Решение № 2-3827/2019 2-3827/2019~М-3504/2019 М-3504/2019 от 19 августа 2019 г. по делу № 2-3827/2019

Дело № 2 - 3827/2019


Р Е Ш Е Н И Е

И М Е Н Е М Р О С С И Й С К О Й Ф Е Д Е Р А Ц И И

город Киров 20 августа 2019 года

Ленинский районный суд г. Кирова в составе:

председательствующего судьи Кононовой Е.Л.,

при секретаре судебного заседания Метелевой А.А.,

с участием прокурора отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданскому и арбитражном процессе прокуратуры Кировской области Русановой О.А.,

представителя истца по доверенности ФИО1,

представителя ответчика по доверенности ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к Министерству финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Кировской области о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л :

Истец обратился в суд с иском к ответчику о взыскании компенсации морального вреда. В обоснование требований указано, что {Дата изъята} СО МО МВД России «Кильмезский» возбуждено уголовное дело {Номер изъят} по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ. Истец по данному делу был привлечен в качестве подозреваемого. Постановлением заместителя начальника СО по расследованию ДТП СУ УМВД России по Кировской области от {Дата изъята} уголовное преследование в отношении ФИО3 прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления. Указанное постановление отменено. Постановлением врио заместителя начальника СО по расследованию ДТП СУ УМВД России по Кировской области от {Дата изъята} уголовное преследование в отношении ФИО3 прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления. Указанное постановление отменено. Постановлением заместителя начальника СО по расследованию ДТП СУ УМВД России по Кировской области от {Дата изъята} уголовное преследование в отношении ФИО3 прекращено на основании п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, в связи с непричастностью к совершению преступления. Таким образом, истец был незаконно привлечен к уголовной ответственности, чем ему причинен моральный вред, выразившийся в физических и нравственных страданиях. Само по себе неоднократно возобновляемое официальное преследование – подозрение в причинении смерти человеку, пусть и по неосторожности, в течение долгих месяцев тяжким грузом обременяло душевное состояние истца. Он пережил стресс, бессонницу, тревогу и в связи со складывающейся процессуальной ситуацией, которая в перспективе могла повлечь получение уголовного наказания, судимость вкупе с прочими отрицательными последствиями уголовного преследования. Деяние, вменявшееся в вину истцу, относятся к категории средней тяжести, в качестве основного наказания могут назначаться, в том числе лишение свободы на срок до 5 лет, в качестве дополнительного наказания – лишение права заниматься определенной деятельностью на срок до 3 лет. Угроза такого тяжкого и в то же время незаслуженного наказания послужила дополнительным и крайне весомым фактором причинения истцу морального вреда. На основании изложенного истец просит взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в сумме 150 000 руб.

Истец в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен своевременно и надлежащим образом, просит рассмотреть дело в свое отсутствие, обеспечил явку представителя.

Представитель истца по доверенности ФИО1 в судебном заседании на удовлетворении исковых требований по указанным в исковом заявлении основаниям настаивал. Пояснил, что поддерживает позицию, изложенную письменно, согласно которой в период незаконного привлечения к уголовной ответственности в отношении ФИО3 избиралась мера пресечения – подписка о невыезде. С самого начала ФИО3 не считал себя виновным не только в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, но даже и в участии в ДТП. Не смотря на то, что в производстве по делу принимали участие 2 эксперта (л.д. 6-10, 7073 материалов уголовного дела), биологическое вещество на верхней части заднего крыла его автомобиля было «обнаружено» следователем самостоятельно, в ходе осмотра места происшествия {Дата изъята} (л.д. 47-51 материалов уголовного дела). При этом, протокол данного следственного действия не содержит описания процесса осмотра. В нем указано лишь на сам факт обнаружения и изъятия биологического вещества. Другие следы и признаки неизбежного в случае ДТП взаимодействия тела потерпевшего и автомобиля при упомянутом осмотре не обнаружены, в протоколе отсутствуют сведения даже о попытках их отыскать и зафиксировать. В результате ФИО3 был и остается убежденным в том, что привлечен к уголовной ответственности в результате злоупотреблений. Не смотря на то, что уголовное дело в отношении него дважды {Дата изъята} и {Дата изъята} прекращалось по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, соответствующими постановлениями устанавливалась его причастность к причинению смерти потерпевшему в результате ДТП. На основании ст. 1079 ГК РФ, с учетом содержащихся в данных постановлениях выводов ФИО3 при наличии на то желания потерпевшей стороны мог быть привлечен к гражданско-правовой ответственности.

