Решение № 2-52/2020 2-52/2020~М-8/2020 М-8/2020 от 25 мая 2020 г. по делу № 2-52/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 мая 2020 года пос. Дубна Тульской области

Одоевский районный суд Тульской области в составе

председательствующего Никифоровой О.А.,

при секретаре Титовой В.Ю.,

с участием истца ФИО2, истца ФИО3, ее представителя по ордеру адвоката Игнатовского А.Н., представившего удостоверение <данные изъяты> и ордер <данные изъяты>, ответчика ФИО4, ее представителя по ордеру адвоката Фокиной Н.Н., представившей удовлетворение <данные изъяты> и ордер <данные изъяты>,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-52/2020 по иску ФИО3, ФИО2 к ФИО4 о возмещении расходов, вызванных смертью наследодателя, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО3 и ФИО2 обратились в суд с иском, впоследствии уточненным в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к ФИО4 о возмещении расходов, вызванных смертью наследодателя, компенсации морального вреда, указав в их обоснование, что ДД.ММ.ГГГГ умерла ФИО1, которая приходилась тётей ФИО2 Из родственников у ФИО1 при жизни были пять племянников и внучатая племянница ФИО4 В 2015г. ФИО1 стала себя плохо чувствовать и попросила родственников, чтобы кто-то стал ухаживать, помогать ей по хозяйству, покупал продукты питания и готовил еду, сопровождал в больницу и на прогулки. На просьбу ФИО1 откликнулись только они (истцы). С этого времени и до дня смерти ФИО1 они во всем помогали тете. В последние три года она серьезно болела. Ей постоянно требовался уход, постоянные визиты и консультации у врачей, как в <адрес>, так и в <адрес> и в <адрес>. Они (истцы) поддерживали порядок в квартире, убирались, проводили косметический ремонт квартиры, ремонт внутриквартирного оборудования. Постоянно проводилась оплата коммунальных платежей. Все эти затраты они (истцы) оплачивали из личных средств. В феврале 2019г. у ФИО1 ампутировали ногу. После этого она прожила несколько дней и умерла. После ее смерти, они (истцы) за свой счет организовали и похоронили тетю. После похорон, в кафе, расположенном в <адрес>, истцами за свой счет были организованы поминки. И поминки, и похороны были организованы достойно. Через некоторое время после захоронения, за счет истцов на могиле установили ограду. При жизни ФИО1 просила их (истцов) не оставлять её одну в таком беспомощном состоянии. Другие родственники не оказывали помощь ФИО1 в эти непростые четыре года, в том числе и ФИО4, все затраты легли на семейный бюджет истцов. Они (истцы) полагали, что понесенные ими затраты на похороны, поминки и другие затраты, им будут возмещены ФИО4 в полном объеме. Примерно за год до смерти ФИО1, ФИО4 и ее родители обратились к ним (истцам) с просьбой, чтобы они не бросали родственницу, продолжали ухаживать за ней. Сразу после смерти ФИО1, они узнали, что именно ФИО4 завещана квартира, но при этом она (ФИО4) не обратилась к ним (истцам) с предложением о своём личном участии и организации похорон и что затраты на похороны она возьмет на себя. Похороны ФИО1 были полностью организованы ими (истцами), ФИО4 вступила в наследство, оформила право собственности на квартиру, после чего подарила ее своему отцу ФИО5 Считали, что ФИО4, получившая квартиру в наследство, добровольно возместит им понесенные затраты на похороны, поминки, затраты на приобретение лекарств и другие прямые затраты истцов, о чем они говорили ей и ее родителям, но этого ФИО4 сделано не было. Тогда истцы 10 сентября 2019г. направили в адрес ФИО4 претензию с просьбой оплатить понесенные затраты. Однако ответа не последовало, в связи с чем было принято решения обратиться в суд за защитой своих прав.

Просили суд взыскать с ответчика ФИО4 в пользу ФИО2 и ФИО3 в равных долях возмещение расходов, связанных с приобретением необходимых для лечения наследодателя лекарств в размере 105692,87 руб.; в пользу ФИО2 расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 руб., в пользу ФИО3 расходы по уплате государственной пошлины в размере 3613,86 руб.; в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 45000 руб., в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 35000 руб.

