Апелляционное постановление № 1-98/2019 22-99/2019 от 28 ноября 2019 г. по делу № 1-98/2019

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ № 22 – 99/2019

29 ноября 2019 года г. Чита

2-й Восточный окружной военный суд в составе председательствующего – судьи Даутова М.Ф., при секретаре судебного заседания Цупиковой Ю.В., рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела № 1-98/2019 в отношении военнослужащего войсковой части <№> рядового ФИО1, поступившие по апелляционным жалобам потерпевших ФИО2, ФИО3 и ФИО4 на постановление судьи Читинского гарнизонного военного суда от 11 октября 2019 года о возвращении данного уголовного дела прокурору на основании ст. 237 УПК РФ.

Проверив материалы уголовного дела, содержание постановления судьи, существо апелляционных жалоб и поступивших на них возражений, заслушав выступления потерпевших ФИО2, ФИО3, ФИО4 в поддержание доводов апелляционных жалоб, защитника – адвоката Пляскина Л.И. в поддержание вынесенного судебного постановления и прокурора – начальника отдела военной прокуратуры Восточного военного округа полковника юстиции ФИО5, полагавшего необходимым постановление судьи оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения, окружной военный суд

установил:

судья Читинского гарнизонного военного суда в предварительном слушании постановлением от 11 октября 2019 года, удовлетворяя ходатайство военного прокурора гарнизона Дровяная полковника юстиции ФИО6, возвратил ему уголовное дело в отношении ФИО1 на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом, так как обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного судебного решения на основе указанного заключения.

В своих апелляционных жалобах потерпевшие ФИО2, ФИО3 и ФИО4, не соглашаясь с вынесенным судебным постановлением, просят его отменить и продолжить производство по данному уголовному делу, в обоснование утверждая об отсутствии каких-либо неустранимых препятствий для его рассмотрения судом. По мнению авторов жалоб, отсутствие в материалах дела процессуального решения по факту причинения ФИО1 телесных повреждений не препятствует его рассмотрению, поскольку указанное решение к обстоятельствам данного дела не относится. К тому же, в соответствии со ст. 286 УПК РФ суд мог по собственной инициативе истребовать копию постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО4 и приобщить её к материалам дела, однако этого не сделал, что, в дальнейшем, приведёт к нарушению разумного срока уголовного судопроизводства. Кроме того, следствие по данному уголовному делу военным следственным отделом по Дровянинскому гарнизону окончено 1 марта 2019 года, а постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО4 следователем следственного отдела ОМВД России по Улётовскому району вынесено 4 апреля этого же года, поэтому указанное постановление не могло быть приобщено к материалам настоящего дела.

На указанные апелляционные жалобы военным прокурором гарнизона Дровяная полковником юстиции ФИО6 поданы возражения, в которых он полагает необходимым постановление судьи оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Рассмотрев материалы дела и обсудив изложенные в апелляционных жалобах доводы, нахожу постановление судьи законным и обоснованным.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

По смыслу указанной нормы закона, возвращение дела прокурору в случае нарушения требований УПК РФ при составлении обвинительного заключения может иметь место, если это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, нарушенных на досудебных стадиях, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства.

Как полагает окружной военный суд, по настоящему делу у судьи суда первой инстанции имелись препятствия для принятия какого-либо из указанных решений по представленному обвинительному заключению и, соответственно, – законные основания для возвращения уголовного дела прокурору, что выразилось в следующем.

Согласно положениям ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении должны быть указаны, в частности, существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, формулировка предъявленного обвинения с приведением пункта, части, статьи Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающих ответственность за данное преступление.

Таким образом, соответствующим требованиям уголовно-процессуального закона считается такое обвинительное заключение, в котором изложены все предусмотренные законом обстоятельства, с обязательным указанием в полном объёме подлежащих доказыванию и имеющих значение по делу данных о каждом деянии и всех его конкретных фактических обстоятельствах, приведённых в формулировке обвинения, отсутствие же в обвинительном заключении указаний о конкретных фактических обстоятельствах, исключает возможность рассмотрения уголовного дела на основании данного обвинительного заключения в судебном заседании, поскольку неконкретизированность предъявленного обвинения препятствует определению пределов судебного разбирательства, установленных статьёй 252 УПК РФ, и ущемляет гарантированное обвиняемому право знать, в чём конкретно он обвиняется, а также осуществлять свою защиту от предъявленного обвинения.

Как видно из обвинительного заключения по делу, ФИО1 обвиняется в убийстве и в покушении на убийство двух лиц.

Указанные преступления, как следует из обвинительного заключения, были им совершены при следующих обстоятельствах.

В ночное время 14 мая 2018 года находившийся в квартире № 16 дома № 8 первого микрорайона посёлка Дровяная Улётовского района Забайкальского края ФИО1 после совместного распития спиртного с ФИО7 и ФИО4, по причине произошедшего между ними конфликта, после применения к нему со стороны указанных лиц физического насилия, нанёс ФИО7 не менее двух ударов ножом в тело, один из которых пришёлся в шею потерпевшего, причинив последнему, помимо прочего, тяжкий вред здоровью, отчего тот, впоследствии, скончался в медицинском учреждении.