Представитель ответчика Министерства финансов РФ в лице УФК по Кировской области по доверенности в судебном заседании заявленные исковые требования не признал, поддержал доводы, изложенные в отзыве на иск. Согласно отзыву на иск постановлением заместителя начальника отдела по расследованию ДТП СУ УМВД России по Кировской области от {Дата изъята} уголовное дело {Номер изъят} в отношении ФИО3 было прекращено на основании п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ. Истцом не представлено доказательств несения каких-либо физических страданий, обращения за медицинской помощью. Также обращает внимание суда на то, что в отношении ФИО3 не избиралась ни одна из предусмотренных ст. 98 УПК РФ мер пресечения, соответственно, рассмотрение уголовного дела не лишало его возможности трудиться, передвигаться, менять место жительства и т.д. Таким образом, доказательств, представленных в исковом заявлении, недостаточно для определения компенсации морального вреда и установления его в размере, равном 150 000 руб., заявленная сумма чрезвычайно завышена, а сам факт уголовного преследования не доказывает физические и нравственные страдания лица, не указывает на их степень и глубину, а тем более на размер компенсации. Помимо этого, согласно ст. ст. 151, 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом с учетом принципа разумности и справедливости. Заявленный ФИО3 размер компенсации указанному признаку не соответствует. На основании изложенного, Минфин России полагает, что требования о взыскании компенсации морального вреда не подлежат удовлетворению.

Представителя третьего лица УМВД России по Кировской области в судебном заседании пояснила, что считает, требования не подлежащими удовлетворению, поддержала позицию представителя ответчика, а также доводы, изложенные в возражениях на иск, согласно которым: СУ УМВД России по Кировской области не является юридическим лицом. В соответствии с приказом УМВД России по Кировской области от {Дата изъята} {Номер изъят} «Об утверждении положений о следственном управлении УМВД России по Кировской области и его структурных подразделениях» СУ УМВД - структурное подразделение УМВД России по Кировской области. Поводом к возбуждению уголовного дела по указанному факту явилось обнаружение трупа С.А.В. на проезжей части, основанием - наличие достаточных данных, указывающих признаки преступления, предусмотренные ч. 3 ст. 264 УК РФ. Уголовное дело {Номер изъят} возбуждено не в отношении истца, а по факту ДТП в котором С.А.В. получил телесные повреждения и скончался на месте происшествия. Расследовалось данное дело менее 1 года. В порядке ст. 91 УПК РФ истец не задерживался. Мера пресечения в отношении подозреваемого ФИО3 в виде подписки о невыезде была избрана {Дата изъята}, отменена {Дата изъята}. Обвинение ФИО3 не предъявлялось. Нарушений норм уголовно-процессуального законодательства в ходе расследования уголовного дела допущено не было. Считает, что ФИО3 не доказан факт причинения ему физических или нравственных страданий. Ссылки истца о том, что само по себе неоднократно возобновляемое официальное преследование - подозрение в причинении смерти, в течение долгих месяцев тяжким грузом обременяло душевное состояние, значительный урон понесли представления истца о том, что правоохранительные органы в своей деятельности руководствуются Законом и интересами граждан и т.д., не состоятельны, так как уголовное дело возбуждено по факту ДТП, в котором С.А.В. получил телесные повреждения и скончался на месте происшествия, мера пресечения в отношении истца избиралась лишь на 10 дней, обвинение не предъявлялось вообще. Так же ссылка на стресс, бессонницу, тревогу истцом не подтверждена доказательствами. Кроме того, считает, что сумма, заявленная истцом, явно завышена. Просит суд принять решение в соответствии с действующим законодательством с учетом требований разумности и справедливости.

Представитель Кировской областной прокуратуры представил возражения на иск, согласно которым с учетом имеющихся в материалах дела доказательств, заявленные ФИО3 исковые требования являются явно завышенными, не отвечающими требованиям разумности и справедливости. В обоснование заявленных требований ФИО3 ссылается на сам факт его незаконного уголовного преследования и перенесенные в связи с этим нравственные и физические страдания в виде бессонницы, стресса, чувства тревоги ввиду возможного осуждения к реальному лишению свободы на срок до 5 лет с назначением дополнительного наказания в виде лишения права заниматься определенной деятельностью на срок до 3 лет. Между тем, при определении размера компенсации причиненного ФИО3 морального вреда следует учесть, что в ходе предварительного следствия по уголовному делу мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении него не избиралась, к нему была применена лишь мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Обвинение ему не предъявлялось, он был допрошен только в качестве подозреваемого. Доказательств, подтверждающих ухудшение состояния здоровья вследствие незаконного уголовного преследования, равно как доказательств, свидетельствующих о возникновении в связи с необоснованным привлечением к уголовной ответственности иных неблагоприятных последствий, ФИО3 не представлено. Таким образом, доказательства, свидетельствующие о причинении ФИО3 физических и нравственных страданий в той степени, которая явилась бы основанием для удовлетворения требований в заявленном им размере, отсутствуют. Полагает, что исковые требования ФИО3 подлежат частичному удовлетворению.

При указанных обстоятельствах суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, по имеющимся в материалах дела доказательствам.

В судебном заседании установлено, что {Дата изъята} СО МО МВД России «Кильмезский» возбуждено уголовное дело {Номер изъят} по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ (т. 1 л.д. 1 уголовного дела {Номер изъят}).

С {Дата изъята} по {Дата изъята} в отношении подозреваемого ФИО3 (истца) была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (т. 2 л.д. 44-46 уголовного дела {Номер изъят}).

Постановлением СО по расследованию ДТП СУ УМВД России по Кировской области от {Дата изъята} прекращено уголовное преследование в отношении подозреваемого ФИО3 по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ (т. 2 л.д. 165-166 уголовного дела {Номер изъят}).