Истец ФИО3 в судебном заседании доводы искового заявления с учетом уточнения подержала, просила их удовлетворить. Пояснила, что пенсии ФИО1, которая составляла 25000 руб., не хватало на приобретение лекарственных средств, в связи с чем она была вынуждена тратить личные денежные средства, которые и просит взыскать с ФИО4, а именно 105692,87 руб. – сумму за лекарства, купленные из личных денег. В подтверждении затрат представлен расчет, чеки. Полагает, что ФИО4 ей и ее супругу был причинен моральный вред и нравственные страдания, которые заключаются в пренебрежительном отношении ответчика ФИО4, как к умершей в период продолжительной ее болезни, так и к ним (истцам), которые на себя возложили обязательства по уходу за ФИО1, как в период жизни, так и после ее смерти. Прямое равнодушие со стороны ФИО4 выразилось в полном отсутствии участия в уходе за больной и в отсутствии действий по достойному захоронению. Этими действиями ответчица причинила им (истцам) нравственные страдания в виде переживаний. Они (истцы) вынуждены были отложить свои семейные дела, меньше времени уделяли семье. Дополнила, что письменного договора по уходу за ФИО1 ею не заключалось. Приобретать лекарства и ухаживать за бабушкой ее никто не принуждал, она это делала по устной просьбе ФИО1

Ее представитель по ордеру адвокат Игнатовский А.Н. в судебном заседании поддержал исковые требования Г-вых, просил их удовлетворить. Поддержал изложенные ФИО3 доводы. Пояснил, что лекарства приобретались ФИО3 по назначению лечащего врача ФИО11. Врач ФИО11 видел физическое состояние ФИО1. Просил принять во внимание пояснительную записку данного врача-хирурга.

Истец ФИО2 в судебном заседании поддержал доводы искового заявления с учетом уточнения, просил его удовлетворить в полном объеме.

Ответчик ФИО4 в судебном заседании доводы искового заявления не признала, просила отказать в удовлетворении, указав на то, что до последних дней жизни, до ампутации ноги, ФИО1 самостоятельно покупала продукты, лекарства, могла себя обслуживать, была активна. Указание, что помощь оказывали ей только истцы, не соответствует действительности. Всегда бабушке помогали иные родственники – она (ответчик), ее мама, ФИО6, и папа, ФИО5, сестра, ФИО7, которая является фельдшером, соответственно медицинскую помощь оказывала она.

Ее представитель по ордеру адвокат Фокина Н.Н. в судебном заседании просила отказать в удовлетворении исковых требований Г-вых, считая их незаконными и необоснованными. Полагала, что истцы Г-вы не доказали и не указали в каком объеме каждый из них участвовал в несении тех или иных расходов, в каком размере оценен каждым из истцов по их мнению моральный вред. Не указано в иске ни долевого участия истцов, ни солидарного, ни какого-либо иного. Указание на тот факт, что с 2015 года умершая ФИО1 ввиду плохого самочувствия стала просить родственников оказывать ей помощь в уходе и прочих вопросах не соответствует действительности. В августе 2017 года ФИО1 заболела, она упала, и ФИО3 отвезла ее в больницу. На следующий день и все последующие дни с ней была мама ответчика, ФИО6 Указание на то, что последние три года наследодатель тяжело болела, и все тяготы по уходу истцы взяли на себя, возили к врачам, также действительности не соответствует. Оплата коммунальных услуг и прочих, связанных с содержанием жилого помещения и иных расходов, если и осуществлялась кем-либо из истцов, то исключительно на денежные средства покойной, поскольку она выдала при жизни на имя ФИО3 доверенность на получение пенсии, и, соответственно, Татьяна Викторовна получала пенсию и иногда оплачивала коммунальные услуги. Сама ФИО3 работала в юридически значимый период в почтовом отделении, где и пенсия выдается, и оплата коммунальных услуг осуществляется. Отметила, что размер пенсии наследодателя был значительный - с января 2019 года пенсия ФИО1 стала составлять 25 000 рублей, до этого - 20 000 рублей. Причиной скоропостижной смерти ФИО1 стала ампутация ноги, развившееся в феврале 2019 года, а умерла она ДД.ММ.ГГГГ. Соответственно, указание в иске на длительный период предсмертной болезни, требующий несения затрат на лекарственные средства и оказание медицинской помощи, не соотносится с причиной смерти ФИО1 и не состоит в причинно-следственной связи с представленными доказательствами со стороны истцов. Истцами не представлены доказательства причинения им физических и нравственных страданий, то есть морального вреда, действиями или бездействиями ответчика, а соответственно, данные требования также незаконны.

