного прокурора и в непродолжительный период после принятия решения о прекращении уголовного дела.

Указанный период, как верно отмечено в апелляционной жалобе, действительно не ограничен годичным сроком. Но само по себе это обстоятельство на законность обжалуемого судебного решения не влияет.

Иные доводы апелляционной жалобы, в том числе связанные с выяснением вопроса о необходимости проведения тех или иных процессуальных действий, непосредственно связаны с оценкой фактических обстоятельств по делу, чего суд на данной стадии уголовного судопроизводства делать не вправе, поскольку эти вопросы впоследствии могут стать предметом судебного разбирательства по существу уголовного дела, о чём прямо указано в п.1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 февраля 2009 года №1.

Кроме того, вопрос о необходимости проведения по уголовному делу конкретных следственных действий в соответствии со ст.ст. 38 и 39 УПК РФ находится в исключительной компетенции должностных лиц следственного органа и не подлежит юридической оценке в рамках рассматриваемой жалобы.

С учетом изложенного ссылка в жалобе на нарушение ч. 4 ст. 7 УПК РФ при вынесении обжалуемого постановления является несостоятельной.

При таких данных оснований для отмены или изменения постановления судьи гарнизонного военного суда в связи с доводами, изложенными в апелляционной жалобе, не имеется.

Руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 389.20 УПК РФ, флотский военный суд

постановил:

Постановление судьи Гаджиевского гарнизонного военного суда от 9 апреля 2018 года об отказе в удовлетворении жалобы защитника Романова А.В. – адвоката Петровского И.Л. на постановление военного прокурора – войсковая часть № от 29 января 2018 года оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Петровского И.Л. – без удовлетворения.

Председательствующий по делу В.В. Чернышов

11.05.2018 г.