{Дата изъята} постановлением заместителя прокурора Кировской области указанное постановление отменено, уголовное дело направлено СО по расследованию ДТП СУ УМВД России по Кировской области для организации дополнительного расследования, в связи с чем, {Дата изъята} производство по делу возобновлено (т. 2 л.д. 169-170, 171-172 уголовного дела {Номер изъят}).

Постановлением СО по расследованию ДТП СУ УМВД России по Кировской области от {Дата изъята} прекращено уголовное преследование в отношении подозреваемого ФИО3 по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ (т. 2 л.д. 200-201 уголовного дела {Номер изъят}).

{Дата изъята} указанное постановление отменено на основании постановления первого заместителя прокурора Кировской области, уголовное дело направлено СО по расследованию ДТП СУ УМВД России по Кировской области для организации дополнительного расследования (т. 2 л.д. 208 уголовного дела {Номер изъят}).

Постановлением заместителя начальника отдела по расследованию ДТП СУ УМВД России по Кировской области от {Дата изъята} прекращено уголовное преследование в отношении подозреваемого ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ (т. 2 л.д. 236-237 уголовного дела {Номер изъят}).

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему:

В соответствии с Декларацией прав и свобод человека и гражданина каждый имеет право на возмещение государством всякого вреда, причиненного незаконными действиями государственных органов и их должностных лиц при исполнении служебных обязанностей (ст. 38).

В силу ст. 45 Конституции РФ государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации гарантируется. Каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом, а государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (ст. 52 Конституции РФ).

В силу ст. 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно ст. 16 ГК РФ убытки, причиненные гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в том числе издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием.

Сам факт возбуждения против истца уголовного дела и последующее прекращение производства по делу в связи с его непричастностью свидетельствует о причинении ему нравственных страданий, которые влекут денежную компенсацию морального вреда.

Согласно ч. ч. 1 и 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на устранение последствий морального вреда; вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда; право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет, в том числе подсудимый, подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным п. 1, 2, 5 и 6 ч. 1 ст. 24 и п. 1 и 4-6 ч. 1 ст. 27 УПК РФ.

Пленумом ВС РФ в постановлении № 17 от 29.11.2011 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» разъяснено, что при разрешении требований реабилитированного суд не вправе возлагать на него обязанность доказать наличие вины конкретных должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в причинении ему вреда в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием, поскольку в силу положений пункта 1 статьи 1070 ГК РФ, а также части 1 статьи 133 УПК РФ такой вред подлежит возмещению независимо от вины указанных лиц (абзац 2 пункта 11 названного Постановления Пленума ВС РФ).

В п. 1 ст. 1099 ГК РФ указано, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 и ст. 151 данного Кодекса.

В силу ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего

В п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» указано, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному суд должен учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда. Размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

В соответствии со ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Применение ст. 1069 ГК РФ предполагает наличие как общих условий деликтной (внедоговорной) ответственности (наличие вреда, противоправность действий его причинителя, наличие причинной связи между вредом и противоправными действиями, вины причинителя), так и специальных условий такой ответственности, связанных с особенностями субъекта ответственности и характера его действий.

Согласно ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста возмещается за счет казны Российской Федерации в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Наличие нравственных страданий ФИО3 не вызывает сомнений в связи с привлечением его к уголовной ответственности, которая влечет более тяжкие правовые последствия по сравнению с другими видами ответственности. Кроме того, любое наказание, являясь мерой воздействия, вызывает опасение у лица, которому оно грозит.

Таким образом, установлено, что уголовное преследование в отношении ФИО3 прекращено по п. 1 ст. 27 УПК РФ в связи с непричастностью подозреваемого к совершению преступления, в связи с чем, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения заявленных истцом требований о компенсации морального вреда за незаконное уголовное преследование.

Определяя размер компенсации морального вреда ФИО3, суд учитывает период его уголовного преследования (9 месяцев), применение к нему меры пресечения в виде подписки о невыезде на период с {Дата изъята} по {Дата изъята}, что опровергает доводы представителя ответчика, вид вмененного ему преступления, отсутствие у него судимости ранее, а также тот факт, что ФИО3 был допрошен в качестве подозреваемого {Дата изъята}, {Дата изъята} (т. 2 л.д. 42-43, 227-229 уголовного дела {Номер изъят}).

Остальные доводы истца не могут повлиять на выводы суда. К тому же доказательств наличия злоупотреблений со стороны правоохранительных органов в ходе расследования названного выше уголовного дела не имеется.

С учетом указанных обстоятельств, а также требований разумности и справедливости, с учетом установленных обстоятельств суд считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в размере 150 000 руб. суд не усматривает, так как полагает, что размер заявленной истцом компенсации не соответствует степени его нравственных страданий, требованиям разумности и справедливости.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 198, 320 - 321 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО3 удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации в пользу ФИО3 за счет казны Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб.

Решение суда может быть обжаловано в Кировский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья Е.Л. Кононова

Мотивированное решение

изготовлено 23.08.2019.