Третье лицо ФИО5 в судебное заседание не явился, о времени и месте его проведения извещен надлежащим образом. Ранее в судебном заседании просил отказать в удовлетворении исковых требований Г-вых. Пояснил, что ФИО1 приходилась ему тетей. Она умерла ДД.ММ.ГГГГ. Бабушка получала достойную пенсию и на неё все оплачивала. Деньги у нее были. Он и его семья помогали ФИО1 До болезни ФИО1 самостоятельно приходила к ним в гости.

Третье лицо нотариус Дубенского нотариального округа ФИО8, привлеченная к участию в деле определением судьи от 20 апреля 2020 г., в судебное заседание не явилась, о времени и месте его проведения извещена надлежащим образом, представила отзыв, в котором просила рассмотреть дело в ее отсутствие, указала, что в ее производстве имеется наследственное дело № к имуществу ФИО1, умершей ДД.ММ.ГГГГ, из которого усматривается, что ФИО3 обратилась с заявлением о выдаче постановления о возмещении расходов на похороны наследодателя ФИО1 за счёт наследственного имущества, а именно, денежных средств в ПАО «Сбербанк России», недополученных пенсии и ЕДВ за март месяц 2019 года, представив для этого необходимые документы. На имя ФИО3 было выдано постановление о возмещении расходов на похороны наследодателя. 22 марта 2019 года в нотариальную контору поступило заявление ФИО2 о принятии наследства по закону к имуществу наследодателя ФИО1, состоящему из квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, предоставив необходимые документы, подтверждающие его родственные отношения с наследодателем. 23 марта 2019 года в нотариальную контору поступило заявление ФИО4 о принятии наследства по завещанию к имуществу наследодателя ФИО1, состоящему из квартиры, расположенной по адресу: <адрес>. 06 апреля 2019 года ФИО2 было направлено письменное разъяснение о невозможности выдачи свидетельства о праве на наследство по закону, в связи с наличием завещания ФИО1 наимя ФИО4 14 сентября 2019 года ФИО4 было выдано свидетельство о праве на наследство по завещанию на вышеуказанную квартиру. Также указала, чт о в нотариальную контору заявлений о принятии мер по охране наследства и управлению им ни от наследников, ни от исполнителя завещания, органа местного самоуправления, органа опеки и попечительства или других лиц, действующих в интересах сохранения наследственного имущества, не поступало.

В соответствии с положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определил возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, заблаговременно и надлежащим образом извещенных о времени и месте проведения судебного заседания.

Выслушав объяснения истца ФИО2, истца ФИО3, ее представителя по ордеру адвоката Игнатовского А.Н., ответчика ФИО4, ее представителя по ордеру адвоката Фокиной Н.Н., заслушав показания свидетелей Свидетель 1, Свидетель 2, Свидетель 3, Свидетель 4, Свидетель 5, исследовав материалы настоящего гражданского дела, руководствуясь положениями статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации об обязанности доказывания обстоятельств по заявленным требованиям и возражениям каждой стороной, об отсутствии ходатайств о содействии в реализации прав в соответствии со статьей 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также требованиями статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации об определении судом закона, подлежащего применению к спорному правоотношению, суд приходит к следующему.

Пунктом 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что граждане по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Согласно положениям части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Защита права потерпевшего посредством полного возмещения вреда, должна обеспечивать восстановление состояния имущества, существовавшего на момент его причинения, следовательно, полная компенсация причиненного ущерба подразумевает возмещение любых материальных потерь потерпевшей стороны, однако возмещение убытков не должно обогащать ее.

Статья 45 Конституции Российской Федерации закрепляет государственные гарантии защиты прав и свобод (часть 1) и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами (часть 2).

К таким способам защиты гражданских прав относится возмещение убытков (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с положениями статьи 1174 Гражданского кодекса Российской Федерации, необходимые расходы, вызванные предсмертной болезнью наследодателя, расходы на его достойные похороны, включая необходимые расходы на оплату места погребения наследодателя, расходы на охрану наследства и управление им, а также расходы, связанные с исполнением завещания, возмещаются за счет наследства в пределах его стоимости. Вышеуказанные требования о возмещении расходов могут быть предъявлены к наследникам, принявшим наследство, а до принятия наследства - к исполнителю завещания или к наследственному имуществу.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ДД.ММ.ГГГГ умерла ФИО1, что подтверждается свидетельством о смерти <данные изъяты>.

Согласно справке о составе семьи от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 по день смерти проживала одна по адресу: <адрес>.