Кроме того, тогда же и там же, по той же причине, ФИО1 нанёс ФИО4 ножом удар в область груди слева и удар в область живота слева, причинив потерпевшему, помимо прочего, тяжкий вред здоровью.

В соответствии с обвинительным заключением данные преступления ФИО1 совершил, будучи недовольным применением к нему физического насилия со стороны ФИО7 и ФИО4

Как следует из заключения судебно-медицинской экспертизы от 20 августа 2018 года № 84, у ФИО1 имелись повреждения – тупая травма головы и тупая травма правой верхней конечности, которые могли образоваться при обстоятельствах и в срок, указанных в материалах данного уголовного дела, то есть в результате применённого к нему насилия, в частности, со стороны ФИО4, и которые расценивается, как повреждения, причинившие, соответственно, тяжкий и лёгкий вред здоровью человека.

Как видно из копии рапорта от 3 сентября 2018 года соответствующего должностного лица следственного органа об обнаружении признаков преступления, в приведённых выше действиях ФИО4 в отношении ФИО1 усматриваются признаки состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ.

Из постановления от 3 сентября 2018 года следователя, осуществлявшего предварительное расследование по уголовному делу в отношении ФИО1, усматривается, что из этого дела выделены в отдельное производство и направлены руководителю военного следственного отдела СК России по Дровянинскому гарнизону соответствующие материалы, содержащие сведения о совершении ФИО4 преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ.

При этом сведений о принятии итогового процессуального решения по факту применения к ФИО1 физического насилия материалы уголовного дела не содержат.

Согласно требованиям ч. 1 ст. 155 УПК РФ в случае если в ходе предварительного расследования становится известно о совершении иными лицами преступления, не связанного с расследуемым преступлением, следователь, дознаватель выносит постановление о выделении материалов, содержащих сведения о новом преступлении, из уголовного дела и направлении их для принятия решения в соответствии со статьями 144 и 145 этого же Кодекса руководителю следственного органа, либо начальнику органа дознания.

Между тем указанное требование уголовно-процессуального закона следователем было нарушено, поскольку, принимая во внимание изложенные обстоятельства совершения ФИО1 инкриминированных ему преступных деяний, выделение из расследуемого в отношении него уголовного дела материалов, содержащих сведения о совершении ФИО4 преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ, на этой стадии предварительного следствия является преждевременным.

Так, в соответствии с положениями ч. 1 ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию, в том числе, виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы; обстоятельства, исключающие преступность и наказуемость деяния; обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности и наказания.

Поэтому отсутствие в уголовном деле в отношении ФИО1 сведений о принятом процессуальном решении по факту применения к нему приведённого выше физического насилия со стороны другого лица (других лиц), не позволяет рассмотреть вопрос о наличии, либо отсутствии в действиях названного обвиняемого обстоятельств, исключающих преступность деяния, а также о возможном превышении пределов необходимой обороны, что объективно свидетельствует о нарушении, при составлении обвинительного заключения, требований ст. 220 УПК РФ, о чём судья обоснованно указал в своём постановлении.

Таким образом, вопреки доводам апелляционных жалоб, учитывая наличие нарушений Уголовно-процессуального кодекса РФ при составлении обвинительного заключения, исключающих возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, вывод судьи гарнизонного военного суда о возвращении уголовного дела прокурору является правильным.

При этом, направляя уголовное дело прокурору, судья не осуществляет уголовное преследование, то есть процессуальную деятельность, осуществляемую в целях изобличения обвиняемого в совершении преступления, он лишь указывает на существо ущемляющих права участников уголовного судопроизводства нарушений, которые не могут быть устранены в судебном заседании и препятствуют разрешению уголовного дела судом, то есть судья, тем самым, не подменяет сторону обвинения.

Согласно ч. 1 ст. 234 УПК РФ предварительное слушание проводится судьёй единолично в закрытом судебном заседании с участием сторон с соблюдением требований глав 33, 35 и 36 настоящего Кодекса с изъятиями, установленными настоящей главой.

Следовательно, по смыслу данной статьи уголовно-процессуального закона, в ходе предварительного слушания исследование и оценка доказательств виновности лица не проводится.

Что же касается утверждения в жалобах потерпевших о том, что возвращение уголовного дела прокурору приведёт к нарушению разумного срока уголовного судопроизводства, то оно является несостоятельным, поскольку указанное судебное решение, предусмотренное ст. 237 УПК РФ, является процессуальным полномочием судьи, призванным обеспечить защиту прав, законных интересов лиц, организаций, потерпевших от преступлений, и назначение виновному справедливого наказания.

Ввиду изложенного, а также руководствуясь п. 1 ч. 1 и ч. 2 ст. 389.20, частями 1, 3 и 4 ст. 389.28 УПК РФ, окружной военный суд

постановил:

постановление судьи Читинского гарнизонного военного суда от 11 октября 2019 года о возвращении уголовного дела № 1-98/2019 в отношении военнослужащего войсковой части <№> рядового ФИО1 прокурору на основании ст. 237 УПК РФ оставить без изменения, а апелляционные жалобы потерпевших ФИО2, ФИО3 и ФИО4 – без удовлетворения.

Председательствующий М.Ф. Даутов