Из выписки из ЕГРН от 28 ноября 2019 г. усматривается, что квартира <адрес> принадлежала с 18 апреля 2002 года ФИО1

Судом также установлено, что ФИО1 при жизни, 30 апреля 2002 г., составила завещание, согласно которому завещала ФИО9 (в настоящее время ФИО4) Е.С. принадлежащую ей на праве собственности <адрес>, что подтверждается завещанием от 30 апреля 2002 г.

Нотариусом Дубенского нотариального округа ФИО8 заведено наследственное дело № к имуществу умершей ФИО1

Из наследственного дела усматривается, что 21 марта 2019 г. ФИО3 обратилась с заявлением о выдаче постановления о возмещении расходов на похороны наследодателя ФИО1 за счёт наследственного имущества, а именно, денежных средств в ПАО «Сбербанк России», недополученных пенсии и ЕДВ за март месяц 2019 года.

29 марта 2019 г. ФИО3 было выдано постановление о возмещении расходов на похороны наследодателя ФИО1

22 марта 2019 г. от ФИО2 поступило заявление о принятии наследства по закону к имуществу наследодателя ФИО1, состоящему из квартиры, расположенной по адресу: <адрес>.

23 марта 2019 г. поступило заявление ФИО4 о принятии наследства по завещанию к имуществу наследодателя ФИО1, состоящему из квартиры, расположенной по адресу: <адрес>.

06 апреля 2019 г. ФИО2 было направлено письменное разъяснение о невозможности выдачи свидетельства о праве на наследство по закону, в связи с наличием завещания ФИО10 на имя ФИО4

14 сентября 2019 года ФИО4 было выдано свидетельство о праве на наследство по завещанию на вышеуказанную квартиру.

Судом установлено и подтверждается выпиской из ЕГРН, 16 сентября 2019 г. правообладателем квартиры №, расположенной по адресу: <адрес>, стала ФИО4, которая 03 октября 2019 г. подарила указанную квартиру ФИО5 (отцу).

Указанные обстоятельства сторонами не оспаривались.

В ходе судебного разбирательства установлено и подтверждается справками Управления Пенсионного фонда РФ в Суворовском районе (межрайонное), что размер страховой пенсии по старости ФИО1 за период с 01 января 2017 г. по 31 декабря 2017 г. составил 239018,76 руб., за период с 01 января 2018 г. по 31 декабря 2018 г. составил 249051,12 руб., за период с 01 января 2019 г. по 01 марта 2019 г. составил 70354,89 руб.

Настаивая на удовлетворении исковых требований, истцы ФИО3 и ФИО2, представитель Игнатовский А.Н. указали, что ФИО1 при жизни нуждалась в постороннем уходе, не могла самостоятельно получать пенсию и приобретать себе лекарства, они ей помогали, также поскольку пенсии не хватало на приобретение лекарств, то ФИО3 тратила свои деньги. Полагали, что имеется причинно-следственная связь между затратами, которые они осуществили и продолжительной болезнью бабушки. С ФИО1 у нее была устная договоренность об уходе. Просила взыскать с ответчика денежную сумму, потраченную ею за период с 30 ноября 2018 г. по 12 марта 2019 г., из своих личных денежных средств, поскольку пенсии ФИО1 не хватало.

Ответчик ФИО4 и ее представитель адвокат Фокина Н.Н. в ходе судебного разбирательства возражали против удовлетворения исковых требований Г-вых, полагали, что ФИО1 до смерти была подвижным человеком, в посторонней помощи не нуждалась и ее пенсии хватало и на похороны и на лекарства. ФИО1 была дееспособна, активна, она сама покупала продукты, общалась с людьми, с соседями по подъезду, со своими родственниками.

Сторонами для подтверждения своих доводов и возражений суду представлены свидетельские показания.

Так, согласно показаний свидетеля Свидетель 3, допрошенной судом по ходатайству истцов, она с 1989 года является соседкой ФИО1, которая <данные изъяты>, месяц не помнит. В 2019 г. ФИО1 заболела, так как на огороде наколола ногу о гвоздь и пошло заражение, но ФИО1 говорила, что ничего страшного и никуда не обращалась. Никаких хронических заболеваний у ФИО1 не было, с 1983 года в больницу она и не обращалась. В последний период жизни ФИО1 сама себя обслуживала, ходила в магазины. Перед смертью ФИО1 за ней ухаживала ФИО3. Иногда приходила Лена, привозила покушать, проведывала. Ей известно, что ФИО3 осуществляла уход за бабушкой, покупала еду, лекарства, возила по больницам, перевязывала ей ногу. На чьи денежные средства приобретались лекарства для бабушки, она не знает. Бабушка никогда не жаловалась на отсутствие денег. Она наоборот всем в долг давала, в том числе и ей (свидетелю). Размер пенсии ей не известен. Знает, что кроме ФИО4 Лены к бабушке приходила Катя, сестра Лены, которая приносила еду, проведывала, первое время она ей и ногу обрабатывала. Также навещала бабушку мама Лены, но редко. На похоронах ФИО1 все были со стороны И-вых.

Свидетель Свидетель 4, допрошенная судом по ходатайству истцов, суду пояснила, что с 1967 года знала ФИО1, она проживала в соседнем доме. В 2019 году ФИО1 умерла. В настоящее время проживает в <адрес>, в Калугу иногда ездит платить за квартиру и получать пенсию. В последнее время она болела, ногу повредила на огороде наколола ногу о гвоздь. Ей известно, что ФИО1 самостоятельно в аптеку ходила за лекарствами, в магазин, получала сама пенсию. Бабушка всегда получала пенсию, у нее всегда были деньги, она всем в долг давала. В последнее время за ФИО1 нужен был уход. Также знает, что ФИО3 возила бабушку в больницу. Пенсию ФИО9 получала сама. Доверяла ли она кому-нибудь получение пенсии, не знает.

Свидетель Свидетель 5, допрошенная судом по ходатайству истцов, суду пояснила, что истцы Г-вы приходятся ей родителями. ФИО1 она знала, поскольку жила в <адрес>, и постоянно ходила к бабушке в гости. В соцзащите оформляла уход за бабушкой. О данном уходе просила сама ФИО1 Это был 2015-2016 г.г. Уход заключался в том, чтобы прийти помыть полы, прибраться, принести поесть. Но на огород ходила бабушка сама. Когда она ухаживала за ФИО1, та была бодрая. Были ли у ФИО1 хронические заболевания, она не знает. В 2016 году бабушке поставили диагноз сахарный диабет.

В 2017 году бабушка наступила на огороде на гвоздь, о чем просила никому не говорить, но позже согласилась поехать в больницу. Ее (свидетеля) мама ФИО3 возила бабушку в больницу, постоянно ходили на перевязки, ее мама ухаживала за бабушкой, перевязки делал врач из амбулатории. Уколы для ФИО1 стоили 18000 рублей. Все лекарства для бабушки приобретала ФИО3. Пенсии ФИО1 не хватало, мама тратила свои деньги. Лекарства были назначены врачом. Затраты на похороны также несла ее (свидетеля) мама ФИО3 И-вы редко были у бабушки, но в последнее время были часто. ФИО1 всю свою пенсию отдавала ФИО3, чтобы та тратила ее на лекарства, еду и т.д. Насколько ей известно, бабушка на похороны деньги не оставляла. ФИО3 хоронила бабушку на свои денежные средства, ей это известно со слов матери.

Свидетель Свидетель 1, допрошенная судом по ходатайству ответчика, суду пояснила, что ответчик ФИО4 приходится ей дочерью. ФИО1 оставила ее (свидетеля) дочери завещание. В марте 2019 г. ФИО1 умерла. У нее был сахарный диабет, 22 февраля 2019 года ей ампутировали ногу. В период после возвращения из больницы и до смерти ФИО1, ей требовался уход, то есть с 06 марта 2019 г. по 11 марта 2019 г. До этого, в 2017 году, в 2018 году, она была бодрая, активная, могла сама себя обслуживать, сажала на огороде, дела домашние дела, ходила в магазин сама. По поводу пенсии ФИО1 пояснила, что когда перестали ходить почтальоны домой и носить пенсию, за получение пенсии взялась ФИО3, хотя бабушка могла и сама ходить и получать на почту. Но ее получала Татьяна Викторовна, так как у них была договоренность. Примерно в феврале 2019 г. ФИО1 сказала ей, что все деньги находятся у ФИО3, на похороны хватит и даже останется. Организацией похорон ФИО1 занимались все, в том числе и ФИО3 Полагала, что денежные средства, которые были затрачены на похороны, лекарства, еду и т.д., это деньги ФИО1 ФИО3 своих денег не тратила. ФИО3 говорила ей, что собирает чеки и возможно в будущем они зачем то пригодятся.

Свидетель Свидетель 2, допрошенная судом по ходатайству ответчика, суду показала, что истцы являются ей дядей и тетей. В марте 2019 года умерла ФИО1 В 2017 году ей ампутировали один палец на левой ноге, потом у нее заболела вторая нога. Татьяна Викторовна возила ее по больницам, 6 марта 2019 г. бабушку положили в больницу. В итоге бабушке ампутировали ногу. В больнице ее навещали все родственники. Полагает, что после выписки бабушки домой и до ее смерти ей требовался уход, с 6 по 11 марта 2019 года. До этого времени бабушке уход не требовался, она была активным человеком, все делала сама, ходила в магазин, на огород и т.д. Организацией похорон занимались и они и Г-вы. На похоронах присутствовали все родственники. Ей известно, что у бабушки была довольно большая пенсия, которую она отдавала ФИО3 ФИО1 (бабушка) говорила ей, что все деньги у ФИО3, на похороны хватит и еще останется. По поводу лекарств пояснила, что их приобретала ФИО3 на деньги бабушки, которыми она и распоряжалась.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне подлежит их доказать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В силу статьи 59 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела. Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (статья 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Оценивая показания свидетелей по внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, суд приходит к выводу о том, что показания свидетелей Свидетель 1, Свидетель 2, Свидетель 3, Свидетель 4, Свидетель 5, являются относимым, допустимым и достоверным доказательством, поскольку показания данных свидетелей согласуются с иными доказательствами по делу, в том числе и с пояснениями ответчика, свидетели предупреждены от уголовной ответственности, не заинтересованы в исходе дела.

Суд учитывает, что свидетели по делу в результате стечения обстоятельств воспринимают факты, имеющие юридическое значение для правильного разрешения спора, и являются носителями информации об этих фактах; свидетели не высказывают суждения, включающие субъективную оценку относительно фактов.

Из положений статьи 69 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации следует, что свидетели не относятся к субъектам материально-правовых отношений и в отличие от лиц, участвующих в деле, не имеют юридической заинтересованности в его исходе.

У суда нет оснований ставить под сомнение истинность фактов, сообщенных свидетелями Свидетель 1, Свидетель 2, Свидетель 3, Свидетель 4, Свидетель 5, Данных о какой-либо заинтересованности указанных свидетелей в исходе дела нет, их показания последовательны, дополняют друг друга, соответствуют и не противоречат обстоятельствам, сведения о которых содержатся в других собранных по делу доказательствах.

Проанализировав вышеизложенные конкретные обстоятельства по делу в совокупности с приведенными нормами материального права с учетом объяснений сторон, показаний свидетелей, исходя из анализа представленных доказательств, учитывая отсутствие заключенного в письменном виде между ФИО3 и ФИО1 договора по осуществлению ухода, а также добровольное возложение на себя (ФИО3) обязанности по осуществлению ухода за ФИО1, без какого-либо принуждения, суд полагает необходимым отказать в удовлетворении исковых требований, поскольку проанализировав в совокупности все доказательства по делу, приходит к выводу, что истцом не представлено допустимых доказательств того, что пенсии ФИО1 не хватало для приобретения лекарственных средств, назначенных лечащим врачом, а также несение затрат на приобретение лекарственных средств за счет личных денежных средств.

Во исполнение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, возлагающей на каждую сторону обязанность представить доказательства, на которые она ссылается как на основание своих требований или возражений, Г-вы не представили доказательства, подтверждающие несение личных материальных затрат, связанных с уходом за ФИО1

Доводы истцов и представителя Игнатовского А.Н. о том, что ФИО3 тратились личные денежные средства, поскольку пенсии ФИО1 не хватало, уход был ФИО1 необходим, поскольку она самостоятельно не могла себя обслуживать на протяжении длительного периода времени, не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела, опровергаются совокупностью исследованных доказательств, в том числе показаниями свидетелей.

Ссылка адвоката Игнатовского А.Н. о принятии во внимание пояснительной записки врача-хирурга ФИО11 о состоянии ФИО1, не имеет существенного значения для дела, в связи с чем не принимается судом.

Поскольку суд отказывает истцам ФИО3, ФИО2 в удовлетворении требований о возмещении расходов, вызванных смертью наследодателя, то не подлежат удовлетворению исковые требования в оставшейся части, а именно о компенсации морального вреда, поскольку данные требования являются производными от первоначального требования.

Рассмотрев дело в пределах заявленных исковых требований, на основании изложенного и руководствуясь статьями 194 - 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО3, ФИО2 к ФИО4 о возмещении расходов, вызванных смертью наследодателя, компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Одоевский районный суд Тульской области в течение одного месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

В окончательной форме решение принято 29 мая 2020 г.

Председательствующий О.А. Никифорова